Открыть главное меню

Рябиновая (воробьи́ная) ночь ― у восточных славян название ночи с сильной грозой или зарницами. Считалась временем разгула нечистой силы[1].

Содержание

Происхождение выраженияПравить

Выражения известны в русском, украинском и белорусском литературных языках и диалектах: рус. воробьи́ная ночь, укр. гороби́на ніч, белор. рабінавая ноч. Оба названия, вероятно, восходят через серию фонетических трансформаций и народно-этимологических сближений к единой праформе рябинная ночь, зафиксированной в древнерусском языке начиная с XV века[1].

Первоначальная форма сочетания ― рябинная ночь, то есть «рябая, пёстрая ночь», — ночь с молниями, с ветром и грозой. Рябая, подобно воробью, ночь, когда темнота перемежается зарницами и сполохами. В эти ночи воробьи вылетают из гнезд, тревожно чирикают, беспокойно собираются в стайки и т. д. На основе выражения рябинная ночь позже, в результате этимологического перерождения, получился речевой оборот рябиновая ночь, а затем и воробьиная ночь. В украинском языке, например, выражение горобина ніч означает не только «воробьиный», но и «рябиновый»[2][3].

Впервые понятие Рябинная ночь встречается в летописи при описании битвы между дружинами Ярослава Мудрого и его брата Мстислава (1024): «И бывши нощи рябинной, бысть тма и гром бываше и молния и дождь… И бысть сеча зла и страшна, яко посветяаше моления, тако блещашеся оружие их, и еликоже молния осветяше, толико мечи ведяху, и тако друг друга секаше, и бе гроза велика и сеча силна»[4].

Предположение о данном выражении высказал член-корреспондент РАН Ф. П. Филин: оно, бытующее и ныне в смоленских и белорусских говорах, попало в киевское койне из кривичских земель[5]. А. М. Финкель связал его с со словом рябой[6].

В украинском языке выражение горобина ніч связывается с возбуждением воробьёв во время грозы: «В продолжение лета бывает несколько бурных ночей, с градом, ливнем и грозою, и эти-то ночи называются воробьиными. Ливень бывает силён до такой степени, что выгоняет воробьёв из их убежищ, и бедняжки летают целую ночь, жалобно чиликая» («Словарь малорусского наречия, составленный А. Афанасьевым-Чужбинским», СПб., 1855). Константин Паустовский в повести «Героический юго-восток» пишет: — Знаете, как называются такие ночи с беспрерывной молнией? — Нет, — ответила Клава. — Воробьиные. Потому что от ярких вспышек воробьи просыпаются, начинают метаться в воздухе, а потом, когда молнии гаснут, разбиваются в темноте о деревья и стены.

Польский этнограф Чеслав Петкевич пишет в очерке о белорусском Полесье: «Рабок (воробей) есть героем всем известной рябиновой ночи, во время которой буря рассеивает воробьёв. Рябиновая ночь бывает меж пречистыми (вторая половина августа ― первая неделя сентября). Громы бьют один за другом, страшенный ливень льёт… а молния блись да блись, кажется, что весь мир горит. В эту ночи воробьи так поразлетаются…, что уже так и живут по одному. Поэтому ночь зовётся рябиновой»[7].

Не исключено, что выражение Рябиновая ночь также может быть связано с образом рябины. Действительно, такие ночи бывают в пору цветения рябины и созревания её ягод.

Время Рябиновой ночиПравить

В разных местах время Рябиновой ночи определяется неодинаково. В Центральной России это время, когда цветёт рябина или период с 19-го по 22-е июня, когда наступает самая большая долгота дня — 17 часов 37 минут, а ночь длится 6 часов 23 минуты. Старые смоленские и белорусские поверья говорят, что Рябиновая ночь наступает около Успенья (15 августа по старому стилю) или между Ильиным днем и Рождеством Богородицы (8 сентября по старому стилю). Строго определённого времени таких ночей нет: в одних местах их 1-3 в году, в других 5-7 (это зависит от местности и особенностей природы. На Киевщине и Житомирщине, например, это была ночь накануне Ивана Купалы или Петрова дня, в некоторых местах крестьяне считали, что это время, когда зацветёт папоротник. Также Рябиновой ночью зачастую называют обычную ночь с сильными грозами, зарницами[8].

Рябиновая ночь как мистическое явлениеПравить

На юге России и Украине осмысление Рябиновой ночи происходило на основе народной этимологии языка, которую называли воробьиной[9]. На Украине такой ночью называли ночь на 1 сентября (день Симеона Столпника), когда «чёрт меряет воробьёв». Они сбиваются в большие стаи в одно место, и там черти отмеряют их четвериками, подгребая к себе и высыпают в пекло. Кто не вошёл в меру ― тех отпускает. Наказание такое воробьям за то, что они подносили гвозди, когда распинали Спасителя. За то же у них и лапки «связаны верёвочкой» ― воробьи не ходят, а подскакивают. В Белоруссии Рябиновая ночь считалась одновременно и временем разгула всяческой нечисти, и как время, когда гром и молния убивают злых «чаровников» и нечистую силу[10].

На протяжении всей рябиновой ночи небо сотрясает гром, блестят молнии, льёт проливной дождь, дует страшный ветер, взлетает вихрь. Испуганные воробьи начинают судорожно взлетать, ударяясь о деревья и падать вниз.

Согласно народным поверьям, в эту ночь из ада на свет выходили все злые силы, которые якобы справляли свой главный годовой праздник. По одним мнениям, в Рябиновую ночь разная нечисть пугала крещёных людей, по другим наоборот, все стихии природы объединялись, чтобы уничтожить нечистую силу, что расплодилась после Купалья за лето. Каждый убитый или покалеченный в эту ночь молнией считался чёрным колдуном. Чтобы молнии не сожгли дом или другие постройки, в Рябиновую ночь вывешивали своеобразный оберег ― грязную пасхальную скатерть, в некоторых местах под крышу привязывали красные нитки. На Полесье верили, что от сильной бури в эту ночь рябчики разлетались по всему лесу и до самого токования жили по одному. Предполагалось, что гроза в Рябиновую ночь нужна для дозревания ягод на рябине; если же ягода не поспела ― ждали дождливого конца лета и холодной осени.

Рябиновая ночь в литературе и искусствеПравить

Образ Рябиновой (Воробьиной) ночи отражён в повестях Я. Барщевского «Шляхтич Завальня», И. Тургенева «Первая любовь», А. М. Ремизова «Воробьиная ночь», А. С. Серафимовича «Воробьиная ночь», К. Паустовского «Героический юго-восток», В. Каверина «Воробьиная ночь», В. Морякова «Рябиновая ночь» и других. Рябиновая (Воробьиная) ночь присутствует в пьесах Т. Мициньского «Рябиновая ночь», Т. Габбе «Авдотья Рязаночка», А. Дударева «Воробьиная ночь», В. Илюхова «Воробьиная ночь».

Художественный фильм «Рябиновые ночи» (1984), Свердловская киностудия. Режиссёр Виктор Кобзев.

Многочисленные стихи и песни с названиями Рябиновая ночь, Воробьиная ночь ― на русском, украинском и белорусском языках. Чрезвычайно популярна на Украине песня «Горобина ніч» на стихи Лилии Золотоноши, исполняемая Оксаной Билозир: «Не в тому річ, не в тому річ, що горобина плаче ніч…»[11].

Сергеем Курёхиным в 1993 году написана «Воробьиная оратория».

На тему Рябиновой ночи написаны картины художников Н. Ермакова, Г. Ващенко, О. Гуренкова.

ПримечанияПравить

  1. 1 2 Топорков, 1995, с. 433.
  2. Коваль У. Г. Да паходжання фразеалагізма рабінавая (вераб'іная) ноч // Белорусская лингвистика. — Мн., 1994. — Вып. 43. — С. 38—40.
  3. Бирих А. К., Мокиенко В. М., Степанова Л. И. Воробьиная ночь // Русская фразеология. Историко-этимологический словарь. Под ред. В. М. Мокиенко. — М., 2005. Архивировано 25 февраля 2009 года.
  4. Новгородская Четвертая летопись. ПСРЛ, т.4. Дата обращения 16 августа 1848.
  5. Филин Ф. П. Лексика русского литературного языка древнерусской эпохи // Учёные Записки педагогического ин-та им. А. И. Герцена. — Л., 1949. — Т. 80. — С. 258—259.
  6. Финкель А. М. Воробьиная ночь // Вопросы языкознания. — М., 1956. — № 4. — С. 92—95.
  7. Ф. Янкоўскі. Беларуская фразеалогія. Фразеалагізмы, іх значэнне, ужіванне. Слоўнік. — Мн.: Вышэйшая школа, 1968. — 451 с.
  8. Агапкина Т. А., Топорков А. Л. Воробьиная (рябиновая) ночь в языке и поверьях восточных славян // Славянский и балканский фольклор. — М., 1989. — С. 230—253.
  9. Топорков, 1995, с. 434.
  10. У. Васілевіч. Рабінавая ноч // Этнаграфія Беларусі. — Мн., 1989. — С. 419.
  11. Оксана Билозир. Горобіна ніч. Дата обращения 5 сентября 2014.

ЛитератураПравить

  • Демидович П. Из области верований и сказаний белорусов // Этнографическое обозрение. ― М., 1896. № 1. Кн. 28. С. 91—120.
  • Азимов Э. Г. Полесские поверия о вихре // Полесье и этногенез славян: Предварительные материалы и тезисы конференции. ― М., 1983
  • Матвеев Л. Т. Основы общей метеорологии. Физика атмосферы. ― Л., Гидрометеоиздат, 1965.
  • Аксамітаў А. С. Беларуская народная міфалогія як крініца ўтварэння фразеалагічных адзінак // Problemy frazeologii europejskiej. II: Frazeologia a religia /Pod redakcija A. M. Lewickiego i W. Chlebdy. ― Warszawa: Energeia, 1997. S. 75.
  • Коваль У. І. Народныя ўяўленні, павер’і і прыкметы: Даведнік па ўсх.-слав. міфалогіі. ― Гомель: Беларус. агенцтва навукова-тэхн. і дзелавой інфарм., 1995. 177 с.
  • Воробьиная ночь / Топорков А. Л. // Славянские древности: Этнолингвистический словарь : в 5 т. / под общ. ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М. : Межд. отношения, 1995. — Т. 1: А (Август) — Г (Гусь). — С. 433—434. — ISBN 5-7133-0704-2.

СсылкиПравить