Открыть главное меню

В 1458 году константинопольский патриарх Григорий III Мамма, принявший флорентийскую унию, проживая в Риме, посвятил ученика Исидора, Григория Болгарина в киевские митрополиты; но так как в Москве был митрополит Иона, носивший титул митрополита Киевского и всея Руси, то папа Пий II, отправляя Григория к польскому королю Казимиру IV, поручил ему собственно Киевскую митрополию, к которой причислил 9 епархий: брянскую, смоленскую, перемышльскую, туровскую, луцкую, владимиро-волынскую, полоцкую, холмскую и галицкую. Григорий начал ряд самостоятельных митрополитов юго-западной церкви, хотя не был всеми признаваем и жил не в Киеве, а где-то в Литве.

Около 1474 года митрополитом был избран Мисаил из епископов смоленских, управлявший киевской митрополией около 4 лет. Затем следовали Симеон, Иона, Макарий I. Уже после посвящения Макария некоторые из епископов отправились за благословением к константинопольскому патриарху, и последний, давая это благословение, подтвердил, чтобы на будущее время без него не посвящали киевских митрополитов.

Иосиф II Солтан (1498—1517; см.) жил большей частью в Смоленске. В его правление состоялся собор в Вильно 1509 г., имевший в виду добиться предоставления православной церкви в Литве большей самостоятельности; в этом же смысле действовал Иосиф, испросив у князя Александра в 1499 г. и короля Сигизмунда I в 1511 г. грамоты, подтверждавшие судебные привилегии русского духовенства. Иона II посвящён в киевские М. в 1516 г. При нём состоялось в 1522 г. постановление гродненского сейма, по которому высшие должности в государстве не могли занимать православные. За Ионой следовали Иосиф III с 1523 г. (см.), Макарий II с 1538 г., Сильвестр Белькевич с 1556 г., Иона IV Протасович с 1568 г., Илья Куча с 1577 г. (см.). После смерти последнего в 1578 г. был избран Онисифор Петрович-Девочка, который правил до 1688 г., когда был свергнут константинопольским патриархом Иеремией, так как был двоеженец. Онисифор исходатайствовал у Стефана Батория грамоту, утверждавшую права и суды православной церкви, а у Сигизмунда III — грамоту на церковные имения. По свержению Онисифора в 1588 г. был избран в Вильно и посвящён патриархом Иеремией Михаил Рогоза (1588—1599), известный впоследствии поборник брестской унии. Дело его с гораздо большей жестокостью и настойчивостью продолжал Ипатий Поцей, с 1599 г. киевский М. Жил он, главным образом, во Владимире-на-Волыни, где и умер в 1613 г., назначив, вопреки церковным установлениям (76 правило св. апостол), ещё при жизни своим преемником с 1611 г. Иосифа Велямина-Рутского, бывшего сначала кальвинистом, затем католиком, наконец униатом. Иосиф старался насаждать унию, хотя и не с таким успехом, как его предшественники. При нём, в 1620 г., приехал в Киев иерусалимский патриарх Феофан, имевший от константинопольского патриарха полномочие устроить все церковные порядки на Руси. Православные в Киеве обратились к нему за защитой против униатов и с просьбой поставить им православного М. Патриарх посвятил Иова Борецкого (см.) в сан М. киевского, архимандрита виленского Мелетия Смотрицкого — на архиепископию полоцкую, витебскую и мстиславльскую, а Иосифа Курцевича — на епископию владимирскую (на Волыни).

Велямин-Рутский обратился к папе, который предписал ловить и истреблять неуниатов. Борьба происходила почти во все управление митрополией Иова. В 1629 г. был созван собор для переговоров униатов с православными, но переговоры не привели ни к чему. По смерти в 1631 г. Иова Борецкого митрополитом был избран Исаия Копинский (см.), но он скоро был оттеснен знаменитым Петром Могилой и умер в 1634 г. на покое. Петр Могила (см.) сумел много сделать в пользу православной церкви. Основанная им коллегия явилась рассадником борцов за дело православия, а главное, долгое время была рассадником образованности и просвещения среди малорусского народа вообще. В борьбе с униатами, во главе которых стоял сначала митрополит Иосиф Велямин-Рутский, а затем его преемники, Иосиф Корсак и Антоний Селява, Петру Могиле много помогали запорожские казаки. Поэтому они и участвовали вместе с духовенством при выборе в 1647 г. преемника Могилы, Сильвестра Коссова. Королевской привилегии на это избрание не было, но Коссов, с благословения константинопольского патриарха, был посвящён в 1647 г. в митрополиты юго-западным духовенством, с титулом М. киевского, галицкого и всея России, экзарха константинопольского престола. Титул этот носил и Петр Могила. При Коссове, по Зборовскому договору (см.), киевскому М. предоставлено было место в сейме наряду с католическими епископами; православная вера и школы получили довольно широкие привилегии. Но достаточно было одного значительного поражения казаков, чтобы православные стали опять подвергаться преследованиям.

Договором 1654 г. о присоединении Малороссии к России за М. киевским утверждались все его прежние права и владения, но с подчинением московскому патриарху. Сильвестр Коссов не сразу присягнул московскому царю, отговариваясь страхом польской мести, и хлопотал, чтобы малороссийская иерархия была оставлена в ведомстве греческого патриарха. Фактически киевские М. до Гедеона Святополка князя Четвертинского ни разу не посвящались от московского патриарха. Коссов умер и 1657 г., и преемником ему был избран Дионисий Балабан; но так как он явно тянул на польскую сторону и отказался обратиться за благословением к московскому патриарху, то в Москве и не признавали его М. В 1661 г. управлявший московской патриархией Питирим посвятил нежинского протопопа Максима Филимонова в епископы мстиславские под именем Мефодия, и назначил его управлять западнорусской церковью вместо Дионисия, явно перешедшего на сторону Польши. Но Мефодия не признавал за наместника греческий патриарх, а М. Дионисий посвятил на мстиславскую кафедру Иосифа Нелюбович-Тукальского, в 1663 г. в Чигирине избранного духовенством и старшиной в М. киевские. Другая партия (главным образом гетман Тетеря), избрала М. перемышльского епископа Антония Винницкого. Смута в западнорусской церкви была неизбежна, если бы Тукальский не попался в плен полякам. На левом берегу церковными делами продолжал управлять Мефодий, поддерживаемый Брюховецким. У него родилась мысль сделаться самому М., а когда в Москве отнеслись к этому неблагоприятно, он начал интриговать против Москвы. В это время был заключен Андрусовский мир, которым в Малороссии были недовольны. Во главе враждебной Москве партии стал Дорошенко, который переманил на свою сторону гетмана Брюховецкого, а Мефодию обещал киевскую митрополию, но не сдержал данных обещаний; с Мефодия Иосиф Тукальский, которого Дорошенко освободил из польского плена, снял епископский сан. Мефодий убежал в Москву, где был подвергнут заточению. Но Тукальскому не удалось утвердиться в Киеве; до самой своей смерти (в 1676 г.) он жил в Чигирине при Дорошенке; на левом берегу его не признавали, несмотря на признание его со стороны константипольского патриарха. Делами церкви управлял Лазарь Баранович, к которому после смерти Иосифа Тукальского перешло управление церковными делами на правой стороне Днепра. Когда в 1686 г. левый берег Днепра и Киев остались навсегда за Москвой, кандидатами в М. были Лазарь Баранович и Варлаам Ясинский, но ни один из них не соглашался ехать на посвящение в Москву; поэтому был избран в Киеве приехавший к гетману Самойловичу в 1685 г. Гедеон Святополк князь Четвертинский, который в 1686 г. был посвящён в Москве в М. киевские. Ему была выдана настольная грамота, в которой он назван М. киевским и галицким и Малые России, а киевская митрополия — первоначальной между всеми русскими; она не подчинялась московскому патриарху и находилась только под послушанием и благословением его. Несмотря на значительную долю самостоятельности, предоставленной Гедеону, подчинение киевской митрополии московскому патриарху вызвало сильные протесты со стороны Лазаря Барановича и Варлаама Ясинского, которые объявили посвящение Гедеона Четвертинского незаконным; но через год все было улажено и дальнейшая история киевской митрополии сводится, главным образом, к постоянному и постепенному уничтожению тех своеобразных, выработанных историей особенностей, которые отличали её от других великорусских епархий. После смерти Гедеона М. был избран Варлаам Ясинский, которого в 1707 г. сменил Иоасаф Кроковский, умерший в 1718 г. в Твери, по дороге в СПб., куда он был вызван для допроса по делу царевича Алексея Петровича. После смерти Кроковского 4 года не было М. в Киеве. В 1721 г. киевским М. выбран межигорский архимандрит Иродион Жураковский, но назначен был синодом тихвинский архимандрит Варлаам Ванатович; с тех пор навсегда прекратился порядок замещения киевской кафедры путём выбора. Петр I уничтожил было даже совсем титул М., как предполагающий подчинение ему других епископов, чего на самом деле не было, и Варлаам Ванатович был посвящён в Киев только архиепископом киевским и галицким, без прибавления Малые России. В 1730 г. Ванатович был вытребован в Москву по обвинению в нарушении указа 17 марта 1730 г., предписывавшего архиереям лично присутствовать на молебнах в царские дни, был лишен сана и заключен в Кириллов-Белозерский монастырь, где и находился во все царствование Анны Иоанновны. После Ванатовича архиепископом киевским был назначен Рафаил Заборовский. При нём в 1743 г. был восстановлен сан М. и Рафаил был им пожалован. Умер он в 1747 г. Его преемник Тимофей Щербацкий оставался на митрополии до 1757 г., когда его заменил Арсений Могилянский (см.). В 1767 г. был окончательно выяснен вопрос о титуле киевского М.: ему было запрещено прибавлять к своему титулу всея Малые России. В то же время киевская епархия несколько расширилась, так как ей были подчинены новосербские поселения в Новороссии, а также Лавра и Киево-Печерский монастырь. После смерти Арсения Могилянского, в 1770 г., М. киевским был Гавриил Кременецкий, а с 1783 г. — Самуил Миславский, способствовавший сравнению во всех отношениях управления малороссийских епархий с великороссийскими; его пребывание на киевской митрополичьей кафедре († в 1796 г.) можно считать временем окончательного уничтожения прав и вольностей малорусского духовенства. Следовавшие за Миславским М. были уже обыкновенными великороссийскими архиереями, не пользовавшимися никакими особенными преимуществами.

Территория киевской митрополии за все время своего самостоятельного существования претерпела много изменений. При отделении от московской митрополии митрополия киевская насчитывала 9 епархий: брянскую (черниговскую), смоленскую, перемышльскую, туровскую, луцкую, владимирскую-на-Волыни, полоцкую, холмскую и галицкую. С введения унии этими епархиями управляли униатские епископы; с 1620 г. хотя и посвящались опять православные, но они в большинстве случаев не управляли своими епархиями, так что киевская митрополия только номинально считала на своей территории 9 епархий. С 1686 г. в ведении М. Гедеона остались четыре епархии — галицкая, львовская, луцкая и перемышльская; но и они скоро были обращены в унию. Гедеон составил себе новую митрополичью епархию, которая простиралась по обеим сторонам Днепра, от Козельца, Нежина, Батурина и Глухова до Запорожской Сечи — на левой стороне Днепра, от могилевской епархии до границ киевской и подольской Украины — на правой; ей подчинялись также православные монастыри в Белоруссии, Литве и польско-русских областях. Когда в 1715 г. епископом-коадъютором в Переяславль был определен Кирилл Шумлянский, то для него были отделены от митрополии церкви Переяславского полка, а также Корсунского и Богуславского. В 1775 г., когда в Новороссии была учреждена новая славянская и херсонская епархии, территория киевской епархии подверглась значительному уменьшению. Полтава с уездными церквами, часть Новомиргородского уезда и Запорожская Сечь отошли ко вновь учрежденной епархии. В 1777 г. киевская епархия опять была уменьшена. С открытием наместничеств (1781) епархии должны были совпадать с их границами; киевская епархия обнимала 11 уездов Киевского наместничества. С учреждением Киевской губернии, киевская епархия с 1797 г. стала совпадать с пределами этой последней и расположилась только по правой стороне Днепра.

В первые времена образования юго-западной митрополии М. занял место в ряду высших чиновников в государстве; но с введением унии православный М. потерял значение. В XVII в. стремлением его было занять место в сенате наряду с католическими М. Не раз это было обещано, но обещание не исполнялось, и католики не пускали в сенат даже униатских миссионеров. После присоединения Малороссии к России киевский М. не приобрел каких-нибудь юридических прав, не возвысилось и его значение в гражданской жизни. Хотя на первых порах М. принимают участие в радах при выборе гетманов, участвуют и в политической борьбе, происходившей тогда в Малороссии между русской и польской партиями, но они не сумели приобрести прочного положения. Со времени подчинения малорусской церкви московскому патриарху, киевский М. потерял и прежнее значение в общественной жизни: ему было предписано в гражданские дела не вмешиваться, и он мало-помалу начинает обращаться в русского архиерея, ограничивающегося духовными делами своей епархии. За исключением ставропигиальных монастырей (Киево-Печерская лавра, Выдубицкий и др.) и черниговского архиепископа, остальные епархии и монастыри в области управления были подчинены М., который посвящал туда лиц начальствующих, судил и т. п., назначая иногда по округам наместников, с правом суда над монастырями, церквами, их прихожанами и подданными по делам духовным, а иногда даже и гражданским. С XVII столетия при киевском М. упоминается особый кафедральный капитул, по образцу католическому, состоявший из высших духовных сановников митрополий; с ним М. совещался и решал некоторые дела управления. В завещании Гедеона князя Четвертинского в 1690 году упоминаются консистористы. Кафедральный причт при М. и епископах назывался крылошанами. С XVII столетия духовенство киевской епархии делилось на округа, а последние — на протопопии, в состав которых входило по назначению М. разное число церквей, от 5 до 100. В протопопиях судили и разбирали дела духовные протопопы и наместники. В средине XVIII в. в киевской епархии считалось 22 округа, в которых было 40 протопопий. С учреждением св. синода, при протопопах были учреждены протопопские, а при наместниках — наместнические правления из нескольких священников. Источники содержания киевских митрополитов складывались из владения недвижимыми имениями, из судных пошлин, пошлин за поставление, венечных памятей, а также различных сборов: столовых — с каждого двора по две коп., мировых — по деньге, солодовых — по полушке, канцелярских — по деньге. Недвижимые имения киевской кафедры образовались, главным образом, путём пожалования государственной властью, гетманами и киевскими полковниками; частные лица также жертвовали под разными предлогами немало; немало земель приобретала и сама кафедра покупкой. Имения её в начале XVIII в. занимали довольно обширное пространство (несколько местечек и много сел). Кафедра пользовалась рыбной десятиной от продажи рыбы в Киеве и другими доходами.

ЛитератураПравить