Открыть главное меню

Иерото́пия (др.-греч. ἱερός — священный и др.-греч. τόπος — место, пространство) — это создание конкретных сакральных пространств, рассматриваемое как особый вид творческой деятельности, а также специальная область историко-культурных исследований, в которой выявляются и анализируются примеры данного творчества[1]. Результатом иеротопического творчества как правило являются церкви[2][3] и святилища[4], но могут быть также сакральные ландшафты[5], архитектурные комплексы[6], и даже города[7] и страны[8].

Концепция иеротопии и сам термин были предложены Алексеем Лидовым в 2002 году. Иеротопия как раздел гуманитарного знания находится на стыках традиционных дисциплин истории искусства, археологии, культурной антропологии, этнологии, религиоведения, однако не совпадает ни с одной из них и имеет собственный предмет и методологию. Речь идет не об общем изучении сакрального, чему посвящены работы Мирча Элиаде, Рудольфа Отто, Павла Флоренского и других, а об исторически конкретной деятельности людей по созданию среды общения с высшим миром. Иеротопия может включать и мистическую компоненту, но прежде всего это процесс осознанного творчества, формирования сакрального пространства при помощи архитектуры, изображений, обрядов, света, запахов и иных медиа.

При помощи понятия иеротопия, предметы сакрального искусства, «пребывающие ныне в состоянии музейной разобщенности, вновь собираются в своем времени и в своем месте» [9]. В рамках иеротопического подхода иконы и другие произведения сакрального искусства рассматриваются не как изолированные предметы, а как компоненты иеротопических проектов в их художественной и концептуальной целостности и временном развитии. Темы иеротопических исследований разнообразны и могут включать столь различные предметы, как роль света в церковной архитектуре[10], религиозные церемонии и праздники[11], народные традиции[12], сопоставление иеротопических моделей разных культур[13][14].

Иеротопии было посвящено 5 международных симпозиумов.

Пространственные иконыПравить

Пространственная икона – это образ, возникающий при восприятии конкретного сакрального пространства (например, храма или святилища) как целого и порождаемый всей совокупностью его символических и образных компонент[1][15][16]. Подобно обычной иконе, она выполняет в сознании верующего функцию связующего звена между земной реальностью и горним миром. В отличие от обычной иконы, в ней нет фиксированного изображения. Её образ разворачивается в пространстве и воплощён в многообразии пластических форм, определяющих сакральное пространство[1]. В формировании пространственной иконы могут участвовать как неподвижные элементы: архитектура, настенные росписи, обычные иконы и литургическая утварь, так и принципиально подвижные формы: динамика богослужения, драматургия световозжиганий и естественного света[17], а также среда запахов. Каждый христианский храм может быть рассмотрен как пространственная икона, при этом чудотворные иконы и реликвии часто играют центральную роль[18].

Многие сакральные ландшафты разных религий были задуманы и реализованы как пространственные иконы [5]. В христианской традиции яркие примеры находим в многочисленных «Новых Иерусалимах»[19] — архитектурно-ландшафтных образах Святой Земли, включая наиболее масштабный из них Новый Иерусалим на р. Истра под Москвой, который в середине XVII в. был задуман патриархом Никоном и царем Алексеем Михайловичем[6][20] как русская Палестина, пространственная икона Святой Земли. Пространственные иконы во многих случаях имели конкретных творцов[21][22][23].

Термин «пространственная икона» используется также для характеристики массовых сакральных действий и обрядов, например, т. наз. «вторничного действа» с иконой Одигитрии в Константинополе XII—XV вв.[16] и «шествия на осляти» в средневековой Москве[24]. Важная особенность таких пространственных икон — их перформативность и динамика. Они формировались живым человеческим участием и восприятием, а матрицей пространственной иконы становился сам город.

В. В. Лепахин предложил термин «иконотопос», близкий как по содержанию, так и по этимологии, к пространственной иконе. Иконотопос – это сакрализованное человеком пространство, мыслимое как икона. Например, средневековая Москва рассматривалась как иконотопос (пространственная икона) Иерусалима. Рассматривая сакральную структуру древнерусских городов, В. В. Лепахин выделяет иерархию иконотопосов: алтарь -> храм -> детинец/кремль -> город -> Святая Русь -> Небесный Иерусалим [25].

Перенесение сакральных пространствПравить

Перенесение (воспроизведение) сакрального пространства является распространенной формой иеротопического творчества. Во многих случаях первоначальное сакральное пространство возникало в результате иерофании, то есть воспринималось как освященное божественным знамением или чудом. Это первичное сакральное пространство осознанно воспроизводилось в процессе иеротопического творчества и присутствовало во вновь созданном святилище или храме в виде пространственной иконы. Например, в библейской истории строительство первого Храма можно рассматривать как воспроизведение сакрального пространства Скинии Завета. С другой стороны, первый Храм может рассматриваться как первообраз в иеротопии христианских храмов. В христианской традиции и Востока и Запада известны многочисленные воспроизведения «новых иерусалимов», призванные установить связь с пространством Святой Земли, особенно с местом, где произошли спасительные страдания и чудесное воскресение Иисуса Христа[26]. Сакральное пространство Гроба Господня воспроизводится в алтаре любой христианской церкви.

Образы-парадигмыПравить

При анализе создания и восприятия сакральных пространств используется понятие образа-парадигмы[27]. Образ-парадигма - это смысловой стержень иеротопического проекта, средство коммуникации между творцами сакральных пространств и их зрителями. Не являясь ни плоским изображением ни скульптурой, этот образ-видение создавался в пространстве храма или святилища с намерением вызвать тот же образ в сознании наблюдателя-участника. В отличие от художественного образа, образ-парадигма порождается не конкретным произведением искусства, а религиозной традицией в целом. Важным примером образа-парадигмы в христианстве является образ Небесного Иерусалима, который присутствовал в любой византийской церкви, хотя как правило не был непосредственно изображен[28].

Обсуждение, использование и критика терминаПравить

В дискуссиях отмечается, что иеротопические понятия не нацелены на создание теоретических схем, а служат описанию живых культурных явлений в их первоначальном назначении и переживании [9]. Указывается, что если сам феномен сакрального пространства известен науке, то иеротопия фокусируется на механизмах его формирования [29]. Высказываются возражения против объединения термином «иеротопия» двух понятий: создания сакральных пространств и науки о нём. Р. М. Шукуров предложил называть «иеротопией» именно создание сакральных пространств, а соответствующий раздел науки называть «иеротопикой» [29]. И. П. Давыдов, напротив, рассматривает иеротопию именно как науку, но предлагает использовать данный термин для феноменологического описания сакральных пространств, в то время как термин «иеротопика» он предлагает использовать для анализа теоретических и философских аспектов [30]. С.В. Заграевский, проведя анализ методологии и областей применения иеротопии, выразил сомнения в ее научной обоснованности и практической ценности, сочтя ее лишь терминологической надстройкой[31].

Дискутируется вопрос о границах исследовательского поля в рамках иеротопического подхода. Высказывалось мнение, что понятие иеротопии, возникшее в контексте медиевистических исследований, предназначено в первую очередь для анализа «безвидных» образов средневекового сакрального искусства [32], и что его использование в других сферах следует как-то ограничить или оговорить[9]. Однако на практике понятие «иеротопия» используется многими авторами в расширительном смысле: например, для характеристики культурных ландшафтов [33] мифопоэтических и сакральных пространственных образов в художественной литературе [34][35][36], а также для описания аспектов сакрального в протестантской культуре[37][38].

ПримечанияПравить

  1. 1 2 3 Гл. 1. Иеротопия. Создание сакральных пространств как вид творчества и предмет исторического исследования // Лидов А. М. Иеротопия. Пространственные иконы и образы-парадигмы в византийской культуре. М., «Феория», 2009. С. 11-38.
  2. Грибунина Н. Г. Иеротопия новозаветного храма в контексте христианского культового действа // Вопросы культурологии: Научно-практический и методический журнал, 2008, №8, с.56-59.
  3. Демчук Р. В. София Киевская как иеротопический проект. // Храм Софii у символичному просторi Русi-Украіни. Киів 2008
  4. Селезнёв А. Г. Исламские культовые комплексы астана в Сибири как иеротопии: сакральные пространства и религиозная идентичность. // Вестник археологии, антропологии и этнографии. 2013. №2 (21). С. 111 Архивная копия от 2 апреля 2015 на Wayback Machine
  5. 1 2 Sh. Tsuji. Creating an Iconic Space. The transformation of Narrative Landscape. // сб. «Пространственные иконы. Перформативное в Византии и Древней Руси». М.: «Индрик», 2011. С. 627-642.
  6. 1 2 Зеленская Г. М. Новый Иерусалим под Москвой. Аспекты замысла и новые открытия // Новые Иерусалимы. Иеротопия и иконография сакральных пространств. М.: «Индрик», 2009. С. 745—773.
  7. Кириченко Е. И. Храм и город. О содержательно-структурном единстве русского сакрального пространства. // Иеротопия. Сравнительные исследования сакральных пространств. М.: «Индрик», 2009, с. 292-322
  8. Петрухин В. Я. Иеротопия Русской земли и начальное летописание. // Иеротопия. Создание сакральных пространств в Византии и Древней Руси. М., 2006
  9. 1 2 3 Соколов М. Н. Рецензия на книгу А. М. Лидова. // Искусствознание. 2011. 4.
  10. Годованец А. Ю. Икона из света в пространстве Св. Софии Константинопольской. // Иеротопия. Пространственные иконы. Перформативное в Византии и Древней Руси. М.: «Индрик», 2011. С. 119-142
  11. Беляев Л. А. Иеротопия православного праздника: о национальных традициях в создании сакральных пространств. // Иеротопия. Сравнительные исследования сакральных пространств. М.: «Индрик», 2009. С. 259-269
  12. Мороз А. Б. «Святые» и «страшные» места. Создание сакрального пространства в традиционной культуре. // Иеротопия. Сравнительные исследования сакральных пространств. М.: «Индрик», 2009. С. 270-291
  13. Nicoletta Isar. Vision and Performance: A Hierotopic Approach to Contemporary Art // Иеротория. Сравнительные исследования сакральных пространств. М.: «Индрик», 2009. С. 341-375
  14. Чегодаев М. А. Иеротопия древнеегипетского саркофагa. // Иеротопия. Сравнительные исследования сакральных пространств. М.: «Индрик», 2009. С. 18-37
  15. Лидов А. М. Одигитрия Константинопольская. В энциклопедии «Чудотворные иконы в восточнохристианской культуре». 1992
  16. 1 2 Лидов А. М. Пространственные иконы. Чудотворное действо с Одигитрией Константинопольской // Иеротопия. Создание сакральных пространств в Византии и Древней Руси. М.: «Индрик», 2006. С. 325—372
  17. Рожнятовский Вс. Рукотворный свет. Световые эффекты как самостоятельный элемент декорации восточнохристианского храма. СПб.: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2012. 479 с.
  18. Бакалова Э. Иеротопия. Новые интерпретационные стратегии в изучении сакральных пространств. // Византийский временник, 71(96), 2012. С. 319-325
  19. Новые Иерусалимы. Иеротопия и иконография сакральных пространств. М..: «Индрик», 2009 (сборник статей).
  20. Бобров А. А. Святые и целительные источники России. М., «Директ-Медиа», 2014, гл. Пространственная икона Святой Земли. С. 156—159.
  21. Николетта Исар. Императорский Хорос. Пространственная икона как отражение вечности. // Пространственные иконы. М.: «Индрик», 2011, с. 143—166
  22. A. Lidov. Creator of Sacred Space as a Phenomenon of Byzantine Culture. // L’artista a Bisanzio e nel mondo cristiano-orientale, ed. Michele Bacci, Pisa, 2003, p. 135-176
  23. Гладкая М. С. Священные воды в пространственной иконе Покрова на Нерли. В кн. Живоносный источник … (в печати). М., 2015.
  24. Майкл С. Флайер. Образ государя в московском обряде Вербного воскресенья. // «Пространственные иконы. Перформативное в Византии и Древней Руси». М.: «Индрик», 2011. С.533-562.
  25. ч.1, гл. 13 "Иконотопос" // Лепахин В. В. Икона и иконичность. СПб: Успенское подворье Оптинской Пустыни, 2002. С. 155-171. см. также
  26. А. М. Лидов. Новые Иерусалимы. Перенесение Святой Земли как порождающая матрица христианской культуры. В сборнике: Новые Иерусалимы. Иеротопия и иконография сакральных пространств. М., «Индрик», 2009, с. 5-7.
  27. Образы-парадигмы как категория визуальной культуры. Иеротопический подход к истории искусства. Искусствознание, 3-4, 2011, с.109-122
  28. А. М. Лидов. Иеротопия. Пространственные иконы и образы-парадигмы в византийской культуре. Гл. 10. Образы-парадигмы как категория визуальной культуры. М., «Феория», 2009, с. 293-305.
  29. 1 2 Шукуров Р. М. Создание сакральных пространств. Две новые публикации // Византийский временник, т. 69, 2010, с. 370-374
  30. Давыдов И. П. От иконописи – к иконике (критический анализ эписистемы православной иконологии). // Вестник ПСТГУ, Богословие, Философия, 2012, Вып. 2 (40). С. 49–58.
  31. Заграевский С. В. О научной обоснованности иеротопии // Электронная научная библиотека "РусАрх"
  32. Kessler H. L. Spiritual Seeing: Picturing God's Invisibility in Medieval Art. University of Pennsylvania Press (англ.), 2004
  33. Гл. 1.3 Иеротопия Кенозерья // Милютина М. Н. Священный хронотоп культурного ландшафта Русского Севера. Автореферат канд. дисс.
  34. Бігун О. Образ-парадигма християнського храму у творчості Тараса Шевченка // Славянскія літературы ў кантэксце сусветнай: да 900-годдзя Кірыла Тураўскага і 200-годдзя Тараса Шаўчэнкі: марэрыялы ХІ Міжнар. навук. канф. (Мінск, 24-26 кастр. 2013 г.): у 2 Ч. / Пад ред. Т. П. Казаковай. – Мінск: РІВШ, 2013. – Ч. 1. – С. 28–32.
  35. Млечко А. В. Иеротопия: Построение сакральных пространств в романе Б. К. Зайцева «Дом в Пасси» (по страницам «Современных Записок»). //Вестник ВолГУ. Серия 8. Вып. 7. 2008, с. 78-93.
  36. Бычков Д. М. Топография сакрального плана в художественной картине мира агиоромана Д. М. Балашова «Похвала Сергию» (иеротопический аспект) //Вестник АГТУ. Социально-гуманитарные науки. 2013, №2 (56) с. 91-98
  37. Домбраускене Г. Н. Религиозная символика в иеротопии протестантизма. // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств, 2013, № 3, с. 223-227. Архивированная копия (недоступная ссылка). Дата обращения 15 марта 2015. Архивировано 3 апреля 2015 года.
  38. Охоцимский А. Д. Святая вода, Реформация и протестантская иеротопия. //Сборник статей «Живоносный источник. Вода в иеротопии христианского мира», 2015, «Индрик» (в печати).

ЛитератураПравить

  • Hierotopy, the Creation of Christian Sacred Spaces. Cambridge Dictionary of Christianity. Cambridge University Press, 2010, pp. 512–515.
  • А. М. Лидов Иеротопия. Пространственные иконы и образы-парадигмы в византийской культуре. М., «Феория», 2009 [1]
  • Иеротопия. Создание сакральных пространств в Византии и Древней Руси. М., «Индрик», 2006
  • Новые Иерусалимы. Иеротопия и иконография сакральных пространств. М., «Индрик», 2009
  • Иеротопия. Сравнительные исследования сакральных пространств. М., «Индрик», 2009
  • Пространственные иконы. Текстуальное и перформативное. Материалы международного симпозиума. М., «Индрик», 2009
  • Пространственные иконы. Перформативное в Византии и Древней Руси. М., «Индрик», 2011
  • Огонь и свет в сакральном пространстве. Материалы международного симпозиума. М., «Индрик», 2011
  • Иеротопия Огня и Света в культуре византийского мира. М., «Феория», 2013. 558 с.: ил. isbn 978-5-91796-039-5
  • Живоносный источник. Вода в иеротопии и иконографии христианского мира. Материалы международного симпозиума. Москва-Ярославль, «Филигрань», 2014.
  • Святая вода в иеротопии и иконографии христианского мира. М. : «Феория», 2017 (сборник статей).