Открыть главное меню

К-219 — советская атомная подводная лодка стратегического назначения, 21-й корабль проекта 667А «Навага», позже модернизированная по проекту 667АУ «Налим». 3 октября 1986 года на лодке произошёл взрыв баллистической ракеты в одной из шахт. Через три дня, 6 октября, лодка затонула в Атлантическом океане на глубине 5500 метров. Бо́льшая часть экипажа была спасена.

К-219
Yankee class SSBN.svg
Damaged Yankee class submarine 2.jpg
Повреждённая взрывом К-219 в море
История корабля
Государство флага  СССР
Порт приписки Гаджиево
Выведен из состава флота 1986
Современный статус затонула
Основные характеристики
Тип корабля РПКСН
Обозначение проекта 667АУ «Налим»
Разработчик проекта ЦКБМТ «Рубин»
Главный конструктор С. Н. Ковалёв
Кодификация НАТО «Yankee»
Скорость (надводная) 15 узлов
Скорость (подводная) 28 узлов
Рабочая глубина погружения 320 м
Предельная глубина погружения 450 м
Автономность плавания 90 суток
Экипаж 119 человек: 32 офицера, 38 мичманов, 49 матросов,
Размеры
Водоизмещение надводное 7 760 т
Водоизмещение подводное 11 500 т
Длина наибольшая
(по КВЛ)
128 м
Ширина корпуса наиб. 11,7 м
Средняя осадка
(по КВЛ)
7,9 м
Силовая установка
2 водо-водяных реактора ВМ-4-2
2 паротурбинных установки ОК-700
2 турбозубчатых агрегата ТЗА-635
2 турбогенератора
Вооружение
Торпедно-
минное вооружение
ТА 4 × 533 мм (16 торпед, из них 2 — с ядерными зарядами), 2 × 400 мм (4 торпеды)[1].
Ракетное вооружение ракетный комплекс Д-5, 16 ПУ БРПЛ Р-27 (РСМ-25)[2]
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе

ИсторияПравить

Лодка была заложена 28 мая 1970 года в цехе № 50 на Севмаше, Северодвинск по проекту 667А «Навага» под заводским номером 460. Спуск на воду состоялся 31 декабря 1971 года. 8 февраля 1972 года К-219 вошла в состав Краснознамённого Северного флота с базированием в Гаджиево. В 1975 году К-219 была модернизирована по проекту 667АУ «Налим»; капитальный ремонт прошла в 1980 году.[1]

Технические характеристикиПравить

На вооружении в начале службы состояли 16 одноступенчатых жидкостных баллистических ракет типа РСМ-25, каждая может нести две ядерные боеголовки с дальностью стрельбы до 2000 км. В 1975 году пусковые установки Д-5 были модернизированы до Д-5У, что позволило установить модернизированные ракеты РСМ-25У с тремя боеголовками и дальностью пуска до 3000 км. Для самозащиты крейсер имел 6 торпедных аппаратов.[1]

Происшествия на борту (до последнего выхода в море)Править

31 августа 1973 года была нарушена герметичность ракетной шахты № 15, в результате чего в неё начала проникать вода. Вода вступила в реакцию с компонентом ракетного топлива — димером диоксида азота (утечки которого из ракетных двигателей в то время случались относительно часто), образовавшаяся агрессивная азотная кислота повредила топливопроводы ракеты. В результате произошёл взрыв двухкомпонентной смеси. Один человек погиб, ракетная шахта была полностью затоплена. После происшествия ракетная шахта № 15 была выведена из использования, ракета изъята, а шахта заглушена.[1]

Последний походПравить

4 сентября 1986 года К-219 вышла из порта приписки Гаджиево и направилась на запад к побережью США. Там она должна была нести патрульную службу с 15 ядерными ракетами на борту.

Команда была основана на первом экипаже однотипной «Наваги» К-241. Командиром крейсера в последнем походе был капитан 2-го ранга Игорь Британов, старшим помощником — Сергей Владимиров, командиром БЧ-2 (офицером по ракетным вооружениям) — Александр Петрачков, командиром дивизиона движения БЧ-5 — Геннадий Капитульский, замполитом — Юрий Сергиенко.

При подготовке к выходу в море на АПЛ заменили 12 офицеров из 32, в том числе старшего помощника, помощника командира, командиров ракетной и минно-торпедной боевых частей, начальника радиотехнической службы, корабельного врача, командира электротехнического дивизиона, 4 командиров отсеков. Из 38 мичманов были заменены 12, в том числе оба старшины команд ракетной БЧ-2[3].

Вскоре после погружения в Баренцевом море в ракетной шахте № 6 открылась течь, однако ответственный за ракетное вооружение офицер Петрачков не доложил об этом командиру Британову, возможно, испугавшись ответственности за возвращение крейсера на базу[источник не указан 809 дней]. Неисправность была выявлена уже давно, проявилась она и при контрольном выходе перед отправкой на позицию, но по приказу флагманского специалиста дивизии замечание сняли, о неисправности не докладывали. Лишнюю воду сливали шлангами[4].

Между островами Великобритании и Исландии К-219 была обнаружена гидроакустической системой СОСУС и ВМС США получили соответствующее сообщение о входе неизвестной субмарины в Атлантику. Капитан Британов безуспешно пытался избежать обнаружения, маскируясь в шумах сухогруза и огибая установленные на морском дне буи системы СОСУС. 3 октября, за несколько часов до входа в зону патрулирования (680 миль на северо-восток от Бермудских островов), произошёл гидроакустический контакт с подводной лодкой типа «Лос-Анджелес» USS Augusta (SSN-710)[en], следовавшей встречным курсом для патрулирования побережья СССР.

ВзрывПравить

 
Место аварии

На начало 3 октября необходимо было уже как минимум два раза в день откачивать воду из ракетной шахты № 6[5]. Ранним утром, во время выполнения манёвра проверки отсутствия слежения (известного у американских военных как «Сумасшедший Иван») ракетная шахта № 6 полностью разгерметизировалась, и в неё хлынула вода. Попытки откачать воду результата не дали. Всё развивалось по тому же сценарию, что и в 1973 году — образовалась взрывоопасная смесь из компонентов ракетного топлива. Офицер по ракетному вооружению Петрачков предложил всплыть до глубины 50 м, заполнить ракетную шахту водой и выстрелить ракету аварийным запуском маршевых двигателей (смена глубины была необходима, чтобы защитить ракету от разрушения в шахте под действием высокого водяного давления). Для заполнения водой ракетной шахты крейсеров класса «Налим»/«Навага» необходимо примерно 5 минут, однако ракета взорвалась ещё в шахте. Взрыв разрушил внешнюю стенку прочного корпуса и плутониевые боеголовки ракеты. Некоторые части ракеты вылетели в море, некоторые упали внутрь крейсера и, в реакции с водой, начали производить ядовитые газы.

Через пробоину на ракетной палубе, примерно в середине корпуса, поступила вода, в результате чего корабль аварийно погрузился на глубину порядка 300 метров — почти максимально допустимую глубину погружения. В момент взрыва крейсер дрейфовал, рули были в нейтральном положении. Когда лодка «провалилась» до глубины 350 метров, командир Британов решил продуть все цистерны, чтобы избавиться от балластной воды. Одновременно были запущены винты для выполнения режима экстренного всплытия, когда лодка по крутой траектории стремится к поверхности воды. Через две минуты после взрыва К-219 всплыла на поверхность воды.

Экипаж покинул полузатопленный загазованный четвёртый ракетный отсек и задраил герметичные переборки. Образовавшаяся азотная кислота не успела разъесть резиновые уплотнения перегородок к носу и корме крейсера. Из-за ядовитых газов лодка фактически была разделена на две независимые половины: командный и торпедный отсек в носу были изолированы ракетным отсеком от медицинского, реакторного, контрольного и турбинного отсеков в корме.

Остановка реактораПравить

 
Матрос Сергей Преминин

Непосредственно перед аварией энергию лодке обеспечивал реактор правого борта, работу которого поддерживали на мощности 30 %. После аварийного всплытия реактор левого борта также был введён в работу, его текущий уровень мощности был 50 %. В конце первых суток аварии пропало питание электросети правого борта, вследствие чего сработала аварийная защита реактора правого борта, но аварийная регулирующая кассета (компенсирующие решётки) не опустились в требуемое положение. Вскоре термометр системы охлаждения ядерного реактора правого борта показал резкое повышение температуры охлаждающей жидкости первого контура. Всё указывало на то, что если не заглушить реактор, то возможно расплавление активной зоны с непредсказуемыми последствиями вплоть до полного разрушения реактора. Попытка заглушить его с пульта управления главной энергетической установкой ничего не дала: вероятно, разогретый до высокой температуры газ разорвал трубы управления (компенсирующей решёткой). В этом случае единственным вариантом заглушить реактор было опускание компенсирующих решёток вручную, для чего члены экипажа должны были войти непосредственно в реакторный отсек и при помощи специальных рукояток перевести решётки в нужное положение. Это означало, что они получат значительную дозу радиоактивного облучения, так как находившиеся на борту костюмы радиационной защиты были предназначены для ремонтных работ системы охлаждения реактора, но не в реакторной камере.

Командир реакторного отсека старший лейтенант Николай Беликов и 20-летний спецтрюмный матрос Сергей Преминин вошли в реакторную выгородку, чтобы вручную опустить компенсирующие решётки. Температура в камере достигала 70 °C. До того, как упасть без сознания, Беликов и Преминин, работая по очереди смогли опустить три из четырёх компенсирующих решёток. Это была тяжёлая физическая работа, поскольку от нагрева прогнулись направляющие. Дважды Преминин входил в камеру в одиночку, прежде чем смог опустить последнюю, четвёртую, решётку. Расплавление активной зоны реактора было предотвращено, но выйти Преминину не удалось — ни он, ни другие матросы из-за разницы давления не смогли открыть люк отсека, разделяющего реакторную выгородку от контрольного поста. Преминин погиб, а матросы были вынуждены отступать дальше в корму, поскольку лодку продолжал заполнять ядовитый оранжевый газ. Преминин ценой своей жизни предотвратил ядерную аварию в Гольфстриме и был посмертно награждён орденом Красной Звезды, а в 1997 году Преминину было посмертно присвоено звание Героя Российской Федерации.

 
USNS Powhatan

После всплытия К-219 установила контакт с ближайшим к месту трагедии советским рефрижератором «Фёдор Бредихин» Латвийского морского пароходства. Первыми в район аварии подошли советские транспортные суда: «Фёдор Бредихин», лесовоз «Бакарица» Северного морского пароходства, танкер «Галилео Галилей» Новороссийского морского пароходства, сухогруз «Красногвардейск» и новый ролкер «Анатолий Васильев» Балтийского морского пароходства[6]. Позже в район аварии прибыли буксир ВМС США USNS «Powhatan» (T-ATF-166) и подводная лодка USS «Augusta» (SSN-710). Кроме того, в небе постоянно находился патрульный самолёт Р-3С Orion с американского опорного пункта на Бермудских островах.

Реактор левого борта продолжал снабжать корабль энергией до тех пор, пока командир не приказал остановить реактор и эвакуировать личный состав на подошедшие советские корабли. Аварийная защита реактора левого борта успешно заглушила его в автоматическом режиме, личный состав, кроме шести офицеров и командира, был переведён на гражданские суда. В этот момент в ракетных и дизель-генераторном отсеках продолжался пожар, реакторный отсек был под давлением и недоступен, не исключался пожар и в кормовых отсеках.

Эвакуация экипажаПравить

Вскоре первые два судна умеренного тоннажа (рефрижератор «Фёдор Бредихин» и лесовоз «Бакарица») ушли в порты назначения. К этому моменту как командованию ВМС США, так и командованию ВМФ СССР было очевидно, что К-219 придётся буксировать. Основная работа по взаимодействию с экипажем К-219 велась экипажами «Красногвардейска» и «Анатолия Васильева», а экипаж танкера «Галилео Галилей» их подстраховывал. Американцы были готовы помочь, хотя у них были собственные планы[какие?] в отношении терпящего бедствие корабля и его вооружений; для советского командования возможное принятие американской помощи было бы признанием собственной беспомощности. В первые часы после прихода советских транспортных судов экипаж К-219, за исключением командира Британова и аварийной партии, был принят на сухогруз «Красногвардейск» и ролкер «Анатолий Васильев». С 3 по 6 октября аварийные партии К-219, базируясь на «Красногвардейске» и на «Анатолии Васильеве», боролись с огнём и водой в отсеках АПЛ. Миссию буксира выполнял сухогруз «Красногвардейск». Для этого с носа на корму вручную перетащили якорную цепь, дважды обнесли вокруг комингса кормового трюма и соединили скобой, образовав буксирный гак. За него закрепили два буксирных троса, принятых с «Анатолия Васильева» и «Галилео Галилея». Собственный буксирный трос «Красногвардейска» не годился из-за малого диаметра и недостаточной длины.

С двух самолётов Ту-95, вылетевших из-под Калининграда и летевших более суток, были сброшены контейнеры с запасными частями и оборудованием. Часть контейнеров разбилась при ударе о воду, и их содержимое пошло на дно. Уцелевшие контейнеры были подобраны и доставлены на «Красногвардейск», из-за чего была приостановлена почти на сутки подготовка к буксировке и сама буксировка К-219. В контейнерах находились изолирующие дыхательные аппараты, причём почти все — без запаса регенерирующих патронов (по слухам, через некоторое время в одном из ресторанов Калининграда состоялась жестокая драка между военными — морские лётчики били отмечающих повышения тыловиков-хозяйственников; лётчиков за ту драку не наказали[источник не указан 809 дней]).

Кроме Ту-95, прилетали советские истребители, базирующиеся на Кубе, продемонстрировав техническую возможность защиты К-219 и судов ВМФ в случае крайней необходимости. В связи с непрерывным распространением ядовитого газа на борту К-219 было принято решение эвакуировать экипаж. На борту крейсера остался командир Британов, с оружием в руках защищавший подлодку от возможного захвата американскими военными.

Первоначально планировалось доставить экипаж К-219 в Советский Союз на «Красногвардейске», одновременно поручив ему буксировку аварийной АПЛ. В каютах и судовых помещениях «Красногвардейска» были размещены почти все члены экипажа К-219, за исключением командира и аварийной партии, находящихся на подводном крейсере. С «Анатолия Васильева» на «Красногвардейск» переправили достаточное количество продовольствия, но потом продукты вернули обратно, так как было принято решение доставить экипаж К-219 в количестве 115 человек на ролкере «Анатолий Васильев» в столицу Кубы Гавану, а оттуда специальным авиарейсом — в Москву.

Во время эвакуации на спасательных плавсредствах ПЛ «Augusta» предпринимала манёвры в непосредственной близости от места событий: с поднятым перископом она сближалась со спасательными лодками и плотами с целью сделать крупные фотографии их содержимого. Советские моряки отказывались от предложений о помощи с буксира «Powhatan», поскольку мотивация американцев была очевидна, и решительно противодействовали на завершающей стадии спасательной операции попытке перехватить шлюпку с группой офицеров во главе с командиром Британовым и секретными документами. Для этого капитан Е. П. Данилкин направил «Красногвардейск» на американский буксир, сообщив по радио, что на судне неисправно рулевое управление и тот сменил курс.

ГибельПравить

 
Повреждённая взрывом ракетная шахта К-219

В ночь на 6 октября, когда «Красногвардейск» буксировал К-219 в восточном направлении, по невыясненным причинам буксирный трос оборвался. В 11:03 подводный корабль ушёл на глубину более 5 тысяч метров[7]. Командир покинул тонущую субмарину, когда ограждение рубки поравнялось с уровнем воды, и перешёл на спасательный плот.

Существуют разные версии того, что произошло. Одни источники утверждают, что ночью «Augusta» перерубила трос своей рубкой, другие говорят о том, что через повреждения в винтовой группе вода залила машинное отделение, увеличив осадку кормы, что в результате привело к обрыву троса. Возможно, что К-219 затонула, приняв через ракетный отсек слишком много воды. Поскольку в тот момент на борту находился только один живой член экипажа, командир Британов, — вполне возможно, что он сам затопил лодку после приказа из Москвы, в котором говорилось, что в связи с невозможностью буксировки лодки необходимо вернуть на неё ранее эвакуированный экипаж и идти в базу своим ходом; командир же понимал, что лодка всё равно погибнет, весь вопрос — с экипажем или без него и, вероятно, принял решение; но эта версия спорная, истина известна только одному человеку[источник не указан 1822 дня].


После гибели К-219 сухогруз «Красногвардейск» почти неделю дежурил в районе гибели К-219. Члены экипажа измеряли дозиметром радиоактивность морской воды и вели наблюдение за поверхностью океана. Радиоактивность оказалась в норме, всплывших предметов не обнаружили. Дежуривший «Красногвардейск» встречал прибывшие атомный крейсер «Киров» Северного флота, большой противолодочный корабль «Очаков» Черноморского флота и дизельную подводную лодку. К этому моменту все американские суда покинули этот район.

Четыре человека погибли на борту К-219:

  • командир БЧ-2 капитан 3 ранга Александр Петрачков;
  • матрос Николай Смаглюк;
  • машинист Игорь Харченко;
  • матрос-спецтрюмный реакторного отсека Сергей Преминин.

Впоследствии из членов экипажа, переживших катастрофу, умерли ещё четыре человека:

  • В. Марков, капитан 3-го ранга;
  • В. Карпачёв, капитан-лейтенант;
  • Игорь Красильников, главный инженер-механик, капитан 2-го ранга;
  • Р. Садаускас, старшина первой статьи.

По возвращении в Советский Союз командир Британов ожидал суда в Свердловске до мая 1987 года, когда при новом Министре Обороны СССР Дмитрии Язове с него были сняты все обвинения. С флота И. Британов был уволен без права ношения формы.

Сообщения ТАССПравить

Сообщение ТАСС от 4 октября гласило:

Утром 3 октября на советской атомной подводной лодке с баллистическими ракетами на борту в районе примерно 1.000 км северо-восточнее Бермудских островов в одном из отсеков произошёл пожар.
Экипажем подводной лодки и подошедшими советскими кораблями производится ликвидация последствий пожара. На борту подводной лодки есть пострадавшие. Три человека погибли.

Комиссией специалистов в Москве проанализирована сложившаяся ситуация. Комиссия пришла к выводу, что опасности несанкционированных действий оружия, ядерного взрыва и радиоактивного заражения окружающей среды нет.

«Известия», 5 октября 1986 г.

Сообщение ТАСС от 7 октября гласило:

В течение 3-6 октября 1986 г. экипажем нашей подводной лодки, на которой произошла авария, и личным составом подошедших советских кораблей велась борьба за обеспечение её непотопляемости.
Несмотря на предпринятые усилия, подводную лодку спасти не удалось.
6 октября в 11 часов 03 минуты она затонула на большой глубине. Экипаж эвакуирован на подошедшие советские корабли. Потерь в составе экипажа, кроме тех, о которых сообщалось 4 октября 1986 г., нет.

Обстоятельства, приведшие к гибели лодки, продолжают выясняться, но непосредственной причиной является быстрое проникновение воды извне. Реактор заглушен. По заключению специалистов, возможность ядерного взрыва и радиоактивного заражения среды исключается.

«Известия», 8 октября 1986 г.

Мнения сторонПравить

Среди советских моряков была озвучена версия взрыва ракеты, как результат столкновения с американской подводной лодкой. Обосновывалось это тем, что в конце октября 1986 года USS «Augusta» вернулась в порт приписки, военно-морскую базу Нью-Лондон с повреждениями, вызванными столкновением. Однако, вполне вероятно, что «Augusta» уже после гибели К-219 столкнулась с другой советской подводной лодкой К-279, которая примерно в то же время также вернулась на базу с повреждениями. Сам И. Британов в конце Холодной войны сказал в интервью сотрудникам ВМС США: «Не было никакого столкновения»[8].

Американское и советское правительства в течение 3 октября делали официальные заявления о происшествии. Представители ВМС США созвали пресс-конференцию, на которой была представлена карта зоны аварии. И советское, и американское военные ведомства заявили, что опасности ядерного взрыва и утечки радиоактивных веществ нет[9].

Обе стороны постарались воздерживаться от взаимных обвинений, в отличие от историй с гибелью К-129 в 1968 году и «Курска» в 2000 году. Причиной такой сдержанности была подготовка встречи на высшем уровне между Рональдом Рейганом и Михаилом Горбачёвым, состоявшаяся 11 и 12 октября 1986 года в Исландии, так как переговоры затрагивали вопросы размещённых в Европе ракет средней дальности.

Уже позже представители ВМС США опубликовали следующее заявление, о том что «Военно-морской флот Соединённых Штатов категорически отвергает обвинение в том, что какая-либо американская субмарина столкнулась с советской субмариной К-219 класса Yankee или что ВМФ предприняли какие-либо действия, повредившие советскую Yankee и приведшие её к гибели»[10].

ПоследствияПравить

Обломки К-219 находятся на глубине около 5500 метров. Были сделаны подводные фотографии, которые по состоянию на 2005 год имеют гриф «Совершенно секретно». Исходя из того, что на борту в момент катастрофы находилось 30 ядерных боеголовок, можно предположить, что в сумме это составляет около 91 килограмма высокорадиоактивных материалов, так как ракеты на К-219 были оснащены моноблочными головными частями, таким образом, их не могло остаться на борту больше, чем оставшихся ракет. Известно также, что на дне были обнаружены следы радиоактивности. Документально подтверждено, что на предметах, выловленных на месте гибели крейсера, найдены следы плутония; предположительно, они появились в результате взрыва ракеты.

Предполагается, что обломки субмарины лежат на песчаном дне. Моделирование показывает, что в этом случае плутоний никогда не выйдет на поверхность океана. На таких глубинах движение воды практически отсутствует и наиболее вероятно, что распространение радиоактивности можно полностью исключить. Возможность распространения радиации по пищевой цепочке не была изучена[источник не указан 809 дней].

ГалереяПравить

ПамятьПравить

Бывший военно-морской атташе американского посольства в Москве Питер Хухтхаузен (Peter Huchthausen), совместно с бывшим старшим помощником К-219 Игорем Курдиным (офицером первого экипажа субмарины, не участвовавшим в её последнем походе) написал[когда?] документальную книгу «Враждебные воды» (англ. «Hostile Waters»), изданную на английском языке издательством Arrow Books. В январе 2003 года книга была переведена на немецкий язык и печаталась под названием «Во враждебных водах — Конец К-219» (нем. «In feindlichen Gewässern – Das Ende der K-219»). В дальнейшем эта тема неоднократно поднималась и в прочих книгах, например в книге «Охота под водой» (нем. «Jagd unter Wasser»).

В 1997 году кинокомпания Warner Brothers сняла фильм «Враждебные воды». Продюсеры привлекали И. Британова в качестве консультанта на стадии съёмок картины, однако впоследствии Британов выступил против кинокомпании с судебным иском, заявив, что ему нравится игра исполнителя главной роли, Рутгера Хауэра, однако, фильм содержит много вымысла и представляет Британова некомпетентным командиром. Позже ему предлагали небольшую компенсацию в 5000 долларов, однако договориться по неизвестным причинам не смогли. Судебное разбирательство длилось более 3 лет. В августе 2004 года Британов выиграл процесс и, по сведениям некоторых СМИ, получил компенсацию до 100 тысяч долларов[11] (официально точная сумма компенсации не разглашалась[12]).

В 2006 году, к двадцатой годовщине гибели лодки, был снят документальный фильм «К-219. Последний поход», вышедший в эфир на Российском телевидении. Фильм был номинирован на премию «Эмми».

См. такжеПравить

ПримечанияПравить

  1. 1 2 3 4 К-219. проект 667А, 667АУ // deepstorm.ru
  2. Из 16 шахт одна не использовалась из-за неисправности.
  3. Игорь Курдин, Питер Хухтхаузен, Р. Алан Уайт. «РАКЕТНЫЙ ПОДВОДНЫЙ КРЕЙСЕР СТРАТЕГИЧЕСКОГО НАЗНАЧЕНИЯ „К-219“» Архивировано 18 января 2005 года.
  4. Люди, которых не было // Lenta.ru, 12 августа 2015
  5. «Чернобыль» в Атлантике. Матрос Сергей Преминин спас мир ценой жизни // Статья от 03.10.2016 г. «Майл.ру». А. Сидорчик.
  6. М. Вяхирев Когда беда на всех одна. Спасательная операция К-219. Архивная копия от 23 декабря 2010 на Wayback Machine // Морской флот, № 9, 1991 — с. 20-21
  7. Игорь Кудрик Совершенно секретный документ Политбюро о гибели К-219. // «Беллона» (6 ноября 2003)
  8. цитата из статьи Undersee Warefare, Fall 2005, Vol. 7 No. 5 Архивировано 23 июля 2013 года., указанная в ссылках как Captain Igor A. Britanov, interview by Lt. Cmdr. Wayne Grasdock. Aug. 5, 1998.
  9. «ГИБЕЛЬ ЛУЧШЕГО КОРАБЛЯ СОВРЕМЕННОСТИ», Н.Мормуль Архивная копия от 14 февраля 2007 на Wayback Machine
  10. англ. Официальное заявление ВМФ США
  11. A Szovjet Tengeralattjáró, Amiről Eltűntek az Atomrakéták (венг.) // Index.hu (11 декабря 2015)
  12. Russian submariner, Hostile Waters blockbuster prototype, makes Hollywood producers pay him (англ.) // «Правда» (18 августа 2004)

ЛитератураПравить

СсылкиПравить