Открыть главное меню

«Кофе с лимоном» — социальная драма совместного израильско-российского производства, первый русско-израильский фильм[2]. По мнению Арона Канторовича, фильм тематически близок к «Паспорту» Георгия Данелии[3]. Фильм о сложности адаптации к жизни в новой стране[4].

Кофе с лимоном
קפה עם לימון[1]
Постер фильма
Жанр драма
Режиссёр Леонид Горовец
Продюсер Цви Шапира
Гади Кастель
Автор
сценария
Леонид Горовец
Семён Винокур
В главных
ролях
Александр Абдулов
Татьяна Васильева
Александр Збруев
Дмитрий Марьянов
Семен Фарада
Леонид Ярмольник
Валентин Никулин
Оператор Валентин Белоногов
Композитор Хаим Эльфман
Кинокомпания ISRAMEC Ltd
Страна  Израиль
 Россия
Язык русский
Год 1994
IMDb ID 0110226

Содержание

СюжетПравить

Известный советский актёр Валерий Островский направляется с семьёй на постоянное жительство в Израиль, где ему обещана высокооплачиваемая работа. По приезде, однако, всё оказывается совсем не так, и ностальгия и трудности с языком заставляют Валерия предпринять попытку вернуться. Однако за время его отсутствия жизнь на родине поменялась, стала не только неспокойной, но и опасной. Точку в его судьбе ставит случайная пуля во время октябрьских событий в Москве[5].

Режиссёр и соавтор сценария Леонид Горовец рассказывал, что первоначально концовка фильма задумывалась не такой печальной: вернувшись в Москву, Валерий находит родной театр закрытым, а на заколоченных дверях видит записку: «Театр закрыт. Все ушли на митинг». Но жизнь внесла свои коррективы: вооружённую конфронтацию съёмочная группа снимала прямо из окна на Красной Пресне, а потом был изменён и сценарий[6].

В роляхПравить

КритикаПравить

Израильской прессой фильм был воспринят критически. В частности, резко отрицательно отозвался о ленте рецензент газеты «Гаарец» Ури Клайн. Критик отмечает, что сама идея сделать героем картины об эмиграции театрального актёра, для которого язык — основное орудие труда, могла стать основой для удачной интерпретации и что местами у зрителя действительно возникает чувство, что режиссёр на пороге большого откровения. Однако при этом, по мнению Клайна, такие моменты редки, а в целом лента оставляет впечатление «брюзгливой», механистической и полной отрицательных стереотипов[7]. О стереотипно-негативном изображении израильтян («толстых, неуклюжих и равнодушных») и о ходульности сюжета (в частности его финала) пишет и рецензент «Едиот ахронот». Отмечается господствующее в фильме чувство несовместимости репатриантов из России и израильского общества, визуальным образом которой становятся провальные попытки поместить концертный рояль в караван — временное жильё, характерное для лет «большой алии»[8]. «Русский» театр «Гешер», бывший символом культурного взаимодействия репатриантов из России и израильского общества, также показан в фильме в карикатурном виде. Рецензент газеты «Аль ха-мишмар» сравнивает злоключения главного героя фильма с трудностями, которые испытал снимавший его режиссёр (сам Горовец против такой интерпретации возражает, поскольку, по собственным словам, ему «на жизнь в Израиле грех жаловаться»[6]. Эти трудности — организационные и финансовые — критик называет возможной причиной слабости получившейся в итоге ленты[9].

ПримечанияПравить

  1. אידיבי
  2. Miri Talmon,Yaron Peleg. Israeli Cinema: Identities in Motion. — University of Texas Press, 2011. — С. 142. — 373 с. — ISBN 9780292725607.
  3. Арон Канторович. Кофе с лимоном // Вестник. — 1996. — С. 65.
  4. Amy Kronish. World cinema: Israel. — Fairleigh Dickinson University Press, 1996. — С. 169. — 266 с. — ISBN 9780838636978.
  5. Сок лимона в бочке кофе // Новое время. — С. 58.
  6. 1 2 Аркадий Гарцман. Кофе с лимоном Леонида Горовца. Зеркало недели (16 августа 1996). Дата обращения 5 марта 2018.
  7. Ури Клайн. Он ничего не увидел в этой стране (иврит). Гаарец (20 февраля 1995). Дата обращения 5 марта 2018.
  8. Кофе с лимоном (иврит). Едиот ахронот (10 февраля 1995). Дата обращения 5 марта 2018.
  9. Яэль Исраэль. Там он был кумиром, а здесь он никто (иврит). Аль ха-мишмар (12 февраля 1995). Дата обращения 5 марта 2018.

СсылкиПравить