Открыть главное меню

Даниял-бий (узб. دانیال بیی / Doniyol-biy; 1720—1785 годы, Бухара) — второй представитель узбекской династии Мангытов. Регент и аталык — первый министр при последних бухарских ханах Фазил-бие и Абулгази-хане в 1758—1785 годах, наместник ряда вилайетов в Бухарском ханстве.

Даниял-бий
узб. دانیال بیی / Doniyol-biy
Флаг Аталык Бухары
1758 — 1785
Монарх Фазил-бий
Абулгази-хан
Предшественник Мухаммад Рахим
(1745—1756)
Ходжамяр-бий
(1756—1758)
Преемник Шахмурад (1785)
Флаг Бек Гиссарского вилайета
1757 — 1758
Монарх Мухаммад Рахим
Предшественник Мухаммад Амин-бий
Флаг Бек Кермининского вилайета и Мианкаля
1740 — 1758
Монарх Мухаммад Рахим
Рождение 1730
Смерть 1785(1785)
Бухара
Род Мангыты
Отец Худаяр-бий
Дети Тухтамыш
Шахмурад
Омар-бий
Фазил-бий
Султан Мурад
Мухаммед Якуб
Вероисповедание Ислам, суннитского толка

Даниял-бий являлся дядей и приемником основателя новой династии в Бухарском государстве — Мухаммад Рахима. Он не последовал примеру своего предшественника, не принял ханского титула и довольствовался титулом аталыка.

Содержание

ПроисхождениеПравить

Даниял-бий родился в семье представителя узбекской аристократии из рода мангыт Худаяр-бия.

Начало усиления политического влияния представителей узбекской мангытской аристократии в Бухарском ханстве относится к началу XVII века. Но реальный рост их могущества произошёл в 1712 году, после назначения, отца Даниял-бия, Худаяр-бия на пост аталыка — первого министра при дворе Абулфейз-хана (1711-1747). С этого времени, брат Даниял-бия, Мухаммад Хаким-бий был назначен поочерёдно на посты диванбеги (1712—1721) и аталыка (1721—1743)[1].

Политика и военная деятельностьПравить

Бек вилайетов Бухарского ханстваПравить

Даниял-бий, известный иранскому Надир-шаху еще по походу на территорию нынешнего Афганистана, во время которого Даниял-бий перешел на его сторону, после подчинения Бухарского ханства им был назначен беком Кермине и Мианкаля. Брат Даниял-бия, Мухаммад Хаким-бий остался в Бухаре в качестве облеченного доверием Надир-шаха сановника на прежнем высшем посту аталыка в государстве[2][1].

В 1756 году, после провозглашения ханом его племянника Мухаммад Рахим-хана, Даниял-бий вновь был утверждён на свою должность бека Кермине и Мианкаля и получил звание парваначи, один из высших титулов в Бухарском ханстве, а после покорения Гиссарского вилайета Мухаммад Рахимом был назначен им беком этой территории тоже[3].

Приход к власти и внутренняя политикаПравить

Даниял-бий, наследовавший власть в 1758 году, после смерти своего племянника Мухаммад Рахима, уже не носил ханского титула, довольствуясь званием аталыка на престол были возведены подставные ханы, от имени которых аталык управлял государством[4][5]. Так как сыновей у Мухаммад Рахима не было, то после его смерти, на ханский престол был возведен его малолетний внук от дочери Фазил-бий[6].

Известие о смерти Мухаммад Рахима немедленно вызвало восстание областных правителей против центральной власти. Вспыхнули, но вскоре были подавлены серьезные восстания беков Нуратинского и Гузарского вилайетов и мятеж так называемых "семи племен" (етти-уруг), обитавших по Зерафшану. В других вилайетах беки начали воевать друг с другом. Вся страна от Мианкаля до Шахрисабза, Гузара, Байсуна, Ширабада и Гиссара была охвачена усобицами[6].

Глава племени юз Фазиль-бий, выступив из Ходжента в Ура-Тюбе, захватил после осады Самарканд и брал в плен самаркандского наместника и племянника Даниал-бия, Барат-бия со всеми его родными и близкими. Отсюда юзы двигались на Мианкаль, где к ним присоединились хитай-кипчаки "семи племен". Ряд городов были захвачены мятежниками. Местные эмиры побуждали Фазиль-бия юза итти на Бухару и захватить верховную власть в свои руки. Даниал-бий выступил с войсками против мятежников и, дойдя до Кермине, вступил в переговоры с ним. Восставшие выразили готовность подчиниться, при условии удаления малолетнего хана Фазил-бия. "Вот если бы сам аталык посягнувши на управление государственными делами, вступил на престол, то этим создал бы себе у народа доброе имя", писал один из бухарских историков[7].

На основании состоявшегося соглашения, Даниал-бий по возвращении в Бухару сверг с престола Фазил-бия, отправил его с родителями в Карши, а на его место на второй срок был провозглашён ханом Аштарханид Абулгази-хан (1758-1785)[4]. Абулгази-хан являлся фиктивным, подставным ханом и с его именем чеканилась монета[8]. Без согласия аталыка он не смел даже выходить из дома. Все обязанности его заключались в том, что по пятницам его одевали в пышный ханский костюм и сажали на трон в зале для аудиенции — куриниш-хона, где к нему являлись на праздничный поклон все сановники, начиная с Даниял-бия. По окончании церемонии с хана снимали парадный халат и в сопровождении одного стремянного отправляли запросто по бухарским улицам в его помещение. Он даже и не жил в ханском дворце — Арке[6][9].

Сведения источников о внутреннем положении Бухарского ханства в период правления Даниял-бия крайне недостаточны и противоречивы. Один из бухарских историков первой четверти XIX века Абдул-Карим Бухари отмечал, что при Даниял-бие в Бухаре была дешевизна и страна отличалась благоустройством. Однако из сообщений сына Даниял-бия и бухарского историка того же периода Мухаммад Якуба Бухари можно установить, что положение массы городского и сельского населения в рассматриваемое время заметно ухудшалось. Этому способствовало не только обострение общей политической обстановки в ханстве, но и введение ряда новых налогов, считавшихся даже в условиях того времени незаконными, те естественно несогласными с шариатом (ясак, салык, яргу и др.)[10]. Даниял-бий, по словам Мухаммад Якуба Бухари, как и Мухаммад Рахим пользовался славой щедрости и гуманного правителя, хотя мало вникал в государственные, особенно в финансовые дела. Во всех важных государственных делах совещался с духовенством, без согласия которого он будто бы «не делал ни шагу»[8][10]. По М. А. Абдураимову, при нём наблюдалось централизация государственной власти[11]. А по П. П. Иванову, положение центральной власти было непрочным. Государством фактически управляли верховный кушбеги Мухаммед Давлат, иранец, раб по происхождению, возвысившийся ещё при Мухаммад Рахим-хане и главный бухарский казий Низамиддин, заботившиеся в основном только о своем обогащении и по существу ничего не делавшие для улучшения жизни населения[10].

Имея на своей стороне не только войско, но и духовенство и влиятельных суфийских шейхов, Даниал-бий крепко держал в своих руках власть. Для войска он не жалел издержек: командный состав был обеспечен доходами с земельных пожалований — «танхо». Каковы были эти доходы, можно судить по свидетельству екатерининского сержанта Ф. С. Ефремова, бывшего рабом у Даниал-бия и выслужившегося до чина юзбаши (сотника). Он был наделен «землёю, с которой собиралось в год до 300 червонных, кои в России меняются по 3 рубля». Принимая во внимание тогдашнюю дешевизну бухарской жизни, нельзя не признать более чем достаточной оплату службы армейского капитана, к которому Ф. С. Ефремов приравнивал чин юзбаши[12]. Всего войска, по наблюдению Ф. С. Ефремова, у Даниял-бия было до 10 тысячи. Только незначительная часть нукеров имела фитильные ружья, большинство же было вооружено пиками и саблями[13].

Разгром заговорщиков и усмирение мятежейПравить

Эмиры узбекских племен юз, кенегес, буркут, бахрин и сарай, насильственно переселенные Мухаммад Рахимом в Гиссарский вилайет, не смели проявлять свое недовольство при его жизни. Но в 1758 году, узнав о его смерти, они собрали до 10 тысяч вооруженных соплеменников и привели их в Бухару. У рядовых и бедных кочевников было много оснований для недовольства своим положением. Это недовольство использовали эмиры, направив племена против власти Мангытов[14].

Собравшись во дворе большой соборной мечети, эмиры порешили захватить власть в столице и свергнуть мангытскую династию. Однако старший представитель Мангытов Даниял-бий аталык принял ряд мер, парализовавших силы заговорщиков. Усилив охрану Арка, он послал ишана Исхак-ходжу, потомка Махдуми Азама, к эмирам с целью склонить их к примирению. На уговоры ишана откликнулся только Гайбулла-бий, вождь бахринов, остальные же начали открыто призывать к мятежу. Тогда Даниял-бий выслал против них войско, велел перегородить улицы, чтобы затруднить передвижение конницы и призвал горожан к защите ханской династии против наступавших племен[14].

Централизаторская политика Мангытов соответствовала интересам торгово-ремесленного населения города Бухары и оно довольно активно выступило против восставших. Конечно, основной силой горожан были бедняки города, которые стали разрушать находившиеся в Бухаре богатые дома вождей племен[15]. Вот как описываются эти события в исторической хронике Мухаммад Шарифа «Тадж-ут-таварих»:

 Бедняки, нищие, бродяги и сироты ужасающей толпой бросились на знатных, стали творить насилия, грабить и бить гордых [эмиров]. Ударами палок и камней они ранили и убивали мятежников, грабили их жилища, захватывали имущество и вещи, поджигали постройки, только пыль и дым поднялись от их богатых домов. Большинство заговорщиков было уничтожено, едва ли одна тысячная часть их выбежала из города живыми, потеряв своих жен, детей, имущество и достояние[15] 

После разгрома заговорщиков в 1758 году многие крупные эмиры, вожди узбекских племен были казнены, но это не прекратило борьбы феодалов против Даниял-бия. Вскоре Даниял-бий выступил против Фазил-бия юза, захватившего Самаркандский вилайет, и на усмирение нового восстания в Мианкале. Жестоко разгромив это восстание, Даниял-бий совершил вслед за тем два похода в Карши против Нарбута-бия, к которому присоединились эмиры Гузарского и Шахрисябзского вилайетов. После шестимесячной осады жители Карши убили своего вождя и сдали крепость Даниял-бию[15].

Централизаторская политика бухарского правительства пользовалась поддержкой торгово-ремесленного населения городов даже в таких отдаленных местностях, как Шахрисябз. Это видно, например, по обороне городка Сангфуруш, где значительное торгово-ремесленное население долгое время сохраняло верность к Мангытам, несмотря на восстание всей окружающей кочевой степи[15]. В исторических сведениях расказывается, что в 1782 году Даниял-бием был взят крепость Нурата[16].

Отношения Даниял-бия с его старшим сыном ШахмурадомПравить

Старший сын Даниал-бия, Шахмурад был назначен отцом управлять Самаркандским вилайетом и несмотря на свое крайнее увлечение дервишизмом и большую склонность к религии, проявлял себя, как очень энергичный правитель. Шахмурад стремился привлечь на свою сторону дервишские братства и находившиеся под влиянием дервишей народные массы[12].

Ещё при жизни Даниял-бия Шахмурад резко отмежевал себя за свою ревность к шариату и заботу о строгом благочестии от отца и братьев, вступил в число дервишей и сделался учеником шейха Сафара. В народе он получил прозвание «Амир маъсум» («Безгрешный эмир»). Шейх Сафар сначала отказался принять его и потребовал от него, чтобы он в знак покаяния и разрыва с обычаями своих родственников принял на себя исполнение унизительных обязанностей на базаре. Шахмурад подчинился этому требованию, чем навлёк на себя гнев отца. По словам Мухаммад Якуба Бухари, Даниял-бий, вообще отличавшийся резкостью и грубостью в выражениях, бранил Шахмурада за вмешательства в дела управления, его братьев за развратный образ жизни. Тем не менее старый аталык был вынужден подчинится требованиям своего благочестивого сына, чем и объясняются слова Мухаммад Якуба Бухари об отмене «новшеств» в конце правления аталыка[17].

Под предлогом ревности к шариату Шахмурад ещё при Даниял-бие лишил жизни главных сподвижников своего отца, кушбеги Мухаммед Давлата и главного казия Низамиддина, обвинённого в том, что им был принят персидский обычай — курить кальян[18]. Влияние Шахмурада была настолько сильна, что видя все возрастающую его популярность Даниял-бий вынужден был назначить его своим наследником[17][19].

Последние время правленияПравить

В конце правления Даниял-бия, в 1785 году, в городе Бухаре вспыхнуло крупное восстание, после которого к власти пришёл его сын Шахмурад[15]. Особенно острое недовольство населения вызвали злоупотребления верховного кушбеги Мухаммед Давлата и главного казия Низамиддина, бесконтрольно распоряжавшихся финансовыми делами государства, в том числе сбором налогов. Массовые насилия и злоупотребления налоговых сборщиков стали настолько распространенным явлением, что вызывали оппозиционные настроения даже в среде бухарского духовенства, называвшего иногда аталыка «тираном» (залим). На стороне оппозиции выступил также один из сыновей Даниял-бия, Шахмурад[19].

О широком размахе этого движения говорило уже то, что в ходе его было убито более тысячи человек. Для подавления восстания Шахмураду пришлось пойти на уступки горожанам Бухары: он торжественно дал им тарханную грамоту, те естественно привилегию в налоговом и некоторых других отношениях[15]. Автор хроники «Фатхнамеи султани» Мухаммед Алим Бухари так описывает причины этого пожалования. «Говорят, что положение жителей Бухары было очень тяжко и мучительно. Простой народ и бедняки во время правления Даниял-бия испытывали насилия и вымогательства со стороны служилых — сипахи, собиравших разного рода налоги «олук ва солук». В связи с этим Шахмурад указом освободил жителей города Бухары от налогов, выдав им тарханную грамоту»[20].

Внешняя политикаПравить

В 1761 году Даниялбий отправлял посольство в Российскую империю во главе с Кули-беком тупчи-баши[21]. Кроме него, из бухарских послов, приезжавших в Россию, в 1774 и 1779 годы, не через Оренбург, особенно известен Ирназар Максудов, который приезжал к Екатерине Великой[22][23]. Посольства Ирназара Максудова способствовали укреплению бухарско-российских отношений. В условиях экономической изоляции Средней Азии, падения значения Великого шелкового пути, Ирназар Максудов выдвинул смелую и сложную идею - проект поворота торговых сношений Восточной Азии с Западной Европой на их первоначальный путь, в бухарско-русские пределы.[24] К сожалению, существовавшие исторические условия не позволили реализоваться этой идее. Имя Ирназара носило одно из бухарских медресе, вследствие чего распространилось мнение, совершенно неосновательное, будто деньги на постройку этого медресе были даны Екатериной. В 1785 году в Россию приезжал его сын Шериф[25]. Официальных посольств из Оренбурга в среднеазиатские ханства в XVIII веке, если не считать отправления торговых караванов, было только одно, именно посольство переводчика М. Бекчурина в Бухару в 1780—1781 годы[26]. В ответ на предложение русского правительства о заключении торгового договора в 1781 году, Даниял-бий писал, что он запросит по этому поводу мнение беков «всех 92-х родов» и что «в узбекском народе такое обыкновение, что всякое дело и совет делается по согласию друг друга»[10].

Даниял-бием были возобновлены действия по укреплению государственных связей с Османской империей. Им были направлены в Константинополь три посольства во главе Ирназаром Максудовым, которое было пропущено через Россию и два раза Мухаммед Шарифом в 1783-1784 годах, которые были встречены османыским султаном Абдул-Хамидом I (1773—1789)[25]. В ответ Абдул-Хамидом I в Бухарское государство было отправлено посольство во главе Махмуд Сейдом, которое прибыло в Бухару уже после смерти Даниял-бия в 1786 году и было принято его сыном Шахмурадом[27].

Новые смуты и восстание йомудов в Хорезме вынудили Мухаммад Амина, несмотря на убийство бухарского ставленника Тимур Гази-хана, бежать в Бухару, где аталык Даниял-бий согласился оказать ему помощь[28]. Благодаря этому Мухаммад Амину удалось в 1770 году нанести полное поражение йомудам. Это событие хивинский историк считает началом возрождения к новой жизни Хорезма, которое перед этим дошло до крайней степени разорения. По словам бухарского историка, Мухаммад Амин, пока был жив Даниял-бий, постоянно оказывал ему уважение и жил с ним в мире[29]. Политические соперники Мухаммад Амина обращались за помощью к бухарскому аталыку Даниял-бию и с помощью бухарских войск пытались овладеть властью, но без успешно[30].

Даниял-бий был в хороших отношениях с правителем Мерва Байрамали-ханом и называл его своим сыном[17]. По историческим данным, Байрамали-хан, услышав о кончины Даниял-бия, отправлял нескольких своих сановников в Бухару с соответствующими подарками и соболезнованием и, в Мерве был объявлен траур по Даниял-бие[31].

Политика в области культурыПравить

В числе известных поэтов эпохи Даниял-бия можно назвать Мирза Садыка Джандари[32].

При Даниял-бие началось строительство комплекса Халифа Худойдод в Бухаре[33].

Даниял-бий не был ревнителем шариата, как последующие бухарские эмиры[8].

Ефремов при дворе ДаниялбияПравить

В начале июля 1774 году унтер-офицер Российской империи Ф. С. Ефремов был захвачен казахами, а те продали его в Бухару и был подарен Даниял-бию. Здесь он, начал службу сторожем во дцорце, успев заслужить доверие Даниялбия, дослужился до чина юзбаши (сотника). Ф. С. Ефремов участвовал в бухарских походах, за что был пожалован землей и деньгами. По поручению аталыка он ездил в Хиву и Мерв. Воспользовавшись начавшимся походом в Хорезм, добыв паспорт в Коканд, он бежал из Бухары в Коканд, оттуда проник в Кашгар, Яркенд и Тибет в Индию, откуда через Англию вернулся в Россию, после девятилетнего странствования. В 1783 году был принят Екатериной II, пожалован в прапорщики и определен в Коллегию иностранных дел переводчиком с восточных языков. Завершил карьеру в чине надворного советника. Его «Девятилетнее странствование и приключения в Бухарии, Хиве, Персии и Индии и возвращение оттуда через Англию в Россию» издано в Санкт-Петербурге в 1786 и 1794 годы и в Казани в 1811 году[34][35].

СемьяПравить

По свидетельству Ф. С. Ефремова, Даниял-бий имел шесть жён и шесть наложниц, купленных калмычек и персиянок[36]. От всех жён и наложниц он имел десять сыновей и столько же дочерей[37].

Наследником и старшим сыном Даниял-бия был Шахмурад. Все последующие эмиры Бухарского эмирата являлись потомками Даниял-бия[33].

Также из известных сыновей Даниял-бия является бухарский историк Мухаммед Якуб Бухари[38].

СмертьПравить

Даниялбий умер в 1785 году и был похоронен возле могилы Бахауддина Накшбанда в Бухаре. После Даниял-бия к власти пришёл его наследник и старший сын Шахмурад, которому также перешло его звание «Амир ул-умаро» и должность аталыка[33][39]. В том же году, свергнув последнего номинального хана Аштарханида Абулгази-хана, он официально объявил себя амиром — главой государства, и повёл борьбу за усиление Бухарского государства[39][33].

Монеты выпускались с именем Даниял-бия, лишь после его смерти, при бухарских эмирах Шахмураде (1785—1800) и частично при Хайдаре (1800—1826)[40].

ПримечанияПравить

  1. 1 2 Ўзбекистон миллий энциклопедияси: МУҲАММАД ҲАКИМБИЙ, 2000—2005, p. 932-933.
  2. Тревер, 1947, с. 120.
  3. Иванов, 1958, с. 104.
  4. 1 2 Бартольд, 1965, с. 390-391.
  5. Иванов, 1958, с. 104-105.
  6. 1 2 3 Тревер, 1947, с. 121.
  7. Тревер, 1947, с. 121-122.
  8. 1 2 3 Бартольд, 1963, с. 279.
  9. Ўзбекистон миллий энциклопедияси: АБУЛҒОЗИХОН, 2000—2005, p. 6.
  10. 1 2 3 4 Иванов, 1958, с. 105.
  11. Абдураимов, 1961, p. 6-7.
  12. 1 2 Тревер, 1947, с. 122.
  13. История Узбекской ССР, 1956, с. 38.
  14. 1 2 История Узбекской ССР, 1956, с. 43.
  15. 1 2 3 4 5 6 История Узбекской ССР, 1956, с. 44.
  16. Бартольд, 1973, с. 456.
  17. 1 2 3 Бартольд, 1963, с. 280.
  18. Дониш, 1960, p. 35.
  19. 1 2 Иванов, 1958, с. 106.
  20. История Узбекской ССР, 1956, с. 44-45.
  21. Прием в России и отпуск среднеазиатских послов в XVII и XVIII столетиях. Составил Н.Веселовский. Спб.,1884,с.23
  22. Бухарские посольства при дворе Екатерины II // Исторический вестник, № 2. 1897
  23. Ўзбекистон миллий энциклопедияси: ЭРНАЗАР ЭЛЧИ, 2000—2005, p. 195.
  24. Бухарские посольства при дворе Екатерины II // Исторический вестник, № 2. 1897, с.537-538
  25. 1 2 Бартольд, 1977, с. 411.
  26. Бартольд, 1977, с. 410-411.
  27. Ўзбекистон миллий энциклопедияси: УСМОНЛИ ТУРК ИМПЕРИЯСИ, 2000—2005, p. 174-177.
  28. Ўзбекистон миллий энциклопедияси: МУҲАММАД АМИН ИНОҚ, 2000—2005, p. 916.
  29. Бартольд, 1963, с. 283-284.
  30. Иванов, 1958, с. 101.
  31. Материалы по истории туркмен и Туркмении, 1938, с. 197-199.
  32. Ўзбекистон миллий энциклопедияси: МИРЗО СОДИҚ ЖОНДОРИЙ, 2000—2005, p. 604.
  33. 1 2 3 4 Ўзбекистон миллий энциклопедияси: ШОҲМУРОД, 2000—2005, p. 216.
  34. Бартольд, 1977, с. 410.
  35. Тревер, 1947, с. 15.
  36. Вигасин, 1995, с. 222.
  37. Вигасин, 1995, с. 148.
  38. Ўзбекистон миллий энциклопедияси: МУҲАММАД ЯЪҚУБ БУХОРИЙ, 2000—2005, p. 931.
  39. 1 2 Очерки истории государственности Узбекистана, 2001, с. 100.
  40. Ўзбекистон миллий энциклопедияси: БУХОРО КУМУШ ТАНГАСИ, 2000—2005, p. 771.

ЛитератураПравить

  • Абдураимов М. А. Вопросы феодального землевладения и феодальной ренты в письмах эмира Хайдара. Опыт краткого исследования источника.. — Ташкент : АН УзССР, 1961. — 107 p.
  • Абдураимов М. А. Очерки аграрных отношений в Бухарском ханстве в 16 — первой половине 19 века. Т.1. Т., 1966.
  • Анке фон Кюгельген, Легитимизация среднеазиатской династии мангитов в произведениях их историков (XVIII—XIX вв.). Алматы: Дайк пресс, 2004.
  • Ахмад Дониш. Путешествие из Бухары в Петербург. Избранное. / пер. Османова М. Н.. — Душанбе : Таджикгосиздат, 1960. — 300 p.
  • Бартольд В. В. Общие работы по истории Средней Азии // Сочинения : в 9 т. / Гафуров Б. Г.. — Москва : Из-во Восточной литературы, 1963. — Т. 2, кн. 1. — 1024 с.
  • Бартольд В. В. Работы по исторической географии // Сочинения : в 9 т. / Беленицкий А. М.. — Москва : Из-во «Наука» Главная редакция Восточной литературы, 1965. — Т. 3. — 713 с.
  • Бартольд В. В. Работы по источниковедению // Сочинения : в 9 т. / Тверитинова А. С.. — Москва : Из-во «Наука» Главная редакция Восточной литературы, 1973. — Т. 8. — 725 с.
  • Бартольд В. В. Работы по истории востоковедения // Сочинения : в 9 т. / Кононов А. Н.. — Москва : Из-во «Наука» Главная редакция Восточной литературы, 1977. — Т. 9. — 968 с.
  • Вигасин А. А. Путешествия по Востоку в эпоху Екатерины II. — Москва : «Восточная Литература», 1995. — 336 p.
  • Иванов П. П. Очерки по истории Средней Азии / Боровков А. К.. — Москва : Издательство Восточной Литературы, 1958. — 249 p.
  • История Узбекской ССР / Вахабова М. Г., Непомнина В. Я., Кары-Ниязова Т. Н.. — Ташкент : АН УзССР, 1956. — Т. 1, кн. 2. — 500 с.
  • Материалы по истории туркмен и Туркмении. XVI-XIX вв. Иранские, бухарские и хивинские источники. / пер. Мирзоев Г. А.. — Москва - Ленинград : АН СССР, 1938. — 700 p.
  • Мирза Абдалазим Сами «Тарих-и салатин-и мангитийа» дар ас-салтана-и Бухараи шариф. Перевод Л. М. Епифановой. М., 1962.
  • О некоторых событиях в Бухаре, Хоканде и Кашгаре, Записки Мирзы-Шемса Бухари, изданный в тексте, с переводом и примечаниями, В. В. Григорьевым. Казань, 1861.
  • Очерки по истории государственности Узбекистана / Алимова Д. А., Ртвеладзе Э. В.. — Ташкент : «ШАРК», 2001. — 208 p.
  • Трактат Ахмада Дониша «История мангытской династии». Перевод, предисловие и примечания И. А. Наджафовой. Душанбе, 1967
  • Тревер К. В. История народов Узбекистана : в 2 т. / Якубовский А. Ю. и Воронец М. Э. ; Непомнин В. Я. и Шишкин В. А.. — Ташкент : Из-во АН УзССР, 1947. — Т. 2. — 514 с.
  • АБУЛҒОЗИХОН // Ўзбекистон миллий энциклопедияси : [узб.]. — Тошкент : Ўзбекистон миллий энциклопедияси, 2000—2005. — С. 6. — 116 с.
  • БУХОРО КУМУШ ТАНГАСИ // Ўзбекистон миллий энциклопедияси : [узб.]. — Тошкент : Ўзбекистон миллий энциклопедияси, 2000—2005. — С. 771. — 878 с.
  • МИРЗО СОДИҚ ЖОНДОРИЙ // Ўзбекистон миллий энциклопедияси : [узб.]. — Тошкент : Ўзбекистон миллий энциклопедияси, 2000—2005. — С. 604. — 975 с.
  • МУҲАММАД АМИН ИНОҚ // Ўзбекистон миллий энциклопедияси : [узб.]. — Тошкент : Ўзбекистон миллий энциклопедияси, 2000—2005. — С. 916. — 975 с.
  • МУҲАММАД ЯЪҚУБ БУХОРИЙ // Ўзбекистон миллий энциклопедияси : [узб.]. — Тошкент : Ўзбекистон миллий энциклопедияси, 2000—2005. — С. 931. — 975 с.
  • МУҲАММАД ҲАКИМБИЙ // Ўзбекистон миллий энциклопедияси : [узб.]. — Тошкент : Ўзбекистон миллий энциклопедияси, 2000—2005. — С. 932-933. — 975 с.
  • УСМОНЛИ ТУРК ИМПЕРИЯСИ // Ўзбекистон миллий энциклопедияси : [узб.]. — Тошкент : Ўзбекистон миллий энциклопедияси, 2000—2005. — С. 195. — 283 с.
  • ЭРНАЗАР ЭЛЧИ // Ўзбекистон миллий энциклопедияси : [узб.]. — Тошкент : Ўзбекистон миллий энциклопедияси, 2000—2005. — С. 174-177. — 219 с.
  • ШОҲМУРОД // Ўзбекистон миллий энциклопедияси : [узб.]. — Тошкент : Ўзбекистон миллий энциклопедияси, 2000—2005. — С. 195. — 283 с.