Большие города и духовная жизнь

«Большие города и духовная жизнь» (нем. Die Großstädte und das Geistesleben) — очерк немецкого философа и социолога Георга Зиммеля, опубликованный в 1903 году. Произведение сложилось из курса лекций, прочитанного ученым в том же году в Дрездене. На русском языке очерк был впервые опубликован в 2002 году в журнале «Логос».

Большие города и духовная жизнь
Общая информация
Автор Георг Зиммель
Тип литературное произведение[d]
Жанр философский очерк
Оригинальная версия
Название Die Großstädte und das Geistesleben
Язык немецкий
Год издания 1903
Русская версия
Переводчик Кирилл Левинсон
Издательство Strelka Press
Год издания 2018
Страниц 112
ISBN 978-5-906264-83-1

СодержаниеПравить

В очерке Г.Зиммель проводит описание и сравнение образа жизни и особенностей восприятия окружающей среды жителями больших городов и людьми, живущими в малых городах и деревнях. Из рассуждений ученого можно выделить несколько основных его выводов и умозаключений.

Усиление нервной жизниПравить

Психологическое основание типа индивидуальности, присущего жителю большого города — это усиление нервной жизни, являющееся следствием быстрой постоянной смены внутренних и внешних впечатлений. В этом кроется отличие восприятия жителя крупного города от восприятия жителя малого города или деревни — более размеренный и равномерный ритм жизни последних предлагает менее резкую и значительную разницу впечатлений, что требует меньшего расхода сознания, нежели контрасты жизни в мегаполисе[1].

Ориентация на интеллектПравить

Следовательно характер душевной жизни мегаполиса ориентирован на интеллект — его жители реагируют на изменения среды в первую очередь рассудком, а реакции жителей малого города или деревни ориентированы на сердце и отношения, основанные на чувствах. Такая рассудочность души жителей крупных городов выступает щитом против перегруза из-за постоянно сменяющихся явлений окружающей жизни, так как рассудок лучше всего приспосабливается к характеру среды и спокойнее принимает перемены[2].

Денежная экономикаПравить

Интеллектуалистский душевный склад тесно связан с денежной экономикой больших городов. Рассудочный человек равнодушен ко всему подлинно индивидуальному, таким же образом индивидуальность явлений чужда и принципу денег.

В условиях большого города производство ориентировано не на конкретного клиента (что характерно для более примитивных условий малых городов), а на рынок, то есть на совершенно незнакомых людей. Вследствие, взаимоотношения сторон становятся сугубо деловыми, позволяет практически полностью исключить трудноучитываемый фактор личных отношений[3].

Рассуждая о взаимосвязи интеллектуалистского склада души и денежной экономики, Г.Зиммель замечает, что теперь уже трудно определить, какое из этих явлений породило другое. При этом он отмечает:

«С определенностью можно лишь сказать, что форма жизни, которую представляет собой большой город, является самой питательной почвой для их взаимовлияния. В доказательство этого я приведу лишь высказывание самого крупного английского специалиста по конституционной истории: на протяжении всей английской истории, пишет он, Лондон никогда не был сердцем Англии, часто был ее рассудком и всегда — кошельком»[4]."

Зиммель Г. "Большие города и духовная жизнь"

Пресыщенное равнодушиеПравить

С другой стороны, те же факторы, что формируют упомянутую безличность, способствуют образованию другого личного душевного состояния у людей, живущих в больших городах — высокомерного равнодушия, вызванного пресыщенностью. Возникает оно по двум причинам.

Во-первых, физиологическая: люди неспособны реагировать с соответствующей энергичностью на новые раздражители ввиду их быстроты и контрастности. Это пресыщенное равнодушие заметно уже в детском возрасте при сравнении восприятия у детей из крупных городов и детей не из столь переменчивой среды.

Во-вторых, следствие денежной экономики: деньги выражают качественные различия между вещами через количественные, тем самым уравнивая их между собой. Таким образом, различные вещи воспринимаются человеком как одинаковые из-за того, что разница между ними и ценность каждого кажется ему ничтожной[5].

ЗамкнутостьПравить

Именно так обозначает Г.Зиммель духовное отношение жителей большого города друг к другу. Если бы на постоянные контакты с многочисленными людьми, жители крупных городов были вынуждены так же многочисленно реагировать, как и жители малых городов, в которых почти все друг друга знают, это привело бы к эмоциональному истощению. Условия жизни в мегаполисе принуждают людей быть внешне замкнутыми. Внутри же, за этой внешней замкнутостью, кроется не только безразличие, но и невысказанное желание избежать контакта, взаимная чужесть и отторжение. Замкнутость обеспечивает индивиду личную свободу[6].

Жизнь современных малых городов и деревень автор сравнивает с укладом в античных и средневековых городах.

«Жизнь античного и средневекового малого города накладывала на индивида — в том, что касалось передвижения или установления связей вовне, а также самостоятельности и дифференциации внутри, — такие ограничения, при которых современный человек не смог бы дышать. И по сей день житель большого города, попав в маленький городок, испытывает такое же (хотя бы по природе) стеснение свободы»[4]."

Зиммель Г. "Большие города и духовная жизнь"

Античному полису отграниченность была необходима для защиты от внешних угроз. Жертвуя личной свободой (в современном понимании), частной жизнью, индивидуальностью народа, коллектив надзирал за индивидом, что обусловило высокую политическую и военную сплоченность жителей. Именно благодаря этому в Афинах, например, достигло расцвета то, что сегодня можно назвать «общечеловеческим».

В современном же большом городе упомянутая индифферентность и замкнутость (невозможная в античном полисе) обеспечивает человеку независимость. Именно телесная близость и теснота делают особенно заметной духовную дистанцию между жителями[7].

Борьба за индивидуальностьПравить

В большом городе человек сталкивается с проблемой утверждения собственной личности. Чтобы выжить в мегаполисе в условиях максимального разделения труда и занять свое место, люди стремятся к усилению индивидуальных различий между собой, специализируются в своем труде на определенных услуге, продукте с целью стать незаменимым и нужным.

То же стремление выделиться из огромной толпы, запомниться лежит в основе того явления, что люди больших городов склонны одеваться и вести себя более ярко и экстравагантно. В таком быстром потоке мимолетных встреч-контактов для многих такое поведение — единственный способ быть заметным.

Однако самую глубинную причину борьбы за индивидуальность автор видит в отставании развития личностного — субъективной культуры — от темпов развития культуры объективной — техники и производства, науки и искусства, языка и права. Быстрые темпы развития объективной культуры в больших городах приводят к той максимизации разделения труда, при котором, человек развивается лишь односторонне и, как итог, как целостная личность он увядает. С одной стороны, мегаполис предлагает гораздо более удобную и комфортную жизнь, в которой не стоит вопрос, чем бы занять свое время. Но с другой, человек превращается в безличный элемент, обладающий пренебрежительно малой величиной и значимостью для большого города. Таким образом, стремление человека к достижению наивысшей степени индивидуальности продиктовано необходимостью выживать в масштабах мегаполиса.

Из этого исходит главный вывод Г.Зиммеля об исторической роли больших городов: они стали благодатной почвой для развития двух форм индивидуализма — индивидуальной независимости и создание собственной своеобычности[8]. Они породили в людях стремление к свободе и равенству, к отличию друг от друга, стремление быть не «всеобщим человеком», а единственным и неповторимым индивидом[9].

«Функция больших городов заключается в том, чтобы предоставлять арену для их [субъектов] борьбы и попыток примирения: как мы увидели своеобразные городские условия дают возможности и стимулы для развития обоих».[9]

Зиммель Г. "Большие города и духовная жизнь"

Научная значимостьПравить

Исследования Георга Зиммеля в области городской социологии широко признаны в научной среде и уже стали классическими. По мнению французского исследователя Янкеля Фижалкова, которое он выражает в своем произведении «Социология городов» (Sociologie des Villes)[10], идеи немецкого социолога дают нам ключ к пониманию города как образа жизни. Также Я.Фижалков отмечает, что «Большие города и духовная жизнь» и другие работы Г.Зиммеля внесли неоценимый вклад в становление и развитие Чикагской школы социологии, среди наиболее видных представителей которой такие ученые, как Р.Парк, Э.Бёрджесс и Л.Вирт.

КритикаПравить

В 2008 году в сборнике исследований под названием «Собственная логика городов» Герд Хельд пишет о работе Георга Зиммеля как о «незавершенном проекте». Критик указывает на то, что при рассуждении о защитных реакциях жителей большого города при встречах с другими людьми, избегания ими контактов, Г.Зиммель опирается на слишком упрощенное представления о встрече-контакте:

«Таким образом, встреча, характерная для большого города, — это встреча вполне определенного рода. Не в том узком смысле, что при ней сообщаются биографические данные или какие — то другие вещи во всех подробностях. И не в том слабом смысле, что люди только защищаются и напяливают на себя толстую кожу. Когда Зиммель пишет о „защитном слое“ и „блазированности“ жителя большого города, он слишком приближается именно к этой слабой версии и упускает из виду свойственное жителю большого города чувство пропорциональности, которое есть субъективная сторона внешних, архитектурных обстоятельств. Мы не должны забывать о том, что большие города, помимо всего прочего, являются гигантскими поисковиками рабочих мест, образовательных возможностей, знакомств, потребительских товаров и политических новостей и что духовная жизнь здесь постоянно стремится очерчивать уплотненные поля поиска с повышенными шансами на обнаружение искомого.»[11]

Герд Хельд. "Собственная логика городов"

Также Г.Хельд отмечает научную слабость противопоставления большого города деревне, не учитывая при этом существование разных типов городов и не проводя дифференциации городского пространства, что приводит к тому, что город становится «формой без формирующей силы»:

«Оборотной стороной этого является крайне редуцированное, пустое понятие пространства, в котором масштабы и степени уплотнения не играют никакой роли и которое не поддается как пространство никакому дальнейшему дифференцированию.<…> Так, у Зиммеля, с одной стороны, фигурирует сильный мир вещей („объективная культура“).<…> С другой стороны, статус этого вещного мира никак не уточняется и не обсуждается. Никакой упорядочивающей силы за ним не признается. <…> По сути, она форма без формирующей силы. Во всяком случае, формирующая сила представлена очень слабо и понимается как своего рода стопор, не допускающий хаоса.»[11]

Герд Хельд. "Собственная логика городов"

«Образ большого города остается, кроме того, очень недифференцированным: его пространство — это нерасчлененное, монотонное, „глобальное“ единство. На план города не обращается никакого внимания, равно как и на системы, включающие в себя несколько городов разных рангов и типов. Показаны только отличия большого города от старинного провинциального городка, поэтому он остается очень обобщенной и монотонной величиной.»[11]

Герд Хельд. "Собственная логика городов"

Завершает Г.Хельд свою критическую статью сравнением концепции большого города Зиммеля с «пальто, которое одновременно и мало, и велико»[11]. Импрессионистическое (то есть более ориентированное на чувственное восприятие) видение города автором приводит к тому, что репрезентативная составляющая большого города и встреч-контактов в нем теряется из виду, таким образом сужая — «уменьшая» — подход к проблеме. А велико пальто потому, что отсутствует дифференциация пространства.

А. Г. Кабисов проводит параллель между идеями Г.Зиммеля и модернистскими романами начала XX века, написанными в жанре «романа большого города». С первых строк критик отмечает сходство зиммелевской идеи о борьбе индвида за собственное своеобразие и самостоятельность с концепцией конфликта литературного героя с внешним миром[12]. Отражение идеи Зиммеля о «денежности» и рассудочности жителей мегаполиса, противопоставленную чувственному восприятию и индивидуальности, А. Г. Кабисов находит в произведениях Бальзака, а также Дёблина и Дос Пассоса[13]. Вторят «городские романы» и размышлениям Зиммеля о свободе человека в большом городе. Их герои все время окружены толпами людей, транспортом, ресторанами — в общем, город обступает их со всех сторон, однако персонажи описываются авторами и воспринимаются читателями как совершенно автономные единицы, связанные с другими лицами, окружающими их, лишь случайно и временно[14].

См. такжеПравить

ПримечанияПравить

  1. Зиммель Г. Большие города и духовная жизнь / Пер. с нем. — М.: Strelka Press, 2018. — cс.76-77. — ISBN 978-5-906264-83-1.
  2. Зиммель Г. Большие города и духовная жизнь / Пер. с нем. — М.: Strelka Press, 2018. — cс.78-79. — ISBN 978-5-906264-83-1.
  3. Зиммель Г. Большие города и духовная жизнь / Пер. с нем. — М.: Strelka Press, 2018. — cс.80-81. — ISBN 978-5-906264-83-1.
  4. 1 2 Зиммель Г. Большие города и духовная жизнь / Пер. с нем. — М.: Strelka Press, 2018. — c.82. — ISBN 978-5-906264-83-1.
  5. Зиммель Г. Большие города и духовная жизнь / Пер. с нем. — М.: Strelka Press, 2018. — cс.86-88. — ISBN 978-5-906264-83-1.
  6. Зиммель Г. Большие города и духовная жизнь / Пер. с нем. — М.: Strelka Press, 2018. — cс.90-91. — ISBN 978-5-906264-83-1.
  7. Зиммель Г. Большие города и духовная жизнь / Пер. с нем. — М.: Strelka Press, 2018. — c.98. — ISBN 978-5-906264-83-1.
  8. Зиммель Г. Большие города и духовная жизнь / Пер. с нем. — М.: Strelka Press, 2018. — c.108. — ISBN 978-5-906264-83-1.
  9. 1 2 Зиммель Г. Большие города и духовная жизнь / Пер. с нем. — М.: Strelka Press, 2018. — c.109. — ISBN 978-5-906264-83-1.
  10. Yankel Fijalkow Sociologie des Villes. — М.: La Découverte, 2007. — ISBN 978-2-707153-15-9.
  11. 1 2 3 4 Мартина Лёв, Хельмут Беркинг Собственная логика городов / Герд Хельд. Пер. с нем. — М.: НЛО, 2017. — ISBN 978-5-4448-0488-9.
  12. Кабисов А. Г. Теория урбанизма и практика модернизма / Известия Саратовского университета, 2009. — т.9. — Сер. Социология. Политология. — вып.2. — с.67
  13. Кабисов А. Г. Теория урбанизма и практика модернизма / Известия Саратовского университета, 2009. — т.9. — Сер. Социология. Политология. — вып.2. — с.68
  14. Кабисов А. Г. Теория урбанизма и практика модернизма / Известия Саратовского университета, 2009. — т.9. — Сер. Социология. Политология. — вып.2. — сс.68-69

СсылкиПравить