Открыть главное меню

Козлов, Алексей Александрович (философ)

Алексей Александрович Козлов (8 (20) февраля 1831, Москва — 27 февраля (12 марта) 1901, Санкт-Петербург) — русский философ-идеалист и публицист, последователь Густава Тейхмюллера. Свою философскую систему, изложенную в сочинении «Беседы с петербургским Сократом», называл панпсихизмом[1]. Идеи Козлова оказали влияние на Е. А. Боброва, С. А. Аскольдова, Н. О. Лосского, Н. А. Бердяева и др.

Алексей Козлов
Kozlov-filosof.jpg
Псевдонимы Платон Калужский
Дата рождения 8 (20) февраля 1831(1831-02-20)
Место рождения Москва, Российская империя
Дата смерти 27 февраля (12 марта) 1901(1901-03-12) (70 лет)
Место смерти Санкт-Петербург, Российская империя
Страна Flag of Russia.svg Российская империя
Школа/традиция Русская философия
Направление Персонализм, панпсихизм
Период Философия XIX века
Оказавшие влияние Г. В. Лейбниц, Г. Тейхмюллер
Испытавшие влияние С. А. Аскольдов, Н. О. Лосский

Содержание

БиографияПравить

Алексей Козлов родился в 1831 году в Москве; он был незаконнорождённым сыном помещика И. А. Пушкина, приходившегося дальним родственником поэту А. С. Пушкину, и вольноотпущенной крестьянки. Вскоре после рождения сына его мать вышла замуж за приказчика А. П. Козлова, от которого будущий философ и получил свою фамилию. В 1838, когда Алексею было 7 лет, его мать умерла, и отчим отдал его на попечение своей тётке. С 1843 Козлов учился в 1-й Московской гимназии, а в 1850 поступил на физико-математический факультет Московского университета. Проучившись там около года, он перевёлся на историко-филологический факультет и в 1856 закончил университет со степенью кандидата[1]. Во время обучения в университете Козлов увлёкся идеями материализма и социализма; наибольшее влияние на него имели сочинения Л. Фейербаха и Ш. Фурье[2]. По окончании университета он женился на крестьянке и устроился преподавателем русского языка и словесности в Константиновский межевой институт. Вскоре его брак распался, и Козлов сошёлся с дочерью помещика Александра Александровича Челищева, Марией Александровной; однако первая жена по какой-то причине не хотела дать ему развода, из-за чего его дети от второго брака (в частности, его сын С. А. Алексеев) не могли носить фамилию отца.

 
Людвиг Фейербах

Ко времени преподавания в межевом институте относится начало литературной деятельности Козлова. Главным предметом его интересов была в то время политическая экономия; его статьи на экономические темы (например, «О кредите в банках», «О хозяйственном управлении города Москвы», «О финансовом положении России») печатались в «Московских известиях», «Московском вестнике», «Дне», «Финансовом вестнике»[2], «Вестнике промышленности» и «Отечественных записках»[3]. Обладая деятельным характером, Козлов проявил склонность к пропаганде социалистических идей; преподавая в межевом институте, он излагал социалистические идеи своим студентам, из-за чего в 1861 был вынужден оставить преподавание. Козлов имел многочисленные связи в революционной среде, был близок с Н. А. Ишутиным, с 1858 состоял под надзором полиции и несколько раз привлекался к дознанию[4]. В 1866 он был арестован по подозрению в причастности к Каракозовскому делу, а затем в организации революционного общества, и заключён в Петропавловскую крепость. Однако ему удалось доказать свою невиновность, и после 6 месяцев заключения он был освобождён с подчинением негласному надзору и запрещением жить в столицах. Козлов покинул Москву и поселился в селе Машарово Калужской губернии в имении своего тестя, где занялся сельским хозяйством, а затем устроился управляющим лесным хозяйством в имении крупного фабриканта во Владимирской губернии[1].

 
Артур Шопенгуаэр

В период проживания в деревне Козлов начал серьёзно интересоваться философией; толчком к этому послужило знакомство с книгой Ю. Фрауенштадта «Письма о философии Шопенгауэра». Произошло это примерно в 1872—1873 году, когда Козлову было уже за 40 лет. Увлёкшись философией А. Шопенгауэра, он сделался его страстным последователем и решил заняться пропагандой его идей[2]. С этого времени Козлов стал систематически изучать философию и выступать в печати с философскими публикациями. Первой его работой было двухтомное изложение сочинения последователя Шопенгауэра Э. Гартмана «Философия бессознательного». Затем последовали критические статьи в журналах, а в 1876 году вышла его первая самостоятельная книга «Философские этюды», в которой он отстаивал идею философии как строгой науки[2]. В 1876 Козлов получил приглашение занять философскую кафедру от Киевского университета, и в том же году начал читать там лекции. В 1881 он защитил магистерскую диссертацию на тему «Метод и направление философии Платона», а в 1884 в Петербурге — докторскую диссертацию на тему «Генезис теории пространства и времени у Канта», и получил звание профессора[2].

 
Густав Тейхмюллер

В период преподавания в Киевском университете Козлов развернул энергичную литературную деятельность. Его публикации в журналах носили по большей части критический и полемический характер и отличались бойкостью стиля, что сделало его известным философским публицистом. Недовольный узкими рамками университетских изданий, Козлов в 1885 году начал издавать свой собственный журнал «Философский трёхмесячник», который стал первым в России чисто философским журналом[2]. Журнал от начала до конца составлялся самим Козловым и не приносил ему никакой материальной выгоды. К этому времени относится перемена в философских воззрениях Козлова: неудовлетворённый метафизикой воли Шопенгауэра, он стал искать иных основ для своего мировоззрения и с этой целью обратился к учению Г. В. Лейбница и его последователей[3]. В 1880 году ему в руки попало одно из сочинений немецкого философа Г. Тейхмюллера, которое произвело на него сильное впечатление; после защиты докторской диссертации он начал систематически изучать сочинения этого автора и скоро сделался его горячим последователем. В статье, посвящённой Тейхмюллеру, Козлов называл его «звездой первой величины» и призывал учиться у него русских и европейских философов[5]. Собственное учение Козлова, изложенное им в дальнейших трудах, полностью воспроизводит основные идеи Тейхмюллера[6].

 
Сергей Алексеев-Аскольдов

В 1886 году деятельность Козлова была прервана тяжёлой болезнью: с ним случился апоплексический удар, после чего у него парализовало половину тела. Философ оказался прикован к креслу и был вынужден оставить преподавание в университете. Несмотря на это, он продолжал заниматься философской и литературной деятельностью; не имея возможности собственноручно писать, он стал диктовать свои произведения. Важнейшие его сочинения появились именно в этот последний период его жизни[2]. К этому времени окончательно сложилось собственное философское мировоззрение Козлова, основанное на учении Тейхмюллера и названное им панпсихизмом. В 1888 году Козлов начал издавать философско-литературный сборник «Своё слово», в котором развивал своё учение и полемизировал с противоположными взглядами. Центральное место в этом издании занимали «Беседы с петербургским Сократом», написанные в форме философских диалогов под именем Платона Калужского; главным персонажем диалогов, развивавшим идеи автора, был некто Сократ с Песков, а его оппонентами выступали герои романов Достоевского[1]. Всего в период с 1888 по 1898 год вышло пять выпусков «Своего слова». В 1891 году Козлов вместе с семьёй переехал в Петербург, где вокруг него сложился небольшой философский кружок, который посещали, в частности, его сын С. А. Алексеев-Аскольдов и Н. О. Лосский. Философ скончался в Петербурге от воспаления лёгких в 1901 году и был похоронен на Волковом кладбище.

ФилософияПравить

Из Брокгауза и ЕфронаПравить

Своё философское миросозерцание Козлов называет панпсихизмом. Краеугольным понятием в нём является понятие бытия. Оно не образуется путём отвлечения, но источником его служит первоначальное сознание. Будучи простым и непосредственным, это сознание представляет три области: сознание о содержании, сознание о форме и сознание о нашей субстанции. Все они дают материал для образования понятия бытия, но само это понятие составляет особую группу сознания, а именно о формах или способах отношения между элементами первоначального сознания. Таким образом, понятие бытия имеет своим содержанием знание о нашей субстанции, её деятельностях и содержании этих деятельностей в их единстве и отношении друг к другу. Все познание опирается, в конце концов, на познание я. Мы переносим это понятие на другие субстанции. В мысли о бытии и сущности действительного мира надо совершенно устранить время и никоим образом не вводить его в наше понятие мира. Время, помимо акта мысли и представления субстанций, не имеет никакого смысла и полагается только ими. Первая ячейка идеи времени зарождается от сравнения содержания воспоминания с содержанием наличного представления, если только оба эти содержания относятся к одному и тому же я и признаются одинаково реальными или данными в нашей действительной деятельности. Затем время вступает в субъективную стадию своего развития, и здесь оно представляет форму, в которой наше я понимает, распределяет и соединяет в своем субстанциальном единстве свои собственные акты воспоминания, наличного ощущения и ожидания. Наконец, в объективной стадии развития время выносится из субъективной сферы наших состояний и деятельностей и становится формой для распределения во временной перспективе объектов, то есть содержания наших деятельностей созерцания, представления и мышления в их абстрактном виде. Точно так же К. выводит и идею пространства, отрицая за ним всякую реальность. Образование этой идеи не может быть объяснено при помощи ассоциации, так как это объяснение попадает в ложный круг [Несвободна от этой логической ошибки собственная попытка Козлова объяснить происхождение времени из таких, между прочим, элементов, как воспоминание, уже предполагающее время. Вл. С.].

Развитие идеи пространства проходит через стадии субъективного, объективного и геометрического пространства. В этом процессе развития главную роль играет наша мыслящая деятельность, так что основные свойства, которые мы мыслим в идее пространства, суть на самом деле признаки не пространства, которое само по себе не имеет никакой реальности, а нашей мыслящей деятельности, которая по поводу ощущений созидает эту идею. Если же пространство и время не существуют сами по себе, то не существует в действительности и все находящееся в пространстве и времени. Существует только духовный мир, то есть духовные субстанции с их деятельностями и отношениями, а наши тела и весь материальный мир суть только значки этих духовных субстанций, их деятельностей и отношений. Таким образом, представляющийся нам мир есть мир значков, которые строятся по законам представления и мысли и в этом отношении подчиняются всеобщим и незыблемым законам представляющей деятельности, коренящимся в самой природе нашей субстанции. Ввиду этого такие значки дают основание с полной уверенностью заключать к истинно существующему миру субстанций. Наука одна, и высшей, истинной её формой является философия; существующее же разделение одной науки на многие условно и основано на частной точке зрения, имеющей в виду удобства изучения.

Излагая своё учение, Козлов постоянно считается с противными направлениями и нередко посвящает им целые критические очерки. Особенно подробно он останавливается на Юме и Канте.

СочиненияПравить

Отдельные издания

Статьи в журналах

Статьи в «Философском трёхмесячнике»

Статьи в «Своём слове»

ПримечанияПравить

  1. 1 2 3 4 Лосский Н. О. А. А. Козлов и его панпсихизм // Вопросы философии и психологии. — М., 1901, № 58. — С. 183—206.
  2. 1 2 3 4 5 6 7 Бобров Е. А. Жизнь и труды А. А. Козлова // Философия в России. Материалы, исследования, заметки. — Казань, 1899, вып. I. — С. 1-24.
  3. 1 2 Я. Колубовский. Козлов, Алексей Александрович // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  4. Козлов Алексей Александрович // Деятели революционного движения в России : в 5 т. / под ред. Ф. Я. Кона и др. — М. : Всесоюзное общество политических каторжан и ссыльнопоселенцев, 1927—1934.
  5. Козлов А. А. Густав Тейхмюллер // Вопросы философии и психологии. — М., 1894. — Год V, кн. 4—5.
  6. Румер И. А. А. Козлов // Русская мысль. — М., 1912. — Год тридцать третий, кн. V. — С. 10-12.

ЛитератураПравить

Рекомендуемая литератураПравить

  • Д. Философские ожидания // Вестник Европы, 1876, № 7.
  • Аландский П. И. Философия и наука // Университетские Известия, 1877, № 1 и 2.
  • Грот Н. Я. О философских этюдах. Киев, 1877.
  • Никитин (Ткачёв) П. О пользе философии // Дело, 1877, № 5.
  • Гусев Ф. К вопросу о философии // Православное Обозрение, 1876, № 12.
  • Лесевич В. В. О чём поёт кукушка? Этюды и очерки. СПб., 1886.
  • Астафьев П. Е. «Своё Слово», журнал проф. А. А. Козлова // Русское Обозрение, 1890, № 1.