Открыть главное меню

Жираф (стихотворение)

«Жира́ф» — стихотворение Николая Гумилёва, написанное в 1907 году. Впервые опубликовано в книге «Романтические цветы» (1908). Первое издание посвящено Анне Андреевне Горенко[1].

Жираф
Жанр стихотворение
Автор Николай Гумилёв
Дата написания 1907
Дата первой публикации 1908
Логотип Викитеки Текст произведения в Викитеке

ИсторияПравить

Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд,
И руки особенно тонки, колени обняв.
Послушай: далёко, далёко, на озере Чад
Изысканный бродит жираф.

Ему грациозная стройность и нега дана,
И шкуру его украшает волшебный узор,
С которым равняться осмелится только луна,
Дробясь и качаясь на влаге широких озёр.

Отрывок из стихотворения

Идея отправиться в Африку возникла у Гумилёва после неудачных попыток завоевать сердце Анны Ахматовой: в 1907 году он дважды делал ей предложение и в обоих случаях получал отказ[2]. Многое в том путешествии поразило поэта: встречи с пилигримами, задержание полицией в Трувилле за безбилетный проезд на пароходе, экзотическая еда[3]. В какой-то момент, пресытившись новыми впечатлениями, Гумилёв признался[4]:

 Я устал от Каира, от солнца, туземцев, европейцев, декоративных жирафов и злых обезьян[5]. 
 
Николай Гумилёв в Африке

Тем не менее после возвращения на родину, когда душевный кризис был в основном преодолён[6], упомянутые «декоративные жирафы» начали периодически появляться в стихах Гумилёва; тогда же возникла постоянная героиня — «печальная, углублённая в себя, таинственная» женщина[7].

В сборнике «Романтические цветы», изданном в Париже, было указано: «Посвящается Анне Андреевне Горенко». На первом листе подаренного Анне Горенко экземпляра этой книги сохранилась надпись Гумилёва: «Моей прелестной царице и невесте как предсвадебный подарок предлагаю эту книгу»[8].

Литературный анализПравить

По мнению литературоведа Павла Фокина, герой искренне пытается отвлечь свою подругу от печальных мыслей. Однако «её он любит не больше, чем свои сказки». Она же слышит в словах рассказчика не столько утешение, сколько укор: «Но ты слишком долго вдыхала тяжёлый туман, / Ты верить не хочешь во что-нибудь, кроме дождя». Этим стихотворением Гумилёв во многом предопределил дальнейшие отношения с любимой, убеждён Фокин: она и впредь будет отстраняться от его историй о приключениях в неведомых странах[9].

 
Африканский рисунок Гумилёва. Из коллекции П. Н. Лукницкого

Литературовед Игорь Сухих, обративший внимание на отсутствие подробного портрета героини (есть лишь упоминание про тонкие руки, обнявшие колени), угадывает в «Жирафе» скрытую драму; все попытки рассказчика понять настроение женщины тщетны; герой беспомощен перед её слезами[10]:

 На смену бесстрашному путешественнику приходит робкий влюблённый, с трудом понимающий женскую душу, но с достоинством принимающий своё поражение. 

Стихотворение строится на контрасте; лаконичный образ героини противопоставлен действию, параллельно развивающемуся в «африканской части». Так, если её взгляд «особенно грустен», то в противовес создаётся картина «радостного птичьего полёта». Стремление женщины «обнять колени» и отгородиться, уйти в свои переживания наталкивается на «развёрнутый антитетический ряд». В то же время ей присуща та изысканность, которая является основной характеристикой и сказочного жирафа[7].

Филолог Д. В. Соколова разделяет структуру стихотворения на две части: одна из них представлена конкретными образами, включающими озеро Чад, мраморный грот и стройные пальмы; другая — абстрактная — связана с повествованием о сложных взаимоотношениях героя и героини[11].

Отзывы и рецензииПравить

В первые годы после выхода «Романтических цветов» отзывы о включённых в сборник стихах были разноречивыми. Если Валерий Брюсов назвал их «красивыми, изящными и по больше части интересными по форме» (с оговоркой, что это всего лишь «ученическая книга»)[12], то газета «Царскосельское дело» и журнал «Русская мысль» дали весьма язвительную оценку творчеству Гумилёва.

Появление этих рецензий позволило Ахматовой впоследствии говорить о «явной травле со стороны озверелых царскоселов»[13]; в архиве литературного критика Николая Пунина сохранилась запись о том, что Гумилёв многих пугал своим стремлением к экзотике — «жирафами, попугаями, озером Чад, странными рифмами, дикими мыслями»[14]:

 Он пугал… но не потому, что хотел пугать, а от того, что сам был напуган бесконечной игрой воображения в глухие ночи, среди морей, на фрегатах, с Лаперузом, да Гамой, Колумбом. 

В весьма подробном анализе сборника, сделанном критиком Андреем Левинсоном (1909), указывалось, что «поэтический мирок» автора уходит корнями во французскую поэзию, а стихотворение «Жираф» («Озеро Чад») не способно увлечь ни читателя, ни его героиню[15].

 
Анна Ахматова. Портрет Натана Альтмана

Публицист Иванов-Разумник через двенадцать лет после выхода стихотворения с ехидством замечал, что в ту пору, когда мир сотрясается от глобальных событий, «по садам российской словесности размеренным шагом „изысканный бродит жираф“»[16]. Определённая ироничность по отношению к этому стихотворению и его автору сохранялась достаточно долго: так, сын Корнея Чуковского Николай рассказывал в книге воспоминаний со ссылкой на отца, что в редколлегии «Всемирной литературы» Гумилёва за глаза называли «изысканным жирафом»[17].

Писатель Юрий Либединский вспоминал об оценке, которую дал стихотворению Сергей Есенин. Строчка «И руки особенно тонки, колени обняв», по словам Есенина, была написана с «прямым нарушением грамматики», однако отступление от литературной нормы не разрушило структуру стиха, а, напротив, стало демонстрацией мастерства автора: «„обнявшие колени“ — ничего не видно, а „колени обняв“ — сразу видишь позу»[18].

Сочувственным поэтическим откликом на африканское путешествие поэта и его поэтическое подношение возлюбленной была «Баллада о Гумилёве», написанная его ученицей Ириной Одоевцевой[19]. Нина Краснова признавалась, что её знакомство с лирикой Гумилёва началось с «Жирафа»; и мелодия стиха, и его ритм, и даже неточный синтаксис в строке про тонкие руки показались поэтессе восхитительными[20]:

 В этой фразе чувствуется излом линии тонких рук, который поэт передал изломом фразы, как это потом сделал Альтман в портрете Анны Ахматовой, в импрессионистическо-кубизмовом стиле. 

Журналист Дмитрий Шеваров рассказывал, что когда в его студенческие годы однажды зазвучал переложенный на музыку «Жираф», в зале возникла небывалая тишина. Это сочетание музыки, жирафа и сидевшей рядом девушки стало для него на много лет самым светлым воспоминанием. Что-то очень важное в нашей жизни началось с этого стихотворения Гумилёва, отметил Шеваров[21].

МузыкаПравить

Песни и мелодекламации на эти слова, с различными мелодиями, записали группа «Квартал», Петр Налич, Валерий Леонтьев, Елена Ваенга, Вячеслав Хрипко, Павел Морозов, Валерий Абаров, Макс Фривинг, проект «Утопический блюз», Елена Нехаева, Брендон Стоун и многие другие[22].

ПримечанияПравить

  1. Гумилёв Н. С. Стихотворения и поэмы. — М.: Профиздат, 1996. — С. 305-307. — 336 с. — (Поэзия XX века). — ISBN 5-255-00499-5.
  2. Павел Фокин. Конквистадор русской поэзии // Гумилёв Н. С. «Я конквистадор в панцире железном...». — М.: Детская литература, 2004. — С. 11-12. — 315 с. — ISBN 5-08-004127-7.
  3. Мария Райкис. Гумилёв-путешественник // Слово\Word. — 2005. — № 48/49.
  4. Майкл Баскер. «Далёкое озеро Чад» Николая Гумилёва // Гумилёвские чтения: материалы международной конференции филологов-славистов. — Санкт-Петербургский гуманитарный университет профсоюзов и Музей А. Ахматовой в Фонтанном Доме, 15-17 апреля 1996 г.. — С. 125–137.
  5. Гумилёв Н. С. Сочинения: В 3 томах. — СПб: Санкт-Петербургский гуманитарный университет профсоюзов и Музей А. Ахматовой в Фонтанном Доме, 1991. — Т. 2. — С. 253.
  6. Павел Фокин. Конквистадор русской поэзии // Гумилёв Н. С. «Я конквистадор в панцире железном...». — М.: Детская литература, 2004. — С. 13. — 315 с.
  7. 1 2 Инга Видугирите. Стихотворение «Жираф» и африканская тема Н. Гумилёва // LITERATŪRA. — Вильнюсский университет. — ISBN 0258–0802.
  8. И. П. Сиротинская. Моей прелестной царице… // Встречи с прошлым : Сборник материалов Российского государственного архива литературы и искусства. — М., 1996. — Вып. 8. — С. 310–321.
  9. Павел Фокин. Конквистадор русской поэзии // Гумилёв Н. С. «Я конквистадор в панцире железном...». — М.: Детская литература, 2004. — С. 25-26. — 315 с. — ISBN 5-08-004127-7.
  10. Игорь Сухих. Русская литература. XX век // Звезда. — 2008. — № 10.
  11. [1] // Д. В. Соколова Вестник Московского университета. Серия 9. Филология. — 2006. — № 1. — С. 129–137.
  12. И. Панкеев. «Высокое косноязычье...» // Николай Гумилёв. Стихотворения и поэмы. — М.: Профиздат, 1991. — С. 14. — 336 с. — (Поэзия XX века). — ISBN 5-255-00499-5.
  13. Гумилев Н. Избранное, литературно-биографическая хроника И. А. Панкеева. — М.: Просвещение, 1991. — 384 с. — ISBN 5-09-003217-3.
  14. Вера Лукницкая. Материалы к биографии Н. Гумилёва // Н. Гумилёв. Стихи. Поэмы. — Мерани, 1989.
  15. Андрей Левинсон. Гумилёв. Романтические цветы // Современный мир. — 1909. — № 7. — С. 188 - 191.
  16. Иванов-Разумник. Изысканный жираф // Знамя. — 1920. — № 3-4.
  17. Николай Чуковский. Литературные воспоминания. — М.: Советский писатель, 1989. — 336 с. — ISBN 5-265-00668-0.
  18. Либединский Ю. Н. Мои встречи с Есениным // Современники. — М.: Советский писатель, 1958.
  19. Ирина Одоевцева о Николае Гумилёве. Старое Радио Podcast (3 сентября 1967). Дата обращения 6 декабря 2014.
  20. Нина Краснова. Гумилёв // Наша улица. — 2008. — № 107 (10).
  21. Дмитрий Шеваров. Жираф под снегом // Российская газета. — 2013. — № 28 ноября.
  22. группа «Квартал». Песни на стихи Николая Гумилёва. Жираф.. gumilev.ru. Дата обращения 4 июля 2018.