Открыть главное меню

Неистовый Роланд

«Неи́стовый Рола́нд» или «Неистовый Орла́ндо» (итал. Orlando furioso) — рыцарская поэма итальянского писателя Лудовико Ариосто, оказавшая значительное влияние на развитие европейской литературы Нового времени. Самая ранняя версия (в 40 песнях) появилась в 1516 году, 2-е издание (1521) отличается лишь более тщательной стилистической отделкой, полностью опубликована в 1532. «Неистовый Роланд» является продолжением (gionta) поэмы «Влюблённый Роланд» (Orlando innamorato), написанной Маттео Боярдо (опубликована посмертно в 1495 году). Состоит из 46 песен, написанных октавами; полный текст «Неистового Роланда» насчитывает 38 736 строк, что делает его одной из длиннейших поэм европейской литературы.

Неистовый Роланд
итал. Orlando furioso
Orlando Furioso, 1551
Orlando Furioso, 1551
Жанр рыцарский роман
Автор Лудовико Ариосто
Язык оригинала итальянский
Дата первой публикации 1516 и 1532
Жан Огюст Доминик Энгр. Руджьер спасает Анжелику от морского чудовища. 1819. Париж, Лувр

Содержание

СюжетПравить

В основе произведения — предания каролингского и артуровского циклов, перенесённые в Италию из Франции в XIV веке. Как и у Боярдо, от каролингских эпических песен остались только имена персонажей, а вся сюжетика взята из бретонского рыцарского романа. Сюжет «Неистового Роланда» крайне запутан и распадается на множество отдельных эпизодов. Тем не менее все содержание поэмы можно свести к четырнадцати сюжетным линиям, из них восемь больших (Анджелика, Брадаманта, Марфиза, Астольфо, Орландо, Ринальдо, Родомонт, Руджеро) и шесть малых (Изабелла, Олимпия, Грифон, Зербино, Мандрикардо, Медоро). И есть еще тринадцать вставных новелл. Главные сюжетные линии поэмы — безответная любовь сильнейшего христианского рыцаря Роланда к катайской царевне Анджелике, приводящая его к безумию, и счастливая любовь сарацинского воина Руджьера и христианской воительницы Брадаманты, которым, согласно поэме, предстоит стать родоначальниками феррарской герцогской династии д’Эсте.

ПоэтикаПравить

 
Бартоломеус Спрангер, Анжелика и Медор. Около 1600. Мюнхен, Старая Пинакотека

Автор относится к описываемым им приключениям подчёркнуто иронически, выражая свою оценку как в описаниях, так и в многочисленных лирических отступлениях, которые впоследствии стали важнейшим элементом новоевропейской поэмы. В авторских отступлениях также обсуждаются вполне «серьёзные» темы; так, Ариосто беседует с читателем об искусстве поэзии, критикует Итальянские войны и сводит счёты со своими завистниками и недоброжелателями. Разного рода сатирические и критические элементы рассеяны по всему тексту поэмы; в одном из наиболее знаменитых эпизодов рыцарь Астольф прилетает на гиппогрифе на Луну, чтобы разыскать потерянный разум Роланда, и встречает обитающего там апостола Иоанна. Апостол показывает ему долину, где лежит всё, что потеряно людьми, в том числе красота женщин, милость государей и Константинов дар.

Не двигаясь в сторону психологического анализа, Ариосто целиком погружается в сказочность, которая, как указывалось, составляет лишь нижнее основание романной структуры. Гегель неточен, когда он пишет, что «Ариосто восстает против сказочности рыцарских приключений». Ценой иронической интерпретации и игровой трактовки Ариосто как бы приобретает право упиваться сказочной фантастикой с её гиперболическими преувеличениями и причудливыми образами, сложнейшими нагромождениями фабульных линий, необычайными и неожиданными поворотами в судьбах персонажей. При этом подчеркиваются гораздо больше, чем в классических куртуазных романах, наличие художественного вымысла, субъективный произвол и тонкое мастерство автора-художника, использующего эпическое предание только как глину в руках мастера.[1]

Критическое признаниеПравить

Первоначально поэма Ариосто существовала в атмосфере всеобщего и безусловного признания. В 1549 году появился комментарий к поэме Симоне Форнари, в 1554 вышли сразу три книги, содержащие апологию поэмы: переписка Джованни Баттисты Пиньи (англ.) и Джиральди Чинцио (итал.), «Рассуждение о сочинении романов» Джиральди, «Романы» Пиньи. Первое развернутое выступление против «Неистового Орландо» и романов вообще мы находим в диалоге Антонио Минтурно «Поэтическое искусство», вышедшем в свет в 1563 г. Минтурно с классицистских позиций ставил в вину Ариосто нарушение аристотелевского принципа единства действия. После появления трактата Камилло Пеллегрино (итал.) «Каррафа, или Об эпической поэзии» (1584) завязался оживленный спор об Ариосто и Торквато Тассо, продлившийся до конца века.

Гегель и вслед за ним Франческо де Санктис в конце XIX века выдвинули положение, до сих пор пользующееся авторитетом, согласно которому ирония у Ариосто — фактор прежде всего мировоззренческий. Это взгляд нового сознания на старую и отжившую реальность, это свидетельство зрелости разума, возвысившегося над поэтическими фантазиями Средневековья и способного ими увлекаться, лишь забавляясь. Это та форма, в которой находит свой естественный конец рыцарская культура. Однако такая точка зрения, во-первых, ставит знак равенства между ариостовой и романтической иронией, что является методологической модернизацией, а во-вторых, это и историческая модернизация, поскольку рыцарская культура времён Ариосто испытывала вовсе не упадок, а расцвет.

Бенедетто Кроче в своем революционном сочинении «Ариосто, Шекспир и Корнель» (1920) указал на универсальную гармонию как на верховный художественный принцип «Неистового Орландо».

 
Гвидо Рени. Встреча Брадаманты и Флордеспины. Ок. 1635

ВлияниеПравить

Поэма Ариосто, несмотря на критику её «несерьёзности» и «несоразмерности», сразу же приобрела известность и вызвала к жизни множество подражаний. (Было и прямое продолжение — поэма Винченцо Брузантини «Влюблённая Анджелика», вышедшая в 1550 году, в которой прослежена дальнейшая судьба Анжелики). По её мотивам создавались картины и оперы; в мировой литературе сюжетные элементы «Неистового Роланда» можно найти в произведениях Лопе де Веги, Сервантеса (в романе «Дон Кихот»), Виланда, Байрона, Вольтера (в поэме «Орлеанская девственница», именно по этой причине Пушкин говорит о нем как о «внуке Арьоста»), Пушкина А. С. («Руслан и Людмила» и перевод отрывка об обнаружении Роландом измены Анжелики — «Пред рыцарем блестит водами»), Осипа Мандельштама («Ариост») и др.

См. такжеПравить

ПримечанияПравить

  1. Мелетинский Е. Введение в историческую поэтику эпоса и романа. М., 1986, с. 214.

ЛитератураПравить

  • Андреев М.Л. Рыцарский роман в эпоху Возрождения. М., 1993. Глава V.

СсылкиПравить