Домашнее насилие

Домашнее насилие, также семейно-бытовое насилие — насилие или дурное обращение одного человека по отношению к другому, совершаемое в домашних условиях, например, в браке или сожительстве. Также может включать насилие в отношении детей, родителей или пожилых людей. Домашнее насилие может быть названо насилием со стороны интимного партнёра[en], если совершается супругом или партнёром, состоящим в интимных отношениях, против другого супруга или партнёра. Домашнее насилие может иметь место и в гетеросексуальных, и в гомосексуальных отношениях, а также по отношению к бывшим супругами или партнёрам. Часто указывают, что домашнее насилие имеет целью обретение над жертвой власти и контроля[2][3]. Может выражаться в форме физического[en], вербального[en], религиозного, репродуктивного[en], психологического, экономического[en] и сексуального насилия, которое может варьироваться от едва различимых принудительных форм до изнасилования в браке и физического насилия, такого как удушье, избиение, нанесение увечий женским гениталиям, обливание кислотой, что приводит к обезображиванию или смерти. Бытовые убийства включают в себя побиение камнями, сжигание невесты[en], убийства чести, а также смерти из-за приданого[en].

Фиолетовая лента используется для поддержки кампании против домашнего насилия[1]

В целом по миру жертвами домашнего насилия в подавляющем большинстве случаев являются женщины, и именно женщины, как правило, испытывают на себе более серьёзные формы насилия[4][5]. Но есть мнение, что гендерный характер домашнего насилия симметричен или близок к симметрии, но всё же различен по значимости причинённого вреда[6]. Женщины также более склонны, чем мужчины, использовать насилие к интимному партнёру в целях самообороны[7], хотя некоторые исследования показывают, что женщины более склонны к физическому насилию по отношению к своему партнеру в отношениях, в которых проявляет насилие только один партнер[8][9]. В некоторых странах насилие в семье часто рассматривается как оправданное, особенно в случаях фактической или предполагаемой неверности со стороны женщины, и разрешено законом. Исследования установили, что существует прямая корреляция между уровнем гендерного равенства в стране и уровнем насилия в семье, где страны с меньшим уровнем гендерного равенства испытывают более высокий уровень насилия в семье[10]. Частота проявления домашнего насилия не зависит от гомосексуальности: и в мужских, и в женских однополых отношениях оно встречается так же часто, как и в разнополых, хотя степень его выраженности в однополых отношениях слабее[11].

Для домашнего насилия характерна очень высокая латентность, так как его жертвы (будь то мужчины или женщины) очень часто не обращаются в правоохранительные органы[12][13]. По причине социальных стигм в отношении виктимизации мужчин, мужчины, которые становятся жертвами домашнего насилия[en], сталкиваются с повышенной вероятностью того, что медицинские работники оставят без внимания факты преступления[стиль][14][15][16][17].

Домашнее насилие часто происходит из-за того, что обидчик считает, что насилие является правом, допустимым и оправданным, или же о насилии вряд ли будет сообщаться посторонним. Это может привести к циклу насилия[en] между детьми и другими членами семьи, которые могут почувствовать, что такое насилие приемлемо или оправдано. Многие люди не признают себя насильниками или жертвами, потому что они рассматривают свой опыт как семейные конфликты, которые лишь вышли из-под контроля[18]. Домашнее насилие часто происходит в контексте насильственных или детских браков[19].

В насильственных отношениях может иметь место цикл насилия, во время которого нарастает напряжённость и совершается акт насилия, за которым следует период примирения и спокойствия. Жертвы домашнего насилия могут оказаться в ловушке ситуации из-за изоляции[en], власти и контроля[en], травмирующих связей[en] с обидчиком[20], культурного признания, нехватки финансовых ресурсов, страха, стыда, или из-за защиты детей. В результате жестокого обращения жертвы могут испытывать физические отклонения[en], нерегулируемую агрессию, хронические проблемы со здоровьем, психические расстройства, проблемы с финансами и плохую способность создавать здоровые отношения. Также возможны серьёзные психические расстройства, такие как посттравматическое стрессовое расстройство. Дети, живущие в семье, где практикуется насилие, часто имеют психологические проблемы с раннего возраста: избегание, повышенная бдительность к угрозам, неконтролируемая агрессия, что может способствовать появлению викарной травмы[en][21].

ОпределениеПравить

Традиционно домашнее насилие определялось физическим насилием. Использовались такие термины, как «жестокое обращение с женой», «избиение жены» и «рукоприкладство», однако их популярность в мире снизилась из-за попыток описать не состоящих в браке партнёров, жестокого обращения, помимо физического, виновных в совершении преступления женщин и однополые отношения[К 1]. В настоящее время домашнее насилие обычно определяется как «все акты физического, сексуального, психологического или экономического насилия»[25], которые могут быть совершены членом семьи или интимным партнёром[25][26][27].

Термин «насилие со стороны интимного партнёра[en]» часто используется как синоним домашнего насилия[28], но он конкретно относится к насилию, возникающему в отношениях между парой (то есть брак, сожительство или не-сожительствующие интимные партнёры)[29]. Для них Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) добавляет контроль поведения[en] как форму насилия[30]. Насилие со стороны интимного партнёра наблюдается в отношениях как противоположного, так и однополого характера[31], а в первом случае — как со стороны мужчин, так и женщин[32]. Домашнее насилие — это более широкий термин, часто используемый для обозначения жестокого обращения с детьми, жестокого обращения с пожилыми людьми[en] и других насильственных действий между членами семьи[28][33][34].

В 1993 году Декларацией Организации Объединённых Наций об искоренении насилия в отношении женщин[en] домашнее насилие определено следующим образом:

Физическое, половое и психологическое насилие, которое имеет место в семье, включая нанесение побоев, половое принуждение в отношении девочек в семье, насилие, связанное с приданым, изнасилование жены мужем, повреждение женских половых органов и другие традиционные виды практики, наносящие ущерб женщинам, внебрачное насилие и насилие, связанное с эксплуатацией[35].

ИсторияПравить

 
Человек избивает жену палкой. Приблизительно 1360 год.

До середины 1800-х годов большинство правовых систем рассматривали избиение жены как возможное осуществление власти мужа над своей женой[36][37]. Единственным исключением, однако, было Тело Свобод колонистов Массачусетского залива[en] 1641 года, которое декларировало, что замужняя женщина должна быть «свободна от телесных повреждений или полосования со стороны своего мужа»[38].

Политическая агитация и движение первой волны феминизма в XIX веке привели к изменениям как в общественном мнении, так и в законодательстве о насилии в семье в Соединённом Королевстве, Соединённых Штатах Америки и других странах[39][40]. В 1845 году в России появилась отдельная статья, касательно насильственных действий между мужем и женой, определяемая в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных[41]. В 1850 году Теннесси стал первым штатом в США, который объявил избиение жены вне закона[42][43]. Вскоре последовали другие штаты[37][44]. В 1878 году британский Закон о бракоразводных процессах позволил женщинам в Великобритании добиваться раздельного проживания[en] с супругом, совершившим насилие[45]. К концу 1870-х годов большинство судов в Соединённых Штатах Америки отклонили заявленное право мужей на физическое наказание своих жен[46]. И к началу XX века полиция в США уже имела обыкновение вмешиваться в случаях домашнего насилия, хотя аресты оставались редкими[47].

В большинстве правовых систем по всему миру насилием в семье начинают заниматься только с 1990-х годов; действительно, до конца XX века в большинстве стран, в законодательстве или на практике, было очень мало защиты от домашнего насилия[48]. В 1993 году ООН опубликовала «Стратегии борьбы с насилием в семье: справочное руководство»[49]. Эта публикация настоятельно призывала страны во всём мире рассматривать домашнее насилие как преступный акт, и указала, что право на частную семейную жизнь не включает в себя право на жестокое обращение с членами семьи, признав, что на момент написания руководства большинство правовых систем рассматривали домашнее насилие в значительной степени вне сферы закона и описывая ситуацию в то время следующим образом: «Воспитание детей с применением физической силы разрешается и фактически поощряется во многих правовых системах, во многих странах допускается лёгкое телесное наказание жен, и даже если такое наказание сейчас не допускается, то это делалось в течение последних ста лет. В правовых системах большинства стран не криминализируются обстоятельства, при которых женщину вынуждают вступать в половые сношения с мужем против её воли. […] В случае насилия в отношении жен фактически широко распространено убеждение, что женщины провоцируют, терпимо относятся или даже испытывают удовольствие от некоторого насилия со стороны своих мужей»[49].

 
Карикатура Жана Гранвиля из Les cent proverbes подписанная: «Qui aime bien châtie bien» (Бьёт — значит, любит.) на переднем плане изображён мужчина наказывающий ребёнка, на заднем — муж бьёт жену.

В последние десятилетия был призыв к прекращению правовой безнаказанности за домашнее насилие, часто основывавшееся на идее, что такие действия находятся в рамках частной жизни[50][51]. Стамбульская конвенция является первым юридически обязательным документом в Европе, касающимся домашнего насилия и насилия в отношении женщин[52]. Конвенция направлена на то, чтобы положить конец терпимости, по закону и на практике, к насилию в отношении женщин и домашнему насилию. В своей пояснительном записке она подтверждает давнюю традицию европейских стран игнорировать де-юре или де-факто эти формы насилия[53]. В параграфе 219 говорится:

Существует множество примеров из прошлой практики в государствах — членах Совета Европы, которые показывают, что судебные преследования по таким делам были остановлены, как по закону, так и на практике, если жертва и преступник были, например, женаты или были в отношениях. Наиболее ярким примером является изнасилование в браке, которое долгое время не признавалось изнасилованием из-за отношений между жертвой и преступником[53].

Повышенное внимание уделяется конкретным формам домашнего насилия, таким как убийства чести, сжигание невесты[en] или насильственные браки. В последние десятилетия Индия предпринимала ряд попыток по сокращению насилия, связанного с приданым[en]: закон «О защите женщин от насилия в семье[en]» (PWDVA) был принят в 2005 году, после многолетней пропаганды и активности женских организаций[54]. Преступления страсти[en] в Латинской Америке, регионе, где история таких убийств проявляется с чрезвычайной терпимостью, также привлекли внимание международной общественности. В 2002 году Уидни Браун, директор по защите интересов Human Rights Watch, утверждал, что есть сходная динамика между преступлениями страсти и убийствами чести, заявив, что «преступления страсти имеют аналогичную динамику [с убийствами чести] в том, что женщины были убиты семьей мужчины, а преступления воспринимаются как простительные или понятные»[55].

Исторически сложилось так, что дети практически не были защищены от насилия со стороны своих родителей, и во многих частях мира это до сих пор так. Например, в Древнем Риме отец мог законно убить своих детей. Многие культуры позволяли отцам продавать своих детей в рабство. Жертвоприношения детей[en] также были обычной практикой[56]. Жестокое обращение с детьми стало привлекать к себе всеобщее внимание публикацией детского психиатра С. Генри Кемпе[en] «Синдром избитого ребёнка». До этого травмы детей, даже повторные переломы костей, обычно не признавались результатом насильственных травм. Вместо этого врачи часто искали недиагностированные заболевания костей или принимали объяснения родителей о случайных неудачах, вроде падения или нападения со стороны соседских хулиганов[57]:100—103.

Виды домашнего насилияПравить

Важно понимать, что насилие имеет разные проявления. Имеются значительные различия в частоте, серьёзности, цели и результатах. Домашнее насилие может принимать различные формы, включая физическую агрессию, нападение (удары, укусы, толчки, метание предметов и другие) или угрозы нападения; сексуальное насилие; контроль[en] или доминация; запугивание; сталкинг; пассивное/скрытое насилие (например, пренебрежение[en]); и экономическая депривация[en][58][59]. Также как насилие возможно рассматривать уголовное преследование, похищение, незаконное заключение в тюрьму, посягательство[en] и домогательства[60]. Но выделяют несколько основных типов домашнего насилия: физическое, сексуальное, психологическое и экономическое[61][62].

ФизическоеПравить

Физическое насилие — прямое или косвенное воздействие на жертву с целью причинения физического вреда, страха, боли, травм, других физических страданий или телесных повреждений[63][64]. В контексте принудительного контроля, физическое насилие — это контроль над жертвой[65]. Динамика физического насилия в отношениях часто бывает сложной. Физическое насилие может быть кульминацией другого грубого или жестокого поведения, такого как угрозы, запугивание и ограничение самоосознания жертвы посредством изоляции, манипуляции и других ограничений личной свободы[66]. К физическому насилию причисляется уклонение от оказания первой медицинской помощи, депривация сна, принудительное употребление наркотиков или алкоголя[63]. Нанесение телесных повреждений другим целям, таким как дети или домашние животные, с целью причинения эмоционального вреда жертве также может являться формой физического насилия[67].

Удушение в контексте домашнего насилия[en] получило значительное внимание[68]. В настоящее время оно признан одной из самых смертоносных форм домашнего насилия; тем не менее, из-за отсутствия внешних травм, а также отсутствия социальной осведомлённости и медицинской подготовки в этой области, удушение часто является скрытой проблемой[69]. В результате в последние годы многие штаты США приняли конкретные законы против удушения[70].

Согласно данным глобального исследования гомицида, проведённого УНП ООН, жертвами гомицида, связанного с отношениями с интимным партнёром или семейными взаимоотношениями, в 64 % случаев становятся женщины и в 36 % мужчины. Если рассматривать только гомицид интимного партнёра, его жертвами в 82 % становятся женщины и лишь в 18 % мужчины[71]. Более 50 % убийств женщин в США совершаются бывшими или нынешними интимными партнёрами[72]. В Соединённом Королевстве 37 процентов убитых женщин были убиты интимным партнёром в сравнении с 6 процентами мужчин. От 40 до 70 процентов женщин, убитых в Канаде, Австралии, Южной Африке, Израиле и Соединённых Штатах, были убиты интимным партнёром[73]. Всемирная организация здравоохранения заявляет, что во всем мире около 38 % убийств, гомицида женщин совершаются интимным партнёром[74].

Во время беременности женщина подвергается более высокому риску жестокого обращения или длительное насилие может измениться в своей жестокости, что приведёт к негативным последствиям для здоровья матери и плода[75]. Беременность также может привести к перерыву в домашнем насилии, когда обидчик не захочет причинять вред нерождённому ребёнку. Наибольший риск домашнего насилия для женщин, которые были беременны, сразу после родов[76].

 
Женщина, пострадавшая от обливания кислотой. Камбоджа

Обливание кислотой — это крайняя форма насилия, при которой кислота попадает на пострадавших, обычно в их лица, что приводит к обширным повреждениям, включая длительную слепоту и навсегда оставшиеся рубцы[77][78][79][80][81]. Обычно это форма мести женщине за отклонение предложения о браке или развития сексуальных отношений[82][83].

На Ближнем Востоке и в других частях мира планируемые бытовые убийства или убийства чести совершаются из-за убеждения преступников в том, что жертва обесчестила семью[en] или общество[84][85]. Согласно Human Rights Watch, убийства чести, как правило, совершаются в отношении женщин за отказ от вступления в брак по договоренности, за то, что они стали жертвой сексуального преступления, хотят развестись или обвиняются в совершении супружеской измены[86]. В некоторых частях мира, где существует серьёзные социальные ожидания, что женщина до вступления в брак будет девственницей, невеста может быть подвергнута крайним формам насилия, включая убийство чести, если в брачную ночь из-за отсутствия крови посчитают, что она уже не девственница[87][К 2].

Сжигание невесты[en] убийство из-за приданого смерти из-за приданого[en] — это форма домашнего насилия, при которой недавно вступившая в брак женщина убивается дома своим мужем или семьей мужа из-за их недовольства приданым, предоставленным её семьей. Преступление часто является результатом требований о большем количестве приданого после вступления в брак[103]. Насилие, связанное с приданым, наиболее распространено в Южной Азии, особенно в Индии. В 2011 году индийское Национальное бюро регистрации преступлений[en] сообщило о 8 618 случаях смерти из-за приданого, но неофициальные данные оценивают эту сумму как минимум в три раза больше[104].

СексуальноеПравить

Процент женщин, которые сообщили о фактах или попытках сексуального насилия со стороны интимного партнёра мужского пола (конец 1990-х годов)[105]
Страна Процент
Швейцария 12 %
Германия 15 %
США 15 %
Канада 15 %
Никарагуа 22 %
Великобритания 23 %
Зимбабве 25 %
Индия 28 %
 
Калечащие операции на женских половых органах (Женское обрезание) сконцентрированы в 29 странах широким разбросом по распространённости.[106] Женское обрезание включено в определение ВОЗ о сексуальном насилии[107][108]

Сексуальное насилие определяется Всемирной организацией здравоохранения как любой половой акт, попытки полового акта, нежелательные комментарии или авансы c сексуальным подтекстом, или действия, направленные на принуждение к секс-торговле или иные попытки направить человека против своей сексуальности с помощью принуждения. Также включается обязательные проверки на девственность и калечащие операции на женских половых органах[107]. Помимо инициирования полового акта с помощью физической силы, сексуальное насилие имеет место, если на человека словесно оказывают давление для получения согласия[109], если человек неспособен понять природу или обстоятельства акта, неспособен отказаться от участия или неспособен сообщить о нежелании участвовать в половом акте. Это может произойти из-за незрелости несовершеннолетних, болезни, инвалидности или влияния психоактивных веществ, или из-за запугивания и давления[109].

Во многих культурах жертвы изнасилования, как считается, принесли «позор» или «бесчестие» своим семьям и сталкиваются с жестокостью в семье, включая убийства чести[110]. Это особенно актуально, если жертва забеременела[111].

Калечащие операции на женских половых органах определяются ВОЗ как «все процедуры, которые включают частичное или полное удаление наружных женских половых органов или другое повреждение женских половых органов по немедицинским причинам». Эта процедура была выполнена на более чем 125 миллионах женщин, живущих сегодня, и она сосредоточена в 29 странах Африки и Ближнего Востока[112].

Инцест, или половой контакт между взрослым и ребёнком, является одной из форм сексуального насилия в семье[113]. В некоторых культурах существуют ритуальные формы сексуального надругательства над детьми, осуществляемые с ведома и согласия семьи, когда ребёнок вынужден вступать в половые акты со взрослыми, возможно, в обмен на деньги или товары. Например, в Малави некоторые родители, в качестве инициации, отводят своих дочерей к пожилому мужчине, которого часто называют «гиеной» (ньянджа fisi), чтобы он занялся с ними сексом[114][115]. Конвенция Совета Европы о защите детей от сексуальной эксплуатации и сексуального насилия[116] была первым международным договором, касающимся сексуальных надругательств над детьми, происходящих в доме или семье[117].

Репродуктивное принуждение[en] (также называемое «принудительное размножение») — это угрозы или акты насилия в отношении репродуктивных прав партнёра, его здоровья и принятия решений; и включает в себя набор установок, предназначенных для давления или принуждения партнёра к беременности или прекращению беременности[118]. Репродуктивное принуждение связано с принудительным сексом, страхом или неспособностью принимать контрацептивные решения, страхом насилия после отказа от секса и насильное управление партнёром доступом к медицинской помощи[119][120].

В некоторых культурах брак налагает на женщин социальное обязательство размножаться. Например, в северной части Ганы плата за выкуп невесты является требование женщины иметь детей, а женщинам, применяющим контролирующим беременность, угрожают насилием и репрессиям[121]. ВОЗ включает в свои определения сексуального насилия насильственные брак, сожительство и беременность, включая также наследование жены[108][122]. Наследование жены, или левират, является типом брака, при котором брат покойного должен жениться на его вдове, а вдова должна жениться на брате своего покойного мужа.

Изнасилование в браке — это половой акт без согласия супруга. Во многих странах это законно, об этом редко сообщают и редко преследуют в судебном порядке, отчасти из-за убеждения, что в браке женщина дает безоговорочное согласие на то, чтобы её муж занимался сексом с ней, когда пожелает[123][124][125][126][127]. Например, в Ливане, обсуждая предложенный закон, предусматривающий уголовную ответственность за изнасилование в браке, шейх Ахмад аль-Курди, судья суннитского религиозного суда, заявил, что закон «может привести к тюремному заключению человека, который в реальности использовал лишь наименьшее из своих брачных прав»[128]. Феминистки систематически работают с 1960-х годов, чтобы криминализировать изнасилование в браке на международном уровне[129]. В 2006 году исследование, проведённое Организацией Объединённых Наций, показало, что изнасилование в браке является уголовно наказуемым преступлением, по меньшей мере, в 104 странах[130].

В настоящее время сексуальное насилие запрещается международными конвенциями и всё более криминализируется. Вступившая в силу в августе 2014 Конвенция Совета Европы о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием[131], первый юридически обязательный документ в Европе касающийся домашнего насилия и насилия в отношении женщин[52]. Страны, ратифицировавшие её, обязаны обеспечить, чтобы сексуальные отношения без согласия, совершенные в отношении супруга или партнёра, являлись незаконными[132].

ПсихологическоеПравить

Основная статья: Психологическое насилие

Психологическое насилие (или эмоциональное насилие) — это модель поведения, при которой человек угрожает, запугивает, дегуманизирует или систематически подрывает самооценку[133]. Согласно Стамбульской конвенции, психологическое насилие — это «намеренное поведение, приводящее к серьёзному ущербу психологической целостности лица в результате принуждения или угроз»[134].

Эмоциональное насилие включает в себя угрозы, изоляцию[en], публичное унижение[en], постоянную критику, постоянное личное обесценивание, многократные стоунволлинг[en] и газлайтинг[30][67]. Сталкинг является распространённой формой психологического запугивания и чаще всего совершается бывшими или настоящими интимными партнёрами[135]. Жертвы склонны чувствовать, что их партнёр почти полностью контролирует их, что сильно влияет на динамику власти в отношениях, расширяет права и возможности нарушителя и лишает их жертву[136]. Жертвы часто страдают от депрессии, что приводит к повышенному риску возникновения коморбидных расстройств, в частности расстройств приёма пищи[137], а также самоубийству или злоупотреблению психоактивными веществам[136][138][139][140].

ЭкономическоеПравить

Экономическое насилие (или финансовое насилие) является формой насилия, когда один интимный партнёр контролирует доступ другого партнёра к экономическим ресурсам[141]. Режим имущественных отношений между супругами[en] или интимными партнёрами используются как средство контроля. Экономическое насилие может включать в себя преграду к заработку ресурсов супругом, ограничение на использование ресурсов жертвой или использование экономических ресурсов жертвы в своих интересах[141][142]. Экономическое насилие снижает способность жертвы обеспечивать себя, увеличивая зависимость от преступника, в том числе оно снижает доступ к образованию, занятости, карьерному росту и приобретению активов[141][142][143]. Давление или принуждение члена семьи к подписанию документов, продаже вещей или изменению завещания являются формами экономического насилия[64].

Жертве могут быть выданы карманные деньги, что позволяет пристально следить за расходами, и запрещать расходы без согласия преступника, это может вести к накоплению задолженностей или истощению сбережений жертвы[141][142][143]. Несогласие по поводу потраченных денег может привести к мести с дополнительным физическим, сексуальным или эмоциональным насилием[144]. В тех частях мира, где женщины зависят от доходов мужа, чтобы выжить (из-за отсутствия возможностей для трудоустройства женщин и отсутствия государственного благосостояния), экономическое насилие может иметь очень серьёзные последствия. Насильственные действия также связаны с недоеданием среди матерей и детей. Например, в Индии удержание пищи является документированной формой семейного насилия[145].

ДемографияПравить

Домашнее насилие происходит по всему миру, в различных культурах[146] и затрагивает людей всех экономических статусов[22]; однако показатели низкого социально-экономического статуса[en] (такие как безработица и низкий доход), как было показано в нескольких исследованиях, являются факторами риска для более высокого уровня домашнего насилия[147].

Гендерные различияПравить

Продолжаются споры относительно гендерных различий в отношении домашнего насилия. Ограничения методологии, такие как шкала конфликтного поведения[en], в которой не учитываются показатели травматизма, убийств и сексуального насилия[148], контекст (например, мотивация, страх)[149], в корне различное формирование выборок, нежелание респондента самостоятельно сообщать об акте насилия, различия в операционализации, — всё это создает проблемы для существующих исследований[150][151][152][153]. Нормализация насилия в семье у тех, кто подвергается скрытым формам насилия или подвергался насилию со стороны нескольких партнёров в течение длительных периодов времени, снижает вероятность признания и, следовательно, сообщения о домашнем насилии[154]. Многие организации предпринимают усилия, чтобы использовать нейтральные в гендерном отношении термины применительно к совершению преступлений и виктимизации. Например, используя более широкие термины, такие как «домашнее насилие», вместо «насилие над женщинами»[155].

Результаты указывают на то, что основным или главным мотивом насилия со стороны женщины, как интимного партнёра, над мужчиной является самооборона или иная самозащита (например, сохранение эмоционального здоровья)[7][156][157][158]. В 2010 году системный обзор литературы о совершении насилия женщинами, в качестве интимного партнёра, помог обнаружить, что общими мотивами женщин, при совершении насилия в отношении интимных партнёров мужчин, являются гнев, потребность во внимании или реакция на насилие со стороны своего партнёра. Также было зафиксировано, что, хотя и самозащита, и возмездие являлись общими мотивами, провести грань между ними было трудно[159]. Мюррей Страус[en] в своём исследовании, посвящённом насилию в семье, пришёл к выводу, что большая часть насилия со стороны женщин против своих интимных партнёров мужчин, не мотивируется самозащитой[157][160], его вывод подтверждают и другие исследования[161]. В то же время само исследование Страуса было подвергнуто критике за использование слишком узких определений самозащиты[162].

Шерри Хэмби утверждает, что персональные заявления мужчин о виктимизации не вызывают доверия, поскольку они постоянно занижают случаи своего собственного насилия[157][163]. Хэмби также сообщает, что и мужчины, и женщины используют насилие со стороны интимного партнёра для принудительного контроля[en][163]. Принудительный контроль — это когда один человек, без особого сочувствия, использует различные способы насилия со стороны интимного партнёра, чтобы контролировать и доминировать над другим; жертвы часто сопротивляются физическому насилию[164]. Как правило, принудительный контроль используется мужчинами против женщин, и такой тип насилия чаще всего вызывает травмирующие связи[en][165] и требует медицинской помощи[166][167]. Обзор, проведённый в 2011 году исследователем Чан Ко Лингом из Университета Гонконга, показал, что совершение насилия среди несовершеннолетних было одинаковым как для мужчин, так и для женщин, но более серьёзные акты насилия со стороны партнёра были гораздо более вероятными исходили от мужчин[151]. Его анализ показал, что мужчины чаще избивают, давят или душат своих партнёров, в то время как женщины чаще бросают предметы, дают пощечины, пинают, кусают, бьют кулаками или предметами[151].

Исследователи также обнаружили, что реакция на насилие со стороны интимного партнёра различна для мужчин и женщин. В обзоре журнала «Psychology of Violence[en]» за 2012 год было установлено, что женщины страдают непропорционально в результате насилия со стороны интимного партнёра, особенно в отношении травм, страха и посттравматического стрессового расстройства[168]. Обзор также показал, что в одном из исследований 70 % жертв женского пола были «очень напуганы» насилием со стороны своего интимного партнёра, в отличие от 85 % жертв мужского пола, которые сообщили, что «не боятся» насилия. Также было выявлено что насилие со стороны интимного партнёра опосредовало удовлетворение в отношениях для женщин, но не для мужчин[168]. В 2005 обзор Хамбергера показал, что мужчины склонны реагировать на инициируемое партнёром насилие смехом и весельем[169]. Исследователи также сообщают, что мужское насилие вызывает сильный страх, что «страх — это сила, избивать своей мощью позволяющая», и что «травмы помогают поддерживать страх»[170]. В обзоре 2013 года рассматривались исследования с пяти континентов и корреляция между уровнем гендерного неравенства и уровнем домашнего насилия. Авторы обнаружили, что, когда жестокое обращение с партнёром определяется в широком смысле и включает эмоциональное насилие, то будь это любые виды ударов, или кто наносит удар первым, насилие со стороны партнёра относительно равномерно между мужчинами и женщинами. Они также заявили, что если выяснить, кто получил физический вред и насколько серьёзно, кто выражает больше страха и испытывает последующие психологические проблемы, то в домашнем насилии женщины в значительной степени будут жертвами[171].

Законы о домашнем насилии различаются в зависимости от страны. Хотя в Западном мире это вообще запрещено, во многих развивающихся странах это не так. Например, в 2010 году Верховный суд Объединённых Арабских Эмиратов постановил, что мужчина имеет право физически наказывать свою жену и детей, если он не оставляет на них физических следов[172]. Социальная приемлемость домашнего насилия также различается от страны к стране. В то время как в большинстве развитых стран домашнее насилие считается неприемлемым для большинства людей, во многих регионах мира мнения расходятся. Например, согласно исследованию ЮНИСЕФ, можно увидеть процент женщин в возрасте 15—49 лет, которые считают, при определённых обстоятельствах, оправданным битье или избиение мужем своей жены: 90 % в Афганистане и Иордании, 87 % в Мали, 86 % в Гвинее и Тиморе-Лести, 81 % в Лаосе, 80 % в Центральноафриканской Республике[173]. Отказ подчиниться желаниям мужа является распространённой причиной оправдания насилия в развивающихся странах[174]: например, 62,4 % женщин в Таджикистане оправдывают избиение жены, если жена выходит в свет, не сказав мужу; 68 %, если она спорит с ним; 47,9 %, если она отказывается заниматься с ним сексом[175].

ЖенщиныПравить

 
Кампания против домашнего насилия в Уганде

Фонд Организации Объединённых Наций в области народонаселения считает насилие в отношении женщин и девочек одним из самых распространённых нарушений прав человека во всём мире, заявляя, что «каждая третья женщина подвергнется физическому или сексуальному насилию в своей жизни»[176]. Насилие в отношении женщин имеет тенденцию быть менее распространено в развитых странах Запада и более нормализовано в развивающихся странах[177].

В 1920 году избиение жен в Соединённых Штатах было объявлено незаконным[178][179]. Хотя точные показатели оспариваются, существует большое количество межкультурных доказательств того, что женщины подвергаются домашнему насилию значительно чаще, чем мужчины[5][180][181]. Кроме того, существует широкий консенсус в отношении того, что женщины чаще подвергаются жестоким формам насилия и имеют больше шансов получить травму от партнёра-насильника, и это усугубляется экономической или социальной зависимостью[4][26][180][181].

В Декларации Организации Объединённых Наций об искоренении насилия в отношении женщин[en] от 1993 года говорится, что «насилие в отношении женщин является проявлением исторически сложившегося неравного соотношения сил между мужчинами и женщинами, которое привело к доминированию над женщинами и дискриминации в отношении женщин со стороны мужчин, а также препятствует всестороннему улучшению положения женщин, и что насилие в отношении женщин является одним из основополагающих социальных механизмов, при помощи которого женщин вынуждают занимать подчинённое положение по сравнению с мужчинами»[35][182]. Декларация классифицирует три категории насилия: насилие, которое имеет место в семье, в обществе в целом и насилие со стороны или при попустительстве государства[35].

Межамериканская конвенция о предупреждении, наказании и искоренении насилия (англ. The Inter-American Convention on the Prevention, Punishment, and Eradication of Violence) в отношении женщин определяет насилие в отношении женщин как «любое действие или поведение, основанное на гендерном факторе, которое приводит к смерти или физическому, сексуальному или психологическому вреду или страданию женщин, будь то в государственной или частной сфере»[183]. Подобно Декларации об искоренении насилия в отношении женщин, она классифицирует насилие в трёх категориях, одна из которых — домашнее насилие, которое определяется как насилие в отношении женщин, которое происходит «в рамках семьи или домашнего хозяйства или в рамках любых других межличностных отношений, независимо от того, преступник проживал или проживает в одной и той же резиденции с женщиной»[183].

 
Карта мира с указанием стран по уровню физической безопасности женщин, 2015 год

В Мапутском протоколе[en] было принято более широкое определение, определяющее насилие в отношении женщин как: «все действия, совершаемые в отношении женщин, которые причиняют или могут причинить им физический, сексуальный, психологический и экономический ущерб, включая угрозу совершения таких действий; произвольные ограничения или лишение основных свобод в частной или общественной жизни в мирное время, а также во время вооруженных конфликтов или войны»[184].

Определения Стамбульской конвенции гласят: «„насилие в отношении“ женщин понимается как нарушение прав человека и форма дискриминации в отношении женщин (…)»[134]. В знаковом деле «Опуз против Турции» (англ. Opuz v. Turkey) Европейский суд по правам человека впервые постановил, что домашнее насилие по признаку пола является формой дискриминации в соответствии с Европейской конвенцией[185][186].

Согласно одному из исследований, процент женщин, которые сообщили, что подвергались физическому насилию[en] со стороны интимного партнёра, варьируется от 69 % до 10 % в зависимости от страны[187]. По оценкам, в Соединённых Штатах насилие со стороны интимного партнёра составляет 15 % всех насильственных преступлений[188]. Последнее исследование, проведённое Центром по контролю и профилактике заболеваний США в 2017 году, показало, что более половины всех убийств женщин совершаются интимными партнёрами, 98 процентов из которых — мужчины[72].

Фемицид обычно определяется как убийство женщин по признаку гендера или пола мужчинами, хотя точные определения различаются. Фемициды часто происходят в контексте домашнего насилия, таких как убийств чести или убийств из-за приданого. В статистических целях феминицид часто определяется как любое убийство женщины. Лидирующими странами по уровню феминицида, по данным за 2004—2009 годы, являются Сальвадор, Ямайка, Гватемала, Южная Африка и Россия[189]. Однако в Сальвадоре и Колумбии, где уровень убийств очень высок, только три процента всех убийств совершается нынешним или бывшим интимным партнёром, тогда как на Кипре, во Франции и Португалии бывшие и нынешние партнёры несут ответственность за 80 % всех случаев убийства женщин[189].

МужчиныПравить

 
Живопись Калигхата[en], «Женщина разит метлой мужчину», Калькутта, Индия, 1875

Домашнее насилие в отношении мужчин включает физические, эмоциональные и сексуальные формы насилия, включая взаимное насилие[190][191]. Мужчины-жертвы домашнего насилия могут неохотно получать помощь по различным причинам[192]. В одном из исследований выяснилось, что женщины, которые напали на своих партнёров-мужчин, с большей вероятностью избегали ареста, даже когда мужчина связывался с полицией, и обнаружилось, что «полиция с малой степенью вероятности арестует женщин, которые нападают на своих партнёров-мужчин». Причина в том, что они «предполагают, что мужчина может себя защитить от своего партнёра-женщины и что насилие со стороны женщины не опасно, если она не нападает на кого-то, кроме своего партнёра»[193]. В другом же обзоре предлагают свои данные для «некоторой поддержки качественных исследованиям, предполагающих, что сотрудники суда реагируют на гендерную асимметрию насилия со стороны интимного партнёра и могут рассматривать женщин, совершивших насилие в интимной сфере, скорее как жертв, чем как преступников»[194].

Возрастные группыПравить

Подростки и молодые людиПравить

Среди подростков исследователи в основном сосредоточились на гетеросексуальных кавказских популяциях[195]. В литературе отображено, что показатели одинаковы для числа девочек и мальчиков в гетеросексуальных отношениях, которые сообщают о случаях насилия со стороны интимного партнёра, или что девушки в гетеросексуальных отношениях чаще, чем их партнёры-мужчины, сообщают о совершении насилия со стороны интимного партнёра[195][196][197]. Или Гретчен с коллегами заявляют, что, в отличие от домашнего насилия в целом, равные показатели совершения насилия со стороны интимных партнёров являются уникальной характеристикой насилия в отношениях среди подростков и что это «возможно, из-за периода подросткового возраста, особого состояния развития, который сопровождается сексуальными характеристиками, которые отчётливо отличаются от характеристик взрослого»[198]. Векерле и Вульф предположили, что «взаимно-принудительная и насильственная динамика может формироваться в подростковом возрасте, когда мужчины и женщины более равны на физическом уровне» и что это «физическое равенство позволяет девушкам отстоять больше прав посредством физического насилия, чем это возможно для взрослой женщины, подвергшейся нападению полностью физически зрелого мужчины»[198]. Шерри Хэмби заявил, что грубые развлечения, например как игровая борьба, и шутки распространены среди подростков и молодых людей и что «небольшой, но растущий объём исследований указывает на то, что женщины могут с большей вероятностью включать такого рода шутки в ответы на вопросники по насилию среди интимных партнёров, чем мужчины»[199].

В то время как в общей литературе указывается, что мальчики и девочки участвуют в насилии со стороны интимного партнёра примерно с одинаковой частотой, женщины с большей вероятностью используют менее опасные формы физического насилия: толчки, пощипывания, пощёчины, царапанья или удары ногами. В то же время мужчины с большей вероятностью наносят удары кулаками, душат, избивают, поджигают или угрожают оружием. Мужчины также более склонны использовать сексуальную агрессию, хотя оба пола одинаково склонны оказывать давление на своего партнёра в сексуальных активностях. Кроме того, женщины в четыре раза чаще подвергаются изнасилованию и чаще получают смертельные травмы, нанесённые их партнёрами, либо нуждаются в психологической помощи в результате жестокого обращения. Женщины с большей вероятностью считают насилие со стороны интимного партнёра серьёзной проблемой, чем их партнёры-мужчины, которые с большей вероятностью игнорируют совершенное женщинами насилие над ними[195][196][200]. Наряду с формой мотивы насилия также различаются в зависимости от пола: женщины, в большей степени, совершают насилие в целях самозащиты, в то время как мужчины, в большей степени, совершают насилие, чтобы показать власть или контролировать партнёра[195][196]. Аспект самозащиты подтверждается данными о том, что предыдущая виктимизация является более сильным предиктором совершения преступления у женщин, чем у мужчин[201]. Другое исследование показывает, что мальчики, которые подверглись насилию в детстве со стороны члена семьи, более склонны к совершению насилия в сторону интимного партнёра, в то время как девочки, которые подверглись насилию в детстве со стороны члена семьи, склонны испытывать недостаток эмпатии и самоэффективности; но риски вероятности совершения насилия со стороны интимного партнёра и виктимизации среди подростков различны и недостаточно понятны[196]. Обзор литературы, проведённый Хэмби в 2018 году, включающий 33 исследования, в котором используется шкала, исключающая ложноположительные факты грубых развлечений и шуток, показывает, что мужчины с большей готовностью и чаще признаются в совершённом насилии, чем женщины[202].

ДетиПравить

Основная статья: Насилие над детьми
 
     Страны, в которых родительские телесные наказания запрещены. Взгляды на телесные наказания детей различаются по всему миру. В большинстве стран телесные наказания родителей не считаются формой домашнего насилия (если они не чрезмерны), но некоторые страны, в основном в Европе и Латинской Америке, сделали любую форму телесных наказаний детей незаконной[203].

Существует тесная связь между домашним насилием и жестоким обращением с детьми. Поскольку домашнее насилие является типом поведения, такие инциденты могут усиливаться в степени тяжести и частоте, что увеличивает вероятность того, что сами дети станут жертвами. Примерная корреляция между домашним насилием и жестоким обращением с детьми колеблется от 30 до 50 процентов[204].

Сегодня телесные наказания детей их родителями остаются законными в большинстве стран, но в западных странах, которые всё ещё допускают практику, существуют строгие ограничения разрешённого насилия. Первой страной, которая запретила телесные наказания родителей, была Швеция: право родителей шлёпать своих детей впервые было отменено в 1966 году[205], а явно было запрещено законом с июля 1979 года. С 2016 года телесные наказания родителями запрещены в 51 стране[206].

Однополые отношенияПравить

Исторически сложилось, что домашнее насилие рассматривалось только как гетеросексуальная семейная проблема, и интерес в изучении насилия в однополых отношениях[en] был достаточно мал[207], но домашнее насилие также может происходить внутри таких пар. Энциклопедия виктимологии и предупреждения преступности (англ. The Encyclopedia of Victimology and Crime Prevention) гласит: «По нескольким методологическим причинам, среди прочего, неслучайные процедуры выборки и факторы самоотбора, невозможно оценить масштабы однополого насилия в семье. Исследования насилия среди партнёров геев или лесбиянок обычно полагаются на небольшую удобную выборку, такую как лесбиянки или геи, являющиеся членами ассоциации»[208].

Анализ девятнадцати исследований насилия со стороны партнёров, проведённый в 1999 году, показал, что «исследователи предполагают, что лесбиянки и геи с такой же вероятностью применять насилие к своим партнёрам, как и гетеросексуальные мужчины»[209]. В 2011 году Центры по контролю и профилактике заболеваний США опубликовали результаты их Национального исследования интимных партнёров и сексуального насилия за 2010 год и отчитались о том, что 44 % лесбиянок, 61 % бисексуальных женщин и 35 % гетеросексуальных женщин в своей жизни подвергались домашнему насилию[210]. В этом же отчете говорится, что 26 % геев, 37 % бисексуальных мужчин и 29 % гетеросексуальных мужчин в своей жизни подвергались бытовому насилию[210]. Исследование 2013 года показало, что 40,4 % женщин, которые самоидентифицируются как лесбиянки, и 56,9 % бисексуальных женщин сообщили, что стали жертвами насилия со стороны партнёра[211]. В 2014 году национальные исследования показали, что от 25 до 50 % геев и бисексуальных мужчин подвергались физическому насилию со стороны партнёра[212]. В некоторых источниках говорится, что пары геев и лесбиянок испытывают насилие в семье с той же частотой, что и гетеросексуальные пары[213], в то время как другие источники утверждают, что домашнее насилие среди геев, лесбиянок и бисексуалов может быть выше, чем среди гетеросексуальных людей, что геи, лесбиянки и бисексуалы с меньшей вероятностью сообщают о домашнем насилии, которое имело место в их интимных отношениях, чем гетеросексуальные пары, или что лесбийские пары испытывают домашнее насилие реже[en], чем гетеросексуальные пары[214]. Одно исследование, посвященное испаноязычным мужчинам, показало, что мужчины-геи с меньшей вероятностью были виновниками или жертвами домашнего насилия, чем гетеросексуальные мужчины, но бисексуальные мужчины с большей вероятностью были и теми и другими[215]. В отличие от этого, некоторые исследователи обычно предполагают, что лесбийские пары попадают по домашнее насилие с той же частотой, что и гетеросексуальные пары, и проявляют большую осторожность, сообщая о домашнем насилии среди гомосексуальных мужских пар[208].

Отношения геев и лесбиянок были определены как фактор риска насилия в определённых народах[59]. ЛГБТ-люди в некоторых частях мира имеют очень малую юридическую защиту от домашнего, потому что участие в гомосексуальных актах само по себе запрещено «законами против содомии» этих юрисдикций: по состоянию на 2014 год однополые половые акты наказываются лишением свободы в 70 странах и смертью в ещё 5 странах[216], — и эти правовые запреты не позволяют ЛГБТ-жертвам домашнего насилия сообщать о фактах преступления властям[217]. В свете решения Верховного суда 2003 года 13 штатов США, по состоянию на 2013 год, отказались исключить законы о содомии из законодательства[211].

Люди в однополых отношениях сталкиваются с особыми препятствиями в решении проблем, которые некоторые исследователи назвали «двойным шкафом». Канадское исследование Марка Лемана (англ. Mark W. Lehman), проведённое в 1997 году, предполагает, что сходства включают частоту (примерно один случай на каждые четыре пары), проявления, сопутствующие ситуации, реакция пострадавших и причины сохранения отношений[218]. Исследования, проведенные Университетом Эмори в 2014 году, позволили выявить 24 причины насилия со стороны партнёра с помощью интернет опросов, начиная от наркотиков и алкоголя до дискуссий о безопасном сексе[212]. Основная тема власти и контроля, по-видимому, лежит в основе насилия как в гетеросексуальных, так и в гомосексуальных отношениях[211].

В то же время, как правило, присутствуют значительные различия, уникальные проблемы и обманчивые мифы[218]. Леман в своём опросе 1997 года указывает на дополнительную дискриминацию и страхи, с которыми могут столкнуться геи и лесбиянки. Это включает в себя потенциальный отказ со стороны полиции и некоторых социальных служб, отсутствие поддержки со стороны сверстников, страх привлечения негативной стигмы к ЛГБТ-сообществу, влияние статуса ВИЧ/СПИДа на сохранение партнёрских отношений (из-за медицинской страховки и доступа к ней, или вины), боязнь аутинга, и столкновения со службами поддержки, которые предназначены или структурированы для нужд гетеросексуальных женщин и могут не отвечать потребностям геев или лесбиянок. Данные службы могут заставить жертв ЛГБТ чувствовать себя ещё более изолированными и неправильно понятыми, чем они уже себя чувствуют из-за своего статуса меньшинства[219]. Леман, однако, заявил, что «из-за ограниченного числа возвращённых ответов и методологии неслучайной выборки результаты этой работы не могут быть обобщены за пределы выборки» из 32 первоначальных респондентов и последующих 10, которые прошли более углублённый опрос[218]. В частности, сексуальные стрессоры и ВИЧ/СПИД-статус стали существенными различиями в насилии со стороны однополых партнёров[212].

Незарегистрированные случаиПравить

Домашнее насилие является одним из самых недооценённых преступлений в мире как среди мужчин, так и среди женщин[12][13]. В обзорной статье, опубликованной в 2011 году исследователем насилия со стороны интимного партнёра, Ко Лин Чаном (англ. Ko Ling Chan) было обнаружено, что мужчины склонны занижать информацию о собственном домашнем насилии, в то время как женщины чаще недооценивают свою виктимизацию и переоценивают собственное насилие[151][152]. Было установлено, что финансовая зависимость или зависимость от семьи, нормализация насилия и самообвинения снижают вероятность сообщение женщины о виктимизации. Напротив же, страх и уклонение от правовых последствий, склонность обвинять своего партнёра и нарративная ориентация на свои собственные потребности и эмоции снижают вероятность, что мужчины сообщат о совершении насилия[151].

Исследование, проведённое в 2014 году в 28 государствах-членах Европейского Союза, показало, что только 14 % женщин сообщили о наиболее серьёзных случаях насилия со стороны интимного партнёра в полицию[220]. В отчёте 2009 года о домашнем насилии в Северной Ирландии было установлено, что «недонесение является проблемой, и домашнее насилие является наименее вероятным из всех насильственных преступлений, о которых сообщают в полицию»[221].

Мужчины сталкиваются с дополнительными гендерными барьерами при сообщениях о насилии, из-за социальных стигматизаций в отношении виктимизации мужчин и повышенной вероятности того, что медицинские работники станут их игнорировать[14][15][16][17].

Влияние и факторыПравить

Социальные взглядыПравить

 
В этой рекламе Littleton Butter 1903 года насилие в семье изображается как неловкое, но нормальное явление.

Социальные взгляды на насилие в семье варьируются от человека к человеку и от региона к региону, но во многих местах за пределами Запада концепция очень плохо понята. Это связано с тем, что в большинстве этих стран отношения между мужем и женой считаются не равными, а отношения, в которых жена должна подчиняться мужу. Это кодифицировано в законах некоторых стран — например, в Йемене в положениях о браке говорится, что жена должна подчиняться мужу и не должна выходить из дома без его разрешения[222].

Согласно «Насилию в отношении женщин в семьях и отношениях» (англ. Violence against women in families and relationships), «во всём мире избиение жен считается оправданным в некоторых обстоятельствах большинством населения разных стран, чаще всего в ситуациях фактической или предполагаемой неверности со стороны жен или их „непослушания“ по отношению к мужу или партнёру»[223]. Эти насильственные действия в отношении жены часто не рассматриваются обществом (как мужчинами, так и женщинами) как форма жестокого обращения, а считаются спровоцированными поведением жены, которая рассматривается как виновница преступления. Хотя избиение жен часто является ответом на «неуместное» поведение, во многих местах экстремальные действия, такие как убийства чести, одобряются большой частью общества. В одном опросе 33,4 % подростков Аммана, столицы Иордании, одобрили убийства чести. Это исследование было проведено в столице Иордании, которая намного либеральнее, чем другие части страны. Исследователи обратили внимание на то, что скорее всего «в более сельских и традиционных частях Иордании поддержка убийств чести будет ещё выше»[224].

В газете The Washington Post за 2012 год сообщалось: «Группа Reuters TrustLaw назвала Индию одной из худших стран мира в этом году для женщин, отчасти потому, что домашнее насилие там часто рассматривается как заслуженное. В докладе ЮНИСЕФ за 2012 год было установлено, что 57 процентов индийских мальчиков и 53 процента девочек в возрасте от 15 до 19 лет считают избиение жены оправданным»[225].

В консервативных культурах жена, одевающаяся в одежду, которая считается недостаточно скромной, может подвергнуться серьёзному насилию со стороны своего мужа или родственников, при этом такие насильственные действия считаются уместными большинством общества: в ходе опроса 62,8 % женщин в Афганистане сказали, что муж вправе избивать свою жену, если она носит неподходящую одежду[226].

 
Признание права партнёра-мужчины бить или избивать партнёра-женщину среди женщин в возрасте 15—49 лет в отдельных странах, ЮНИСЕФ, 2013 г.[227]

По словам Антонии Парвановой[en], одна из трудностей юридического решения проблемы с домашним насилием состоит в том, что мужчины во многих обществах, где доминируют мужчины, не понимают, что причинение насилия своим женам противоречит закону. Она рассказала, ссылаясь на случай, который произошёл в Болгарии: «Мужа судили за жестокое избиение своей жены, и когда судья спросил его, понимает ли он, что делает, и извиняется ли он, муж ответил: „Но она же моя жена“. Он даже не понимал, что он не имеет права избивать её»[228]. ЮНФПА пишет, что: «В некоторых развивающихся странах практика подчинения и причинения вреда женщинам, например избиение жен, убийства чести, калечащие операции на женских половых органах/обрезания и убийства из-за приданого — считаются частью естественного порядка вещей»[229].

Устойчивые взгляды населения в некоторых обществах на то, что в случаях домашнего насилия примирение является более уместным, чем наказание, также являются ещё одной причиной юридической безнаказанности; исследование показало, что 64 % государственных чиновников в Колумбии заявили, что если бы в их руках было дело о насилии со стороны интимного партнёра, они предприняли бы действия, чтобы побудить стороны к примирению[230].

Обвинение жертв также распространено во многих обществах, в том числе в западных странах: исследование Eurobarometer[en] 2010 года показало, что 52 % респондентов согласились с утверждением, что «провокационное поведение женщин» является причиной насилия в отношении женщин; более 70 % респондентов из Кипра, Дании, Эстонии, Финляндии, Латвии, Литвы, Мальты и Словении, скорее всего, согласны с этим утверждением[231].

РелигияПравить

Существует противоречия относительно влияния религии на домашнее насилие. Иудаизм, христианство и ислам традиционно поддерживают семьи, в которых доминируют мужчины, так же имеет влияние, что «социально санкционированное насилие в отношении женщин было постоянным явлением с древних времён»[232].

Католическая церковь подверглась критике за противодействие разводу и, следовательно, помощи жертвам насилия[en] в принудительных браках[233].

Мнения о влиянии религии на насилие в семье различны. В то время как некоторые авторы, такие как Филлис Чеслер[en], утверждают, что ислам связан с насилием в отношении женщин[en], особенно в форме убийств чести[234], другие, такие как Тахира Шахид Хан (англ. Tahira Shahid Khan), профессор, специализирующийся на проблемах женщин в университете Ага Хана[en] в Пакистане, утверждают, что именно доминирование мужчин и низкий статус женщин в обществе, а не сама религия, приводят к данным проблемам[235][236]. Публичный, например, через СМИ, и политический дискурс, обсуждающий связь между исламом, иммиграцией и насилием в отношении женщин, весьма спорен во многих западных странах[237].

Обычаи и традицииПравить

 
Плакат против приданого в Бангалоре, Индия

Местные обычаи и традиции часто ответственны за поддержание определённых форм домашнего насилия. Например, когда семья предпочитает сына, а не дочь, что широко распространено в некоторых частях Азии, может привести к жестокому обращению с девочками и пренебрежению ими со стороны разочарованных членов семьи. Также c домашним насилием связывают иерархическую кастовую система, которая стигматизирует «низшие касты» и «неприкасаемых», что ведёт к дискриминации, ограничению возможностей женщин и, таким образом, делает их более уязвимыми для жестокого обращения. Местные обычаи и традиции описывают и строгие дресс-коды для женщин, которые могут применяться в результате насилия со стороны членов семьи. Отдельно выделяют жёсткие требования к девственности женщин перед свадьбой и насилие, по отношению к женщинам и девочкам не отвечающим данным требованиям; табу о менструации приводящее к тому, что женщины изолируются и избегаются в её время; калечение женских половых органов; идеологии супружеских «супружеских прав» на секс, которые оправдывают изнасилования в браке; важность, придаваемая «семейной чести»; приданое; а также детские и насильственные браки[238][239][240].

Согласно докладу Human Rights Watch за 2003 год, «обычаи, такие как плата „выкупа невесты“ (платёж, сделанный мужчиной семье женщины, на которой он хочет жениться), согласно которой мужчина по сути покупает сексуальные услуги и репродуктивные способности своей жены, подчёркивают социально санкционированное право мужчин диктовать условия секса и применять силу для этого»[241].

В последние годы был достигнут прогресс в области борьбы с традиционными практиками, которые угрожают женщинам, а также в нескольких странах были приняты целевые законы. Так Межафриканский комитет по традиционным практикам, затрагивающим здоровье женщин и детей[en], являющийся неправительственной организацией, работает над изменением социальных ценностей, повышением сознательности, и принятие законов против вредных традиций, которые влияют на здоровье женщин и детей в Африке. И, например, в Уголовном кодексе Эфиопии 2004 года появилась глава о вредных традиционных видах практики[242]. Кроме того, Совет Европы принял конвенцию, которая касается домашнего насилия и насилия в отношении женщин, и призывает государства, ратифицировавшие его, создать и полностью вынести решение по законам против актов насилия, ранее оправданных традициями, культурой, обычаями, во имя чести, или же исправить то, что считается неприемлемым поведением[243]. Организация Объединённых Наций разработала «Справочник по эффективному реагированию полиции на насилие в отношении женщин» (англ. Handbook on Effective police responses to violence against women), в котором содержатся руководящие указания по борьбе и работе с насилием[en] посредством разработки эффективных законов, политики и практики правоохранительных органов и общественных мероприятий, направленных на разрушение социальных норм, оправдывающих насилие, криминализацию насилия и создания системы эффективной поддержки для жертв насилия[244].

В культурах, где полиция и правоохранительные органы имеют репутацию коррупционеров и имеются факты злоупотреблений с их стороны, жертвы домашнего насилия зачастую неохотно обращаются к формальной помощи[245].

Отношение к насильственным и детским бракамПравить

Подробное рассмотрение темы: Насильственный брак и Детский брак

Насильственный брак — это брачный союз, в который один или оба супруга вступают без добровольного согласия или же против своей воли[246]. Во многих частях мира часто бывает трудно провести грань между «принудительным» браком и браком «по обоюдному согласию»: во многих культурах (особенно в Южной Азии, на Ближнем Востоке и в некоторых частях Африки) браки заключаются заранее, часто сразу как только девочка рождается. Идея о том, что девушка идет против воли своей семьи и самостоятельно выбирает своего будущего мужа, социально не принята — нет необходимости использовать угрозы или насилие для принуждения к браку, будущая невеста подчинится, потому что у неё просто нет другого выбора. Как и в случае детских браков, такие обычаи как «приданое» и «выкуп невесты» способствуют этому явлению[247].

Насильственные и детские браки связаны с высоким уровнем домашнего насилия[19][248]. Такие типы браков сопряжены как с супружеским насилием, совершаемым в браке, так и с насилием, связанным с обычаями и традициями этого брака: акты насилия и торговля людьми, связанные с выплатой приданого и выкупом невесты, а также убийства в защиту чести за отказ от брака[249][250][251][252].

Детский брак — это брак, в котором одна или обе стороны моложе 18 лет[248]. ЮНФПА заявляет: «Несмотря на практически всеобщие обязательства по прекращению детских браков, каждая третья девушка в развивающихся странах (исключая Китай), вероятно, будет замужем до достижения 18-летнего возраста. Каждая из девяти девочек будет замужем до своего 15-летия»[253]. По оценкам ЮНФПА, «в 2010 году более 67 миллионов женщин в возрасте от 20 до 24 лет были замужем уже девочками, половина из которых были в Азии, а одна пятая — в Африке»[253]. Фонд также говорит, что «в следующем десятилетии каждый год будут заключать брак 14,2 миллионов девушек моложе 18 лет, это означает, что каждый день выходить замуж будут 39 000 девочек, и эта цифра возрастёт в среднем до 15,1 миллиона девушек в год, начиная с 2021 года до 2030 года, если нынешние тенденции сохранятся»[253].

ЗаконодательствоПравить

Отсутствие адекватного законодательства, криминализирующего домашнее насилие, или же альтернативного законодательства, запрещающего договорные отношения, может помешать прогрессу в снижении уровня домашнего насилия. Генеральный секретарь Amnesty International заявил: «Невероятно, что в двадцать первом веке некоторые страны потворствуют детским бракам и изнасилованиям в браке, в то время как другие запрещают аборты, секс вне брака и однополые сексуальные отношения — за совершение которых предусмотрена смертная казнь»[254]. По данным ВОЗ, «одна из наиболее распространённых форм насилия в отношении женщин — это насилие со стороны мужа или партнёра-мужчины». ВОЗ отмечает, что такое насилие часто игнорируется, потому что часто «правовые системы и культурные нормы рассматривают это не как преступление, а скорее как личный семейный вопрос или обычную часть жизни»[50]. Криминализацию супружеской измены определяют как подстрекательство к насилию в отношении женщин, так как эти запреты часто предназначены, по закону или на практике, для контроля за поведением женщин, а не мужчин; и используются для рационализации актов насилия в отношении женщин[255][256]. По словам Верховного комиссара по правам человека Нави Пиллэй: «Некоторые утверждают и продолжают утверждать, что домашнее насилие выходит за рамки концептуальных рамок международных прав человека. Однако в соответствии с международными законами и стандартами существует четкая обязанность государства поддерживать права женщин и обеспечивать свободу от дискриминации, которая включает в себя ответственность за предотвращение, защиту и возмещение ущерба — независимо от пола и независимо от положения человека в семье»[51].

Возможность покинуть отношенияПравить

Возможность жертвы домашнего насилия покинуть отношения имеет решающее значение для предотвращения дальнейшего жестокого обращения. В традиционных общинах разведённые женщины часто чувствуют себя отверженными и подвергаются остракизму. И чтобы избежать этой стигмы, многие женщины предпочитают оставаться в браке и терпеть насилие[257].

Дискриминационные законы, касающиеся брака и развода, также могут играть роль в распространении этой практики[258][259]. По мнению Рашиды Манджу[en], специального докладчика Организации Объединённых Наций по вопросу о насилии в отношении женщин:

[В]о многих странах доступ женщины к собственности зависит от её отношений с мужчиной. Когда она разлучается со своим мужем или когда он умирает, она рискует потерять свой дом, землю, предметы домашнего обихода и другое имущество. Неспособность обеспечить равные имущественные права при раздельном жительстве или разводе удерживает женщин отказываться от браков, сопряжённых с насилием, поскольку женщины могут быть вынуждены выбирать между домашним насилием или нищетой на улице[260].

Юридическая невозможность получить развод также является фактором распространения домашнего насилия[261]. В некоторых культурах, где браки заключаются по договорённости между семьями, женщина, которая пытается разойтись или развестись без согласия своего мужа и расширенной семьи или родственников, может подвергнуться риску насилия на почве «чести»[262][263].

Обычай выкупа невесты также усложняет выход из брака: если жена хочет уйти, муж может потребовать вернуть выкуп с семьи невесты[264][265][266].

В развитых странах, таких как Великобритания, жертвы домашнего насилия могут испытывать трудности с получением альтернативного жилья, что тоже может заставить их остаться в нездоровых отношениях[267].

Также высказывается мнение, что убежища для жертв домашнего насилия часто отказываются принимать домашних животных, и многие жертвы поэтому затягивают уход от обидчика из-за боязни того, что может случиться с их питомцами, если они уйдут[268].

Индивидуальные права против семейныхПравить

Установленный баланс индивидуальных права членов семьи и прав семьи как правовой единицы, значительно различается в разных обществах. Это может влиять на степень готовности правительства расследовать семейные инциденты[269]. В некоторых культурах отдельные члены семьи должны почти полностью жертвовать своими собственными интересами ради интересов семьи в целом. То, что рассматривается как ненадлежащее выражение личной автономии, считается неприемлемым. В этих культурах семья преобладает над индивидом, и там, где это взаимодействует с культурой чести[en], индивидуалистический выбор, который может нанести ущерб репутации семьи в обществе, может привести к суровому наказанию, такому как убийство чести[263].

Иммиграционные политикиПравить

В некоторых странах иммиграционная политика завязана на существование официального брака между лицом, желающим получить гражданство, и своим спонсором. Это приводит к тому, что человек может оказаться в ловушке насильственных отношений — такие люди, если попытаются разойтись, могут быть подвергнуты депортации и обвинены в заключении фиктивного брака[270][271][272][273]. Часто женщины приезжают из культур, в которых они могут пострадать от своих же семей, если расторгнут брак и вернутся домой. Поэтому они предпочитают оставаться замужем и быть запертыми в цикле насилия[274].

Общины иммигрантовПравить

Домашнее насилие может происходить в общинах иммигрантов, и зачастую в этих общинах мало кто знает о законах и политике принимающей страны. Исследование среди первого поколения южноазиатцев в Великобритании показало низкую осведомлённость о том, что представляет собой преступное поведение в соответствии с английским законодательством. Также было обнаружено, что у них «безусловно, не было осознания того, что в браке возможно изнасилование»[275][276]. Исследование, проведённое в Австралии, показало, что среди женщин-иммигрантов, которые подвергались насилию со стороны партнёров и не сообщали об этом, 16,7 % не знали о незаконности домашнего насилия, а 18,8 % не знали, что они могут получить защиту[277].

ПричиныПравить

Одним из наиболее важных факторов домашнего насилия является убеждение в том, что насилие, будь то физическое или словесное, является приемлемым. Другие факторы включают злоупотребление психоактивными веществами, безработицу, проблемы с психическим здоровьем, отсутствие навыков по преодолению трудностей, изоляцию и чрезмерную зависимость от обидчика[278].

Циклы насилияПравить

Цикл насилия УолкерПравить

 
Фазы насилия в отношениях по теории Ленор Уолкер

Теория циклического характера насилия в отношениях была представлена в 1979 году американской исследовательницей Ленор Уолкер[en][279]. Согласно её концепции, домашнее насилие — это повторяющийся с увеличением частоты цикл действий, включающий в себя 4 стадии: сначала наблюдается рост количества ссор и возрастает напряжённость до того момента, пока не произойдёт инцидент домашнего насилия. Затем — этап примирения, во время него обидчик может стать добрым и любящим, что, впоследствии, позволяет наступить периоду спокойствия. Во время стадии спокойствия, пострадавший может надеяться, что ситуация изменится. Но напряжение снова начинает нарастать, и цикл повторяется[280]. С течением времени каждая стадия становится короче, вспышки жестокости учащаются и причиняют больший ущерб[281].

Насилие из поколения в поколениеПравить

Общим аспектом среди насильников является то, что они были свидетелями жестокого обращения в детстве, иными словами, они были участниками цепочки циклов домашнего насилия между поколениями[282]. Это, напротив, не означает, что если ребёнок является свидетелем насилия или подвергается насилию, он станет насильником[278]. Понимание и преодоление моделей насилия сквозь поколения может больше повлиять на уменьшение домашнего насилия, чем другие средства борьбы с ним[282].

Меры реагирования, ориентированные на детей, предполагают, что жизненный опыт влияет на склонность человека к участию в насилии в семье (как в качестве жертвы, так и преступника). Исследователи, поддерживающие эту теорию, предполагают, что полезно подумать о трёх источниках домашнего насилия: детская социализация, предыдущий опыт взаимоотношений в паре в подростковом возрасте и уровни напряжения в текущей жизни человека. Люди, которые наблюдают за тем, как их родители оскорбляют друг друга или сами подвергаются насилию, могут включать насилие в своё поведение и в отношениях, которые они устанавливают когда повзрослеют[283][284][285].

Исследования показывают, что чем больше дети наказываются физически, тем больше вероятность того, что они, будучи взрослыми, будут жестоко относиться к членам семьи, включая интимных партнёров[286]. Люди, которых больше шлёпают в детстве, чаще, чем взрослые, одобряют избиение партнёра, а также чаще имеют опыт семейных конфликтов и испытывают чувство гнева[287]. В ряде исследований было установлено, что физические наказания связаны с «более высоким уровнем агрессии в отношении родителей, братьев и сестёр, сверстников и супругов», даже при контроле других факторов[288]. Хотя эти ассоциации не доказывают причинно-следственную связь[en], ряд лонгитюдных исследований показывают, что опыт физического наказания оказывает прямое причинно-следственное влияние на более поздние агрессивные поведения. Такие исследования показали, что телесные наказания детей (например, порка, шлепки или пощёчины) предсказывают более слабую интернализацию таких ценностей, как эмпатия, альтруизм и сопротивление искушению, а также более антисоциальное поведение, включая насилие на свиданиях[289].

В некоторых патрилинейных обществах по всему миру молодая невеста переезжает в семью своего мужа. Будучи новой девушкой в доме, она начинает с самой низкой (или одной из самых низких) позиций в семье, часто подвергается насилию и жестокому обращению и, в частности, строго контролируется родителями супруга: с приходом невестки в семью статус свекрови повышается, и теперь она имеет (часто впервые в своей жизни) значительную власть над кем-либо ещё, и «эта семейная система сама по себе имеет тенденцию порождать цикл насилия, в котором бывшая, пострадавшая от жестокости, невеста становится жестокой тёщей для своей новой невестки»[290]. Amnesty International пишет, что в Таджикистане «для свекрови это почти ритуал посвящения, чтобы подвергнуть свою невестку тем же мучениям, которые она пережила сама, будучи молодой женой»[291].

Злоупотребление психоактивными веществамиПравить

Домашнее насилие обычно сопровождается злоупотреблением алкоголем[en]*. Об употреблении алкоголя сообщается в качестве фактора у двух третей жертв домашнего насилия. Умеренно пьющие люди чаще совершают насилие над интимными партнёрами, чем малопьющие и непьющие; лица, которые пьют много или страдают алкоголизмом, вовлечены в наиболее хронические и серьёзные формы агрессии. Вероятность, частота и серьёзность физических нападений положительно коррелируют с употреблением алкоголя. В свою очередь, уровень насилия снижается после семейно-поведенческой терапии алкоголизма[292].

ПсихопатологияПравить

В другом языковом разделе есть более полная статья Domestic violence#Biological and psychological (англ.).

Психологические теории о причинах домашнего насилия сконцентрированы на описании личностных особенностей. Типичные личностные черты насильников включают в себя склонность к внезапным взрывам гнева, низкую способность контролирования влечений и сниженную самооценку.

Исследования показали высокую распространённость психических расстройств среди домашних насильников[293][294][295]. Д. Даттоном мужчины, жестоко обращающиеся со своими женами, были описаны как пограничные личности[296][297]. Однако его психологические теории оспариваются: Р. Геллес предполагает, что психологические теории о домашнем насилии ограничены, и указывает, что согласно другим исследователям только 10 % (или меньше) мужчин соответствуют этому психологическому профилю. По его мнению, важны социальные факторы, в то время как черты личности и психические расстройства менее значимы[298][299][300].

Социальные теорииПравить

Социальные теории рассматривают внешние факторы окружения правонарушителя, такие как структура семьи, стресс, социальное научение, а также включают теории рационального выбора[301].

Теория социального научения предполагает, что люди учатся, наблюдая и моделируя поведение других. При положительном подкреплении поведение продолжается. Если кто-то наблюдает за агрессивным поведением, у него больше шансов имитировать его. Если нет отрицательных последствий (например, жертва принимает насилие с покорностью), то поведение, скорее всего, продолжится[302][303][304].

«Теория ресурсов» была предложена Уильямом Гудом в 1971 году[305]. Женщины, которые в наибольшей степени зависят от супруга в плане экономического благополучия (например, домохозяйки, женщины с физическими недостатками или безработные), и которые, в первую очередь, ухаживают за своими детьми, опасаются увеличения финансового бремени, если они выйдут из брака. Зависимость означает, что у них меньше возможностей и ресурсов, которые могут помочь справиться с поведением супруга или изменить его[306].

Пары, которые в равной степени разделяют власть, реже сталкиваются с конфликтами, а когда конфликт все же возникает, они реже прибегают к насилию. Если один из супругов желает контроля и власти в отношениях, он может прибегнуть к насилию[307]. Это может включать принуждение и угрозы, запугивание, эмоциональное насилие, экономическое насилие, изоляцию, легкомысленное отношение к ситуации и обвинение супруга в проблемах, использование детей, например, угроза забрать их, а также поведение как «хозяин замка»[308][309].

Социальный стрессПравить

Стресс может усиливаться, когда у человека сложная семейная ситуация, и он находится под постоянным давлением. Социальные стрессы из-за нехватки финансов или других подобных проблем в семье могут ещё больше усилить общую напряженность[298]. Насилие не всегда вызывается стрессом, но может быть одним из способов реакции некоторых людей на стресс[310][311]. В семьях и парах, живущих в бедности, могут чаще проявляться случаи домашнего насилия из-за повышенного стресса и конфликтов из-за финансовых вопросов[312]. Некоторые предполагают, что бедность может помешать мужчине жить в соответствии со своим представлением об «успешном мужчине», и он боится потерять честь и уважение. Теория предполагает, что, когда он не может экономически содержать свою жену и сохранять контроль над ситуацией, он может обратиться к женоненавистничеству, злоупотреблению психоактивными веществами и преступлениям, как к способам выражения мужественности[312].

Однополые отношения могут испытывать аналогичные социальные факторы стресса. Кроме того, насилие в однополых отношениях было связано с внутренней гомофобией, которая способствовала заниженной самооценке и гневу как у преступника, так и у жертвы[313]. Внутренняя гомофобия также кажется препятствием для жертв, обращающихся за помощью. Так же и гетеросексизм может играть ключевую роль в домашнем насилии среди ЛГБТ-сообщества. Как социальная идеология, которая подразумевает, что «гетеросексуальность нормативна, морально выше и лучше, чем [гомосексуализм]»[313], гетеросексизм может препятствовать оказанию услуг и вести к нездоровой самооценке в сексуальных меньшинствах. Гетеросексизм в юридических и медицинских учреждениях проявляется в случаях дискриминации, предубеждений и нечувствительности к сексуальной ориентации. Например, по состоянию на 2006 год семь штатов прямо отказали ЛГБТ-людям в возможности подавать заявки на запретительные приказы[313].

Власть и контрольПравить

 
Cycle of abuse, power & control issues in domestic abuse situations (double click to enlarge)

Власть и контроль[en] в насильственных отношениях — это путь, при котором обидчики применяют физическое, сексуальное и другие формы насилия, чтобы получить контроль над отношениями[314].

Если посмотреть на домашнее насилие с точки зрения причины-следственной связи, то можно увидеть, что это стратегия получения или сохранения власти и контроля над жертвой. Такая точка зрения согласуется с теорией «затраты-выгоды» Бэнкрофта, согласно которой насилие вознаграждает преступника способами, отличными от простого осуществления власти над своей целью, или в дополнение нему. Он приводит доказательства в поддержку своего аргумента о том, что в большинстве случаев насильники вполне способны контролировать себя, но по разным причинам предпочитают этого не делать[315].

Иногда один человек стремится к полной власти и контролю над своим партнером и использует для этого разные способы, в том числе прибегая к физическому насилию. Преступник пытается контролировать все аспекты жизни жертвы, например, её социальные, личные, профессиональные и финансовые решения[64].

Вопросы власти и контроля являются неотъемлемой частью Дулутского проекта по борьбе с домашним насилием[en]. Они разработали «Колесо власти и контроля» описывающие методы власти и контроля, для возможности проиллюстрировать проблему[316].

Критики этой модели утверждают, что она игнорирует исследования, связывающие домашнее насилие со злоупотреблением психоактивными веществами и психологическими проблемами[317].

Теория неподчиненияПравить

Теория неподчинения, иногда называемая теорией доминирования, является областью феминистской теории права[en], которая фокусируется на разнице во власти между мужчинами и женщинами[318]. Теория неподчинения утверждает, что общество, и в особенности мужчины в обществе, используют половые различия между мужчинами и женщинами, чтобы увековечить этот дисбаланс сил[318]. В отличие от других тем в рамках феминистской теории права, теория неподчинения уделяет особое внимание определённым видам сексуального поведения, включая контроль женской сексуальности, сексуальные домогательства, порнографию и насилие в отношении женщин в целом[319]. Кэтрин Маккиннон утверждает, что теория неподчинения лучше всего решает именно эти конкретные проблемы, потому что они затрагивают «практически только» женщин[320]. Маккиннон отстаивает теорию неподчинения по сравнению с другими теориями, такими как формальное равенство, реальное равенство[en] и теория различий[en], потому что сексуальное насилие и другие формы насилия в отношении женщин не являются вопросом «сходства и различия», а, скорее, их лучше всего рассматривать как «более центральное неравенство» (англ. more central inequalities) для женщин[320]. Хотя теория неподчинения широко обсуждалась при оценке различных форм сексуального насилия в отношении женщин, она также служит основой для понимания домашнего насилия и его причин. Теория неподчинения рассматривает проблему домашнего насилия как подмножество более широкой проблемы насилия в отношении женщин, потому что жертвами домашнего насилия в большинстве своём, по мнению Маккинон, являются женщины[321].

Сторонники теории неподчинения предлагают несколько причин, по которым она лучше всего работает для объяснения домашнего насилия. Во-первых, есть определённые повторяющиеся модели домашнего насилия, которые указывают на то, что оно не является результатом сильного гнева или споров, а, скорее, является формой подчинения[322]. Об этом отчасти свидетельствует тот факт, что жертвы домашнего насилия обычно подвергаются жестокому обращению в самых разных ситуациях и с помощью самых разных средств[322]. Например, жертв иногда избивают после того, как они спали или разошлись с насильником, и часто насилие принимает финансовую или эмоциональную форму в дополнение к физическому насилию[322]. Сторонники теории неподчинения используют эти примеры, чтобы развеять представление о том, что избиения всегда являются результатами вспышек гнева или сильных споров[322]. Кроме того, насильники часто прибегают к манипулятивным и продуманным тактикам, когда жестоко обращаются со своими жертвами, которые могут «варьироваться от поиска и уничтожения ее дорогого ей предмета до нанесения ударов по участкам ее тела, на которых не видно синяков (например, на коже черепа) или в тех местах, где ей было бы неловко показывать свои синяки другим»[322]. Такое поведение может быть даже более удобным для насильника, когда есть общие дети с жертвой, потому что насильник часто контролирует финансовые активы семьи, делая жертву менее способной к уходу, так как это может подвергнуть опасности ее детей[323].

ВлияниеПравить

На детейПравить

 
Дети на Соломоновых Островах смотрят спектакль о насилии основанном на гендерном различии

Растет понимание того, что ребенок, который подвергается домашнему насилию во время воспитания, будет страдать от психологических нарушений и нарушений развития[en][324]. В середине 1990-х годов «исследование неблагоприятного детского опыта[en]» (ACE) показало, что дети, которые подвергались домашнему насилию и другим формам жестокого обращения, имели более высокий риск развития психических и физических проблем со здоровьем[325]. Из-за осознания домашнего насилия, с которым сталкиваются некоторые дети, оно обычно влияет и на эмоциональное, социальное, поведенческое и когнитивное развитие ребенка[326].

Некоторые эмоциональные и поведенческие проблемы, которые могут возникнуть в результате домашнего насилия, включают повышенную агрессивность, тревогу и изменения в том, как ребенок общается с друзьями, семьей и властями[324]. Депрессия, эмоциональная незащищенность и расстройства психического здоровья могут быть следствием травматических переживаний[327]. Проблемы с отношением и познанием в школе могут начать развиваться вместе с отсутствием таких навыков, как решение проблем[324]. Была обнаружена корреляция между опытом жестокого обращения и пренебрежения заботой в детстве и совершением домашнего и сексуального насилия во взрослом возрасте[328]. Дети и подростки, ставшие свидетелями домашнего насилия, могут перенимать подходящую гендерную модель поведения и воспроизводить её в следующем поколении[329][330].

Кроме того, в некоторых случаях насильники намеренно оскорбляют мать или отца на глазах у ребенка, чтобы вызвать волновой эффект[en], причиняя боль двум жертвам одновременно[331]. Дети могут вмешаться, если станут свидетелями жестокого насилия в отношении родителей, что может подвергнуть их еще большему риску травмы или смерти[332]. Было обнаружено, что дети, ставшие свидетелями нападения на мать, с большей вероятностью проявляют симптомы посттравматического стрессового расстройства (ПТСР)[333]. Последствия для этих детей, вероятно, будут более серьезными, если у их матери, подвергшейся нападению, разовьется посттравматическое стрессовое расстройство и она не обратится за лечением из-за того, что ей трудно помочь своему ребенку справиться с его или ее собственным опытом наблюдения за домашним насилием[334].

ФизическоеПравить

 
Памятник женщинам Оттавы, установлен 1992 году в Минто-парке[en] в центре Оттавы в память о женщинах, убитых в результате домашнего насилия

Ушибы, переломы, травмы головы, порезы и внутреннее кровотечение — вот некоторые из острых последствий инцидентов, связанных с домашним насилием, которые требуют медицинской помощи и госпитализации[335]. Некоторые хронические состояния здоровья, которые были найдены у жертв домашнего насилия, включают артрит, синдром раздраженного кишечника, хроническую боль, боль в области таза, язвы и мигрени[336]. Жертвы, беременные во время домашнего насилия, подвергаются большему риску выкидыша, преждевременных родов, травм или смерти плода[335].

Новое исследование показывает, что существует сильная связь между домашним насилием или жестоким обращению во всех формах и более высоким уровнем многих хронических состояний[337]. Наиболее убедительные доказательства получены из «Исследования неблагоприятного детского опыта», которое показывает корреляцию между жестоким обращением или пренебрежением в детстве и более высокими показателями хронических состояний в зрелом возрасте, поведением, сопряженным с повышенным риском для здоровья, и сокращением продолжительности жизни[338]. Доказательства связи между физическим здоровьем и насилием в отношении женщин накапливаются с начала 1990-х годов[339].

ВИЧ/СПИДПравить

 
Расчетная распространенность ВИЧ среди молодых людей (15–49 лет) в % на страну по состоянию на 2011 г.[340]
     Нет данных      <0.10      0.10–0.5      0.5–1      1–5      5–15      15–50

Всемирная организация здравоохранения заявила, что женщины, страдающие от насилия, подвергаются значительно более высокому риску заражения ВИЧ/СПИДом. ВОЗ заявляет, что женщины, состоящие в насильственных отношениях, с трудом могут договориться о более безопасном сексе со своими партнерами, их часто заставляют заниматься сексом, и им трудно попросить о подобающем тестировании, когда они думают, что могут быть инфицированы ВИЧ[341]. Десятилетия перекрестных исследований, проведенных в Руанде, Танзании, Южной Африке и Индии, неизменно показало, что женщины, подвергшиеся насилию со стороны партнера, с большей вероятностью могут быть инфицированы ВИЧ[342]. ВОЗ в 2004 году заявила, что:

Есть веские основания положить конец насилию со стороны интимного партнера как само по себе, так и уменьшить уязвимость женщин и девушек к ВИЧ/СПИДу. Доказательства связи между насилием в отношении женщин и ВИЧ/СПИДом подчеркивают, что существуют прямые и косвенные механизмы, с помощью которых они взаимодействуют[341].

В однополых отношения случаи домашнего насилия также влияют на статус ВИЧ/СПИДа. Исследования Хайнца и Мелендеса показали, что лица одного пола могут испытывать трудности с обсуждением темы безопасного секса по таким причинам, как «снижение восприятия контроля над сексом, страх перед насилием и неравное распределение власти…»[343] В исследовании, из тех, кто сообщил о насилии, около 50 % сообщили о принуждении к сексу, из которых только половина сообщили об использовании мер для безопасного секса. Препятствия на пути к более безопасному сексу включали страх жестокого обращения и обман о методах безопасного секса. Исследование Хайнца и Мелендеса в конечном итоге пришло к выводу, что сексуальное насилие в однополых отношениях является серьезной проблемой, приводящей к заражению ВИЧ/СПИДом, поскольку насилие снижает количество случаев безопасного секса. Кроме того, эти инциденты создают дополнительные страхи и стигму вокруг разговоров о безопасном сексе и определения своего статуса ЗППП[343].

ПсихологическоеПравить

Среди жертв, которые все еще живут с теми, кто совершил над ними преступление, обычно отмечается высокий уровень стресса, страха и беспокойства. Депрессия также является обычным явлением, поскольку жертв заставляют чувствовать себя виноватыми за то, что они «спровоцировали» насилие, и они часто подвергаются сильной критике. Сообщается, что 60% жертв соответствуют диагностическим критериям депрессии[en] как во время, так и после прекращения отношений и имеют значительно повышенный риск самоубийства. Те, на кого нападают эмоционально или физически, часто также впадают в депрессию из-за чувства никчемности. Эти чувства часто сохраняются надолго, и предполагается, что многие из жертв находятся на терапии из-за повышенного риска суицида и других травмирующих симптомов[344].

Помимо депрессии, жертвы домашнего насилия также часто испытывают длительную тревогу и панику и могут соответствовать диагностическим критериям генерализованного тревожного расстройства и панического расстройства. Наиболее часто упоминаемым психологическим эффектом домашнего насилия является посттравматическое стрессовое расстройство. Посттравматическое стрессовое расстройство переживаемое жертвами характеризуется репереживаниями, навязчивыми образами, усиленным рефлексом четверохолмия[en], кошмарами и избеганием триггеров, связанных с насилием[345]. Исследования показали, что важно учитывать влияние домашнего насилия и его психофизиологические последствия на женщин, которые являются матерями младенцев и маленьких детей. Несколько исследований показали, что посттравматическое стрессовое расстройство, связанное с межличностным насилием у матери, может, несмотря на все усилия травмированной матери, вмешаться в реакции ребенка на домашнее насилие и другие травмирующие события[21][346].

ФинансовоеПравить

Как только жертвы покидают своего обидчика, они могут быть ошеломлены реальностью того, в какой степени насилие лишило их автономии. Из-за экономического насилия[en] и изоляции у жертвы обычно очень мало собственных денег и мало людей, на которых они могут положиться, чтобы попросить помощи. Было показано, что это одно из крупных препятствий, с которыми сталкиваются жертвы домашнего насилия, и самый сильный фактор, который удерживает их того, чтобы бросить и уйти от преступников[347].

Помимо нехватки финансовых ресурсов, жертвы домашнего насилия часто не имеют специальных навыков, образования и подготовки, необходимых для поиска оплачиваемой работы, а также могут иметь несколько детей, которых нужно поддерживать. В 2003 году 36 крупных городов США назвали домашнее насилие как одну из основных причин бездомности в своих районах[348]. Также сообщалось, что каждая третья женщина остается бездомной из-за разрыва насильственных отношений. Если жертва имеет возможность получить арендуемое жилье, вполне вероятно, что в ее многоквартирном доме будет действовать политика «нулевой терпимости» к преступлениям, а такая политика может привести к выселению, даже если женщина является жертвой, а не виновником, насилия[348]. В то время как количество приютов и общественных ресурсов, доступных жертвам домашнего насилия, значительно выросло, в этих агентствах часто мало сотрудников и сотни жертв, ищущих помощи, из-за чего многие жертвы остаются без помощи, в которой они нуждаются[347].

Женщины и дети, подвергающиеся домашнему насилию, терпят также профессиональный апартеид[en], им обычно отказывают в доступе к желаемой профессии[349]. Партнеры-насильники могут ограничивать род деятельности и создавать профессиональную пустую среду, которая усиливает чувство низкой самооценки и низкой самоэффективности в способности жертв удовлетворительно выполнять повседневные задачи[349]. Кроме того, на работу влияют функциональные потери, неспособность поддерживать необходимые профессиональные навыки и неспособность функционировать на рабочем месте. Часто жертвы очень изолированы от других отношений, например, у них мало или совсем нет друзей, что является еще одним методом контроля у насильника[350].

На вмешивающихся людейПравить

Анализ, проведенный в США, показал, что 106 из 771 убийств офицеров в период с 1996 по 2009 год произошло во время вмешательств при борьбе с домашним насилием[351]. Из них 51 % был определен как неспровоцированный или что это были засады, имевшие место до того, как полицейские вступили в контакт с подозреваемыми. Еще 40 % произошли после контакта, а остальные — во время тактических ситуаций (с захватом заложников и попытками преодоления баррикад)[351]. Система LEOKA ФБР сгруппировала смертельные случаи, связанные с реагированием на домашнее насилие, в категорию беспорядков, наряду с «драками в баре, делами банд и лицами, размахивающими оружием», что, возможно, привело к неправильному восприятию связанных с этим рисков[351][352].

Из-за тяжести и интенсивности рассказов жертв о жестоком обращении такие профессионалы как социальные работники, полиция, консультанты, терапевты, адвокаты, медицинские работники и судьи — сами подвергаются риску вторичной или викарной травмы[en], из-за, эмоционального вовлечение в общение с непосредственными участниками конфликта, в результате которой участвующий получает симптомы травмы, сходные с симптомами первоначальной жертвы после того, как он узнал о её насильственном опыте[353][354]. Исследования показали, что профессионалы, которые пережили викарную травму, демонстрируют признаки усиленного рефлекса четверохолмия[en], сверхбдительности, кошмаров и навязчивых мыслей[en], хотя они не пережили травму лично и не подходят для клинического диагноза посттравматического стрессового расстройства[353].

Работа с домашним насилиемПравить

Работа с домашним насилием[en] может происходить с помощью медицинских служб, правоохранительных органов[355][356], консультаций и других форм профилактики и вмешательства. Участникам домашнего насилия может потребоваться медицинская помощь, например осмотр семейного врача, другого специалиста первичной медицинской помощи[357] или врачей отделения неотложной помощи[358].

Консультации — еще один способ справиться с последствиями домашнего насилия. Для жертвы насилия консультирование может включать оценку присутствия, степени и типов насилия[359]. Оценка летальности — это инструмент, который может помочь в определении наилучшего курса лечения для клиента, а также помочь клиенту распознать опасное поведение и более изощренное насилие в его отношении[360]. В исследовании о жертвах покушения на убийство, связанное с домашним насилием, только около половины участников признали, что преступник был способен убить их, поскольку многие жертвы домашнего насилия преуменьшают истинную серьезность своего положения[361]. Еще одним важным компонентом является планирование безопасности, которое позволяет жертве строить предположения об опасных ситуации, с которыми она может столкнуться, и быть эффективной независимо от решения о том, оставаться ли со своим обидчиком[67].

Правонарушители также могут использовать консультации, чтобы свести к минимуму риск домашнего насилия в будущем[362][363] или даже остановить насилие и исправить причиненный ими вред[364]. На сегодняшний день, чаще всего, осужденные или самоназванные преступники реализуют программы для виновных в насилии со стороны интимного партнера. Они проводятся в групповом формате, один или два часа в неделю в течение определенного периода времени. Координаторы программы проводят участников по учебной программе, состоящей из модулей в стиле обучения взрослых, в которых используются различные терапевтические подходы, но преимущественно когнитивно-поведенческая терапия и психообразование. Дискуссия об эффективности этих программ продолжается. В то время как некоторые (бывшие) партнеры насильников добились улучшения своего положения, другие — нет, и, похоже, также существует риск причинения вреда[365]. Наряду с использованием групповой работы существуют и другие подходы, которые включают индивидуальные и совместные беседы, чтобы помочь остановить насилие и восстановить безопасность и уважение жертв[364].

Профилактика и вмешательства включают способы предотвращения домашнего насилия, предлагая безопасные убежища, кризисное вмешательство[en], информационно-разъяснительную работу, а также образовательные и профилактические программы. Обследование населения на предмет домашнего насилия может быть более систематическим в случаях жестокого обращения с животными, в медицинских учреждениях, отделениях неотложной помощи, психиатрических учреждениях и судебных системах. Также разрабатываются инструменты, облегчающие выявление домашнего насилия, например, мобильные приложения[366][367]. «Модель Дулута[en]» или «Проект по предотвращению домашнего насилия» — это программа, разработанная для снижения уровня домашнего насилия в отношении женщин[368], которая является междисциплинарной программой, разработанной для решения проблем домашнего насилия путем координации действий различных агентств, занимающихся домашними конфликтами[369].

ПрофилактикаПравить

 
PПлакат против домашнего насилия в Болгатанга, Гана

Существует несколько стратегий, которые используются для предотвращения или уменьшения случаев домашнего насилия. Важно оценивать эффективность реализуемой стратегии[370].

Важное значение имеет реформа законодательства, чтобы домашнее насилие подпадало под сферу действия закона. Это может означать отмену существующих законов, дискриминирующих женщин: согласно ВОЗ, «когда закон позволяет мужьям физически дисциплинировать жен, реализация программы по предотвращению насилия со стороны интимного партнера может иметь незначительное влияние»[370]. Брачные законы[en] также важны: «Они [женщины] также должны иметь возможность свободно вступать в брак или выходить из него, получать финансовый кредит, а также владеть и управлять имуществом»[370]. Стоит отметить важность отмены или ограничения предложений и получения приданого и выкупа невесты, и тщательного изучения влияния этих операций на законодательные решения, касающиеся домашнего насилия. «ООН-женщины» заявили, что законодательство должно гарантировать, что «лицо, совершившее домашнее насилие, включая изнасилование в браке, не может использовать тот факт, что он заплатил выкуп за невесту в качестве защиты от обвинения в домашнем насилии»[371].

Гендерные нормы, поощряющие неполноценность женщин, могут привести к жестокому обращению с женщинами со стороны интимных партнеров. ВОЗ пишет, что «разрушение иерархических конструкций мужественности и женственности, основанных на контроле над женщинами, и устранение структурных факторов, поддерживающих неравенство, вероятно, внесет значительный вклад в предотвращение сексуального насилия со стороны партнера»[370].

Кампания правительства Уэльса[en] по изменению отношения к домашнему насилию; короткая телевизионная реклама

По данным Центров по контролю и профилактике заболеваний США, «ключевой стратегией предотвращения домашнего насилия является поощрение уважительных, ненасильственных отношений через изменение отношения на индивидуальном, общинном и общественном уровнях»[372]. Программы раннего вмешательства, такие как школьные программы для предотвращения насилия на свиданиях[en] также эффективны[370]. Детей, которые растут в семьях, где царит насилие, могут заставить поверить в то, что такое поведение является нормальной частью жизни, поэтому важно изменить это отношение, когда оно присутствует[373].

Цель 16 в области устойчивого развития[en] Организации Объединенных Наций — положить конец всем формам насилия, включая домашнее насилие, посредством глобальной пропаганды и спроса на эффективные институты[374]. Совместная инициатива ООН и ЕС «В центре внимания» была запущена в 2016 году для продвижения этой цели устойчивого развития во всем мире с упором на развивающиеся страны и регионы[375]. Инициатива «В центре внимания» воспринимается всеми партнерами-исполнителями как критически важная для экономического и политического прогресса как в реализующих, так и в целевых обществах, поскольку ООН, ЕС и Казахстан должны оказать влияние на Центральную Азию и Афганистан[375].

Юридические аспектыПравить

В мировой практике существуют два основных подхода к проблеме предотвращения домашнего насилия: ресторативный, направленный на урегулирование конфликта и сохранение семьи, включающий модерируемые товарищеские суды и принудительные программы медицинской и психологической помощи, и карательный, направленный на разрушение цикла насилия (англ. breaking the cycle of violence) путём расторжения отношений между конфликтующими сторонами[376].

Франция может стать первой страной, предусматривающей уголовную ответственность даже за словесные оскорбления внутри семьи, проект такого закона разработан в 2009 и находится на стадии обсуждения[377][378]. На Украине и в Киргизии сравнительно недавно принятые базовые законы о домашнем насилии работают пока с трудом[379][380].

В Белоруссии профилактике домашнего насилия способствует вступивший в силу с 16 апреля 2014 года закон «Об основах деятельности по профилактике правонарушений», который разрешает временно выселить гражданина, совершившего домашнее насилие, из общего с пострадавшим жилого помещения[381][382]. Только за 2015 года по этому закону в Белоруссии было вынесено 1152 предписания, обязывающие граждан временно покинуть занимаемые ими жилые помещения[382].

Верховная Рада Украины в декабре 2017 года ввела уголовную ответственность за домашнее насилие, предусматривающую в качестве наказания от 150 часов общественных работ до двух лет тюрьмы. В определение домашнего насилия на Украине входят избиение, принуждение к интиму, психологическое давление и ограничение в деньгах на элементарные потребности. Закон распространяется также и на пары живущие в незарегистрированном браке. За принуждение к сожительству или браку в качестве наказания будет применяться тюремное заключение[383].

В России более сорока вариантов законопроекта о профилактике домашнего насилия были представлены в Государственную Думу Федерального Собрания РФ, но закон так и не был принят[384]. Опубликованный в конце ноября 2019 года законопроект «О профилактике семейно-бытового насилия в Российской Федерации» стал предметом острой общественной полемики: сторонники принятия законопроекта считают нынешнюю редакцию слишком мягкой, в то время как противники рассматривают предусмотренные в нём меры как репрессивные и опасаются, что семейно-бытовым насилием можно будет признать «любое нормальное человеческое действие»[385].

Информация по странамПравить

АргентинаПравить

ГайанаПравить

РоссияПравить

По данным Федеральной службы государственной статистики за 2017 год от насильственных действий, совершенных в отношении члена семьи, пострадали 25,7 тысяч женщин и 10,4 тысяч мужчин[386].

В то же время, согласно данным, представленным западными СМИ в 2013 году, смертность женщин от бытового насилия за десять лет заметно не снизилась. Би-би-си сообщила информацию из российского министерства внутренних дел о том, что 600 000 женщин подверглись физическому или словесному оскорблению дома, и 14 000 из них умерли в том же году от травм, нанесенных их партнёром[387]. Агентство Reuters также сообщило, что примерно от 10 000 до 14 000 женщин ежегодно умирают от рук своего партнёра или близкого родственника[388]. Это по-прежнему было на одном уровне с 14 000, о которых сообщалось в 2005 году Womensenews.org[389], и пятым периодическим докладом 1999 года Российской Федерации в Комитете по ликвидации дискриминации в отношении женщин ООН[390]. В 2015 году МИД Великобритании опубликовало доклад о состоянии прав человека в России, в котором было указано, что ежегодно от домашнего насилия в России погибает 12000 женщин[391].

Противники законопроекта о домашнем насилии эту цифру, 14 000 жертв, именуют «беспрецедентной ложью»[392].

Эта и подобные цифры были подвергнуты критике сенатором Еленой Мизулиной, которая, выступая в Совете Федерации в 2017 году и ссылаясь на данные МВД, привела гораздо более низкие показатели, согласно которым в 2015 году в результате насилия в семье всего убито 1060 человек, из них 756 мужчин и 304 женщины[393][394].

См. такжеПравить

КомментарииПравить

  1. Термины «жестокое обращение с женой», «избиение жены» и «рукоприкладство» — это описательные термины, которые в последнее время потеряли популярность по нескольким причинам:
    • Существует понимание того, что многие жертвы на самом деле не состоят в браке с обидчиком, а сожительствуют или имеют иные договоренности[22].
    • Насилие может быть не только физическим. Иные формы насилия могут происходить постоянно, в то время как физическое насилие случается время от времени. Эти формы насилия, которые не являются физическими, также могут привести к психическим заболеваниям, причинению себе вреда и даже попыткам самоубийства[23][24].
  2. Обратите внимание, что женщина может не кровоточить при первом сексуальном контакте[88]. Секс до брака[en] запрещен во многих странах, включая: Саудовскую Аравию, Пакистан,[89] Афганистан,[90][91][92] Иран,[92] Кувейт,[93] Мальдивы,[94] Марокко,[95] Оман,[96] Mauritania,[97] United Arab Emirates,[98][99] Катар,[100] Судан,[101] Йемен.[102]

ПримечанияПравить

  1. October is National Domestic Violence Awareness Month. PEOPLESWORLD.ORG (17 октября 2016). Дата обращения: 6 октября 2018.
  2. Ни закона, ни справедливости: Насилие в отношении женщин в России : Доклад / Под ред. Марины Писклаковой-Паркер и Андрея Синельникова. — М., 2010.
  3. С. Я. Саламова. Домашнее насилие в современной России: общая характеристика // Lex Russica. — 2018. — № 9. — С. 129—138. — doi:10.17803/1729-5920.2018.142.9.129-138.
  4. 1 2 McQuigg, Ronagh J.A. (2011), Potential problems for the effectiveness of international human rights law as regards domestic violence, in McQuigg, Ronagh J.A., International human rights law and domestic violence: the effectiveness of international human rights law, Oxford New York: Taylor & Francis, с. 13, ISBN 9781136742088, <https://books.google.com/books?id=ltJxlsoMV4wC&pg=PR13> 
  5. 1 2 García-Moreno, Claudia & Stöckl, Heidi (2013), Protection of sexual and reproductive health rights: addressing violence against women, Health and human rights in a changing world, Routledge, с. 780—781, ISBN 9781136688638, <https://books.google.com/books?id=kJXM_eptt0MC&pg=PT780> 
  6. Murray A. Straus, PhD. Thirty Years of Denying Evidence on Gender Symmetry in Partner Violence: Implications for Prevention and Treatment (англ.) // Partner Abuse, Volume 1. — 2010. — No. 3. — P. 332—362. — doi:10.1891/1946-6560.1.3.332.
  7. 1 2 Swan, Suzanne C.; Gambone, Laura J.; Caldwell, Jennifer E.; Sullivan, Tami P.; Snow, David L. A Review of Research on Women's Use of Violence With Male Intimate Partners (англ.) // Violence and Victims[en] : journal. — 2008. — Vol. 23, no. 3. — P. 301—314. — doi:10.1891/0886-6708.23.3.301. — PMID 18624096.
  8. Whitaker, Daniel J.; Haileyesus, Tadesse; Swahn, Monica; Saltzman, Linda S. (May 2007). “Differences in frequency of violence and reported injury between relationships with reciprocal and nonreciprocal intimate partner violence”. American Journal of Public Health. 97 (5): 941—947. DOI:10.2105/AJPH.2005.079020. PMC 1854883. PMID 17395835.
  9. Straus, Murray A. (23 May 2006). "Dominance and symmetry in partner violence by male and female university students in 32 nations"., New York University.  Conference on trends in intimate violence intervention.
  10. Esquivel-Santoveña, Esteban Eugenio; Lambert, Teri L.; Hamel, John. Partner abuse worldwide (англ.) // Partner Abuse. — 2013. — January (vol. 4, no. 1). — P. 6—75. — doi:10.1891/1946-6560.4.1.6. Архивировано 5 февраля 2016 года.
  11. Joanna Bunker Rohrbaugh. Domestic Violence in Same-Gender Relationships (англ.) // Family Court Review. — 2006. — April (vol. 44, no. 2). — P. 287−299. — doi:10.1111/j.1744-1617.2006.00086.x.
  12. 1 2 Strong, Bryan; DeVault, Christine; Cohen, Theodore. The Marriage and Family Experience: Intimate Relationships in a Changing Society (англ.). — Cengage Learning[en], 2010. — P. 447. — ISBN 978-1133597469.
  13. 1 2 Concannon, Diana. Kidnapping: An Investigator's Guide (англ.). — Newnes, 2013. — P. 30. — ISBN 978-0123740311.
  14. 1 2 Riviello, Ralph. Manual of Forensic Emergency Medicine (англ.). — Jones & Bartlett Learning[en], 2009. — P. 129. — ISBN 978-0763744625.
  15. 1 2 Finley, Laura. Encyclopedia of Domestic Violence and Abuse (англ.). — ABC-CLIO, 2013. — P. 163. — ISBN 978-1610690010.
  16. 1 2 Hess, Kären; Orthmann, Christine; Cho, Henry. Criminal Investigation (англ.). — Cengage Learning[en], 2016. — P. 323. — ISBN 978-1435469938.
  17. 1 2 Lupri, Eugene & Grandin, Elaine (2004), Consequences of male abuse — direct and indirect, Intimate partner abuse against men, Ottawa: National Clearinghouse on Family Violence, с. 6, ISBN 9780662379751, <http://www.phac-aspc.gc.ca/ncfv-cnivf/familyviolence/pdfs/Intimate_Partner.pdf>. Проверено 21 июня 2014.  Архивная копия от 4 января 2009 на Wayback Machine
  18. Halket, Megan Mcpherson; Gormley, Katelyn; Mello, Nicole; Rosenthal, Lori; Mirkin, Marsha Pravder. Stay with or Leave the Abuser? The Effects of Domestic Violence Victim's Decision on Attributions Made by Young Adults (англ.) // Journal of Family Violence[en] : journal. — 2013. — Vol. 29. — P. 35—49. — doi:10.1007/s10896-013-9555-4.
  19. 1 2 WHO Child marriages: 39,000 every day. who.int. World Health Organization (7 марта 2013). Дата обращения: 11 апреля 2014. Архивировано 14 апреля 2014 года.
  20. Dutton, Donald; Painter, S.L. Traumatic bonding: The development of emotional attachments in battered women and other relationships of intermittent abuse (англ.) // Victimology : journal. — 1981. — 1 January (vol. 6). — P. 139—155.
  21. 1 2 Schechter, Daniel S.; Zygmunt, Annette; Coates, Susan W.; Davies, Mark; Trabka, Kimberly A.; McCaw, Jamie; Kolodji, Ann; Robinson, Joann L. Caregiver traumatization adversely impacts young children’s mental representations on the MacArthur Story Stem Battery (англ.) // Attachment & Human Development : journal. — 2007. — Vol. 9, no. 3. — P. 187—205. — doi:10.1080/14616730701453762. — PMID 18007959.
  22. 1 2 Waits, Kathleen. The criminal justice system's response to battering: understanding the problem, forging the solutions (англ.) // Washington Law Review[en] : journal. — 1985. — April (vol. 60, no. 2). — P. 267—329. Архивировано 5 февраля 2016 года. Lexis Nexis. Архивировано 23 ноября 2015 года. NCJ 108130
  23. Shipway, Lyn (2004), Domestic violence — a healthcare issue, in Shipway, Lyn, Domestic violence: a handbook for health professionals, London New York: Routledge, с. 3, ISBN 9780415282208, <https://books.google.com/?id=jMV89zMsHwMC> 
  24. Mirlees-Black, Catriona; Mayhew, Pat; Percy, Andrew. The 1996 British Crime Survey England & Wales (англ.) // Home Office. — 1996. — 24 September. Архивировано 8 декабря 2010 года.
  25. 1 2 Convention on preventing and combating violence against women and domestic violence (CETS No. 210). conventions.coe.int. Council of Europe. Дата обращения: 8 сентября 2013. Архивировано 6 сентября 2013 года.
  26. 1 2 Establishing minimum standards on the rights, support and protection of victims of crime, and replacing Council Framework Decision 2001/220/JHA. EUR-Lex (25 октября 2012). Дата обращения: 7 декабря 2015.
  27. Ramos Jr., George H. San Diego Domestic Violence Attorney. ramoscriminallawyer.com. George H. Ramos Jr.. Дата обращения: 24 января 2014. Архивировано 13 июня 2014 года.
  28. 1 2 Wallace, Harvey. Characteristics of and Consequences of Family Violence // Family Violence: Legal, Medical, and Social Perspectives (англ.). — Seventh edition. — Routledge, 2016. — P. 2. — 433 p. — ISBN 978-0-205-91392-3. — ISBN 0-205-91392-X.
  29. Krug, Etienne G.; Dahlberg, Linda L.; Mercy, James A.; Zwi, Anthony B.; Lozano, Rafael. World report on violence and health (англ.). — Geneva, Switzerland: World Health Organization, 2002. — ISBN 9789240681804.
  30. 1 2 World Health Organization. Understanding and addressing intimate partner violence (англ.). — Geneva, Switzerland: World Health Organization.
  31. Violence in gay and lesbian domestic partnerships (англ.) / Renzetti, Claire M.; Miley, Charles Harvey. — New York: Harrington Park Press[en], 1996. — ISBN 9781560230748.
  32. Johnson, Michael P.; Ferraro, Kathleen J. Research on domestic violence in the 1990s: making distinctions (англ.) // Journal of Marriage and Family[en] : journal. — 2000. — November (vol. 62, no. 4). — P. 948—963. — doi:10.1111/j.1741-3737.2000.00948.x.
  33. WHO Child maltreatment. Geneva, Switzerland: World Health Organization (2015). Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 1 мая 2015 года.
  34. WHO Elder abuse. Geneva, Switzerland: World Health Organization (2015). Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 8 сентября 2015 года.
  35. 1 2 3 Генеральная Ассамблея. Декларация об искоренении насилия в отношении женщин (рус.). — Организация Объединённых Наций, 1993.
  36. The Editors of Encyclopædia Britannica, Domestic violence, Encyclopedia Britannica Online, <http://www.britannica.com/topic/domestic-violence>. Проверено 31 октября 2011. 
  37. 1 2 Felter, Elizabeth (1997), A history of the state's response to domestic violence, in Daniels, Cynthia R., Feminists negotiate the state: the politics of domestic violence, Lanham, Maryland: University Press of America, с. 5—10, ISBN 9780761808848 
  38. Ward, Nathaniel The Massachusetts Body of Liberties (1641). history.hanover.edu. Hanover Historical Texts Project, History Department, Hanover College. Архивировано 28 декабря 2015 года.
  39. Domestic violence, Encyclopædia Britannica Online, <http://www.britannica.com/topic/domestic-violence>. Проверено 31 октября 2011. 
  40. Gordon, Linda (2002), "The powers of the weak": wife-beating and battered women's resistance, in Gordon, Linda, Heroes of their own lives: the politics and history of family violence (Boston, 1880—1960), Urbana, Illinois: University of Illinois Press, с. 253—255, ISBN 9780252070792 
  41. Артем Солодков. Семейное дело: как в России менялось наказание за домашнее насилие. РБК (25 января 2017). — «За жестокое обращение с женой, особенно в случае нанесения ей ран, муж, по жалобе супруги или ее родителей, подвергается наказаниям <...> Тем же наказаниям и на том же основании подвергается жена, которая, пользуясь слабостью своего мужа, дозволит себе нанести ему раны, увечье, тяжкие побои или иное истязание или мучение» (статья 2075 Уложения 1845 года)».
  42. Kleinberg, S. J. (1999), The industrial era, in Kleinberg, S. J., Women in the United States, 1830—1945, New Brunswick, New Jersey: Rutgers University Press, с. 143, ISBN 9780813527291 
  43. Pleck, Elizabeth. Criminal approaches to family violence, 1640-1980 (англ.) // Crime and Justice[en] : journal. — 1989. — Vol. 11. — P. 19—57. — doi:10.1086/449151.
  44. Pleck, Elizabeth. Wife beating in nineteenth-century America (англ.) // Victimology. — 1979. — Vol. 4, no. 1. — P. 64—65.
  45. Abrams, Lynn. Crime against marriage? Wife-beating, the law and divorce in nineteenth-century Hamburg // Gender and crime in modern Europe (англ.) / Arnot, Margaret L.; Usborne, Cornelie. — London: Routledge, 1999. — P. 123. — ISBN 9781857287455. — doi:10.4324/9780203016992-9.
  46. St. John Green, Nicholas (1879), Commonwealth v. Certain Intoxicating Liquors, Boston Beer Company, claimant, in St. John Green, Nicholas, Criminal Law Reports: Being Reports of Cases Determined in the Federal and State Courts of the United States, and in the Courts of England, Ireland, Canada, Etc. with Notes, Volume 2, New York: Hurd and Houghton, 1874—1875, OCLC 22125148  Details.
  47. Lentz, Susan A. Revisiting the rule of thumb: an overview of the history of wife abuse (англ.) // Women & Criminal Justice : journal. — 1999. — Vol. 10, no. 2. — P. 9—27. — doi:10.1300/J012v10n02_02.
  48. Smith, Bonnie G. (2008), Domestic violence: overview, in Smith, Bonnie G., The Oxford encyclopedia of women in world history, Oxford England New York: Oxford University Press, с. 94, ISBN 9780195148909 
  49. 1 2 Стратегии борьбы с насилием в семье: справочное руководство (рус.). — New York: Организация Объединённых Наций, 1953. — ISBN 9789211301588.
  50. 1 2 World Health Organization. Gender, equity, human rights: gender based violence (англ.). — Geneva, Switzerland: World Health Organization.
  51. 1 2 OHCHR[en]. High Commissioner speaks out against domestic violence and "honour killing" on occasion of International Women's Day (англ.). — Office of the United Nations High Commissioner for Human Rights, 2010.
  52. 1 2 The Convention of Belém do Pará and the Istanbul convention: a response to violence against women worldwide (англ.). (Flyer for side-event at the 58th session of the Commission on the Status of Women.)
  53. 1 2 Council of Europe Explanatory Report to the Council of Europe Convention on preventing and combating violence against women and domestic violence (CETS No. 210). conventions.coe.int. Council of Europe. Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 20 июля 2015 года.
  54. UN Women Confronting dowry-related violence in India: women at the center of justice. unwomen.org. UN Women (24 декабря 2012). Архивировано 7 ноября 2014 года.
  55. Staff writer. Thousands of women killed for family "honor", National Geographic News, National Geographic Society (28 октября 2010). Архивировано 19 октября 2015 года. Дата обращения 22 августа 2015.
  56. Szasz, Thomas. Cruel compassion: psychiatric control of society's unwanted (англ.). — Syracuse, New York: Syracuse University Press, 1998. — ISBN 9780815605102.
  57. Young-Bruehl, Elisabeth. Childism: Confronting Prejudice Against Children (англ.). — New Haven, Connecticut: Yale University Press, 2012. — ISBN 978-0-300-17311-6.
  58. Shipway, Lyn. Domestic violence: a handbook for health professionals (англ.). — London New York: Routledge, 2004. — ISBN 9780415282208.
  59. 1 2 Siemieniuk, Reed A.C.; Krentz, Hartmut B.; Gish, Jessica A.; Gill, M. John. Domestic violence screening: prevalence and outcomes in a Canadian HIV population (англ.) // AIDS Patient Care and STDS : journal. — 2010. — December (vol. 24, no. 12). — P. 763—770. — doi:10.1089/apc.2010.0235. — PMID 21138382.
  60. Crimes. womenslaw.org. National Network to End Domestic Violence, Inc. (2008). Дата обращения: 2 декабря 2011. Архивировано 21 ноября 2011 года.
  61. Мария Серветник, Ольга Страховская. Что нужно знать о домашнем насилии. Wonderzine (15 апреля 2015). Дата обращения: 20 сентября 2018.
  62. Виды домашнего насилия. Мозырский государственный медицинский колледж. Учреждение образования «Мозырский государственный медицинский колледж» (Республика Беларусь). Дата обращения: 20 сентября 2018.
  63. 1 2 About domestic violence : [англ.] : [арх. 11 октября 2007]. — U.S. Department of Justice, 2007.
  64. 1 2 3 About family violence : [англ.] : [арх. 12 сентября 2015]. — Canadian Department of Justice, 2001. — 15 October.
  65. Stark, Evan. Coercive Control:How Men Entrap Women in Personal Life (англ.). — Oxford University Press, 2007. — ISBN 9780195348330.
  66. Council of Europe Council of Europe Domestic Violence Campaign. coe.int. Council of Europe. Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 23 сентября 2015 года.
  67. 1 2 3 Home page (недоступная ссылка). azcadv.org. Arizona Coalition Against Domestic Violence (2010). Архивировано 22 декабря 2015 года.
  68. Sorenson, Susan B.; Joshi, Manisha; Sivitz, Elizabeth. A systematic review of the epidemiology of nonfatal strangulation, a human rights and health concern (англ.) // American Journal of Public Health[en] : journal. — 2014. — November (vol. 104, no. 11). — P. e54—e61. — doi:10.2105/AJPH.2014.302191. — PMID 25211747.
  69. The impact of strangulation crimes (недоступная ссылка). strangulationtraininginstitute.com. Training institute on strangulation prevention. Дата обращения: 13 июня 2019. Архивировано 23 апреля 2015 года.
  70. Associated Press. States cracking down on strangulation attempts, USA Today, Gannett Company (13 мая 2012).
  71. Global Study on Homicide: Gender-related killing of women and girls. — Vienna: United Nations Office on Drugs and Crime, 2018. — С. 11.
  72. 1 2 Petrosky, Emiko; Blair, Janet M.; Betz, Carter J.; Fowler, Katherine A.; Jack, Shane P.D.; Lyons, Bridget H. Racial and Ethnic Differences in Homicides of Adult Women and the Role of Intimate Partner Violence — United States, 2003—2014 (англ.) // Morbidity and Mortality Weekly Report : journal. — 2017. — Vol. 66, no. 28. — P. 741—746. — doi:10.15585/mmwr.mm6628a1. — PMID 28727682.
  73. van Wormer, Katherine. Domestic homicide worldwide // Death by domestic violence : preventing the murders and murder-suicides : [арх. 19 октября 2015] / Katherine van Wormer, Woochan S. Shim. — Westport, Connecticut; London : Greenwood Publishing Group, 2009. — P. 103—104. — ISBN 9780313354892.
  74. World Health Organization. Violence against women: fact sheet no. 239 (англ.). — World Health Organization, 2013.
  75. Johnson, J.K.; Haider, F.; Ellis, K.; Hay, D.M.; Lindow, S.W. The prevalence of domestic violence in pregnant women (англ.) // BJOG: An International Journal of Obstetrics and Gynaecology[en] : journal. — 2003. — March (vol. 110, no. 3). — P. 272—275. — doi:10.1046/j.1471-0528.2003.02216.x. — PMID 12628266.
  76. Mezey, Gillian C.; Bewley, Susan. Domestic violence and pregnancy (англ.) // The BMJ : journal. — 1997. — 3 May (vol. 314, no. 7090). — P. 1295. — doi:10.1136/bmj.314.7090.1295. — PMID 9158458.
  77. Herring, Jonathan. Family law: a very short introduction (англ.) / Herring, Jonathan. — Oxford, United Kingdom: Oxford University Press, 2014. — P. 5. — ISBN 9780199668526.
  78. Swanson, Jordan. Acid attacks: Bangladesh's efforts to stop the violence (англ.) // Harvard Health Policy Review : journal. — Vol. 3, no. 1. — P. 82—88. Архивировано 8 декабря 2015 года.
  79. Bandyopadhyay, Mridula & Khan, Mahmuda Rahman (2003), Loss of face: violence against women in South Asia, Violence against women in Asian societies, London New York: Routledge Curzon, ISBN 9780700717415 
  80. Associated Press. Bangladesh combats an acid onslaught against women, CNN (11 ноября 2000). Архивировано 22 сентября 2007 года. Дата обращения 13 марта 2008.
  81. Bahl, Taru; Syed, M.H. Encyclopaedia of Muslim world (англ.). — New Delhi: Anmol Publications, 2003. — ISBN 9788126114191.
  82. Mannan, A.; S. Ghani; A. Clarke; P. White; S. Salmanta; P.E.M. Butler. Psychosocial outcomes derived from an acid burned population in Bangladesh, and comparison with Western norms (англ.) // Burns : journal. — 2005. — August (vol. 32, no. 2). — P. 235—241. — doi:10.1016/j.burns.2005.08.027. — PMID 16448773.
  83. Combating Acid Violence in Bangladesh, India and Cambodia Архивировано 24 декабря 2012 года.. Avon Global Center for Women and Justice at Cornell Law School and the New York City Bar Association, 2011.
  84. World Health Organization; Pan American Health Organization (PAHO). Understanding and addressing violence against women: femicide (англ.). — World Health Organization, 2012.
  85. International domestic violence issues (англ.) (недоступная ссылка). sanctuaryforfamilies.org. Sanctuary for Familiesruen (15 October 2008). Дата обращения: 8 сентября 2013. Архивировано 16 октября 2014 года.
  86. Item 12 — Integration of the human rights of women and the gender perspective: violence against women and "honor" crimes. hrw.org. Human Rights Watch (6 апреля 2001). Дата обращения: 6 апреля 2001. Архивировано 28 октября 2004 года.
  87. Pope N. Born unequal : Old Traditions, modern context // Honor killings in the twenty-first century : [англ.] : [арх. 1 мая 2016] / Nicole Pope. — New York : Palgrave Macmillan, 2012. — P. 41—43, 140. — ISBN 9781137012661.
  88. Health questions: does a woman always bleed when she has sex for the first time? (англ.). NHS. Дата обращения: 1 января 2014. Архивировано 2 января 2014 года.
  89. Jordan, Mary. Searching for freedom, chained by the law, The Washington Post, Nash Holdings (20 августа 2008). Архивировано 14 ноября 2012 года. Дата обращения 3 августа 2013.
  90. Londoño, Ernesto. Afghanistan sees rise in 'dancing boys' exploitation, The Washington Post, Dehrazi, Afghanistan: Nash Holdings (9 сентября 2012). Архивировано 29 декабря 2015 года.
  91. Afghanistan. aidsportal.org. AIDSPortal. Дата обращения: 2 августа 2013. Архивировано 17 сентября 2013 года.
  92. 1 2 Iran: country specific information (недоступная ссылка). travel.state.gov. United States Department of State. Дата обращения: 3 августа 2013. Архивировано 1 августа 2013 года.
  93. Convention on the Rights of the Child. United Nations Human Rights Website — Treaty Bodies Database — Document — Summary Record — Kuwait (англ.). — United Nations, 1999.
  94. Culture of Maldives. everyculture.com. Every Culture. Дата обращения: 3 августа 2013. Архивировано 28 июля 2013 года.
  95. Nakim, Nora Morocco: Should pre-marital sex be legal? (англ.). BBC (9 August 2012). Дата обращения: 3 августа 2013. Архивировано 5 октября 2013 года.
  96. Legislation of Interpol member states on sexual offences against children: Oman, Muscat (англ.) (недоступная ссылка). Interpol (Spring 2006). Дата обращения: 13 июня 2019. Архивировано 15 декабря 2007 года.
  97. 2010 Human Rights Report: Mauritania. state.gov. United States Department of State (8 апреля 2011). Дата обращения: 2 августа 2013.
  98. Education in Dubai. Dubaifaqs.com. Дата обращения: 2 августа 2013. Архивировано 6 августа 2013 года.
  99. Briton faces jail for sex on Dubai beach, London: Independent Print Limited (10 июля 2008). Архивировано 2 октября 2013 года. Дата обращения 3 августа 2013.
  100. Staff writer. "Sex outside of marriage is a criminal offense here," PH ambassador to Qatar warns Pinoys (12 сентября 2011). Архивировано 27 сентября 2013 года. Дата обращения 3 августа 2013.
  101. Staff writer. Sudan must rewrite rape laws to protect victims, Reuters (28 июня 2007). Архивировано 15 июня 2013 года. Дата обращения 2 августа 2013.
  102. Basha, Amal. Women's rights in the Middle East and North Africa — Yemen : [англ.] : [арх. 22 июня 2016] / Amal Basha, Rana Ghanem, Nabil Abdulhafid // refworld.org. — Freedom House, 2005. — 14 October.
  103. Lakhani, Avnita. Bride-burning: the "elephant in the room" is out of control (англ.) // Pepperdine Dispute Resolution Law Journal[en] : journal. — 2005. — Vol. 5, no. 2. — P. 249—298. Архивировано 5 февраля 2016 года.
  104. UN Women Confronting dowry-related violence in India: women at the center of justice. UN Women (24 декабря 2012). Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 29 сентября 2015 года.
  105. Seager, Joni. The Penguin atlas of women in the world (англ.). — 4th. — New York: Penguin Books, 2009. — ISBN 9780143114512.
  106. UNICEF Prevalence of FGM/C. UNICEF (22 июля 2014). Дата обращения: 18 августа 2014. Архивировано 15 июля 2015 года.
  107. 1 2 WHO (2002), The forms and contexts of violence, World report on violence and health: summary, Geneva, Switzerland: World Health Organization, с. 17—18, <http://www.who.int/violence_injury_prevention/violence/world_report/en/> 
  108. 1 2 WHO (2003), Sexual violence: prevalence, dynamics and consequences, Guidelines for medico-legal care for victims of sexual violence, Geneva, Switzerland: World Health Organization, с. 6—16, ISBN 9789241546287, <http://www.who.int/violence_injury_prevention/resources/publications/med_leg_guidelines/en/print.html> 
  109. 1 2 Kappler, Karolin Eva (2012), Theoreteical framework: sexual violence in the frame of everyday life, in Kappler, Karolin Eva, Living with paradoxes victims of sexual violence and their conduct of everyday life, Wiesbaden: VS Verlag für Sozialwissenschaften / Springer Fachmedien Wiesbaden GmbH, с. 37—38, ISBN 9783531940038, <https://books.google.com/books?id=9OceTzJIjjAC&pg=PA38> 
  110. Ethics guide: honour crimes, BBC Religion and ethics, BBC. Архивировано 21 сентября 2013 года. Дата обращения 8 сентября 2013.
  111. Harter, Pascale. Libya rape victims 'face honour killings', BBC News, BBC (14 июня 2011). Архивировано 21 сентября 2013 года. Дата обращения 8 сентября 2013.
  112. Female genital mutilation. World Health Organization. Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 21 августа 2015 года.
  113. Fridell, Lorie A. Decision-making of the District Attorney: diverting or prosecuting intrafamilial child sexual abuse offenders (англ.) // Criminal Justice Policy Review[en] : journal. — 1990. — October (vol. 4, no. 3). — P. 249—267. — doi:10.1177/088740349000400304.
  114. Malawians take steps to end sexual initiation of girls, Toronto Star, Star Media Group (20 января 2014). Архивировано 11 июля 2015 года. Дата обращения 22 августа 2015.
  115. ECPAT International: Confronting the commercial sexual exploitation of children in Africa (англ.). — End child prostitution, child pornography & trafficking of children for sexual purposes (ECPAT), 2007.
  116. Council of Europe Convention on the Protection of Children against Sexual Exploitation and Sexual Abuse (CETS No. 201). conventions.coe.int. Council of Europe. Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 16 августа 2015 года.
  117. Ministry of Foreign Affairs of the Czech Republic. Permanent representation of the Czech Republic to the Council of Europe in Strasbourg (17 июля 2014). Архивировано 19 октября 2014 года.
  118. HotlineAdvocate_SA. 1 in 4 callers to the National Domestic Violence Hotline report birth control sabotage and pregnancy coercion, National Domestic Violence Hotline (15 февраля 2011). Архивировано 8 декабря 2015 года.
  119. Medscape: Medscape Access. Medscape. Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 24 июня 2017 года.
  120. Miller, Elizabeth; Jordan, Beth; Levenson, Rebecca; Silverman, Jay G. Reproductive coercion: connecting the dots between partner violence and unintended pregnancy (англ.) // Contraception[en] : journal. — 2010. — June (vol. 81, no. 6). — P. 457—459. — doi:10.1016/j.contraception.2010.02.023. — PMID 20472110.
  121. Bawah, Ayaga Agula; Akweongo, Patricia; Simmons, Ruth; Phillips, James F. Women's fears and men's anxieties: the impact of family planning on gender relations in northern Ghana (англ.) // Studies in Family Planning[en] : journal. — 1999. — March (vol. 30, no. 1). — P. 54—66. — doi:10.1111/j.1728-4465.1999.00054.x. — PMID 10216896.
  122. Garcia-Moreno, Claudia; Guedes, Alessandra; Knerr, Wendy. Sexual violence (англ.). — Geneva, Switzerland: World Health Organization, 2012. — (Understanding and Addressing Violence Against Women Series).
  123. Rani, Manju; Bonu, Sekhar; Diop-Sidibé, Nafissatou. An Empirical Investigation of Attitudes towards Wife-Beating among Men and Women in Seven Sub-Saharan African Countries (англ.) // African Journal of Reproductive Health[en] : journal. — 2004. — Vol. 8, no. 3. — P. 116—136. — doi:10.2307/3583398. — PMID 17348330.
  124. Forced sexual relations among married young women in developing countries. Population Council (июнь 2004). Дата обращения: 11 апреля 2014. Архивировано 18 июля 2013 года.
  125. Rafferty, Yvonne (2013), Ending child trafficking as a human rights priority: applying the spectrum of prevention as a conceptual framework, Violence against girls and women: international perspectives, Santa Barbara, California: Praeger, An Imprint of ABC-CLIO, LLC, с. 137—143, ISBN 9781440803352, <https://books.google.com/books?id=lWejAQAAQBAJ&pg=RA1-PA137> 
  126. Rafferty, Yvonne (2013), Ending child trafficking as a human rights priority: applying the spectrum of prevention as a conceptual framework, Violence against girls and women: international perspectives, Santa Barbara, California: Praeger, An Imprint of ABC-CLIO, LLC, с. 136, ISBN 9781440803352, <https://books.google.com/books?id=lWejAQAAQBAJ&pg=RA1-PA136> 
  127. Herring, Jonathan (2014), Domestic violence, in Herring, Jonathan, Family law: a very short introduction, Oxford, United Kingdom: Oxford University Press, с. 35, ISBN 9780199668526 
  128. Lebanese women take on Muslim judges who call rape a 'marital right', CNN.com, Edition.cnn.com (18 февраля 2014). Архивировано 17 июля 2013 года. Дата обращения 8 сентября 2013.
  129. Hasday, Jill Elaine. Contest and consent: a legal history of marital rape (англ.) // California Law Review[en] : journal. — 2000. — October (vol. 88, no. 5). — P. 1482—1505. — doi:10.2307/3481263.
  130. Promising practices and challenges for implementation, Ending violence against women: from words to action: study of the Secretary-General, United Nations, 2006, с. 113, ISBN 9789211127034, <https://www.un.org/womenwatch/daw/vaw/publications/English%20Study.pdf> 
  131. Chart of signatures and ratifications of Treaty 210. Council of Europe. Дата обращения: 27 октября 2015. Архивировано 23 сентября 2015 года.
  132. See Article 36 — Sexual violence, including rape para 3; and Article 43 — Application of criminal offences Архивировано 6 сентября 2013 года. Also see the Explanatory Report, para 194, para 219 and para 220. Архивировано 20 июля 2015 года.
  133. Follingstad, Diane R.; DeHart, Dana D. Defining psychological abuse of husbands toward wives: contexts, behaviors, and typologies (англ.) // Journal of Interpersonal Violence[en] : journal. — 2000. — September (vol. 15, no. 9). — P. 891—920. — doi:10.1177/088626000015009001.
  134. 1 2 Конвенция Совета Европы о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием. conventions.coe.int. Совет Европы. Дата обращения: 22 августа 2015.
  135. NHS Barking and Dagenham, Stalking, in NHS Barking and Dagenham, What is domestic violence?, England: National Health Service, <http://www.domesticviolencelondon.nhs.uk/1-what-is-domestic-violence-/26-stalking.html>. Проверено 22 августа 2015. 
  136. 1 2 Buttery, Vicki W. (biology instructor) The physical and psychological effects of domestic violence on women (недоступная ссылка). faculty.inverhills.edu. Inver Hills Community College. Дата обращения: 13 июня 2019. Архивировано 7 сентября 2006 года.[self-published source?]
  137. Chamberlain, Linda. Domestic violence: a primary care issue for rural women (англ.) // The Network News[en] : journal. — Vol. 27, no. 1. — P. 1—4. Архивировано 21 сентября 2015 года.
  138. Jones, Ann. Next time, she'll be dead: battering & how to stop it (англ.). — Boston, Massachusetts: Beacon Press[en], 2000. — ISBN 9780807067895.
  139. Hilberman, Elaine. Overview: the "wife-beater's wife" reconsidered (англ.) // American Journal of Psychiatry : journal. — American Psychiatric Association, 1980. — November (vol. 137, no. 11). — P. 1336—1347. — doi:10.1176/ajp.137.11.1336. — PMID 7435666.
  140. Hilberman, Elaine (1984), Overview: the "wife-beater's wife" reconsidered, The gender gap in psychotherapy social realities and psychological processes, Boston, Massachusetts: Springer, с. 213—236, ISBN 9781468447545 
  141. 1 2 3 4 Adams, Adrienne E.; Sullivan, Cris M.; Bybee, Deborah; Greeson, Megan R. Development of the scale of economic abuse (англ.) // Violence Against Women[en] : journal. — 2008. — May (vol. 14, no. 5). — P. 563—588. — doi:10.1177/1077801208315529. — PMID 18408173.
  142. 1 2 3 Brewster, Mary P. Power and control dynamics in prestalking and stalking situations (англ.) // Journal of Family Violence[en] : journal. — 2003. — August (vol. 18, no. 4). — P. 207—217. — doi:10.1023/A:1024064214054. Шаблон:NCJ
  143. 1 2 Sanders, Cynthia K.; Schnabel, Meg. Organizing for economic empowerment of battered women: women's savings accounts (англ.) // Journal of Community Practice : journal. — 2006. — June (vol. 14, no. 3). — P. 47—68. — doi:10.1023/A:1024064214054.
  144. National Coalition Against Domestic Violence Economic abuse (недоступная ссылка). ncadv.org. National Coalition Against Domestic Violence. Дата обращения: 24 ноября 2014. Архивировано 10 января 2015 года.
  145. Ackerson, Leland K.; Subramanian, S.V. Domestic violence and chronic malnutrition among women and children in India (англ.) // American Journal of Epidemiology[en] : journal. — 2008. — May (vol. 167, no. 10). — P. 1188—1196. — doi:10.1093/aje/kwn049. — PMID 18367471.
  146. Watts, Charlotte; Zimmerman, Cathy. Violence against women: global scope and magnitude (англ.) // The Lancet : journal. — Elsevier, 2002. — 6 April (vol. 359, no. 9313). — P. 1232—1237. — doi:10.1016/S0140-6736(02)08221-1. — PMID 11955557.
  147. Capaldi, Deborah et al. A Systematic Review of Risk Factors for Intimate Partner Violence (англ.) // Partner Abuse : journal. — 2012. — April (vol. 3, no. 2). — P. 231—280. — doi:10.1891/1946-6560.3.2.231. — PMID 22754606.
  148. Hamby, Sherry. Measuring Intimate Partner Violence: A Multi-Study Investigation of Gender Patterns (англ.) : journal. — 2014. — 28 May.
  149. Bjørnholt, M.; Hjemdal, O.K. Measuring violence, mainstreaming gender; does adding harm make a difference? (англ.) // Journal of Gender-Based Violence : journal. — 2018. — Vol. 2, no. 3. — P. 465—479. — doi:10.1332/239868018X15366982109807.
  150. Hamby, Sherry. On defining violence, and why it matters (англ.) // Psychology of Violence[en] : journal. — 2017. — 1 April (vol. 7, no. 2). — P. 167—180. — doi:10.1037/vio0000117.
  151. 1 2 3 4 5 Chan, Ko Ling. Gender differences in self-reports of intimate partner violence: a review (англ.) // Aggression and Violent Behavior[en] : journal. — Vol. 16, no. 2. — P. 167—175. — doi:10.1016/j.avb.2011.02.008. Архивировано 8 декабря 2015 года.
  152. 1 2 Chan, Ko Ling. Gender symmetry in the self-reporting of intimate partner violence (англ.) // Journal of Interpersonal Violence[en] : journal. — 2012. — January (vol. 27, no. 2). — P. 263—286. — doi:10.1177/0886260511416463. — PMID 21920874. Архивировано 8 декабря 2015 года.
  153. Rose, Susan D. (2014), Gender violence: the problem, in Rose, Susan D., Challenging global gender violence: the global clothesline project, New York: Palgrave Macmillan, с. 12—13, ISBN 9781137388483, <https://books.google.com/books?id=HZsKAgAAQBAJ&pg=PA12> 
  154. Boundless, Spousal abuse, in Boundless, Sociology, Boston, Massachusetts: Boundless, с. 898—899, ISBN 9781940464374  Details. Архивировано 22 октября 2015 года.
  155. Wasco, Sharon M. & Bond, Meg A. (2010), The treatment of gender in community psychology research, Handbook of gender research in psychology, Springer, с. 632, ISBN 9781441914675, <https://books.google.com/books?id=prTnltnNbC4C&pg=PA632> 
  156. Bair-Merritt, Megan H; Crowne, Sarah Shea; Thompson, Darcy A; Sibinga, Erica; Trent, Maria; Campbell, Jacquelyn. Why Do Women Use Intimate Partner Violence? A Systematic Review of Women's Motivations (англ.) // Trauma, Violence & Abuse[en] : journal. — 2010. — Vol. 11, no. 4. — P. 178—189. — doi:10.1177/1524838010379003. — PMID 20823071.
  157. 1 2 3 Loseke, Donileen R.; Gelles, Richard J.; Cavanaugh, Mary M. Current Controversies on Family Violence (англ.). — SAGE, 2005. — ISBN 9780761921066.
  158. Dasgupta, Shamita. A Framework for Understanding Women's Use of Nonlethal Violence in Intimate Heterosexual Relationships (англ.) // Violence Against Women[en] : journal. — 2002. — 1 November (vol. 8, no. 11). — P. 1364—1389. — doi:10.1177/107780102237408.
  159. Bair-Merritt, Megan H; Crowne, Sarah Shea; Thompson, Darcy A; Sibinga, Erica; Trent, Maria; Campbell, Jacquelyn. Why Do Women Use Intimate Partner Violence? A Systematic Review of Women's Motivations (англ.) // Trauma, Violence & Abuse[en] : journal. — 2010. — October (vol. 11, no. 4). — P. 178—189. — doi:10.1177/1524838010379003. — PMID 20823071.
  160. Straus, Murray A. Gender symmetry and mutuality in perpetration of clinical-level partner violence: Empirical evidence and implications for prevention and treatment (англ.) // Aggression and Violent Behavior[en] : journal. — 2011. — Vol. 16, no. 4. — P. 279—288. — doi:10.1016/j.avb.2011.04.010.
  161. Hamby, Sherry (2009). “The Gender Debate About Intimate Partner Violence: Solutions and Dead Ends”. Psychological Trauma: Theory, Research, Practice, and Policy [англ.]. 1 (1): 24—34. DOI:10.1037/a0015066. ISSN 1942-969X.
  162. Loseke, Donileen R.; Gelles, Richard J.; Cavanaugh, Mary M. (2005). Current Controversies on Family Violence. SAGE. ISBN 9780761921066.
  163. 1 2 Hamby, S. The gender debate about intimate partner violence: solutions and dead ends (англ.) // Psychological Trauma: Theory, Research, Practice, and Policy[en] : journal. — 2009. — Vol. 1. — P. 24—34. — doi:10.1037/a0015066.
  164. Coercive Control: How Men Entrap Women in Personal Life (англ.). — Oxford, New York: Oxford University Press, 2009. — (Interpersonal Violence). — ISBN 9780195384048.
  165. Reid, Joan; Haskell, Rachael; Dillahunt-Aspillaga, Christina; Thor, Jennifer. Trauma Bonding and Interpersonal Violence (англ.) // Psychology of Trauma. — 2013. — 1 January.
  166. John Marx, Ron Walls, Robert Hockberger. Rosen's Emergency Medicine — Concepts and Clinical Practice (англ.). — Elsevier Health Sciences, 2013. — P. 875. — ISBN 978-1455749874.
  167. Robert E. Emery. Cultural Sociology of Divorce: An Encyclopedia (англ.). — SAGE Publications[en], 2013. — P. 397. — ISBN 978-1452274430.
  168. 1 2 Caldwell, Jennifer E; Swan, Suzanne C; Woodbrown, V. Diane. Gender differences in intimate partner violence outcomes (англ.) // Psychology of Violence[en] : journal. — 2012. — Vol. 2. — P. 42—57. — doi:10.1037/a0026296.
  169. Hamberger, L. Kevin. Men's and women's use of intimate partner violence in clinical samples: toward a gender-sensitive analysis (англ.) // Violence and Victims[en] : journal. — 2005. — April (vol. 20, no. 2). — P. 131—151. — doi:10.1891/0886-6708.2005.20.2.131. — PMID 16075663.
  170. Jacobson, Neil S.; Gottman, John Mordechai. When Men Batter Women: New Insights Into Ending Abusive Relationships (англ.). — Simon and Schuster, 1998. — P. 35. — ISBN 978-0-684-81447-6.
  171. Esquivel-Santovena, Esteban Eugenio; Lambert, Teri; Hamel, John. Partner abuse worldwide (англ.) // Partner Abuse. — 2013. — January (vol. 4, no. 1). — P. 1—8. — doi:10.1891/1946-6560.4.1.e14.
  172. CNN Wire Staff. Court in UAE says beating wife, child OK if no marks are left, cnn.com, CNN (19 октября 2010). Архивировано 25 марта 2012 года.
  173. Childinfo Attitudes towards wife beating: percentage of women aged 15—49 who think that a husband/partner is justified in hitting or beating his wife/partner under certain circumstances (недоступная ссылка). childinfo.org. Childinfo: monitoring the situation of children and women. Дата обращения: 8 сентября 2013. Архивировано 4 июля 2014 года.
  174. Home page (недоступная ссылка). Measure DHS (Demographic and Health Surveys): Quality information to plan, monitor and improve population, health, and nutrition programs (4 апреля 2013). Дата обращения: 8 сентября 2013. Архивировано 14 февраля 2014 года.
  175. State Committee on Statistics of the Republic of Takistan. Tajikistan multiple indicator cluster survey 2005, final report (англ.). — Dushanbe, Tajikistan: State Committee on Statistics of the Republic of Takistan, 2007.
  176. UNFPA Gender-based violence. unfpa.org. United Nations Population Fund. Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 15 августа 2015 года.
  177. Felson, Richard. Violence and gender reexamined (англ.). — American Psychological Association, 2002. — P. abstract. — ISBN 978-1557988959.
  178. No-drop prosecution of domestic violence: just good policy, or equal protection mandate?. thefreelibrary. Farlex. Дата обращения: 22 августа 2015.
  179. Hanna, Cheryl. Encyclopedia of Crime and Justice (англ.) / Encyclopedia.com. — Gale Group[en], 2002.
  180. 1 2 Rogers, Kenneth; Baumgardner, Barbara; Connors, Kathleen & Martens, Patricia (2010), Prevention of family violence, in Compton, Michael T., Clinical manual of prevention in mental health (1st ed.), Washington, DC: American Psychiatric Publishing, с. 245, ISBN 9781585623471 
  181. 1 2 Brinkerhoff, David; Weitz, Rose & Ortega, Suzanne T. (2013), The study of society, Essentials of sociology (9th ed.), Belmont, California: Wadsworth Cengage Learning, с. 11, ISBN 9781285545899, <https://books.google.com/books?id=3ZQWAAAAQBAJ&pg=PA11> 
  182. UNFPA[en]. UNFPA strategy and framework for action to addressing gender-based violence 2008—2011 (англ.). — New York: United Nations Population Fund, 2008. — ISBN 9780897149518. (недоступная ссылка)
  183. 1 2 Multilateral treaties: Inter-American convention on the prevention, punishment and eradication of violence against women "Convention of Belém do Pará". oas.org. Department of International Law, Organization of American States. Архивировано 13 апреля 2016 года.
  184. ACHPR Protocol to the African charter on human and peoples' rights on the rights of women in Africa. African Commission on Human and Peoples' Rights (11 июля 2003). Архивировано 2 декабря 2015 года.
  185. ECtHR Opuz v. Turkey. hudoc.echr.coe.int. European Court of Human Rights. Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 22 декабря 2015 года.
  186. Interights Opuz v. Turkey. interights.org. INTERIGHTS: International Centre for the Legal Protection of Human Rights. Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 24 сентября 2015 года.
  187. Heise, Lori; Ellsberg, Mary; Gottemoeller, Megan. Ending violence against women (англ.) // Population Reports. — 1999. — Vol. Series L, no. 4. — P. 11. Архивировано 23 декабря 2015 года.
  188. Gedulin, George San Diego Domestic Violence Attorney. gedulinlaw.com. George Gedulin. Дата обращения: 25 августа 2016. Архивировано 27 августа 2016 года.
  189. 1 2 Small Arms Survey[en]. Femicide: a global problem — research note 14 (англ.) // Small Arms Survey Research Notes[en]. — 2012. — February. Архивировано 5 февраля 2016 года.
  190. Mayo Clinic Staff Domestic violence against men: know the signs. mayoclinic.org. Mayo Clinic (13 апреля 2014). Дата обращения: 11 апреля 2014. Архивировано 13 апреля 2014 года.
  191. Sullivan, Vince. Help domestic abuse victims for 35 years, The Delco Times, 21st Century Media. Архивировано 2 ноября 2013 года. Дата обращения 11 апреля 2014.
  192. Kumar, Anant. Domestic violence against men in India: a perspective (англ.) // Journal of Human Behavior in the Social Environment : journal. — 2012. — March (vol. 22, no. 3). — P. 290—296. — doi:10.1080/10911359.2012.655988.
  193. Felson, Richard B.; Pare, Paul Philippe. Does the criminal justice system treat domestic violence and sexual assault offenders leniently? (англ.) // Justice Quarterly[en] : journal. — 2007. — September (vol. 24, no. 3). — P. 455. — doi:10.1080/07418820701485601. Архивировано 5 февраля 2016 года.
  194. Kingsnorth, Rodney F.; MacIntosh, Randall C. Intimate partner violence: the role of suspect gender in prosecutorial decision‐making (англ.) // Justice Quarterly[en] : journal. — 2007. — September (vol. 24, no. 3). — P. 460—495. — doi:10.1080/07418820701485395. Архивировано 5 февраля 2016 года.
  195. 1 2 3 4 Chu, Ann T.; Sundermann, Jane M. & DePrince, Anne P. (2013), Intimate partner violence in adolescent romantic relationships, Handbook of adolescent health psychology, New York, New York: Springer, с. 193, ISBN 9781461466338, <https://books.google.com/books?id=KX29BAAAQBAJ&pg=PA193> 
  196. 1 2 3 4 Knox, Lyndee; Lomonaco, Carmela & Alpert, Elaine (2009), Adolescent relationship violence, Intimate partner violence: a health-based perspective, Oxford New York: Oxford University Press, с. 514, 516, ISBN 9780199720729, <https://books.google.com/books?id=Q04QO7UmyowC&pg=PA514> 
  197. Williams, Jessica R.; Ghandour, Reem M.; Kub, Joan E. Female perpetration of violence in heterosexual intimate relationships: adolescence through adulthood (англ.) // Trauma, Violence, & Abuse[en] : journal. — 2008. — October (vol. 9, no. 4). — P. 227—249. — doi:10.1177/1524838008324418. — PMID 18936281.
  198. 1 2 Ely, Gretchen; Dulmus, Catherine N. & Wodarski, John S. (2002), Adolescent dating violence, Handbook of violence, New York: John Wiley & Sons, с. 36, ISBN 9780471214441, <https://books.google.com/books?id=YtOvUULaNZEC&pg=PA36> 
  199. Hamby, Sherry (2014). [1] «Self-Report Measures That Do Not Produce Gender Parity in Intimate Partner Violence A Multi-Study Investigation», Psychology of Violence6(2), January 2014. Retrieved on 31 July 2018.
  200. Poet, Andrea; Swiderski, Catherine R.; McHugh, Maureen C. [[2] в «Книгах Google» Developing teen relationships: the role of violence] // The psychology of teen violence and victimization, volume 1, Part III. Teen violence by family and mates (англ.) / Paludi, Michele A.. — Santa Barbara, California: Praeger, 2011. — P. 221—241. — ISBN 978-0-313-39376-1.
  201. Edwards, Katie M.; Dardis, Christina M. & Gidycz, Christine A. (2011), The role of victimization experiences in adolescent girls and young women's aggression in dating relationships, in Paludi, Michele A., The psychology of teen violence and victimization, volume 2, Part I. Impact of teen violence on adolescents, family, and peers, Santa Barbara, California: Praeger, с. 71—82, ISBN 9780313393761 
  202. Anne-Stuart Bell; Dinwiddie, Martha; Hamby, Sherry. Gender Patterns in Intimate Partner Violence: Results from 33 Campus Climate Surveys Based on the Partner Victimization Scale (англ.) : journal. — 2018. — doi:10.13140/RG.2.2.34326.86086.
  203. Staff writer States with full abolition (недоступная ссылка). endcorporalpunishment.org. Global Initiative to End All Corporal Punishment of Children (март 2015). Дата обращения: 25 июня 2019. Архивировано 24 мая 2015 года.
  204. The Relationship Between Domestic Violence and Child Abuse. Prevent Child Abuse America (сентябрь 1996). Дата обращения: 16 апреля 2016. Архивировано 7 декабря 2015 года.
  205. Durrant, Joan E. The Swedish Ban on Corporal Punishment: Its History and Effects // Family Violence Against Children: A Challenge for Society (англ.) / Frehsee, Detlev et al.. — Berlin: Walter de Gruyter, 1996. — P. 19—25. — ISBN 978-3-11-014996-8.
  206. States which have prohibited all corporal punishment — Global Initiative to End All Corporal Punishment of Children Архивировано 19 декабря 2016 года.. Endcorporalpunishment.org. Retrieved on 2016-12-19.
  207. Aguinaldo, Jeffrey (2000). Partner abuse in gay male relationships: challenging 'we are family' (MA thesis). Wilfrid Laurier University. ISBN 9780612532618. Архивировано из оригинала 2012-04-25.
  208. 1 2 Same-sex relationships, Encyclopedia of gender and society, Volume 1, Thousand Oaks, California: Sage, 2010, с. 312, ISBN 9781412960472, <https://books.google.com/books?id=8kHrWPLLX54C&pg=PA312> 
  209. Burke, Leslie K.; Follingstad, Diane R. Violence in lesbian and gay relationships: theory, prevalence, and correlational factors (англ.) // Clinical Psychology Review[en] : journal. — Pergamon Press[en], 1999. — August (vol. 19, no. 5). — P. 487—512. — doi:10.1016/S0272-7358(98)00054-3. — PMID 10467488.
  210. 1 2 Walters, Mikel L.; Chen, Jieru; Breiding, Matthew J. National Intimate Partner and Sexual Violence Survey: An overview of 2010 findings on victimization by sexual orientation (англ.). — Centers for Disease Control and Prevention, 2013.
  211. 1 2 3 Chen, Ping-Hsin; Jacobs, Abbie; Rovi, Susan L.D. Intimate partner violence: IPV in the LGBT community (англ.) // FP Essentials : journal. — 2013. — September (vol. 412). — P. 28—35. — PMID 24053263. Архивировано 10 декабря 2015 года.
  212. 1 2 3 Finneran, Catherine; Stephenson, Rob. Antecedents of intimate partner violence among gay and bisexual men (англ.) // Violence & Victims[en] : journal. — 2014. — Vol. 29, no. 3. — P. 422—435. — doi:10.1891/0886-6708.VV-D-12-00140. — PMID 25069147.
  213. Karmen, Andrew (2010), Victims of rapes and other sexual assaults, in Karmen, Andrew, Crime victims: an introduction to victimology (7th ed.), Belmont, California: Cengage Learning, с. 255, ISBN 9780495599296, <https://books.google.com/books?id=yb4Nkeks15AC&pg=PA255> 
  214. Kaslow, Nadine J.; Thorn, Sheridan L. & Paranjape, Anuradha (2006), Interventions for abused African-American women and their children, Interpersonal violence in the African-American community evidence-based prevention and treatment practices, Dordrecht, Netherlands: Springer, с. 49, ISBN 9780387295985, <https://books.google.com/books?id=IAG1R-ZMmkYC&pg=PA49> 
  215. Gonzalez-Guarda, Rosa M.; De Santis, Joseph P.; Vasquez, Elias P. Sexual orientation and demographic, cultural, and psychological factors associated with the perpetration and victimization of intimate partner violence among Hispanic men (англ.) // Issues in Mental Health Nursing[en] : journal. — 2013. — February (vol. 34, no. 2). — P. 103—109. — doi:10.3109/01612840.2012.728280. — PMID 23369121.
  216. Where is it illegal to be gay?, BBC News, BBC (10 февраля 2014). Архивировано 12 августа 2015 года. Дата обращения 22 августа 2015.
  217. Serra, Natalie E. Queering international human rights: LGBT access to domestic violence remedies (англ.) // Journal of Gender, Social Policy & the Law : journal. — 2013. — Vol. 21, no. 3. — P. 583—607. Архивировано 19 августа 2014 года.
  218. 1 2 3 Lehman, Mark Warren. At the end of the rainbow: a report on gay male domestic violence and abuse (англ.). — St. Paul, Minnesota: Minnesota Center Against Violence and Abuse, 1997. Архивная копия от 16 февраля 2008 на Wayback Machine
  219. Same-sex abuse. womenslaw.org. National Network to End Domestic Violence, Inc.. Дата обращения: 24 ноября 2014. Архивировано 20 марта 2015 года.
  220. UN Women Facts and figures: ending violence against women. unwomen.org. UN Women. Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 27 августа 2015 года.
  221. Staff writer. Domestic call 'every 23 minutes', BBC news, Northern Ireland: BBC (24 марта 2009). Архивировано 11 декабря 2015 года. Дата обращения 22 августа 2015.
  222. Amnesty International. Yemen's dark side: discrimination and violence against women and girls (англ.). — Amnesty International, 2009. Pdf. Архивировано 26 марта 2016 года.
  223. Flood, Michael; Pease, Robert; Taylor, Natalie & Webster, Kim (2009), Reshaping attitudes towards violence against women, Violence against women in families and relationships, Volume IV: the media and cultural attitudes, Santa Barbara, California: Praeger/ABC-CLIO, с. 184, ISBN 9780275998547  Details. Архивировано 10 января 2017 года.
  224. Maher, Ahmed. Many Jordan teenagers 'support honour killings', BBC news, BBC (20 июня 2013). Архивировано 21 сентября 2013 года. Дата обращения 9 сентября 2013.
  225. 10 reasons why India has a sexual violence problem, The Washington Post, Nash Holdings LLC (29 декабря 2012). Архивировано 12 мая 2015 года.
  226. Monitoring the Situation of Women & Children. Архивировано 5 февраля 2016 года. Afghanistan Multiple Indicator Cluster Survey 2010/2011. Central Statistics Organisation. UNICEF. January 2013. Retrieved 11 April 2014.
  227. UNICEF. Monitoring the situation of women & children: Afghanistan multiple indicator cluster survey 2010—2011 (англ.). — Central Statistics Organisation, UNICEF, 2013. Архивная копия от 2 января 2015 на Wayback Machine Pdf. Архивировано 11 января 2014 года.
  228. Staff writer. Seven women die in EU each day due to domestic violence, Novinite, Bulgaria: One Click Media Group (8 марта 2014). Архивировано 5 апреля 2015 года.
  229. UNFPA Taking a stand against practices that harm women (недоступная ссылка). United Nations Population Fund (апрель 2015). Дата обращения: 4 июля 2019. Архивировано 4 апреля 2015 года.
  230. Álvarez, Camilo Segura. Colombia sigue legitimando la violencia contra la mujer, El Espectador, Fidel Cano Correa (5 марта 2015). Архивировано 10 мая 2015 года.
  231. TNS (September 2010), Annexes: Tables: QC4.11 Please tell me whether you consider each of the following to be a cause of domestic violence against women, or not?: The provocative behaviour of women., in TNS, Special Eurobarometer 344: Domestic violence against women, Brussels, Belgium: European Commission, <https://open-data.europa.eu/en/data/dataset/S816_73_2_EBS344> 
  232. Buzawa, Eve S.; Buzawa, Carl G. & Stark, Evan (2012), Matters of history, faith, and society, Responding to domestic violence: the integration of criminal justice and human services (4th ed.), Thousand Oaks, California: Sage Publications, Inc, с. 53, ISBN 9781412956390, <https://books.google.com/books?id=Vg-KrOyoFTkC&pg=PA53> 
  233. Staff writer. Book excerpt: Hitchen's 'God is not great', Newsweek, Newsweek LLC (21 августа 2007). Архивировано 5 сентября 2014 года. According to Christopher Hitchens, the opposition of the Roman Catholic Church in Ireland to divorce legalization in that country (where divorce was legalized in 1996) was based on religious dogma which stipulated that «an Irish woman married to a wife-beating and incestuous drunk should never expect anything better, and might endanger her soul if she begged for a fresh start».
  234. Chesler, Phyllis[en]. Are honor killings simply domestic violence? (англ.) // Middle East Quarterly[en]. — Vol. 16, no. 2. — P. 61—69. Архивировано 6 октября 2014 года.
  235. Mayell, Hillary. Thousands of women killed for family "honor", National Geographic News (12 февраля 2002). Архивировано 5 сентября 2015 года. Pdf. Архивировано 29 ноября 2015 года.
  236. Sanctuary for Families Home page. sanctuaryforfamilies.org. Sanctuary for Families. Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 16 октября 2014 года.
  237. Korteweg, Anna C.; Yurdakul, Gökçe. Religion, culture and the politicization of honour-related violence: a critical analysis of media and policy debates in Western Europe and North America (англ.). — United Nations Research Institute for Social Development.
  238. UNESCAP[en]. Harmful traditional practices in three counties of South Asia: culture, human rights and violence against women (англ.). — United Nations Economic and Social Commission for Asia and the Pacific, 2012. Gender and Development Discussion Paper Series No. 21. Pdf. Архивировано 10 февраля 2014 года.
  239. Heinisch-Hosek, Gabriele[en]. Tradition and violence against women (англ.). — Federal Chancellery of Austria[en], 2009. Pdf.
  240. UNFPA[en]. Addressing harmful traditions in a refugee camp in Chad (англ.). — United Nations Population Fund, 2008.
  241. Human Rights Watch. Policy paralysis: a call for action on HIV/AIDS-related human rights abuses against women and girls in Africa (англ.). — Human Rights Watch, 2003.
  242. Ethiopia (2004), Book V: Crimes against individuals and the family, Title I: Crimes against life, person and health, Chapter III: Crimes committed against life, person and health through harmful traditional practices, Proclamation No. 414/2004: The criminal code of the Federal Democratic Republic of Ethiopia, Addis Ababa, FDR Ethiopia: Federal Democratic Republic of Ethiopia, с. 191—197, <https://www.icrc.org/ihl-nat/0/D68B3CC48F569422C1257677002ADF3A>  Pdf. Архивировано 5 февраля 2016 года.
  243. Council of Europe Convention on preventing and combating violence against women and domestic violence (CETS No. 210). Council of Europe. Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 16 февраля 2015 года.
  244. UNODC (2010), Introduction: justice system responses and victim protection · Preventive approaches · Responding to violence against women: the role of the police · Procedural law, in UNODC, Handbook on effective police responses to violence against women, Criminal Justice Handbook Series, Vienna, Austria: United Nations Office on Drugs and Crime, с. 19, 37—86, ISBN 9789211302912, <http://www.unodc.org/documents/justice-and-prison-reform/hb_eff_police_responses.pdf> 
  245. Staudt, Kathleen & Robles Ortega, Rosalba (2010), Surviving domestic violence in the Paso del Norte border region, Cities and citizenship at the U.S.-Mexico border: the Paso del Norte metropolitan region, New York: Palgrave Macmillan, с. 79—80, ISBN 9780230112919 
  246. Staff writer. Ethics guide: forced marriage: introduction, BBC Ethics, BBC. Архивировано 3 сентября 2015 года. Дата обращения 22 августа 2015.
  247. Shahinian, Gulnara[en]. Report of the Special Rapporteur on contemporary forms of slavery, including its causes and consequences: thematic report on servile marriage (англ.). — United Nations Human Rights Council.
  248. 1 2 Human Rights Watch Q&A: child marriage and violations of girls' rights. hrw.org. Human Rights Watch (14 июня 2013). Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 6 августа 2015 года.
  249. Staff writer. Ethics guide: forced marriage, BBC Ethics, BBC. Архивировано 9 апреля 2014 года. Дата обращения 11 апреля 2014.
  250. Khan, Nasrin; Hyati, Selma. Bride-price and domestic violence in Timor-Leste: a comparative study of married-in and married-out cultures in four districts (англ.). — United Nations Population Fund, 2012.
  251. Hague, Gill; Thiara, Ravi K.; MIFUMI. Bride-price, poverty and domestic violence in Uganda (англ.). — University of Bristol, University of Warwick, and The MIFUMI Project, 2009. Executive summary. Архивировано 11 декабря 2015 года. Full report. Архивировано 14 декабря 2015 года.
  252. Hague, Gill; Thiara, Ravi K.; Turner, Atuki. Bride-price and its links to domestic violence and poverty in Uganda: a participatory action research study (англ.) // Women's Studies International Forum[en] : journal. — Vol. 34, no. 6. — P. 550—561. — doi:10.1016/j.wsif.2011.06.008.
  253. 1 2 3 UNFPA Marrying too young: end child marriage. United Nations Population Fund. Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 21 сентября 2015 года.
  254. Amnesty International Women and girls: sexual and reproductive rights under threat worldwide. amnesty.org. Amnesty International (6 марта 2014). Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 6 декабря 2014 года.
  255. OHCHR[en]. Statement by the United Nations Working Group on discrimination against women in law and in practice (англ.). — Office of the United Nations High Commissioner for Human Rights, 2012.
  256. UN Women Decriminalization of adultery and defenses. endvawnow.org. Virtual Knowledge Centre to End Violence Against Women and Girls, UN Women. Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 8 января 2016 года.
  257. Fields, Rona (2014), The Negev Bedouin: a contemporary remnant of ancient tribal society, in Fields, Rona, Against violence against women: the case for gender as a protected class, Basingstoke: Palgrave Macmillan, с. 63—64, ISBN 9781137439178 
  258. Human Rights Watch Egypt: divorced from justice: women's unequal access to divorce in Egypt: VI. Condemning women to a life of violence. hrw.org. Human Rights Watch (декабрь 2004). Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 5 февраля 2016 года.
  259. Farouk, Sharmeen A. Violence against women: a statistical overview, challenges and gaps in data collection and methodology and approaches for overcoming them (англ.). — Geneva, Switzerland: UN Division for the Advancement of Women, UN Economic Commission for Europe and the World Health Organization, 2005. Expert Group Meeting. Pdf. Архивировано 13 декабря 2016 года.
  260. Manjoo, Rashida[en]. Statement by Ms. Rashida Manjoo, Special Rapporteur on violence against women, its cause and consequences (англ.). — New York: UN Women, 2012. CSW56.
  261. Conway-Turner, Kate & Cherrin, Suzanne (1998-09-01), Sexual harassment: can women be comfortable in the public world?, Women, families, and feminist politics: a global exploration, Oxford New York: Taylor & Francis, с. 198, ISBN 9781560239352 
  262. Mayell, Hillary. Thousands of women killed for family "honor", National Geographic News, National Geographic Society (12 февраля 2002). Архивировано 19 октября 2015 года. Дата обращения 22 августа 2015. Pdf. Архивировано 29 ноября 2015 года.
  263. 1 2 Staff writer FAQ: frequently asked questions about honour based violence (HBV) and honour killings. hbv-awareness.com. Honour Based Violence Awareness (HBVA). Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 15 августа 2015 года.
  264. Protecting the girl child: using the law to end child, early and forced marriage and related human rights violations (англ.). — Equality Now[en], 2014.
  265. Lelieveld, Marlijn. Child protection in the Somali region of Ethiopia (англ.). — Save the Children, 2011.
  266. Stange, Mary Z.; Oyster, Carol K. & Sloan, Jane E. (2011), Equatorial Guinea, Encyclopedia of women in today's world, volume 1, Thousand Oaks, California: Sage Reference, с. 496, ISBN 9781412976855 
  267. The domestic violence victims 'left begging for a home' Архивировано 31 октября 2017 года. BBC
  268. The safehouse for women and pets to flee abuse BBC
  269. Human Rights Watch Uzbekistan: Sacrificing women to save the family? Domestic violence in Uzbekistan. hrw.org. Human Rights Watch (июль 2001). Дата обращения: 22 августа 2015. Архивировано 5 февраля 2016 года.
  270. Editorial opinion: Canadian immigration changes force women to stay with sponsoring spouse for two years, The Star, Toronto, Canada: Star Media Group, Torstar Corporation (5 декабря 2012). Архивировано 4 сентября 2015 года. Дата обращения 22 августа 2015.
  271. Domestic violence victims must not be trapped by deportation fears (недоступная ссылка). immigrantcouncil.ie. The Immigrant Council of Ireland (ICI) (май 2013). Дата обращения: 3 декабря 2019. Архивировано 6 октября 2014 года. Briefing document by the Domestic Violence Coalition. Архивировано 24 апреля 2016 года.
  272. AFP in Sydney. Australian migrants trapped in 'slave-like' marriages, The Guardian, Guardian Media Group (1 августа 2014). Архивировано 11 октября 2015 года. Дата обращения 22 августа 2015.
  273. Lyneham, Samantha; Richards, Kelly. Human trafficking involving marriage and partner migration to Australia (англ.). — Canberra, Australia: Australian Institute of Criminology. — (Research and Public Policy Series).
  274. Raza, Nusrat. Visa for hell (англ.). — Lahore: Best Books Publications, 2011.
  275. McVeigh, Tracy. Abuse going unreported in Britain's south Asian communities — study, The Guardian, Guardian Media Group (19 сентября 2015). Архивировано 12 августа 2016 года.
  276. Cowburn, Malcolm; Gill, Aisha K.; Harrison, Karen. Speaking about sexual abuse in British South Asian communities: offenders, victims and the challenges of shame and reintegration (англ.) // Journal of Sexual Aggression[en] : journal. — 2015. — January (vol. 21, no. 1). — P. 4—15. — doi:10.1080/13552600.2014.929188.
  277. Satyen, Lata; Ranganathan, Archna; Piedra, Steve; Simon, Ben; Kocsic, Jessica. Family violence in migrant women in Australia: strategies for migrant men to reduce the violence (англ.). — 2013. Conference paper for the White Ribbon International Conference, Sydney, Australia, 13-15 May 2013. Conference paper. Архивировано 22 декабря 2015 года. Powerpoint presentation. Архивировано 22 декабря 2015 года.
  278. 1 2 Newman, Willis C. & Newman, Esmeralda (2008), What is domestic violence? (What causes domestic violence?), Domestic violence: causes and cures and anger management, Tacoma, Washington: Newman International LLC, с. 11, ISBN 9781452843230, <https://books.google.com/books?id=c1_9nzCi4W0C&pg=PA11> 
  279. Уолкер, Ленор[en]. The Battered woman (англ.). — 1st ed. — New York: Harper & Row, 1979. — 270 p. — ISBN 978-0-0609-0742-6.
  280. Hutchison, Phoebe. Are You Listening? Life Is Talking to You! — Balboa Press, 2014. — С. 138—139. — 248 с. — ISBN 978-1-4525-1311-9.
  281. Willis C. Newman; Esmeralda Newman. Domestic Violence: Causes and Cures and Anger Management (англ.). — Willis Newman, 2010. — P. 9. — 80 p. — ISBN 978-1-4528-4323-0.
  282. 1 2 Simons, Ronald L. & Johnson, Christine (1998), An examination of competing explanations for the intergenerational transmission of domestic violence, in Danieli, Yael, International handbook of multigenerational legacies of trauma, New York London: Plenum Press, с. 553—570, ISBN 9780306457388, <https://books.google.com/books?id=thoNwuDmHEQC&pg=PA553> 
  283. Kalmuss, Debra; Seltzer, Judith A. The effect of family structure on family violence: the case of remarriage (англ.). — Durham, New Hampshire, 1984. Paper presented at the Second National Conference for Family Violence Researchers.
  284. Kalmuss, Debra. The intergenerational transmission of marital aggression (англ.) // Journal of Marriage and Family[en] : journal. — 1984. — February (vol. 46, no. 1). — P. 11—19. — doi:10.2307/351858.
  285. Kalmuss, Debra; Seltzer, Judith A. Continuity of marital behavior in remarriage: the case of spouse abuse (англ.) // Journal of Marriage and Family[en] : journal. — 1986. — February (vol. 48, no. 1). — P. 113—120. — doi:10.2307/352234.
  286. Gershoff, E.T. Report on Physical Punishment in the United States: What Research Tells Us About Its Effects on Children (англ.). — Columbus, OH: Center for Effective Discipline, 2008. — P. 16.
  287. Committee on Psychosocial Aspects of Child and Family Health. Guidance for effective discipline (англ.) // Pediatrics[en]. — American Academy of Pediatrics[en], 1998. — April (vol. 101, no. 4 Pt 1). — P. 723—728. — doi:10.1542/peds.101.4.723. — PMID 9521967.
  288. Durrant, Joan; Ensom, Ron. Physical punishment of children: lessons from 20 years of research (англ.) // Canadian Medical Association Journal[en] : journal. — 2012. — 4 September (vol. 184, no. 12). — P. 1373—1377. — doi:10.1503/cmaj.101314. — PMID 22311946.
  289. Durrant, Joan. Physical Punishment, Culture, and Rights: Current Issues for Professionals (англ.) // Journal of Developmental & Behavioral Pediatrics[en] : journal. — 2008. — March (vol. 29, no. 1). — P. 55—66. — doi:10.1097/DBP.0b013e318135448a. — PMID 18300726. Архивировано 5 февраля 2016 года.
  290. Ruether, Rosemary Radford (2005), The greening of world religions, in Ruether, Rosemary Radford, Integrating ecofeminism, globalization, and world religions, Lanham, Maryland: Rowman & Littlefield Publishers, с. 50, ISBN 9780742535305 
  291. Amnesty International. Violence is not just a family affair: women face abuse in Tajikistan (англ.). — Amnesty International, 2009.
  292. Sung, Hung-En (2016), Alcohol and Crime, с. 1—2, ISBN 9781405165518, DOI 10.1002/9781405165518.wbeosa039.pub2 
  293. Hamberger, L. Kevin; Hastings, James E. (December 1986). “Personality correlates of men who abuse their partners: a cross-validation study”. Journal of Family Violence [англ.]. 1 (4): 323—341. DOI:10.1007/BF00978276.
  294. Hamberger, L. Kevin; Hastings, James E. (June 1991). “Personality correlates of men who batter and nonviolent men: some continuities and discontinuities”. Journal of Family Violence [англ.]. 6 (2): 131—147. DOI:10.1007/BF00978715.
  295. Hart, Stephen D.; Dutton, Donald G.; Newlove, Theresa (December 1993). “The prevalence of personality disorder among wife assaulters”. Journal of Personality Disorders [англ.]. 7 (4): 329—341. DOI:10.1521/pedi.1993.7.4.329.
  296. Dutton, Donald G., Golant, Susan. The batterer: a psychological profile : [англ.]. — Princeton, New Jersey : Basic Books, 2004. — ISBN 9780465033881.
  297. Dutton, Donald G.; Starzomski, Andrew J. (Winter 1993). “Borderline personality in perpetrators of psychological and physical abuse”. Violence & Victims [англ.]. 8 (4): 326—337. DOI:10.1891/0886-6708.8.4.327. PMID 8060906.
  298. 1 2 Gelles, Richard J. Intimate violence in families : [англ.]. — 3rd. — Thousand Oaks, California : Sage, 1997. — P. 126—127. — ISBN 9780761901235.
  299. Steele, Brandt F. (1974), A psychiatric study of parents who abuse infants and small children, The battered child (2nd ed.), Chicago: University of Chicago Press, с. 89—134, ISBN 9780226326290, <https://archive.org/details/batteredchild00helf/page/89> 
  300. Straus, Murray A. Behind closed doors: violence in the American family : [англ.] / Murray A. Straus, Richard J. Gelles, Suzanne K. Steinmetz. — Garden City, New York : Anchor Press/Doubleday, 1980. — ISBN 9780385142595.
  301. Norway: treatment program for men who batters. Trondheim, Norway: Violence in intimate relationships Norway: EuroPROFEM – The European Men Profeminist Network, Norwegian University of Science and Technology. Архивировано 26 июля 2011 года.
  302. Hotaling, Gerald T.; Sugarman, David B. (1986). “An analysis of risk markers in husband to wife violence: the current state of knowledge”. Violence & Victims. 1 (2): 101—124. DOI:10.1891/0886-6708.1.2.101. PMID 3154143. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  303. Murphy, Christopher M.; Meyer, Shannon-Lee; O'Leary, K. Daniel (1993). “Family of origin violence and MCMI-II psychopathology, among partner assaultive men”. Violence & Victims. 8 (2): 165—176. DOI:10.1891/0886-6708.8.2.165. PMID 8193057. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  304. Doumas, Diana; Margolin, Gayla; John, Richard S. (June 1994). “The intergenerational transmission of aggression across three generations”. Journal of Family Violence. 9 (2): 157—175. DOI:10.1007/bf01531961. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  305. Goode, William J. (November 1971). “Force and violence in the family”. Journal of Marriage and Family. 33 (4): 624—636. DOI:10.2307/349435. JSTOR 349435.
  306. Kalmuss, Debra S. & Straus, Murray A. (1990), Wife's marital dependency and wife abuse, Physical violence in American families: risk factors and adaptations to violence in 8,145 families, New Brunswick, New Jersey: Transaction Publishers, ISBN 9780887382635, <https://archive.org/details/physicalviolence0000stra>  Details.
  307. Kurz, Demie (1992), Battering and the criminal justice system: a feminist view, Domestic violence: the changing criminal justice response, Westport, Connecticut: Auburn House, с. 21–40, ISBN 9780865690011, <https://archive.org/details/domesticviolence0000unse_c2j9/page/21> 
  308. Wallace, Harvey. Family Violence: Legal, Medical, and Social Perspectives (англ.). — Seventh edition. — Routledge, 2016. — P. 184—185. — 433 p. — ISBN 978-0-205-91392-3. — ISBN 0-205-91392-X.
  309. Power and control wheel. Domestic Abuse Intervention Project. Дата обращения: 27 ноября 2007. Архивировано 1 июня 2010 года.
  310. Kalmuss, Debra; Seltzer, Judith A. (December 1988). “Socialization and stress explanations for spouse abuse”. Social Forces. 67 (2): 473—491. DOI:10.2307/2579191. JSTOR 2579191.
  311. Aneshensel, Carol S. (August 1992). “Social stress: theory and research”. Annual Review of Sociology. 18: 15—38. DOI:10.1146/annurev.so.18.080192.000311.
  312. 1 2 Jewkes, Rachel (20 April 2002). “Intimate partner violence: causes and prevention”. The Lancet. 359 (9315): 1423—1429. DOI:10.1016/S0140-6736(02)08357-5. JSTOR 11978358. PMID 11978358. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  313. 1 2 3 Murray, Christine E.; Mobley, A. Keith; Buford, Anne P.; Seaman-DeJohn, Megan M. (January 2007). “Same-sex Intimate partner violence: dynamics, social context, and counseling implications” (PDF). Journal of LGBT Issues in Counseling. 1 (4): 7—30. DOI:10.1300/J462v01n04_03. Архивировано из оригинала (PDF) 2016-02-05. Неизвестный параметр |url-status= (справка); Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  314. Staff writer Violence wheel. Domestic Abuse Violence Project (aka Duluth Model). Дата обращения: 18 апреля 2014. Архивировано 23 февраля 2014 года.
  315. Bancroft, Lundy. Why does he do that?: Inside the minds of angry and controlling men. — New York, New York : Berkley Books, 2003. — ISBN 9780425191651. Details. Архивировано 1 ноября 2015 года.
  316. Power and control wheel. — National Center on Domestic and Sexual Violence.
  317. Twohey, Megan. How can domestic abuse be stopped?, Chicago Tribune, Tribune Publishing (2 January 2009).
  318. 1 2 Bartlett et al., p. 327.
  319. Bartlett et al., p. 328
  320. 1 2 Bartlett et al., p. 332 citing MacKinnon, Catharine A. (1987) Feminism Unmodified: Discourses on Life and Law. Harvard University Press. pp. 40–41. ISBN 0674298748.
  321. Bartlett et al., p. 387 citing Rennison, Callie Marie and Welchans, Sarah (May 2000) Special Report: Intimate Partner Violence, Bureau of Justice Statistics.
  322. 1 2 3 4 5 Bartlett et al., pp. 389–92 citing Fischer, Karla et al. (1993) The Culture of Battering and the Role of Mediation in Domestic Violence Cases, 46 SMU L. Rev. pp. 2117, 2121–2130, 2133, 2136–2138, 2141.
  323. Bartlett et al., p. 413.
  324. 1 2 3 Dodd, Lynda Warren (March 2009). “Therapeutic groupwork with young children and mothers who have experienced domestic abuse”. Educational Psychology in Practice. 25 (1): 21—36. DOI:10.1080/02667360802697571. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  325. Innovations Exchange Team Preventing and mitigating the effects of childhood violence and trauma (based on an interview with Carl C. Bell, MD). Agency for Healthcare Research and Quality, U.S. Department of Health & Human Services (17 April 2013). Дата обращения: 27 августа 2013. Архивировано 6 октября 2014 года.
  326. Fantuzzo JW, Mohr WK (10 May 2020). “Prevalence and Effects of Child Exposure to Domestic Violence”. The Future of Children. 9 (3): 21—32. DOI:10.2307/1602779. JSTOR 1602779. PMID 10777998.
  327. Long-term expressive therapy and caregiver support improves emotional health of low-income children affected by trauma. Agency for Healthcare Research and Quality, U.S. Department of Health & Human Services (24 October 2013). Дата обращения: 10 июля 2013. Архивировано 1 февраля 2017 года.
  328. Sadeler, Christiane (1994). An ounce of prevention: the life stories and perceptions of men who sexually offended against children (MA thesis). Wilfrid Laurier University. OCLC 827990779. Архивировано из оригинала 2012-05-02. Неизвестный параметр |url-status= (справка)
  329. Jamie M. Ostrov, Stephanie A. Godlesky. Toward an Integrated Gender-Linked Model of Aggression Subtypes in Early and Middle Childhood. Psychological Review (2010, Vol.117, No.1, pp.233-242). — (на английском). Дата обращения: 14 мая 2010. Архивировано 25 апреля 2012 года.
  330. Мария Муньоз Канта. Домашнее насилие с точки зрения вашего ребенка. The Westchester Guardian (18 марта 2010). — (на английском). Дата обращения: 14 мая 2010. Архивировано 18 июня 2012 года.
  331. Damant, Dominique; Lapierre, Simon; Lebossé, Catherine; Thibault, Sylvie; Lessard, Geneviève; Hamelin-Brabant, Louise; Lavergne, Chantal; Fortin, Andrée (February 2010). “Women's abuse of their children in the context on domestic violence: reflection from women's accounts” (PDF). Child & Family Social Work. 15 (1): 12—21. DOI:10.1111/j.1365-2206.2009.00632.x. Архивировано из оригинала (PDF) 2016-02-05. Неизвестный параметр |url-status= (справка)
  332. Staff writer Domestic violence: statistics & facts. safehorizon.org. Safe Horizon. Дата обращения: 24 ноября 2014. Архивировано 24 ноября 2014 года.
  333. Lehmann, Peter John (1995). Children who witness mother-assault: an expander post-traumatic stress disorder conceptualization (MA thesis). Wilfrid Laurier University. ISBN 9780612018167. Архивировано из оригинала 2012-05-02. Неизвестный параметр |url-status= (справка)
  334. Schechter, Daniel S.; Willheim, Erica; McCaw, Jaime; Turner, J. Blake; Myers, Michael M.; Zeanah, Charles H. (December 2011). “The relationship of violent fathers, posttraumatically stressed mothers and symptomatic children in a preschool-age inner-city pediatrics clinic sample”. Journal of Interpersonal Violence. 26 (18): 3699—3719. DOI:10.1177/0886260511403747. PMID 22170456. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  335. 1 2 Jones III, Richard F.; Horan, Deborah L. (July 1997). “The American College of Obstetricians and Gynecologists: A decade of responding to violence against women”. International Journal of Gynecology & Obstetrics. 58 (1): 43—50. DOI:10.1016/S0020-7292(97)02863-4. PMID 9253665. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  336. Berrios, Daniel C.; Grady, Deborah (August 1991). “Domestic violence: risk factors and outcomes”. The Western Journal of Medicine. 155 (2): 133—135. PMC 1002942. PMID 1926841.
  337. Breiding, Matthew J. Intimate partner violence in the United States — 2010 / Matthew J. Breiding, Jieru Chen, Michele C. Black. — Atlanta, Georgia : National Center for Injury Prevention and Control of the Centers for Disease Control and Prevention, 2014.
  338. Middlebrooks, Jennifer S. The effects of childhood stress on health across the lifespan / Jennifer S. Middlebrooks, Natalie C. Audage. — Atlanta, Georgia : National Center for Injury Prevention and Control of the Centers for Disease Control and Prevention, 2008.
  339. Koss, Mary P.; Heslet, Lynette (September 1992). “Somatic consequences of violence against women”. Archives of Family Medicine. 1 (1): 53—59. DOI:10.1001/archfami.1.1.53. PMID 1341588.
  340. UNAIDS Data: AIDSinfo. unaids.org. UNAIDS (2011). Дата обращения: 4 марта 2013. Архивировано 5 марта 2013 года.
  341. 1 2 WHO. Violence against women and HIV/AIDS: critical intersections: intimate partner violence and HIV/AIDS. — Geneva, Switzerland : World Health Organization, November 2004. — ISBN Bulletin no. 1.
  342. UN Women Facts and figures: ending violence against women. unwomen.org. UN Women (October 2015). Архивировано 27 августа 2015 года.
  343. 1 2 Heintz, Adam J.; Melendez, Rita M. (February 2006). “Intimate partner violence and HIV/STD risk among lesbian, gay, bisexual, and transgender individuals”. Journal of Interpersonal Violence. 21 (2): 193—208. DOI:10.1177/0886260505282104. PMID 16368761. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  344. Barnett, Ola W. (2001). “Why battered women do not leave, part 2: external inhibiting factors — social support and internal inhibiting factors”. Trauma, Violence, & Abuse. 2 (1): 3—35. DOI:10.1177/1524838001002001001. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  345. Vitanza, Stephanie; Vogel, Laura C.M.; Marshall, Linda L. (Spring 1995). “Distress and symptoms of posttraumatic stress disorder in abused women”. Violence & Victims. 10 (1): 23—34. DOI:10.1891/0886-6708.10.1.23. PMID 8555116. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  346. Schechter, Daniel S.; Coates, Susan W.; Kaminer, Tammy; Coots, Tammy; Zeanah, Jr., Charles H.; Davies, Mark; Schonfeld, Irvin S.; Marshall, Randall D.; Liebowitz, Michael R.; Trabka, Kimberly A.; McCaw, Jaime E.; Myers, Michael M. (June 2008). “Distorted maternal mental representations and atypical behavior in a clinical sample of violence-exposed mothers and their toddlers”. Journal of Trauma & Dissociation. 9 (2): 123—147. DOI:10.1080/15299730802045666. PMC 2577290. PMID 18985165.
  347. 1 2 Domestic violence and housing. stopvaw.org. Stop Violence Against Women: a project of the Advocates for Human Rights (August 2013). Архивировано 2 октября 2015 года.
  348. 1 2 Domestic violence and homelessness. aclu.org. American Civil Liberties Union Women's Rights Project (2007). Архивировано 12 августа 2013 года.
  349. 1 2 Cage, Anthea (May 2007). “Occupational therapy with women and children survivors of domestic violence: are we fulfilling our activist heritage? A review of the literature”. British Journal of Occupational Therapy. 70 (5): 192—198. DOI:10.1177/030802260707000503. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  350. Helfrich, Christine A.; Rivera, Yesenia (April 2006). “Employment skills and domestic violence survivors: a shelter-based intervention”. Occupational Therapy in Mental Health. 22 (1): 33—48. DOI:10.1300/j004v22n01_03. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  351. 1 2 3 Meyer, Shannon; Carroll, Randall H. (May 2011). “When officers die: understanding deadly domestic violence calls for service”. The Police Chief. 78 (5): 24—27. Архивировано из оригинала September 6, 2015. Неизвестный параметр |url-status= (справка)
  352. Buzawa, Eva Schlesinger. Domestic violence: the criminal justice response / Eva Schlesinger Buzawa, Carl G. Buzawa. — Thousand Oaks, California : Sage, 2003. — ISBN 9780761924487.
  353. 1 2 Iliffe, Gillian; Steed, Lyndall G. (April 2000). “Exploring the counselor's experience of working with perpetrators and survivors of domestic violence”. Journal of Interpersonal Violence. 15 (4): 393—412. DOI:10.1177/088626000015004004. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  354. В.В.Мотов. Обзор Журнала Американской академии психиатрии и права, 2009, №2 (рус.) // Независимый психиатрический журнал : журнал. — Независимая психиатрическая ассоциация России, 2009. — 29 сентября (т. III, № 2). — С. 63—64. — ISSN 1028-8554. Архивировано 31 декабря 2010 года.
  355. Garner, Joel. Danger to police in domestic disturbances—a new look / Joel Garner, Elizabeth Clemmer. — Bureau of Justice Statistics, U.S. Department of Justice, 1986.
  356. Stanford, R.M.; Mowry, B.L. (December 1990). “Domestic disturbance danger rate”. Journal of Police Science and Administration. 17 (4): 244—249. Архивировано из оригинала 2015-12-22. Неизвестный параметр |url-status= (справка) Шаблон:Ncj
  357. Gerbert, Barbara; Caspers, Nona; Bronstone, Amy; Moe, James; Abercrombie, Priscilla (1999). “A qualitative analysis of how physicians with expertise in domestic violence approach the identification of victims”. Annals of Internal Medicine. 131 (8): 578—584. DOI:10.7326/0003-4819-131-8-199910190-00005. PMID 10523218. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  358. Boyle, Adrian; Robinson, S.; Atkinson, P. (January 2004). “A qualitative analysis of how physicians with expertise in domestic violence approach the identification of victims”. Emergency Medicine Journal. 21 (1): 9—13. DOI:10.1136/emj.2003.007591. PMC 1756378. PMID 14734366.
  359. Lawson, David M. (Winter 2003). “Incidence, explanations, and treatment of partner violence”. Journal of Counseling & Development. 81 (1): 19—32. DOI:10.1002/j.1556-6678.2003.tb00221.x.
  360. Campbell, Jacquelyn C. (September 2005). “Commentary on Websdale: lethality assessment approaches: reflections on their use and ways forward”. Violence Against Women. 11 (9): 1206—1213. DOI:10.1177/1077801205278860. PMID 16049107. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  361. Campbell, Jacquelyn C. (September 2001). “Safety planning based on lethality assessment for partners of batterers in intervention programs”. Journal of Aggression, Maltreatment & Trauma. 5 (2): 129–. DOI:10.1300/J146v05n02_08. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  362. Andrews, Donald A. The psychology of criminal conduct / Donald A. Andrews, James Bonta. — Cincinnati, Ohio : Anderson Publishing, 1994. — ISBN 9780870847110.
  363. Tharp, Andra Teten; Schumacher, Julie A.; Samper, Rita E.; McLeish, Alison C.; Coffey, Scott F. (March 2013). “Relative importance of emotional dysregulation, hostility, and impulsiveness in predicting intimate partner violence perpetrated by men in alcohol treatment”. Psychology of Women Quarterly. 37 (1): 51—60. DOI:10.1177/0361684312461138. PMC 3753816. PMID 23990693.
  364. 1 2 Augusta-Scott, Tod. Preparing Men to Help the Women They Abused Achieve Just Outcomes: A Restorative Approach // Innovations in Interventions to Address Intimate Partner Violence: Research and Practice. — New York : Routledge, 2017.
  365. McGinn, Tony; Taylor, Brian; McColgan, Mary; Lagdon, Susan (May 2015). “Survivor perspectives on IPV perpetrator interventions: a systematic narrative review”. Trauma, Violence, & Abuse. 17 (3): 239—255. DOI:10.1177/1524838015584358. PMID 25964277. Неизвестный параметр |s2cid= (справка)
  366. Staff writer app to help physicians screen for domestic abuse. mobihealthnews.com. Mobile Health News (20 October 2011). Дата обращения: 23 декабря 2011. Архивировано 20 декабря 2011 года.
  367. Staff writer The R3 app and reviews. itunes.apple.com. iTunes (11 February 2012). Дата обращения: 25 июня 2012. Архивировано 26 мая 2013 года.
  368. Staff writer Conceptual framework. d.umn.edu. University of Minnesota Duluth. Архивировано 12 мая 2013 года.
  369. Staff writer History. theduluthmodel.org. Domestic Abuse Intervention Programs. Архивировано 28 июля 2011 года.
  370. 1 2 3 4 5 WHO. Preventing intimate partner and sexual violence against women: taking action and generating evidence. — Geneva, Switzerland : World Health Organization.
  371. UN Women. Supplement to the handbook for legislation on violence against women: "harmful practices" against women. — New York : UN Women, 2012.
  372. Staff writer Prevent domestic violence in your community. cdc.gov. Centers for Disease Control and Prevention (2015). Архивировано 3 октября 2015 года.
  373. Dept. for Health. Responding to domestic abuse: a handbook for health professionals. — London, UK : Department of Health, 2005.
  374. Doss, Eric Sustainable Development Goal 16 (англ.)  (неопр.) ?. United Nations and the Rule of Law. Дата обращения: 25 сентября 2020.
  375. 1 2 UN, EU Launch Spotlight Initiative for Central Asia, Afghanistan to Support Women.
  376. van Wormer K. Restorative Justice as Social Justice for Victims of Gendered Violence: A Standpoint Feminist Perspective (англ.). — Social Work, 2009. — April (vol. 54, iss. 2). — P. 107—115. — PMID 19366159.
  377. Законопроект об усилении защиты жертв, предотвращении и пресечении насилия в отношении женщин (фр.). Национальная ассамблея Франции (27 novembre 2009). Дата обращения: 20 сентября 2018. Архивировано 25 апреля 2012 года.
  378. S.Erlanger. France May Make Mental Violence a Crime (англ.). The New York Times (25 February 2010). Дата обращения: 15 мая 2010. Архивировано 25 апреля 2012 года.
  379. Ukraine: Domestic Violence - Blaming the Victim (недоступная ссылка). Аmnesty International, AI Index: EUR 50/005/2006 (21 ноября 2006). — (на английском). Дата обращения: 15 мая 2010. Архивировано 10 сентября 2008 года.
  380. Александра Елиференко. Семейное насилие — почему закон не помогает? (недоступная ссылка). Проект "Открытый Кыргызстан" (16 сентября 2008). Дата обращения: 15 мая 2010. Архивировано 25 апреля 2012 года.
  381. Семейных дебоширов выселят (недоступная ссылка). Дата обращения: 26 апреля 2016. Архивировано 13 мая 2016 года.
  382. 1 2 Пятая по счету профилактическая акция «Дом без насилия» стартовала в Беларуси (недоступная ссылка). Дата обращения: 26 апреля 2016. Архивировано 20 апреля 2016 года.
  383. Рада ввела уголовную ответственность за домашнее насилие. Obozrevatel UA (6 декабря 2017). Дата обращения: 20 сентября 2018.
  384. Бочкарева Е.В. Специальная виктимологическая профилактика насильственной преступности в семейно-бытовой сфере // Журнал «Союз криминалистов и криминологов». — 2019. — Январь (№ 1). — С. 33—38. — ISSN 2310-8681.
  385. Кто и почему выступает против закона о домашнем насилии // РИА Новости, 08.12.2019.
  386. Федеральная служба государственной статистики. Правонарушения / Кузьмичева Л. Б. // Женщины и мужчины России : Cтатистический сборник / Бугакова Н. С., Воронина И. В., Максимова М. В.. — М. : Росстат, 2018. — С. 241. — 218 с. — ББК 65.051.5(2Рос). — УДК 31:[055.2+055.1(470)(G)]. — ISBN 978-5-89476-459-7.
  387. The silent nightmare of domestic violence in Russia. www.bbc.com (1 марта 2013). Дата обращения: 5 февраля 2017.
  388. Gabriela Baczynska. Victims of domestic violence face uphill battle for protection in Russia. Reuters (20 августа 2013). Дата обращения: 20 февраля 2017.
  389. Mariya Rasner. Russian Women Struggle to Survive Domestic Violence. We-News (10 марта 2005). Дата обращения: 20 февраля 2017.
  390. Пятый периодический доклад Российской Федерации. — Комитет по ликвидации дискриминации в отношении женщин ООН, 1999.
  391. Russia - Country of Concern (англ.). GOV.UK. Дата обращения: 25 декабря 2019.
  392. Светлана Моисеева. Закон «о семейно-бытовом насилии» — психологическое насилие над Россией // ИА REGNUM, 14.11.2019.
  393. 405 заседание Совета Федерации [Видео]. Москва: Совет Федерации. (1 февраля 2017). Время от начала источника: 4:45:30.
  394. Жертв домашнего насилия защитят от обидчиков законом. Право RU (11 января 2018).

ЛитератураПравить

СсылкиПравить