Открыть главное меню

Армяно-азербайджанская война (1918—1920)

Армяно-азербайджанская война (19181920) — этнический конфликт в районах со смешанным армяно-азербайджанским населением между азербайджанцами и армянами в последние месяцы Первой мировой войны и до окончательной советизации Азербайджана и Армении.

Армяно-азербайджанская война (1918 — 1920)
Azeri army soldiers.jpg
Дата 19181920
Место Азербайджан и Армения.
Причина Территориальные споры между Арменией и Азербайджаном в районах со смешанным населением: Нахичеван, Зангезур, Карабах.
Итог

статус Нагорного Карабаха:

    • признан временно за Азербайджаном до решения Парижской мирной конференции:
      • в январе 1919 года британским командованием (январь 1919)
      • В августе 1919 года Армянским национальным советом Карабаха (23 апреля августовский договор признан нарушенным)
    • окончательно признан за Азербайджаном:
      • на Парижской мирной конференции (начало 1920)[1][2][3]
      • Кавбюро ЦК РКП(б) (5 июля 1921)

Нахичеван:

    • передан британской администрацией Армении в апреле 1919, но перешел в руки мусульманских повстанцев в июле 1919.
    • 28 июля 1920 была создана Нахичеванская Советская Социалистическая Республика, которая в начале 1921 окончательно вошла в состав Азербайджана
Изменения Территория обеих сторон занята Советскими войсками.
Противники

в Карабахе
до 22 августа 1919 года:
Армянский Национальный Совет Карабаха
c 23 марта 1920 года:
Дашнакцутюн
Карабахские повстанцы


в Зангезуре
1918 год:
Особая ударная дивизия
Центральный Национальный Совет Карабаха
с 1919 года:
Армения Региональный Совет Зангезура и Карабаха


в Эриванской губернии
Армения Армения
Армянское ополчение


в Казахском уезде
Армения Армения
Армянское ополечение

в Карабахе
Азербайджан Азербайджан Азербайджанское ополчение
Османская империя Османская империя (до ноября 1918 года)


в Зангезуре
Мусульманское ополчение Зангезура
Азербайджан Азербайджан (Зангезурская экспедиция, ноябрь 1919 года)
Азербайджан Азербайджанское ополчение Шарур-Нахичевани (ноябрь 1919 года, март 1920 года)
с лета 1920 года:
Flag of Azerbaijan 1920.gif Азербайджанская ССР
Red Army Star 1918.png XI Красная Армия


в Эриванской губернии
до ноября 1918 года:
Османская империяОсманская империя
Азербайджанское ополчение
с ноября 1918 по январь 1919 года:
Republic of Aras flag.jpg Аракская Республика
с лета 1919 года:
Flag of Azerbaijan 1918.svg Азербайджанские повстанцы
с лета 1920 года:
Red flag.svg Нахичеванская Советская Республика
Red Army Star 1918.png XI Красная Армия



в Казахском уезде
Flag of Azerbaijan 1918.svg Азербайджан
Азербайджанское ополчение

Командующие

в Карабахе
Армения генерал Дро
Арсен Микаэлян
Дали Казар
А.Тарвердян
АрменияЗахар Месян
Акоп Тер-Мартиросян
АрменияГарегин Нжде


в Зангезуре
Андраник
АрменияАрсен Шахмазян
АрменияГарегин Нжде
АрменияИван Казаров
АрменияСергей Мелик-Елчян


в Эриванской губернии


в Казахском уезде

в Карабахе
АзербайджанХосров-бек Султанов
АзербайджанСамед-бек Мехмандаров
АзербайджанГабиб-бек Салимов
АзербайджанАли-ага Шихлинский
Азербайджан Теймур-бек Новрузов
АзербайджанОсманская империя Халил-паша


в Зангезуре
Азербайджан Джавад-бек Шихлинский
Flag of Azerbaijan 1918.svg Султан-бек Султанов[az]
АзербайджанОсманская империя Халил-паша


в Эриванской губернии

Republic of Aras flag.jpg Джафаркули Хан Нахичеванский
Flag of Azerbaijan 1918.svg Самед-бек Джамиллинский
АзербайджанОсманская империя Халил-паша

Commons-logo.svg Аудио, фото, видео на Викискладе

Военный конфликт происходил на фоне территориальных претензий молодых республик Азербайджана и Армении, поддерживавших на спорных территориях азербайджанское и армянское ополчение, соответственно. Первая Республика Армения участвовала в боевых действиях против азербайджанских повстанцев в Нахичеванском, Сурмалинском, Шарурском, Эриванском уездах Эриванской губернии бывшей Российской империи, в то время как Азербайджанская демократическая республика противостояла армянским национальным советам в Карабахе и Зангезуре, при этом республики не вступали в прямой военный конфликт между собой.

Война сопровождалась массовыми этническими чистками и такими вспышками этнического насилия как Мартовская резня, резня армян в Баку и Шушинская резня, изменившими демографическую ситуацию в регионе.

Посредничество союзного командования и, в меньшей мере, грузинского правительства не увенчалось успехом, и война окончилась лишь после падения под ударами XI Красной Армии национального правительства Азербайджана, а затем Армении.

Содержание

ПредысторияПравить

 
Карабахская комиссия по перемирию (1918)

Враждебные отношения между армянами и азербайджанцами имели глубокие исторические корни, и религиозные и культурные различия были только фоном для территориальной вражды[4].

Первые столкновения между армянами и азербайджанцами произошли в Баку в феврале 1905 года. Вскоре этнический конфликт перекинулся на другие части Кавказа, и 5 августа 1905 года в Шуше произошли массовые беспорядки с участием армян и азербайджанцев. После Октябрьской революции 1917 года этнический конфликт вылился в открытую войну.

Начало войныПравить

В марте 1918 года в Баку произошли Мартовские события, когда столкновение местных большевистских и азербайджанских частей вылилось в национальную резню азербайджанцев армянами. Антиазербайджанские погромы продолжились в различных уездах Бакинской губернии бывшей Российской империи[5].

Июнь 1918 года ознаменовался началом наступления частей новой большевистской власти в Баку, в основном состовявших из армян, на Елизветполь (Гянджу) и турецко-азербайджанской Кавказской исламской армии на Баку[6]. Военные действия между сторонами, также являвшиеся частью Кавказского фронта Первой мировой войны и Германо-турецкой интервенции в Закавказье, окончились рядом поражений большевиков и, в результате, переворотом и установлением новой власти в Баку — Диктатуры Центрокаспия[7]. Несмотря на помощь защитникам Баку со стороны британского деташемента Денстерфорс, в сентябре 1918 года Кавказская Исламская армия взяла Баку. Произошла резня армян в качестве мести за Мартовские события[8].

Между тем, в апреле 1918 года в связи с революционными событиями и распадом российской государственности в Закавказье была провозглашенa самостоятельная Закавказская демократическая федеративная республика, месяц спустя распавшаяся на три независимых государства: Грузинская Демократическая Республика, Республика Армении, Азербайджанская Демократическая Республика[9]. Сразу же между республиками начались территориальные споры. Так Азербайджан претендовал, наряду с Бакинской и Елизаветпольской губерниями, на населённые мусульманами районы Эриванской губернии и Закатальский округ. Армения претендовала на Эриванскую губернию, Карсскую область, на армянонаселённую часть Борчалинского уезда Тифлисской губернии и на части Елизаветпольской губернии со значительным армянским населением — Зангезур и Карабах. Грузия имела территориальные споры с Азербайджаном и Армении в лице Закатальского округа и Борчалинского уезда, соответственно. Все три республики старались установить свой контроль над спорными территориями, однако встретились с серьёзными препятствиями.

Проблема принадлежности Борчалинского уезда вылилась в войну Грузии и Армении, а территориальные споры Азербайджана и Грузии продолжались вплоть до советизации региона, хоть и не перерастали в войну.

В то же время, армянское население Карабаха и Зангезура отказывалось подчиняться властям Азербайджана, намереваясь войти в состав Армении, однако армянские власти были неспособны оказать им существенную помощь[4]. В свою очередь, населённые мусульманами районы к югу от Эривани отказывались признавать власть Республики Армении, получая поддержку и оружие из Турции и Азербайджана. Конфликт интересов, в итоге и привёл к кровавому противостоянию на спорных территориях.

Противостояние в Шарур-НахичеванеПравить

Основная статья: Аракская Республика, Мусульманские восстания в Карсе и Шарур-Нахичевани

Осенью 1918 года по условиям Мудросского перемирия турецкие войска покинули территорию Закавказья. Южные уезды бывшей Эриванской губернии, Шарур и Нахичеван, должны были войти в состав Республики Армения. Однако это шло вразрез с желаниями местных мусульман (в основном азербайджанцев). Кроме того, турецкое правительство издало специальную директиву, согласно которой тысячи турецких солдат и офицеров остались на военной службе в Азербайджане и Дагестане с целью удержать их в сфере своего влияния[10].

В декабре Джафаркули-хан Нахичеванский провозгласил пантуранистскую Аракскую Республику, претендовавшую на Нахичеванский, Сурмалинский, Шаруро-Даралагезский уезды и на юго-западную часть Эриванского и Эчмиадзинского уездов бывшей Российской империи, захваченных Османской империей в июне 1918 года. Местные отряды к этому времени были достаточно хорошо вооружены и организованы, чтобы отразить или хотя бы ослабить возможное армянское наступление. Потенциальное кровопролитие было предотвращено созданием британского генерал-губернаторства 26 января 1919 года.[11]

Британские власти не признали Аракскую республику, полагая, что её провозглашение было инспирировано Турцией. Республика просуществовала лишь 4 месяца, и в основном лишь на бумаге.[12]

Британское генерал-губернаторство, в ведении которого находились Нахичеван (кроме горных районов), Шарур и территория Эриванского уезда вплоть до реки Ведичай[11], возглавлял британский офицер Ф. Е. Лоутон (F. E. Laughton). При его содействии было, в частности, восстановлено железнодорожное и телеграфное сообщение между Закавказьем и Персией.[13] В ходе серии переговоров британских эмиссаров в Тифлисе, Эривани, Баку и Нахичевани была достигнута договорённость о выводе британских подразделений. Их должны были заменить армянские войска под командованием «генерала Дро» (Драстамат Канаян). К 16 мая весь Шарур, Нахичеван и Голтн формально перешли под контроль Армении, а в начале июня последние британские подразделения полностью покинули спорный район[14]

Ввод на территорию Нахичевана армянских формирований сразу же привёл к конфликтам с местными жителями, которые жаловались на убийства и разбои со стороны армянских войск и местных армян, а разорение населённых пунктов, уничтожение мусульманского имущества и поджоги стали обычным явлением.[15]

Относительное спокойствие сохранялось лишь до начала июля, когда по всему юго-востоку Эриванской губернии прокатились восстания татар (азербайджанцев). К концу июля повстанцы, поддерживаемые правительством Азербайджана, контролировали железную дорогу от Джульфы до Шахтахтов.[13] Армянская администрация была выбита из Аракской долины между Ордубадом и Давалу. Армяне потеряли большую часть Нахичеванского уезда, за исключением восточного предгорья,[16] куда и отступил армянский гарнизон Нахичевани.[13] Шарур и Нахичеван были захвачены мусульманскими повстанцами под азербайджанскими и турецкими флагами, которыми командовал Самед-бек Джамиллинский. Большинство армян, остававшихся здесь ещё в июне 1919 года, покинуло этот регион.[16]

Противостояние в КарабахеПравить

 
Армянские ополченцы в Карабахе

После того как в мае 1918 года Армения, Азербайджан и Грузия провозгласили свою независимость, новообразованное правительство Азербайджана с помощью турецкой армии стремилось подчинить себе армянонаселенный Нагорный Карабах[17]. Последний управлялся армянским Народным правительством Карабаха, избранным первым съездом армян Карабаха. Первые месяцы армяно-азербайджанского конфликта в Закавказье в Карабахе было спокойно. Однако в конце сентября 1918 года, после взятия Баку и последующей в нем резни армян, турецко-азербайджанские войска захватили Шушу. Армяне Шуши, пытаясь избежать участи армян Баку подчинились османо-азербайджанской армии, в то время как большая часть районов Карабаха находилась под контролем местных армянских военачальников и продолжала свое сопротивление вплоть до конца первой мировой войны[18].

 
Азербайджанский артиллерист в Карабахе, 1920

После ухода османских войск по Мудросскому перемирию в ноябре 1918, Карабах оказался в состоянии хрупкой диархии[19].

Обстановка была далека от нормальной. В районе оставались азербайджанские и частично турецкие войска; грабежи, разбои и армяно-мусульманские столкновения продолжались. Ситуацию осложняло огромное количество беженцев, которых, по оценке генерала Томсона, скопилось во всём Карабахе до 40 тысяч — 30 тыс. армян и 10 тыс. мусульман[20].

Британское командование, во главе с генерал-лейтенантом Томсоном, прибывшим в Баку 17 ноября 1918, в середине января 1919 признало Карабах и Зангезур под юрисдикцией Азербайджана вплоть до решения Парижской мирной конференции. Проазербайджанские действия британцев шокировали армян, считавших себя «маленьким союзником» Великобритании, тем более, что генерал-губернатором Шушинского, Джеванширского, Джебраильского и Зангезурского уездов был назначен Хосров-бек Султанов, известный своими антиармянскими взглядами[17]. Армянский национальный совет Карабаха отказался с ним сотрудничать[21]. Со своей стороны, правительство Республики Армении назначило генерал-губернатором Карабаха и Зангезура полковника Арсена Шахмазяна, не признанного британскими военными властями, которые требовали его отзыва.[19]

В апреле—мае по инициативе грузинских властей в Тбилиси прошла конференция по разрешению территориальной и пограничной проблем между молодыми республиками. На конференции Армения предлагала проводить границы по этническим соображениям, а Азербайджан главным образом по экономическим. Карабах, горные части которого были населены в основном армянами, Армения хотела закрепить за собой, так как считала Карабах своей исторической территорией. Азербайджан в свою очередь желая видеть регион в своем составе заявлял, что Карабах с Арменией никакой экономической связи не имеют (разделяют их высокие горы) и, с этой точки зрения, связан с остальным Азербайджаном. Таким образом из-за взаимоисключающих позиций армян и азербайджанцев по вопросам принадлежности спорных территорий по этническим и экономическим принципам, конференция фактически провалилась[22]

Азербайджан блокировал сообщение и торговлю Нагорного Карабаха с равниной, чем вызвал в Нагорном Карабахе голод, что согласно сообщениям американских чиновников делалось при попустительстве англичан[23]. Султанов организовал нерегулярные курдско-татарские конные отряды, под руководством двух своих братьев, подобные Хамидие, которые Абдул-Хамид II использовал для убийств армян[24].

В начале июня Азербайджан увеличивает контингент войск в Нагорном Карабахе, и 4 июня они безуспешно пытаются взять под контроль армянские кварталы Шуши, к вечеру стороны были разведены англичанами[25]

После нескольких месяцев столкновений 22 августа 1919 года 7-я Ассамблея Карабаха заключила временное соглашение с Азербайджаном, где признавалась юрисдикция Азербайджана. Это было личной победой Султанова и национальной победой Азербайджана. Данное соглашение позволило Азербайджану претендовать на Зангезур и Нахичеван[26]. Арти Арсланян так описывает эти события[17]:

Судьба Шуши показала превосходство азербайджанских сил оставшимся районам Нагорного Карабаха. Они были разочарованы неспособностью Армянского правительства предоставить эффективную помощь Карабаху или противодействовать британской политике. Карабахские армяне оказались перед выбором между продолженным сопротивлением — что, конечно же, привело бы к большим поражениям и потерям — или признанием азербайджанской власти. Нагорный Карабах выбрал последний курс из-за отсутствия помощи извне. После долгих и мучительных переговоров, армяне Карабаха приняли Азербайджанскую юрисдикцию по договору, подписанному 22 августа 1919.

Другие действия, предложенные британским командованием, были выселение армян из Карабаха, возможно временно, и передача Нахичеванского уезда Азербайджану, а также выселение армян из последнего. Так Уильям Монтгомери Томсон говорил[17]:

Переселение будет необходимым, но не в больших масштабах. Например, армянский эксклав в Карабахе не может оставаться, как и враждебные мусульмане, засевшие вокруг Юго-Запада Эривана в настоящее время. Когда худшие вопросы будут улажены, народы поселятся вместе как раньше, или мигрируют добровольно в страну, управляемую своими соотечественниками.

А генерал-бригадир Уильям Бич, глава британской военной разведи на Кавказе, утверждал следующее:[17]

Юго-восточный угол Эриванской губернии имеет высокий процент татар, поэтому предлагается, что Нахичеванский уезд должен перейти Азербайджану: Армяне, из уступленного уезда (и также из Шушинского и Герусского уездов) будут переселены в Карсскую область и заменены мусульманами из Карсской, Эриванской (и возможно Батумской) провинций.

Не нужно поддерживать требования Армении на Елизаветпольскую губернию и на Ахалкалаки: она должна быть удовлетворена получением Борчалы и территорией, которую она по-видимому получит, в Малой Азии.

В начале 1920 на Парижской мирной конференции Карабах был признан за Азербайджаном,[1][2][3] что, возможно, было вследствие докладов таких союзных следователей на Кавказе как американский полковник Уильям Хаскелл[de]. Последний предлагал подтверждения Карабаха и Зангезура за Азербайджаном, а Нахичевань выделить в нейтральную территорию под управлением британского или американского генерал-губернатора. Потенциальным претендентом на этот пост был американский полковник Эдмунд Д. Дейли.[1]

Противостояние в ЗангезуреПравить

 
Андраник и командиры Особой ударной дивизии в Зангезуре, 1918

В 1917, после Февральской революции Зангезуром управляла мусульманская и армянская администрация из Герюсов, однако ухудшение отношений привело к тому, что мусульмане установили позже в том же году собственную администрацию в селе Дондарлу.

К июню 1918 в Зангезуре началась межнациональная борьба. Генерал Андраник, относившийся к Республике Армения как к турецкому заложнику и расценивавший Батумский договор как предательство, прибыл в Зангезур c ополчением в три—пять тысяч человек с несколькими тысячами беженцев из Турции. Местные армянские лидеры поддержали Андраника. Он попытался объединиться с британскими войсками в Северном Иране, но был отбит около Хоя турецкими дивизиями. Андраник нанес ряд поражений непокорным мусульманским селам, контролировавших важные маршруты, связывающие подрайоны Зангезура. Разрушение, осуществляемое Андраником вызвало протесты турецкого генерала Халил-паши в Эриване.

В конце октября Андраник начал концентрацию своих войск в пограничных селах Зангезура и начал поход на Шушу. Однако дорога из Зангезура в Шушу проходила через 20 сел в узких долинах рек Забух и Акера, где находились опытные азербайджанские и курдские ополченцы, возглавляемые Султан-беком Султановом. 29 ноября 1918 начались трехдневные бои, в которых дивизия Андраника с большими потерями взяла господствующие высоты, захватив несколько мусульманских селений, в том числе Абдаляр. В Абдаляр из Шуши прибыли британский капитан Сквир и французский капитан Гасфилд, донесшие до Андраника требование генерал-майора Томсона прекратить военные действия ввиду окончания Первой Мировой войны и вернуться в Герюсы.[27]

В январе 1919 британское командование подтвердило назначение правительством Азербайджана Хосров-бека Султанова на должность генерал-губернатора Карабаха и Зангезура, что вызвало протесты армянской стороны, за котором последовал ответ азербайджанской стороны. Британское командование настаивало, чтобы стороны дождались решения Парижской мирной конференции.[28]

После ухода Андраника из Зангезура 22 марта 1919, стало очевидной уязвимость региона перед Азербайджаном. Но даже перед уходом «специальной ударной дивизии» Андраника, Центральный Национальный Совет Зангезура, армянский руководящий орган, запросил провизию и оружия из Эривана. Настойчивость обращений усилилась после того как азербайджанское правительство назначило генерал-губернатором доктора Султанова. Центральный Национальный Совет выпрашивала от правительства Каджазнуни назначения временного губернатора и регулярных офицеров в Зангезур. Однако правительство Армении, слишком слабое, чтобы бросать вызов и даже сопротивляться решениям британского командования, посылает только младшего полковника Арсена Шахмазяна в качестве временного комиссара. Хоть и Шахмазян был проинструктирован содействовать вхождению Зангезура в состав Армении, ни премьер-министр Каджазнуни, ни его заместитель Хатисян так и не подтвердили его назначение, отрицая таким образом всякое активное участие в карабахском конфликте.

В течение первых месяцев 1919 британские командиры давили на Зангезур для признания временной власти Азербайджана. В конце апреля, когда убеждения провалились, генерал Шаттлворт лично отправился в Герюсы, требуя признания Хосров-бека Султанова губернатором Зангезура. Не добившись своего, Шаттлворт вернулся в Баку лишь для того, что вернуться через 2 недели с 13-й легкой бронеавтомобильной батареей и приказом от генерала Томсона арестовать всех армянских агитаторов. Однако, и угрозы не помогли. Шаттлворт обвинил правительство Армении в двойной игре — объявление о наименьшей вовлеченности в зангезурские дела, и в то же время финансирование армянских агентов. Шаттлворт в последний раз покинул регион 19 мая. Попытки Монк-Масона также были неудачными.

В результате англичане переменили тактику, поддерживая сохранение статуса-кво в Зангезуре только при условии, что Карабах войдет в состав Азербайджана. 29 мая, генерал Кори, новый командующий 27-й дивизии, проинформировал Шаттлворта, что он должен дать понять правительству Азербайджана, что любая попытка с их стороны силой установить свою админстрацию в Зангезуре будет расценена Кори как военная агрессия. Три дня спустя он написал и. о. премьер министра Хатисяну, что Азербайджану было указано уступить местной власти в Зангезуре. Это было большой уступкой для армян, хотя последние не сильно показали свою благодарность.

С середины апреля началась борьба между армянами и местными мусульманами, приведшая к изгнанию мусульман из центрального Зангезура в периферию, в степи или Иран. Кровопролитие вызвало протесты Азербайджана. 21 июня газета «Азербайджан» опубликовала сообщение Хосров-бека Султанова о том, что армяне закрыли проходы и 10 тысяч мусульманских кочевников с 150 тысячами голов домашнего скота застряли. Султанов потребовал от правительства разрешение на исполнение «своих обязанностей перед десятками тысяч людей».

Карабах 22 августа 1919 был подчинен Азербайджану и перестал быть преградой на пути к контролю над Зангезуром. К осени Армения и Азербайджан доминировали по разные стороны линии, непреднамеренно начертанные в декабре 1918, когда Томсон потребовал Андранику вернуться в Зангезур.[29]

В ноябре 1919, три месяца после установления контроля над Шарур-Нахичеваном, два с половиной месяца после подчинения Карабаха и 7 недель после эвакуации британцев из большей части Южного Кавказа, правительство Азербайджана решило подчинить Зангезур — последнее препятствие между Азербайджаном и Турцией. 4 ноября 1919 азербайджанские войска из Карабаха и азербайджанские повстанцы из Нахчывана вторглись в Зангезур. Первый день вторжения был успешным, однако к 9 ноября вторжение было отбито Гарегином Нжде и Арсеном Шахмазяном.[30] Через неделю Нжде разгромил поддержавшие вторжение азербайджанские селения центрального Зангезура, изгнав местное население[31].

В середине ноября представители Великобритании и США сэр Оливер Уордроп[en] и полковник Джеймс Рей потребовали немедленного прекращения войны. Переговоры начались 20 ноября 1919 в Тифлисе, и 23 ноября премьер-министры Армении и Азербайджана Хатисян и Усуббеков подписалимирный договор.[30]

Однако боевые действия не были прекращены. Конные отряды Халил-бея, командующего нахичеванскими повстанцами продолжили спорадические рейды в Даралагезе, однако, несмотря на обеспечение оружием и солдатами от турецкой 11-й дивизии, они не добились успеха[32]. В то же время, в центральном Зангезуре армянские отряды во главе с Гарегином Нжде сконцентрировались у долины Гегадзора, отделявшую Татев от Кафана, готовясь начать операцию против оставшихся азербайджанских сел региона. 1 декабря под взрывы бочковых бомб началась атака. Местные азербайджанцы сдерживали дарабазский, татевский и генвазский колонны в течение трех дней, чуть не изолировав кафанский батальон. Однако к рассвету четвертого дня операции армянские солдаты сумели обойти господствующие позиции азербайджанцев и при артиллерийской поддержке взяли Шехерджик у истока Гегадзора. 7 декабря последнее азербайджанское село Аджибадж было разграблено и предано огню. Этнические чистки продолжились дашнакскими главарями, вынудивших объятое ужасом азербайджанское население бежать в горные убежища или к Нахичевану и долине реки Акера[33].

Армянская агрессия вызвала протесты азербайджанской стороны. Хосров-бек Султанов призвал правительство взяться за оружие, заявив, что армянские регулярные войска с пулеметами и разгромили более 400 домов в 9 селах в Гегинском районе. Министр иностранных дел Азербайджана Джафаров включил эту информацию в своем протесте представителям союзников в Тифлисе. Усуббеков написал союзным комиссарам Хаскеллу[de] и Уордропу и министру иностранных дел Грузии Гегечкори, что Азербайджан начнет вторжение, если у армян не будет конфисковано тяжелое вооружение и они не будут вынуждены следовать условиям перемирия[34].

Союзный верховный комиссар Уильям Хаскелл по возвращении в Закавказье 3 декабря обвинил полковника Рея в неспособности разрешить зангезурский кризис. Также он был недоволен тем, что проект американского генерал-губернаторства в Шарур-Нахичевани не был осуществлен, обвиняя в этом Азербайджан и Халил-бея. В Константинополе адмирал Марк Бристоль[en] указал Хаскеллу, что Рей и другие американцы в Тифлисе не могут отличить правду от пропаганды, так, согласно Бристолю, они проглотили армянскую «историю» о плане Азербайджана создать мост Карабах—Зангезур—Нахичевань. Подействовали на Хаскелла слова Бристоля или нет, его отношения с Реем стали настолько напряженными, что последний подал в отставку через неделю после возвращения Хаскелла[34].

В ответ на азербайджанские протесты касательно Зангезура, Хаскелл обещал послать в регион офицеров для расследования факта участия армянских регулярных войск. Он также посоветовал армянскому правительству отозвать всё армейское снаряжение и персонал, посланные в Зангезур, заявив, что, если подозрения подтвердятся, это будет сильным ударом по будущему Армении. Хатисян вновь отрицал нахождение регулярных войск и боевые действия в регионе, в случае же, если они подтвердятся, пообещал, что чиновники будут наказаны. При этом он признал отправку регулярных войск против местного азербайджанского ополчения в Даралагёзе. В целом, он вновь обвинил Азербайджан в стремлении захватить Зангезур[35].

С целью успокоения Хаскелла и Уордропа, армянское правительство отозвало в декабре Арсена Шахмазяна, отдав его военные полномочия генералу Казарову (Казарян), а гражданские Сергею Мелик-Ёлчану. Казарову даже был отдан приказ определить правдивость азербайджанских обвинений и наказать, при их наличии, нарушителей. Однако, даже пока Хатисян информировал об этих директивах союзное командование и продолжал отрицать наличие регулярных войск в Зангезуре, в регион было отправлено экспедиционное войско из 400 пехотинцев, 300 кавалеристов, 2 пушек и 30 пулеметов во главе с армянским командующим Дро с целью не только консолидации армянской власти в Зангезуре, но и «освобождения» Нагорного Карабаха и его включения в Армению[36].

Армяно-азербайджанская мирная конференцияПравить

Идея армяно-азербайджанской мирной конференции была предложена премьер-министром и минстром иностранных дел Армении Александром Хатисяном на фоне растущей напряженности вокруг Зангезура в письмах министру иностранных дел Азербайджана Мамед-Юсифу Джафарову 6 и 7 октября 1919 года. Хатисян, руководствуясь успехом анологичных армяно-грузинских переговоров, предложил двустороннюю конференцию в одном из приграничных городов (в городе Казах Азербайджана или в Дилижане и Каракилисе Армении) для обсуждения временной демаркации границ, вопроса беженцев, торговые и транзитные договора и остальных вопросов. 26 октября азербайджанская сторона приняла предложение Хатисяна с условием, что целью конференции будет окончательное разрешение территориальных споров, также выдвинув Баку в качестве более подходящего места для конференции. Несмотря на то, что ранее армянская сторона отвергала Баку в качестве места проведения, Хатисян сразу же проинформировал Джафарова, что Тигран Бекзадян, Мартирос Харутюнян и Ваган Папазян прибудут в Баку 20 ноября[37].

Ввиду эскалации Зангезурского конфликта конференция была отложена на 26 ноября, однако началась 14 декабря, будучи еще раз отложенной из-за съезда партии Мусават, проходившего в Баку со 2 по 11 декабря. На съезде Мамед Эмин Расулзаде выдвинул идею Кавказской конфедерации, указывая, что это приведет не только к экономической и политической выгоде, но и облегчит создание большего азербайджанского тюркского государства[38].

На первом пленарном заседании председательствовал Мамед-Юсиф Джафаров, высказавший удовлетворение скромными успехами в двусторонних переговорах, в частности недавним перемирием в Тифлисе. Фатали-хан Хойский, сменивший Джафарова на посту министра иностранных дел, добавил, что только близкое сотрудничество кавказских народов может спасти их от разрушительной межнациональной розни и внутренних потрясений. С армянской стороны Мартирос Харутюнян вместе с Тиграном Бекзадяном и князем Аргутинским-Долгоруким приветствовал «свободную нацию Азербайджана», заявив, что их народ желает лишь жить в мире и свободным. Армянская делегация заявила, что свобода одной республики невозможна без свободы остальных, и в этом духе она подходит к конференции[38].

Однако, несмотря на весь оптимизм, конференция не привела ни к чему, кроме неполной формулировки повестки дня в ходе трёх закрытых заседаний. Уже на первом закрытом заседании стало ясно, что позиция обеих сторон не изменилась. Переговоры об окончательном установлении границ и Кавказской конфедерации ни к чему не привели, и стороны договорились о втором пленарном заседании на 21 декабря. Однако и оно не имело успеха. Армянская сторона предложила перерыв в конференции с целью консультации сторон со своими правительствами и последующего повторного созыва в Тифлисе с параллельным Закавказским собранием для обсуждения конфедерации и двусторонними встречами для обсуждения более конкретных вопросов. Ни то, ни другое так и не было осуществлено. Перерыв в конференции также ознаменовал её завершение[39].

Боевые действия и этнические чистки не прекратились даже на время мирной конференции. В армянонаселенной части Шарур-Нахичевани недалеко от Ордубада, после мусульманских восстаний выразившей покорность местным мусульманским властям, 17—18 декабря мусульманская толпа, среди которых были беженцы из Зангезура, напали на армянское село Нижний Акулис, убивая всех попавшихся армян и вынудив остальных бежать в Верхний Акулис. Комендант Ордубада Эдиф-бей, турецкий капитан, оставшийся здесь еще с турецкого вторжения, попытался успокоить армян, обещав, что если ситуация станет хуже, он вызовет регулярные турецкие войска с границы за Баязетом для сопровождения местных армян в Иран или для защиты Акулиса. Тем не менее, 24 декабря вооруженные группы мусульман подошли к Верхнему Акулису, и армяне вновь запросили помощи у Эдиф-бея и ордубадского комиссара Аббасгулу-бека Таирова. Таиров и шиитский шейх Ордубада прибыли в Акулис и безупешно пытались успокоить толпу мусульман. Так как поджог и грабеж начались в окраинах поселения, они предложили армянам укрыться в небольшом мусульманском квартале за ручьем, протекающим через Акулис. К рассвету, когда погромы стали близиться к центральным кварталам, Таиров вернулся в Ордубад. К полудню он сообщил армянам, что они будут сопровождены в другое село, однако армяне узнали, что эскорт будет под началом головореза Саттара, стали просить Эдиф-бея самому возглавить эскорт. Последний, сославшись на другие обязанности, призвал армян подчиняться приказам. Армяне, отказавшись покидать свои дома и убежища, пали жертвами погромщиков, к которым присоединилась жандармерия[40].

Акулисские события вызвали резонанс в армянском обществе и критику политики азербайджанских властей сос стороны армянских журналистов[41].

Примерно месяц азербайджанская сторона заявляла о том, что ничего не знает о нападении. После подтверждения резни рядом источников министр иностранных дел Хан Хойский признал, что могли произойти беспорядки, несмотря на попытки пресечь их со стороны местных властей. 21 января он обещал, что будет проведено расследование и, если утверждения армянской стороны подтвердятся, все виновные чиновники будут наказаны и будет сделано все для возвращения похищенных девушек. При этом Фатали-хан Хойский назвал источником проблем зверства армян в Зангезуре, приведшие к большому количеству беженцев в Нахичевани[41].

Между тем, продолжилась кампания этнических чисток против азербайджанцев Зангезура, проводимая Гарегином Нжде. 19 января партизаны Нжде захватили 20 селений, в то время как генерал Кафаров с герюсской частью захватил основные маршруты к Акерской долине. На обвинения Фатали-хана Хойского о том, что регулярные войска Армении участвовали в разрушении 9 сёл в первый день наступления и после договора было разрушено более 40 селений в Зангезуре, армянское правительство заявило, что не располагает подобной информацией, а также попросило дополнительные подробности, после чего обещало провести расследование и наказать нарушителей[42].

Война в марте—апреле 1920 годаПравить

Ситуация в Карабахе после августовского соглашенияПравить

 
Азербайджанские солдаты в Карабахе, 1920

Ситуация в Карабахе, где в августе 1919 года установилась азербайджанская администрация, оставалась напряженной. В регионе проармянские силы склонялись к антиазербайджанскому восстанию, в то время как правительство Усуббекова уступило требованиям милитаристов и азербайджанских националистов позволить генерал-губернатору Хосров-беку Султанову и армии добиться окончательного вхождения Карабаха в состав Азербайджана. Армяне жаловались на военное наращивание Азербайджана в регионе, в то время как Султанов нанял армянских агентов для приобретения у местного армянского населения оружия и боеприпасов[43].

После августовского соглашения 1919 года в Карабахе несколько шушинских армянских лидеров переехали в сельскую местность, где создали комитет самообороны с целью предотвращения продажи оружия агентам Султанова и сохранения боеприпасов. Однако среди карабахских армян не было единого мнения в вопросах отношения с Азербайджаном. Невооруженные горожане, предприниматели и интеллектуалы Шуши видели положение в ином свете, чем их сельские соотечественники из Дизака, Варанды и Хачена, где власть Азербайджана продолжала оставаться косвенной. В то же время, если дашнаки, социал-демократы небольшевистских фракций и некоторые эсеры были за вхождение в состав Армении, то большевики, эсеры и народники вместе с торговцами и интеллигенцией признавали экономическую связь Карабаха с Восточным Закавказьем[44].

На фоне Зангезурского кризиса 23 октября комитет самообороны послал своего представителя в Эривань с запросом о назначении нескольких интеллигентов и офицеров в Карабах и финансирования на 6 месяцев на случай попытки со стороны Азербайджана установления прямого управления в нагорной части Карабаха в обоход августовского соглашения. Ввиду критики со стороны членов партии Дашнакцутюн неспосбности армянского правительства и бюро партии содействовать вхождению Карабаха в состав Армении, новое партийное бюро послало представителя американского крыла партии, уроженца Карабаха, Арсена Микаэляна для сотрудничества с дашнакским Центральным Комитетом Апараж Карабаха. Военное министерство Армении отправило с Микаэляном подполковника Захара Месяна. Оба прибыли в Джеванширский уезд Карабаха в декабре, и 3 января 1920 года встретились в Трнаварзе с прибывшими из Зангезура представителями генерала Дро. Сразу же между Микаэляном и Комитетом Апараж возник конфликт, который при вмешательстве бюро партии Дашнакцутюн окончился подчинением всех карабахских партийных органов Микаэляну[45].

Асатур Аветисян, Хачик Мелкумян и Аслан Шахназарян, главы уже распущенного комитета самообороны, согласились стать связными Микаэляна в Варанде и Дизаке для создания отрядов самообороны в каждом селе, предотвращения продажи оружия и расхода боеприпасов и раскрытия агентов Султанова. Микаэлян и Месян также назначили командующих в армянонаселенных районах Карабаха и создали курьерскую сеть между пятью кантонами Карабаха и Зангезуром. Был также создан орган для устранения предателей[46].

В конце января в Карабах прибыла армянская банда Дали Казара, который стал одной из центральных фигур в подготовке восстания. На протяжении февраля Дали Казар, Захар Месян и посланный генералом Дро ротмистр Тер-Мартиросян вербовали и обучали армянскую молодежь, проводили военные парады и организовывали небольшие поставки оружия из Зангезура[47].

Азербайджанская сторона также не сидела без дела. В начале января Хосров-бек Султанов узнал через армянских информантов о прибытии Месяна и Микаеляна и потребовал от армянских лидеров предупредить волнения в сельской местности. Уже 19 января он потребовал признания нерушимости экономических связей Карабаха и остального Азербайджана. В то же время, азербайджанский гарнизон в Ханкенди был усилен, азербайджанские части заняли ряд армянских сел, смежных с Нагорным Карабахом в долине реки Тертер, три полевые пушки были перемещены в сторону Герюсов. В подготовлениях участвовал бывший османский генерал Халил-паша, который делал все возможное для усиления турецкого влияния в Азербайджане и, в частности, смещения военного министра Самед-бека Мехмандарова на более протурецки настроенного командующего. Сам Халил также занимался подготовкой азербайджанских ополченцев в Джебраильском уезде. В Шуше периодически появлялись Халил-паша, Теймур-бек Новрузов[az] и другие азербайджанские и турецкие офицеры. Кроме того, 8 февраля в Эривань через Зангезур пришла информация о том, что Нури-паша, бывший командующий Кавказской исламской армии, посещал Султанова. Это привело к очередной череде протестов, обвинений и отрицаний между правительствами Азербайджана и Армении и между ними и союзными представителями в Тифлисе[48].

Подготовка к войне с обеих сторон больше всего пугало 15-титысячное армянское население Шуши, которое продолжало призывать стороны к соблюдению августовского договора. Дашнакские лидеры Шуши призывали Микаэляна избавить регион от Дали Казара и всех остальных «дали» (азерб. dəli, «безумный, безумец»). Армянское межпартийное бюро, в который входили дашнаки, большевики и эсеры, попросило Микаэляна уйти, если он собирается поднять восстание. Шушинские большевики сообщали о скорой советской оккупации Азербайджана и бессмысленности восстания. Однако эта и все дальнейшие попытки шушинских интеллигентов предотвратить восстание оказались тщетными[49].

Между тем, продолжалось обучение армянской молодежи Джаваншира, Хачена, Дизака и Варанды. Курьеры, проскальзывая через передовые азербайджанские позиции, связывались с зангезурским комиссаром Сергеем Мелик-Елчяном, Дро и генералом Казаровым. Мелик-Елчян, выходец из Карабаха, и Дро были не против силового присоединения Карабаха. Однако, ввиду холодной зимы и сокращения припасов, зангезурское ополчение было временно распущено, а Дро уехал до конца марта в Эривань, где сообщил о положении дел в Карабахе. В Армении идея установления контроля над Карабахом была поддержена военным министром Назарбекяном, при этом в начале марта премьер-министр Армении Хатисян сообщил, что дела в Карабахе не должны выходить за рамки подготовлений к самообороне[50].

Между тем межнациональная напряженность в Карабахе продолжала расти. Султанов усилил давление на шушинских армян, указывая на глупость всякого сопротивления Азербайджану. Армян на дороге Агдам—Шуша часто грабили и избивали, некоторые были убиты. В Ханкенди пропажа азербайджанского солдата и нахождение неопознанного трупа привели 22 февраля к погромам армянского населения азербайджанскими солдатами и гибели, согласно утверждениям МИД Армении, 400 человек[51]. Министр иностранных дел Азербайджана Хан Хойский в ответе протестам Хатисяна указал на явное преувеличение событий[52][51]:

 Что же касается сообщаемых Вами сведений о беспричинном якобы избиении азербайджанскими войсковыми частями 400 лиц мирного армянского населения, о разгроме их домов, о закрытии для армян дороги Агдам — Шуша и об экономическом бойкоте армян считаю нужным заявить, что все эти сведения ложны. В действительности же имело место следующее: 21 февраля, около Ханкендов в лесу был найден убитый и обезображенный мусульманин, в коем аскеры стоящего в Ханкендах полка опознали своего исчезнувшего товарища. На этой почве 22 февраля имели место незначительные эксцессы, вызванные товарищами убитого и беженцами из Зангезура, причём было убито в Ханкендах — 2 армянина, в Агдаме — 3 и в Ходжалах — 3. Экстренными мерами генерал-губернатора порядок немедленно был восстановлен и задержано 4 виновных, кои содержатся в тюрьме и понесут по суду должное наказание. 

Еще за 4 дня до событий в Ханкенди запросил у Армянского Национального Совета Карабаха созыва очередного съезда армян Карабаха с целью обсуждения полной интеграции Карабаха в состав Азербайджана и нахождения азербайджанских войск Гадрута, Маргушавана и Кирса для защиты от агрессии со стороны Зангезура и Басаркечара. 28 февраля Армянский Национальный Совет созвал VIII съезд армян Карабаха в Шуше. В то же время Микаэлян, обеспокоенный доминированием большевиков и эсеров в Шуше, провозгласил альтернативный съезд в близлежащем селе Шушикенд. В Шушикенд направились все делегаты из Варанды и большая часть делегатов (кроме пробольшевистски настроенных) Хачена и Гюлистана. В Шуше же собрались делегаты Шуши, Дизака и некоторые делегаты из Хачена, Гюлистана и Джеваншира. Армяне Карабаха оказались разделены, и в течение двух дней оба съезда старались привлечь к себе делегатов, но безуспешно[53].

Большинство делегатов Шушинского съезда, в котором доминировали межпартийное бюро и большевики Александр Цатурян и доктор Саркис (Сако) Амбарцумян, дали понять, что готовы подчиниться азербайджанской стороне при некоторых условиях[54]. Шушикендский съезд же, так же провозгласивший себя VIII съездом армян Карабаха, обвинил Азербайджан в нарушении августовского договора и заявил о том, что будет «противодействовать любой агрессии со стороны Азербайджана»[55].

После Шушинского и Шушикендского съездов кризис в Карабахе стал стремительно усиливаться. Султанов запретил армянам покидать Шушу без специального разрешения, расквартировал азербайджанских офицеров в армянских домах и начал регистрацию армянских офицеров, служивших в царской армии, чтобы предотвратить их участие в военных приготовлениях армян в сельской местности. Согласно дашнакским источникам, 11 и 12 марта 90 вагонов азербайджанских солдат и оружия прибыли из Баку в Карабах и Джебраил, где Халил-паша организовывал азербайджанское ополчение. Дорога Евлах-Шуши становилась всё опаснее для армян, а богатые армянские семьи Шуши покидали город в поисках безопасности в сельской местности[56].

Армяне также активно готовились к войне. Микаэлян, подбадриваемый Дали Казаром и Месяном продолжал готовить восстание, получив из Зангезура два пулемёта и около 50 тысяч патронов. Микаэлян, Дали Казар и Месян выработали план восстания, который был изменен для защиты Шуши армянским офицером из этого города Овакимом Степаняном. Уже 10 и 12 марта Микаелян сообщил в Зангезур, что восстание начнется ночью 17 марта, однако Мелик-Елчян и генерал Казаров посоветовали отложить восстание ввиду отсутствия Дро и кампании Нжде против Ордубада, назначенной на ту же ночь. Микаэляну решил отложить восстание на ночь с 22 по 23 марта, который приходился на азербайджанский праздник Новруз[57].

Карабахское восстаниеПравить

 
Солдаты Армянского Национального совета Карабаха

Восстание началось по плану одновременным ночным наступлением в нескольких направлениях. Под прикрытием густого тумана повстанцы заняли стратегические позиции от Дизака до Джеваншира. Дали Казар разоружил азербайджанский гарнизон Аскерана, занял перевал и близлежащие высоты и оборвал телефонную и телеграфную связь с Агдамом. Ротмистр Тер-Мартиросян без труда повел джеванширскую часть в Маргушаван и долину реки Тертер, но не сумел провести отвлекающее наступление на Агдам. На юго-восточном фронте варандинское и дизакское ополчения заняли позиции над Карабахской равниной, в то время как Степанян и Сасунци Манук захватили азербайджанские посты в Муслульманларе, взяв в качестве трофеев две полевые пушки, 25000 патронов и различные военные документы и карты из уездной штабквартиры. Операция открыла дорогу на Зангезур через Кориндзор[58].

Однако, несмотря на успех по периметру Карабаха, положение повстанцев значительно ухудшилось из-за провала в центре. Полковник Месян после окружения Ханкенди своим отрядом в 400 человек доверил операцию партизану Алексан-дайы (Баласян) и лейтенанту А. Лалаяну. Согласно архивам партии Дашнакцутюн, как и ожидалось, азербайджанский гарнизон был взят врасплох и начал сдаваться, однако Алексан-дайы внезапно открыл огонь, после чего азербайджанские солдаты взялись за оружие. Эта ошибка стоила Алексан-дайы и Лалаяну жизни, после завязавшегося боя повстанцы отступили. Провал во взятии Ханкенди, которое было ключевым в планах повстанцев, предрешило судьбу Шуши. Как и планировалось, вечером 22 марта в город прибыла варандинская милиция, якобы для получения жалования и поздравления Султанова в связи с праздником Новруз. В то же время в город тайно проникли 100 вооруженных людей во главе с Нерсесом Азбекяном для разоружения азербайджанского гарнизона в Шуше. Однако варандинское ополчение всю ночь провела в кутеже и не заняла назначенные позиции, а отряд Азбекяна, не сумев соединиться с варандинцами, открыл огонь по азербайджанскому форту издалека, разбудив азербайджанских солдат, взявшихся за оружие. Только после этого варандинское ополчение начало захватывать азербайджанских офицеров, расквартировавшихся в армянских домах. Обе стороны оставались в замешательстве до рассвета, когда азербайджанцы узнали, что атака на Ханкенди отбита, и, воодушивившись атаковали армянский квартал[59]. Из Агдама генерал Новрузов заявил, что армяне обстреливали Шушу из горных орудий[60]. Сражение застало шушинских армян врасплох. Начались погромы и поджоги. Епископ Ваган, начальник полиции Аветис Тер-Гукасян, большевик Александр Цатурян и многие интеллигенты были среди 500 жертв[59].

Карабахские события взбудоражили Баку и Ереван. Азербайджанская сторона обвиняла армян в предательскую неожиданную атаку в первую ночь национального праздника азербайджанцев, Новруза. Парламент потребовал от правительства немедленного подавления армянского восстания в Карабахе. В свою очередь, армянская пресса и А.Хатисян, в своих протестах союзному командованию, обвиняли Азербайджан в нарушении августовского договора, разоружении и убийствах и грабежах армян, сотрудничестве с младотурецкими генералами и попытке положить конец «армянскому Карабаху». С началом восстания в Карабахе произошли изменения в правительстве Хатисяна, и Армения впервые получила полностью дашнакский кабинет[61].

В Карабахе начались полномасштабные военные действия. На Тертерском фронте утром 24 марта армяне безуспешно пытались взять Тертер[62], после чего азербайджанский тертерский отряд в ночных боях взял деревню Марагали[63], а затем имение Юзбашева в селе Магушеван[64]. Завязался бой между армянскими жителями села Чайлы, находящегося в 3 километрах от Магушевана[64]. В 22 часов 26 марта после ружейной и артиллерийской подготовки тертерским отрядом были взяты и сожжены села Чайлы и Брудж. Армяне отступили на восточные склоны горы к западу от Чайлы[65]. 28 марта полковник Кязумбеков из Герани сообщил о взятии после боя сёл Енгикенд и Карачинар[66], а 29 марта в 2 часа Хархапута[67].

В то же время, с 26 марта азербайджанские войска под командованием Салимова, Теймур-бека Новрузова и Али-ага Шихлинского пытались взять Аскеран и его окрестности обороняемые Дали Казаром[68]. В ходе боев 29 марта азербайджанцы к 11 часам взяли и сожгли деревню Харашурт. Азербайджанские партизаны взяли село Курд-Ханабад, но были обращены в бегство контратакой армян. Конница Гашимбекова, выбив армян из Машадали и из деревни Казаны, заняла деревню Фарух. В результате боев армяне были оттеснены на два километра, занимая к концу дня Аскеран, Курд-Ханабад, высоту 3360 и деревню Дашбаши[69]. 30 марта генерал Мехмандаров сообщил Али-аге Шихлинскому о взятии Салимовым села Дашбаши[70]. При этом Салимов запрашивал подкрепление ввиду неустойчивости Бакинского полка и ненадежности партизан[71].

Тем временем, с армянской стороны также остро стоял вопрос подкрепления защитникам Аскерана. Проблемы армян усугублялись тем, что Дро был все еще в Эривани и не мог направиться на помощь повстанцам. 26 марта из Зангезура в Карабах было послано небольшое войско подполковника Тарвердяна, однако вскоре он был отозван из-за наступления азербайджанцев из Джебраила. Лишь 29 марта Тарвердян прибыл в Карабах, но его солдаты и животные былиильно истощены, из-за чего он смог послать на помощь Дали Казару лишь 100 конников. Помощь была слишком маленькой и поздной, и 3 апреля в результате полномасштабной атаки азербайджанских войск Аскеран был взят. Дали Казар был убит. На встрече армянских командиров и Микаэляна в Трнаварзе командование карабахскими силами было передано Тарвердяну до прибытия генерала Дро. Армянское население массово покидало свои сёла, и армянские командиры попытались остановить исход крестьянства, заняв несколько заброшенных селений[68].

4 апреля азербайджанские войска вошли в заблокированную Шушу, где отомстили армянам, которых арестовал Султанов. В тот же день к вечеру были взяты деревни Кятик, Аран-Замин, Нахчиваник. 5 апреля генерал Салимов в своем донесении заявил о взятии в Шушинском направлении Дашбаши, Енгиджи, Мехтикенда, Каябаши, Балуджи и Ханазаха и о контроле над Лысогорском и Абдагшяром, а также об обстреле Шуши со стороны Шушикенда и Дашкенда. В Тертерском направлении отряд Тонгиева взял деревню Леванарх[72]. Отряд полковника Кязумбекова после нескольких дней боев взял село Талыш[73].

В донесении генерала Салимова Али-аге Шихлинскому от 8 апреля указывается, что азербайджанцы продолжили наступление и выбили армян из позиций Малибейли—Дашкенд—Шушикенд—Манашархкенд, с которых велся обстрел Шуши. Армяне отступили к Кешишкенду. Также Салимов заявил, что на Дыгском направлении армяне были отброшены от Абдаляра к реке Забух, а также были заняты Ярма и очищена вся дорога до Лысогорска и далее до Абдаляра[74].

9 апреля азербайджанские войска начали операцию по взятии Кешишкенда[75]. В тот же день, когда пришли вести о прибытии Дро в Герюсы и его скором появлении с крупной экспедицией и припасами, Тарвердян начал контратаку[76], однако 12 апреля после четырех дней упорных боев Кешишкенд и деревни Красное и Горон были взяты азербайджанцами[75].

На следующий день в Карабах прибыл генерал Дро, возглавив карабахские силы. Он мобилизовал Варанду и Дизак, собрав 3000 пехотинцев и 500 конников. Общие силы армян достигли 5 тысяч человек. Кроме того, в Карабах прибыл Гарегин Нжде с кафанским отрядом в 300 человек. Из Зангезура было доставлено 900 тысяч патронов, 2 тысячи артиллерийских снарядов и большое количество пулеметов и ручных гранат. Кроме того, Дро созвал директорат, возглавленный Хачиком Мелкумян, в качестве ответственного за гражданские дела органа. При помощи директората Дро реквизировал все необходимое для своей армии[77].

Пока Дро готовился к решающему удару, азербайджанские войска продолжали наступление. По сообщениям генерала Салимова, 14 апреля была занята гора Мартиз, и армяне почти по всему Абдалярскому направлению были отброшены за реку Забух[78], а к 19 апреля граница 23 ноября была налажена и на Гочазском направлении[79]. При этом, положение азербайджанцев было осложнено партизанским движением армян в Шушинском уезде[80].

Тем временем, восстание армян в Карабахе уже переросло в масштабный конфликт, поглотивший все горные районы Гянджинской губернии — от Казаха до Зангезура. Боевые действия затронули также и Нахичевань.

Так, нахичеванский генерал-губернатор Самед-бек Джамиллинский сообщил об организованном наступлении армян 19 марта на Нахичевань в трёх направлениях: Беюк-Веди, село Тиви и Ордубад[81]. Ордубадское наступление возглавил Гарегин Нжде, однако его отряд так и не смог отбить у азербайджанцев Акулис[82].

23 марта полковник принц Каджар сообщил об атаке зангезурских армян на Джебраильский уезд и сожжения ими трёх сёл[83]. Однако уже 27 марта помощник карабахского генерал-губернатора в уезде сообщил об успешной контратаке 25 марта, приведшей к гибели 50 армян и пленения четырёх, а также соединения азербайджанских войск с азербайджанским ополчением Джебраила и Зангезура[84]. Эта атака вынудила Гарегина Нжде прекратить своё безуспешное наступление на Ордубад и возглавить Кафанский фронт[82]. В течение нескольких дней азербайджанское наступление на восточную границу Зангезура из Джебраила было отбито[82]. 8 апреля в оперативно-развездывательной сводке штаба отряда генерала Салимова сообщалось, что на Джебраильском фронте азербайджанцами взята Поряшенская позиция[85]. Позже, в донесении генерала Салимова А.А. Шихлинскому и С.М. Мехмандарову сообщалось, что 23 апреля из Джебраила выступил отряд для восстановления границы на 23 ноября 1919 года[86].

Столкновения между армянской и азербайджанской стороной произошли и в Казахском уезде, приняв, однако, характер приграничных. В этом регионе местные азербайджанские власти, опасаясь отправки армянских войск на помощь восставшим в Карабахе через Казах, усилили силы безопасности в приграничных деревнях[87]. Американский историк Ричард Ованнисян указывает, что 5 апреля некоторые из этих сил заняли господствующие высоты над армянским селом Татлу и Паравакаре[87], в то же время в донесениях А.А.Шихлинскому командующий Гянджинского укрепрайона Авель Макаев сообщал об отбитом нападении армян на азербайджанское село Татлу и занятие ими безымянного села между азербайджанским и армянским Татлу[88]. 7 апреля азербайджанцы захватили армянские сёла Калача и Коткенд, а также атаковали ряд других[87], в тот же день армяне захватили и сожгли азербайджанскую деревню Ярадуллы, а на утро 8 апреля та же участь постигла и азербайджанское село Татлу[89]. 9 апреля между сторонами было подписано перемирие, но оно не протянуло долго. А. Хатисян и Ф.х. Хойский обменивались обвинениями в нарушении перемирия и сожжения сёл противоположной стороны[87]. 14 апреля казахский губернатор Амираслан-хан Хойский (азерб.) сообщил о захвате и сожжении армянами южной части села Камарли и их скором отступлении под натиском жителей азербайджанских сёл Салахлы и Шихлы[90]. Столкновения в Казахском уезде продолжились вплоть до мирного соглашения 18 апреля в Узунтале при участии комиссии, созданной в результате конференции в Тифлисе.

Попытка мирного урегулированияПравить

Уже 1 апреля британский, итальянский и французский комиссары на Кавказе потребовали, чтобы азербайджанское и армянское правительства решили конфликт мирным путем. Хан Хойский отверг предложение союзников о направлении в Карабах смешанной комиссии, объяснив это тем, что расследование в одном лишь Карабахе будет на руку армянам и нужно будет более детальное расследование азербайджано-армянской конфронтации с 1918 года[91].

В итоге, разрешение конфликта было оставлено на трехстороннюю конференцию в Тифлисе, с участием представителей Грузии, Азербайджана и Армении. Конференция по разрешению закавказских споров была обговорена армянской и азербайджанской стороной ещё 19 января и была назначена на 1 апреля, однако первое пленарное заседание началось 9 апреля. Уже на нем были выявлены категорически разные взгляды азербайджанской и армянской стороны даже в вопросе повестки дня конференции. Повестка дня была принята только на четвертом пленарном заседании, 11 апреля, и состояла из шести пунктов — прекращение военных действий, образование постоянного органа трех республик, разрешение территориальных споров, координация во внешней политике, закавказская конфедерация и экономические вопросы. Тем не менее, практически вся конференция была посвящена первому пункту, и, на фоне горячих споров, единственным продвижением в этом вопросе было создание по одной комиссии для прекращения боевых действий в Карабахе, Казахе и Нахичевани. Конференция так и не была закрыта, будучи отложенной до возвращения всех трёх комиссий[92].

Между тем, 22 апреля для легитимизации военных действий Дро созвал IX съезд армян Карабаха, на котором делегаты подтвердили объединение Нагорного Карабаха и Армении и призвали Дро освободить регион. Однако Дро так и не отдал приказ о наступлении. Политическая ситуация в Закавказье стремительно менялась, и 27—28 апреля произошла советизация Азербайджана[93].

Установление советской власти на территории Азербайджана и спорных территорияхПравить

В середине апреля 1920 года части 11-й армии РККА, разбив остатки войск Деникина, подошли к северным границам Азербайджана.

В ночь с 27 на 28 апреля 1920 года в столице Азербайджана было свергнуто правительство АДР. Временный азербайджанский революционный комитет (Азревком) провозгласил Азербайджанскую ССР и обратился к СНК РСФСР с просьбой о немедленной военной помощи. 28 апреля Азревком сформировал СНК АзССР под руководством Н. Н. Нариманова, который отдал приказ азербайджанским войскам в Карабахе и Зангезуре прекратить наступление и перейти к обороне. Уже 28 апреля в Баку вошли передовые части 11-й армии РККА, не встретившие существенного сопротивления в связи с тем, что практически все азербайджанские войска были переброшены в Нагорный Карабах[94][95].

Председатель президиума ЦК КП АзССР М. Д. Гусейнов направил ноту правительству Армении, в которой потребовал вывести войска из Нагорного Карабаха и Зангезура и прекратить межнациональную рознь, предупредив, что в противном случае Азревком будет считать себя в состоянии войны с Арменией[96].

Учитывая резкое осложнение обстановки в Карсской области и Нахичеване, НКИД Азербайджанской ССР 8 мая направил обращение к армянскому народу и армянскому правительству в отношении событий, происходящих в Юго-Западном Закавказье. В обращении предлагалось прислать полномочных представителей армянского правительства в Баку не позднее 15 мая 1920 года и для «разрешения всех спорных вопросов вступить в переговоры». Министр иностранных дел Армении А. Оганджанян в ответе на обращение обвинил население Нахичевана и Карсской области в противодействии армянским войскам. 15 мая заместитель наркома иностранных дел РСФСР Л. Карахан направил телеграмму на имя М. Д. Гусейнова, сообщив ему, что правительство РСФСР согласилось на просьбу армянского правительства о посредничестве между Арменией и Азербайджаном и в качестве первого шага «решило занять частями русской Красной армии спорные между Азербайджаном и Арменией местности»[97].

В начале мая части 11-й армии начали продвижение через Евлах в направлении Нагорного Карабаха, Гянджи и Казаха. С приходом советских войск большинство частей азербайджанской армии реорганизовывались в части Красной Армии и передавались в оперативное подчинение 11-й армии[97], а местные чиновники становились работниками советских органов[98]. К первой половине мая почти на всей территории Азербайджана была установлена советская власть, которую на местах осуществляли ревкомы[94].

12 мая первые советские части прибыли в Карабах. Армянское ополчение, будучи под большевистским влиянием, приняло сторону большевиков, и уже к концу мая армянские войска генерала Дро после непродолжительного сопротивления приняли ультиматум об уходе из Карабаха. В регионе установилась советская власть, и лишь несколько изолированных вооружённых групп продолжали сопротивление, уйдя в горы. На территории Карабаха органами советской власти стали мусульманский ревком в Шуше и армянский ревком в Тагаварде[99].

Армянская армия потерпела ряд поражений также в Казах-Шамшадиле[99].

Довольно сложная ситуация сложилась в Елизаветпольском уезде. Армяне, не встретив сопротивления деморализованной азербайджанской армии, дошли до окрестностей Гянджи. На фоне антисоветских восстаний в Азербайджане армянские и советские войска стали проводить совместные операции против азербайджанских повстанцев в Гяндже.[99]

Параллельно между РСФСР и Арменией велись переговоры в Москве. Во время переговоров, Красная армия была занята в Азербайджане подавлением антисоветских азербайджанских восстаний в Закаталах, Гяндже и Агдам-Шуше, а армянская армия имела схожую проблему в лице большевистских восстаний в Карсе, Сарыкамыше, Александрополе, Дилижане, Ново-Баязете, позже усмиряя также мусульманские анклавы Зенгибасара, Ведибасара и Пеняка (Ольтинский округ).[99]

В середине июня тон заявлений советской стороны на переговорах с армянской делегацией изменился. Если до этого Красной армии не удавалось установить контроль над Зангезуром и Нахичеваном из-за антисоветских восстаний на территории Азербайджана, то после падения Шуши 15 июня дорога в Нахичеван через Герюсы была открыта[99].

25 июня командующий 11-й армией РККА Левандовский отдал приказ о подготовке к выходу на границу с Ираном, в котором частям предписывалось выйти на линию Нахичевань-Джульфа-Ордубад. В это же время на Нахичевань из Эривани выдвигалась группировка армянских войск под командованием генерала Багдасарова. Однако 2 июля армянская армия натолкнулась на 9-тысячный корпус турецкой армии под командованием Джавид-бея, осуществивший марш-бросок в районы Нахичевани, Джульфы и Ордубада. Передовые части корпуса, насчитывавшие 3 тыс. штыков, достигли Шахтахтов и Нахичевани[97].

5 июля советские войска овладели с. Герюсы. 7 июля в целях налаживания союзнических отношений между кемалистской Турцией и Советской Россией и уточнения путей возможного взаимодействия представители турецкой Баязетской дивизии прибыли в полевой штаб 20-й дивизии Красной армии, располагавшийся в с. Герусы, с предложением выдвинуть войсковые соединения на линию Нахичевань-Ордубад. Это было необходимо для совместных действий против армянских частей. Поставив перед правительством Армении вопрос о присутствии своих войск в Нахичеване и Зангезуре и не дождавшись положительного ответа, руководство Советской России решило начать военные действия в целях установления советской власти в Нахичеване. 17 июля 11-я армия РККА начала наступление на Нахичеван. Частям Красной армии предписывалось беспощадно уничтожать дашнакские войска, не останавливаясь перед переходом государственной границы Армении. Наступление же армянских войск на Нахичеван было блокировано, с одной стороны, наступательными операциями Красной армии, с другой — массированной атакой турецких войск[97].

28 июля — 1 августа части РККА и кемалистские войска взяли под свой совместный контроль Нахичеван, где 28 июля была провозглашена Нахичеванская Советская Социалистическая Республика. 10 августа между Арменией и РСФСР был подписан договор о прекращении огня, закрепивший пребывание советских войск на временной основе в спорных территориях — Зангезуре, Карабахе и Нахичеване (под контролем армянских войск остались Шахтахты и весь Шарур).

После захвата Герюсов и установления советской власти на севере Карабаха, советские войска попытались установить контроль и над южной частью, но были разгромлены ополчением Нжде около Кафана и атакованы отрядами Дро у Ангелаута. После отступления советских частей в Карабах Дро потребовал от них «покинуть все оккупированные армянские земли». Однако уже 5 августа советские войска начали контрнаступление, и через 2 дня Герюсы были вновь взяты. Коридор Шуша-Герюсы-Нахичеван между кемалистской Турцией и советским Азербайджаном вновь был открыт[99].

В начале сентября в Зангезуре части 11-й армии РККА предприняли попытку наступления с севера в направлении Кафана и Каджарана. Тремя неделями позже со стороны Нахичевана и Джебраила в направлении Мегри выдвинулись части Красной Армии во взаимодействии с турецкими и азербайджанскими частями. Армянское ополчение под командованием Нжде, однако, выдержало натиск и к середине октября отбило Капан и Каджаран и вынудило советско-турецкие войска отступить на территорию Нахичевана[100].

В начале ноября отряды зангезурского ополчения отразили ещё одно наступление советских и азербайджанских войск из Джебраила, а 9 ноября начали контрнаступление на Герюсы. К 22 ноября зангезурские армяне при содействии экспедиционного корпуса из Даралагеза разбили советские войска, отбив у них Герюсы, Татев, Дарабас и Ангелаут. Советские войска были вынуждены отступить до Абдалара на старой административной границе Карабаха[100].

Однако независимое армянское государство доживало свои последние дни. 28 ноября 1920 года части XI Красной Армии перешли демаркационную линию Советского Азербайджана и Армении к юго-востоку от Казаха. Советизация Армении была провозглашена в Дилижане 30 ноября, а к 4 декабря советизация Армении завершилась[100].

Итог. Спорные территории после советизацииПравить

После советской оккупации Азербайджана и Армении разрешение территориальных споров взяли на себя большевики.

В ноябре 1920 года Азревком, отмечая советизацию Армении, объявил, что и Зангезур, и Нахичевань, в котором в июле была провозглашена советская республика, считаются нераздельной частью Армении, а крестьянству Нагорного Карабаха должно быть предоставлено право на самоопределение. Однако в договоре между РСФСР и Арменией в декабре 1920 года за Арменией признавался только Зангезур. Ленин с одобрением отнесся к предложению Азербайджана о передаче Нахичевани Армении, заявив, что последнее слово будет за трудящимся народом Нахичевани. Референдум в начале 1921 года продемонстрировал, что 90 процентов населения Нахичевани высказалось за включение в состав Азербайджана на правах автономной республики. В то же время Великое национальное собрание Турции настаивало на том, чтобы Нахичевань вошел в состав Азербайджана ввиду демографической составляющей, стратегического значения и страха местного населения перед армянской оккупацией, и Ленин, желавший подписать договор с кемалистами, был согласен на это. В итоге Нахичевань был закреплен за Азербайджаном в Московском и Карсском договорах, временно оставаясь отдельной советской республикой[101][102].

Между этими договорами продолжались ожесточенные территориальные споры между тремя закавказскими республиками, для решение которых весной 1921 года была создана специальная комиссия по демаркации во главе с Сергеем Кировым[102].

Во время июньских встреч комиссии газета «Советская Армения» заявила о согласии Азербайджанской ССР передать Карабах Армении, в то время как записи обсуждения членов ЦК Компартии Азербайджана показывают, что они ничего не знали о подобном «договоре». Тем не менее, Ереван назначил своего представителя в Карабах. Нариманов в своих телеграммах Кавбюро в Тифлисе и советскому правительству Еревана потребовал его отзыва — ЦК Компартии Азербайджана и Совнарком отказались сдавать нагорную часть Карабаха Армении, ввиду её экономических связей с Азербайджаном, при этом заявив, что армянские и азербайджанские граждане должны быть «широко задействованы» в «советском строительстве». Однако, несмотря на твердую позицию Нариманова, 4 июля 1921 года расширенный пленум Кавбюро принял решение о передаче нагорной части Карабаха Армении. За это решение проголосовали Орджоникидзе, Киров, Мясникян и Фигатнер. Нариманов вновь выступил против, потребовав рассмотрения вопроса ЦК РКП(б), аргументируя это чрезвычайной важностью вопроса для Азербайджана. Кавбюро принял решение в соответствии с предложением Нариманова[103]. Присутствовавший на пленуме Сталин, хоть и не выступил, но огласил своё мнение после сессии. На следующий день Орджоникидзе и армянский коммунист Назаретян призвали к пересмотру решения Кавбюро. Оно было отменено, и было принято следующее решение[102][104]:

а) Исходя из необходимости национального мира между мусульманами и армянами и экономической связи Верхнего и Нижнего Карабаха, его постоянной связи с Азербайджаном, Нагорный Карабах оставить в пределах Азербайджанской ССР, предоставив ему широкую областную автономию с административным центром в гор. Шуше, входящем в состав автономной области.

б) Поручить Цека Азербайджана определить границы автономной области и представить на утвреждение Кавбюро ЦК РКП.

Через две недели Киров стал первым секретарем ЦК Компартии Азербайджана. Будучи правой рукой Орджоникидзе с первых дней создания Кавбюро, теперь же он стал инструментом влияния Сталина и Орджоникидзе в Азербайджане на фоне конфликтов с Наримановым по территориальным и экономическим вопросам. Последний на этот раз выступил против создания отдельной административной единицы в Нагорном Карабахе, считая, что это еще более ослабит контроль Баку над регионом. Границы автономной области не были определены[102].

В августе 1921 года член Компартии Азербайджана Левон Мирзоян начал кампанию по ускорению карабахского процесса. На партийной встрече в Шуше он заявил, что отдельная административная единица будет гарантом против возможного этнического притеснения. Мирзоян телеграфировал в ЦК Компартии Азербайджана (послав копию в Кавбюро), что «нормализация» условий требует создания отдельной административной единицы. 21 октября встреча Оргбюро ЦК Компартии Азербайджана под председательством Кирова приняло решение о разграничении границ автономной части Карабаха, что было своего рода компенсацией армянам после Карсского договора[102].

20 декабря 1922 года, после года «партийной работы» в основном армянских коммунистов, Президиум ЦК Компартии Азербайджана постановил учредить центральную комиссию по делам Карабаха в составе Кирова и двух армянских коммунистов Мирзабекяна и Арменака Каракозова для управления регионом[105]. На следующий день также была создана комиссия из семи человек (пяти армян и двух азербайджанцев) во главе с Каракозовым, целью которой было создание автономии[106]. Как указывает американский историк Одри Альтштадт, состав комиссий был довольно противоречивым, так, еще работая в Карабахе в 1922 году, Каракозов был представителем и Азревкома, и ЦК Компартии Азербайджана, и Армянского ревкома, и большая часть работников, приведенных в Нагорный Карабах во время его пребывания в должности были армянами, что лишь усиливало армянский характер Коммунистической партии в регионе[107].

В июне 1923 года комитет Каракозова рекомендовал Президиуму ЦК КП Азербайджана выделить Карабах в отдельную административную единицу, и 1 июля Киров подписал протокол Президиума ЦК КП Азербайджана с «предложением» АзЦИКу декретировать автономию Нагорного Карабаха со столицей в Ханкенди. Были созданы ревком во главе с Каракозовым и обком во главе с Мануцяном[108]. Также была создана специальная комиссия по разграничению Карабаха[107].


В 1897 году сельское население Шушинского и Джеванширского уездов составляло 93,600 армян (43.3%) и 115,800 азербайджанцев (54.8%), причем в конце 1890-ых лишь 1/30 часть равнинного населения Карабаха не перекочевывала летом в горы[109]. Такое положение дел оставалось и в 1920-ые годы[110], однако мусульманское население встречало препятствия. Например, согласно докладу Газанфара Мусабекова на II Съезде Советов Азербайджанской ССР 29 апреля 1922 года, кочевники 4 года из-за Армяно-азербайджанской войны не могли получить доступ к горным пастбищам, в результате чего большое количество людей и скота погибло от малярии[111]. В марте 1925 года Мусабеков вновь рассмотрел факт отсутствия доступа к летним пастбищам у кочевников[112].

Между тем, во время последних этапов решения карабахского вопроса, Нахичевань был подтвержден в качестве неразрывной автономной части Азербайджана органами ЗСФСР, РКП(б), III Всенахичеванским съездом советов в феврал 1923 года и АзЦИКом в июне 1923 года. АзЦИК и Совнарком во главе с Мусабековым, возможно, в качестве компенсации, потребовали не только административной, но и политической автономии для Нахичевани в пределах Азербайджана. Москва согласилась, и в марте 1924 года на месте Нахичеванского автономного края была создана Нахичеванская Автономная Советская Социалистическая Республика.

В итоге, в вопросе Карабаха, Нахичевани и Зангезура Москва достигла баланса — Зангезур был отдан Армении в качестве барьера между Нахичеванью, переданному Азербайджану, и Карабаха, часть которого была выведена из-под прямой власти Баку, перейдя под номинальное азербайджанское республиканское, но фактическое армянское партийное управление. Потеря Зангезура была болезненной для Азербайджана, но ему пришлось быстро с ней смириться. Нахичеванский и Карабахский процессы были проведены одновременно, компенсируя друг друга. Азербайджан получил номинальный суверенитет над Карабахом и Нахичеванью, потеряв при этом фактическую власть над западным Карабахом. Армения потеряла номинальный контроль над обеими территориями, получив, однако, особые культурные права и большую политическую власть над армянами Азербайджана без обеспечения такими же правами азербайджанцев в самой Армении, что озлобило азербайджанцев в Армении и Азербайджане. АОНК был провозглашен «сияющим примером национальной политики ленинизма», что было правдой. Решение территориальных споров показало верховенство Москвы и Коммунистической партии. Ни Азербайджан, ни Армения не были защищены от территориальных регулирований или вмешательства во внутренние дела, несмотря на гарантии республиканского суверенитета. Напряженность, как и территориальные споры остались[107].

Спустя 65 лет после «окончательного решения карабахского вопроса» конфликт в Нагорном Карабахе вспыхнул вновь, приведя к кровопролитной Карабахской войне. Конфликт все еще далек от разрешения.

Этнические чисткиПравить

И армянские, и азербайджанские войска проводили этнические чистки в ходе армяно-азербайджанской войны.[113]

Этнические чистки в Бакинской губернииПравить

 
Разрушенные в ходе Мартовской резни мусульманские дома на Базарной улице (ныне проспект Азербайджана)

Мартовские события в Баку (1918)Править

 
Жертвы Мартовской резни

В марте 1918 напряжение и стычки между азербайджанцами и армянами вылились в резню азербайджанцев радикальными армянами и большевиками[114][115]. Столкновения происходили и в Кубинском уезде, где армянский военачальник Амазасп начал боевые действия с целью «уничтожить всех мусульман от моря (Каспийского) до Шахдага». Отряд Амазаспа сжёг Кубу и разорил 122 мусульманских селения.[116] Данные о масштабе и количестве жертв разнятся, так о количестве жертв только в самом городе Баку приводятся данные до 12—13 тысяч.[117][114][118][119][120][121][122][123][124][125] Сам Шаумян признавал, что в течение 2 дней армянами было убито 3,000 человек.[126] По мнению историка Майкла Ньютона, количество гражданских жертв среди азербайджанских и других мусульманских народов в Баку и его окрестностях оценивается от 12 до 30 тысяч.[5] Американский историк Одри Альштадт считает, что наиболее точные данные о количестве жертв дает азербайджанский историк Джамиль Гасанлы («Русская революция и Азербайджан: Трудный путь к независимости», с. 100—136) — 20—30 тысяч мусульман.[127][цитата не приведена 174 дня]

15 июля 1918 г. постановлением Совета Министров АДР была создана Чрезвычайная Следственнаяй Комиссия (ЧСК), «для расследования насилий, произведенных над мусульманами и их имуществом в пределах всего Закавказья со времени начала Европейской войны». Собранные ЧСК материалы к августу 1919 г. составляли 36 томов и 3500 страниц. 6 томов, 740 страниц из них отражали насильственные акты, произведенные над мусульманским населением города Баку и его окрестностей[128].

На основе данных, собранных бакинской группой ЧСК, в которую входили товарищ прокурора Бакинского окружного суда А.Е.Клуге, присяжный поверенный Мамед Хан Текинский, присяжный поверенный А. А. Александрович (Литовский), юрист А. А. б. Гаджи Ирзаев, товарищ прокурора Гянджинского Окружного суда Ч. Б. Клоссовский и нередко участвовавший в допросах сам председатель ЧСК А. б. Хасмамедов[128], было опубликовано постановление ЧСК от 24 июля 1919 года[129]:

Чрезвычайная Следственная Комиссия при Азербайджанском Правительстве, рассмотрев настоящее дело о разгроме города Баку в связи с докладом по сему же делу члена Комиссии А.Е. Клуге, нашла, что данными произведенного Комиссией расследования, изложенными в упомянутом докладе Клуге, установленными как показаниями свидетелей: ..., так и приобщенными к делу протоколами осмотров, протоколами экспертиз и фотографическими снимками, жители города Баку: ... достаточно изобличаются в том, что, вследствие побуждений, проистекавших из вражды религиозной и племенной к мусульманскому населению, действуя по соглашению между собой и другими пока следствием не обнаруженными лицами, и соединенными силами, составили шайку из нескольких тысяч человек, вооруженных огнестрельным и холодным оружием, которая, поставив своей целью истребление мусульманского населения, а равно похищение и уничтожение его имущества, 18 марта 1918 года, в городе Баку, напала на мусульманскую часть города и, громя их в течение нескольких дней: 1. убила в это время до 11000 мусульман-мужчин, женщин и детей, сопровождая эти убийства особенными жесто-костями, как то насилованием женщин, отрезанием у них грудей, бросанием живыми в огонь, подниманием грудных детей на штыки и т.п., 2. похитила у населения разного имущества на сумму не менее 400 миллионов рублей и 3. уничтожила поджогами в некоторых районах, например, в Мамедлинском районе, или же на базаре, почти сплошь все помещения, населенные мусульманами, а также некоторые другие, принадлежащие мусульманам общественные и частные здания, как-то: здание редакции газеты «Каспий» и мусульманского Благотворительного общества «Исмаилие» и мусульманские гостиницы «Дагестан», «Искендерие», «Исламие», а потому: на основании 396 ст Уг. Суд., постановления Правительства Азербайджанской Республики от 21 марта с.г. и предложения Министра Юстиции от 25 июня сего же года за № 3166, Чрезвычайная Следственная Комиссия

Постановила: названных выше жителей города Баку ... привлечь к настоящему делу в качестве обвиняемых, предъявив им обвинение по 13, 129, 927, 1452, 1453, 1607, 1633, 1636 ст. ст. Улож. О Нак.. ...

Председатель: А.Хасмамедов (подпись) Члены Чрезвычайной Следственной Комиссии: Ч.Б.Клоссовский, А.А. Александрович (подписи)

Последующие событияПравить

Начавшееся 10 июня 1918 года наступление на Гянджу войск Бакинской коммуны, состоявшее в основном из армян, сопровождалось грабежом и убийствами мусульманского населения.[130]

Вскоре, военные действия обернулись против бакинских войск, и 14 сентября Баку был захвачен Кавказской Исламской армией. За взятием Баку последовала трехдневная резня армян[131] азербайджанцами с участием османской армии[132] в качестве мести за мартовские события[8][133][134]. Согласно Дональду Блоксхэму, мало сомнений в намерении османской армии убивать всех армян, продолжая геноцид 1915 года, но предыстория резни очень запутана ввиду обоюдной резни в 1905 и массового уничтожения азербайджанцев в марте 1918.[132] Согласно некоторым оценкам было убито 30 000 армян[132]. Согласно американскому историку Фирузу Каземзаде данные о количестве жертв были очень завышенными, учитывая то, что официальные данные специального Армянского исследовательского комитета не превышали 9 тысяч.

После резни армян армянский дипломат в Тифлисе Джамалян направил ноту протеста представителю Азербайджана в Грузии Джафарову, обвиняя правительство последнего в резне 25—30 тысяч армян в Баку и требуя жестокого наказания виновников. Джафаров ответил, что азербайджанское правительство всегда желало жить в мире с соседями, а резня в сентябре была спонтанной местью за убийство около 10 тысяч азербайджанцев армянами. Он также опровергнул данные о том, что правительство Азербайджана не наказала виновных. 100 человек были признаны виновными и казнены.[135]

В дальнейшем, земли в Азербайджане, населенные армянами, опустели. В Шемахинском и Нухинском уездах было разрушено 44 селения с 37000 жителей. То же самое происходило в городах: Шемахе, Нухе, Агдаме, Гяндже, армянское население уцелело только в местах, куда не проникли мусаватисты[136].

Этнические чистки в Эриванской губернии и ЗангезуреПравить

После падения Российской империи начались бои между Азербайджаном и Арменией в регионах со смешанным населением, причем турецкие офицеры, в частности Кязым Карабекир, обвиняли армян в целеустремлённом уничтожении мусульман (азербайджанцев и курдов). Британский полковник А. Роулинсон был назначен в Закавказье, чтобы определить правдивость утверждений турецкой стороны, и по крайней мере один раз видел «значительную колонну» мусульманских беженцев, спасавшихся от армян. По его сведениям, и армяне, и мусульмане говорили о мести и массовых убийствах по отношению друг к другу. Так, на встрече армянских генералов в Карсе в июле 1919 командиры описали насилие над мусульманами как предсказуемое. В то же время курдские вожди выразили Роулинсону желание отомстить армянам и то, что они отказываются жить под армянским правлением. Один из курдских вождей сказал, что «перережет глотку каждому армянину, которого встретит». Карабекир информировал османское Министерство Обороны, что «Роулинсон, похоже, осознает, что мы сохраняем cвою сдержанность, борясь c армянским насилием».[137]

В Армении дашнаками проводились этнические чистки, в первую очередь против азербайджанцев из Новобаязетского, Эриванского, Эчмиадзинского и Шаруро-Даралагезского уездов.[138]

Другие посетители Республики Армения также говорили о том, что страна зарубцована этническими и религиозными войнами. Оливер Уордроп, британский верховный комиссар в Закавказье, писал, что межэтническая война обезлюдила края и в 20 милях от Севана опустошённые дома «лежат в руинах в результате кровопролитного конфликта между татарами[Комм 1] и армянами». В апреле 1920 Бечхофтер описал страну разрушенной войнами и с ландшафтом руин сёл.[139]

В Зангезуре, как и в ряде других областях со смешанным населением, армянский генерал Андраник выделился разрушением азербайджанских селений и уничтожением их населения[140][141][125][142]. Ричард Ованнисян описывает его действия как превращение Зангезура в чисто армянскую землю, схожее утверждение делал и Александр Хатисян, премьер-министр Армении.[141] Из Зангезура было изгнано 50 тысяч мусульман и убито 10 тысяч, 100 сел было разрушено.[143] Андраник не смог распространить свою политику на Карабах только благодаря британскому вмешательству.[141]

Андраником было приведено 30 тысяч армянских беженцев из Восточной Анатолии. Некоторые из них остались в Зангезуре, но по приказу армянского военного министра Тер-Минасяна многие из них были поселены на месте изгнанных азербайджанцев Эривана и Даралагеза для гомогенизации ключевых областей Армении. Один из фидаинов осторожно назвал это этническими чистками.[144] Вслед за Андраником, «реарменизацию» Зангезура продолжил Гарегин Нжде[145]. В ноябре 1919 года он провел операцию против восставших сел Каджаран, Шабадин, Окчи, Пирудан, в результате которой защитники были вырезаны, а население изгнано.[146] В Зангезуре продолжились этнические чистки против азербайджанцев и после мирного соглашения 23 ноября 1919 года.

Нахичеванский регион также стал одним из центров этнических столкновений.[137][8] Так, как и в Зангезуре и Карабахе, боевики Андраника, не признавшего условия Батумского договора, в 1918 году начали вырезать и изгонять азербайджанцев из Нахчывана.[140] Действия Андраника указываются в телеграмме армянского генерала Фома Назарбекова председателю Независимой Армянской комиссии в Александрополе[147]:

Пожалуйста, проинформируйте турецкого командующего, что Андраник и вся его часть, которые не подчиняются моим приказам и были уволены со службы, совершают действительно жестокие действия против населения Нахджуванского [sic] региона.

В декабре 1919 года произошла вспышка насилия над армянами Гохтна, армянонаселенной части Нахичеванского региона недалеко от Ордубада. 17 декабря 1919 года обозлённое мусульманское население, состоявшее из местных и беженцев из Зангезура, атаковало армян в Нижнем Акулисе, вынудив жителей бежать в Верхний Акулис. 24 декабря азербайджанская толпа и жандармерия атаковала Верхний Акулис, устроив там резню. Население было выведено на улицу и расстреляно залп за залпом. Наиболее красивые девушки были распределены между погромщиками и жандармами. Ордубадский комендант Эдиф-бей выбрал себе 16-летнюю дочь видной семьи Панянов и взял с собой в Ордубад. 31 декабря архиеписком Тебриза Нерсес Мелик-Танкян телеграфировал в Эриван: «Акулиса больше нет на карте». Армянское правительство сообщило о 400 убитых армянах в Нижнем Акулисе и 1000 в Верхнем Акулисе[148].

Этнические чистки в КарабахеПравить

5 июня регулярные азербайджанские части, контролировавшие предместья Шуши, разграбили и сожгли село Кайбаликенд, многие жители деревни были убиты По данным британского офицера, из 700 жителей селения в живых осталось лишь 11 мужчин и 87 женщин и детей[149]. После этого нападавшие атаковали небольшие соседние деревни Кркджан, Джамилли, Пахлул и некоторые другие более удаленные. Другой английский офицер убедил 200 курдских всадников прекратить нападения, утверждая, что приказ исходит от Султанова. Когда через несколько дней столкновения прекратились, деревни лежали в руинах, около шестисот армян было убито[149].

После армянского восстания в Шуше в марте 1920 азербайджанские силы сожгли город и убили 500 человек[150].

ИтогПравить

 
Здание редакции газеты «Каспий» (Баку), разрушенное во время мартовских событий 1918 года.

В результате этнических чисток 1918—1920 гг. изменилась этнографическая карта Закавказья. населенные армянами территории в Азербайджане обезлюдели или были заселены азербайджанцами и курдами. В Шемахинском уезде были убиты 17 тыс. армян в 24 селах, в Нухинском уезде — 20 тыс. армян в 20 селех. Аналогичная картина наблюдалась в Агдаме и Гяндже. Армяне уцелели только в тех районах, куда не проникли мусаватисты: в Казахском, Елисаветопольском и Джеванширском уездах. В Армении населенные азербайджанцами районы также обезлюдели. Дашнаки «очистили» от азербайджанцев Новобаязетский, Эриваньский, Эчмиадзинский и Шаруро-Даралагезский уезды[136].

Масштабы изменения этнического состава видны на примере Зангезура: В 1897 году из 137,9 тыс. населения здесь жило 63,6 тыс. армян (46,2 %), 71,2 тыс. азербайджанцев (51,7 %), 1,8 тыс. курдов (1,3 %). По данным сельскохозяйственной переписи 1922 года, население отошедшей к Армении части Зангезура насчитывало 63,5 тыс. человек, в том числе 56,9 тыс. армян (89,5 %), азербайджанцев 6,5 тыс. (10,2 %), русских 0,2 тыс. (0,3 %).[136]

Джастин Маккарти, сравнивший данные Российского статистического ежегодника 1915 года по населению 1914 года и данные всесоюзной переписи 1926 года, пришел к выводу, что в результате этнических чисток 180 тысяч человек, 2/3 мусульманского населения Эриванской губернии, были вырезаны или изгнаны.[151][152]

Война привела к большому количеству беженцев-мусульман. Так, согласно подсчетам Джастина Маккарти, в 1922 году в Османской империи находилось 272704 беженцев из Закавказья, с учетом же погибших до 1922 года, количество беженцев может достигнуть 400 тысяч.

КомментарииПравить

  1. Под татарами подразумеваются азербайджанцы. (См. статью Азербайджанцы).
Ошибка в сносках?: Тег <ref> с именем «знамя», определённый в <references>, не используется в предшествующем тексте.

См. такжеПравить

ПримечанияПравить

  1. 1 2 3 Audrey L. Alstadt. Karabakh and Zangezur // The Azerbaijani Turks: Power and Identity under Russian Rule.
  2. 1 2 Tim Potier. Conflict in Nagorno-Karabakh, Abkhazia and South Ossetia: A Legal Appraisal. — С. 2.
  3. 1 2 Charlotte Mathilde Louise Hille. State Building and Conflict Resolution in the Caucasus. — С. 167.
  4. 1 2 Hovannisian R. G. The Armenian People from Ancient to Modern Times. — Palgrave Macmillan, 1997. — Vol. II. Foreign Dominion to Statehood: The Fifteenth Century to the Twentieth Century. — P. 316—319. — 493 p. — ISBN 0312101686, ISBN 9780312101688.
  5. 1 2 Michael Newton. Famous Assassinations in World History: An Encyclopedia [2 volumes]. — С. 270.
  6. William Edward David Allen, Paul Muratoff. Caucasian Battlefields: A History of the Wars on the Turco-Caucasian Border 1828—1921. с. 487—488
  7. William Edward David Allen, Paul Muratoff. Caucasian Battlefields: A History of the Wars on the Turco-Caucasian Border 1828—1921. с. 488—489.
  8. 1 2 3 Robert Gerwarth, John Horne. War in Peace: Paramilitary Violence in Europe After the Great War. — С. 179.
    Ошибка в сносках?: Неверный тег <ref>: название «:22» определено несколько раз для различного содержимого
  9. Д. В. Заяц. Изменение административно-территориального деления союзных республик
  10. By Andrew Andersen and Georg Egge. Armenia in the Aftermath of Mudros: Conflicting claims and Strife with the Neighbors
  11. 1 2 By Andrew Andersen and Georg Egge. Armenia in the Aftermath of Mudros: Conflicting claims and Strife with the Neighbors. Sharur, Nakhichevan and Goghtan, 01/1919 - 06/1919..
  12. Charlotte Mathilde Louise Hille. State Building and Conflict Resolution in the Caucasus. — С. 173.
  13. 1 2 3 Supplement:32184 // The London Gazette. — 7 January 1921. — С. 169.
  14. Charlotte Mathilde Louise Hille. State Building and Conflict Resolution in the Caucasus. — С. 171.
  15. газ. "Азербайджан" // №128. — 1919. — 22 июня.
  16. 1 2 Andrew Andersen and Georg Egge. The Second Phase of Territorial Formation: Insurgencies, Destabilization and Decrease of Western Support. Muslim Uprisings in Kars and Sharur-Nakhichevan and the failure of American Mediation, 07/1919 – 10/1919.
  17. 1 2 3 4 5 Artie H. Arslanian. BRITAIN AND THE QUESTION OF MOUNTAINOUS KARABAKH. — MIDDLE EASTERN STUDIES / Vol. 16 /January 1980. — С. 92-104.
  18. Andrew Andersen and Georg Egge From Ashes and Dust: Rebirth of Armenia through the Collapse of Two Empires.
  19. 1 2 Нагорный Карабах в 1918—1923 гг.: сборник документов и материалов. Ереван, 1992, с. 202, документ № 129 Донесение дипломатического представителя Республики Армения в Грузии министру иностранных дел Армении о требовании британского командования выслать из Арцаха представителей армянского правительства. 8 мая 1919 г.
  20. Нагорный Карабах в 1918—1923 гг.: сборник документов и материалов. Ереван, 1992, с. 141, документ № 86
  21. Нагорный Карабах в 1918—1923 гг.: сборник документов и материалов. Ереван, 1992, с. 79, документ № 49 Письмо председателя IV Карабахского армянского национального съезда бакинскому армянскому национальному совету от 19 февраля 1919
  22. Г. П. Лежава /«Технологии этнической мобилизации» под. ред. М. Н. Губогло / Институт этнологии и антропологии РАН. Изд-во «ЦИМО», 2000. 372 с.45-48 — 372 ISBN 5-201-13753-9
  23. Hovannisian, Richard. The Republic of Armenia: Vol. I, The First Year, 1918—1919. Berkeley: University of California Press, 1971, стр 172 «American official reported that Shuttleworth condoned the Azerbaijani economic boycott of Karabakh and gave permission to starve Armenians into submission.»
  24. Walker, Christopher J. Armenia and Karabagh: The Struggle for Unity. — Minority Rights Publications. — P. 80.
  25. Hovannisian, Richard. The Republic of Armenia: Vol. I, The First Year, 1918—1919. Berkeley: University of California Press, 1971, с. 176 «The Counncil’s noncompliance prompted a menacing show of Azerbaijani arms on June 4. Soon the shops were shuttered, the marketplace deserted, and the anticipated sound of gunfire echoed over the city. The Armenians barricades and even the British misson came under hevy fire, but the Governator-General failed to dislogde the Armenian defenders.»
  26. Richard G. Hovannisian. The Republic of Armenia: The first year, 1918-1919. — С. 188.
  27. Richard G. Hovannisian. The Republic of Armenia: The first year, 1918-1919. — С. 86—90.
  28. Richard G. Hovannisian. The Republic of Armenia: The first year, 1918-1919. — С. 162.
  29. Richard G. Hovannisian. The Republic of Armenia: The first year, 1918-1919. — С. 162—196.
  30. 1 2 Andrew Andersen and Georg Egge. The Second Phase of Territorial Formation: Insurgencies, Destabilization and Decrease of Western Support. Azerbaijani invasion of Zanghezur, the Truce and the Fall of Goghtan, 11-12/1919.
  31. Richard G. Hovannisian. The Republic of Armenia: From Versailles to London, 1919-1920. — 1971. — С. 218.
  32. Richard G. Hovannisian. The Republic of Armenia: From Versailles to London, 1919-1920. — 1971. — С. 225-226.
  33. Richard G. Hovannisian. The Republic of Armenia: From Versailles to London, 1919-1920. — 1971. — С. 225-226.
  34. 1 2 Richard G. Hovannisian. The Republic of Armenia: From Versailles to London, 1919-1920. — 1971. — С. 226-227.
  35. Richard G. Hovannisian. The Republic of Armenia: From Versailles to London, 1919-1920. — 1971. — С. 227-228.
  36. Richard G. Hovannisian. The Republic of Armenia: From Versailles to London, 1919-1920. — 1971. — С. 228-229.
  37. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. II: From Versailles to London, 1919-1920. — С. 214—215.
  38. 1 2 Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. II: From Versailles to London, 1919-1920. — С. 231.
  39. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. II: From Versailles to London, 1919-1920. — С. 232—233.
  40. Richard G. Hovannisian. The Republic of Armenia: From Versailles to London, 1919-1920. — 1971. — С. 236—237.
  41. 1 2 Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. II: From Versailles to London, 1919-1920. — С. 238.
  42. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. II: From Versailles to London, 1919-1920. — С. 239.
  43. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 131— 133.
  44. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 133.
  45. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 134— 136.
  46. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 136.
  47. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 137— 138.
  48. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 138— 139.
  49. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 140— 141.
  50. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 141— 142.
  51. 1 2 Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 142.
  52. Азербайджанская Демократическая Республика (1918—1920). Внешняя политика. (Документы и материалы). — Баку, 1998, с. 568
  53. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 143— 144.
  54. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 144.
  55. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 145.
  56. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 147.
  57. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 147—149.
  58. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 151.
  59. 1 2 Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 151—152.
  60. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 264.
  61. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 153—155.
  62. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 264.
  63. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 269.
  64. 1 2 Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 270.
  65. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 273.
  66. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 277.
  67. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 278.
  68. 1 2 Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 156—157.
  69. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 278— 279.
  70. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 282.
  71. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 280.
  72. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 293.
  73. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 294.
  74. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 299.
  75. 1 2 Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 312.
  76. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 157.
  77. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 158—159.
  78. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 314.
  79. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 318.
  80. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 315.
  81. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 305.
  82. 1 2 3 Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 150.
  83. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 271.
  84. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 272.
  85. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 301.
  86. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 320.
  87. 1 2 3 4 Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 163.
  88. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 295.
  89. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 298.
  90. Азербайджанская Демократическая Республика (1918-1920): армия (Документы и материалы). — С. 309.
  91. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 165—166.
  92. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 166—172.
  93. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. 3. — С. 159—160.
  94. 1 2 Гражданская война и военная интервенция в СССР. Энциклопедия.
  95. Michael P. Croissant. The Armenia-Azerbaijan conflict: causes and implications. Greenwood Publishing Group, 1998. ISBN 0-275-96241-5, 9780275962418, стр 18
  96. К истории образования Нагорно-Карабахской Автономной Области Азербайджанской ССР. Документы и Материалы. — Баку, 1989. — С. 41—42.
  97. 1 2 3 4 Гаджиев А. Н., Белов В. К. Определение государственно-территориального статуса Нахичевани на завершающем этапе Гражданской войны в России // Вестн. Сев. (Арктич.) федер. ун-та. Сер.: Гуманит. и соц. науки. 2017. № 2. С. 13-22. DOI: 10.17238/issn2227-6564.2017.2.13
  98. Andrew Andersen and Georg Egge. The Beginning of Soviet Expansion and the Treaty of Sevres.
  99. 1 2 3 4 5 6 Andrew Andersen and Georg Egge. The Beginning of Soviet Expansion and the Treaty of Sevres.
  100. 1 2 3 Andrew Andersen and Georg Egge. Turkish-Armenian War and the fall of the First Republic
  101. Заявление Нариманова 1 декабря 1920 года // Газета "Коммунист" №178, 1920-12-02
  102. 1 2 3 4 5 Audrey L. Altstadt. Sovietization of Azerbaijan, Regional Integration // The Azerbaijani Turks: Power and Identity under Russian Rule.
  103. К истории образования Нагорно-Карабахской Автономной Области Азербайджанской ССР: Документы и материалы. — Баку, 1989. — С. 90— 91.
  104. К истории образования Нагорно-Карабахской Автономной Области Азербайджанской ССР: Документы и материалы. — Баку, 1989. — С. 92.
  105. К истории образования Нагорно-Карабахской Автономной Области Азербайджанской ССР: Документы и материалы. — Баку, 1989. — С. 137.
  106. К истории образования Нагорно-Карабахской Автономной Области Азербайджанской ССР: Документы и материалы. — Баку, 1989. — С. 138.
  107. 1 2 3 Audrey L. Altstadt. Sovietization of Azerbaijan, Creation of the Nakhjivan ASSR // The Azerbaijani Turks: Power and Identity under Russian Rule.
  108. К истории образования Нагорно-Карабахской Автономной Области Азербайджанской ССР: Документы и материалы. — Баку, 1989. — С. 149—150.
  109. Ошибка в сносках?: Неверный тег <ref>; для сносок :19 не указан текст
  110. Ошибка в сносках?: Неверный тег <ref>; для сносок :20 не указан текст
  111. К истории образования Нагорно-Карабахской Автономной Области Азербайджанской ССР: Документы и материалы. — Баку, 1989. — С. 115— 116.
  112. Audrey L. Altstadt. Notes, Chapter 7, 147// The Azerbaijani Turks: Power and Identity under Russian Rule.
  113. Benjamin Lieberman. Terrible Fate: Ethnic Cleansing in the Making of Modern Europe. — С. 137

    All sides — the Turkish Nationalists, Armenian forces, and Azerbaijani or Tatar forces — carried out either regional or local ethnic cleansings

    .
  114. 1 2 Minahan, James B. Miniature Empires: A Historical Dictionary of the Newly Independent States. p. 22. ISBN 0-313-30610-9. The tensions and fighting between the Azeris and the Armenians in the federation culminated in the massacre of some 12,000 Azeris in Baku by radical Armenians and Bolshevik troops in March 1918
  115. Patrick Donabédian, Claude Mutafian. The Caucasian knot: the history & geopolitics of Nagorno-Karabagh. Zed Books, 1994. ISBN 1-85649-288-5, 9781856492881
  116. Й. Баберовски. Враг есть везде. Сталинизм на Кавказе. — М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), Фонд «Президентский центр Б. Н. Ельцина», 2010. — С. 137—138. — ISBN 978-5-8243-1435-9.
  117. Smith, Michael (April 2001). «Anatomy of Rumor: Murder Scandal, the Musavat Party and Narrative of the Russian Revolution in Baku, 1917—1920». Journal of Contemporary History. 36 (2): 228. doi:10.1177/002200940103600202. The results of the March events were immediate and total for the Musavat. Several hundreds of its members were killed in the fighting; up to 12,000 Muslim civilians perished; thousands of others fled Baku in a mass exodus
  118. Jamil Hasanli. Foreign Policy of the Republic of Azerbaijan: The Difficult Road to Western Integration, 1918-1920. — Routledge, 2015. — 210 с.
  119. Caucasian review. — 1955. — С. 10.
  120. James Minahan. One Europe, Many Nations: A Historical Dictionary of European National Groups. — С. 76.
  121. Robert Gerwarth, John Horne. War in Peace: Paramilitary Violence in Europe After the Great War. — С. 178.
  122. John Silverlight. The Victors' Dilemma: Allied Intervention in the Russian Civil War. — С. 97.
  123. Timothy C. Winegard, The First World Oil War, с. 179.
  124. Firuz Kazemzadeh. The struggle for Transcaucasia, 1917-1921. — С. 72.
  125. 1 2 Justin McCarthy. Death and Exile the Ethnic Cleansing of Ottoman Muslims. — С. 213.
  126. Audrey Alstadt, The Azerbaijani Turks: Power and Identity under Russian Rule.
  127. Audrey Alstadt. The Politics of Culture in Soviet Azerbaijan, 1920-40. — С. 33.
  128. 1 2 Солмаз Рустамова-Тогиди. Март 1918 г. Баку: Азербайджанские погромы в документах. — 2009. — С. 38-39.
  129. Солмаз Рустамова-Тогиди. Март 1918 г. Баку: Азербайджанские погромы в документах. — 2009. — С. 652-653.
  130. Firuz Kazemzadeh. Struggle For Transcaucasia (1917—1921), New York Philosophical Library, 1951, стр 130—131
  131. Israel W. Charney. The Widening Circle of Genocide. — С. 124.
  132. 1 2 3 Donald Bloxham. Interlude: The Genocide in Context // The Great Game of Genocide: Imperialism, Nationalism, and the Destruction of the Ottoman Armenians.
  133. Benjamin Lieberman. Terrible Fate: Ethnic Cleansing in the Making of Modern Europe. — С. 138.
  134. George N. Rhyne. The Supplement to the Modern Encyclopedia of Russian, Soviet and Eurasian History: Avicenna — Bashkin, Matvei Semenovich. — Academic International Press, 2000. — С. 44.
  135. Firuz KAZEMZADEH. Chapter XV from the book “STRUGGLE FOR TRANSCAUCASIA” / Oxford, 1951.
  136. 1 2 3 Н. Г. Волкова (Наталья Георгиевна Волкова - одна из ведущих советских этнографов-кавказоведов, признанный ученый в области этнической истории народов Кавказа, автор нескольких монографических исследований по этническому составу населения Северного Кавказа, по кавказской этнонимике). Кавказский Этнографический Сборник, Статья: Этнические процессы в Закавказье в XIX-XX вв.. — IV. — СССР, Институт Этнографии им. М.Маклая, АН СССР, Москва: Наука, 1969. — С. 10. — 199 с. — 1700 экз. — ISBN 2131 Т11272. «В Азербайджане, там где ранее жили армянами, оставались пустые земли или были поселены азербайджанцы и курды. В Шемахинском и Нухинском уездах было разрушено 44 селения с 37000 жителей. То же самое происходило в городах: Шемахе, Нухе, Агдаме, Гяндже, армянское население уцелело только в местах, куда не проникли мусаватисты»
  137. 1 2 Benjamin Lieberman. Terrible Fate: Ethnic Cleansing in the Making of Modern Europe. — С. 135.
  138. Н. Г. Волкова (Наталья Георгиевна Волкова - одна из ведущих советских этнографов-кавказоведов, признанный ученый в области этнической истории народов Кавказа, автор нескольких монографических исследований по этническому составу населения Северного Кавказа, по кавказской этнонимике). Кавказский Этнографический Сборник, Статья: Этнические процессы в Закавказье в XIX-XX вв.. — IV. — СССР, Институт Этнографии им. М.Маклая, АН СССР, Москва: Наука, 1969. — С. 10. — 199 с. — 1700 экз. — ISBN 2131 Т11272.
  139. Ошибка в сносках?: Неверный тег <ref>; для сносок :322 не указан текст
  140. 1 2 Door Robert Gerwarth, John Horne. War in Peace: Paramilitary Violence in Europe After the Great War. — С. 179.
  141. 1 2 3 Donald Bloxham. Interlude: The Genocide in Context // The Great Game of Genocide: Imperialism, Nationalism, and the Destruction of the Ottoman Armenians.
  142. Richard G. Hovannisian, Armenia on the Road to Independence, Los Angeles, 1967, p. 194.
  143. Баберовски Й. Враг есть везде. Сталинизм на Кавказе, с. 167.
  144. Bloxham. The great game of genocide: imperialism, nationalism, and the destruction of the Ottoman Armenians
  145. Claude Mutafian. Karabakh in the twentieth century // Caucasian Cnot. — 1994. — С. 134. — ISBN 1-85649-287-7.
  146. Andrew Andersen and Georg Egge. The Second Phase of Territorial Formation: Insurgencies, Destabilization and Decrease of Western Support. Azerbaijani invasion of Zanghezur, the Truce and the Fall of Goghtan, 11-12/1919.
  147. Justin McCarthy. Death and Exile the Ethnic Cleansing of Ottoman Muslims. — С. 247.
  148. Richard Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. II: From Versailles to London, 1919-1920. — С. 235—238.
  149. 1 2 Hovannisian, Richard. The Republic of Armenia: Vol. I, The First Year, 1918—1919. Berkeley: University of California Press, 1971, с. 177.
  150. Richard G. Hovannisian. The Republic of Armenia, Vol. III: From London to Sèvres, February-August 1920, с. 152.
  151. Justin Mccarthy. The Ottoman Turks: An Introductory History to 1923. — С. 380.
  152. Justin McCarthy. Death and Exile the Ethnic Cleansing of Ottoman Muslims. — С. 216.

СсылкиПравить