Открыть главное меню
Founded October 24, 1919; 99 years ago
Партийный флаг и герб гоминьдана; основан на голубом небе с белым солнцем, которое также появляется на флаге китайской республики.

Гоминьдан в Бирме (ГМД) представлял из себя китайские националистические войска, которые бежали в бирманский приграничный регион в 1950 году после своего поражения от коммунистов в гражданской войне в Китае. Технически названный Антикоммунистической армией национального спасения Юньнани (иногда также называемой «Потерянная армия»[1]), командование ГМД вёл генерал Ли Ми[en]. В начале 1950-х годов он совершил несколько неудачных вторжений в провинцию Юньнань, и каждый раз их возвращали в Бирму силами Народно-освободительной армии Коммунистической партии Китая.

Вся кампания при материально-технической поддержке США, Китайской Республики (выведенной на Тайвань) и Таиланда с самого начала была противоречивой. Он не только нарушил бирманский суверенитет и дестабилизировал политическую ситуацию в молодой бирманской нации, но и увидел участие Гоминьдана в прибыльной торговле опиумом в регионе. В 1953 году разочарованное бирманское правительство обратилось к Организации Объединенных Наций и оказало международное давление на Китайскую Республику (которая отступила на Тайвань[en]), чтобы вывести свои войска на Тайвань в следующем году. Только в результате скоординированных китайско-бирманских военных операций в 1960–1961 гг. Была проведена полная эвакуация войск Гоминьдана и изгнаны оставшиеся войска из Бирмы в соседние Лаос и Таиланд.

Содержание

ПредысторияПравить

Гражданская война началась в Бирме вскоре после обретения ею независимости в 1948 году. Причины конфликта были в значительной степени наследием британского колониального господства и лучше всего можно выразить, как сказал Мартин Смит, «дилеммы единства в стране разнообразия»[2]. Во-первых, вплоть до 1937 года Британская Бирма была не отдельной колонией, а провинцией Британской Индии. В то время как британцы управляли бирманским большинством в центральной «министерской Бирме», этнические меньшинства в «пограничных районах» оставались под номинальным правлением своих традиционных правителей. Противоречия, которые существовали в том факте, что бирманское большинство и исторически антагонистические этнические меньшинства оказались связанными в рамках единого административного образования, не были разрешены до ухода британцев[3].

Во-вторых, Конституция Бирмы 1947 года не обеспечивала интересы различных групп меньшинств, которые хотели сохранить свою автономию и равные права в рамках Союза. Федеральное соглашение между центральным правительством и периферийными штатами сохранило свое колониальное наследие: Шанам и Кареннам, Саопфа[en] был присвоен статус, аналогичный правителям княжеских индийских штатов, с автономией над администрацией и правоохранительными органами. Кроме того, штаты Шан и Каренни также имели исключительное право на отделение после десяти лет в Союзе. Напротив, Качин, Чин и Карен оставались под центральным управлением, в то время как Моны и Араканцы даже не имели отдельного политического представительства. Таким образом, противоречия и неясности Конституции никого не устраивали и стали причиной большой этнической розни[4][notes 1].

В-третьих, этническое бирманское большинство на центральных равнинах также было разделено политической идеологией. Как и коммунистические партии во Вьетнаме и Малайе, Коммунистическая партия Бирмы (КПБ) приобрела высокую организационную силу и популярность благодаря своим антияпонским усилиям[5]. Кроме того, Народная организация добровольцев (PVO), бывшая частная армия лидера националистов Аун Сан, раскололась между сочувствующими социалистами и коммунистами, а последние ушли в подполье, чтобы присоединиться к коммунистам. За этим последовала серия мятежей в Союзе военной полиции и бирманской армии. С убитым внутренним кругом компетентных лидеров[en] и мятежами армейских подразделений по этническому и идеологическому признакам гражданская война началась в течение года независимости, когда этнические повстанцы (Карен, Мон и Каренни), а также коммунисты прибегли к оружию против правительство.

Постепенно бирманская армия усилилась и сумела устранить практически все очаги сопротивления. К 1950 году многие повстанцы сдались правительству во время амнистии. Успех бирманской армии был во многом обусловлен ее преимуществом перед повстанцами в вооружении и дисциплине. Хотя повстанцы имели превосходство в численности, они были неспособны координировать свою деятельность из-за их расходящихся целей и идеологий. В тот момент, когда бирманское правительство считало, что оно достигло определенной степени политической стабильности и могло сосредоточиться на неотложной задаче государственного строительства, угроза Гоминьдана прибыла на его северо-восточные границы[6].

Наступление ГоминьданаПравить

Во время Второй мировой войны, после завершения «Бирманского пути», началось оживлённое движение между союзными и националистическими китайскими войсками.

Части границы между двумя странами не были четко определены. Окончательная демаркация состоялась только с согласия 1961 года[7].

К концу гражданской войны в Китае Гоминьдан впервые бежал в Бирму в мае 1949 года, пытаясь вторгнуться в Лаос, но были отброшены французами или интернированы в заключение на остров Кондао[8]. 18 декабря 1949 последовало дипломатическое признание китайского правительства под руководством Мао Цзэдуна[9].

Когда в декабре 1949 года Коммунистическая народно-освободительная армия (НОАК) вошла в провинцию Юньнань, войска ГМД и их иждивенцы начали перебираться в Бирму в конце декабря 1949 года и в начале января 1950 года. Эти войска КМД были членами 8-й армии под командованием генерала Ли Ми, 26-я армия генерала Лю Куо Чуана и 93-я дивизия генерал-майора Мах Чоу Ю. Они поселились в Ченгтунге[en] - одном из штатов Шаня недалеко от границы между Таиландом и Бирмой - в деревне Тачилек. Генерал Ли Ми принял командование армией Гоминьдана в Бирме, и в течение следующих нескольких лет она неуклонно росла, поскольку все больше отставших выходило через границу и армия набиралась из местного населения. К марту 1950 года около 1500 солдат КМТ оккупировали территорию между городом Чёнгтун и Тачилеком. К апрелю 1951 года это число возросло до 4000, а к концу года - до 6000. Затем он удвоится в 1952 году[10].

В июне 1950 года бирманское правительство потребовало, чтобы Гоминьдан сдался или немедленно покинул Бирму. Полевой командир Гоминьдана, получивший бирманский запрос, не только отказался подчиниться, но и заявил, что войска ГМД не намерены ни сдаваться, ни покидать район, и будет принимать ответные меры силой, если бирманская армия начнет военные действия. В ответ бирманская армия начала наступление из города Чёнгтун и в течение нескольких недель захватила Тачилек. Вытесненный из Тачилека, ГМД основал новый базовый лагерь в Монг-Хсате в июле 1950 года. Монг-Хсат был вторым по величине городом в штате Чёнгтун и идеально подходил для ГМД. Он был расположен в центре плодородного бассейна, наделенного примерно шестидесяти квадратных милями площади для выращивания риса, и со всех сторон был окружен холмистой местностью, которая служила естественным защитным барьером. Город находился всего в восьмидесяти милях от границы с Таиландом, и поэтому поставки могли быть легко получены из-за пределов Бирмы через Таиланд. Бирманская армия предприняла несколько попыток в течение следующих двух лет, но безуспешно изгнала ГМД из Монг Хсата[10].

Основной причиной непримиримости ГМД было ее намерение использовать Бирму в качестве убежища для реорганизации, обучения и оснащения с целью начала вторжения с целью захвата материкового Китая. Под командованием генерала Ли Ми в мае 1951 года было начато наступление на провинцию Юньнань с участием около 10 000 человек. Войска КМТ двинулись на север и без сопротивления захватили Кенгму и ее аэродром в шестидесяти милях от Китая. Однако, продвигаясь дальше на север, Народная освободительная армия численностью 40 000 человек контратаковала. Армия Ли Ми понесла огромные потери и отступила назад в Бирму после менее чем месяца в Китае. В июле 1951 г. и августе 1952 г. Гоминьдан предпринял еще две неудачные попытки, которые привели к большим потерям, после чего они больше никогда не вторгались в Юньнань и вместо этого «обосновались вдоль границы, чтобы собрать разведданные и отслеживать признаки возможного продвижения коммунистического Китая в Юго-Восточную Азию»[11].

Связь с ЦРУ и торговля опиумомПравить

Армия Гоминьдана в Бирме не могла бы расширяться, как это было бы без материально-технической поддержки со стороны Соединенных Штатов, Таиланда и Тайваня, а также финансовой поддержки, получаемой в результате участия ГМД в торговле опиумом в регионе. Центральное разведывательное управление (БРУ) было основным агентством, отвечающим за секретную программу под названием «Операция Бумага», которая перевозила оружие и предметы снабжения в Гоминьдан из Тайваня через Таиланд[12]. С одобрения и поддержки президента Трумэна от премьер-министра Таиланда Плака Фибунсонгхрама (также известного как «Фибун») ЦРУ сформировало секретную сеть воздушных поставок, которая доставляла оружие и материалы для войск генерала Ли Ми в Монг-Хсат из Таиланда. Первые поставки начались в начале 1951 года, когда самолеты C-46 и C-47 без опознавательных знаков совершали как минимум пять сбросов парашютов в неделю. К концу 1951 года ГМД отремонтировала старую взлетно-посадочную полосу в Монг-Хсате, построенную союзными войсками во время Второй мировой войны. Увеличенная взлетно-посадочная полоса могла обслуживать большие четырехмоторные самолеты и позволяла войскам ГМД получать недавно изготовленное американское оружие из Тайваня. Советники ЦРУ также сопровождали армию ГМД во время вторжения в Юньнань в мае 1951 года, и некоторые из них были убиты во время наступления[11].

После неудачной попытки вернуться в Китай в августе 1952 года ГМД, похоже, изменила свою политику использования Бирмы в качестве базы для операций по вторжению в коммунистический Китай на постоянное укрепление в районе Шаня[13]. В конце 1952 года Гоминьдан прекратил концентрировать свои силы у границы с Китаем и распространился по штатам Шан, а также по отдельным частям штата Качин. В конце концов он получил контроль над территориями Шаня между рекой Салвин на западе, границей с Китаем на востоке и Таиландом на юге. Армия Гоминьдана удалила всех бирманских правительственных чиновников и стала единственным эффективным, но жестким правительством, которое управляло населением в миллион человек.

Территории, контролируемые Гоминьданом, составляли основной регион, производящий опиум в Бирме, и сдвиг в политике ГМТ позволил им расширить свой контроль над торговлей опиумом в регионе. Кроме того, принудительное искоренение коммунистическим Китаем незаконного культивирования опия в Юньнани к началу 1950-х годов фактически передало монопольное право на опиум армии Гоминьдана в штатах Шан. До прибытия Гоминьдана торговля опиумом уже развивалась как местная экономика опиума под британским колониальным правлением. Основными потребителями этого наркотика были местные этнические китайцы и те, кто пересек границу в Юньнани и в остальной части Юго-Восточной Азии. Гоминьдан вынуждает местных жителей искать новобранцев, еду и деньги и облагает налогом фермеров, выращивающих опиум. Это заставило фермеров увеличить производство, чтобы свести концы с концами. Один американский миссионер в племенах Лаху штата Чёнгтун[en] даже свидетельствует о пытках, совершенных ГМД в отношении Лаху за невыполнение их правил. Годовой объем производства вырос в двадцать раз с 30 тонн во время бирманской независимости до 600 тонн в середине 1950-х годов[14].

Войска ГМД были, по сути, предками частных наркотических армий, действующих в «Золотом треугольнике». Почти весь опиум ГМД был отправлен на юг в Таиланд[15]. Торговля между Гоминьданом и их тайскими союзниками работала так, что оружие и военные поставки были доставлены в Монгсхат во время предстоящей поездки (либо поездом на муле, либо самолетом), а опиум ГМТ перевезен на юг в Чианг Май во время исходящей поездки. Гоминьдан обычно имел дело с влиятельным тайским командиром полиции и клиентом ЦРУ генералом Фао Сриянондом[en], который отправлял опиум из Чиангмая в Бангкок для местного потребления и экспорта.

Бирманская обеспокоенностьПравить

Вторжение войск КМД в Бирму создало серьезные проблемы внутренней и внешней безопасности для новой независимой страны. Внутренне попытки ГМД к местным повстанцам усугубили существующий гражданский конфликт между бирманским правительством и этническими и коммунистическими повстанцами. Начиная с конца 1951 года, Гоминьдан установил контакты и сформировал слабый союз с Каренской организацией национальной обороны (КНОА), крупнейшей из все еще активных групп повстанцев из числа коренных народов[16]. Сочетание факторов сделало альянс ГМД-КНОА полезным для обеих групп. Оба были согласны в своем несогласии с нейтралистской внешней политикой Бирмы, и оба обращались за помощью к Западу. В то время как у Гоминьдана было современное оружие и другие военные материалы, у КНОА были контакты, местные знания и более легкий доступ к продовольствию. Что еще хуже для правительства, часть произведенного в США оружия также попала (очевидно, через КНОА) в руки бирманских коммунистических мятежников. Конечным эффектом вторжения КМТ в бирманский гражданский конфликт было то, что оно отвлекло бирманскую армию от усилий по борьбе с повстанцами и увеличило количество оружия, доступного антиправительственным повстанцам.

Внешне существование антикоммунистических войск Гоминьдана на его границах с Китаем поставило под угрозу нейтралистскую внешнюю политику Бирмы. Поскольку различные группы в Бирме желали поддержать тот или иной блок в холодной войне, в интересах правительства следовать нейтральной политике, чтобы избежать антагонизма ни прозападных меньшинств, ни просоветских, ни прокитайских коммунистов. , С другой стороны, Бирма расположена между нейтралистской Индией на западе, коммунистическим Китаем на севере и разрушенным войной Лаосом и проамериканским Таиландом на востоке. Расположенный в центре этих государств с различными идеологиями и глубокими антагонизмами, это заставило Бирму поддерживать дружеские отношения со всеми из них[17].

Бирманское правительство опасалось, что присутствие антикоммунистических войск Гоминьдана на его границах будет противодействовать коммунистическому Китаю и даст ему повод для вторжения в Бирму[18]. Действительно, в то время, когда шла война в Корее, в которой участвовали Соединенные Штаты и Китай, такой страх не был беспочвенным. Со своей стороны, коммунистический Китай был обеспокоен тем, что Соединенные Штаты могут открыть второй фронт в своих южных провинциях, используя Бирму в качестве базы для операций и войска ГМД в качестве ядра для армии вторжения. Действительно, политика Китая в начале 1950-х годов оправдала беспокойство Бирмы. Во-первых, провозглашение коммунистического Китая и последующее создание автономного государства для китайских шанов было очевидной попыткой стимулировать сепаратистские тенденции бирманских шанов и привлечь их в Китай. Во-вторых, после победы в гражданской войне в Китае коммунистический Китай давал советы и поставки бирманским коммунистам и позволил им использовать территорию Китая в качестве военно-политического учебного центра. В-третьих, Китай продемонстрировал свою воинственность в провинции Юньнань, накопив приблизительно 200 000 военнослужащих, а также построив и отремонтировав дороги, которые вели в Бирму. Наконец, коммунистический Китай заявил о своей территории на 1500-мильной китайско-бирманской границе, которую обеим сторонам еще предстоит официально разграничить. К счастью, несмотря на воинственность Китая, опасения Бирмы не оправдались, так как Пекин действовал сдержанно по отношению к Бирме в течение всего периода кризиса ГМД. В свою очередь, Рангун был осторожен, чтобы держать Пекин в курсе вопроса Гоминьдана.

Международное давление и уход ГоминьданаПравить

После того, как её военные усилия и обращение к Соединенным Штатам не смогли решить проблему Гоминьдана, в марте 1953 года Бирма подала официальную жалобу в Организацию Объединенных Наций, представив множество фотографий, захваченных документов и свидетельских показаний, достаточно убедительных для того, чтобы осудить Тайвань. К тому времени проблема Гоминьдана для Соединённых Штатов стала настолько «источником международного замешательства»[19], что она инициировала военную комиссию из четырех стран (Бирма, США, Тайвань и Таиланд) в Бангкоке 22 мая для ведения переговоров вывод ГМД.

После нескольких месяцев переговоров и упущений со стороны Гоминьдана трехэтапный вывод, наконец, состоялся 7 ноября и продолжился в декабре 1953 года. Второй и третий этапы были проведены в следующем году в периоды 14–28 февраля и 1–7 мая, соответственно[20]. Войска ГМД и их иждивенцы пересекли тайско-бирманскую границу и были вывезены из Чианграя на Тайвань. Было очевидно, что ГМТ провела эвакуацию нерешительно; Бирманские наблюдатели на площадках часто протестовали против того, что предположительно китайские эвакуируемые были больше похожи на Шанов или Лахуса, а оружие, которое они несли, было «ржавыми музейными экспонатами» вместо недавно приобретенных американских производителей. 30 мая 1954 года генерал Ли Ми объявил о роспуске Антикоммунистической армии национального спасения провинции Юньнань. Тем не менее, 6000 нерегулярных солдат Гоминьдана остались в Бирме Бои возобновились через месяц и продолжались время от времени в течение следующих семи лет[21].

С помощью китайских коммунистических войск бирманская армия провела серию успешных военных операций в 1960–1961 гг., Которые, наконец, «сломали спину» нерегулярным вооруженным силам ГМД[22]. Кроме того, 15 февраля 1961 года бирманской армии удалось сбить и захватить патрульный самолет, который пытался сбросить припасы на ГМД[23]. Этот инцидент предоставил бирманскому правительству конкретные доказательства того, что Тайвань поставлял партизанам Гоминьдана военные поставки американского происхождения. Последовавший дипломатический кризис побудил Соединенные Штаты оказать сильное давление на Тайвань с целью эвакуации оставшихся войск из Бирмы. В период с 17 марта по 31 апреля 1961 года из Тайваня было эвакуировано около 4400 партизан и членов их семей. Остальные, около 450-700 человек, либо остались в Бирме, либо бежали в Таиланд и Лаос[24].

ПоследствияПравить

В целом, ученые сходятся во мнении, что кризис Гоминьдана был событием существенного влияния на историю Бирмы. Вторжение Гоминьдана в Бирму имело непреднамеренное последствие разжигания националистических настроений в нескольких этнических восстаниях во главе с шанами, ва и другими этническими группами. Первоначально шаны были в значительной степени лояльными новому независимому бирманскому правительству на протяжении всего кризиса ГМД, поскольку они подписали историческое Панглонгское соглашение[en], которое предоставило им права на отделение. Тем не менее, по мере того как бирманская армия все чаще размещалась в штате Шан для подавления присутствия Гоминьдана, шаны все больше и больше были недовольны бирманским правлением. Когда для шанов пришло время обдумать свой статус в Союзе в 1958 году, негативный опыт репрессивных действий армии стал дополнительным аргументом в пользу большей автономии. В результате бирманская армия во главе с Не Вином, решившим сохранить целостность Союза, организовала государственный переворот против правительства и отменила как Конституцию 1947 года, так и права штатов Шан и Карен на отделение[25][26].

По словам Мэри Каллахан (2003), кризис ГМД представлял огромную угрозу суверенитету Бирмы и оказался катализатором, который заставил институционализацию бирманской армии превратить ее из группы партизанских бойцов в профессиональную армию. Каллахан утверждает, что преобразование бирманской армии дало ей огромную автономию и полномочия определять, кто был гражданами и врагами в этнически разнообразном государстве. Эта трансформация заложила основу для возможной консолидации власти в 1950-х годах, что привело к захвату правительства. Роберт Тейлор (1973) приводит аналогичный аргумент о значительных последствиях вмешательства ГМД для политических, экономических и этнических проблем Бирмы. Участие армии ГМД в местных повстанцах не только способствовало неспособности бирманского государства справиться с мятежниками, но и остановило усилия бирманцев в деле национальной интеграции и экономического строительства.

Другие ученые критиковали то, как Соединенные Штаты решали проблему ГМД. Тезис Кеннета Янга (1970) выдвигает на первый план контекст холодной войны, вызванный одновременной Корейской войной, а также сложные внешние отношения между Бирмой, Таиландом, Китаем (националистическим и коммунистическим) и Соединенными Штатами. Он утверждает, что «Операция Бумага», секретная программа ЦРУ, разработанная для помощи войскам ГМД в Бирме, была полной неудачей для Соединенных Штатов. Мало того, что Соединенные Штаты не смогли сдержать китайско-бирманские отношения, они оттолкнули Бирму из-за того, что они решили проблему Гоминьдана и не смогли сдержать китайских националистов. Кроме того, Альфред Маккой[en] (1991) ставит под сомнение соучастие ЦРУ в вовлечении Гоминьдана в торговлю опиумом, учитывая роль ЦРУ в облегчении сети поставок ГМД и альянс между Гоминьданом и высокопоставленными чиновниками Таиланда. После совместной китайско-бирманской военной кампании выселения партизан-германцев из штатов Шан в 1961 году, партизаны отступили через границу с Таиландом[en] и доминировали в торговле опиумом в регионе «Золотого треугольника» до 1980-х годов. С тех пор остатки 93-й дивизии и их потомки сформировали несколько общин в Таиланде, особенно Сантихири[en] в провинции Чианграй[1].

ПримечанияПравить

  1. 1 2 Qin, Amy. In Remote Thai Villages, Legacy of China's Lost Army Endures, The New York Times (January 14, 2015).
  2. Smith, Martin. State of Strife: The Dynamics of Ethnic Conflict in Burma. — Singapore : Institute of Southeast Asian Studies, 2007. — Vol. 36. — P. 7. — ISBN 978-981-230-479-7.
  3. Lintner, Bertil. Burma in Revolt : Opium and Insurgency since 1948. — Boulder : Westview Press, 1994. — P. 41–47. — ISBN 9780813323442.
  4. Smith, Martin John. Burma: Insurgency and the Politics of Ethnicity. — Zed Books, 1991. — P. 41–59. — ISBN 9780862328689.
  5. Lintner, Bertil. The Rise and Fall of the Communist Party of Burma (CPB). — Ithaca, N.Y. : Southeast Asia Program Publications, 1991. — Vol. 6. — P. 3–8. — ISBN 978-0877271239.
  6. Taylor, Robert H. Foreign and Domestic Consequences of the KMT Intervention in Burma. — Ithaca, N.Y. : Cornell University Southeast Asia Program, 1973. — P. 8–9.
  7. E. Whittam Daphne: The Sino-Burmese Boundary Treaty. In: Pacific Affairs Vol. 34 (1961), S. 89f
  8. New York Times 28. April 1949, 31. März 1950
  9. Shen Yu-Dai: Peking and Rangoon. In: China Quarterly. 1961, Nr. 5, S. 131–144
  10. 1 2 Young, Kenneth Ray. Nationalist Chinese Troops in Burma: Obstacle in Burma's Foreign Relations, 1949–1961: A Dissertation Submitted For the Degree of Doctor of Philosophy. — 1970. — P. 50–53.
  11. 1 2 McCoy, Alfred W. The Politics of Heroin: CIA Complicity in the Global Drug Trade. — 1st. — Brooklyn, N.Y. : Lawrence Hill Books, 1991. — P. 171. — ISBN 9781556521263.
  12. McCoy, 1991, pp. 168–69
  13. Young, 1970, pp. 66–67
  14. Lintner, Bertil (1992). Heroin and Highland Insurgency in the Golden Triangle. War on Drugs: Studies in the failure of US narcotic policy. Boulder, Colorado: Westview. p. 288.
  15. McCoy, 1991, pp. 173
  16. Taylor, 1973, p. 18
  17. Taylor, 1973, p. 1
  18. Young, 1970, pp. 57–66
  19. McCoy, 1991, pp. 174
  20. Taylor, 1973, p. 49
  21. McCoy, 1991, p. 168
  22. Young, 1970, pp. 145
  23. Gibson, Richard Michael. The Secret Army: Chiang Kai-Shek and the Drug Warlords of the Golden Triangle. — John Wiley & Sons, 2011. — P. 207. — ISBN 978-0-470-83018-5.
  24. Young, 1970, pp. 179–183
  25. Smith, 1991, pp. 191–93
  26. Lintner, 1994, pp. 289–291

СсылкиПравить


Ошибка в сносках?: Для существующих тегов <ref> группы «notes» не найдено соответствующего тега <references group="notes"/> или пропущен закрывающий тег </ref>