Кошкин, Михаил Ильич

В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Кошкин; Кошкин, Михаил.

Михаи́л Ильи́ч Ко́шкин (21 ноября (3 декабря) 1898 — 26 сентября 1940) — советский инженер-конструктор, создатель и первый главный конструктор танка Т-34, начальник КБ танкостроения Харьковского паровозостроительного завода имени Коминтерна. Герой Социалистического Труда (1990, посмертно).

Михаил Ильич Кошкин
Портрет
Дата рождения 21 ноября (3 декабря) 1898(1898-12-03)
Место рождения деревня Брынчаги,
Угличский уезд,
Ярославская губерния
Дата смерти 26 сентября 1940(1940-09-26) (41 год)
Место смерти Змиёвский район,
Харьковская область,
УССР, СССР
Гражданство  Российская империя,  СССР
Род деятельности инженер, военнослужащий, военный инженер
Супруга Вера Николаевна
Дети Елизавета, Тамара, Татьяна
Награды и премии
Герой Социалистического Труда — 1990 — посмертно
Орден Ленина — 1990 — посмертно Орден Красной Звезды
Сталинская премия — 1942 — посмертно
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе

БиографияПравить

Ранние годыПравить

Родился 21 ноября (3 декабря1898 года в селе Брынчаги (ныне — Переславский район, Ярославская область). Семья жила бедно, земли было мало, и отец вынужден был заниматься отхожими промыслами. В 1905 году, работая на лесозаготовках, он надорвался и умер, оставив жену и троих малолетних детей. Из-за бедности мать Михаила идёт батрачить, а он, окончив в 10-летнем возрасте 3 класса церковно-приходской школы, уезжает на заработки в Москву, где устраивается на кондитерскую фабрику и за 8 лет работы проходит путь от ученика пекаря до рабочего по обслуживанию карамельных автоматов.[1]

Служба в армииПравить

В начале 1917 года, перед Февральской революцией, Михаила Кошкина призвали в Русскую императорскую армию. Во время Первой мировой войны попал на Западный фронт, где воевал в составе 58-го пехотного полка. В августе того же года, после ранения, был направлен на лечение в Москву, после чего получил отпуск и, в конце того же 1917 года, демобилизовался из армии.

15 апреля 1918 года добровольцем ушёл в сформированный в Москве железнодорожный отряд РККА. Участвовал в боях на фронтах Гражданской войны и в отражении иностранной военной интервенции в России. До 1919 года воевал под Царицыном, затем был переведён в Петроград в 3-й железнодорожный батальон, который перебросили на Северный фронт, где Кошкин воевал против английских интервентов и принимал участие во взятии Архангельска. Там же он, вероятнее всего, впервые знакомится с бронетехникой — бронепоездами РККА и английскими танками «Рикардо» Mark V, которые использовались интервентами на этом участке фронта[2].

После ликвидации Архангельского фронта 3-й железнодорожный батальон был переброшен на Польский фронт, но Кошкин по дороге заболел тифом и был снят с эшелона, затем направлен в Киев, на Южный фронт, в 3-ю железнодорожную бригаду, которая занималась в то время восстановлением ж/д путей и мостов в полосе наступления.

Летом 1921 года железнодорожную бригаду расформировали, и Кошкин закончил армейскую службу.

Партийная карьера в ВКП(б)Править

В 1919 году, на Северном фронте, вступил в члены РКП(б), был избран секретарём партячейки 3-й железнодорожной бригады. После окончания службы в 1921 году с отличием окончил военно-политические курсы в Харькове, после которых был командирован на учёбу в Москву в Коммунистический университет имени Я. М. Свердлова. Во время учёбы лично познакомился с С. М. Кировым и Г. К. Орджоникидзе[3].

После окончания университета был командирован в город Вятку (г. Киров), где с 1924 по 1925 год успешно руководил кондитерской фабрикой. В 1925—1926 годах — заведующий агитационно-пропагандистского (по другим данным — промышленного[1]) отдела 2-го райкома ВКП(б). В 1926—1928 годах заведовал Губсовпартшколой. С 1928 года — заместитель заведующего, а с июля 1928 по август 1929 года — заведующий агитационно-пропагандистским отделом Губкома ВКП(б)[4] г. Вятки.

В Вятке Кошкин женился на служащей Губпотребсоюза Вере Катаевой, родилась дочь Лиза[5].

Кошкина, вероятно, могла ожидать блестящая партийная карьера, но он отправил письмо Сергею Кирову с просьбой оказать содействие в получении технического образования и в 1929 году получил вызов в Ленинград.

Начало конструкторской деятельностиПравить

В 1929 году, в 30-летнем возрасте, в числе «парттысячников», Кошкин был зачислен в Ленинградский технологический институт, однако тема обучения оказалась неинтересной для него, и он добился перевода на машиностроительный факультет Ленинградского политехнического института.

В 1934 году защитил диплом по специальности «инженер-механик по конструированию автомобилей и тракторов», тема дипломной работы «Коробка передач среднего танка». Преддипломную практику прошёл в ОКБ при Ленинградском заводе опытного машиностроения № 185. Спроектированную КП решено было установить на опытный колёсно-гусеничный танк Т-29. Производственную практику проходил на Нижегородском автомобильном заводе имени В. М. Молотова (ныне ГАЗ) в должности мастера дефектного отдела. Там он зарекомендовал себя способным специалистом, и руководство завода направило ходатайство в Наркомат тяжёлой промышленности с просьбой направить Михаила Кошкина после окончания обучения на своё предприятие, однако он добился продолжения работы в танковом КБ.

С 1934 года в течение двух с половиной лет работал в КБ Ленинградского завода имени С. М. Кирова. С должности рядового конструктора дошёл до заместителя начальника КБ. В это время КБ работало над танками Т-29 и Т-46-1, которые представляли собой модернизацию серийных Т-28 и Т-26 с переводом их на колёсно-гусеничный ход. Работа была проведена успешно, хотя впоследствии оказалось, что танки бесперспективны (чрезмерная сложность и высокая стоимость показали невозможность их серийного производства).

11 апреля 1936 года Кошкин, в числе других конструкторов, «за отличную работу в области машиностроения» был награждён орденом Красной Звезды.

ХарьковПравить

В конце декабря 1936 года нарком тяжёлой промышленности СССР Г. К. Орджоникидзе, обеспокоенный напряжённой обстановкой в Танковом отделе Харьковского завода, сложившейся на фоне проблем модернизации серийного быстроходного лёгкого танка БТ-7, лично нашёл М. И. Кошкина и после собеседования принял решение направить его с Ленинградского опытного завода на Харьковский завод[6]. Решение о переводе в Харьков конструктора Кошкина было принято с учётом его деловых качеств и личного стремления создать быстроходный средний танк, пригодный для крупносерийного производства[Комм. 1].

28 декабря 1936 года нарком тяжёлой промышленности Г. К. Орджоникидзе подписал Приказ о направлении М. И. Кошкина в Харьков на ХПЗ имени Коминтерна (№ 183) на должность руководителя танкового КБ-190.

В то время Танковый отдел Харьковского завода № 183 выпускал лёгкие колёсно-гусеничные быстроходные танки серии «БТ», которые, наряду с лёгким танком Т-26 Кировского завода, составляли основу бронетанковых войск РККА. Проблемами серийного производства и модернизации танка БТ в Танковом отделе завода № 183 занималось КБ-190 под руководством А. О. Фирсова.

Конфликт между ГАБТУ РККА и Танковым отделом завода № 183 возник ввиду технических дефектов, проявившихся в процессе эксплуатации танка БТ-7. Было начато расследование по делу о поставке в войска 687 танков с недоработанной коробкой переключения передач (КПП). В свою очередь представители Танкового отдела завода обвиняли военных в неправильной эксплуатации танков БТ (прыжки с трамплина). В ходе расследования А. О. Фирсов был отстранён от руководства КБ-190 и работал рядовым конструктором, а руководство КБ-190 было временно возложено на Н. А. Кучеренко[7].

Начало работы. КБ-190. Кризис танкостроения.Править

В январе 1937 года Кошкин впервые без сопровождающих появился в КБ (бюро 190). Одет был просто. Во второй половине дня в сопровождении А. О. Фирсова и Н. А. Кучеренко сделал обход, познакомился с ведущими конструкторами и осмотрел помещения. В течение последующих дней Кошкин познакомился с каждым из конструкторов и выполняемой ими работой. Предстояло правильно сориентировать коллектив КБ, организовать его работу, вдохнуть веру в достижимость поставленной первоочередной цели, заразить своей работоспособностью[8].

Перед КБ-190 стояла задача обеспечить производство и модернизацию БТ-7. При этом 48 конструкторов перегружены работой, в плане на 1937 год силы распределены по 14 направлениям, в числе которых установка на БТ-7 новейшего дизельного двигателя В-2 (БТ-7М, А-8), САУ на базе танка, разработка новых — БТ-9 (заказ АБТУ) и БТ-ИС (проект на основе работ группы Н. Ф. Цыганова, переданный с танкоремонтного завода № 48). Условия и сроки жёсткие, по словам А. О. Фирсова: «Мы между Сциллой и Харибдой. Сдадим сырой танк — жди беды. А не сдадим — головы полетят»[9]. В марте 1937 года А. О. Фирсов был арестован.

Одновременно с этим назрел общий кризис танкостроения, вызванный появлением нового вида оружия — противотанковой пушки. Гражданская война в Испании с участием легкобронированных БТ-7, Т-26 показала их высокую уязвимость для огня артиллерии и даже крупнокалиберных пулемётов. А так как эти танки являлись основными в Красной армии, это означало, по сути, необходимость срочной замены всего танкового парка. Проблема усугублялась тем, что в СССР, на тот момент, моделей танков с противоснарядным бронированием, готовых к массовому производству, не было. В то же время колёсно-гусеничная схема Д. У. Кристи, положенная в основу танков БТ, достигла предела модернизации. Противоснарядное бронирование неизбежно увеличивало массу машины, при которой трансмиссия БТ-7 не выдерживала нагрузок, а колёсный ход становился невозможным из-за повышенного давления катков-колёс на грунт. В БТ-9 и БТ-ИС предпринималась попытка решить проблему колёсного хода усложнением трансмиссии, сделав ведущими не одну, как у БТ-7, а три пары задних колёс, дополнительно пытались осуществить возможность движения на одной гусенице и колёсах с разных сторон (так называемый синхронизированный ход), это ещё более усложняло задачу и делало танк довольно трудоёмким и дорогим в производстве.

7 мая 1937 года Кошкин предложил объединить схожие проекты БТ-9 и БТ-ИС (БТ-7-Б-ИС) с целью экономии сил. Предложение поддержало 8-е Главное управление Народного комиссариата оборонной промышленности (НКОП), которому был подчинён завод № 183. Поскольку тактико-технические требования (ТТТ) на объединённый проект выдвинуты не были, КБ получило определённую свободу действий, однако чиновников АБТУ инициатива Кошкина не устраивала:

«… Предъявленный проект имел грубейшие ошибки, вследствие чего был забракован. Проект даёт новую машину с уширенным корпусом, новой ходовой частью и т. д. По существу это не БТ-9, так как совершенно не соответствует ТТТ АБТУ на БТ-9, и не БТ-7ИС, ибо меняются корпус, радиаторы, колёса и т. д. Причём проектирование изначально подчинено только удобству производства и коммерческим соображениям и проводится без ТТТ…»

Докладная записка инспектора АБТУ Сапрыгина о состоянии дел на заводе № 183 заместителю начальника АБТУ Густаву Бокису (20 августа 1937 г.)

[10].

Инспектор Сапрыгин также обвинил Кошкина в попытке срыва работы конструктора А. Я. Дика, направленного на завод от АБТУ летом 1937 года с целью разработки вариантов эскизного проекта танка БТ-ИС.

28 сентября 1937 года на завод пришла директива 8-го Главного управления НКОП об организации особого конструкторского бюро (ОКБ). Перед ОКБ ставилась цель спроектировать и к 1939 году подготовить серийное производство быстроходных колёсно-гусеничных танков с синхронизированным ходом. Начальником ОКБ был назначен военный инженер 3-го ранга, адъюнкт Военной академии механизации и моторизации РККА имени И. В. Сталина (ВАММ) А. Я. Дик, от ВАММ в ОКБ прикомандированы несколько инженеров и 41 слушатель-дипломник, от завода в ОКБ переведён 21 конструктор. Завод обязали выполнять все работы, связанные с ОКБ во внеочередном порядке[7]. В результате этого КБ-190 Кошкина было практически обескровлено: из 48 конструкторов его отдела в ОКБ перевели 19 лучших.

13 октября 1937 года Автобронетанковое управление РККА (АБТУ) выдало заводу № 183 (ХПЗ) тактико-технические требования на новый танк БТ-20 (заводской индекс А-20), но в конце октября прибывшая на завод комиссия констатировала, что ОКБ с работой не справляется, А. Дик был арестован, обвинён в срыве правительственного задания и осуждён на 20 лет лагерей[7][11]. Вклад А. Дика, недолго занимавшегося в КБ вопросами подвижности танка, в создание будущего танка Т-34 заключался в важной для ходовой части идее установки на борт ещё одного опорного катка и наклонного расположения пружин подвески[12]. ОКБ было расформировано, вскоре был арестован и начальник АБТУ Г. Г. Бокис, и административное давление со стороны военных временно ослабевало.

В октябре 1937 года после получения заводом № 183 задания от ГАБТУ РККА на разработку нового манёвренного колёсно-гусеничного танка Кошкин возглавил новое конструкторское подразделение КБ-24, которое менее чем за год спроектировало колёсно-гусеничный танк под индексом БТ-20[13].

В начале ноября 1937 года для продолжения работы над БТ-20 Кошкин сформировал новое КБ-24, а руководство КБ-190 вновь перешло к Н. Кучеренко[Комм. 2].

В ноябре 1937 года, менее чем за год работы Кошкина в должности главного конструктора, под его руководством была успешно завершена модернизация танка БТ-7 с установкой в нём дизеля В-2 (танк БТ-7М)[13].

В феврале 1938 года Кошкин работал в комиссии по дополнительным заводским испытаниям колёсно-гусеничного танка изобретателя Н. Ф. Цыганова — БТ-СВ-2 («Черепаха»)[13].

КБ-24, проект А-32.Править

 
Довоенные танки производства завода № 183. Слева направо: А-8 (БТ-7М), А-20, Т-34 образца 1940 года с пушкой Л-11, Т-34 образца 1941 года с пушкой Ф-34.

В марте 1938 года утвердился эскизный проект БТ-20 (А-20). Однако несмотря на новизну, по боевым качествам он мало отличался от БТ-7, вооружение (45 мм пушка 20-К) осталось прежним, увеличение толщины брони до 20 мм не обеспечивало надёжную защиту от противотанковой артиллерии. Кошкин и его помощники загорелись «гусеничным» вариантом, который мог упростить конструкцию и позволял значительно усилить броню и вооружение за счёт экономии и увеличения веса.

28 апреля 1938 года Кошкин в Москве на совещании Народного комиссариата обороны (НКО) добился разрешения изготовить и испытать наряду с колёсно-гусеничным А-20 (как и предполагалось изначальным заданием), чисто гусеничный танк, получивший индекс А-32. Кошкина поддержал И. В. Сталин, предложив не ограничивать инициативу завода.

6 сентября 1938 года Кошкин участвовал в представлении комиссии ГАБТУ разработанного проекта и макета танка БТ-20. По решению макетной комиссии под его руководством в КБ-24 приступили к разработке и изготовлению трёх опытных танков (одного колёсно-гусеничного танка А-20 и двух гусеничных — А-32)[13].

9—10 декабря 1938 года Кошкин демонстрировал Главному Военному совету чертежи и макеты опытных танков А-20 и А-32[13].

16 декабря 1938 года Кошкин был назначен главным конструктором трёх объединённых КБ завода № 183 в единое конструкторское бюро КБ-520[13].

Срочная разработка чертежей танков А-20 и А-32 потребовала сотен людей, поэтому в начале 1939 года все танковые КБ завода (КБ-24, КБ-190 и КБ-35) были объединены в КБ-520, одновременно произошло объединение опытных цехов в единый цех, тесно связанный с КБ. Кошкин был назначен главным конструктором, его заместителями А. А. Морозов, Н. А. Кучеренко, А. В. Колесников и В. М. Дорошенко[15].

Совместные испытания А-20 и А-32Править

5 июня 1939 года Кошкин присутствовал при первом пробном пробеге опытного колёсно-гусеничного танка А-20, а 16 июля он принимал участие в первом пробном пробеге опытного гусеничного танка А-32[13].

В середине того же года в Харькове Кошкин представил опытные образцы А-20 и А-32. При испытаниях Государственная Комиссия отметила, что оба танка «по прочности и надёжности выше всех опытных образцов, выпускаемых ранее». Колёсно-гусеничный А-20 показывал большую скорость и тактическую подвижность, А-32 лучшую проходимость и бронезащиту, имея резервы по её усилению (обе машины изготавливались в одинаковом весе и изначально позиционировались как лёгкие танки), но ни одному из них долгое время не было отдано предпочтение, споры между противниками и сторонниками колёсно-гусеничного движителя продолжались. В КБ работа велась над обеими машинами параллельно.

23 сентября Кошкин участвовал в показе на Полигоне в Кубинке опытных машин А-20 и А-32 членам правительства[13].

В том же месяце в Кубинке А-20 и А-32 (Т-32), вместе с перспективными танками других заводов, повторно были показаны госкомиссии. Показ прошёл с большим успехом, Т-32 произвёл впечатление на присутствующих необычно красивой формой и отличными ходовыми качествами[16]. При этом Кошкин уже представил обновлённый А-32 с 76,2 мм пушкой Л-10, получивший индекс Т-32. На последовавшем совещании он вновь активно выступает за Т-32, позиционируя его уже как средний танк, на замену устаревшему Т-28, особо отмечая его простоту и большие резервы по дальнейшему улучшению, предлагая составить график запуска машины в серийное производство[17]. Военные чиновники опять ни одному из танков не отдали предпочтение, рассматривая вопрос об одновременном производстве А-20 и Т-32.

Проект А-32 с усиленным бронированиемПравить

С сентября 1939 года по февраль 1940 года на основании решения командования АБТУ под руководством М. И. Кошкина велось проектирование и изготовление двух опытных гусеничных танков А-32 с усиленным бронированием[13].

Начавшаяся Советско-финская война (1939—1940) снова показала плохую оснащённость РККА танками с мощным вооружением и бронезащитой. Совершенствование Т-32 активизировалось, были проведены испытания с дополнительной нагрузкой, имитирующей увеличение толщины брони до 45 мм, которые прошли успешно, и будущий танк формально приняли на вооружение до изготовления опытного образца под индексом Т-34. Кошкин и конструкторы его КБ работают напряжённо, целыми днями пропадая на работе. Объём работ был значительным, в результате всех модернизаций масса возросла на 6 тонн, усилен гусеничный движитель, увеличились габариты, перерасчёт конструкции и чертежи делались заново.

Постановлением Комитета Обороны при СНК СССР № 443 от 19 декабря 1939 года А-32 с толщиной брони 45 мм, названный танком Т-34, был принят на вооружение Красной армии[13].

Опытные Т-34 № 1 и Т-34 № 2Править

10 февраля 1940 года были изготовлены два первых Т-34 и начаты их испытания. На 17 марта в Москве был назначен показ танков членам правительства. С этой целью был организован танкопробег Харьков — Москва. Учитывая важность мероприятия, Кошкин сам отправился на новых машинах как ответственный представитель завода.

В марте 1940 года Кошкин принял личное участие в проведении войсковых испытаний двух опытных танков Т-34 (А-34) с совершением пробега Харьков — Москва и обратно[13].

750 км от Харькова до Москвы и обратно ещё недоработанные танки прошли своим ходом в трудных условиях бездорожья и снежных заносов.

17 марта 1940 года Кошкин участвовал в показе своих машин Т-34 членам правительства в Кремле[13]. Показ на Ивановской площади Кремля в присутствии всего высшего руководства СССР (И. В. Сталин, М. И. Калинин, В. М. Молотов и К. Е. Ворошилов) и всесторонние стендовые и ходовые испытания на танковом полигоне окончательно решили судьбу танка. Т-34 был рекомендован для немедленной постановки на производство.

31 марта 1940 года Кошкин представил опытные танки Наркому среднего машиностроения и Наркому обороны, которые рекомендовали немедленно поставить танк Т-34 на производство на заводах № 183 и СТЗ[13].

Последние месяцы жизниПравить

 
Татьяна Михайловна и Тамара Михайловна Кошкины на торжественном открытии памятника в селе Брынчаги.

Пробег Харьков — Москва — Харьков подорвал здоровье Кошкина. Простуда и переутомление привели к заболеванию пневмонией. Однако напряжение последних лет не ослабло, организация серийного производства Т-34, значительно отличающегося по конструкции от БТ-7, шла тяжело. Требовалась масса текущих доработок, кроме того, в это время в КБ-520 работали над следующей моделью — Т-34М и намечался перспективный танк с поперечным расположением двигателя Т-44.

Вскоре заболевание обострилось и Кошкину пришлось удалить одно лёгкое. Он был направлен на реабилитационный курс лечения в заводской санаторий «Занки» под Харьковом, где он и скончался 26 сентября 1940 года, за 9 месяцев до начала Великой Отечественной войны. Главным конструктором и руководителем КБ-520 стал его заместитель — А. А. Морозов.

Михаил Кошкин был похоронен в Харькове на Первом городском кладбище (ныне Молодёжный парк).

До сегодняшнего дня могила не сохранилась. По одним данным, она была целенаправленно уничтожена немецкими бомбардировками[18][неавторитетный источник?][19]. По другим данным, гроб с телом Кошкина был кремирован, урна с прахом хранилась в помещении при городском морге г. Харькова, который и был подвергнут бомбовому удару[1]. События происходили в конце 1941 года, на конечной стадии эвакуации ХПЗ в Нижний Тагил и перед захватом города немецкими войсками.

СемьяПравить

 
Открытие бронзового бюста в селе Брынчаги. 21 ноября 1998 года
  • жена — Вера Николаевна
  • дочери
    • Елизавета — учитель географии,
    • Тамара — геолог,
    • Татьяна — преподаватель Харьковского университета.

Награды и премииПравить

 
Памятник в Харькове

ПамятьПравить

 
Почтовая марка к 100-летию со дня рождения Кошкина
 
25 рублей 2019 г.
Памятники
  • В Харькове, недалеко от проходной Завода имени Малышева, в мае 1985 года Михаилу Ильичу Кошкину был торжественно открыт памятник. Также в Харькове в честь Михаила Ильича названа улица.
  • Памятник танку «Т-34», а фактически М. И. Кошкину, установлен на трассе М-8 рядом с указателем поворота на родное село Кошкина Брынчаги в Ярославской области. В Переславле-Залесском в Ярославской области названа улица в его честь.
  • Памятник М. И. Кошкину установлен в центре его родного села Брынчаги Ярославской области (дом, в котором он родился и жил, сгорел во время большого пожара в 1938 году)[2].
  • В Кирове (Вятке) на доме, где жил М. И. Кошкин (ул. Спасская, 31), установлена мемориальная доска.
  • Мемориальная доска установлена в Главном здании СПбПУ, где учился Михаил Ильич.
  • Мемориальная доска установлена на здании, где жил Михаил Ильич (г. Харьков, ул. Пушкинская, 54/2).

Книги

  • Резник Я. Л. Сотворение брони. — М.: Воениздат, 1987.
  • Вишняков В. А. Танк, обогнавший время. — Ради жизни на земле. — М.: ДОСААФ, 1986. — 525 с. — 100 000 экз.
  • Вишняков В. А. Конструкторы. 1989.
  • Брошюра «Михаил Кошкин: уникальные документы, фотографии, факты, воспоминания (к 110-летию со дня рождения)», 2009 г.

Фильмы

В филателии

  • В 1998 году к 100-летию со дня рождения М. И. Кошкина была выпущена российская почтовая марка с его портретом. На рисунке справа — установленный на постамент танк Т-34. На марке напечатан текст: «М. И. Кошкин. 1898—1940». Номинал марки — 1 рубль. Рисунок был выполнен Л. Зайцевым.

В нумизматике 2 декабря 2019 года Банк России выпустил в обращение памятную монету номиналом 25 рублей посвящённую М. И. Кошкину и танку Т-34 (в серии «Оружие Великой Победы (конструкторы оружия)»)[22].

См. такжеПравить

ПримечанияПравить

Комментарии

  1. Впервые в мире концепция быстроходного среднего танка с противоснарядной броневой защитой и мощным вооружением была реализована в 1934 году в опытном танке Т-29 (проект КБ Ленинградского завода). К концу 1936 года, было очевидно, что Т-29 в серию не пойдёт… Одна из причин — несоответствие проекта общим тенденциям развития конструкции танка на Ленинградском заводе. В то время заместитель начальника КБ Ленинградского опытного завода М. И. Кошкин, участвуя в разработке Т-29, определил основные направления улучшения проекта Т-29 и доложил о них непосредственно наркому тяжёлой промышленности Г. К. Орджоникидзе. Танки Т-29 и БТ-7 имели аналогичный колёсно-гусеничный движитель с опорными катками большого диаметра. Колёсно-гусеничный движитель танка Т-29 имел катки большого диаметра с независимой торсионной подвеской (в отличие от пружинной подвески танка БТ). Торсионные валы, изготовленные по технологии Ленинградского завода, в условиях движения танка Т-29 по пересечённой местности работали неудовлетворительно. Тем не менее конструктор М. И. Кошкин являлся сторонником применения на быстроходном среднем танке катков большого диаметра — основного элемента обеспечения быстроходности танка при условии последующей доработки торсионной подвески.
  2. КБ-24 формировалось на добровольных началах, в него вошёл 21 человек из КБ-190 и КБ-35 завода, при приёме Кошкин беседовал с каждым лично, его заместителем стал Александр Морозов[14]. Подбору работников М. И. Кошкин и А. А. Морозов уделили особое внимание, в целях создания творческих и товарищеских взаимоотношений в коллективе. Были назначены руководители групп по проектированию основных узлов будущей машины, и КБ сразу приступило к работе[15].

Ссылки на источники

  1. 1 2 3 История Дмитриевской общеобразовательной школы Переславского МР Ярославской области Архивная копия от 22 декабря 2015 на Wayback Machine // 76pz-dmitrshkola.edusite.ru
  2. 1 2 Александр Левченко «Он одел солдат в броню» (недоступная ссылка). Дата обращения 23 апреля 2009. Архивировано 27 апреля 2009 года. (недоступная ссылка)
  3. Елизавета Кошкина «Отец не стал давать танку своё имя Архивная копия от 23 декабря 2015 на Wayback Machine» Еженедельник «Молодость Сибири», № 3, (4499), 2007.
  4. Учётная карточка члена ВКП(б) Кошкина М. И. Государственный архив социально-политической истории Кировской области, ф. 4112, оп. 18, д. 36-81-3883, кор. 7.
  5. Казаков Михаил, «Лучший танк Великой Отечественной войны»
  6. ХПЗ — Завод им. Малышева, 1995, с. 186—187.
  7. 1 2 3 «Кому сегодня мешает советская Тридцатьчетвёрка?» О. А. Наказной, И. Г. Желтов, А. Г. Солянкин «Военно-исторический журнал» — № 5 — 2009 г.
  8. ХПЗ — Завод им. Малышева, 1995, с. 178.
  9. «Очень красивое творение рук человека» Елена Василькова, Российская газета (Неделя) № 6126 от 11 июля 2013 г.
  10. «Неизвестный Т-34» И. Желтов, М. Павлов, И. Павлов, А. Сергеев, А. Солянкин, Экспринт 2001.ISBN 5-94038-013-1
  11. Кавалерчик Б. Ещё раз о Т-34. — Танковый удар. Советские танки в боях 1942—1943: Сборник. М.: Яуза, Эксмо, 2007. — 448 с. — ISBN 978-5-699-22807-2.
  12. Осторожно: «специалисты»! Архивная копия от 4 марта 2009 на Wayback Machine Л. Васильева-Кучеренко. Литературная газета. 22-28 октября 2008 г. № 43 (6195).
  13. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 Техника и Вооружение, 2008, с. 23.
  14. Харьковское Конструкторское бюро по Машиностроению (история) (недоступная ссылка). Дата обращения 6 января 2016. Архивировано 4 марта 2016 года.
  15. 1 2 Яков Баран Так родилась «тридцатьчетвёрка» (Т-34 путь к Победе. Воспоминания танкостроителей и танкистов К. М. Слободин, В. Д. Листровой Xарьков, «Прапор» 1985.)
  16. Александр Ветров. Непревзойдённая «тридцатьчетвёрка» (Т-34 путь к Победе Воспоминания танкостроителей и танкистов К. М. Слободин, В. Д. Листровой Xарьков, «Прапор» 1985.)
  17. Желтов И., Макаров А. А-34 рождение тридцатьчетвёрки. М.: Тактикал пресс, 2014.
  18. газета «Вечерний Харьков» — Не осталось даже могилы
  19. Документальный фильм «Прохоровка. Укрощение „Тигра“»
  20. История создания среднего танка Т-111 (недоступная ссылка)
  21. 1 2 Кошкин Михаил Ильич — статья из Большой советской энциклопедии
  22. Банк России, о выпуске в обращение памятной монеты номиналом 25 рублей посвящённой М. И. Кошкину и танку Т-34

ЛитератураПравить

СсылкиПравить