Открыть главное меню

Александр Фёдорович Грушецкий (17 октября 1854, с. Паниковец, Орловская губерния — не ранее 1917) — генерал-майор, генерал-губернатор Тамбова[1]. Занимался отбором лошадей для армии, председатель ремонтной комиссии и первый историк донской лошади. Один из самых бескомпромиссных и последовательных защитников задонского коннозаводства на всех совещаниях и съездах (в прессе его называли «Задонским рыцарем»)[2]. Из дворянского рода Грушецких.

Александр Фёдорович Грушецкий
Grushetsky A F.jpg
Дата рождения 17 октября 1854(1854-10-17)
Место рождения с. Паниковец, Елецкий уезд, Орловская губерния
Дата смерти не ранее 1917
Принадлежность  Российская империя
Род войск кавалерия
Годы службы 1877—1911
Звание генерал-майор
Сражения/войны Русско-турецкая война (1877—1878)
Награды и премии
RUS Imperial Order of Saint Vladimir ribbon.svg Орден Святой Анны III степени RUS Imperial Order of Saint Stanislaus ribbon.svg
В отставке Член совета Главного управления Госуд. коннозаводства (с 25.05.1913).
тамбовский генерал-губернатор
Commons-logo.svg Александр Фёдорович Грушецкий на Викискладе

Содержание

БиографияПравить

 
Дом губернатора в Тамбове. Был предназначен для работы и проживания губернаторов Тамбова

Пошёл по стопам отца, полковника Фёдора Александровича, и стал служить в кавалерии; отличался необыкновенной храбростью. Православный. Образование получил в 4-й Московской классической гимназии и Московском университете[3].

В службу вступил 11.11.1875. Окончил Тверское кавалерийское юнкерское училище. Выпущен корнетом (ст. 06.07.1877) в 1-й уланский Санкт-Петербургский полк. Поручик (ст. 24.01.1881).

Помощник ремонтного 4-го драгун. и 4-го улан. полков (с 03.04.1881). Ремон. запасного эскадрона 26-го драгунского Бугского полка (с 01.11.1882). Ремонт. кадра № 9 кавалерийского запаса (с 25.05.1884). Ремон. кадра № 14 кавалерийского запаса (с 29.10.1886). Штабс-ротмистр (ст. 14.04.1887). Ротмистр (ст. 15.03.1893). Ремонт. управления инспектора ремонт. (с 30.05.1893).

Постоянный член ремонтной комиссии западной части Задонской степи (с 20.01.1901). Подполковник (пр. 1901; ст. 26.02.1901; за отличие). Председатель ремонтной комиссии района вост. части Задонской степи (с 25.11.1903). Полковник (пр. 1905; ст. 10.04.1905; за отличие). Генерал-майор (пр. 10.04.1911; ст. 10.04.1911; за отличие).

Помощник губернского комиссара Тамбовской губернии. Член совета Главного управления Госуд. коннозаводства (с 25.05.1913; одновременно с предыдущей должностью). На 10.07.1916 член совета Главного управления Государственного коннозаводства (с 19.09.1914)[3].

Был участником русско-турецкой войны 1877—1879 гг. на Балканах, участником Первой мировой войны. Был видным генералом, высоким и статным. Ему было немногим больше 40 лет, когда он стал тамбовским генерал-губернатором[1].

 
Александр Фёдорович Грушецкий (корнет; из архива Е. С. Меленевской)

Основным назначением верховой лошади в России была армия. Генерал А. Ф. Грушецкий, много лет занимался отбором лошадей для армии, будучи председателем ремонтной комиссии и первым историком донской лошади, писал, что золотым веком верхового коневодства в России были времена правления Николая I. В его время всё дворянство было обязано отслужить в армии, причём в основном — в элитных кавалерийских полках, и, кстати, на своих собственных лошадях. Генерал А. Ф. Грушецкий, настаивал на том, что задонская лошадь должна быть признана «лошадью государственной необходимости» и что в данное время без неё нельзя обойтись. Он писал в одной из своих статей, опубликованной в Альбоме Всероссийской конской выставки 1910 г.:

«Ни одно государство в мире не обладает таким огромным и оригинальным коннозаводством верховой военной лошади на площади размером 800000 десятин с 60000 поголовья, которая дает половину ремонта на всю регулярную кавалерию. Кроме того, Задонская степь дает до 300 жеребчиков ежегодно Войску Донскому для конноплодовых табунов, 150 лошадей для казачьих офицеров, до 60 жеребчиков на улучшение коневодства Астраханских, Ставропольских калмыков.»[4]

А. Ф. Грушецкий, вместе с Л. С. Сенявиным (внук адмирала Сенявина), наиболее последовательно и аргументировано доказывали важность задонского коннозаводства для страны. Они в деталях были знакомы как с задонским коннозаводством, так и с культурным. Прекрасно понимали невозможность быстрой замены задонского коннозаводства, чем-то, равным ему.

 
Александр Фёдорович (слева) и Николай Фёдорович Грушецкие (справа) с Гардениным С. Н. (стоит с сыном) (из архива Е. С. Меленевской)

Генерал Грушецкий был одним из самых бескомпромиссных и последовательных защитников задонского коннозаводства на всех совещаниях, съездах. В прессе его даже с некоторой долей иронии называли «Задонским рыцарем»[2]. Судя по многочисленным выступлениям и статьям, он прекрасно знал не только задонское, но и всё верховое коннозаводство России, как со специальной точки зрения, так и с экономической. Кроме того, он хорошо владел пером и был прекрасным полемистом. В девяти номерах журнала «Рысак и скакун» за 1914 год А. Ф. Грушецкий доказывает, что без поголовья, которое поставляют задонские конные заводы, план ремонта армии лошадьми выполнить невозможно"[4].

Как уже говорилось выше, первым, кто попытался разобраться в происхождении донской лошади, был А. Ф. Грушецкий. В статье «Задонская лошадь», опубликованной в «Альбоме Всероссийской конской выставки в Москве в 1910» он писал о происхождении донской лошади:

«Коренное кочующее население степи — остатки гунов, их одноплеменники киргизы и калмыки. Волга разделила пополам два родственных племени киргизов и калмыков, разделила их на магометан и буддистов, также разделила их породу рогатого скота, овец и лошадей, имеющих один коренной источник. Родоначальницей нашей восточной степной лошади является лошадь монгольская со славным её историческим прошлым. На ней совершался стремительный натиск монголов. На ней полчища татар наложили иго на княжества русских князей. Эта лошадь, пришедшая из глубин восточных степей, впоследствии разделилась на две породы с некоторыми морфологическими отличиями. По левую сторону Волги — малорослая киргизская лошадь с густым волосяным покровом и более грубыми формами. По правую — калмыцкая, она, находясь в более мягких климатических условиях, рослее, нежнее и несколько благородна.»[4]

Так же Грушецкий отмечал большую роль природно-климатических условий в которых развивалось коневодство на юге России:

«По левую сторону реки Дона, на громадное пространство к востоку до Каспийского моря тянулись дикие привольные степи. К югу они упирались в подножье Кавказских гор, их середину пополам перерезала историческая река русской народной вольницы — Волга, и далеко, далеко уходили степи к северу до сплошной лесной полосы, а к востоку до Уральских гор. Степи мало разнообразились человеком, фауной и флорой, грозные зимние бураны, знойное мертвенное лето со своими засухами и восточными палящими ветрами, приветливая, оживленная, короткая весна и мягкая осень. Широкий простор степей, подножный корм на воле, летний зной, зимняя стужа с не перестающими восточными ветрами.»[4]

13 августа 1917 года принял участие в проходившем в Тамбовском уезде Особом совещании коннозаводчиков о необходимости принятия срочных мер к поддержанию государственного коннозаводства и об укомплектования армии конским составом.[5]

СемьяПравить

  • Родители:
Отец — Фёдор Александрович Грушецкий (полковник, кавалер ордена Св. Георгия 4-го класса).
Мать — Елизавета Семёновна Фролова.
  • Жена: Анна Николаевна Грушецкая.
  • Дети:
  1. Георгий — пал героем Первой мировой войны, от удушливого газа выпущенного немцами на позиции российских войск в 1915 году. Тело Георгия было доставлено в г .Тамбов и по его предсмертному завещанию было захоронено в братской могиле г. Тамбов. Молодого героя в последний путь провожал весь город. Когда генерала спросили: пускать ли народ на кладбище, он ответил: «Его хоронит народ, ответил генерал Грушецкий, и мы не смеем останавливать его». Покойный служил в кубанском дивизионе хорунжим, ему был 21 год, он не воспользовался льготой для окончания образования, добровольно вольноопределяющимся отправился в действующую армию. Последними его словами в предсмертной записке маме было: «…Прости меня…Крепко всех целую…Горячо всех вас любящий „Жоржик“»[6].
  2. Александр — был известным подмосковным садоводом[1], селекционер[7] (один из пионеров отечественной селекции георгин[8]), член бюро секции цветоводства и озеленения Общества друзей зеленых насаждений (создано в 1933 году, затем переименованное в Добровольное общество содействия озеленению Москвы — ДОСОМ)[9], член Московского общества испытателей природы при Московском университете[10].

НаградыПравить

Изображение орденовПравить

ПримечанияПравить

  1. 1 2 3 М. Ю. Меленевская, 1996.
  2. 1 2 М. И. Киборт. Задонское коннозаводство. Донская порода лошадей (28 апреля 2003). Дата обращения 19 ноября 2010. Архивировано 16 апреля 2012 года.
  3. 1 2 3 Русская армия в Великой войне.
  4. 1 2 3 4 Задонское коннозаводство. Донская порода лошадей. Конзавод «Восход». Дата обращения 19 ноября 2010. Архивировано 16 апреля 2012 года.
  5. Крестьянское движение в Тамбовской губернии
  6. Мансаров. Одна из жертв великой борьбы // Летопись войны 1914—17 гг. : Журнал. — Петроград: Изд-во Л. Голике и А. Вильбогг, 25 февраля 1917 года. — № 132. — С. 2114.
  7. Nino Barbieri. Уборка и хранение корнеклубней. Георгины — защита и хранение. Ботаничка.ru (21 июля 2010). Дата обращения 13 декабря 2010. Архивировано 16 апреля 2012 года.
  8. В. Суханов,. Георгина. Энциклопедия декоративных садовых растений. Дата обращения 13 декабря 2010. Архивировано 26 февраля 2012 года.
  9. Цветоводы Москвы. клуб «Цветоводы Москвы». Дата обращения 13 декабря 2010. Архивировано 16 апреля 2012 года.
  10. Голубицкая Л.Ф. Культивирование георгин. Георгины: о моде и любви. Gardenia.ru. Дата обращения 13 декабря 2010. Архивировано 16 апреля 2012 года.

ИсточникиПравить