Биджапурский султанат

Биджапур — один из султанатов, образовавшихся при распаде государства Бахманидов в 1490 году. Один из Деканских султанатов. Занимал обширную территорию на севере Карнатика и юге Махараштры. Правила им династия Адил-шахов. Столица — город Биджапур.

Историческое государство
Биджапурский султанат

बिजापूर सल्तनत्
ಬಿಜಾಪುರ ಸಲ್ತನತ್
Деканские султанаты в 17 веке.
Деканские султанаты в 17 веке.
 Flag of Vijayanagara Empire.png
 Flag of None.svg
Fictional flag of the Mughal Empire.svg 
Flag of Portugal.svg 
1490 — 1686
Столица Биджапур
Язык(и) Персидский (официальный)[1]
Деканский Урду[2]
Династия Адил-шахи
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе
Али Адил-шах I, миниатюра, Биджапур, ок. 1570-80г. Коллекция Давида, Копенгаген
Султан Ибрагим Адил-шах II, миниатюра, Биджапур, ок. 1590г., Коллекция Давида, Копенгаген
Мухаммед Адил-шах и его визирь Ихлас Хан.Миниатюра, Биджапур, ок. 1650, Лос Анджелес, Музей округа
Дарбар Али Адил-шаха II. Миниатюра, Биджапур, ок. 1660г, Частная коллекция. Держащий петицию придворный, вероятно, Шиваджи.
Художники Камал Мухаммад и Чанд Мухаммад. Дом Адил-шахов. Биджапур, ок.1680г., Музей Метрополитен, НЙ. На миниатюре персидский шах Исмаил передаёт Юсуфу Адил-шаху символический ключ правления. Вокруг Юсуфа все представители династии: справа - Ибрагим II, Мухаммед, Али II и малолетний Сикандар, слева - Исмаил, Ибрагим I и Али I

Политическая история.Править

К концу 15 века центральная власть в султанате Бахманидов ослабла до такой степени, что у губернаторов провинций возник естественный соблазн замкнуть власть на себе. Первым «раскольником» был Ахмад Низам аль-Мульк губернатор провинции Ахмаднагар, который объявил себя независимым правителем в 1490г. Чуть позже его примеру последовал Юсуф Адил-хан, губернатор Биджапура, объявивший себя независимым султаном, и прибравший к рукам эту бывшую провинцию Бахманидского государства, несмотря на противодействие губернатора соседнего Бидара - Касима Барида. Прежде всего, Юсуф озаботился укреплением безопасности цитадели Биджапура, и оборудовал город сложной системой водоснабжения.

Практически все 20 лет независимого правления султан Юсуф провёл в войнах с соседями – Ахмаднагаром, Бидаром, Голкондой и южной империей Виджаянагар. Ко времени его смерти в 1510 году территории Адил-шахов простирались от Бхимы на севере до реки Тунгабхадра на юге. Будучи вдохновленным персидским шахом Исмаилом, который в 1502 году провозгласил у себя шиизм государственной религией, Юсуф в 1503 году сделал то же самое в Биджапуре, введя в мечетях султаната службу по шиитскому образцу. Юсуф не был исламским ортодоксом, он благосклонно относился к индусам, позволяя им занимать высокие посты, и женился на маратхской женщине.

Угрозой для него стали португальцы, которые вскоре после этих событий прибыли в Гоа. Юсуф вступил в союз с египетским и гуджаратским флотами и попытался изгнать европейцев, напав на Гоа, но потерпел неудачу. В итоге порт был безвозвратно потерян для Адил-шахов, и с 1510 года португальцы окончательно обосновались на побережье Аравийского моря. Вскоре после этого, во время войны с Кришнадеварайей, императором Виджаянагара, Юсуф скончался,

Сын Юсуфа - Исмаил Хан (1510–34), взошёл на трон в 14-летнем возрасте. Правивший от его имени регент Камал Хан был вынужден заключить мир с португальцами. Затем он занялся внутренними делами государства: отменил шиитские порядки, восстановив в правах суннизм и суннитские обряды поклонения в мечетях, и подавил фронду «афаки», доминировавших при дворе Адил-шахов.

Ещё во времена бахманидов элита султаната разделилось на две фракции: старая аристократия, участвовавшая в основании государства, называлась «дахни» (т.е., деканцы, местные), но вскоре в Бахманидский султанат хлынули арабы, тюрки и, особенно, персы, которые, добившись финансовых и служебных успехов, составили новую фракцию «афаки» (или «гарбиан» - западники). Культурное различие и соперничество между ними усиливалось религиозным фактором, поскольку первые были по преимуществу сунниты, а вторые в основном шииты. Свары, между двумя этими аристократическими группами, сыграли не последнюю роль в падении Бахманидского султаната. Борьба между ними велась и на протяжении всей истории Биджапурского государства, чему способствовал тот факт, что султаны, наследовавшие трон, были совсем юными, или даже малолетними, и не могли своим авторитетом и властью прекратить интриги двух этих кланов.

Амбиции регента Камал Хана и настойчивое стремление к власти вскоре обернулись против него: в 1512 году он был зарезан. В последовавших затем гражданских беспорядках «афаки» вернули себе власть. Беспорядки в Биджапуре послужили предлогом для Амира I (1504–43) из династии Баридов (Бидар), вторгнуться в некоторые районы Адил-шахов. Его поддержал Кришнадеварайя, новый и могущественный император династии Тулува, правившей в Виджаянагаре: в итоге Виджаянагарская империя вернула себе часть земель, потерянных ещё во времена бахманидов. Прибытие армии Гуджарата положило конец этим притязаниям, с её помощью Биджапур смог вернуть большую часть своих владений.

В отличие от своего регента Камал Хана, Исмаил сделал все возможное для укрепления связей с Ираном. В 1519 году он был вознаграждён: персидский шах Исмаил I отправил к нему посольство, которое обращалось к султану «Шах». После этого правители Биджапура стали считать себя выше других султанов Декана. Исмаил был настолько пленен персидской культурой и манерами, что заставил своих офицеров носить шиитский головной убор, и включил имя сефевидского правителя в пятничные молитвы, произносимые в мечетях султаната. Эти новые правила составляли только часть политики, направленной против фракции «дахни». Султан пошёл дальше, и распорядился допускать в свою армию и к придворной службе только офицеров-«афаки».

После смерти Исмаила Адил-шаха на недолгое время трон был занят его сыном Маллу (1534-35), который, вследствие возникшей смуты и дворцовой распри, был свергнут с помощью генерала Асад Хана в пользу его брата-подростка Ибрагима (1535–1558 гг.). Асад Хан был назначен при юном правителе премьер министром. По всей вероятности он принадлежал к суннитам, поскольку сразу отменил всю прошиитскую политику Исмаила, и «дахни» снова были одобрены для занятия военных и придворных должностей. Под умелым командованием Асад Хана армия Биджапура успешно действовала против Виджаянагара и Ахмаднагара, а в 1543 году противостояла военным амбициям правителя Голконды султана Джамшидa. Но вскоре на западных границах произошло нападение португальцев, и это заставило Ибрагима I запросить мира.

Когда на трон взошёл Али I (1558–80) положение Биджапура нельзя было назвать блестящим. Новый султан вернулся к шиизму, вновь отдав предпочтение фракции «афаки». Али стремился заключить соглашение с Рамарайей, императором Виджаянагара, с которым он вёл совместную военную кампанию против Ахмаднагара в 1559–61 годах. Однако позже отказался от этого союза ради коалиции с Бидаром, Ахмаднагаром и Голкондой, направленной уже против Виджаянагара. После битвы при Таликоте (1565), в которой эта коалиция одержала верх над индуистской империей Виджаянагар, Биджапур выиграл больше всех: он получил значительную добычу и захватил земли за пределами Тунгабхадры.

Али, как все биджапурские султаны, не страдал религиозным фанатизмом, скорее он был «вольнодумцем». В свои военные походы он брал целую телегу книг, и даже приглашал португальских священников в Биджапур для бесед о христианстве. Его успешное правление способствовало значительному расширению и укреплению государства. В 1580 году Али I был убит одним из двух евнухов, которых он вывез из Бидара.

Поскольку у Али не было детей, придворная клика провозгласила наследником его племянника - 9-летнего Ибрагима (Ибрагим Адил-шах II, 1580–1627 гг.), долгое правление которого часто называют золотым веком в истории Биджапура. Царствование малолетнего султана начиналось под покровительством регента Камал Хана и правительственной администрации во главе с офицером-хабши Ихлас Ханом, которые более поощряли его увлечения искусством и музыкой, нежели государственными делами, дабы он не мешал им вершить свои дела. Но ему покровительствовала Чанд Биби, вдова Али I, имевшая, в силу заслуг перед государством, большой вес при дворе. Царствование Ибрагима было отмечено войной с Ахмаднагаром и рядом трудностей, вызванных непослушанием начальников.

В 1591 году могольский император Акбар направил дипломатическую миссию в Биджапур, чтобы выяснить, примут ли Адил-шахи сюзеренитет моголов. Ибрагим отказался, но чтобы "подсластить пилюлю" отдал в жёны Акбару свою сестру (правда, без особой охоты). Тем не менее, моголов не покидала мысль подчинить себе султанат.

Малик Амбар, эфиопского происхождения полководец, возглавивший султанат Ахмаднагар, попытался вторгнуться в Бидар. Воспользовавшись ситуацией, Ибрагим в 1619 году сумел захватить Бидар и аннексировать владения правившей там династии Баридов. Это вызвало гнев Малика Амбара, который беспрепятственно вторгся в Биджапур, и штурмовал новый недостроенный город Ибрагима – Наураспур. Другим незначительным инцидентом царствования Ибрагима была потеря островной крепости Джанджира его морскими генералами-хабши в 1618 году.

Ибрагим был суннитом, но поощрял религиозную терпимость в отношении своих подданных-индусов, за что получил от них почётное имя «Джагат Гуру» (Духовный лидер мира), которым очень гордился. В исторической литературе Ибрагим II имеет репутацию величайшего мецената своей эпохи. Современные ему писатели восхваляли султана как искусного поэта, который предпочел персидскому языку дахни-урду, а также как музыканта, каллиграфа и ценителя живописи. Ибрагим был не менее значительным и как строитель. Мавзолей и сопровождающий его молитвенный зал, который он построил незадолго до своей смерти на окраинах столицы, известный как Ибрагим Рауза - непревзойденный своими великолепными куполами и виртуозной резьбой по камню.

После смерти Ибрагима II придворные-«дахни» сумели посадить на трон его второго сына, 15-летнего Мухаммеда (1627–1656 гг.). Правление Мухаммеда началось под руководством регента Хавас Хана, который попытался заключить союз с Ахмаднагаром, чтобы сдержать наступление моголов. Это, однако, не помешало могольскому императору Шах Джахану по предложению своего тестя Асаф Хана направить в 1631 году в Биджапур войска. Несмотря на то, что эта экспедиция была отбита, она проложила путь к более организованной могольской военной кампании, состоявшейся пять лет спустя, которая вынудила Мухаммеда подписать акт подчинения. Таким образом, Биджапурский султанат потерял свой суверенитет и выплатил могольскому императору дань в 2 миллиона рупий.

С одной стороны, это было для Мухаммеда большим унижением, с другой стороны, он смог на время освободиться от угрозы Моголов и сосредоточиться на расширении границ своего султаната, чему способствовал его успешный премьер-министр Ихлас Хан. В итоге государство Адил-шахов достигло своего территориального предела, и этому не смогли уже помешать его вечные деканские соперники: ни Ахмаднагар, который к тому времени был поделён с моголами, ни Голконда. Это было время самых амбициозных архитектурных достижений Биджапура, примером чему может служить собственный мавзолей Мухаммеда, Гол-Гумбаз - самая технически совершенная купольная конструкция, возведённая в Декане (по общему мнению, это самый большой купол в мире после собора Святого Петра в Риме).

Военные действия под руководством Мухаммеда, в основном, были направлены на южные границы. Под умелым руководством Рaндаула Хана и прибывшего из Ахмаднагара маратхского феодала-военачальника Шахджи, войска Биджапура двинулись на тамильские земли, где они заняли крепости в Веллоре и Гингее, преодолев сопротивление царей династии Наяков из Танджавура. Кроме того, Мухаммед попытался объединиться с голландскими торговцами, чтобы сдержать португальцев, которые к тому времени установили своё господство в Аравийском море. Биджапур при этом султане достиг своего зенита, но в 1646 году Мухаммед так серьёзно заболел, что оказался малоспособным управлять государством. Последние 10 лет жизни делами заправляла его старшая жена бегум Бари Сахиба. Именно в эти 10 лет произошли события, которые в итоге привели к падению султаната.

Сын военачальника Шахджи - Шиваджи, которому было поручено правление провинцией Пуна, бывшей в то время частью владений Биджапура, восстал против султана. Воспользовавшись тем, что Мухаммед воевал на юге, Шиваджи в 1646 году занял цитадель Торна. В ответ Мухаммед арестовал его отца Шахджи, и освободил только после того, как Шиваджи капитулировал. Однако вскоре после этого Шиваджи вновь активизировался и в 1650 году занял форты на холмах Пурандхара и Раири, которым суждено было стать его столицей - Райгадом. В последующие годы Шиваджи захватил ряд горных твердынь на хребтах Сахьядри на северо-западной окраине территорий Адил-шахов. Хотя его влияние распространялось и на Конкан, Шиваджи не смог захватить островную цитадель Джанджиру. К 1655 году в его подчинении было небольшое княжество, которое стало ядром будущего маратхского государства внутри территории Биджапурского султаната.

После кончины Мухаммеда ему наследовал Али II (1656–72), которому к тому моменту было, то ли 15, то ли 18 лет. При нём началась война с моголами. Принц Аурангзеб, формально не признавший права юного султана на трон, возглавил армию моголов, которая прибыла в Аурангабад в 1657 году и оттуда направилась на юг. После захвата Бидара и форта Калянадид Аурангзеб направил войска на Биджапур. Однако, в последний момент был отозван в Дели своим отцом Шах Джаханом, и поэтому был вынужден заключить с Али II поспешный мир.

И Адил-шахи, и моголы были обеспокоены набегами, которые с большой дерзостью совершали отряды маратхов во главе с Шиваджи. В 1665 году эти мятежники были на некоторое время подавлены моголами, в результате Шиваджи был вынужден подписать с ними договор, по которому он соглашался помочь моголам в войне с Адил-шахами. Тем не менее, это не помешало Шиваджи настойчиво укреплять своё влияние в западном Декане. В 1674 году он короновался как традиционный индуистский монарх, приняв титул «чхатрапати» - «царя-обладателя (царского) зонтика».

Обоюдное давление маратхов и моголов привело Али Адил-шаха II к депрессии и ощущению, что дальнейшее сопротивление будет бесполезным. Он забросил все дела, удалился в гарем, предавшись наслаждениям и пьянству, от которых и скончался в 1672 году.

Его сын Сикандар (1672–1686 гг ) был посажен на престол в младенческом возрасте, когда ему было всего 4 года. В этих условиях регент Хавас-Хан, не утративший позиций при дворе, принял на себя руководство султанатом, но был свергнут царедворцем-соперником Бхалол-ханом. Из-за возникшей смуты столица оказалась открыта для атаки со стороны сил Шиваджи, который затем продвинулся на юг до Танджавура, поглотив все предыдущие завоевания Адил-шахов в тамильских землях. В 1679 году Шиваджи вновь присоединился к армии Моголов, пытаясь осадить столицу Адил-шахов. Кампания оказалась неудачной, была свёрнута, и вскоре после этого Шиваджи в апреле 1680 года скончался.

Освободившись от своего самого искусного противника, могольский император Аурангзеб, смог сосредоточиться на войне против двух оставшихся султанатов – Биджапура и Голконды. Однако только в 1685 году армия Моголов достигла внешних стен Биджапура. Потребовалось около 18 месяцев осады, чтобы заставить султана Сикандара сдаться. В сентябре 1686 года юный султан вручил Аурангзебу ключи от цитадели и был отправлен в заточение в Даулатабад, где и провел остаток своих дней. Цветущая столица султаната, город Биджапур, была разрушена и разграблена могольскими войсками, а территория государства стала провинцией обширной империи Моголов.

Административное устройство.Править

В основание государственной структуры Биджапура были положены небольшие административные единицы - парганы, которые объединяли от 50 до 200 деревень. Парганы возглавляли вожди ведущей местной касты – кунби или маратха. Должность главы парганы называлась «дешмукхи», и она, как правило, была наследственной. Писари парган, ведущие всю документацию, были из касты брахманов, и их должность также была наследственной.

В центре общины обычно стояла небольшая крепость, возле которой располагался базар. Весь персонал, обслуживающий эти учреждения – управляющий рынком, писарь рынка, их помощники, стражники крепости – все занимали свои должности согласно распоряжению окружного вождя – «дешмукхи». Ему же подчинялись старосты и писари каждой входящей в паргану деревни. Все штатные сотрудники парганы вознаграждались выделением земельных наделов и отчислениями, от собранных на управляемых ими территориях, налогов.

Существовало три разных способа государственного контроля над парганами. Одна часть парган находилась под непосредственным управлением государственных чиновников – «хавалдаров», которым выплачивалось жалование из казны, а также начислялись проценты от собранных налогов. Окружные вожди – дешмукхи были обязаны выполнять все их распоряжения. Такая форма управления особенно актуальна была в пограничных районах, где существовала угроза нападений.

Другая часть парган передавалась военачальникам для содержания армейских частей (такая форма администрирования называлась «джагира»). Местные окружные вожди-дешмукхи находились в подчинении у «джагирдара» - главы этой «джагиры».

Однако существовала и значительная часть территорий, где над дешмукхами не было никаких начальников. Чиновники с инспекцией приезжали туда лишь время от времени.

Такая структура административного устройства придавала государству сбалансированность и устойчивость, способствовавшие экономическому процветанию.

Торговля.Править

 
Карта максимального территориального расширения Биджапурского султаната после завоеваний Мухаммеда Адил-шаха с указанием административных и торговых центров. 1656г.

Экономическому процветанию способствовало и то, что султанат вёл оживлённую торговлю, пошлины от которой составляли важную часть доходов государства. Традиционными торговыми товарами для Биджапура были рис, селитра, красители, соль, лошади, текстиль, перец и другие специи. Лошади были основной статьей импорта, а текстиль и перец были основными статьями экспорта. Торговые операции производили купцы, входившие в гильдии. По-видимому, существовала и система монополий на производство и закупку определённых товаров.

Внутренняя торговля осуществлялась на многочисленных базарах, которые функционировали в деревнях и в городах. В одном только Биджапуре работало не менее десятка базаров, и ещё примерно столько же в его пригородах. Там можно было купить всё, от зерна до алмазов. Купеческие гильдии перегоняли караваны с товаром, а для их ночлега в пути существовала система караван-сараев.

Внешняя торговля осуществлялась преимущественно по морю, в связи с чем потеря порта Гоа вызывала досаду Адил-шахов на протяжении всей истории султаната. Торговые маршруты лежали через порты западного и восточного побережья Индостана, куда товары поступали из внутренних районов страны и из других регионов. Биджапур был связан торговыми путями с портами Средиземного моря, Красного моря, Персидского залива, острова Ява, Молуккских островов, а также с Малабаром, Гуджаратом и Синдом. Через порты западного побережья на экспорт отправлялись текстиль и специи, взамен привозились лошади, которые были важным стратегическим товаром для войск, сырьё для шёлка (его поставляли районы в Иране и Афганистане), металлы, жемчуг, и т.д.

Несмотря на потерю порта Гоа в 1510 году, у Адил-шахов оставалось ещё несколько портов, в том числе Чаул и Дабхол. Напряжённые отношения с португальцами со временем смягчились и к концу XVI века султанат находил с ними разные формы сотрудничества. В период правления Мухаммеда Адил–шаха (1627–1656 гг.) и Али Адил-шаха II (1656–1672), территория султаната расширилась, включив в себя и восточное побережье Индостана с его портами. Это усилило циркуляцию товаров и увеличило сбор товарных пошлин, но продолжалось недолго, т.к. с 1660-х годов доступ к портам на обоих побережьях стал затруднительным: многие западные порты попали под контроль Шиваджи, а владение восточными портами оспаривалось окрепшей Голкондой, голландцами, англичанами и местными наяками.

Население и языки.Править

Биджапурский султанат был основан на развалинах государства Бахманидов, которое, в свою очередь, было создано в результате пришествия мусульманских завоевателей на территорию Декана, где до них существовало государство Чалукьев с автохтонным индусским населением. Поскольку мусульман было значительно меньше, чем коренных жителей, они были вынуждены более терпимо относиться к местным традициям, в связи с чем сообщения о разрушениях индуистских храмов довольно редки.

Выходцы из Средней Азии и Персии, составившие большую часть биджапурской элиты, придерживались персидских культурных традиций и использовали персидский язык; это был язык учёных и поэтов. Однако вся деловая и официальная документация султаната велась на языке маратхи. В отличие от персов, арабы и тюрки, уже несколько поколений жившие в Декане, более придерживались местных, индусских традиций. Результатом смешения мусульманских и местных традиций стало появление нового языка, ответвления от языка урду – «дахни-урду», или «деканский урду». С 16 века появились писатели и поэты, сочинявшие на дахни-урду, и даже султан Ибрагим II писал на нём стихи.

Ещё одной группой, игравшей важную роль в государстве, были брахманы. Они были из народа телугу, и с 1535 года занимали административные должности всех уровней. С начала 17 века в их руках находились местные суды, в которых дела разбирались брахманскими советами на языке маратхи.

Кроме коренных индусов, и пришлых арабов, персов и тюрков в султанате сложилась ещё одна этническая общность – хабши. Её составили рабы из Африки, которые приобретались для пополнения биджапурской армии. Среди них были крупные военачальники, а некоторые, как Ихлас Хан, достигали должности премьер-министра.

В биджапурской армии служило также множество представителей народа телугу, которых именовали «наяквари». Однако самой опасной для судьбы султаната оказалась народность маратха, в сложении и возвышении которой Биджапур принял своё участие, дав возможность многим маратхским кланам обогатиться. Представители этого народа были отважными бойцами и служили в биджапурской армии, но, обретя вождя в лице Шиваджи, сыграли решающую роль в ослаблении государства.

В ходе бесконечных войн постоянно менялись границы государства, размеры территории и, соответственно, численность его населения, поэтому точных сведений на эту тему не существует. Дошедшие до нас свидетельства сообщают о 984 000 жителей города Биджапура и его пригородов, и 1600 мечетей, существовавших там во времена правления Ибрагима II. Если эти сведения верны, то в правление Мухаммеда, когда территория государства достигла своего максимума, в султанате, вероятно, жили несколько миллионов человек.

Религия и праздники.Править

 
Художник Али Риза. Султан Ибрагим Адил-шах II выказывает почтение к суфию. Биджапур, ок. 1620-30г., Британский музей, Лондон
 
Дервиш принимающий визитёра. Миниатюра, Биджапур, ок 1610-20г., Бодлеянская библиотека, Оксфорд.

В Биджапуре поддерживалось религиозное многообразие. Правящая элита государства состояла в подавляющем большинстве из мусульман, делившихся на шиитов и суннитов. Династия Адил-шахов не стремилась твёрдо держаться одной из исламских сект, поэтому одни султаны были шиитами (Юсуф, Исмаил, Маллу, Али I и Али II), другие суннитами (Ибрагим I, Ибрагим II, Мухаммад и Сикандар). Несмотря на постоянное противостояние суннитов и шиитов, мусульманские праздники, такие как Рамазан или Бакрид, они отмечали вместе.

Автохтонное население султаната придерживалось своих традиционных индусских верований – шиваизма и вишнуизма с его разновидностями. Поскольку султаны Биджапура в целом вполне толерантно относились к верованиям своих подданных, они жертвовали крупные суммы не только мечетям, но и индусским храмам. Сохранились свидетельства, что, например, один из генералов Ибрагима II Шариф Малик пожертвовал в 1618 году средства храму в Гокарне, а сам Ибрагим II даровал земли храму в Чинчваде, неподалеку от Пуны. Столь же щедрые подарки делал индусским храмам султан Мухаммед. В предисловиях государственных указов (ферманов), после слов «Во имя Аллаха всемилостивейшего» иногда шли перечисления индуистских божеств – Ганеши, Кришны, Шивы, Парвати, Сарасвати и других.

Среди немусульманского населения султаната был распространён кришнаитский культ Бхакти. Он распространился там с 12 века, и имел две основные секты: одна, «варкари», была связна с храмом Витхобы, другая с гимнами вишнуитских поэтов - Днянешвара, Намдевы, Экнатха и Тукарама. Население султаната отмечало индусские праздники, многие их которых установились ещё со времён Чалукьев: праздничные ярмарки Джатра (Ятра), Угади, Холи, Дипавали, Дасара и др.

Кроме мусульман и индуистов, в султанате жили приверженцы джайнизма, христиане и иудеи. Христиане и иудеи в основном жили в прибрежных городах (иудеи жили в Гоа ещё до прихода португальцев), в связи с чем они не оказывали практически никакого влияния на общественную жизнь.

Существенную роль в общественной жизни султаната играли суфии, мусульманские святые-мистики. Они начали проникать в Декан во времена Делийского султаната с первыми исламскими переселенцами. Считалось, что святые-суфии обладают духовной властью, которая стоит выше, чем власть губернаторов и султанов. Сайид Мухаммад Хусайни Гесу Дараз (1321-1422), и сегодня остаётся самым популярным суфием, гробница которого ежегодно притягивает тысячи паломников. Такие суфии, как Гесу Дараз, проживавшие в удалении от царских дворцов, имели сложные отношения с правителями, которые, с одной стороны, нуждались в их политической поддержке, а с другой, боялись их большой популярности в народе. Некоторые суфии даже освящали султанские коронации, легитимируя правителя как истинного мусульманина, а его суверенную территорию как истинно мусульманскую.

Иные суфии, в поисках прямых и коротких путей проникновения в божественную реальность, часто братались с йогами или какими-то другими неисламскими мистиками; это приводило к взаимодействию и взаимопроникновению духовных идей. Тема общения между мусульманским и индуистским святым-мистиком неоднократно отражалась в деканских миниатюрах.

Образование и медицина.Править

Биджапур был довольно крупным центром образования ещё во времена правления династии Чалукьев. Существует мнение, что слово «Биджапур» происходит от «Видьяпур», т.е. «город знания». Приход мусульман мало что изменил в этом отношении: при Бахманидах город сохранил свой высокий статус центра наук, его даже называли «южным Бенаресом». Были открыты новые школы при мечетях, а мусульманские учёные преподавали грамматику, риторику, схоластику, принципы права и т.д. В начальных школах (мактаба) обучали арабскому и персидскому языкам.

Поскольку власть плавно перешла об Бахманидов к Адил-шахам, в Биджапуре не было крупных эксцессов, в результате которых пострадала бы учёные и наука. Все биджапурские султаны покровительствовали учёным. Более того, многие из них увлекались разными науками и не расставались с книгами. При султанском дворце Асар Махал, например, было два медресе, в одном из которых изучали хадисы, в другом теологию и веру. Образование и учебники там были бесплатными, студентам предоставлялось питание и небольшая стипендия. Студенты с отличием сдавшие экзамены получали высокие и почётные должности. Как результат султанского покровительства наукам возникло множество сочинений на арабском, персидском, а позднее на дахни-урду. Но создавалась литература и на санкскрите, маратхи и каннада.

В Биджапуре существовала медицинская наука и больницы (даруш-шафа). Врачи султаната использовали самые разные источники медицинских знаний: Аюрведу, Унани, медицинские достижения Персии и Европы. У Ибрагима II, например, врачами работали европеец Фарналоп Фаранги и гилянец Хаким Гилани. Ценный трактат по медицине составил Айтиппа, врач, практиковавший традиции Аюрведы. В нём собраны советы по обследованию пациентов, симптомам и лечению заболеваний, а также краткий словарь с обозначением частей тела и лечебных растений. Практикующим врачом был и крупный историк Феришта, благодаря которому сегодня известны многие подробности истории Биджапура. Знавший санскрит, и тщательно изучивший Аюрведу, он составил обширную книгу о болезнях, лекарствах, анатомии и физиологии. Медицинские трактаты писали и другие учёные-медики Биджапура, поскольку султаны поощряли их деятельность, выдавая на это гранты.

Культура и искусство.Править

 
Схематическая карта Биджапура.
 
Ибрагим Адил-шах II с кастаньетами, миниатюра, Биджапур, ок. 1610-20, Британский музей, Лондон.
 
Мухаммед Адил-шах смотрит представление. Миниатюра, 2я пол. 17 века, Аукцион Сотбис. Миниатюра, вероятно, является копией изготовленной в Кишангархе с биджапурского оригинала.

В культурном отношении Биджапур представлял собой полиэтнический котёл, в котором смешивались самые разные национальные традиции: чалукьев, тимуридов, афаки, дахни, маратхов, хабши, наяквари, брахманов и европейцев. Традиции всех этих культур и народностей оказывали влияние на придворную культуру и искусство.

Столице султаната была присуща разнообразная архитектура. Для защиты от нападений город Биджапур был обнесен крепостной стеной высотой 9 метров и толщиной от 9 до 10 метров, в центре города находилась цитадель, защищенная двумя рядами стен. Другим инженерно-архитектурным достижением была система городского водоснабжения. В Биджапуре были построены подземные трубы, через которые вода из внешних источников и резервуаров попадала в открытые городские цистерны, а оттуда распределялась по всему городу. Поступление воды регулировалось высокими каменными водонапорными башнями, установленными вдоль водопроводной сети. Эта же вода поступала в декоративные бассейны и фонтаны, построенные в городских садах и парках.

Кроме фортификационных и гидротехнических сооружений, обеспечивающих безопасность, в городе располагались дворцы, мечети, гробницы, сотни суфийских шрайнов, а также богато украшенные духовные центры, которые именовались «дарга» и «ханка».

Типичные архитектурные сооружения Адил-шахов - это трёхчастные строения с куполами, украшенные лепниной и резьбой по камню. Важнейшие памятники архитектуры: Пятничная Мечеть (Джами Масджид), начатая в 1576 при Али I и содержащая великолепный михраб, созданный в 1636г. Мечеть Анда (Анда – яйцо, так прозвали мечеть из-за формы её купола) и мечеть Михтар (Михтар-и-масджид) построенные в начале 1600х при Ибрагиме II. К этому же периоду относятся две превосходные гробницы - царицы Тадж Султан и гробница с молельным домом её супруга Ибрагима II, комплекс, известный как Ибрагим Роуза. Султан Мухаммед Адил-шах выстроил для себя самую знаменитую биджапурскую гробницу – Гол Гумбаз («Круглый купол», 1656 г.), с грандиозным куполом диаметром 44 метра. Он же в 1647 году построил дворец Асар Махал, явно в подражание персидскому дворцу Чихиль Сутун в Исфанхане завершенному в 1646 году. Дворец был украшен росписями. Последним крупным архитектурным проектом была гробница Али II, но она осталась недостроенной.

Живопись Биджапура сохранилась только в виде книжных миниатюр, и миниатюр на отдельных листах. Самые ранние образцы относятся ко времени Али Адил-шаха I. Это миниатюры двух манускриптов: книги об астрологии и магии - «Нуджум аль-Улум» (ок. 1570г., Библиотека Честер Битти, Дублин), и руководства по музыке и танцам «Джавахир аль-музикат-и-Мухаммади» (Британская библиотека, Лондон). В первом случае миниатюры имеют сходство с живописью Ахмаднагара, во втором - с простонародной деканской живописью.

Настоящий расцвет биджапурской миниатюры начинается во время правления Ибрагима II. В его придворной китабхане работали великолепные мастера, сумевшие соединить разнородные художественные элементы в таинственный сплав, отдающий эстетством, мистикой и меланхолией. При нём началось усиление влияния могольской живописи, которое продолжилось при его преемнике Мухаммеде, и воплотилось в более документальном, нежели идеализированном, портрете, а также в более натуралистическом изображении природы. Ведущим художником биджапурской мастерской был Фаррух Бек, который впоследствии работал в императорской китабхане моголов. При дворе Адил-шахов одно время работал даже голландский художник Корнелис Клас Хеда, но ни одно его произведение не сохранилось.

В 1636 году Адил-шахи вместе с моголами захватили и поделили султанат Ахмаднагар. Это привело к более тесным отношениям с моголами, что сказалось на всей материальной культуре Биджапура: вместо длинной деканской джамы, биджапурцы стали носить более короткий могольский халат, подвязанный под одной рукой, и обзаводиться могольского образца кинжалом, известным как «катар». Правда, они по-прежнему продолжали носить свой высокий тюрбан, украшенный красивой широкой лентой (патта).

В Биджапуре с успехом развивалась музыкальная и танцевальная культура, свидетельством чему служат не только сохранившиеся манускрипты с сочинениями на эти темы. Ибрагим II , например, сам был замечательным музыкантом, и на разных миниатюрах изображался, то с тамбуром, то с ситаром, то с кастаньетами. Музыканты придворного оркестра «Лашкар-э Наурас» получали из казны регулярное жалование, а в новом, основанном Ибрагимом II, городе Наураспуре были построены жилые дома для певцов, музыкантов и танцовщиц. При биджапурском дворе часто устраивались музыкальные представления и концерты.

См. такжеПравить

Живопись Декана

ПримечанияПравить

  1. Muhammad Baqir. BĪJĀPŪR (англ.). iranicaonline.org. Encyclopaedia Iranica (1989). Дата обращения 26 апреля 2020.
  2. Satish Chandra. Medieval India: From Sultanat to the Mughals, Part II, (Har-Anand, 2009), 210.

Источники.Править

Для статьи были использованы:

  • Н.К. Синха, Ф.Ч. Банерджи, История Индии. М. 1954
  • Алаев Л.Б. Средневековая Индия. Алетейя, СПб, 2003
  • К. Рыжов, Мусульманский Восток XV – XX вв. Вече, М. 2004
  • Gribble, J.D.B. History of the Deccan, London 1896.
  • The Cambridge Economic History of India. Volume 1, C.1200-c.1750 The Medieval Deccan and Maharashtra, The Cambridge University Press, 2008
  • Dr. Abdul Gani Imaratwale, Prof. Rafiq Ahmad Killedar, Studies in Medieval Bijapur. Islamic Wonders Bureau, 2011.
  • S.C. Welch, India, Art and Culture 1300-1900, Prestel, 1999
  • G. Michell, M, Zebrovsky, The New Cambridge History of India Vol. I: 7, Architecture and Art of the Deccan Sultanate. Cambridge University Press, 2008
  • Navina Najat Haidar, Marica Sardar. Sultans of Deccan India 1500-1700, Opulence and Fantasy. Exh. cat. Metropolitan Museum of Art, NY, 2015

БиблиографияПравить

  • Dinesh Chandra. History of Bijapur, Kumar Bros. 1974
  • D. C Verma, Social, economic, and cultural history of Bijapur, Idarah-i Adabiyat-i Delli (1990)
  • Nayeem, M. A. The History of the Adil Shahi of Bijapur. Hyderabad, 2008.
  • Navina Najat Haidar (Editor), Marika Sardar (Editor) Sultans of the South: Arts of India's Deccan Courts, 1323-1687 Metropolitan Museum of Art; 2011
  • Richard Maxwell Eaton, The Sufis of Bijapur, 1300-1700: Social Roles of Sufis in Medieval India (Princeton Legacy Library) Princeton University Press (April 19, 2016)
  • Bijapur, the Old Capital of the Adil Shahi Kings: A Guide to Its Ruins With Historical Outline Forgotten Books 2017
  • MANU S. PILLAI, Rebels sultans: The Deccan from Khilji to Shivaji, Juggernaut (2018)
  • Emma J. Flatt, The Courts of the Deccan Sultanates: Living Well in the Persian Cosmopolis, Cambridge University Press, 2019

СсылкиПравить