Открыть главное меню
Территория Западной (Новгородской) группы говоров диалектологической карты 1915 года в границах областей современной России[1][2][3].

Новгородская группа говоров охватывала территории Новгородской и Петербургской губерний. Сегодня эти говоры значительно изменились, но сохраняют ещё ряд особенностей. Особенно архаичными являются говоры Боровичского, Любытинского, Хвойнинского, Пестовского и Мошенского районов.

Указанные особенности заключаются в следующем:

  1. Независимо от качества следующего согласного на месте [«е закрытого»] некогда произносился [и], теперь это сохраняется архаически в произношении отдельных слов
  2. Звук [а] между мягкими согласными не изменяется в [е] (грязь)
  3. Губные согласные на конце слова обычно твердые ([сем], [голуп], [любоф])
  4. Аффрикаты в большинстве говоров различались, обычно произносились как твердые ([мисец], [чыстой])
  5. Окончание -ого произносится с [в] (доброво)
  6. Совпадают формы творительного и дательного падежей множественного числа имен и местоимений (по своим ногам, шёл своим ногам)[4].

Поскольку восточноновгородские говоры имеют специфические общие изоглоссы с ростово-суздальскими и другими говорами ближнего Северо-Востока, это может говорить в пользу того, что первоначальный северо-восточный диалектный континуум был расщеплён кривичским «клином» в районе Тверского Поволжья[5].

См. такжеПравить

ПримечанияПравить

  1. Захарова К. Ф., Орлова В. Г. Диалектное членение русского языка. — 2-е изд. — М.: Едиториал УРСС, 2004. — С. 164—165. — ISBN 5-354-00917-0.
  2. Касаткин Л. Л. Русские диалекты. Карты // Русские. Монография Института этнологии и антропологии РАН. — М.: Наука, 1999. — С. 96. (Проверено 28 августа 2011)
  3. Дурново Н. Н., Соколов Н. Н., Ушаков Д. Н. Опыт диалектологической карты русского языка в Европе. — М., 1915.
  4. Народы Европейской части СССР. Этнографические очерки: В 2-х т. / Под общ. ред. С. П. Толстова. — М.: Наука, 1964. — С. 152.
  5. Николаев С. Л. Следы особенностей восточнославянских племенных диалектов в современных великорусских говорах. Верхневолжские (тверские) кривичи // Славяноведение. 2011, № 6. С. 3-19.