Открыть главное меню

Музыкальная рито́рика — средства музыкальной выразительности и композиционно-технические приёмы (мелодические и гармонические обороты, ритмоформулы, музыкальные инструменты, тембр, высотный регистр, темп, звукопись, секвенция, бесконечный канон и т. д.), которые использовались композиторами по аналогии с фигурами ораторской речи как эмблемы внемузыкальной семантики.

О музыкальной риторике чаще всего говорят применительно к музыке западноевропейского позднего Возрождения и барокко. Крупные композиторы, применявшие музыкальную риторику: Жоскен, Лассо, Джезуальдо, Монтеверди, Шютц, Букстехуде, И. С. Бах (крупнейший). Видные теоретики музыкальной риторики: И. Бурмейстер (1606), М. Мерсенн (1636), А. Кирхер (1650), К. Бернхард (ок. 1657)[1], И. Ф. Бенделер («Melopoeticum Aerarium», 1688), И. Маттезон (1739), И. И. Кванц (1752), К. Ф. Д. Шубарт (1784)[2].

Содержание

Общая характеристикаПравить

 
Монтеверди. Вечерня блаженной Девы (фрагмент). Текст Et hi tres («эти трое», подразумеваются Бог Отец, Бог Сын и Святой Дух) иллюстрируется у вокалистов трезвучием в основном положении, текст unum sunt («суть единое») — унисоном (basso continuo в расчёт не принимается).

Искусство эпохи Возрождения и барокко эмблематично. «Метафоры, сравнения, отвлечённые понятия приобретают роль знака, общепонятного в условиях данного типа культуры, преобразуются в эмблемы».[3] «Это отразилось и в музыке. За рядом устойчивых, отшлифованных временем интонаций закрепились семантические значения, превратившие их в музыкальный символ — выражение в звуках определенного понятия, идеи».[4] Музыкальная риторика конвенциональна. Она способна существовать только благодаря «договору» между композитором и слушателем. Композитор доступными ему средствами создаёт эмблему страдания, плача, ненависти, радости и т. п. в расчёте на то, что слушатель сможет её адекватно расшифровать и испытать соответствующий аффект. Отсюда следует, что знание (понимание) значения музыкально-риторических фигур может существенно улучшить непосредственное восприятие сочинений музыки Возрождения и барокко. Вместе с тем, преувеличивать значение музыкальной риторики (даже в указанных локально-временны́х пределах) нельзя. Хотя риторика и музыкальная теория барокко тесно связаны, эта связь сложна и изменчива в зависимости от традиций социального бытования и рецепции различных типов и жанров музыки.

Музыкально-риторические фигурыПравить

  • exordium (введение, вступление; начальный отрезок формы)
  • patopoja
  • saltus duriusculus
  • passus duriusculus
  • exclamatio
  • interrogatio
  • aposiopesis
  • suspiratio
  • antitheton
  • amplificatio
  • multiplicatio
  • assimilatio
  • ascensus
  • descensus
  • fuga
  • tirata
  • circulatio

РецепцияПравить

Современная западная наука оценивает риторику в период позднего Возрождения и барокко как «метаязык языка» (англ. metalanguage of language), который применялся ко всем видам искусств, в том числе музыке, изобразительному искусству, литературе[5].

ПримечанияПравить

  1. В труде «Tractatus compositionis augmentatus».
  2. В скобках приведены даты трактатов.
  3. Друскин М. С. Иоганн Себастьян Бах. М., 1982. С. 168.
  4. Носина В. О символике «Французских сюит» И. С. Баха. М., 2006. С. 88—89.
  5. McCreless, 2002, p.851-852.

См. такжеПравить

ЛитератураПравить

  • Unger H.-H. Die Beziehungen zwischen Musik und Rhetorik im 16.–18. Jahrhundert. Würzburg, 1941.
  • Eggebrecht H. H. Zum Figur-Begriff der Musica Poetica // Archiv für Musikwissenschaft 16 (1959), SS. 57–69.
  • Palisca C. V. Ut oratoria musica: the rhetorical basis of musical mannerism // The Meaning of Mannerism, ed. F. W. Robinson and S. G. Nichols. Hanover (NH), 1972, pp. 37–65.
  • Захарова О. Риторика и западноевропейская музыка XVII - первой половины XVIII века. Москва, 1983.
  • Vickers B. Figures of rhetoric – figures of music? // Rhetorica, II (1984), pp. 1–44.
  • Dahlhaus C. Zur Geschichtlichkeit der musikalischen Figurenlehre // Festschrift Martin Ruhnke zum 65. Geburtstag. Neuhausen-Stuttgart, 1986, SS. 83–93.
  • Bartel D. Handbuch der musikalischen Figurenlehre. Laaber, 1985; 6te Ausg., 2010, ISBN 978-3-89007-340-8; англ. перевод — Musica Poetica. Lincoln: University of Nebraska Press, 1997.
  • Niemöller K. W. Die musikalische Rhetorik und ihre Genese in Musik und Musikanschauung der Renaissance // Renaissance-Rhetorik: Essen 1990, hrsg. v. H. F. Plett. Berlin, 1993, SS. 285–315.
  • Meister H. Musikalische Rhetorik und ihre Bedeutung für das Verständnis barocker Musik, besonders der Musik J. S. Bachs (Sonderdruck aus "Musica Sacra"). Regensburg, 1995.
  • Krones H. Musik und Rhetorik // Die Musik in Geschichte und Gegenwart. Sachteil, Bd. 6. Kassel, Stuttgart, 1997.
  • Wilson B., Buelow G., Hoyt P. Rhetoric and music // The New Grove Dictionary of Music and Musicians. London, New York etc. 2001.
  • McCreless P. Music and rhetoric // The Cambridge History of Western Music Theory. Cambridge: Cambridge University Press, 2002, p. 847—879.
  • Brown M. Rhetoric // The Harvard Biographical Dictionary of Music, ed. by D.M.Randel. 4th ed. Cambridge (Mass.), 2003, p. 721-723.
  • Vasoli C. La retorica e la musica nella cultura umanistica // Musica e retorica, a cura di N. Bonaccorsi e A. Crea. Messina, 2004, p. 49—72.
  • Насонов Р. А. Музыкальная риторика Иоганна Иоахима Кванца // Научный вестник Московской консерватории. Москва, 2013, № 1, с. 162—168.

СсылкиПравить