Борис и Глеб

Это статья о Русских святых Борис Владимирович (князь ростовский) и Глеб Владимирович (князь муромский)

Борис и Глеб (в крещении Роман и Давид; убиты в 1015 году) — русские князья, сыновья киевского великого князя Владимира Святославича. В междоусобной борьбе, вспыхнувшей в 1015 году после смерти их отца, были, по официальной версии, убиты своим старшим братом Святополком, который позднее получил от официальных историографов прозвище «Окаянный». Борис и Глеб стали первыми русскими святыми, их канонизировали в лике мучеников-страстотерпцев, сделав их покровителями Русской земли и «небесными помощниками» русских князей.

Мученики-страстотерпцы:
благоверные князья
Борис и Глеб
Икона из Савво-Вишерского монастыря, XIII — начало XIV века (Киевская картинная галерея)
Икона из Савво-Вишерского монастыря, XIII — начало XIV века (Киевская картинная галерея)
Умер 1015(1015)
Почитается в Православных церквах
Канонизирован в 1072 году
В лике мучеников-страстотерпцев
День памяти 2 (15) мая, 24 июля (6 августа) и 5 (18) сентября
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе

Истории Бориса и Глеба посвящены одни из первых памятников древнерусской литературы: «Сказание» Иакова Черноризца и «Чтение» Нестора Летописца. В честь братьев было построено множество храмов и монастырей.

ПроисхождениеПравить

В летописных сборниках с XVI века существовала традиция возводить Бориса и Глеба по родству к византийской царевне Анне. В дальнейшем одна часть историков приняла эту традицию, как В. Н. Татищев, С. М. Соловьёв, А. В. Поппэ и др.[1][2][3]. Однако такое сближение критикуется некоторыми исследователями (например, А. П. Толочко и С. М. Михеевым[4][5]). Другая часть историков (например, Л. В. Войтович, Е. В. Пчелов) остановилась на том, что они были сыновьями неизвестной «болгарыни»[6][7], возможно, из волжских болгар[8].

ЖизнеописаниеПравить

 
«Сказание о Борисе и Глебе»
(лицевые миниатюры из Сильвестровского сборника XIV века)
1. Борис и Глеб удостаиваются Иисусом Христом мученических венцов
2. Борис идёт на печенегов

Братья Борис и Глеб были младшими единокровными братьями Святополка Окаянного и Ярослава Мудрого, сыновьями киевского князя Владимира Святославича и его жены — византийской царевны Анны из Македонской династии, которая была единственной сестрой правящего императора Византии Василия II Болгаробойцы (976–1025) и внучкой императора Константина VII Багрянородного. Источники разделяют имена братьев: Борис и Глеб — имена, полученные при рождении, Роман и Давид — при крещении. Однако имя Борис к тому времени уже перестало быть языческим и могло использоваться для наречения при крещении (в X веке уже был канонизирован князь Борис I, крестивший Болгарию)[9]. Имя Глеб относится к языческим именам и известно по рассказу Иоакимовской летописи об убийстве Святославом Игоревичем своего брата Глеба за исповедание христианства[10]. Около 987–989 гг. Борис получил от отца Ростов, а Глеб — Муром.

Гибель братьевПравить

Оба брата, согласно общепринятой версии, были убиты Святополком Окаянным во время борьбы за власть.

 Когда увидел дьявол, исконный враг всего доброго в людях, что святой Борис всю надежду свою возложил на Бога, то стал строить козни и, как в древние времена Каина, замышлявшего братоубийство, уловил Святополка. Угадал он помыслы Святополка, поистине второго Каина: ведь хотел перебить он всех наследников отца своего, чтобы одному захватить всю власть.
Сказание о Борисе и Глебе
 

Убийство БорисаПравить

Каноническая версия, известная как из летописного материала, так и по древнерусским агиографическим сказаниям, рассказывает множество подробностей о гибели братьев. В 1015 году заболел отец братьев — великий князь Владимир Святославич, и Борис был призван в Киев. Вскоре по его прибытии стало известно о вторжении печенегов, и отец послал его с дружиною для отражения их набегов. Борис нигде не встретил печенегов и, возвращаясь обратно, остановился на реке Альте. Здесь он узнал о смерти отца и о занятии великокняжеского стола единокровным братом Святополком. Дружина предложила идти на Киев и овладеть престолом, но Борис не хотел нарушать святости родовых отношений и с негодованием отверг это предложение, вследствие чего дружинники отца покинули его, и он остался с одними своими отроками[11].

Между тем Святополк, который, извещая Бориса о смерти отца, предлагал быть с ним в любви и увеличить его удел, на самом деле хотел устранить потенциальных претендентов на обладание княжеством, убив сыновей Владимира. (Сам он должен считаться сыном Ярополка: его мать была беременна в тот момент, когда Владимир отнял ее у своего брата, — поэтому Святополка называют то сыном Владимира, то племянником). Святополк отправил Путшу и вышегородских бояр с поручением убить брата — так как симпатии к Борису народа и дружины делали его опасным соперником. Путша с товарищами пришёл на Альту, к шатру Бориса, ночью на 24 июля; услыхав пение псалмов, доносившееся из шатра, Путша решился дождаться, пока Борис ляжет спать. Как только тот, вдвойне опечаленный смертью отца и слухами о злодейском намерении брата, окончил молитву и лёг спать, ворвались убийцы и копьями пронзили Бориса и его слугу венгра Георгия, пытавшегося защитить господина собственным телом.

Ещё дышавшего Бориса убийцы завернули в шатёрное полотно и повезли. Святополк, узнав, что тот ещё жив, послал двух варягов прикончить его, что они и сделали, поразив его мечом в сердце. Тело Бориса тайно было привезено в Вышгород и там погребено у церкви Святого Василия. Борису было около 25 лет[11].

Убийство ГлебаПравить

После убийства Бориса Святополк позвал в Киев Глеба, опасаясь, что тот, будучи полнородным (не только единокровным, но и единоутробным) братом убитого Бориса, может стать мстителем. Когда Глеб остановился возле Смоленска, он получил от четвёртого брата — Ярослава — известие о смерти отца, о занятии Киева Святополком, об убийстве им Бориса и о намерении убить и его, Глеба; при этом Ярослав советовал ему не ездить в Киев[12].

Как гласит житие, когда юный князь со слезами молился об отце и брате, явились посланные к нему Святополком и проявили явное намерение убить его. Сопровождавшие Глеба отроки, по известиям летописей, приуныли, а по житиям святого князя им запрещено было употреблять в защиту его оружие. Горясер, стоявший во главе посланных Святополком, приказал зарезать князя его же повару, родом торчину[12]. Убийство Глеба произошло 5 сентября 1015 года. Тело Глеба убийцы погребли «на пусте месте, на брези межи двемя колодами» (то есть в простом гробу, состоящем из двух выдолбленных брёвен). Е. Е. Голубинский указал, что речь идёт о погребении тела непосредственно на месте убийства на берегу Днепра вниз от Смоленска в пяти верстах от города[13].

В 1019 году, когда Ярослав занял Киев, по его приказу тело Глеба было отыскано, привезено в Вышгород и погребено вместе с телом Бориса у церкви Святого Василия.

Дискуссия о достоверности общепринятой версииПравить

Существует также версия, согласно которой в смерти Бориса на самом деле виноват не Святополк Окаянный, а «хороший» брат Ярослав Мудрый, позже замаскировавший своё участие. В 1834 году профессор Санкт-Петербургского университета Осип Сенковский, переведя на русский язык «Сагу об Эймунде» («Эймундова прядь»)[14], обнаруживает там, что варяг Эймунд вместе с дружиной был нанят Ярославом Мудрым. В саге рассказывается, как конунг Ярислейф (Ярослав) сражается с конунгом Бурислейфом, причём в саге Бурислейфа лишают жизни варяги по распоряжению Ярислейфа. Одни исследователи предполагают под именем «Бурислейфа» Бориса, другие — польского короля Болеслава, которого сага путает с его союзником Святополком.

Затем некоторые исследователи[15] на основании «Саги об Эймунде» поддержали гипотезу, что смерть Бориса — «дело рук» варягов, присланных Ярославом Мудрым в 1017 году, учитывая, что, по летописям, и Ярослав, и Брячислав, и Мстислав отказались признать Святополка законным князем в Киеве. Лишь два брата — Борис и Глеб — заявили о своей верности новому киевскому князю и обязались «чтить его как отца своего», и для Святополка весьма странно было бы убивать своих союзников. До настоящего времени эта гипотеза имеет как сторонников[16], так и противников[17].

Кроме того, историографы и историки, начиная с С. М. Соловьёва, предполагают, что повесть о смерти Бориса и Глеба явно вставлена в «Повесть временных лет» позже, иначе летописец не стал бы снова повторять о начале княжения Святополка в Киеве[18].

В древнерусской литературеПравить

 
Иван Билибин «Святые Борис и Глеб на корабле»

Святые Борис и Глеб — традиционные персонажи литературных произведений агиографического жанра, среди которых особое место занимает «Сказание о Борисе и Глебе», написанное в середине XI века в последние годы княжения Ярослава Мудрого[19]. Позднее «Сказание» дополнилось описанием чудес святых («Сказание о чудесах»), написанных в 1089—1115 годы последовательно тремя авторами. Всего «Сказание о Борисе и Глебе» сохранилось более чем в 170-и списках[20], а возможным автором на основании изысканий митрополита Макария и М. П. Погодина считают Иакова Черноризца[21].

Существует также «Чтение о Борисе и Глебе», написанное преподобным Нестором Летописцем. По мнению ряда исследователей, «Чтение» было написано раньше «Сказания», созданного, по их версии, после 1115 года на основе «Чтения» и летописного материала[19].

В отношении рассказов об убийстве Бориса и Глеба в древнерусских летописях существует мнение, что все они до статьи 6580 (1072 год) являются более поздними вставками, сделанными не ранее перенесения мощей братьев, описанного в этой статье[22]. Это связано как с началом зарождения культа святых братьев, так и с осмыслением в середине — третьей четверти XI века истории их смерти в контексте библейской заповеди «не убий» после отмены на Руси кровной мести[23].

С. М. Михеев полагает, что источником всех сочинений является варяжская легенда об убийстве Бориса, дополненная затем русским рассказом о гибели Глеба и о борьбе Ярослава со Святополком. На их основе была создана летописная повесть о Борисе и Глебе, а затем «Чтение» и «Сказание»[24]. По мнению А. А. Шахматова «Чтение» и «Сказание» являются результатом творческой переработки общего протографа, которым, по его мнению, является «Древнейший киевский летописный свод» второй четверти XI века[25].

ПочитаниеПравить

КанонизацияПравить

 
Борис и Глеб на конях
(икона XIV века, ГТГ)

Борис и Глеб считаются первыми русскими святыми, однако дата их канонизации вызывает споры[26]:

  • по мнению А. А. Шахматова это связано с перенесением около 1020 года тела Глеба с берега реки Смядыни в Вышгород и его погребением у церкви Святого Василия;
  • В. П. Васильев в своём сочинении «История канонизации русских святых» (1893) также связывает начало почитания с вышеуказанным фактом, но расширяет временные рамки канонизации до 1039 года, связывая её с киевским митрополитом Иоанном I;
  • митрополит Макарий (Булгаков) считает, что почитание Бориса и Глеба началось после постройки в 1021 году в Вышгороде первой деревянной церкви во имя этих святых (освящена 24 июля). Этому предшествовало открытие мощей братьев после пожара, уничтожившего церковь Святого Василия, у которой они были погребены[27].

Наиболее достоверной, по мнению исследователей (Е. Е. Голубинского, М. К. Каргера, Н. Н. Ильина, М. Х. Алешковского, А. С. Хорошева, А. Поппэ), является канонизация Бориса и Глеба, произошедшая при перенесении (либо непосредственно после) их мощей в новую каменную церковь. Эта торжественная церемония по летописным сведениям была совершена 2 мая 1072 года при участии детей Ярослава Мудрого князей Изяслава, Святослава и Всеволода, киевского митрополита Георгия, ряда других архиерев и киевского монашества[28]. При этом братьям сразу было установлено не местное, а общецерковное почитание, сделавшее их патронами Русской земли[29].

Существует версия и более поздней канонизации Бориса и Глеба — 2 мая 1115 года, когда состоялось перенесение их мощей в храм, построенный князем Изяславом Ярославичем[30]. Эта датировка не находит поддержки у исследователей, которые указывают на присутствие имён Бориса и Глеба как святых в документах последней четверти XI века, особенности их гимнографии и факт перенесения частицы их мощей в Чехию в 1094—1095 годах[31].

Братья были канонизированы как страстотерпцы, что подчёркивает принятие ими мученической смерти не от рук гонителей христианства, а от единоверцев и их мученический подвиг состоит в беззлобии и непротивлении врагам[32]. Однако в отношении причины канонизации Е. Голубинский отмечает, что братья были канонизированы не за мученическую смерть, а по причине чудотворений, происходящих на могилах святых (особо он подчёркивает, что князь Святослав, также сын великого князя Владимира, убитый Святополком, не был канонизирован, так как был убит и погребён в Карпатских горах и сведения о чудесах от его гроба неизвестны)[33].

Борис под именем Роман Русский и Глеб под именем Давид Польский входят в список святых Римско-Католической церкви[34].

Почитание в РоссииПравить

 
Явление Бориса и Глеба перед Невской битвой[35]

Первоначально Борис и Глеб стали почитаться как чудотворцы-целители[9], а затем русские люди и преимущественно княжеский род стали видеть в них своих заступников и молитвенников. В похвале святым, содержащейся в «Сказании», их называют заступниками Русской земли и небесными помощниками русских князей:

 Воистину вы цесари цесарям и князья князьям, ибо вашей помощью и защитой князья наши всех противников побеждают и вашей помощью гордятся. Вы наше оружие, земли Русской защита и опора, мечи обоюдоострые, ими дерзость поганых низвергаем и дьявольские козни на земле попираем.
Сказание о Борисе и Глебе
 

Летописи полны рассказами о чудесах исцеления, происходивших у их гроба (особый акцент на прославлении братьев как целителей сделан в древнейшей церковной службе святым, датируемой XII веком), о победах, одержанных их именем и с их помощью (например, о победе Рюрика Ростиславича над Кончаком, Александра Невского над шведами в Невской битве), о паломничестве князей к их гробу (например, Владимира Володаревича, князя галицкого, Святослава Всеволодовича — князя суздальского) и т. д.

Академик Д. С. Лихачёв отмечает: «Политическая тенденция культа Бориса и Глеба ясна: укрепить государственное единство Руси на основе строгого выполнения феодальных обязательств младших князей по отношению к старшим и старших по отношению к младшим»[36].

Знаток древнерусской культуры С. С. Аверинцев писал: «Бориса и Глеба {…} веками помнили все. Получается, что именно в „страстотерпце“, воплощении чистой страдательности, не совершающем никакого поступка, даже мученического „свидетельствования“ о вере, а лишь „приемлющем“ свою горькую чашу, святость державного сана только и воплощается по-настоящему. Лишь их страдание оправдывает бытие державы. А почему так — об этом нужно думать обстоятельно и неторопливо».[37]

Дни памятиПравить

В честь Бориса и Глеба установлены следующие празднования (по юлианскому календарю):

 
Памятник Борису и Глебу у стен Борисоглебского монастыря в Дмитрове (2006 год, скульптор — А. Ю. Рукавишников)

Празднование памяти святым 24 июля с начала XII века постоянно встречается в месяцесловах (Мстиславово Евангелие, начало XII века; Юрьевское Евангелие, 1119—1128 годы; Добрилово Евангелие, 1164 год и другие)[39]. Изначально день памяти в месяцесловах относился к малым праздникам (святые со славословием), затем стал отмечаться как средний (святые с полиелеем), а со второй половины XII века этот день памяти в месяцесловах начали сопровождать знаком креста в круге, которым отмечают главные после двунадесятых церковные праздники[40]. Остальные дни памяти реже встречаются в древнерусских месяцесловах.

Впервые все три дня памяти вместе встречаются в Московском типиконе 1610 года. В нём 2 мая положено совершать память святым с полиелеем и более торжественно, чем приходящееся на этот же день празднование памяти одного из Отцов Церкви святителя Афанасия Александрийского. В уставе церковных служб кремлёвского Успенского собора на 2 мая указано: «Афанасию Великому, егда будет невместно вкупе пети с Борисом и Глебом, то пети в 4-й день, трезвон средней, а Борису и Глебу трезвон большой, благовест в ревут»[39]. В современных минеях РПЦ на 2 мая указывается совершать святым полиелейную службу.

Строительство храмов и монастырейПравить

 
Строительство Борисоглебского храма в Вышгороде и перенесение в 1115 году мощей братьев в новый храм

Центром почитания Бориса и Глеба в домонгольский период стала церковь в их честь, построенная в Вышгороде в 1115 году. В ней кроме мощей хранились и другие реликвии, связанные с братьями. Среди них был меч Бориса, вывезенный в 1155 году во Владимир князем Андреем Боголюбским. Церковь была разрушена во время нашествия Батыя на Киев в 1240 году. При этом были утрачены мощи святых братьев и попытки их обрести вновь, предпринимавшиеся в 1743, 1814 и 1816 годах, не дали результата[39].

В 1070-е годы были построены деревянные храмы и на местах убийства братьев. Вскоре их заменили на каменные: в 1117 году на реке Альте[41] (место убийства Бориса), а в 1145 году на Смядыни (место убийства Глеба)[42]. Уже при деревянных церквях образовались монастыри (на Альте — ранее 1073, Борисоглебский монастырь на Смядыни — не позднее 1138 года).

В честь святых братьев возникло много церквей и обителей в разных городах России. До середины XVI века летописец приводит более 20 случаев построения церквей в их честь. К древнейшим из них относятся:

В домонгольский период кроме монастырей при храмах, построенных на местах убийства братьев, были основаны обители: Борисоглебский монастырь в Торжке (1038 год) и Борисоглебский Надозёрный монастырь в Переславле-Залесском.

О более поздних храмах и монастырях, посвящённых святым Борису и Глебу, см. Борисоглебский монастырь и Борисоглебская церковь.

Почитание за пределами РоссииПравить

Почитание Бориса и Глеба как святых в других православных странах началось вскоре после их канонизации на Руси[39]:

  • в 1095 году частицы мощей святых князей были переданы в чешский Сазавский монастырь;
  • в конце XII века в греческом Прологе сурожского происхождения под 24 июля появляется приписка: τῇ αὐτῇ ἡμέρᾳ μνήμη τῶν ἁϒ[ίων] νεοφαν[έντ]ων μαρτύρων ἐν ῥωσικοῖς χώραις δα[υὶ]δ καὶ ῥωμανοῦ — «в этот день память святых новоявленных мучеников в земле Русской Давида и Романа»;
  • Антоний Новгородский в своём «Сказании мест святых во Цареграде» (1200 год) сообщает об увиденной в Константинополе большой иконе с изображением святых братьев («У алтаря на правой стране… поставлена икона велика святыхъ Бориса и Глеба») и о церкви, посвящённой им («а во Испигасе граде есть церковь святыихъ мученикъ Бориса и Глеба: въ томъ граде явишася святии, и исцеления многа бываютъ отъ нихъ»). Также Антоний пишет, что местные мастера делают списки с иконы Бориса и Глеба, которые вероятно продаются при самом храме[43].
  • В армянские четьи-минеи 1249 года включено «Сказание о Борисе и Глебе» под названием «История святых Давида и Романоса» (арм. Պատմութիւն սրբոց Դավթի եւ Ռոմանոսի)[44][45]. Праздник отмечался 24 июля.

Особенно широкое распространение почитание князей получило в XIII—XIV веках в южнославянских странах (особенно в Сербии). Это связано с развитием посредством Афона и Константинополя церковно-культурных связей между Русью и этими странами, а также с освобождением Болгарского и Сербского государств от власти Византии. Дни памяти святым появляются в южнославянских месяцесловах (наиболее ранние упоминание в Евангелии апракос первой половины XIII века), в кондакарах помещаются молитвы им (самый ранний пример — сербский кондакар начала XIV века), но факты посвящения этим святым храмов в Болгарии и Сербии в Средние века неизвестны.

ГимнографияПравить

Первые песнопения Борису и Глебу появляются в конце XI века, древнейшие из них содержатся в июльской минее конца XI — начала XII века и Кондакаре при Студийском уставе, написанном в это же время[39]. В XII веке песнопения князьям включали в себя 24 стихиры, 2 канона, 3 кондака с икосом, седален и светилен. Состав песнопений указывает на то, что они образовывали 3 службы, то есть для каждого из дней памяти святых. Согласно указанию в минее первой половины XII века, автором службы братьям является киевский митрополит Иоанн[46].

Несмотря на обширный состав песнопений Борису и Глебу, в домонгольский период их помещали только под 24 июля (для праздника 2 мая в этот период приводился лишь один кондак)[40]. Первые тексты служб на 2 мая появляются в конце XIV века и составлены из ранее известных стихир. Новые стихиры для данного праздника появляются в XV века и связываются с творчеством Пахомия Логофета. В XV—XVI веках из песнопений исчезает упоминание убийцы братьев — князя Святополка.

На рубеже XI—XII веков появляются паремийные чтения святым, которые являются нетипичными для византийского обряда — вместо библейских чтений использованы проложные сказания о святых, хотя и называемые в традиционной форме «От Бытия чтение»[39]. В тексте паремий есть аллюзии на отрывки из Ветхого Завета, но основу составляют поучение о любви и ненависти между братьями (1-я паремия), история убийства Бориса и Глеба и войны Ярослава со Святополком (2 и 3 паремии). В XVII веке эти паремии были замены традиционными библейскими, включаемые в службы мученикам.

Святой Борис
Тропарь Борису и Глебу

Мученическою кровию порфиру окропивше светло,
украшени предстоите, страдальцы славнии, Царю Безсмертному,
и, венцы славы от Него приимше,
молитеся стране нашей подати на враги одоление
и душам нашим велию милость.

Тропарь на перенесение мощей

Днесь церковная расширяются недра,
приемлющи богатство Божия благодати,
веселятся русстии собори,
видяще преславная чудеса,
яже творите приходящим к вам верою,
святии чудотворцы Борисе и Глебе,
молите Христа Бога, да спасет души наша.

Святой Глеб

Населённые пунктыПравить

В честь Бориса и Глеба был назван ряд населённых пунктов:

ИконографияПравить

 
Борис и Глеб (фреска собора Рождества Богородицы Ферапонтова монастыря, Дионисий 1502—1502 годы)

О первом факте написании образа святых братьев сообщает Нестор в своём «Чтении о святых Борисе и Глебе» и связывает это с указанием Ярослава Мудрого[47]:

 повелѣ же и на иконѣ святою написати, да входяще вернии людии въ церковь ти видяще ею образъ написанъ, и акы самою зряще, ти тако с верою и любовию покланяющеся има и целующе образъ ею. 

Однако исследователи отмечают, что до 1070-х годов иконография святых не выработалась, их образов нет в Софийском соборе Киева, не сохранились печати с их изображениями[26]. Среди произведений XI — первой половины XII веков образы Бориса и Глеба сохранились на произведениях «малых форм» (кресты-мощевики и т. п.), что связывают с почитанием князей как целителей и покровителей заказчика изделия[48].

 
Борис и Глеб (икона Ростово-Суздальской школы, XV век)

Святые братья обычно представлены на иконах вдвоём, в полный рост. Их изображают в княжеских одеждах: круглых шапках, отороченных мехом, и плащах, в руки помещают мученический крест или крест с мечом, указывающий на их происхождение и воинскую славу. Данные о внешности Бориса сохранились в Сказании о Борисе и Глебе, написанном не позднее 1072 года[49]:

 Телом был красив, высок, лицом кругл, плечи широкие, тонок в талии, глазами добр, весел лицом, возрастом мал и ус молодой еще был. 

О внешности Глеба таких сведений нет, и его, как младшего брата, изображают юным, безбородым, с длинными волосами, спадающими на плечи[48]. На иконах XV—XVI веков традиционным становится изображение святых во фронтальных одинаковых позах, на некоторых иконах фигурам предают излишнюю удлинённость, чтобы подчеркнуть внешнюю хрупкость. Также братьев изображают в небольшом развороте друг к другу, изображая их беседу.

В 1102 году раки с мощами святых братьев по указанию Владимира Мономаха покрыли серебряными позолоченными пластинами. После перенесения мощей в новую церковь он повелел украсить их рельефными изображениями святых: «Исковав бо сребрьныя дъскы и святыя по ним издражав и позолотив» — эти изображения стали основой для редких одиночных изображений Бориса и Глеба[48].

Житийные иконы Бориса и Глеба известны со второй половины XIV века: в их клеймах иконописцы подчёркивают смирение и кротость братьев, их христианскую любовь к ближним, готовность к мученичеству, а также помещают изображения чудес, приписываемых им[48]. Академик В. Н. Лазарев, описывая житийную икону Бориса и Глеба московской школы XIV века, пишет:

 
Святые князья Борис и Глеб (вторая половина XVIII века)

Самой сильной частью иконы являются лица Бориса и Глеба. В них есть подкупающая доброта и мягкость. Художник стремился подчеркнуть идею жертвенности, красной нитью проходящую через всё «Сказание о Борисе и Глебе»…[43]

В после монгольский период в иконографии Бориса и Глеба появляется позднеантичная и византийская традиции изображения святых на конях, возникшая под влиянием образов святых Сергия и Вакха, Георгия Победоносца, Димитрия Солунского и других. В этом проявляется заступническая и воинская функция культа этих святых.

Известны иконы, отражающие представление о Борисе и Глебе как о защитниках и покровителях городов (например, икона начала XVIII века, написанная в память о спасении от пожара города Каргополя, приписываемому заступничеству братьев). Для них характерно изображение святых в молении к облачному Спасу (образу Иисуса Христа в небе). На одной из таких икон второй половины XVIII века одежда братьев прорисована киноварью, символизирующей как пролитую ими кровь, так и багряницу Христову[50].


Образ в искусствеПравить

В литературеПравить

В киноПравить

ПримечанияПравить

  1. Татищев В. Н. Собрание сочинений. — М.; Л., 1963. — Т. II: История Российская. Часть вторая (вторая редакция). Главы 1-18. — С. 227.
  2. Соловьев С. М. Сочинения. — М., 1988. — Кн. I: История России с древнейших времен. Т. 1-2. — С. 195.
  3. Поппэ А. В. Земная гибель и небесное торжество Бориса и Глеба // Труды Отдела древнерусской литературы. — СПб.: Д. Буланин, 2003. — Т. LIV. — С. 309—312.
  4. Толочко А. П. «История Российская» Василия Татищева: Источники и известия. — М.: Новое литературное обозрение; К.: Критика, 2005. — С. 445—458.
  5. Михеев С. М. «Святополкъ сѣде в Киевѣ по отци»: Усобица 1015—1019 годов в древнерусских и скандинавских источниках. — М.: Институт славяноведения РАН, 2009. — С. 73.
  6. Войтович Л. В. Генеалогія династій Рюриковичів і Гедиміновичів. — К., 1992. — С. 24.
  7. Пчелов Е. В. Рюриковичи. История династии. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2003. — С. 80.
  8. Евтушенко С. А. Убийство сыновей Владимира Святого: Борис, Глеб, Святослав / Под ред. С. В. Перевезенцева. — М.: Социально-политическая МЫСЛЬ, 2008. — С. 12.
  9. 1 2 Никитин А. Л. [www.gumer.info/bibliotek_Buks/History/nikit/10.php Святополк и легенда о Борисе и Глебе]. Основания русской истории. Мифологемы и факты. Дата обращения: 13 июля 2009.
  10. Татищев В. Н. История Российская. — М.-Л., 1963. — Т. 2. — С. 218.
  11. 1 2 Руммель В. В. Борис Владимирович // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  12. 1 2 Экземплярский А. В. Глеб Владимирович, князь муромский // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  13. Голубинский Е. Е. История канонизации святых в Русской Церкви. — М.: Имп. О-во истории и древностей рос. при Моск. ун-те, 1903. — С. 44. — 600 с.
  14. Сага об Эймунде (Прядь об Эймунде Хрингссоне). Дата обращения: 27 июня 2009.
  15. «О. Головко, слідом за М. Ільшим та А. Грабським, на підставі саги про Еймунда дуже сміливо відніс смерть Бориса до справи рук варягів, надісланих Ярославом Мудрим у 1017 р.» — Леонтій Войтович. Князівські династії Східної Європи (кінець IX — початок XVI ст.): склад, суспільна і політична роль. Історико-генеалогічне дослідження. — Львів: Інститут українознавства ім. І. Крип’якевича, 2000. — ISBN 966-02-1683-1.
  16. Данилевский И. Н. Ярослав, Святополк и летописец // Древняя Русь глазами современников и потомков (IX-XII вв.). — М: Аспект-Пресс, 1999.
  17. Михеев С. М. Раздвоение убийства Бориса и история борисоглебского цикла // Древняя Русь. — М., 2005. — № 3. — С. 74.
  18. Соловьёв С. М. История России с древнейших времён Т. III—IV // Сочинения. — М., 1988. — Т. 2. — С. 104.
  19. 1 2 Сказание о Борисе и Глебе. Институт русской литературы (Пушкинский Дом) РАН. Дата обращения: 4 июля 2009. Архивировано 26 января 2012 года.
  20. Рождественская М. В. Начало русской литературы (недоступная ссылка). Дата обращения: 12 июля 2009. Архивировано 26 января 2012 года.
  21. Погодин М. П. Древняя русская история до монгольского ига. — М., 1999. — Т. 2. — С. 313—314. — ISBN 5-300-02727-8.
  22. Михеев С. М. Рассказ о Святополке и Ярославе и легенда о Борисе и Глебе: «Древнейший свод» и свод 70-х годов XI в // Древняя Русь. — М., 2008. — № 3. — С. 46.
  23. Горский А. А. «Всего еси исполнена земля Русская…» Личности и ментальность русского средневековья: Очерки. — М., 2001. — С. 99—100.
  24. Михеев С. М. Различия в описаниях событий и взаимоотношения текстов борисоглебского цикла // Славяноведение. — М., 2007. — № 5. — С. 3—19.
  25. Шахматов А. А. Разыскания о древнейших русских летописных сводах. — СПб., 1908. — С. 92—94.
  26. 1 2 Ужанков А. Н. Святые страстотерпцы Борис и Глеб: к истории канонизации и написания житий. Дата обращения: 28 июня 2009.
  27. Макарий (Булгаков). Первые храмы в России и состояние богослужения. История Русской Церкви. Дата обращения: 22 июля 2009. Архивировано 26 января 2012 года.
  28. Канонизация благоверных князей Бориса и Глеба. Дата обращения: 28 июня 2009. Архивировано 26 января 2012 года.
  29. Голубинский Е. Е. История канонизации святых в Русской Церкви. — М.: Имп. О-во истории и древностей рос. при Моск. ун-те, 1903. — С. 48. — 600 с.
  30. Милютенко Н. И. Святые князья-мученики Борис и Глеб. — СПб., 2006. — С. 54. — ISBN 5-89740-132-5.
  31. Артамонов Ю. А. Рецензия на книгу Н. И. Милютенко «Святые князья-мученики Борис и Глеб». Дата обращения: 28 июня 2009. Архивировано 26 января 2012 года.
  32. Живов В. М. Святость. Краткий словарь Агиографических терминов. — М.: Гнозис, 1994.
  33. Голубинский Е. Е. История канонизации святых в Русской Церкви // Богословский вестник. — 1894. — Т. 4, № 10. — С. 70.
  34. Христианство: Энциклопедический словарь. Т. 3. М, 1998. С. 747, 715
  35. Хронос. Житие Александра Невского. Дата обращения: 1 июля 2009. Архивировано 4 августа 2012 года.
  36. Лихачёв Д. С. Некоторые вопросы идеологии феодалов в литературе XI—XIII вв // ТОДРЛ. — 1954. — Т. 10. — С. 89.
  37. «Византия и Русь: два типа духовности» – читать. knigosite.org. Дата обращения: 18 августа 2016.
  38. Собор Тульских святых. Официальный календарь Русской православной церкви. Дата обращения: 28 августа 2014.
  39. 1 2 3 4 5 6 Борис и Глеб // Православная энциклопедия. — М. : Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2003. — Т. VI. — С. 44-60. — 752 с. — 39 000 экз. — ISBN 5-89572-010-2.
  40. 1 2 Ужанков А.Н. О времени сложения служб и датировке житий святых Бориса и Глеба. Дата обращения: 28 июня 2009.
  41. «Володимеръ и црк҃вь заложи на Льтѣ мученику» — Ипатьевская летопись, год 6625 (1117)
  42. Воронин Н. Н., Раппопорт П. А. Зодчество Смоленска XII—XIII вв. — Л.: Наука, 1979. — С. 37—38.
  43. 1 2 Лазарев В. Н. Русская иконопись от истоков до начала XVI века. Дата обращения: 29 июня 2009. Архивировано 26 января 2012 года.
  44. Розов Н. Н. О русско-армянских книжных связях древнейшего периода // Историко-филологический журнал. — Ер, 1978. — № 3. — С. 207—216.
  45. Атаджанян И. А. Из истории русско-армянских взаимоотношений с X по XVIII века. — Ер: Лингва, 2006. — С. 113. Архивная копия от 1 марта 2014 на Wayback Machine
  46. При этом не сообщается, какой именно из киевских первосвятителей с этим именем: Иоанн I или Иоанн II
  47. Абрамович Д. И. Жития святых мучеников Бориса и Глеба и службы им. — Пг., 1916. — С. 18.
  48. 1 2 3 4 Смирнова Э. С. Иконография святых Бориса и Глеба. Дата обращения: 29 июня 2009. Архивировано 26 января 2012 года.
  49. Сказание о Борисе и Глебе (недоступная ссылка). Дата обращения: 29 июня 2009. Архивировано 29 декабря 2011 года.
  50. «На ратный труд благословляющие»: Иконы Ярославля XVI — начала XX века из собрания Ярославского художественного музея: Каталог выставки / авт.-сост. О. Б. Кузнецова, А. В. Федорчук. Дата обращения: 29 июня 2009. Архивировано 26 января 2012 года.
  51. Борис Чичибабин. Сборник. Дата обращения: 28 июня 2009.
  52. «Набросок» - Иосиф Бродский. rupoem.ru. Дата обращения: 18 августа 2016.
  53. Повесть об Азовском осадном сидении донских казаков. www.bibliotekar.ru. Дата обращения: 18 августа 2016.

СсылкиПравить

ЛитератураПравить