Открыть главное меню

Кондырев, Виктор Леонидович

Ви́ктор Леони́дович Ко́ндырев (род. 22 ноября 1939, Ростов-на-Дону) — литератор в жанре документальной прозы, переводчик, педагог.

Виктор Леонидович Кондырев
Дружеский шарж В.П.Некрасова на В.Кондырева, Париж, 1982..jpg
Дата рождения 22 ноября 1939(1939-11-22) (80 лет)
Место рождения
Гражданство (подданство)
Род деятельности писатель, переводчик
Жанр документальная проза
Язык произведений русский, французский
Награды Премия имени Даля за книгу «Сапоги – лицо офицера», Париж, (1985)
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе

БиографияПравить

  • В 1963 году окончил Криворожский горнорудный институт по специальности «горный инженер».
  • Работал на рудниках и в научно-исследовательских институтах Кривого Рога.
  • С 1968 по 1970 гг. — служил в армии, в Амурской области.
  • С 1972 года до самого отъезда во Францию своего отчима, писателя Виктора Платоновича Некрасова (12 сентября 1974 года), Виктор Кондырев многократно бывал в Киеве и жил в киевской квартире В. Некрасова, который обожал и своего пасынка, и внука Вадика.
  • С 1976 года Виктор Кондырев с семьёй также эмигрировал в Париж, где они с Виктором Платоновичем продолжали крепко дружить и взаимно поддерживать друг друга, вплоть до смерти В. Некрасова (3 сентября 1987 года). В Париже Виктор Кондырев работал техническим переводчиком и одновременно преподавал русский язык в Сорбонне и в Политехнической школе.
  • С ноября 2004 года — консультант выставки «Виктор Некрасов: возвращение в Дом Турбиных»[1].
  • Совместно с Риталием Заславским и Александром Парнисом подготовил сборник воспоминаний о Викторе Некрасове[2].
  • Содействовал созданию фильмов об отчиме: «Виктор Некрасов» (режиссёр Валерий Балаян, к 95-летию писателя)[3] и «Вся жизнь в окопах» (режиссёр Елена Якович, к его 100-летию).

СемьяПравить

Интересные фактыПравить

  • После отъезда Виктора Некрасова за границу, его пасынку с семьёй полтора года не разрешали выехать из СССР. Проживая уже в Париже, Виктор Некрасов попросил знаменитого поэта Луи Арагона помочь вызволить его семью. В то время ЦК КПСС решил наградить поэта орденом Дружбы народов. После встречи с В. Некрасовым Луи Арагон пришёл в советское посольство и заявил послу Степану Васильевичу Червоненко, что если семью Кондыревых немедленно не выпустят из Союза, он открыто откажется от ордена. Угроза подействовала, и Виктора Кондырева выпустили, как говорили в то время, «под нажимом мировой общественности»[4].

ПубликацииПравить

КнигиПравить

 

В. П. Некрасов и В. Л. Кондырев

РассказыПравить

Периодические изданияПравить

Периодически печатается в разных журналах, к примеру:

КритикаПравить

  • Захар Прилепин:

Заслуга Кондырева в том, что его книжка никогда не становится сведением счетов (или почти никогда — за исключением случая Марии Розановой, которую автор явно невзлюбил). Напротив, Кондырев написал вещь добрую и максимально непафосную. Достаточно пояснить, что само название её является фрагментом любимой некрасовской присловицы: «Мы е…али всё на свете, кроме шила и гвоздя: шило острое, кривое, а гвоздя е…ать нельзя»[9]

  • Анастасия Скорондаева:

Виктор Кондырев не просто вспоминает, он передает свои беседы с отчимом, и читатель чувствует все бурлящие эмоции и переживания Некрасова, которые не уложить в простое повествование. Одними из самых горьких моментов жизни для него были расставания с друзьями, некоторые из которых переставали быть ими из-за страха перед советской властью. «Не понимаю, не хочу понимать! Ну, нельзя же так бояться! Тридцатилетняя дружба!» — сокрушался Некрасов. Они боялись… На их место приходили новые.[10]

Кондырев — приёмный сын Некрасова и лучше всех знает своего отчима; впрочем, знает в первую очередь с бытовой стороны, — от этого в тексте Кондырева обилие подробностей быта. Есть ещё одно обстоятельство: Виктор Некрасов был очень лёгким и незлобивым человеком (он и с советской властью поссорился не по идейной вражде и не по расчёту, а по собственному упрямому гусарскому легкомыслию). Виктор Кондырев — под стать отчиму лёгок и незлобив. Удивительное дело: в эмигрантском мемуаре Кондырев не осуждает никого (разве что советских бонз, да и тех — почти формально). Его воспоминания могут показаться незначительными, однако они ценны для тех, кто владеет навыком извлечения крупиц значимой информации из бытописательного потока[11].

Награды и премииПравить

ГалереяПравить

ПримечанияПравить

СсылкиПравить