Открыть главное меню

Скалозуб

Полковник Серге́й Серге́евич Скалозу́б — один из персонажей комедии А. С. Грибоедова «Горе от ума».

Сергей Сергеевич Скалозуб
The Sorrows of the Spirit, by Alexander Sergeyevich Griboyedov (3) (A).jpg
С. А. Головин в роли Скалозуба
Создатель А. С. Грибоедов
Произведения комедия «Горе от ума»
Пол мужской

Содержание

ХарактеристикаПравить

Скалозуб — полковник, быстро сделавший себе военную карьеру:

Скалозуб

В тринадцатом году мы отличались с братом
В тридцатом егерском, а после в сорок пятом.

Фамусов

Да, счастье, у кого есть эдакий сынок!
Имеет, кажется, в петличке орденок?

Скалозуб

За третье августа; засели мы в траншею:
Ему дан с бантом, мне на шею.[1]

Следует отметить, что он поступил на службу лишь в 1809 году, но при этом он недоволен, что его «за полком два года поводили»; более того, он уже метит в генералы:

Я с восемьсот девятого служу;
Да, чтоб чины добыть, есть многие каналы;
Об них, как истинный философ, я сужу:
Мне только бы досталось в генералы[1].

Свой первый орден он получил за военные заслуги[2]. Фраза «Ему дан с бантом, мне на шею» даёт основание предположить, что брат Скалозуба получил орден Святого Владимира IV степени «с бантом» (единственный до 1828 года орден, носившийся с бантом из орденской ленты), а сам он, вероятно, орден Святого Владимира 3 степени или орден Святой Анны II степени «на шею»[3][4]. У него есть и другие награды (в рукописных вариантах пьесы Софья говорит о Скалозубе: «Крестов не перечесть»; Скалозуб заявляет: «Шесть-семь их (крестов) у меня»[5]).

По утверждению Фамусова, Скалозуб

Известный человек, солидный,
И знаков тьму отличий нахватал;
Не по летам, и чин завидный,
Не нынче завтра генерал[6].

Быстрой карьерой он обязан службе в «горячей точке» (егеря специализировались на действиях в горной и/или лесистой местности, не в последнюю очередь — контрпартизанских и контртеррористических; в частности, 45-й егерский полк по окончании наполеоновских войн дислоцировался в Абхазии):

Довольно счастлив я в товарищах моих,
Вакансии как раз открыты;
То старших выключат иных,
Другие, смотришь, перебиты[1].

Очевидно, что «чёрный юмор» заключается в том, что быстрая карьера неразрывно связана с постоянным риском самому пополнить ряды «выключенных» (то есть комиссованных в связи с тяжёлым ранением) или перебитых товарищей.

Скалозуб умело изображает в светском обществе тупого солдафона, которым никоим образом не является[источник не указан 308 дней]. Скалозуб по-военному прямолинеен, что, впрочем, не вредит ему в обществе. Так, например, когда в третьем действии княгиня Тугоуховская жалуется ему на то, что её племянник Фёдор, учившийся в Педагогическом институте, «чинов не хочет знать», полковник с откровенной радостью сообщает собеседникам:

Я вас обрадую: всеобщая молва,
Что есть проект насчёт лицеев, школ, гимназий;
Там будут лишь учить по нашему: раз, два;
А книги сохранят так: для больших оказий.

Фамусов же ещё более нетерпим к вольнодумству:

Сергей Сергеич, нет! Уж коли зло пресечь:
Забрать все книги бы да сжечь[7].

СюжетПравить

Впервые Скалозуб упоминается уже в первом действии, где служанка Лиза намекает Софье на него как на выгодную партию: Вот, например, полковник Скалозуб: // И золотой мешок, и метит в генералы[8]. В этом отношении он в глазах Фамусова выгодно отличается от Молчалина и Чацкого. А во втором действии Фамусов весьма откровенно намекает ему на женитьбу, после того как Скалозуб получит генерала (И славно судите, дай Бог здоровья вам // И генеральский чин; а там // Зачем откладывать бы дальше // Речь завести об генеральше?), на что тот прямолинейно отвечает согласием (Жениться? Я ничуть не прочь)[1].

В противоположность Фамусову, его свояченица Хлёстова относится к Скалозубу весьма холодно и говорит о нём Софье: Ух! я точнёхонько избавилась от петли; // Ведь полоумный твой отец: // Дался ему трёх сажень удалец, — // Знакомит, не спросясь, приятно ли нам, нет ли?[9]

Но и Чацкий отчасти ревнует Софью к Скалозубу; так в III действии после разговора про Молчалина он её спрашивает: Но Скалозуб? вот загляденье; // За армию стоит горой, // И прямизною стана, // Лицом и голосом герой…, на что она ему отвечает: Не моего романа[10] Далее разговор прерывается, и Чацкий так и остаётся «со своей загадкой».

В IV действии Скалозуб случайно встречается со своим приятелем Репетиловым. Тот зовёт его на очередной кутёж к князю Григорию: И просим-ка со мной, сейчас без отговорок: // У князь-Григория теперь народу тьма, // Увидишь, человек нас сорок, // Фу! сколько, братец, там ума! // Всю ночь толкуют, не наскучат, // Во-первых, напоят шампанским на убой, // А во-вторых, таким вещам научат, // Каких, конечно, нам не выдумать с тобой., на что тот отвечает резким отказом: Избавь. Учёностью меня не обморочишь, // Скликай других, а если хочешь, // Я князь-Григорию и вам // Фельдфебеля в Волтеры дам, // Он в три шеренги вас построит, // А пикните, так мигом успокоит[11]. Он явно осуждает такой разгульный образ жизни, предпочитая военный порядок.

Скалозуб пользуется лестью и угодничеством для достижения высших чинов. Считает, что важно оказаться в правильное время в правильном месте. (Боже, как примитивно рассмотрен образ боевого офицера и ёрника С.С. Скалозуба)

Образ Скалозуба в литературеПравить

Не меньше замечателен четвёртый тип: глупый фрунтовик Скалозуб, понявший службу единственно в уменье различать форменные отлички, но при всём том удержавший какой-то свой особенный философски-либеральный взгляд на чины, признающийся откровенно, что он их считает как необходимые каналы к тому, чтобы попасть в генералы, а там ему хоть трава не расти; все прочие тревоги ему нипочём, а обстоятельства времени и века для него не головоломная наука: он искренно уверен, что весь мир можно успокоить, давши ему в Вольтеры фельдфебеля.

Наполеон женил своих воинов в том роде, как наши помещики женят дворовых людей, — не очень заботясь о любви и наклонностях. Он хотел браками сблизить дворянство пороха с старым дворянством; он хотел оболванить своих Скалозубов жёнами. Привычные к слепому повиновению, они венчались беспрекословно, но вскоре бросали своих жён, находя их слишком чопорными для казарменных и бивачных вечеринок.

А. И. Герцен, Былое и думы, гл. XX

Это был клуб Фамусовых, Скалозубов, Загорецких, Репетиловых, Тугоуховских и Чацких.

Конечно, ни Пушкин, ни Грибоедов не писали точных портретов; создавая бытовой художественный образ, они брали их как сырой материал из повседневной жизни.

Грибоедов в «Горе от ума» в нескольких типах отразил тогдашнюю Москву, в том числе и быт Английского клуба.

Герцен в «Былом и думах» писал, что Английский клуб менее всего английский. В нем собакевичи кричат против освобождения и ноздревы шумят за естественные и неотъемлемые права дворян…

Я как-то раз заметил ему, что он-де «напрасно прикидывается Скалозубом» — ему это совершенно не идет. Он лишь пожал плечами и поинтересовался — а что я, собственно, имею против Скалозуба? вот для начала — как я его себе представляю, просто по тексту пьесы? Ну, как! — озадаченно откликаюсь я: солдафон не первой молодости, «созвездие маневров и мазурки», что вытягивается во фрунт перед любым чиновным ничтожеством… На что Павел Андреевич тут же реконструировал для меня боевую биографию Скалозуба — государев человек Грибоедов-то, оказывается, прописал ее со множеством точных и понятных военному деталей. Что в словах «Засели мы в траншею», применительно к 3 августа в Силезскую кампанию 1813-го, нет решительно ничего уморительного, и Георгий второй степени, что «на шею», за такое — в самый раз; что все полки, где тот служил — по их номерам — егерские: это про «созвездие маневров и мазурки»; что как раз Сорок пятым егерским Ермолов в ту пору имел обыкновение затыкать все дыры в кавказских Линиях, и оттого сентенция «Довольно счастлив я в товарищах моих…» — это привычный могильный цинизм фронтовика, а вовсе не откровения простодушного карьериста; ну, и так далее.

Итак, перед нами — «метящий в генералы» тридцатипятилетний примерно полковник специальных войск, добывший серебряное шитье на эполеты не где-нибудь, а на Кавказе: сделать столь стремительную карьеру можно лишь там, где, по вышеозначенным причинам, «вакансии как раз открыты»… «А теперь возьмите пьесу, Григорий Алексеевич, — предлагает мне ротмистр, — и просто перечитайте все реплики полковника, подряд, твердо исходя из того, что с мозговыми извилинами в той голове — точно лучше, чем в среднем по больнице»… И ведь — действительно так! Все эти «пожар способствовал ей много к украшенью» и «фельдфебеля в Вольтеры» — это же откровенное, в глаза, зубоскальство-скалозубство над тем столичным бомондом — и сановным, и фрондерствующим. И кстати — он ведь там, по факту, сумел заткнуть саму княгиню Марью Алексевну!.. Вот такое любопытное вышло у нас литературоведенье от разведслужбы…

Кирилл Еськов, «Америkа (reload game)»

Исполнители ролиПравить

ПримечанияПравить

  1. 1 2 3 4 5 явление II действия
  2. В литературе существует ошибочное мнение, что в упомянутый день, 3 (15) августа 1813, боевые действия не велись, стороны сели за стол переговоров (имеется в виду т. н. Война Шестой коалиции. 4 (16) июня 1813 в Пойшвице (Плесвице) было заключено перемирие, которое якобы продлилось вплоть до 10 (22) августа. В честь этого события многим солдатам и были розданы медали). Эта точка зрения высказана, в частности, в примечаниях Пиксанова к изданию «Горя от ума» 1987 года [1], однако она основана на неверной атрибуции дат к старому стилю. Плесвицкое перемирие закончилось 10 августа не по старому, а по новому стилю; военные действия возобновились 30 июля по ст.ст., за четыре дня до боя 3 августа ст.ст., за который Скалозуб и его брат получили ордена (а не медали).
  3. Грибоедов А. С. Примечания к тексту // Горе от ума. — 2-е изд., доп.. — М.: Наука, 1987. — С. 460. (со ссылкой на В. М. Глинку из Государственного Эрмитажа)
  4. По другой, нереалистичной версии, Скалозуб был награжден орденом Святого Георгия II или III степени, который также носился на шее; однако такое награждение не имеет исторических прецедентов — в эпоху наполеоновских войн этими орденами награждались лишь генералы и (реже) старшие офицеры, тогда как Скалозуб (в службе с 1809 года) к этому времени мог быть лишь младшим офицером.
  5. Веселовский А. Н. Очерк первоначальной истории «Горя от ума». — Русский архив, 1874, № 6.
  6. 3 явление II действия
  7. 21 явление III действия
  8. 5 явление I действия
  9. 12 явление III действия
  10. 1 явление III действия
  11. 5 явление IV действия