Открыть главное меню

Багир-хан Челебианлу

Багир-хан Челебианлу (азерб. Bağır xan Çələbiyanlı, перс. باقرخان چلبیانلو‎; ум. 1837) — генерал-майор персидской армии.

Багир-хан Челебианлу
азерб. Bağır xan Çələbiyanlı, перс. باقرخان چلبیانلو
Место рождения с. Джананлу, Азербайджан
Дата смерти 24 ноября 1837(1837-11-24)
Место смерти Герат
Принадлежность Персия
Звание генерал-майор
Сражения/войны Русско-персидская война (1804—1813)

БиографияПравить

Багир-хан родился в азербайджанской семье в одном из карадагских селений Иранского Азербайджана и был старшим сыном Мухаммед Вали-султана Челебианлу.

Во время Русско-персидской войны 1804—1813 годов командовал персидской кавалерии.

После побега Карадагского хана Мухаммед Кули-хана в Карабах В 1826 году был назначен командиром отрядом Карадагское ханство. В этом качестве он принимал участие в русско-персидской войне 1826—1828 годов.

Багир-хан к началу кампании 1826 году принял командование, наряду с шахской конной гвардией, также над авангардом войск Карадагского ханства, вторгшимися в июле 1826 года в магалы Карабаха.

В самый тяжелый с. период блокады житель г. Шуши, азербайджанец Али Кули, по приказанию полковника Реута направился с секретными донесениями через расположение иранских войск в Тифлис, к главнокомандующему русским корпусом. Но в пути следования он был схвачен предателями из жителей Карабаха «и отведен к Аббасу-Мирзе, где содержался в железах», а бумаги, данные ему полковником Реутом, «он успел зарыть в землю». Перенеся жестокие пытки и истязания иранцев, Али-Кули, «найдя средства бежать, прибыл, наконец, в Шушу» и доставил русскому командованию весьма ценные сведения о том, что «Аббас-Мирза проехал в Тавриз. Войск в Агаре и Тавризе нет, артиллерия вся находится в сей столице. Багир-хан... с 300 челобиянцами содержит караул выше Худоферийского моста. Шукюр-хан Шахсеванский расположился караулом с 200 чел. конницы против Кара-Пашалы» [1].

Возвращаясь из Нухи в октябре 1826 году, Ермолов писал: «Здесь нашел я черный народ довольным, что прекратилось, зверское управление хана, который делал ужасные неистовства, но большая часть беков совершенные изменники» [2]. 17 октября 1826 г., уже в период отступления, тысячный иранский конный отряд всадников вторгся в азербайджанское селение Джебраиль Карабахского ханства. Разграбив сел. Джебраиль, иранский отряд через Худоферинскую переправу перешел на противоположный берег Аракса. 19 октября он разорил и разграбил деревню Маралиан на Араксе и «насильно переправил через Араке» всех жителей этой деревни. 20 октября иранские конные отряды ворвались в села азербайджанцев по р. Козлучай, чтобы увести их с собой.

Из донесение: "Было известно, что у Худоферинского моста стоял Багир-хан с двухтысячным отрядом сарбазов и с конницей, при двух орудиях; далее, в Хан-Баге, напротив Маральяна, ширванский, шахсеванский и другие ханы собрали свои иррегулярные полчища; в Асландузе стояла тысяча человек ардебильской конницы. По достоверным известиям, пятнадцать орудий, под прикрытием пехоты, двигались из Ардебиля к Араксу. Говорили также, что Аллахяр-хан с тридцатитысячной армией находится в одном переходе по ту сторону Тавриза, но куда он возьмет направление, к Эривани или к Карабагу,– было еще неизвестно".

В.А.Потто пишет: "Теперь перед Мадатовым лежал открытый путь внутрь персидских земель. Бегущие шахсеванцы повсюду распространяли ужас и смятение, и занятие русскими Лори (Ларр), главного города Мешкинского округа, произошло даже без попытки к сопротивлению со стороны персиян. 2 января, совершив трудный переход через глубокие снега, покрывавшие огромный горный хребет Сават-Гядич, появился Мадатов у ворот этого города и был встречен начальником округа Ата-ханом и его братом, Шукур-ханом, поспешившими принести покорность.

Под распущенным георгиевским знаменем Грузинского полка, присягнули они на верность русскому государю. В Лори явилась к Мадатову из Ардебиля депутация от Шагагинского народа, с просьбой о покровительстве и с известием, что собранные Аббас-Мирзой регулярные войска распущены по домам. Мадатов успокоил их. Пользуясь благоприятным расположением умов, он оставил в Лори батальон пехоты с казачьим полком, чтобы прикрыть обратное переселение выведенных персиянами множества семейств ширванцев и карабагцев, а с остальными войсками двинулся на Агар, главный город Карадагского ханства.

Быстрая молва предшествовала ему, и страх распространился далеко по соседним городам и селениям. Начальник Агара со всем семейством заранее бежал в Тавриз; гарнизон, состоявший из полутора тысяч сарбазов, рассеялся. 5 января русский отряд занял селение Насир-Абат. Здесь к Мадатову явилась депутация от Карадагского ханства с изъявлением покорности. Жители сами жгли персидские магазины с провиантом и фуражом, войска разбегались. 6 числа малочисленный русский отряд отпраздновал на чужой земле, вдали от родины, день Богоявления. Совершен был священный обряд православной церкви, и крест Спасителя, при громе пушечных выстрелов, погрузился в воды Агар-чая. На следующий день, не доходя 17 верст до Агара, Мадатов остановился. Кавалерийская партия в двести человек была отправлена вперед, для обозрения города. Но предосторожность оказалась излишней. Народная депутация сама явилась в русский лагерь, прося пощады городу. Мадатов именем императора обещал ее. Войска стояли на этом пункте до 9 числа, пока не были собраны все русские подданные, рассеянные в Карадагском ханстве. По всей Персии, между тем, шла тревога. Были достоверные известия, что в самом Тавризе уже ожидали появления русских, и Аббас-Мирза высылал по ночам свою казну и сокровища, готовясь и сам выехать из Тавриза со всем своим двором при первом известии об опасности. Мадатов не имел, однако, намерения продолжать экспедицию и доносил Ермолову, что выступит в обратный путь 9 числа. Но в то именно время, когда он готовился к этому, получено было известие, что сын талышинского хана и с ним шахсеванцы, в тылу у него, напали на карабагские семьи, возвращавшиеся на родину. В справедливом негодовании и в пример другим, Мадатов разорил жилища шахсеванцев от реки Агар-чая до большой Ардебильской дороги и истребил все запасы их хлеба и фуража. Медленными маршами и небольшими переходами, чтобы не утомлять усталые войска, двигался Мадатов к пределам России. Он прошел через Муганскую степь к Араксу и 17 января, переправившись на русский берег при Эдибулуке, вступил в Карабаг. Полковник Мищенко берегом Аракса прошел на свою прежнюю стоянку, в селение Джеват. Мадатов поехал в Тифлис, чтобы видеться с Ермоловым. Экспедиция принесла весьма важные плоды. Она была предпринята в суровое время года, когда только знакомство с краем, уменье водить войска и деятельная заботливость князя Мадатова предохранили отряд от значительных потерь, которые все исчерпывались только четырьмя рядовыми и двумя казаками; имея во всем довольство, солдаты охотно преодолевали неимоверные трудности по дорогам, почти непроходимым. Но это-то именно обстоятельство и покоряло персидских подданных, показывая им русскую силу. Особенно изумлялись они трудному переходу через гору Салват, где снег был глубиной в аршин и мороз при резком ветре доходил до девятнадцати градусов. И одного появления русских войск было достаточно, чтобы все жители той местности смирились. Результаты этого были блестящие. Шахсеванский народ, гордый и славившийся своей конницей, поплатился за свои набеги чувствительными потерями, а присяга его русскому царю должна была научить персидское правительство не полагаться на народ, видя, как легко и охотно он переходил на сторону России. Пощаженное Карабагское ханство, где городу Агару и жителям не было сделано ни малейшего вреда, могло служить ручательством для всех племен, что власть России не будет так тяжка, как власть персиян, если бы некоторым из этих племен довелось стать под русское подданство. До трех тысяч семейств, ушедших с персиянами и теперь возвращенных на родину, горьким опытом узнали, как мало могли они надеяться на защиту Персии, не предохранившую их от ограбления ее же подданными. Во всей стране распространен был страх, ставший основанием смут и неповиновения жителей Аббасу-Мирзе[3].

Из дневника доктора Уиллича: "28-го октября. Воскресенье. Сегодня утром я узнал, что марандские и нахичевские всадники, отравившиеся в погоню за семейством принца Аббас-Мирзы, нагнали его в ущелии Слаттель (?); но ущелие это было занято отрядом мазендеранской пехоты, входившим в состав конвоя означенного семейства. Попытка форсировать ущелье стоила жизни многим из нападавших. Вслед затем последние пробрались по горным тропинкам и подошли на близкое расстояние к гарему принца. Прикрывавший отступление гарема с всадниками из своего племени Багер-Хан-Челобианлу успел отразить нападавших, но при всем том им удалось захватить несколько вьюков с вещами, принадлежащими двум женам принца. Русские офицеры утверждают, что никому не было разрешено преследовать семейство принца"[4].

В 1828 году, когда армяне, обитавшие в Азербайджане, получили позволение переселиться в Карабахе.Армяне большею частью поселены на землях помещичьих мусульманских. Руководить организацией переселения было поручено полковнику Л. Е. Лазареву. Это было сложное дело, так как персидское правительство, поняв, как много оно теряет с уходом тысяч переселенцев, тайно запретило покупку недвижимости у переселяющихся. Персидские чиновники и поверенные Ост-Индской английской компании всячески запугивали их. Мусульмане осыпали переселенцев-христиан проклятиями и швыряли камнями.

По поручении Аббас-Мирзу Багир-хан всегда им мешал.

В качестве примера можно сослаться на случай со 154 семействами из деревень Узумчи, Кущи, Караковшах и Хасанабад, шедшими из Персии в Карабах. Один персидский хан по имени Багир, будучи заранее предупрежден о выходе с мест переселенцев, следовавших через территорию его ханства, начал разрушать мосты, приводить в негодность - дороги, организовывать набеги на эти семейства и т. д., всячески стараясь воспрепятствовать их переселению [5]. Когда же переселенцы, с упорством преодолев все эти преграды, подошли к границе с Карабахом, они были задержаны и ограблены начисто,, очутившись «в самом плачевном положении, едва имеющих, чем утолить свой голод» [6],—как свидетельствует русский комиссар при персидском правительстве Амбургер в своем рапорте Паскевичу от 15 мая 1828 г. по делу задержанных семейств. Только в результате настойчивого вмешательства русских представителей, неоднократно обращавшихся к персидским властям, вплоть до шаха, с жалобами на Багир-хана, переселенцы были освобождены и вступили в Карабах, но вместо 154 семейств туда прибыло 147, остальные же, не вынеся мук от Багир-хана, погибли.

Летом 1837 года Мохаммад-шах Каджар решил положить конец гератскому разбойничьему государству и двинул свою армию на город, который считал персидским потому, что Герат входил в состав Персии во времена династии Сефевидов. Организовывать оборону города Камрану помогал английский разведчик лейтенант Элдред Поттинджер. Он проник в Герат 18 августа 1837 под видом мусульманского паломника, выкрасив кожу темной краской. Первый бой у стен Герата произошёл 23 ноября 1837. В этом сражении Багир-хан и был убит.

СсылкиПравить

  • Анвар Чингизоглы. Гарадагские. Баку, изд-во «Шуша», 2008. 160 стр.

ПримечанияПравить

  1. ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4290.
  2. ЦГИАР, ф. 1018, оп. 2, д. 155, л. 1.
  3. Кавказская война в отдельных очерках, эпизодах, легендах и биографиях: в 5 томах. (2-е изд.) (СПб., 1887—1889)
  4. (http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Persien/XIX/1820-1840/Willich/text1.htm
  5. НАГ, ф. 2, д. 1752
  6. Там же, л. 19.

См. такжеПравить