Открыть главное меню

Куба́нская сове́тская респу́блика в составе РСФСР на территории Кубанской области существовала в период с 13 апреля по 30 мая 1918 года[1].

Советская республика в составе РСФСР
Кубанская советская республика
Kuban obl.jpg
Кубанская область, в границах которой была образована Кубанская советская республика
 Flag of Kuban People's Republic.svg
Flag of the Russian Soviet Federative Socialist Republic (1918–1937).svg 
Столица Екатеринодар
Денежная единица рубль
Форма правления советская республика
председатель ЦИК
 • 13.4—30.05.1918 Я. В. Полуян

Столица — Екатеринодар.

После упразднения вошла в столь же недолго просуществовавшую Кубано-Черноморскую советскую республику.

Содержание

Установление советской власти на КубаниПравить

Обстановка накануне и в первые месяцы после ОктябряПравить

 
Атаман А. П. Филимонов
 
Л. Л. Быч
 
Зимний театр в Екатеринодаре, где заседала Законодательная Рада (доска на здании Краснодарской филармонии)
 
Н. С. Рябовол

После получения информации о победе большевиков в ходе вооружённого восстания в Петрограде о принятии на себя всей полноты власти на территории Кубанской области объявили атаман Кубанского казачьего войска А. П. Филимонов (избран 12 октября 1917 года) и Временное Кубанское войсковое правительство[2].

Правительство было создано в апреле 1917 года из членов Временного Кубанского областного исполнительного комитета (структура, подконтрольная Временному правительству) и членов Кубанской войсковой Рады (общественная организация, выросшая из съезда уполномоченных представителей населённых пунктов Кубанской области, прошедшего в апреле)[3]. К моменту переворота в Петрограде (после июльского кризиса) областной исполком под давлением казачества был упразднён, Временное Кубанское войсковое правительство контролировалось казачьими представителями, ликвидировались возникшие после Февральской революции местные Советы (был ликвидирован и областной Совет), на местах восстанавливалось атаманское управление и власть старшин. Второй съезд Кубанской войсковой Рады, проходивший 24 сентября — 12 октября[4], образовал из своего состава Законодательную Раду[3] и принял «Временные основные положения о высших органах власти в Кубанском крае»[К 1][3] (6[4] или 7[5] октября), дававшие привилегии казачьему и остальному коренному населению (горцам и коренным крестьянам) и дискриминировавшие рабочих и иногородних. Таким образом, к началу Октябрьской революции активной частью казачества на Кубани был взят курс на формирование сословной казачьей республики[6].

26 октября на территории области было объявлено военное положение, запрещено проведение митингов и собраний. В Екатеринодаре по распоряжению войскового правительства были заняты почта и телеграф, распускались местные Советы, проводились аресты советских активистов. 2 ноября большевики в области перешли на нелегальное положение, 5 ноября был создан подпольный ревком для подготовки вооружённых отрядов Красной гвардии[7].

С 1 по 11 ноября в Екатеринодаре проходила I-я сессия Кубанской Законодательной Рады, созданной месяцем ранее. В условиях смены власти в Петрограде Рада сформировала вместо прежнего войскового правительства (с сословными коннотациями в названии) Кубанское краевое правительство (претендовавшее на представление интересов всего населения края), которое возглавил Л. Л. Быч[3]. 1 ноября открылся и 1-й областной съезд иногородних. Представителями большевиков была предложена резолюция о признании Советского правительства и отмене военного положения, однако большинство съезда, симпатизировавшее эсерам и меньшевикам, отклонило её[7].

С 12 декабря проходил 2-й съезд иногородних, и руководство Рады предложило объединить его с заседаниями Законодательной Рады (которые начались с 9 декабря)[4] — с целью привлечь иногороднее население на свою сторону и укрепить социальную базу местной власти перед лицом большевизации страны. В результате, однако, произошёл раскол среди массы иногороднего крестьянства, и в Екатеринодаре одновременно прошли два съезда — 2-й общеобластной съезд казаков, иногородних и горцев в Зимнем театре, прошедший под контролем Законодательной Рады, и 2-й Кубанский областной съезд иногородних в кинотеатре («электробиографе») «Мон Плезир»[8], объединивший менее зажиточную часть иногородних с беднейшим казачеством. По итогам первого съезда был избран новый состав Законодательной Рады, включивший в себя 45 казаков, 45 иногородних и 8 горцев, утверждён новый состав краевого правительства (5 министерских портфелей получили иногородние — 4 эсера и меньшевик), были расширены избирательные права иногородних. Второй съезд 14 декабря[9] потребовал передачи всей власти в руки Советов и признания Совета народных комиссаров, объявил о непризнании решений Рады и краевого правительства, избрал Совет народных депутатов области во главе с большевиком И. И. Янковским[10], а также постановил передать все казённые, церковные и частновладельческие земли трудящимся, оставив трудовым крестьянам и казакам их паевые наделы[9].

28 января 1918 года первая сессия обновлённого состава Законодательной Рады под председательством Н. С. Рябовола провозгласила создание в границах Кубанской области Кубанской народной республики, входящей в состав России на федеративных началах. 16 февраля была провозглашена самостоятельная Кубанская народная республика как независимое государство[11].

Советизация КубаниПравить

 
Черноморская губерния

В числе двух основных очагов революционных настроений, способствовавших, в конечном итоге, установлению советской власти на территории Кубанской области, называются[12] быстро советизировавшаяся соседняя Черноморская губерния и возвращавшиеся на Кубань с фронтов Первой мировой войны воинские части, в том числе казачьи.

3 ноября 1917 года советская власть была установлена в Туапсе, 18 ноября — в Новороссийске[10][К 2]. 23-25 ноября в Новороссийске прошёл съезд Советов рабочих и солдатских депутатов Черноморской губернии, который избрал Центральный исполнительный комитет с преобладанием большевиков[13].

В декабре на территорию Кубанской области стали возвращаться с фронта казачьи части, при этом краевое правительство возлагало на них надежду как на будущую военную опору своей власти. Однако, согласно утверждениям, встречающимся в кубанской печати того периода, «ни одна воинская часть, вернувшаяся с фронта, не подчинилась войсковому правительству». Более того, глава правительства Л. Л. Быч признавал, что именно эти части внесли большой вклад в последующий процесс большевизации региона[7][К 3]. В этих условиях Кубанская Законодательная Рада начала формирование собственных «войск Кубанского края», впоследствии перешедших под командование штабс-капитана В. Л. Покровского[10] — из офицеров, юнкеров и зажиточного казачества. Для снаряжения этих отрядов была создана база в станице Кореновской[9].

На Кубань прибыли с фронтов также и другие соединения бывшей Русской императорской армии. В частности, 39-я пехотная дивизия убыла c Кавказского фронта и в конце 1917 года находилась на железнодорожных станциях вдоль линии АрмавирКавказскаяТихорецкая. Солдаты дивизии заметно симпатизировали большевикам. 2 января 1918 года при их участии в Армавире, первом из городов области, была установлена советская власть. В течение января Советы взяли власть на станции Тихорецкой, в Майкопе, Темрюке, в ряде станиц[14].

Для активизации процессов советизации Кубанской области был использован революционный ресурс Черноморской губернии. 31 января на расширенном заседании ЦИК, избранного съездом Советов рабочих и солдатских депутатов губернии, было принято решение слить Черноморский военно-революционный штаб (военный орган советской власти в регионе) и Военно-революционный комитет Кубанской области, созданный в январе для координации усилий по установлению советской власти под председательством Я. В. Полуяна[15]. Новый орган получил название Главный Кубано-Черноморский военно-революционный комитет, его возглавил тот же Я. В. Полуян. В станице Крымской разместился штаб создаваемой под руководством комитета Кубанской Южной революционной армии. Главный Кубано-Черноморский ВРК имел связи с ВРК Кавказской армии, находившейся на Кавказском фронте, Центрофлотом Черноморского флота и другими революционными организациями[13].

 
А. И. Автономов
 
И. Л. Сорокин
 
В. Л. Покровский

Одновременно с этим в районе Тихорецкой и севернее, вдоль железной дороги на Ростов, приказом штаба обороны города Царицына от 25 января, который был утверждён приказом главнокомандующего войсками Южного революционного фронта по борьбе с контрреволюцией В. А. Антонова-Овсеенко 17 февраля, из частей 39-й пехотной дивизии, поспособствовавшей установлению советской власти в этом районе (например, в составе советских войск сохранил своё наименование входивший в дивизию 154-й Дербентский полк), красногвардейских отрядов, отдельных революционных отрядов формировалась Юго-Восточная революционная армия. Она была развёрнута преимущественно для борьбы с Добровольческой армией и силами атамана А. М. Каледина, которые концентрировались в районе Ростова[16] (уже на рубеже января и февраля части Юго-Восточной армии заняли станцию Батайск и село Батайское под Ростовом), однако также сыграла решающую роль и в борьбе с Кубанской Радой. Командующим Юго-Восточной армией в январе был избран А. И. Автономов[17], помощником командующего с февраля стал И. Л. Сорокин[18].

В феврале в Армавире прошёл 1-й съезд Советов Кубанской области, во главе с Я. В. Полуяном. Избранный на нём областной Совет объявил 22 февраля о переходе власти в руки Советов на всей территории Кубани и провозгласил Кубанскую Раду вне закона[9][19]. Чуть ранее, 15—17 февраля, в станице Брюховецкой проходили заседания так называемой Черноморской Рады, в которых участвовали члены Кубанской Рады, представлявшие 62 станицы бывшего Черноморского казачьего войска (станицы, перешедшие в Кубанское казачье войско из Кавказского линейного казачьего войска, делегатов не прислали). Несмотря на желание противостоять большевизации области, повлиять на ход событий, ведущий к установлению на Кубани советской власти, Рада, собравшаяся в Брюховецкой, уже не смогла[4].

К началу марта в руках Рады и краевого правительства оставался лишь Екатеринодар и его окрестности[19]. Сформированные под властью Кубанской Рады так называемые «кубанские добровольческие отряды», пока ещё не имевшие единого командования, после отдельных стычек с большевистскими силами на подступах к городу (первым столкновением стал бой 22 января у станции Энем к югу от Екатеринодара) лишь прикрывали основные направления на столицу области — со стороны станции Тихорецкой, со стороны станции Кавказской, со стороны станицы Тимашёвской, имелись отряды и на левом берегу Кубани[20].

14 марта силы Юго-Восточной революционной армии совместно с отрядами, наступавшими от Новороссийска, заняли город[9][19][21] без боя. Ранее, 7 марта, на совещании у атамана А. П. Филимонова политическим и военным руководством белой Кубани было принято решение эвакуировать город. 27 февраля штабс-капитан В. Л. Покровский был произведён в полковники и назначен командующим всеми войсками Кубанской Рады (ранее он возглавлял лишь один из добровольческих отрядов, возникших в области). Под его командованием все вооружённые соединения, бывшие в наличии, переправившись вместе с руководством Рады и правительством через Кубань, ушли на юго-восток, в направлении Майкопа. В ауле Шенджий они были реорганизованы в единый так называемый Кубанский отряд[22].

Провозглашение республикиПравить

Ситуация в области перед 2-м съездом Советов КубаниПравить

К концу марта почти на всей территории Кубанской области была установлена советская власть[9]. Однако продолжалась работа по организации вооружённых сил Советов в регионе. Например, в конце марта под руководством Екатеринодарского комитета большевиков в городе, недавно очищенном от войск Кубанской Рады, были сформированы 1-й Екатеринодарский коммунистический полк (командир — М. Н. Демус, вошёл в состав Юго-Восточной армии), а затем и 2-й Екатеринодарский полк[21][23][24].

10-13 марта, ещё до взятия Екатеринодара и окончательной победы советской власти в области, 3-й съезд Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов Черноморской губернии, проходивший в Туапсе, преобразовал губернию в Черноморскую советскую республику[13]. Вместе с тем, хотя конституирование советской государственности на Кубани шло медленнее и не было завершено, продолжала усиливаться интеграция структур новой власти Черноморья и Кубанской области, начавшаяся в период борьбы за установление власти Советов. Во-первых, ещё на самом туапсинском съезде уже обсуждался вопрос возможного объединения двух регионов. Во-вторых, в марте произошло объединение Кубанской и Черноморской организаций РКП(б), которые совместно насчитывали на тот момент 5 тысяч членов[25].

 
Генерал Л. Г. Корнилов

Военная обстановка на Кубани с конца февраля — начала марта, ввиду уже неминуемого поражения сил Кубанской Рады, стала определяться фактором угрозы с севера, исходящей от Добровольческой армии. Армия Л. Г. Корнилова 22 февраля оставила Ростов, на который с севера, запада и юга наступали красные части, переправилась через Дон и кружным путём, через южные станицы Области Войска Донского, 7 марта[26] вошла на территорию Кубанской области, намереваясь соединиться в Екатеринодаре с войсками Рады и использовать для пополнения своих рядов мобилизационный потенциал кубанского казачества (так называемый Первый Кубанский, или «Ледяной», поход). При этом в своём движении добровольческие отряды постоянно были вынуждены преодолевать сопротивление частей Юго-Восточной революционной армии (бои под селом Средне-Егорлыкским бывшей Ставропольской губернии, станицей Березанской)[21].

Сведения об оставлении Екатеринодара войсками Рады, полученные добровольцами в районе станиц Выселки и Кореновской, вынудили Л. Г. Корнилова изменить маршрут движения — Добровольческая армия резко повернула к Кубани, где у станицы Усть-Лабинской, выдержав очередной бой с соединениями Юго-Восточной армии[21], переправилась через реку в Закубанье. 27 марта у аула Шенджий Добрармия соединилась с Кубанским отрядом[22][26]. 30 марта у станицы Новодмитриевской кубанские вооружённые формирования официально влились в состав Добровольческой армии[3].

2-й съезд Советов Кубанской области: образование республикиПравить

  Внешние изображения
  Я. В. Полуян.
 
М. Х. Шовгенов (бюст в Майкопе)

С 1 по 16 апреля 1918 года в Екатеринодаре проходил 2-й съезд Советов Кубанской области, сыгравший ключевую роль в образовании Кубанской советской республики и проведении в жизнь политики советской власти на Кубани. Всего в нём участвовало 832 делегата. По своей партийной принадлежности участники съезда распределялись следующим образом:

Съезд принял целый ряд решений, встраивающих Кубань в политическое поле РСФСР. Это проведение социалистических преобразований, санкционирование мероприятий по восстановлению хозяйства и налаживанию нормальной жизни населения, выстраиванию социальной сферы. Среди решений съезда[23]:

  • одобрить деятельность СНК и ВЦИК;
  • присоединиться к резолюции IV Всероссийского съезда Советов о ратификации Брестского мира;
  • декрет по земельному вопросу, по которому земли, леса и воды Кубанской области подлежали национализации;
  • постановление об упразднении сословий[27];
  • одобрение перечня мероприятий по восстановлению промышленности и транспорта;
  • решение о создании районных и местных продовольственных комиссий;
  • решения по финансовому вопросу, о пенсиях и пособиях, о народном здравоохранении;
  • решения во вопросам создания частей Красной Армии на Кубани.

13 апреля[1] съезд провозгласил образование на территории Кубанской области Кубанской советской республики в качестве неотъемлемой части РСФСР, с центром в Екатеринодаре, а также высказался за её объединение с Черноморской советской республикой — в рамках новой Кубано-Черноморской федеративной советской республики[25]. Был избран ЦИК новой советской республики, в котором преобладали большевики, а также сформирован Совет народных комиссаров Кубанской СР из 16 комиссаров (10 из них представляли партию большевиков). В ЦИК республики входили:

Попытка штурма Екатеринодара Добровольческой армиейПравить

  Внешние изображения
  П. И. Вишнякова.
  Г. И. Мироненко.
  Е. М. Воронов.
  П. К. Зоненко.
 
Д. П. Жлоба
 
И. А. Кочубей
 
Генерал И. Г. Эрдели
 
Генерал С. Л. Марков
 
Генерал А. И. Деникин

2-й съезд Советов Кубанской области проходил на фоне ожесточённых боёв в окрестностях Екатеринодара и на окраинах самого города между Добровольческой армией и силами Юго-Восточной революционной армии, при этом к моменту провозглашения Кубанской советской республики решающие боевые действия, продемонстрировавшие провал попытки белых взять город, уже были завершены.

После объединения добровольцев с Кубанским отрядом часть советских войск отошла к станции Энем, для прикрытия Екатеринодара с юга (полк Д. П. Жлобы, перешедший на сторону Советов 491-й пехотный Варнавинский полк, который в феврале прибыл в Новороссийск из Трапезунда, с Кавказского фронта, другие отряды). В связи с угрозой городу от сил Л. Г. Корнилова Екатеринодар был объявлен на осадном положении (9 апреля)[28]. Руководству Юго-Восточной армии удалось сосредоточить для обороны города до 20 тысяч бойцов. Активную работу по организации обороны проводила городская партийная организация РКП(б) (до 1 тысячи членов на тот момент) во главе с П. И. Вишняковой[29].

Добровольческая армия, увеличив свою численность за счёт вооружённых сил Кубанской Рады, в начале апреля развернула наступление на Екатеринодар (в городе к этому моменту уже начал работу 2-й съезд Советов). 6 апреля отряд советских войск был разбит в бою у станицы Георгие-Афипской[26]. 7 апреля в соответствии с планом штурма, разработанным командованием Добрармии, конница генерала И. Г. Эрдели захватила паромную переправу через Кубань в станице Елизаветинской, к западу от Екатеринодара[30], 8 апреля — саму станицу на северном берегу реки[26]. Добровольческая армия, таким образом, переправилась на правый берег Кубани, что явилось неожиданностью для советских войск, предполагавших после взятия Георгие-Афипской продолжения наступления на север, на станцию Энем, где находился основной заслон Юго-Восточной армии[30].

9 апреля был предпринят первый штурм города добровольцами, совпавший, по некоторым данным, с попыткой наступления красных частей от Екатеринодара на Елизаветинскую. Результатом встречного боя стал отход сил революционной армии к екатеринодарским предместьям. В тот же день 2-й областной съезд Советов призвал всё трудовое население Екатеринодара с оружием в руках встать на защиту города. В качестве добровольцев в последующих боях за столицу Кубани приняло участие значительное количество горожан, в частности — жителей рабочих окраин Дубинки и Покровки[К 4]. В результате, по некоторым сведениям, в числе погибших защитников Екатеринодара за все дни боёв насчитывалось около 300 женщин. В боях принимали участие и делегаты съезда Советов[31], в том числе отряд под командованием будущего (на тот момент) зампредседателя ЦИК Кубанской советской республики Ивана Гайченца[32].

К 10 апреля на фронте обороны вокруг города были сосредоточены, начиная с северо-восточного пригорода против часовой стрелки (включая участок к югу от Екатеринодара, у станции Энем):

  • конная группа в составе отрядов И. А. Кочубея, Г. И. Мироненко, М. Г. Ильина, Е. М. Воронова, Н. Е. Батлука и других;
  • Приморско-Ахтарский пехотный полк П. К. Зоненко, отряд черноморских моряков, 2-й Северокавказский полк Д. П. Жлобы и другие соединения;
  • 154-й Дербентский революционный полк (бывший 154-й Дербентский пехотный полк Русской императорской армии), отряды, сформированные накануне из екатеринодарских рабочих, отряды из станиц Выселки, Петропавловской и других;
  • 1-й Екатеринодарский полк М. Н. Демуса, 1-й Северокубанский полк, Кавказский отряд и прочие части;
  • 491-й Варнавинский пехотный полк, бронепоезд «Истребитель № 1» (Черноморского флота) и некоторые другие войска[21][33].

10 апреля белыми была предпринята атака оборонительных позиций непосредственно на окраинах Екатеринодара. Результатом ожесточённых боёв, не утихавших, по некоторым свидетельствам, и ночью, стало вклинение корниловцев в оборону в западных предместьях города и занятие нескольких важных пунктов (сельскохозяйственной фермы и кожевенных заводов). Правее шли упорные бои в районе Черноморского вокзала. В садах северо-восточнее вокзала конница Эрдели была атакована конной группой красных[34].

11 апреля наметившийся на левом фланге обороны города успех белогвардейских войск командование Добровольческой армии попыталось развить, наступая от кожевенных заводов дальше на восток, в направлении артиллерийских казарм. 1-й Екатеринодарский коммунистический полк был вынужден отступить вдоль правого берега Кубани, наступление белых здесь было поддержано вновь введёнными в бой относительно свежими силами под командованием генерала С. Л. Маркова. В тот же день начался обстрел красными батареями оставленной накануне сельскохозяйственной фермы, где разместился штаб Л. Г. Корнилова[34].

Утром 12 апреля, по данным советской стороны, белыми были взяты артиллерийские казармы и атакован Черноморский вокзал. Конница корниловцев сделала попытку перерезать железную дорогу в направлении Тихорецкой и прорваться к станице Пашковской к востоку от города. Однако наступление от казарм и другие атаки уже успеха не имели. На военном совете командования Добровольческой армии, состоявшемся в ночь на 13 апреля, было принято решение, несмотря на потери, продолжать штурм[35].

Утром 13 апреля при очередном обстреле красными сельскохозяйственной фермы погиб генерал Л. Г. Корнилов, командующий Добровольческой армией. Принявший командование А. И. Деникин ввиду значительного превосходства обороняющихся красных, больших потерь добровольцев и недостатка боеприпасов приказал отступать. В ночь на 14 апреля белые ушли из-под Екатеринодара[26].

По итогам боёв за город только Екатеринодарская партийная организация РКП(б) потеряла убитыми 250 человек (1/4 часть членов)[К 5]. Добровольческая армия сначала отступала по направлению к Старовеличковской, затем на северо-восток, где, обойдя с юга Тихорецкую, у станицы Успенской 25 апреля вышла на границу Кубанской и Ставропольской советских республик, откуда двинулась на север, на Дон, в район станиц Мечётинской, Егорлыкской и слободы Гуляй-Борисовка, оказавшись там 13 мая[26][36].

Кубанская советская республика в апреле-мае 1918 годаПравить

Социально-экономическая политикаПравить

  Внешние изображения
  Бон Кубанской советской республики.

На территории образованной Кубанской советской республики в период её существования проводились революционно-демократические и социалистические преобразования. Осуществлялась национализация крупных промышленных предприятий, банков и другой крупной собственности. Был установлен контроль за производством и распределением продовольствия. Проводилось в жизнь решение о материальном обеспечении семей бойцов Красной Армии и инвалидов войны[23].

В качестве основных статей дохода для органов власти республики, в соответствии с декретом по финансовому вопросу, принятым на 2-м съезде Советов Кубани, рассматривались:

С учётом опыта регионов Центральной России национализация банков прошла на Кубани сравнительно быстро. Промышленность, однако, не давала достаточного дохода, так как многие национализированные предприятия работали с убытком или не работали вовсе. Республика переживала серьёзнейшую инфляцию, начавшуюся ещё в период Временного правительства и Кубанской Рады[37].

Ещё 24 марта ВРК Кубанской области разрешил хождение на территории региона всех денежных знаков, кроме бон Рады. Проблема недостаточности денежных знаков в Кубанской республике решалась с помощью эмиссии денег. 21 апреля на совместном заседании ЦИК республики и Екатеринодарского Совета рабочих, солдатских, крестьянских и горских депутатов было принято решение выпустить разменные боны достоинством в 10 рублей, обеспеченные обязательством на номинальную сумму в 25, 50 или 100 тысяч рублей. Боны имели хождение как в Кубанской советской республике (обязательное), так и в других республиках РСФСР (формально — по соглашению), наравне с другими дензнаками Советской России, и были гарантированы золотом, серебром, платиной, недвижимостью, полезными ископаемыми из недр Кубани, а также общегосударственными денежными знаками РСФСР. Всего таких бон было выпущено на 27 миллионов рублей[37].

Вооружённые силыПравить

 
Д. Д. Рогачёв (контр-адмирал, фото 1940-х годов)
 
И. Я. Герштейн
 
А. В. Мокроусов
 
И. Ф. Федько
  Внешние изображения
  Ф. Я. Волик.

Юго-Восточная революционная армия, соединения которой сыграли ведущую роль в борьбе с контрреволюцией на Кубани, в апреле была преобразована в войска Кубанской советской республики[21], под руководством Кубано-Черноморского военно-революционного комитета. При этом данное войсковое соединение рассматривалось по факту уже как объединённая армия Кубанской и Черноморской республик[25]. С 19 апреля главнокомандующим вооружёнными силами Кубанской республики являлся А. И. Автономов[17]. Общая численность войск Кубанской СР составляла до 75 тысяч человек. Они были организованы в 4 боевых участка (фронта)[21]:

  • Таманский. Включал полки и отряды на Таманском полуострове. Командующий — А. А. Романенко. Штаб располагался в Темрюке. Первоначально в состав участка входил Темрюкский отряд, затем также 1-й Екатеринодарский полк под командованием М. Н. Демуса, 4-й Днепровский полк под командованием И. И. Матвеева, Анастасиевский батальон, Крымский отряд, 1-й Северокубанский полк под командованием Д. Д. Рогачёва, 2-й Северокубанский полк под командованием И. Я. Сафонова[38][39][К 6];
  • Азовский. Включал войска на побережье Азовского моря от Таманского полуострова до села Шабельское, прежде всего — на территории бывшего Ейского отдела Кубанской области. Командующий — С. Клово. В состав участка входили сформированная с нуля Азовская военная флотилия под командованием И. Я. Герштейна и 1-я дивизия Ейского отдела. В частности, к числу сухопутных соединений, дислоцированных в отделе, относились свежесозданные 1-й и 2-й Ейские пехотные полки, кавалерийские полки, а также Таганрогский полк, 3-й Латышский полк, Ахтарский полк, некоторое время — 1-й Северокубанский полк[40][К 7], впоследствии оказавшийся на Таманском участке.
  • Ростовский. Включал войсковые соединения на рубеже Шабельское—Кагальницкая, фронтом в направлении на Ростов-на-Дону. Командующий — И. Л. Сорокин. Войска участка были организованы в 2 колонны. 1-я, на линии от станицы Кагальницкой до железнодорожного разъезда Койсугский (станция Койсуг), занимала, таким образом, правый фланг боевого участка и была составлена из частей Внеочередной дивизии — Выселковского, Петропавловского и Интернационального пехотных полков, 1-го революционного кавалерийского полка Г. И. Мироненко и кавалерийских отрядов М. Г. Ильина и И. А. Кочубея. 2-я колонна на левом фланге участка, от разъезда до города Азов и побережья Азовского моря, находилась под командованием А. В. Мокроусова и П. Г. Родионова и включала Красный полк из ростовских и батайских рабочих, 1-й и 2-й Таганрогские пехотные полки, Азовский полк, а также два кавалерийских полка, артиллерийскую бригаду, пулеметный полк, Тираспольский инженерный батальон и некоторые мелкие подразделения[41][К 8].
  • Кисляковско-Сосыкинский. Название — от станций Кисляковкаодноимённом посёлке юго-западнее станицы Кисляковской) и Сосыка-Ростовская (в станице Павловской). Войска участка, таким образом, располагались вдоль железнодорожной линии Ростов—Тихорецкая и были обращены фронтом на восток, против Добровольческой армии, находившейся на юге Донской советской республики. В состав участка входили 3-я колонна под командованием И. Ф. Федько (2-й Северокавказский полк Д. П. Жлобы, отряды, располагавшиеся в районе села Средне-Егорлыкского) и конная группа Г. А. Кочергина[41].

Кроме того, имелись отдельные отряды и полки в тылу, предназначенные, прежде всего, для борьбы с местной контрреволюцией[21]. Наряду с группой войск, сосредоточенных в районе Тихорецкой и подчинявшихся непосредственно главкому вооружённых сил республики[К 9], существовали отряды, дислоцированные в районе Екатеринодара, Кавказской, Армавира, Майкопа, Новороссийска[42].

Продолжалось формирование новых частей (кроме вышеупомянутых 1-го и 2-го Екатеринодарских полков был сформирован, например, Северокавказский полк Г. Г. Захарченко и другие соединения). Работа в этом направлении осуществлялась, в частности, военным комиссаром Кубанской советской республики Ф. Я. Воликом[23][24]. Прошёл 1-й Кубанский фронтовой съезд революционных армий, опубликовавший 25 апреля резолюцию о формировании новых отрядов Красной Армии[28].

Конфликт руководства республики с А. И. АвтономовымПравить

  Внешние изображения
  Л. В. Ивницкий.

29 апреля[К 10][28] ЦИК Кубанской советской республики своим решением для координации усилий по сплачиванию отдельных отрядов в единую армию республики и усиления управляемости вооружённых сил в непростой военно-политической обстановке[⇨] образовал Чрезвычайный штаб обороны, базировавшийся в Екатеринодаре. Штаб был организован по принципу Реввоенсовета, ранее подобная структура во главе с Г. К. Орджоникидзе была создана в Донской советской республике. Кроме того, Чрезвычайный штаб обороны Черноморского побережья (в границах Черноморской советской республики) во главе с Н. П. Поярко действовал в Сочи. Свежесозданный орган, по некоторым данным, имел в своём составе 6 членов. В источниках называются 7 фамилий членов екатеринодарского Чрезвычайного штаба обороны:

  • главком вооружённых сил республики А. И. Автономов;
  • председатель ЦИК Кубанской республики Я. В. Полуян;
  • комиссар труда в СНК Кубани Л. В. Ивницкий[43];
  • Л. В. Балис, Гуменный, Иванов, Турецкий[23][25][44].

А. И. Автономов вошёл в конфликт с остальными членами штаба, поскольку счёл, что его создание подрывает единоначалие и его полномочия в качестве главнокомандующего вооружёнными силами республики. Решения штаба им систематически игнорировались, в результате чего только что образованный объединённый ЦИК будущей Кубано-Черноморской советской республики[К 11] отрешил Автономова от обязанностей главкома. Вооружённые силы Кубанской республики при этом передавались в подчинение сформированного незадолго до этого Северо-Кавказского военного округа[25][44].

20 мая при поддержке помощника главнокомандующего[18] И. Л. Сорокина Автономов приказал командиру расквартированного в Екатеринодаре 154-го Дербентского полка Павлюченко арестовать членов Чрезвычайного штаба обороны. Одновременно с этим было оцеплено здание ЦИК Кубано-Черноморской республики, где в это время проходило заседание. Впоследствии, однако, Автономов по настоянию оставшихся на свободе членов ЦИК освободил арестованных членов ЦИК и штаба обороны[44].

21 мая для придания своим действиям легитимности со стороны армии Автономов без согласования с руководством республики созвал съезд представителей армии Кубани в станице Кущёвской, где получил поддержку большинства делегатов. 22 мая Временный чрезвычайный комиссар Юга России Г. К. Орджоникидзе, находившийся в Царицыне, направил главкому вооружёнными силами Кубанской республики телеграмму, в которой требовал от него подчиниться штабу обороны и ЦИК. Телеграмма возымела своё действие, и конфликт был прекращён. Автономов оставался главнокомандующим ещё несколько дней, до начала 3-го Чрезвычайного съезда Советов Кубанской и Черноморской республик, который 28 мая отстранил его от должности (на съезде Г. К. Орджоникидзе присутствовал лично)[17][45].

Антисоветские движения на территории республикиПравить

 
Полковник А. Г. Шкуро

Серьёзной проблемой функционирования советской государственности на Кубани, ставшей причиной роста недовольства среди казачества, стала неспособность молодых советских органов власти на местах решить земельный вопрос. Советы на местах не сумели быстро наделить землёй безземельное и малоземельное иногороднее крестьянство за счёт земель Кубанского казачьего войска, земель чиновников и офицеров, наиболее крупных казачьих землевладельцев, не затрагивая интересов зажиточного и середняцкого казачества. В этой связи к началу лета 1918 года большая часть казаков-середняков переходит на сторону контрреволюции[27][46].

В конце апреля и начале мая произошло стихийное казачье восстание в бывшем Ейском отделе Кубанской области, охватившее до 11 станиц[41]. После неудачной попытки штурма Ейска восставшими (в городе базировалась красная Азовская флотилия и значительная часть красноармейских полков, дислоцированных на территории отдела) казачьи повстанческие силы, понесшие большие потери, были рассеяны, восстание угасло.

В мае вспыхнуло так называемое Троицкое (название по Дню Святой Троицы) восстание в станицах Лабинского и Баталпашинского отделов — Надёжной, Подгорной, Попутной, отчасти Бесстрашной, Спокойной (вместе со Спокойной Синюхой) и затем Отрадной. До 20 чисел месяца бои шли с переменным успехом. В основном местные революционные части (в том числе отряд Я. Ф. Балахонова) смогли избежать разгрома. Периодически они занимали охваченные восстанием станицы, однако затем были вынуждены отступать. Окончательно восставшие были вытеснены из населённых пунктов в предгорья в начале июня[47].

В последних числах мая началось Таманское восстание, охватившее несколько станиц на Таманском полуострове и уже в июне поддержанное прямой интервенцией Германии — из оккупированного немцами Крыма[⇨] на Тамань высадился 58-й Берлинский пехотный полк[25][38]. В конце мая в Баталпашинском отделе, в районе станицы Бекешевской, начал собирать свой повстанческий отряд А. Г. Шкуро[48]. Достаточно крупные белогвардейские отряды находились в окрестностях станиц Староминской и Уманской, оттесняя советские войска к железным дорогам. В этом районе действовали конные части В. Л. Покровского, отделившиеся от Добровольческой армии для организации антисоветского движения в тылу красных и пополнения кубанских войск казаками, недовольными советской властью[49].

Объединение с Черноморской советской республикойПравить

Военно-политическая ситуация на юге России к концу маяПравить

18 апреля войска кайзеровской Германии, получившей возможность в результате Брестского мира оккупировать Украину, в нарушение условий мира и при участии сил Украинской Народной Республики, заняли Перекоп и вторглись в Крым, на территорию входившей в РСФСР Таврической советской социалистической республики (при этом находившиеся за пределами Крыма северные уезды бывшей Таврической губернии, в границах которой возникла ТССР, уже были к тому моменту оккупированы немецкими и украинскими отрядами). 30 апреля ССР Тавриды прекратила своё существование, Крым был полностью захвачен интервентами[50].

Советские войска с полуострова, сражавшиеся с захватчиками ещё на подступах к Крыму, в Северной Таврии, были эвакуированы морем в Ейск. В их числе — 1-й Черноморский революционный полк И. Ф. Федько, красногвардейский отряд Г. А. Кочергина и другие[51]. Вывезенные из Крыма соединения пополнили вооружённые силы Кубанской советской республики, их командиры возглавили структурные подразделения советских войск на Кубани.

Одновременно с вывозом живой силы ввиду угрозы захвата немцами из Cевастополя в Новороссийск (Черноморская советская республика) в период с 29-30 апреля по 1-2 мая перешли корабли Черноморского флота. 11 мая главнокомандующий германскими войсками, оккупировавшими Украину, генерал-фельдмаршал Г. фон Эйхгорн потребовал от правительства РСФСР вернуть флот в Севастополь. 13 мая Наркомат по иностранным делам в своей ноте согласился с немецким ультиматумом, однако втайне Совнарком принял решение затопить Черноморский флот, не желая отдавать его врагу (что было оформлено резолюцией В. И. Ленина от 24 мая и подписанной им директивой от 28 мая). Впоследствии, в июне, в том числе ввиду ожидавшейся, по слухам, высадки десанта интервентов на Тамани (которая в реальности вскоре состоялась)[⇨], часть кораблей действительно была затоплена в Новороссийске[52].

В условиях наступления войск Османской империи в Закавказье (после провала организованных Закавказским комиссариатом и Закавказским сеймом сепаратных переговоров с турками в Трапезунде) 14 мая Грузинский национальный совет обратился к Германии за помощью. Ранее, 27 апреля, в Константинополе между Германией и Турцией было заключено секретное соглашение, по которому Грузия, за исключением уже занятых турецкими войсками территорий, отходила в германскую сферу влияния. 25 мая из занятых уже немцами портов Крыма в Поти прибыл первый эшелон германских сил. 26 мая Грузия вышла из единой Закавказской демократической федеративной республики, провозглашённой месяцем ранее в ответ на турецкую агрессию, и образовала отдельную Грузинскую демократическую республику. 28 мая новое грузинское государство было признано Германией, в Поти было заключено несколько договоров, по которым Германская империя получила монопольное право на эксплуатацию экономических ресурсов Грузии, а порт Поти и железные дороги передавались под контроль немецких военных[53].

На территории бывшего Сухумского округа в марте 1918 года большевистскими организациями было поднято вооружённое восстание против власти Закавказского комиссариата. 8 апреля была установлена советская власть. 10 мая войска Закавказского комиссариата начали наступление на Сухум, который был ими взят 17 мая[54].

 
Герман фон Эйхгорн в Таганроге

В ходе наступления вдоль северного берега Азовского моря, опять же в нарушение Брестского мира, кайзеровские войска с территории украинских губерний вошли в пределы РСФСР в границах Донской советской республики: 1 мая[51] (по другим данным — 2 мая)[55] по итогам боёв, длившихся с 29 апреля, немцами был взят Таганрог[51]. Поездка делегации Донской республики во главе с Г. К. Орджоникидзе с протестом против вторжения в только что занятый противником Таганрог не имела успеха[55]. 8 мая интервентами был захвачен Ростов-на-Дону[56][55]. 9 мая Донская и Кубанская республики были объявлены на военном положении[К 12] (что касается Донской советской республики, то данный приказ распространялся лишь на ту её часть, что ещё оставалась под контролем советских войск — к югу от Дона). 10 мая Чрезвычайный штаб обороны Кубани издал приказ о мобилизации родившихся в 1893—1896 годах[57].

Перейдя в районе Ростова на южный берег Дона, немцы атаковали Батайск, который обороняли отступившие с Украины советские силы и отряды Донской республики под командованием А. В. Мокроусова и П. Г. Родионова. 21 мая они обратились за помощью к екатеринодарскому Чрезвычайному штабу обороны и лично к помощнику командующего вооружёнными силами Кубанской республики И. Л. Сорокину. Штаб принял решение подкрепить этот участок фронта[55]. Таким образом, оборонявшиеся под Батайском украинские и донские отряды составили основу Ростовского боевого участка войск Кубанской советской республики[58]. Тем не менее, 30 мая Батайск был занят германцами[59].

Образование Кубано-Черноморской советской республикиПравить

Угроза вторжения сил иностранных интервентов на Кубань и в Черноморье, а также наличие местной контрреволюции и развитие антисоветских движений на территории республик называются, как правило, основными причинами, способствовавшими завершению процесса объединения Кубанской и Черноморской республик в единое государственное образование, для сплочения сил в борьбе за советскую власть[13][23] — притом, что объединительные тенденции уже проявились ранее конца мая 1918 года. 19 мая на заседании исполкома Советов Кубани и Черноморья был образован объединённый ЦИК будущей Кубано-Черноморской советской республики[25].

С 28 по 30 мая в Екатеринодаре проходил 3-й Чрезвычайный объединённый съезд Советов Кубанской и Черноморской советских республик[23][25]. Среди делегатов были представлены в том числе и военные части из состава вооружённых сил Кубанской республики, находившиеся на фронтах против немцев и Добровольческой армии[60], всего на съезде было 200 таких делегатов. По партийной принадлежности участники съезда распределялись следующим образом:

  • большевики — 562;
  • левые эсеры — 242;
  • беспартийные — 78[25].
 
Г. К. Орджоникидзе
  Внешние изображения
  К. И. Калнин.

В качестве представителя Совета народных комиссаров РСФСР на съезд прибыл Г. К. Орджоникидзе. 27 мая СНК направил в адрес съезда приветственную телеграмму, в которой охарактеризовал его именно как «фронтовой» съезд[60]. 30 либо 31[46][61] мая Совнарком выпустил обращение к трудовому казачеству Дона и Кубани с призывом встать на защиту страны Советов от иностранных интервентов и белогвардейцев[27].

28 мая, в первый день своей работы, Чрезвычайный съезд отстранил от должности главнокомандующего вооружёнными силами Кубанской советской республики А. И. Автономова[17][60]. Командующим, согласно постановлению ЦИК Кубано-Черноморской республики, стал К. И. Калнин, бывший командир 3-го Латышского стрелкового полка, первым же своим приказом потребовавший от подчинённых прекратить «партизанщину», свести все войска в батальоны и полки, сосредоточив их на сборных пунктах. 31 мая, на следующий день после закрытия работы съезда, делегаты-фронтовики обратились в ЦИК Кубано-Черноморской республики с просьбой отстранить от должности и И. Л. Сорокина, назначив следствие по его деятельности, однако это сделано не было[55].

Кроме того, на съезде были приняты следующие решения:

  • одобрен призыв к Советам усилить работу по мобилизации боеспособного трудового населения в ряды Красной Армии;
  • избрана делегация в составе 20 человек на V Всероссийский съезд Советов;
  • принято решение оказать продовольственную помощь промышленным центрам РСФСР[25][60];
  • несмотря на призывы левых эсеров к наступательным действиям против немецких интервентов под Ростовом, с целью начать впоследствии освобождение Украины от иностранной оккупации, вновь был одобрен факт заключения Брестского мира[60].

Наконец, 30 мая[1], вопреки возражениям левых эсеров, съездом было утверждено решение совместного заседания ЦИК Советов Кубанской и Черноморской республик от 19 мая о создании единой Кубано-Черноморской советской республики[25]. Кубанская советская республика, таким образом, прекратила своё существование.

КомментарииПравить

  1. Соответственно, Кубанская область стала Кубанским краем, а Кубанская войсковая Рада — Краевой Радой.
  2. В источнике указана дата установления советской власти в Новороссийске по новому стилю — 1 декабря.
  3. Согласно источнику, газетная цитата — из газеты «Вольная Кубань».
  4. См. Микрорайоны Краснодара.
  5. В источнике применительно к этим данным дана ссылка на краснодарский журнал «Путь коммунизма» (1922, № 1-2. С. 102—111).
  6. Возможно, данные о передислокации тех или иных соединений на Тамань и вхождении их в состав Таманского боевого участка относятся уже к июню, к периоду борьбы с Таманским восстанием и интервенцией Германии.
  7. Перечень соединений дан в источнике со ссылкой на: ЦГАСА, ф. 25896, оп. 9, д. 19, лл. 27—28.
  8. Перечень соединений участка дан по состоянию на июнь 1918 года.
  9. О складывании такой группы, вероятно, следует говорить уже скорее применительно к июню, в апреле-мае 1918 года — в меньшей степени.
  10. В источниках называется также дата «издания циркуляра» ЦИК республики об образовании Чрезвычайного штаба — 5 мая.
  11. Создан 19 мая, до формального провозглашения республики на 3-м Чрезвычайном съезде Советов Кубани и Черноморья, на заседании исполкома Советов Кубанской и Черноморской республик.
  12. Приказ вместо «главнокомандующего советскими войсками Северного Кавказа» А. И Автономова был подписан С. К. Мацилецким.

ПримечанияПравить

  1. 1 2 3 Кубанская советская республика // Советский энциклопедический словарь, 4-е изд. : Словарь / Гл. ред. А. М. Прохоров. — М.: Советская энциклопедия, 1989. — С. 672. — ISBN 5-85270-001-0.
  2. Зайцев, 2008, с. 8, 10.
  3. 1 2 3 4 5 Кубанская рада / Л. Г. Новикова // Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов. — М. : Большая российская энциклопедия, 2004—2017.
  4. 1 2 3 4 Черпаков В. В. Исторический опыт деятельности представительных органов государственной власти Дона и Кубани (1917—1920 гг.) : Автореф. дис. на соиск. уч. степ. канд. ист. наук. — Краснодар, 2013.
  5. Зайцев, 2008, с. 9.
  6. Зайцев, 2008, с. 8—10.
  7. 1 2 3 Зайцев, 2008, с. 10.
  8. Администрация Краснодарского края. Приказ от 18 октября 2018 года № 272-кн «Об утверждении предмета охраны и границ территории объекта культурного наследия регионального значения «Здание скетинг-ринга и электробиографа «Мон Плезир». Docs.cntd.ru. Электронный фонд правовой и нормативно-технической документации. Дата обращения 6 мая 2019.
  9. 1 2 3 4 5 6 Кубанское казачество, 1983, с. 310.
  10. 1 2 3 Зайцев, 2008, с. 11.
  11. Д. Д. Білий. Кубанська народна республіка // Енциклопедія історії України : Энциклопедия / Редкол.: В. А. Смолій (голова) та ін. НАН України. Інститут історії України. — К.: В-во «Наукова думка», 2008. — Т. 5: Кон — Кю . — С. 435. — ISBN 978-966-00-0855-4.
  12. Зайцев, 2008, с. 10—12.
  13. 1 2 3 4 Черноморская советская республика, 1983, с. 651.
  14. Зайцев, 2008, с. 11—12.
  15. Полуяны (рус.) // Гражданская война и военная интервенция в СССР : Энциклопедия / Гл. ред. С. С. Хромов. — М.: Советская энциклопедия, 1983. — С. 466.
  16. Красная армия Северного Кавказа, 1983, с. 297—298.
  17. 1 2 3 4 Автономов Алексей Иванович (рус.) // Гражданская война и военная интервенция в СССР : Энциклопедия / Гл. ред. С. С. Хромов. — М.: Советская энциклопедия, 1983. — С. 23.
  18. 1 2 Сорокин Иван Лукич (рус.) // Гражданская война и военная интервенция в СССР : Энциклопедия / Гл. ред. С. С. Хромов. — М.: Советская энциклопедия, 1983. — С. 557.
  19. 1 2 3 Зайцев, 2008, с. 12.
  20. Кубанские добровольческие отряды // Волков С. В. Белое движение в России: организационная структура : Справочник. — М., 2000.
  21. 1 2 3 4 5 6 7 8 Красная армия Северного Кавказа, 1983, с. 298.
  22. 1 2 Кубанский отряд // Волков С. В. Белое движение в России: организационная структура : Справочник. — М., 2000.
  23. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Кубанская советская республика, 1983, с. 310.
  24. 1 2 Сухоруков, 1961, с. 19.
  25. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 Кубано-Черноморская советская республика, 1983, с. 310.
  26. 1 2 3 4 5 6 Кубанские походы Добровольческой армии // Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов. — М. : Большая российская энциклопедия, 2004—2017.
  27. 1 2 3 Кубанское казачество, 1983, с. 311.
  28. 1 2 3 Борьба за Советскую власть на Кубани, 1957, с. 412.
  29. Сухоруков, 1961, с. 17, 20, 22.
  30. 1 2 Сухоруков, 1961, с. 22.
  31. Сухоруков, 1961, с. 23—24.
  32. Карпов Н. Д. Мятеж главкома Сорокина: правда и вымыслы. — М.: Русская панорама, 2006. — С. 191. — 415 с. — (Страницы российской истории). — ISBN 5-93165-152-7.
  33. Сухоруков, 1961, с. 22—23.
  34. 1 2 Сухоруков, 1961, с. 24.
  35. Сухоруков, 1961, с. 24—25.
  36. Сухоруков, 1961, с. 25.
  37. 1 2 3 Баранов А. Г. История выпуска бон Кубанской Советской Республики (рус.) // Таганский бонист : Газета. — 1997. — Июль (вып. 26 (48)).
  38. 1 2 Сухоруков, 1961, с. 27—28.
  39. Ковтюх Е. И. «Железный поток» в военном изложении. — 3-е изд. — М.: Госвоениздат, 1935. — С. 19.
  40. Сухоруков, 1961, с. 34.
  41. 1 2 3 Сухоруков, 1961, с. 40.
  42. Сухоруков, 1961, с. 41—42.
  43. Ивницкий Лука Васильевич (рус.) // Гражданская война и военная интервенция в СССР : Энциклопедия / Гл. ред. С. С. Хромов. — М.: Советская энциклопедия, 1983. — С. 222.
  44. 1 2 3 Сухоруков, 1961, с. 30.
  45. Сухоруков, 1961, с. 30—31.
  46. 1 2 Сухоруков, 1961, с. 39.
  47. Никоноров А. И. Из истории урупских станиц. Период Гражданской войны. Троицкое восстание кулачества в урупских станицах. Museum.poputnaya.ru. Дом-музей станицы Попутной. — Исторический материал подготовлен в 1967 году. Дата обращения 15 мая 2019.
  48. Белое движение. Исторические портреты (сборник) / Сост. А. С. Кручинин. — М.: АСТ, Астрель, 2006. — Т. 1. — ISBN 5-17-025887-9. — ISBN 5-271-09697-1.
  49. Сухоруков, 1961, с. 26, 38.
  50. Таврическая советская социалистическая республика (рус.) // Гражданская война и военная интервенция в СССР : Энциклопедия / Гл. ред. С. С. Хромов. — М.: Советская энциклопедия, 1983. — С. 575.
  51. 1 2 3 Германо-австрийская интервенция, 1983, с. 143.
  52. Черноморский флот (рус.) // Гражданская война и военная интервенция в СССР : Энциклопедия / Гл. ред. С. С. Хромов. — М.: Советская энциклопедия, 1983. — С. 652.
  53. Германо-турецкая интервенция в Закавказье (рус.) // Гражданская война и военная интервенция в СССР : Энциклопедия / Гл. ред. С. С. Хромов. — М.: Советская энциклопедия, 1983. — С. 145.
  54. Абхазская социалистическая советская республика (рус.) // Гражданская война и военная интервенция в СССР : Энциклопедия / Гл. ред. С. С. Хромов. — М.: Советская энциклопедия, 1983. — С. 17.
  55. 1 2 3 4 5 Сухоруков, 1961, с. 32.
  56. Германо-австрийская интервенция, 1983, с. 143—144.
  57. Борьба за Советскую власть на Кубани, 1957, с. 249.
  58. Германо-австрийская интервенция, 1983, с. 144.
  59. Сухоруков, 1961, с. 33.
  60. 1 2 3 4 5 Сухоруков, 1961, с. 31.
  61. Борьба за Советскую власть на Кубани, 1957, с. 264.

ЛитератураПравить