Открыть главное меню

Причины Австро-прусско-итальянской войны

Содержание

Попытки объединения ГерманииПравить

  Рейнский союзПравить

  Германский союзПравить

  Революция 1848—1849 годов в ГерманииПравить

Датская война 1864 годаПравить

Вильгельм I, сын Фридриха Вильгельма III, становится королём Пруссии в 1861 г. после своего брата Фридриха Вильгельма IV. Захваченный врасплох конституционным кризисом в начале октября 1862 г., он доверил Отто фон Бисмарку две правительственные функции: премьер-министра и министра иностранных дел. Последний тут же бросил вызов палате депутатов, адаптируя серию военных реформ. Затем он открыто проявил своё пренебрежение Габсбургами, бойкотируя сейм принцев, собранный во Франкфурте-на-Майне в 1863 году для обсуждения предложенных Австрией реформ Германского союза[1], весьма ограниченных и сконцентрированных только на интересах Габсбургской монархии. На сейм был приглашён Францем Иосифом I и Вильгельм I с целью его отдаления от премьер-министра. Лишь в ходе резкого спора с Вильгельмом I в Баден-Бадене О. Бисмарку удалось заставить короля отказаться от монархической солидарности и, следовательно, от поездки во Франкфурт-на-Майне, в результате чего планы Австрии были перечёркнуты 22 января 1863 г., когда реформы были отвергнуты большинством германских государств.

В своей речи, произнесённой перед бюджетной комиссией палаты представителей 30 сентября 1862 г., он сказал:

«Не на либерализм Пруссии взирает Германия, а на её власть; пусть Бавария, Вюртемберг, Баден будут терпимы к либерализму. Поэтому вам никто не отдаст роль Пруссии; Пруссия должна собрать свои силы и сохранить их до благоприятного момента, который несколько раз уже был упущен. Границы Пруссии в соответствии с Венскими соглашениями не благоприятствуют нормальной жизни государства; не речами и высочайшими постановлениями решаются важные вопросы современности — это была крупная ошибка 1848 и 1849 годов, — а железом и кровью».

В ответ на меморандум Австрии от 22 сентября 1863 года касательно реформы Союза он заявил, что таковая заслуживает своего названия лишь в том случае, если предполагается формирование парламента, избранного непосредственно народом:

«Интересы и потребности прусского народа неотделимы и никоим образом не отличны от интересов и потребностей немецкого народа; там, где этот принцип обретёт свой истинный смысл и свою истинную значимость, Пруссии никогда не придется опасаться того, что она может быть втянута в политику, противоречащую собственным интересам».

Средство, применённое здесь О. Бисмарком, было направлено непосредственно против Австрии и против правительств второстепенных германских государств, которые твёрдо стояли на позициях суверенитета и строили свой внешнеполитический курс по австрийскому образцу, а опосредованно — против либералов, которых он намеревался поразить их же оружием и поставить в крайне затруднительное положение. Однако в свете предшествующих событий о быстром результате нечего было и думать.

В сравнении с положением 1848 года в 1864 году и без того сложная государственно-правовая, наследственно-правовая и династическая ситуация стала ещё более запутанной. Статус-кво 1852 года был закреплён в международном масштабе Лондонским протоколом великих держав. Король Дании Кристиан IX, нарушив установленную этим международно-правовым документом личную унию между Данией и обоими герцогствами, самовольно упразднил особое положение герцогства Шлезвиг, находящегося вне пределов Германского союза, и интегрировал его в состав датского королевства. Это дало О. Бисмарку шанс переместить конфликт вокруг решения германского вопроса на периферию и даже, игнорируя Германский союз, предпринять совместные политические и военные акции с Австрией — со ссылкой на международные гарантии[2] Начиная войну Пруссии с Данией в 1864 г., О. Бисмарк хотел предотвратить превращение датских Гольштейна и Шлезвига в самостоятельные государства в составе Германского союза. В этой войне он хотел испытать силу прусской армии после реорганизации и увеличения и осуществить первый этап на пути к объединению Германии вокруг Пруссии.

Австрия вынуждена была присоединиться к Пруссии, не пожелав предоставить ей одной воспользоваться лаврами военных побед. Заручившись нейтралитетом Франции, Пруссия напала на Данию, быстро разгромленную. Великие европейские державы в лице Англии, Франции, России и соседней Швеции не вели военную интервенцию. Личный престиж О. Бисмарка поднялся как в Пруссии, так и в мире. В среде представителей либеральной оппозиции раздавались самокритичные голоса, заявлявшие, что Бисмарк как политик значительно превосходит их[2]. Особенно им был доволен король, писавший ему:

«За четыре года, которые истекли с тех пор, как я поставил Вас во главе правительства, Пруссия заняла положение, достойное её истории и обещающее ей в дальнейшем счастливую и славную будущность»[3].

 
О. Бисмарк, слева, с А. Рооном (в центре) и Х. Мольтке Старшим (справа). Три лидера Пруссии в 1860-х.

Судьба отторгнутых от Дании герцогств, зависевшая от развития отношений между Пруссией и Австрией, ещё не была решена. От этого решения зависел ход дел в Германии в целом и в Пруссии в частности.

Прусский милитаризм продемонстрировал в войне с Данией свою крепнувшую мощь, после чего бисмарковская дипломатия направила свои усилия на то, чтобы результаты победы превратить в повод для военного конфликта со своим временным союзником и постоянным соперником в германских делах — Австрией. Поводом послужило совместное управление двух отторгнутых от Дании немецких провинций. Последнее стало источником трений между Пруссией и Австрией, таивших в себе возможность военных столкновений.

Позиция нейтралитета, занятая Российской империей в войне Пруссии и Австрии против Дании, укрепила О. Бисмарка в понимании того, как важны были для Пруссии хорошие отношения с Россией, необходимые и для осуществления следующего этапа объединения Германии, а именно для проведения войны против Австрии, решившей бы окончательно — кому быть гегемоном в Германии.

Датскую войну от войны австро-прусской отделяли всего лишь два года. Малая война, в которой обе державы выступили в качестве союзников, стала прелюдией к большой войне между ними, более того, дала предлог для неё.

«Уже современники событий поняли, — что в первом военном конфликте в зародыше содержался второй. И нет в сущности ничего сложного в том, чтобы воспроизвести этап за этапом фатальный процесс, который привёл и не мог не привести к войне 1866 года». (В. В. Чубинский «Бисмарк. Политическая биография»)[4]

Непосредственные причины войны или нейтралитетаПравить

  Англия.Править

В Британии на высшем государственном уровне в период правления королевы Виктории была обозначена правительственным курсом политика изоляционизма, отсюда и невмешательство в любые войны. Конец этой политике пришёл только с Первой мировой войной. В целом, связанная с домом Гогенцолернов королевская семья симпатизировала немецким родственникам, а правительство Великобритании благоприятно смотрело на усиление Пруссии, служившее противовесом главному колониальному конкуренту — Франции.

  Франция. Люксембургский вопрос. Свидание Бисмарка с Наполеоном III в БиаррицеПравить

В сентябре 1865 г. О. Бисмарк отправился на морской курорт Биарриц 43°28,47′ с. ш. 1°33,18′ з. д.HGЯO на юге Франции, где находился французский двор. В награду за нейтралитет в Австро-прусской войне он пообещал императору, что ничего не будет иметь против включения Люксембурга, где находился прусский гарнизон, в состав Французской империи. Но император, отчасти под влиянием своей жены[5], небрежно отклонил великое герцогство Люксембург, дав понять, что этим Пруссия не отделается. За возможность своей победы над Австрией Пруссия должна была обязаться не противиться присоединению Бельгийского королевства к Французской империи. Согласиться на это для Бисмарка означало допустить такое усиление Франции, что поставило бы под прямую непостоянную угрозу всю Рейнскую область Пруссии, к тому же это серьезно осложнило бы отношения с Англией. Отказать Наполеону означало решиться вести в ближайшем будущем войну на два фронта: с Францией и Австрией. Бисмарк не ответил, и император вдруг прекратил разговоры о Бельгии. Наполеон III интересовался только землями на Рейне (конкретно Саарский бассейн, Пфальц со стратегической крепостью Шпейер и рейнскую часть Гессен-Дармштадта с крепостью Майнц) и Бисмарку с трудом удалось добиться его нейтралитета. Однако, ещё оставалась возможность военной интервенции Франции в Бельгию и Люксембург во время заключительного периода Австро-прусской войны, а именно когда прусская армия увязнет в этой войне.

Уже через несколько дней после того как Бисмарк уехал из Биаррица, агенты императора стали доносить ему о происходящем сговоре между Бисмарком и Виктором-Эммануилом. Наполеон III немедленно обратился к Францу Иосифу. Предупреждая его об опасности войны на два фронта, император стал убеждать его добровольно уступить Венецию итальянскому королю до начала военных действий. Это могло расстроить все замыслы Бисмарка, но ни у Франца-Иосифа, ни у его министров не хватило проницательности и силы воли, чтобы понять необходимость этого действия. Австрия отказалась выполнять условия Наполеона. Неожиданно Виктор-Эммануил обратился к Бисмарку с указанием на возникшее препятствие: Наполеон III не желает заключения союза между нею и Пруссией. Ослушаться императора итальянский король не смел и думать. Тогда Бисмарк снова отправился в Биарриц.

В эту вторичную поездку Бисмарку приходилось убеждать императора французов в том, что Австрия, отвергнув предложение Наполеона уступить Венецию Италии, доказала, что ни с чем и ни с кем не желает считаться в принципе и этим Франц Иосиф делает хуже только самому себе. Бисмарк старался внушить Наполеону III, что при всех условиях война будет для Пруссии крайне тяжелой: Австрия, по сведениям Бисмарка, намерена выдвинуть на юге против Италии лишь слабый гарнизон; следовательно, почти вся австрийская армия будет находиться на севере, против Пруссии; очень тепло говорил Бисмарк и о своей мечте крепкими дружественными узами связать Пруссию с Францией. Свидание в Биаррице кончилось тем, что, после нескольких долгих бесед, Наполеон III снял своё запрещение, и Бисмарк уехал, одержав крупную дипломатическую победу. Все усилия Бисмарка были направлены на то, чтобы успокоить Наполеона, внушив ему полную уверенность в том, что выступление Италии нисколько не облегчит войну для Пруссии: Австро-прусская война будет затяжной, а значит, изнурительной для Пруссии. Таким образом, Наполеону III будет возможно в любой благоприятный момент, стоя с армией на Рейне, предъявить Пруссии какие угодно требования. Но французская армия находилась в стадии перевооружения и финансово была ослаблена предпринятыми Наполеном III мексиканской[6] и корейской экспедициями. Впоследствии Х. Мольтке не израсходовал на Рейнскую область ни одного батальона полевых войск, полностью полагаясь на дипломатическое искусство О. Бисмарка.[7]

  Россия. Парижский конгресс. Польское восстание 1863 годаПравить

 
С. М. Прокудин-Горский. Александровская часовня в Вильне в память усмирения польского мятежа (не сохранилась)
 
Портрет царя Александра II в шинели и фуражке. Неизвестный художник, около 1865.

Россия, занятая внутренними реформами давно находилась в конфронтации с Австрией. На поведение Франца Иосифа во время Крымской войны, на грубое оскорбление, нанесённое премьер-министром Австрийской империи К. Буолем России на Парижском конгрессе, император России смотрел, как на предательство, и этого не забывал. Что касается Франции, то она по многим вопросам поддерживала русскую делегацию, относясь к союзу с Англией достаточно формально. Наполеон III справедливо полагал, что его страна и так уже получила много от войны (от преобладания в Турции до «реванша» за 1814 г.). Более того, во время конгресса наметилось потепление отношений между бывшими врагами. Наполеон III подтвердил в беседе с А. Ф. Орловым, что отныне не видит никаких коренных противоречий, которые могли бы помешать сближению России и Франции.

Александр II высоко ценил услугу Пруссии в подавлении недавнего польского восстания, позволившего О. Бисмарку противодействовать сложившимся в Санкт-Петербурге со времен Крымской войны тенденциям, партнёрству с Пруссией предпочесть союз с Францией, где тем не менее были широко распространены пропольские симпатии как либералов, так и католиков.[2] После 1863 г., как и после 1831 г., множество поляков переселилось за границу. Эти эмигранты новой формации некоторое время продолжали деятельность в духе старой эмиграции, но в гораздо меньших размерах; скоро эта деятельность почти затихла. После крымской войны Россия, занятая своими собственными внутренними делами, на некоторое время совсем устранилась от западноевропейских дел, продолжая свою экспансию на Кавказе (Адыгея), в Средней Азии (Туркестанское генерал-губернаторство) и на Дальнем Востоке (Приамурье и Курильские острова). Так, в 1859 г. во время Второй войны за независимость Италии, Россия ограничилась лишь вооружённым нейтралитетом. На вмешательство римской курии в отношения правительства к своим католическим подданным, последнее отвечало тем, что 4 декабря 1866 г. отменило конкордат 1847 г., а в июне 1869 г. запретило католическим епископам империи принимать участие в созванном Пием IX соборе.

Канцлер А. М. Горчаков не только считал объединение Германии невыгодным для России, но и полагал, что решительное противодействие ему русской дипломатии может сыграть огромную роль. У А. М. Горчакова была манера в тех случаях, когда его собеседник зависел от России, показать ему, что он вполне учитывает эту зависимость.

«Мне пришлось в частной беседе сказать ему [Горчакову]: вы обходитесь с нами не как с дружественной державой, а как со слугой, который недостаточно быстро является на звонок». О. Бисмарк.

Но в конце концов настроения царя взяли верх. Во время Датско-прусской войны император старался быть только посредником (хотя Россия была одной из стран-гарантов Лондонского договора 1852 года) и оставался в таком же нейтральном положении во время Австро-прусской войны 1866 г.[8][9] Александр II настаивал лишь на том, чтобы при переделе Германии не слишком пострадал родственник его супруги — великий герцог Гессена Людвиг IV, и О. Бисмарк легко мог дать удовлетворение этой политике родственных чувств.[6]

«Мы продолжаем считать, что европейское равновесие было бы под угрозой, если бы какая-либо держава получила в Германии подавляющий перевес или же другая великая держава была отстранена от всякого влияния на германские дела», — писал А. М. Горчаков во время Австро-прусской войны.[10]

1 июля 1866 года русское правительство выдвинуло проект демарша великих держав в Берлине с целью противопоставить «моральный барьер» «прусским насилиям» в отношении Австрии и мелких германских государств.[уточнить][11]

В результате того, что Россия не встала на сторону одного из своих союзников, полностью распался Священный союз.

  Италия. Рисорджименто. Венецианская областьПравить

В результате Первой и Второй войн за независимость Италии, из аннексий Сардинского королевства (Ломбардия, Парма, Модена, Тоскана, большая часть Папской области и Королевство Обеих Сицилий) было образовано унитарное государство Италия. Вне королевства Италия оставались Рим, находившийся под властью папы, и Венецианская область, принадлежавшая Австрии. Папская область не принадлежала Италии с момента её создания в 756 г., в отличие от Венецианской области, которая во все времена оставалась итальянской. В период наполеоновских войн, на её территории располагались одноимённая республика (6971797), Транспаданская (1796—1797) и Цизальпинская республики (1797—1802) Итальянские республика (1802—1805) и королевство (1805—1814). Оккупированная войсками антинаполеоновской коалиции, Венецианская область была присоединена к Австрийской империи в 1815 году, по итогам Венского конгресса.

Наполеон III помог Рисорджименто, поучаствовав во Второй войне за независимость Италии. Император вовсе не желал объединения Италии, тем более, революционным путём, хотя и говорил о своем сочувствии «принципу национальности». Его раздражало, что государства Средней Италии — Тоскана, Парма и Модена — явно стремились к объединению с Сардинским королевством, в то время как он готов был посадить на трон Тосканы своего двоюродного брата принца Наполеона Бонапарта. Трансформация Сардинского королевства в Итальянское предполагала уход французского гарнизона из Рима и ликвидацию теократической власти папы. Расположение французских клерикалов было очень дорого императору. Создание рядом с Францией новой, крупной державы Наполеону казалось тогда излишним, а вскоре и опасным. В начале Второй войны за независимость Италии Наполеон получил Савойю и Ниццу, после чего Франция вышла из войны. В Третьей войне за независимость Италии она не участвовала[12].

В феврале 1866 года, за 4 месяца до начала войны, австрийское правительство из гордости отвергло предложение Италии о покупке Венецианской области за 1 000 000 000 лир. 30 апреля, ещё до начала мобилизации Пруссии, Австрия обратилась с просьбой посредничества к Наполеону III, имевшему решающее влияние на итальянское правительство: Австрия согласна отречься от Венеции в пользу Наполеона III с тем, чтобы последний подарил эту область Италии и тем обеспечил бы её нейтралитет. Наполеон III, однако, держался пассивно, а в Италии правительство побоялось нарушить союзный договор с Пруссией. Но Австрия, тем не менее, 12 июня, за несколько дней до начала войны, приняла на себя обязательство перед Францией, — каков ни будет результат войны, передать в конце её Венецию, через посредство Франции, Италии. Конечно, для Австрии было бы разумнее снизойти до непосредственных переговоров с Италией, или по крайней мере эвакуировать свои итальянские владения до начала военных действий, чем затрачивать 80 000 хороших полевых войск и почти такое же количество второлинейных в гарнизонах крепостей на оборону провинции, представлявшей уже отрезанный от государства ломоть. Но всё же и шаг, предпринятый Австрией, принес стратегии значительные выгоды. Италия достигла своей конкретной политической цели войны ещё до начала военных действий; последние для неё являлись простой формальностью, делом чести, выполнения союзного обязательства. Война поэтому стала для Италии беспредметным занятием[13].

Король и его ближайшее окружение не прочь были уклониться от заманчивых, но и опасных предложений О. Бисмарка о вступлении в союз против Австрии в 1866 году. Как выяснилось намного позже, премьер-министр предвидел, что итальянцы будут наголову разбиты, но это его нисколько не интересовало. О. Бисмарк даже брал на себя поручательство перед Виктором Эммануилом, что Венеция будет по общему (не сепаратному) миру передана Италии чем бы ни кончилось дело на Южном театре военных действий. 12 марта 1866 года, О. Бисмарк напутствовал главу прусского генерального штаба, генерала Хельмута фон Мольтке, отбывавшего во Флоренцию (временно бывшую столицей королевства Италии), так как Рим был занят французскими войсками, охранявшими папу, такими словами:

Условия, сложившиеся в Германии…, после упадка, который пережил в последние годы престиж всех союзных институций, более чем когда-либо нуждаются в обновлении, соответствующем справедливым чаяниям нации… Мы сами, если только более чем столетней давности антагонизм между Пруссией и Австрией когда-либо закончится полюбовной сделкой, не ради себя самих не имеем права удовлетвориться более теми незначительными преимуществами, которые дает простое обладание Эльбскими герцогствами, ибо в перспективе это будет означать только новый ряд постоянных столкновений, прежним бременем ложащихся на наши плечи.

[2]

Когда же Виктор-Эммануил продолжил колебаться, О. Бисмарк весьма недвусмысленно пригрозил, что через голову прусского короля обратится непосредственно к народу и призовёт на помощь итальянских революционеров — Маццини и Гарибальди. Тогда Виктор Эммануил решился и дал О. Бисмарку нужные обещания. В результате, Пруссия, всё-таки добилась при посредничестве императора Франции Наполеона III заключения 8 апреля 1866 года прусско-итальянского союза (с трёхмесячным сроком действия)[14] с обязательством не заключать сепаратного мира. В последний момент итальянцы объявили, что им желательно было бы получить от Пруссии 120 миллионов франков, на что О. Бисмарк без колебаний согласился[8]. Этот договор важен был для успокоения прусского короля Вильгельма I, опасавшегося вступить в единоборчество с Австрией[6]. После этого, О. Бисмарк начал дипломатическое и политическое наступление на неё[2].

Национально-освободительные движения в Австрийской империиПравить

Двигаясь по пути национал-революционного решения, О. Бисмарк углубил установленные ещё в 1862 году контакты с венгерскими эмигрантами, группировавшимися вокруг Л. Кошута и Д. Клапки. Эмигранты в составе легиона должны были из Силезии продвинуться в Моравию и поднять восстание в Венгрии. Были установлены связи и с чехами в Богемии, и с румынами, и с сербами, которые должны были мобилизовать подданных Габсбургов из числа южных славян. Все эти меры, а также договоренность с Италией о продвижении армии в направлении Вены и через Адриатику в Венгрию должны были способствовать скорейшему принятию решения, которое представлялось О. Бисмарку безусловно необходимым. Единственное сражение, которое произошло при Кёниггреце 3 июля 1866 года, решило исход войны быстрее, чем ожидал Бисмарк, благодаря ярко проявившимся новым тенденциям в прусской армии, и в первую очередь благодаря продуманному руководству Мольтке. До заготовленных предусмотрительным премьером взрывоопасных элементов национал-революционного толка просто не дошла очередь.[2]

Чрезвычайно нелегко одними средствами вооружённого фронта достигнуть полного уничтожения боеспособности неприятельского государства. Поэтому Бисмарк направил свои усилия к тому, чтобы нанести мощный политический удар австрийской государственности изнутри. Средством для этого должно было явиться венгерское национально-революционное движение. В Пруссию был приглашен талантливейший венгерский революционный генерал Клапка и кадры венгерской эмиграции. Все пленные венгерской национальности должны были изолироваться от прочих и назначаться на тяжелые земляные работы; в случае согласия их поступить в легион, который формировали в Силезии офицеры Клапки, они сразу освобождались от каторжных условий существования и получали все блага. Вследствие краткости войны, растянувшейся всего на 6 недель времени, Клапка успел сформировать с затратой 250 тысяч талеров только 1 легион в 3 000 бойцов и за несколько часов до подписания предварительных условий мира успел с ними перейти демаркационную линию, пробыл 5 суток в тылу австрийцев, но, вследствие прекращения военных действий, должен был уйти назад к пруссакам. Одновременно Бисмарк поддерживал деньгами и организацию вооружённого восстания в самой Венгрии. В эмиграции представительство этой организации было возложено на графа Чаки, внутри Венгрии организация руководилась Комароми. Венгрия была разделена на 8 участков, во главе коих стояли начальники повстанческих дивизий; дивизионные округа делились на 2—4-бригадные округа; в каждом населенном пункте имелся командир, тайно вербовавший повстанцев. Труднее всего складывался вопрос об оружии: в разоруженной Венгрии повстанцы располагали только 18000 ружей, частью неудовлетворительного качества. В случае затяжки войны эта организация дала бы себя знать. Но и теперь, несмотря на примирительное поведение австрийского правительства, венгерские друзья Бисмарка сделали невозможным созыв венгерских депутатов для голосования чрезвычайного набора и дружно помешали произвести таковой в Венгрии; кроме того, они командировали в венгерские полки целый рой пораженческих агитаторов, речи которых имели успех, судя по сдаче без сопротивления целых венгерских батальонов в боях войны 1866 г.

Австрийские писатели приходили в негодование от такого потакания Бисмарком венгерским революционерам: добро бы, — говорили они, — Пруссия терпела поражения и вступала бы в союз с революцией для сохранения своего государственного существования, то Бисмарк, солидный государственный деятель, с оттенком реакционности и юнкерства, занимается революционным делом — и особенно усердно как раз после победы под Кениггрецем. Мы думаем, однако, что Бисмарк был прав, так как не уничтожение вооружённых сил Австрии, а угроза венгерского восстания в тылу в конечном счёте заставили Франца-Иосифа пойти в последнюю минуту на предложенные Бисмарком условия мира; тем самым венгерская политика Бисмарка чувствительно уменьшила издержки борьбы за объединение Германии.[6]

Для австрийского правительства была также ясна необходимость договориться с венграми для обеспечения спокойствия тыла. Венгров могло бы удовлетворить только дарование полной автономии. Франц-Иосиф встал на этот путь, но не сделал во время решительного шага. Уступки венграм были начаты с другого конца — с дарования комитатам самоуправления; а последние начали с того, что уволили со службы немецких чиновников, учителей и т. д.; соглашение с венграми было ещё не достигнуто, а административный аппарат принуждения венгров был разрушен. Наиболее умеренные и преданные Францу-Иосифу венгерские политики могли в момент войны занять лишь позицию молчаливого нейтралитета.[13]

    Австрия и Пруссия. Гаштейнская конвенция (14 августа 1865 г.).Править

  Германский союз (18151866)
Империи:

  Австрия
Королевства:
  Пруссия
  Бавария
  Саксония
  Вюртемберг
  Ганновер
Курфюршества:
  Гессен-Кассель
Великие герцогства:
  Баден
  Гессен-Дармштадт
  Люксембург
  Ольденбург
  Саксен-Веймар-Эйзенах
  Мекленбург-Шверин
  Мекленбург-Стрелиц

Герцогства:

  Брауншвейг-Люнебург
  Гольштейн
  Лимбург
  Нассау
  Анхальт-Бернбург (до 1863)
  Анхальт-Дессау
  Анхальт-Кётхен (до 1847)
  Саксен-Альтенбург (c 1826)
  Саксен-Кобург-Заальфельд (до 1826)
  Саксен-Кобург-Гота1826)
  Саксен-Гота-Альтенбург (до 1826)
  Хильдбургхаузен (до 1826)
  Саксен-Лауэнбург
  Саксен-Мейнинген

Княжества:

  Гогенцоллерн-Хехинген (до 1850)
  Гогенцоллерн-Зигмаринген (до 1850)
  Гессен-Гомбург
  Лихтенштейн
  Липпе-Детмольд
  Шаумбург-Липпе
  Вальдек-Пирмонт
  Рёйсс-Грейц
  Рёйсс-Шлейц
  Шварцбург-Рудольштадт
  Шварцбург-Зондерсхаузен
Вольные города:
  Бремен
  Франкфурт-на-Майне
  Гамбург
  Любек

14 августа 1865 г. в Гаштейне была подписана конвенция, согласно которой герцогство Лауэнбург отходило в полную собственность Пруссии (за уплату 2,5 миллионов талеров золотом), Шлезвиг поступал в управление Пруссии, Гольштейн — Австрии. Последний был отделен от Австрийской империи рядом германских государств и прежде всего той же Пруссией, что делало его обладание весьма шатким и рискованным. Но, кроме того, Бисмарк осложнил дело тем, что право собственности на всю территорию обоих герцогств — Шлезвига и Гольштейна — сообща имели Австрия и Пруссия, в том смысле, что в Гольштейне должна была быть австрийская администрация, а в Шлезвиге — прусская. Император Франц Иосиф I с самого конца датской войны настаивал на том, что Австрия с удовольствием уступит все свои «сложные» права на Гольштейн в обмен за самую скромную территорию на прусско-австрийской границе, выкроенную из прусских земель. Когда О. Бисмарк отказал наотрез, его замысел стал совершенно ясен Францу Иосифу, и император стал искать союзников для предстоящей войны.[8] В мае 1865 года, он безуспешно пытался установить контакт с Баварией как партнером по антиавстрийскому альянсу, с тем чтобы продемонстрировать, что истинной его целью, в том числе и в сфере союзной политики, является «совокупное решение» на мелконемецкой основе.[2]

Бисмарк обвинил Австрию в нарушении условий Гаштейнской конвенции (Австрия не пресекала антипрусской агитации в Гольштейне). Когда Австрия поставила этот вопрос перед Союзным сеймом, Бисмарк предупредил сейм, что этот вопрос касается только Австрии и Пруссии. Тем не менее, Союзный сейм продолжал обсуждать эту проблему. В результате, Бисмарк аннулировал конвенцию и представил в Союзный сейм предложение по преобразованию Германского союза и исключению из него Австрии. Это произошло в тот же день что и заключение прусско-итальянского союза, 8 апреля 1866 года.

«…созвать собрание на основе прямых выборов и всеобщего избирательного права для всей нации, с тем чтобы принять и обсудить проекты реформы союзной конституции, предложенные немецкими правительствами».[2]

О. Бисмарк придавал огромное значение подготовке к войне во внутреннеполитическом отношении и решил вести войну под широким лозунгом устройства Северогерманского союза. Он выдвинул официальную программу такого объединения, с резким ограничением суверенитета отдельных германских государств, с созданием единого общего парламента, избираемого на основе всеобщего тайного мужского избирательного права[15] и призванного стать противовесом центробежным стремлениям, с объединением всех вооружённых сил союза под руководством Пруссии. Эта программа естественно оттолкнула большинство средних и малых германских монархий.[6] Предложение О. Бисмарка сейм отверг.

14 июня 1866 года он объявил Германский союз «недействительным». В результате остальные немецкие государства приняли решение о создании органа союзной исполнительной власти, направленного против правонарушителя — Пруссии. Практически война против Пруссии велась коалицией большинства немецких государств под предводительством Австрии. Бисмарк обратился к немецкому народу, чтобы противостоять тому ужасу перед «братоубийственной войной», которым была охвачена вся нация:

«В течение полувека Германский союз был оплотом не единства, а раздробленности нации, утратил вследствие этого доверие немцев и на международной арене стал свидетельством слабости и бессилия нашего народа. В эти дни Союз собираются использовать для того, чтобы призвать Германию обратить оружие против того из союзников, который внес предложение о формировании германского парламента и тем самым сделал первый и решающий шаг по пути удовлетворения национальных чаяний. У войны против Пруссии, которой так домогалась Австрия, отсутствует союзно-конституционная основа; для неё нет никакой причины и ни малейшего повода».[2]

Канцлера очень беспокоило внешнее оправдание намечавщейся войны. Он повернул дело таким образом, что Австрия первая объявила мобилизацию. На стол австрийского императора была подкинута схема предстоящего прусского вторжения, составлена выдающимся военным стратегом Х. Мольтке Старшим.

ПримечанияПравить

  1. Берндл К., Хаттштейн М., Кнебел А., Уделховен Г.-Й. La période moderne 1789—1914 — Les États allemands : restructuration de l’Autriche et de la Prusse — L’essor et le déclin de la Prusse // Histoire visuelle du monde. — 1-е изд. — М.: National Geographic, 2005. — С. 379. — 656 с. — ISBN 2-84-582-209-X.  (фр.)
  2. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Хилльгрубер А. Бисмарк на посту премьер-министра Пруссии (1862—1871): основание великой державы — Германской империи — вопреки бремени европейского равновесия // Выдающиеся политики: Отто фон Бисмарк, Меттерних. — Ростов-на-Дону: Феникс, 1998.
  3. Бисмарк О. Мысли и воспоминания. — М. — Т. 2. — С. 18-19.
  4. Чубинский В. В. Бисмарк. Политическая биография, стр. 172.
  5. Ги Бретон. Истории любви в истории Франции.
  6. 1 2 3 4 5 Свечин А. А. Эволюция военного искусства. Том II. — М.-Л.: Военгиз, 1928. Глава пятая. Война за гегемонию в Германии 1866 г. Подготовка Бисмарком войны 1866 г.
  7. Свечин А. А. Эволюция военного искусства. Том II. — М.-Л.: Военгиз, 1928. Глава пятая. Война за гегемонию в Германии 1866 г. Оперативное развёртывание.
  8. 1 2 3 Дипломатия Бисмарка в годы войны с Данией и Австрией (1864—1866 гг.) — www.diphis.ru Архивировано 27 сентября 2007 года.
  9. Александр II // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907..
  10. Нарочницкая Л. И. Россия и войны Пруссии в 60-х годах XIX века за объединение Германии «сверху» М., 1960. С. 128.
  11. Нарочницкая Л. И. Россия и войны Пруссии в 60-х годах XIX века за объединение Германии «сверху» М., 1960. С. 113.
  12. Наполеон III и Европа. От Парижского мира до начала министерства Бисмарка в Пруссии (1856—1862 гг.) — www.diphis.ru
  13. 1 2 Свечин А. А. Глава пятая. Война за гегемонию в Германии 1866 г. Австрийская политика. // Эволюция военного искусства. Том II. — М.Л.: Военгиз, 1928.
  14. Невлер В. Е., Малиновский А. А. Большая советская энциклопедия. Австро-итальянская война 1866.
  15. Клуб Нумизмат / Библиотека / 25.05.2002. Отто фон Бисмарк. Жизнеописание (продолжение) — Отто фон Бисмарк — министр-президент Пруссии. Его дипломатия.