Жизнь и судьба

(перенаправлено с «Жизнь и судьба (роман)»)

«Жизнь и судьба» — роман-эпопея Василия Гроссмана о событиях Великой Отечественной войны, написанный в 1950—1959 годах. Завершает дилогию, начатую романом «За правое дело» (1952, издан в 1954). В отличие от первой части, соответствующей канонам соцреализма, вторая часть написана после смерти Сталина и содержит резкую критику сталинизма. В СССР первая публикация состоялась во время перестройки, в 1988 году. Наиболее полная редакция увидела свет в 1990 году.

Жизнь и судьба
Обложка первого издания
Обложка первого издания
Жанр роман-эпопея
Автор Василий Семёнович Гроссман
Язык оригинала русский
Дата написания 1959
Дата первой публикации 1980
Издательство L’Age Homme
Предыдущее За правое дело[d]

СодержаниеПравить

Действие романа охватывает период Сталинградской битвы, с сентября 1942 по февраль 1943 года. Сталинградская битва находится в центре сюжета романа, в котором множество героев, чьи судьбы лишь частично связаны между собой. Связующим стержнем романа является семья Шапошниковых, судьбы их родственников и знакомых.

Александра Владимировна Шапошникова до революции окончила по естественному отделению Высшие женские курсы. После смерти мужа она одно время была учительницей, затем работала химиком в бактериологическом институте, а затем заведовала лабораторией по охране труда.
У Александры Владимировны три дочери (Людмила, Маруся и Женя) и сын Дмитрий (Митя).

Сын Людмилы от первого мужа — Толя — погиб на фронте в 1942 году. Первый муж бросил её с грудным ребёнком, запретив дать Толе фамилию Абарчук. Сам Абарчук был арестован во время террора 1937-38 годов и позже убит в лагере одним из уголовников. Второй муж Людмилы — Виктор Штрум, еврей — физик-теоретик, доктор наук и член-корреспондент АН СССР, совершил крупное открытие, но подвергается в институте антисемитским гонениям. Дочь Людмилы и Виктора — Надя — живёт с родителями. Мать Виктора погибает в Бердичеве при массовом расстреле евреев (так же, как погибла мать самого Василия Гроссмана в его родном Бердичеве[1]).

Маруся погибает во время боев за Сталинград и там остаются её муж и дочь Вера. Вера работает в госпитале, знакомится с раненым лётчиком Викторовым. После выписки Викторова отправляют на фронт, молодые люди даже не успевают попрощаться. Вскоре Викторов героически погибает в воздушном бою.

Женя уходит от своего первого мужа Николая Крымова из-за его непробиваемой партийности в период раскулачивания. Женя влюбляется в офицера-танкиста Новикова. Впоследствии, когда Крымова арестовывают, она носит ему передачи на Лубянку.

Дмитрий Шапошников и его жена Ида арестованы во время террора 1937-38 годов. Их сын Серёжа почти всю свою жизнь живёт с бабушкой, потом воюет в Сталинграде.

Другой связующей сюжетной линией романа являются судьбы старого большевика Мостовского, военного врача Левинтон и водителя Семёнова, которые вместе попали в немецкий плен в начале Сталинградской битвы.

Семёнова отправляют в сборный лагерь военнопленных, а затем, умирающего от голода, везут в эшелоне на запад, но на одной из станций на Украине его пожалел и освободил немецкий комендант. Семёнов с трудом добрался до ближайшей деревни, где его спасла украинская крестьянка.

Мостовского отправляют в концентрационный лагерь, где высокопоставленный чин РСХА Лисс заводит с ним разговор о том, что у Мостовского нет оснований ненавидеть нацизм, поскольку Гитлер лишь учился у Сталина и «кто на нас смотрит с ужасом, тот и на вас смотрит с ужасом». Мостовской не может это принять, его страшат такие мысли, но он так же, как Крымов, не может не думать о том, насколько реальность сталинского государства, становящегося все более и более националистическим, отличается от революционных идеалов, которым Мостовской и Крымов были верны с молодости. В конце романа Крымов, находящийся под следствием по доносу о знакомстве с Троцким, прекращает попытки примириться с перерождением советской системы и открыто обвиняет посадивших его в предательстве идей большевизма.

Левинтон как еврейку отправляют вместе с другими евреями в лагерь смерти, где она погибает в газовой камере.

Методично и безжалостно осуществляемый нацистами и их пособниками геноцид евреев, холокост, является одной из главных тем романа. В романе также неоднократно упоминаются сталинский террор 1937-38 годов, раскулачивание, массовый голод на Украине в 1933 г. Гроссман сопоставляет эти события и рассуждает об ответственности простого человека, вовлеченного тоталитарным государством в такие кампании. Гроссман утверждает, что у человека всегда есть выбор, даже если это выбор между соучастием в уничтожении других людей и собственной смертью. Именно такой выбор делает заключённый в концлагерь толстовец Иконников, отказавшийся работать на постройке газовой камеры.

Другой основной темой романа является противостояние природной доброты человека и внушаемой ему государством ненависти к врагам. Гроссман описывает, как советский разведчик Климов и немецкий солдат, обнаружив, что они укрылись от артобстрела в одной снарядной воронке, не стали убивать друг друга, как немецкий комендант, пожалев, освободил Семёнова, как немцы, которые во время своего победного наступления относились к русским как к «унтерменшам», попав в окружение в развалинах разрушенного ими Сталинграда, голодая и замерзая, начинают видеть в таких же голодающих и замерзающих жителях города людей, подобных себе, как жительница освобождённого Сталинграда, наблюдающая за тем, как немецкие пленные достают тела из подвала бывшего здания гестапо и готовая растерзать пленных, неожиданно для себя самой суёт немецкому офицеру кусок хлеба.

История публикацииПравить

Обсуждение романа на редколлегии журнала «Новый мир»[уточнить] состоялось 19 декабря 1960 года. Его признали «антисоветским»[2][3]. Рукопись и машинописные экземпляры были изъяты у писателя 14 февраля следующего года.

В начале 1961 года все экземпляры рукописи были конфискованы Комитетом государственной безопасности в результате обыска, произведённого у писателя. Согласно ряду источников, произошло это после того, как главный редактор журнала «Знамя» Вадим Кожевников, которому Гроссман принёс для ознакомления рукопись романа, передал её в ЦК КПСС (по другим данным — в КГБ)[4][5][6][7][8][2][9][10].Широко бытующая версия о том,что Вадим Кожевников передал свой экземпляр в КГБ, не имеет никаких документальных и свидетельских доказательств. При этом, дочь Вадима Кожевникова, Надежда Кожевникова, отрицает передачу её отцом информации о романе в «карательные органы», и считает, что «…рукопись такого объёма, да ещё со столь опасными прозрениями, параллелями Гитлер-Сталин, фашизм-коммунизм — должна была быть направлена в ЦК, в идеологический сектор» в любом случае[11]. А. И. Солженицын, знавший историю журнала «Новый мир» из первых рук, писал в книге «Бодался телёнок с дубом», — «Я помню, как роман Гроссмана забрали именно из новомировского сейфа».

Через 9 дней Гроссман обратился с письмом к Н. С. Хрущёву, в котором просил разъяснить судьбу книги. В ответ Михаил Суслов пригласил автора на беседу в ЦК. Гроссману было заявлено, что книга печататься не будет[2][3].

Сохранившаяся у поэта Семёна Липкина копия романа в середине 1970-х годов, уже после смерти писателя, с помощью А. Д. Сахарова, Б. Окуджавы и В. Н. Войновича была вывезена на Запад и впервые опубликована в Швейцарии в 1980 году[12].

В СССР роман был опубликован только во времена горбачевской Перестройки.

ОценкиПравить

Друг Гроссмана Семён Липкин так описал свои впечатления от прочтения рукописи романа[13]:

Не сразу понял я, читая книгу, что иной связью, куда более сложной, чем я думал раньше, связаны жизнь и судьба. Эта связь непостижна нашему разуму. Судьбу не изменишь, её рождает жизнь, а жизнь есть Бог. И напрасно писатели, философы, политики гадают, что было бы с Россией, если бы умнее был царь Николай, серьезней и деятельней Керенский. Все это пустые разговоры. Путём, ей определенным, пошла Россия, и на этом пути, как светильники надежды, светятся Березкин, Греков, Штрум, Ершов, Левинтон, Иконников. Я не знаю, возможно ли Царство Божие на земле, но твердо знаю, что Царство Божие есть в нас. Поэтому мы сильнее зла, Россия сильнее зла.

«Гроссман вывел для себя моральную тождественность немецкого национал-социализма и советского коммунизма», — писал Александр Солженицын. Роман перекликается названием и структурой с толстовской эпопеей «Война и мир». В 2007 г. американская деловая газета Wall Street Journal назвала роман «Жизнь и судьба» одной из величайших книг двадцатого столетия[14].

Игорь Шафаревич:

 ... И звучит ответ, уже давно заготовленный, но сейчас внедряемый мощью средств массовой информации: причина в русской традиции, русской истории, русском национальном характере (как у Гроссмана). Тут Россия предстаѐт даже злой силой, загубившей западные (марксистские?) идеи (растворила, «как царская водка» по Гроссману), «идея социализма, пришедшая к нам с Запада, пала на глухую, придавленную вековыми традициями рабства почву». Россия «дискредитировала сами идеи социализма». Не даром возникший у нас строй называют то «социализмом» (в кавычках), то псевдосоциализмом. «Разве вяжутся с социализмом тюремная организация производства и жизни, отчуждение, крепостное право в деревне?» Да почему же не вяжутся? Наш строй до парадоксальных подробностей совпадает с картинами будущего социалистического общества, кто бы их ни рисовал. Даже посылка горожан в деревню на уборочную была предусмотрена — именно так «классики» представляли себе «преодоление противоречия между физическим и умственным трудом» 

АдаптацииПравить

ПримечанияПравить

  1. «…Ты будешь жить в той книге, которую я посвятил тебе»
  2. 1 2 3 Семён Липкин, Анна Берзер // "Жизнь и судьба Василия Гроссмана", "Прощание". — М.: «Книга», 1990.
  3. 1 2 «Декабрьские хроники» // Газета «30 октября», № 100, 2010, с. 12.
  4. Вольфганг Казак. Лексикон русской литературы XX века = Lexikon der russischen Literatur ab 1917. — М.: Культура, 1996. — С. 191. — 491 с. — ISBN 5-83334-0019-В.
  5. 1 2 Галина Юзефович. Вспомнить все. itogi.ru (№40 (3.10.11)). Дата обращения: 26 октября 2012.
  6. Владимир Войнович. [www.pseudology.org/Kojevnikov/Kojevnikov_Voinovich.htm Крупный государственный деятель и большой писатель] (1985). Дата обращения: 26 октября 2012. Архивировано 20 ноября 2012 года.
  7. Юрий Арабов. Однажды в “Знамени”.... «Знамя» (1 ноября 2001). Дата обращения: 26 октября 2012.
  8. Жестокий роман. Досье. Ъ-Огонек. Дата обращения: 26 октября 2012.
  9. Анатолий Бочаров. Василий Гроссман: Жизнь, творчество, судьба. — М.: Советский писатель, 1990.
  10. Вячеслав Огрызко. Кто запрещал Гроссмана. Писателя погубили не спецслужбы, а коллеги-завистники (недоступная ссылка). Литературная Россия (№ 42, 19.10.2012). Дата обращения: 26 октября 2012. Архивировано 20 ноября 2012 года.
  11. Надежда Кожевникова. Ничего нового. «Чайка», Номер 12 (191) (16 июня 2011). Дата обращения: 26 октября 2012. Архивировано 20 ноября 2012 года.
  12. История рукописи (итал.)
  13. Жизнь и судьба Василия Гроссмана. М., 1990
  14. Объявлен наследник Толстого
  15. Информация о спектакле на сайте МДТ
  16. Кан, Александр. Роман Гроссмана возглавил список бестселлеров в Британии. Русская служба Би-би-си (22 сентября 2011). Дата обращения: 9 октября 2011. Архивировано 5 февраля 2012 года.

СсылкиПравить