Открыть главное меню

Новосильские казаки

Новоси́льские казаки — социальная группа служилых людей, позднее - этнографическая группа, проживавшая в Новосильском уезде и соседней Дарищенской волости Ефремовского уезда Тульской губернии. В настоящее время это территория Новосильского, Корсаковского, Залегощенского, Верховского, Новодеревеньковского районов Орловской и Ефремовского района Тульской областей.

Новосильские казаки
Современное самоназвание Новосильские казаки
Численность и ареал
Тульская губерния, Новосильский уезд
Язык русский
говоры южнорусского наречия
Религия православие
Происхождение русские, черкасы, донцы, Речь Посполитая

Существование казаков на Новосильской земле подтверждено исследованиями проведенными в начале XX века известным профессором-лингвистом Е. Ф. Будде[1], петербургским этнографом Н. М. Могилянским[2] и новосильским писателем и краеведом Василием Николаевичем Глаголевым[3], а также художником, историком и краеведом В. М. Неделиным подробно описано присутствие казаков и их слобод в само́й Новосильской крепости (начало XVII века), на территории уезда и о переселении черкас из Речи Посполитой[4].

«Группа казаков. Село Вышняя Залегощь (в наст. вр. исчезнувшее село), Новосильский уезд Тульской губернии.» Экспедиционная съемка. 1902[2].

ОписаниеПравить

 
«Три девушки (двоюродные сестры). Село Вышняя Залегощь, Новосильский уезд Тульской губернии.» Экспедиционная съемка. 1902[2].
 
«Крестьянка из Новосиля в национальной одежде». Фотография конца ХІХ-начала XX века[5]
 
«Замужняя женщина в праздничном костюме. На ней головной убор «сорока», состоящий из четырнадцати отдельных частей. Село Вышняя Залегощь, Новосильский уезд Тульской губернии.» Экспедиционная съемка. 1902[2].
 
«Замужняя женщина в праздничной одежде. Село Вышняя Залегощь, Новосильский уезд Тульской губернии.» Экспедиционная съемка. 1902[2].

Будде писал: «... я выбирал для своих бесед крестьян вольных сёл и деревень, а не барских, помещичьих, и в Новосильском уезде впервые узнал, что крестьяне вольных сёл именуют себя казаками и казачками ...» Новосильскими казаками называли себя проживавшие в этих местах служилые люди (стрельцы, пушкари, городовые, сторожевые казаки, дети боярские), а также помещики-однодворцы, некоторые государственные крестьяне и их потомки[1].

ПроисхождениеПравить

Происхождение этой социальной группы мало изучено. Современные местные краеведы утверждают, что это потомки запорожцев князя Дмитрия Вишневецкого («Байды»), а также донских казаков, приглашённых во второй половине XVI века Иваном Грозным для несения охранной службы на недавно созданной Тульской засечной черте, переселенцы с Речи Посполитой, слившиеся позднее с местными мещанами и крестьянами, вследствие чего не могут вызывать интереса[4]. Но сами крестьяне не знают происхождения и значения своего названия. На вопрос: «вы казачки?», отвечали «нет мы здешние»[1].

ИсторияПравить

Обезлюдившие земли после татарского нашествия заселялись южнорусскими этногруппами в XVI начале XVII веков. А уже позже происходило массовое заселение территории крестьянами, переселёнными крупными помещиками-землевладельцами из других губерний. Так появились в Новосильском уезде многочисленные поселения Голицыных, Хилковых, Салтыковых, Гагариных, Хитрово, Долгоруковых, Шатиловых, а рядом вольные слободы, крестьяне которых (особенно после Екатерининского ужесточения закрепощения) постепенно превращались в казённых, а некоторые даже и в помещичьих. Глаголев относил казаков к некоренному населению уезда, в то время как сами казаки называли «цюзими» (чужими) «барских». «Некоренных» много было и среди помещичьих. Но вновь переселённых «барских» было несравненно больше и (особенно после отмены крепостного права) постепенно происходила ассимиляция казаков.

В 1644 году царь Михаил Фёдорович, посетивший новосильский Свято-Духов монастырь, по просьбе его настоятеля выдал новосильским «служилым людям» — стрельцам, пушкарям, казакам и прочим грамоты на владение землёй в «Диком Поле» на территории, составлявшей примерно четверть Новосильского уезда. Однако те не спешили воспользоваться царским «подарком», предпочитая жить в слободах при Новосиле.

К концу XVII века Новосильский край утратил значение пограничного форпоста, поэтому отпала и необходимость в государственном содержании местных служилых людей. В 1715 году, по высочайшему указу Петра I новосильские казаки, пушкари и стрельцы были принудительно расселены из слобод по всему пространству выделенной им земли и фактически превращены в «пахотных» драгун и солдат, оставаясь однако в казачьем звании.

Фамилии новосильских казаков и однодворцев казачьего звания Новосильского уезда по данным I и III ревизий (1722 и 1760-х гг). В ходе описи по данным двум ревизиям были переписаны жители населенных пунктов (деревни и села): Воротынцево, Вышняя Залегощь, Пшевь, Острое, Петушки, Нижнее Скворчье и др.

Головин, Полухин, Плахов, Семенихин, Гречихин, Воронов, Федосов, Петелин, Вешняков, Брылев, Быковский, Вепринцев, Болотов, Прилепской, Харитонов, Филатов, Емельянов, Громов, Красильников, Демьянов, Андреев, Золотухин, Сапрыкин, Карпушин, Дурнев, Усачов, Саплин, Агеев, Хорошилов, Свешников, Токарев, Сазонов, Морозов, Помощев (?), Букреев, Музалев, Прилепов, Фролов, Забелин, Афонасов, Данилов, Козлов, Щепкин, Тарасов, Кузнецов, Симонов, Тихонов, Наумов, Заретовской (Зарецкой ?), Демидов, Шумаков, Боровлев, Одинцов, Рагулин, Лукашев, Белавской, Яковской, Петрыкин, Ляхов, Гончаров, Поляков, Рощупкин (Расщупкин, Ращупкин), Щукин, Харебин, Машутин, Сафонов, Печорин, Большаков, Федорищев, Просалов, Величкин, Фостиков, Ченской (Ченцов), Маслов, Ананьин, Толмачев, Телегин, Соколов, Титов, Азаров, Васильчиков, Козлов, Агурцов (Огурцов), Тимофеев, Запылов, Дуров, Куранов, Плетенев, Позляков, Чурин, Пасынков, Стародубцев, Масалитинов, Япанов, Константинов, Лихонин, Расторгуев, Четверяков, Чертов, Головин Спиридонов, Маркин, Космин.

В 1765 году новосильские казаки были исключены из ведения местных воевод, включены в состав войсковых обывателей и находились в подчинении особого управления Военного министерства, что обусловило и сохранение за местными казаками такого самоназвания, не встречающегося у прочих потомков городовых казаков. Жители «казацких» сёл вплоть до 1836 года в метрических книгах, земельном генеральном плане и других официальных документах писались казаками. Профессор Е. Ф. Будде приводит несколько мест из актов Новосильского полицейского управления 1783 и 1786 годов, где местные крестьяне продолжали называть себя и своих соседей казаками. Некогда свободные слободские крестьяне (в XVII веке они считались и учитывались как помещики-однодворцы) в XVIII веке по решению столицы превратились в крепостных[6].

В настоящее время, с 2013 года, существует «Станичное казачье общество города Новосиль войскового казачьего общества "Центральное казачье войско"».

Говор, одежда и бытПравить

Говор новосильских казаков по В. Н. Глаголеву «отличается от говора большинства населения Новосильского уезда» и таким образом говор Новосильского уезда распадается на «барский» (потомков крепостных) и «казацкий».

Новосильским казакам присуще:

♦ подчёркнутые «аканье» и «яканье» — вядро́, яго́ (его), чаво́, ряка́, не вяли́кая, купи́тя (купите), вяне́с (венец), аттэ́да (оттуда). Это же нашло отражение и топонимике местных географических и гидрографических названий — село и река Лазавка (вместо Лозавка), ручей Альховец (вместо Ольховец) и т. д.;
♦ «цоканье» (произношением «с» в соответствии аффрикате «ц») — ку́рису (курицу), я́иса (яйца), са́пля (цапля), сарь (царь), ате́с (отец), у се́рькве (в церкви), маладе́с (молодец), лисо́ (лицо), агурсы́ (огурцы), лиси́су (лисицу), вяне́с (венец), к вянсу́ (к венцу), серса́ (сердца), младе́нса (младенца);
♦♦ но в некоторых сёлах наоборот произносят «ц» — пятна́тцыть, женьтца, палатенютца;
♦ «кагоканье» (твёрдое произношение «г» с особенным ударением на «о») — яго́ (его), маяго́ (моего), нашаго (нашего);
♦ третье лицо единственного числа без «т» — бу́дя, зна́я, игра́я, ви́дя, придя;
«щё» и «чо» вместо «что»;
«сабе́» и «сае́» вместо себе.

Будде отмечал, что в целом говор Орловской губернии является «смешанным» и принадлежит как к великорусскому наречию, белорусскому (особенно в северной части губернии — Полесье), так и к малорусскому. И граница этих говоров «определяется лишь условно». И поэтому Буддэ отрицал наличие переходных говоров, происходящих от различных предков, в Орловской и Тульской губерниях. В южной части Тульской губернии (в т. ч. Новосильский уезд) присутствует больше южновеликорусский говор, который подвергся сильному влиянию других говоров, но не белорусского. Подробно описав в своём отчёте о поездке в Орловскую и Тульскую губернии говор, одежду и быт населения, филолог и языковед Е. Ф. Буддэ не определил к какому конкретно наречию относится говор новосильских казаков[1].

Как Е. Ф. Будде, так и В. Н. Глаголев отмечали у новосильских казачек кички и сарафаны в отличие от «барских» крестьянок, которые носили кокошник и повойник. Казачки носили расшитые рубашки, цветные шерстяные юбки-понёвы «с прошвою» и «коротейки». На головах у них были повязки, платки или «сороки», больше похожие на головной убор индейского вождя или хвост павлина. В. Н. Глаголев писал об этнографических особенностях новосильских казаков следующее: «Некоторая разница в костюме и говоре, а в остальном он (казак) мало чем отличается от коренного населения». Он также указывал и на некоторые мелкие отличия в одежде казачек и «барских» крестьянок — новосильские казачки «надевают коротейку только при доброй понёве с прошвою, то есть когда перед понёвы сделан из китайки и отворот понёвы подбит цветной материей». Е. Ф. Будде также отмечал, что новосильские казачки носили «Понёвы сшивные, из четырёх полотнищ, то есть с прошвою». На головах женщин и девиц были повязки, а праздничным головным убором был нарядный платок или «сорока». Будде отмечал и еще одну особенность в одежде новосильских казачек (в Вышней Залегощи): надевать на ноги по два или три чулка, чтобы ноги казались толще.

Также исследовавший эти края в начале XX века Н. М. Могилянский писал: «Гораздо полнее сохранился женский костюм в некоторых сёлах Новосильского уезда, где, как, например, в селе Вышней Залегощи, этот женский „обряд“ сохранился в поразительной полноте и разнообразии и до сих пор пользуется всеобщим признанием. На помещённых здесь снимках изображены две замужние женщины в праздничных костюмах: из них одна — в „сороке“, головном уборе, состоящем, в целом, из четырнадцати отдельных частей, надеть который — длинная и сложная процедура, требующая и много времени и большой сноровки. Между прочим, небольшое количество серебра в нитках этих „золотных“ головных уборов служит причиной их массовой гибели: скупщики покупают уборы сотнями и выжигают из них серебро».

В. Н. Глаголев указывает отличие казацкого жилища от «барского» — «... часто встречающиеся избы с прорубленными окнами на двор; на улицу пробито маленькое волоковое окно». Это старый однодворческий и в то же время «полехский» (распространённый в Полесье) обычай.

Давая общую сравнительную характеристику новосильским казакам и «барским» крестьянам, он отмечал ещё некоторые особенности казаков, главным образом в их характере — леность и бесхозяйственность, отсутствие промыслов и зимних работ, суеверие, строгое соблюдение церковных постановлений и глубокое уважение к духовенству, грубоватость и недоверчивость при отсутствии лукавства и криводушия. «Барские» вообще были зажиточнее «казаков», у них почти не встречалось кликуш, очень обычных у казаков. Это же отмечал и другой местный автор И. Нечаев в 1850 году, по которому кликуши были только у казенных крестьян. В то же время им же отмечается полное отсутствия какого-либо заискивания или подобострастия при общении казаков с дворянами или чиновниками, столь обычного у «барских».

Новосильские казаки с «барскими» роднились крайне редко, поэтому длительное время сохраняли свои языковые, культурные и бытовые особенности.

РасселениеПравить

  Внешние изображения
 

Карта ПГМ. Тульская губерния.

♦ Карта Новосильского уезда 1927 года.

 
Карта Новосильского уезда 1927 года.

Места расселения новосильских казаков в различных источниках так же указываются по разному. В 1857 году, к поселениям Новосильского уезда, населенным только однодворцами и государственными крестьянами (без разбивки по категориям), а также к «смешанным» (где жили как государственные, так и «барские» крестьяне) относились: село Архангельское с деревней Калгоновка, село Березовец, деревня Выселки, село Воротынцево с деревнями Соколье и Малиново, село Вышняя Залегощь, село Вышняя Пшевь (Касарево) с деревнями Бездонная и Крутой Верх, село Вяжи, село Галичье с деревнями Верховье и Средняя, село Глубки с деревней Городилово, село Дичня, село Игумново с деревней Толстенково, деревня Глинищи (смеш.), село Казарь с деревней Орловка, село Каменка с деревней Туровка, деревня Лавровая Слобода, село Нижняя Залегощь, село Нижняя Пшевь с сельцом Шеино и деревнями Строкина, Сухое Головище, Сапуновка, Шавочное, Толстое, Ветчинкина, село Нижнее Скворчее с деревнями Гремячий Колодец и Долы, село Острое (Голянка) с деревнями Мокрое и Суходол, деревни Хворостянка и Рог, село Плоское (смешанное), деревня Долгая, село Покровское (Зарецкая Слобода) с деревней Тросниково, село Полянки, село Скородное, село Субочево (смеш.) с сельцом Долгое, село Судбищи (смеш.) с деревней Домны (смеш.), деревня Ефимовка, село Ямская Слобода с сельцом Задушное, сельцо Трсна (смеш.), деревни Мелынь (смеш.), Высокое (смеш.) и Бараново (смеш.), село Петушки с деревнями Хутор, Варагушино и Песковатая. Село Лазавка (смеш.), как находящееся недалеко село Залесное(смеш.) входили в Ефремовский уезд, но фактически относились к то му же субрегиону.[7].

В 1895 году церковно-приходские летописи называют казачьими восемь сёл и приходов Новосильского уезда:

Вышняя Залегощь — по преданию приход образовался из донских или украинских казаков;
Нижняя Залегощь — по преданию местные казаки происходили из Запорожья;
Скородное — прихожане из потомков донских казаков, поселенных здесь еще при Иване Грозном;
Воротынцево — местные «казаки», потомки пушкарей и стрельцов времен Петра I;
Вышняя Пшевь (Косарево) — по местному преданию потомки запорожцев времен Алексея Михайловича;
Галичье — прихожане из потомков пушкарей, стрельцов и казаков (вёрстанных на службу украинцев эпохи Ивана Грозного);
Каменка — прихожане из потомков донцов, призванных на службу в Новосиль в то же время, что и в Галичьем;
Ямская слобода — образовалась как поселение горожан Новосиля[8].

В 1904 году профессор Е. Ф. Будде причислял к казачьим Каменскую, Средненскую, Залегощенскую, Березовскую и Косаревскую волости Новосильского уезда.

В 1904 году:

Села Покровское, Пшева, Воротынцова, Острая, Косарева, Галичи с деревнями — владения «прежних служб Казаков»;
Село Каменка, с деревней Дичной — владения «прежних служб пушкарей»
Село Петушки с деревней Долгой — владения «прежних служб стрельцов»
Ямская слобода города Новосиля, деревня Казари — «владения ямщиков».
Села Березовцы и Архангельское с деревнею — «ведомства Коллегии Экономии, что раньше были Духова монастыря»
«Владениями однодворцов» названы деревни Михалёвка и Полянка.

В отношении других «казённых» и «смешанных» сёл и деревень распространены формулировки типа: «Игумново — село владения экономическаго, что ныне Казеннаго ведомства крестьян»[9].

В. Н. Глаголев называл семнадцать «казачьих» сёл и деревень: Воротынцево, Галичье, Каменка, Петушки, Голянка, Скородное, Ямская Слобода, Пшевь, Судьбищи (оно же Сторожевое), Березовец, Вышняя и Нижняя Залегощи, Дичнь, Казарь, Нижнее Скворчее, Среднее, Гремячий Колодец, Верховье. Однако, село Березовец — монастырское, принадлежавшее Свято-Духову монастырю города Новосиль и крестьяне там были «монастырские», позднее — «экономические». Проживавшие в селе Судбищи (Сторожевом), а также в находящихся рядом сёлах — Домнах, Лазавке и Залесном, однодворцы и государственные крестьяне, вероятнее всего, были потомками сторожевых казаков и других служилых людей, составлявших гарнизон острога-«сторожи» возле Судбищ и имевших здесь земельные наделы. Сёла Подтолстое и Новое Село образовались из приходских деревень села Галичья, по всей видимости, также были населены казаками.

ПримечанияПравить

  1. 1 2 3 4 Будде Е. Ф. О говорахъ Тульской и Орловской губерній. Материалы, исследования и словарь. — СПб., 1904. (М.: «Директ-Медиа», 2014. — С. 154. — ISBN 978-5-4460-0605-2)
  2. 1 2 3 4 5 Волков Ф. К. Материалы по этнографии России. Т.1. — СПб., 1910. — С. 496. (Глава: Могилянский Н. М. «Поездка в центральную Россию для собирания этнографических коллекций». [стр. 1 — 19]) — этнографические исследования Н. М. Могилянского некоторых (в т. ч. и Новосильского) уездов Тульской губернии
  3. Глаголев Н. В. Сказки, сказания и предания Новосильского края — рукопись, 1926. (Тульская универсальная научная библиотека)
  4. 1 2 Неделин В. М. Древние города земли Орловской. XII−XVIII века. История. Архитектура. Жизнь и быт. — Орёл, 2012. — ISBN 978-5-87295-280-0.
  5. Корнева В. И. Град на Острожной горе. — Орёл: «Труд», 2008. — ISBN 5-89436-140-0.
  6. Майоров А. А. История Орловская. Славянская история с древних времён до конца XVII века. — Орёл, 2013. — ISBN 978-5-9708-0381-3.
  7. Кеппен П. И. Города и селения Тульской губернии в 1857 году. Приходские списки Тульской епархии. — СПб., 1858.
  8. Малицкий П. И. Приходы и церкви Тульской епархии : извлечение из церковно-приходских летописей. — Тула, 1895.
  9. Экономические примечания к планам дач генерального и специального межевания Новосильского уезда Тульской губернии. — 1904. — РГАДА. (Планы дач. Опись 534, часть 2)

СсылкиПравить