Славянское неоязычество

Славянское неоязычество — неоязыческое новое религиозное движение в среде современных славянских народов, основанное на возрождении дохристианских верований и обрядов с почитанием богов-покровителей (Перуна, Рода, Мокоши, Велеса и других)[1][2]. Новым язычеством оно называется потому, что не имеет преемственной связи с носителями древнеславянской религии, являясь «новоделом», тем не менее, исследователями не исключается возможность сохранения некоей языческой традиции до наших дней в лице колдунов и скоморохов[2]. Наиболее крупную группу течений славянского неоязычества составляет родноверие[3].

Свадьба русских родноверов

Славянское неоязыческое движение не является единым, в нём существуют различные течения, организации и группы, зачастую не признающие и отвергающие друг друга, это и реконструкторы, ставящие цель возродить древние верования, и синкретические движения, наподобие инглиизма, радикальной формы родноверия[4][5][6], или «Звенящих кедров России», конструирующие полностью новую мифологию[7][8]. Если одни группы родноверов в целом аполитичны, нейтрально относятся к христианству, то другие стоят на антисемитских и антихристианских ультраправых радикально-националистических позициях, провозглашают избранность славян, пропагандируют идею «арийской расы» («славян-ариев»), участвуют в Русских маршах. Большинство родноверов используют в качестве символа ту или иную разновидность свастики, чаще всего так называемый «коловрат», который ошибочно считают древним славянским символом. В той или иной степени большинство родноверов придерживаются псевдоисторических идей, многие признают подлинность «Велесовой книги» (сочинения, выдаваемого за текст IX века, но признанного научным сообществом фальсификацией XX века) и даже наделяют её статусом своего рода священного писания. Некоторые объединения признаны экстремистскими в судебном порядке[3].

ИсторияПравить

Ранняя история (XIX — начало XX века)Править

Истоки славянского неоязычества (родноверия) восходят к 1818 году, когда польско-российский этнограф Зориан Доленга-Ходаковский в работе «О славянщине до христианства» (польск. O Sławiańszczyźnie przed chrześcijaństwem) выступил за возрождение язычества и ошибочность христианизации славян, а Б. Ф. Трентовский в книге «Славянская вера, или Этика, управляющая Вселенной» (Wiara słowiańska, czyli etyka piastująca wszechświat) (1848) писал, что славянские боги — ипостаси единого, в том числе христианского, бога. Как движение родноверие начало оформляться среди поляков и украинцев в 1920—1930-х годах. В 1921 году Владислав Колодзей создал «Святой круг последователей Святовита» (Święte Koło Czcicieli Światowida; его идеологию продолжает «Родная польская церковь» — Rodzimy Kościół Polski, зарегистрированная в 1995 году). В 1937 году Ян Стахнюк (псевдоним — Стоигнев), автор книги «Славянский миф», организовал вокруг варшавского журнала «Община» (Zadruga) одноимённое движение (в 1996 году Станислав Потржебовский и некоторые иные члены бывшей «Задруги» учредили организацию «Родная вера» (Rodzima Wiara). В стороне от каких-либо движений находился польский военный лётчик Зжислав Харлендер (польск.), автор книги «Поклоняющиеся Дажбогу Сварожичу» (1937). Первым идеологом украинского родноверия в 1930-е годы стал санскритолог профессор Владимир Шаян (укр.), сотрудничавший с УПА, в составе которой в 1936 году была сформирована повстанческая группа имени Перуна, в 1943 году Шаян основывает «Орден рыцарей Бога Солнца»[9][10][11][12].

История в русском зарубежье и СССРПравить

В середине ХХ века среди белоэмигрантов появились авторы, выступающие с апологией неоязычества. Это военный офицер Александр Куренков (псевдоним — Ал. Кур, 1891—1971) и писатель Юрий Миролюбов (1892—1970), впервые опубликовавшие в 1953—1957 годах в журнале «Жар-птица» (Сан-Франциско) ставшую впоследствии «Библией» неоязычников «Велесову книгу». Первому также принадлежит книга «Из истиной истории наших предков», а второму — «Риг-Веда и Язычество». Близок к ним был и учёный-биолог Сергей Лесной (настоящее имя — С. Я. Парамонов, 1894—1967), автор книг «История „руссов“ в неизвращенном виде» (1953—60) и «„Влесова книга“ - языческая летопись доолеговской Руси: История находки, текст и комментарий» (1966)[13]. Хотя нет сведений о существовании вокруг них какого-либо неоязыческого движения.

В СССР основателем религиозно-оздоровительного движения «ивановцев», которое классифицируется исследователями в качестве синкретического течения славянского неоязычества, в 1933 году стал Порфирий Иванов (1898—1983) из Луганской области (Украинской ССР). Он учил закалке (сам ходил круглый год без одежды), единению с силами природы, физическому бессмертию, за что подвергался репрессиям властей[14][15].

Первым неоязыческим идеологом 1970-е годы стал московский арабист В. Н. Емельянов (языческое имя — Велемир) (1929—1999), опубликовавший за границей книгу «Десионизация» и впоследствии основавший «Всемирный антисионистский и антимасонский фронт „Память“» (неоязыческое крыло Общества «Память»)[16][17].

С 1986 года мастер единоборств и писатель А. К. Белов (Селидор) начал создавать клубы славяно-горицкой борьбы, неотъемлемой частью которой является и языческое мировоззрение с культом бога воинов Перуна[18].

В 1989 году Емельянов и Белов основали родноверческую «Московскую славянскую языческую общину» на базе Клуба славяно-горицкой борьбы (Емельянов через год был исключён из неё)[19].

Первые неоязыческие общины состояли из интеллектуалов: к. ф.-м. н. Н. Н. Сперанский (Велимир), архитектор А. В. Рядинский (Берендей), психолог Г. П. Якутовский (Всеслав Святозар, один из первых разработчиков обрядности), и другие. Средой формирования общин были исследователи русского фольклора, этнологи, историки, художники и ремесленники[20].

Старейшим русским неоязыческим религиозно-политическим обществом («ведического» направления) стал «Союз Венедов», основанный в июне 1990 года в Ленинграде философом В. Н. Безверхим (языческое имя — Дед Остромысл) (1930—2000) на базе существовавшего с 1986 года неформального «Союза волхвов»[21][22].

Примерно одновременно с Безверхим начал свою деятельность в Ленинграде врач-психотерапевт С. П. Семёнов и его Духовный союз «Тезаурус», начавшийся в 1984 году со Студии (клуба) психической культуры, закрытой властями в 1987. Своё учение Семёнов именует «Русская Веда», или «аутентизм». Целью является достижение людьми уровня богочеловечества в пантеистическом Боге-Роде, в чём ключевая роль принадлежит России-богоносице и славянскому язычеству[23][24].

В 1990 году в Москве психолог Г. П. Якутовский (Всеслав Святозар) создал такую родноверческую общину, как «Восточнославянский центр культурного единства „Купала“». В 1991 году появилась Коломенская «ведическая» община («Центр ратиборств и воинской культуры „Святогор“») под руководством А. А. Егорова (Велигора)[25][26].

История в РоссииПравить

В 1991 году в Омске возникло движение инглиизма во главе с эзотериком А. Ю. ХиневичемПатер Дий»). В 1992 году была зарегистрирована «Древнерусская инглиистическая церковь „Джива Храм Инглии“». Позднее получила название «Древнерусская инглиистическая церковь православных староверов-инглингов». Движение окончательно сформировалось к 1998 году[3].

Важной вехой истории славянского неоязычества в России стала государственная регистрация 14 февраля 1994 года упомянутой выше «Московской славянской языческой общины» А. К. Белова (Селидора) в качестве религиозной организации. 20 ноября 1998 года регистрируется также московская и также родноверческая община «Коляда Вятичей» (глава Н. Н. Сперанский) (Велимир)[26].

23—24 апреля 2004 года в Калуге прошёл «Первый Международный съезд славянских общин», организованный «Союзом славянских общин славянской родной веры», в нём приняли участие 90 делегатов — в основном из России, но также из Белоруссии и Украины — в общей сложности из 27 регионов. В «Персональном приглашении», которое получил каждый делегат, специально оговаривалось:

 Организаторы считают, что на предстоящем Съезде нежелательны:
  • члены Круга Языческой Традиции (КЯТ) как еврейской организации воинствующих интернационалистов;
  • инглинги (члены секты Церкви православных староверов-инглингов Патера Дия — о. Александра — А. Хиневича), как представители организации, дискредитирующей возрождающееся Славянское Движение;
  • а также болтуны, демагоги, провокаторы, христиане и сумасшедшие.
Нежелательных на Съезде лиц будет удалять Служба безопасности.[27]
 
 
Инглинги почитают меч Перуна, Омск.

В декабре 2009 года «Круг языческой традиции» и «Союз славянских общин славянской родной веры» сделали совместное заявление, в котором осуждаются авторы Валерий Чудинов, Николай Левашов, Геннадий Гриневич, Александр Хиневич, Алексей Трехлебов:

 Декларируемые ими воззрения, хотя и являются авторским творчеством упомянутых граждан или их сознательной провокацией, подаются как образцы языческих взглядов и языческого миропонимания. Мы не можем разделить идеологические и околонаучные взгляды перечисленных лиц и их последователей. Более того… Мы считаем своим долгом предупредить всех сторонников языческого мировоззрения о том, что при чтении книг названных авторов они могут быть введены в заблуждение теориями, замаскированными под науку, которые изложены в сочинениях упомянутых лиц. Это псевдоязыческое учение, псевдолингвистика, лженаука и откровенные домыслы. В конечном счёте всё это ведёт лишь к дискредитации как современного языческого движения, так и российской науки.[28] 

В мае 2012 года три крупнейших родноверческих объединения России («Круг языческой традиции», «Союз славянских общин славянской родной веры», «Велесов круг») в Соглашении «О жрецах славянских» признали псевдонаучными и наносящими вред Славянской вере теории на почве мифологии и фольклористики А. И. Барашкова (Асова), В. Ю. Голякова (Богумила Второго), Н. В. Левашова, А. В. Трехлебова, В. А. Шемшука; теории на поприще языка, речи и традиционного мышления Н. Н. Вашкевича, Г. С. Гриневича, М. Н. Задорнова, А. Ю. Хиневича, В. А. Чудинова; теории на поприще истории — Ю. Д. Петухова, А. А. Тюняева, А. Т. Фоменко, а также их продолжателей, последователей и им подобных. В первом пункте того же соглашения говорится, что славянскими жрецами и жрицами могут быть только представители «славянского народа», а и в исключительных случаях другие носители «индоевропейского родового наследия и обычая», принявшие славянские язык, культуру и «Родную Веру» и доказавшие принадлежность к «Славянству»[29][30].

Течения и объединения по странамПравить

Течения и объединения в РоссииПравить

Объединения в БелоруссииПравить

 
Купальский костёр белорусских родноверов
  • Объединение белорусских родноверов
  • Школа «Традиции здоровья славян» / Орден «Славянский круг»
  • Славянская ведическая община «Лад Перуна»
  • Белорусский экологический союз
  • Центр «Даратэя»
  • Центр эктнокосмологии «Кривия» (белор. Цэнтр этнакасмалогіі «KRYŬJA»)[43][44]

Объединения на УкраинеПравить

 
Поклонение Перуну украинских родноверов (Тернопольская область).
 
Храм Матери Украины РУН-веры в Спринг Глен[en], Нью-Йорк, США.

Объединения в ЭстонииПравить

  • Содруга русской народной веры в Эстонии (эст. Vene Rahvausu Kogudus Eestis)[48]

Объединения в ПольшеПравить

Объединения в ЧехииПравить

  • Содружество «Родная вера» (чеш. Společenství rodná víra)[50][51]

Объединения в СловакииПравить

Объединения в БолгарииПравить

Объединения в СербииПравить

Объединения в СловенииПравить

  • Содружество «Староверцы» (словен. Združenje «Staroverci»)

Объединения в ХорватииПравить

  • Объединение хорватских родноверов (хорв. Savez hrvatskih rodnovjeraca)

Объединения в Боснии и ГерцеговинеПравить

Объединения в АвстралииПравить

  • Родноверы Южного креста (англ. Southern Cross Rodnovery)[53]

УчениеПравить

Славянское язычество представляет собой прерванную традицию. О его конкретном содержании сохранилось очень мало сведений. По этой причине попытки его возрождения приводит, как правило, к сугубо личному творчеству различных харизматиков. Часто славянское неоязычество становится способом реализации эскапистско-утопических настроений, связанных как с архетипичным мотивом «мифологического прошлого», порождающим образ «благородного дикаря-язычника» или «святомудрого предка»[54].

Религиовед В. Б. Яшин выделяет следующие основные черты этого явления:

– Древние представления о мире, хранителями которых провозглашают себя адепты неоязычества, трактуются ими как строго структурированная система высших знаний, превосходящая и религиозный догматизм, и материалистическую ограниченность современной науки, но в то же время гармонично синтезирующая элементы веры и научного мышления (что в реальности обычно оборачивается откровенным иррационализмом и эклектикой).

– Неоязыческие тексты и доктрины отличаются, с одной стороны, наукообразием, широким привлечением понятий, идей и достижений современной науки и техники, псевдорациональной трактовкой фольклорных сюжетов и мифологем. С другой стороны, утверждается, что овладение мудростью предков открывает перед адептом сверхчеловеческую перспективу, преобразует его природу и трансформирует в человекобога, а потому неоязычество проникнуто духом мистицизма и магии.

– Соответственно языческое знание преподносится неоязычниками как тайное, ориентирующееся на избранных, посвященных. Подчеркивается прямая преемственность неоязыческих общин (возникающих на наших глазах) с некими глубоко законспирированными, с жесткой организацией, союзами древних волхвов, не исчезнувших с христианизацией.

– В построениях неоязычников, помимо символики и образов национальной традиции, активно используются фрагменты классических оккультно-эзотерических систем типа гностицизма, Каббалы, теософии и т. п.

– Не менее активно в неоязыческие откровения включаются образы и мотивы жанра фэнтези и весь джентльменский набор современного технократического мифотворчества (палеоконтакт, космические пришельцы, летающие тарелки и пр.)

– Неоязыческая идеология отличается внутренней антиномичностью: с одной стороны, неоязычество склоняется к национализму, к культу исключительного величия своего народа, и в то же время оно утверждает универсальность древнего суперзнания, постулирует существование некой исходной «тайной доктрины», положенной в основу всех известных духовных учений. В связи с этим неоязычество свободно вводит в свои построения фрагменты самых разных «чужеродных» традиций.

– В то же время неоязычество открыто противостоит историческим мировым религиям, хотя одновременно берет на вооружение многое из их догматики, культовой практики и т. д.

– Неоязычество представляет собой наиболее политизированное крыло «новых религиозных движений», и даже поначалу принципиально аполитичные объединения сторонников возрождения «славного прошлого» со временем начинают использоваться определенными политическими силами[54].

Во многих направлениях славянского неоязычества присутствует «арийская (славяно-арийская) идентичность», приобретающая этнорелигиозный облик. «Арийцы» (чаще: «арии», вариант: «славяне-арии») напрямую связываются со славянами. Как и в представлениях, распространённых до середины XX века, «ариями» считаются не только индоиранские народы, но все индоевропейские народы. Утверждается, что древние «арии» являются предками значительной части или всех европеоидов, носителями древней высокоразвитой культуры и просветителями всего древнего человечества. Прародина «ариев» часто связывается с территорией России или с легендарной Гипербореей; в среде украинских неоязычников — с территорией Украины. В некоторых версиях русские или украинцы вообще изображаются первонародом, создавшим культуру, письменность и цивилизацию для всего человечества. Свастику, а чаще её модификации («коловрат»), славянские неоязычники считают древним славянским («арийским») символом.

В этом дискурсе этносы понимаются как группы, различающиеся по крови. Кровь и почва сливаются в единое целое. Неоязычники склонны к расиализации окружающей социальной среды. Для многих современных русских и украинских неоязычников «раса» представляется фундаментальным понятием, тесно связанным с культурой и историей. Стержнем последней часто объявляется «расовая борьба». При этом «арии» отождествляются с «белой расой» или считаются её лучшей частью или авангардом. Им приписывается миссия спасения современного человечества от природной катастрофы или «белой расы» от «наплыва мигрантов».

«Славяно-ариям» противопоставляются «семиты», сознательно приводящие в действие различные механизмы, вызывающие негативные процессы в современном мире, пытающиеся установить господство над «ариями», либо вовсе их уничтожить. В этом контексте происходит демонизация и дегуманизация евреев. Часто они изображаются не какой-либо «иной расой», а «биороботами», созданными древними жрецами с определённой политической целью и наделёнными генетически ущербными чертами характера. В частности, древнее население Палестины считается «славянами-ариями» или их близкими родственниками, а библейское завоевание этого региона древними евреями трактуется как начало длительной экспансии, имеющей своей целью покорение славян и установление мирового господства.

Иудаизм рассматривается как слабое подражание древнему «арийскому» мировоззрению, и многие сторонники этой идеи обвиняют иудеев в «краже» священных знаний у «арийских» предков. Часто утверждается, что в Бог иудаизма мстителен и жесток. Ему противопоставляется доброе божество исконной «арийской (славянской) религии» («мировоззрения»). Это мировоззрение, по мнению неоязычников, включало «арийские» моральные идеалы расовой и половой чистоты, с которыми связывается строгий социальный порядок, основанный на иерархии и корпоративном устройстве общественной жизни, что близко к идеям национал-социализма. Весь христианский период представляется эпохой порабощения «арийцев» пришлыми миссионерами, навязавшими ему «рабскую» (христианскую) идеологию. Эти миссионеры неоязычниками часто рассматриваются как иудеи, «жидомасоны» или их пособники. Популярна идея о том, что евреем был крестивший Русь князь Владимир. При этом «арийскую» идею и антисемитскую идеологию поддерживают не все направления родноверия[3].

Научные оценкиПравить

Некоторые объединения неоязычества, в частности славянского, оцениваются исследователями как экстремистские радикально-националистические[55][56][57].

Однако в целом для неоязычества характерны защита традиционной культуры от её американизации, борьба за охрану окружающей среды, пропаганда здорового образа жизни, в том числе народной медицины и воинских упражнений[58][59].

«Стал хрестоматийным образ язычника как безумного, заросшего до глаз человека, бьющегося головой о землю перед деревянным идолом. Этот стереотип, официально насаждающийся со времён крещения Руси, живёт в православной церкви и сегодня, мешая пониманию религиозных процессов, протекающих за её оградой»[60].

По мнению В. Б. Яшина, неоязычество представляет собой не столько попытку восстановить реальные традиционные языческие религии прошлого, сколько утвердить оккультно-эзотерическое мировоззрение[54].

См. такжеПравить

ТеченияПравить

МистификацииПравить

ПримечанияПравить

  1. Новые религиозные культы, движения и организации в России: словарь-справочник / Науч. ред. Н. А. Трофимчук, Ф. Г. Овсиенко, М. И. Одинцов. — 2-е изд., доп. и перераб.. — М.: Изд-во РАГС, 1998. — С. 160. — ISBN 5-7729-0027-7.
  2. 1 2 Мильков, 2002, с. 294.
  3. 1 2 3 4 Шнирельман В. А. Арийский миф в современном мире. — М.: Новое литературное обозрение, 2015. — (Библиотека журнала «Неприкосновенный запас»).
  4. Шнирельман В. А. Русское родноверие : неоязычество и национализм в современной России.. — М.: Библейско-богословский институт, 2012. — xiv + 302 с. — ISBN 978-5-89647-291-9.
  5. Milan Petrović. Qualification of Slavic Rodnovery in Scientific Literature — Neopaganism or Native Religion. 2013. p. 8.
  6. Kaarina Aitamurto. Russian Rodnoverie: Negotiating Individual Traditionalism. Aleksanteri Institute, University of Helsinki, 2007.
  7. Мильков, 2002, с. 294—299.
  8. Прокофьев, Филатов, Коскелло, 2006, с. 155—204.
  9. Gajda, 2013, pp. 46–48.
  10. 1 2 Simpson, 2013, pp. 112–127.
  11. 1 2 Lesiv, 2013, pp. 128–145.
  12. 1 2 3 4 Попов, 2016, гл. 4.5.
  13. Творогов О. В. Влесова книга // Труды Отдела древнерусской литературы. Т. 43 (XLIII). Л., 1990. С. 170–172.
  14. Мильков, 2002, с. 295.
  15. 1 2 Кнорре, 2006, с. 244—258.
  16. Резник С. Е. Дело Емельянова // Красное и коричневое, Книга о советском нацизме. — Вашингтон: Вызов, 1991. — С. 560.
  17. Клейн, 2004.
  18. Прокофьев, Филатов, Коскелло, 2006, с. 170—171.
  19. Прибыловский В. В. Неизвестные грани национал-экстремизма: русские язычники // G2W. — 1999. — № 6.
  20. Прокофьев, Филатов, Коскелло, 2006, с. 159–160.
  21. Гайдуков, 2005, с. 42.
  22. Aitamurto, 2016, p. 35.
  23. Мороз, 2001, с. 49–50.
  24. 1 2 Петербургское язычество, 1999, с. 31–38.
  25. Шнирельман, 1998, с. 8.
  26. 1 2 Шнирельман, 2012.
  27. Цит. по: Рассылка «Русского Дела»
  28. Официальное Заявление Круга Языческой Традиции и Союза Славянских Общин Славянской Родной Веры
  29. Соглашение о жрецах славянских, подписанное ССО, КЯТ и ВК
  30. Соглашение «О жрецах славянских» от 23 мая 2012 года // Вестник традиционной культуры славян : сборник // Сост. и общ. ред. Д. А. Гаврилов, Г. Э. Адамович. Минск, 2013. С. 114—116.
  31. Прокофьев, Филатов, Коскелло, 2006, с. 170—171, 195—198.
  32. Прокофьев, Филатов, Коскелло, 2006, с. 156, 173.
  33. Прокофьев, Филатов, Коскелло, 2006, с. 158.
  34. Прокофьев, Филатов, Коскелло, 2006, с. 156—158, 199—200.
  35. 1 2 Саберов, 2015, с. 11—14.
  36. Прокофьев, Филатов, Коскелло, 2006, с. 158—162.
  37. Прокофьев, Филатов, Коскелло, 2006, с. 164—166.
  38. Прокофьев, Филатов, Коскелло, 2006, с. 156, 170.
  39. Бурдо, Филатов, 2006, с. 11—12.
  40. Прокофьев, Филатов, Коскелло, 2006, с. 158, 202.
  41. Коскелло, 2006, с. 290—304.
  42. Бурдо, Филатов, 2006, с. 345—351.
  43. Гурко, 2001, с. 68—79.
  44. Дзермант А. Традиционная этническая религия в Беларуси. Against Post-Modern World. Сайт Международной конференции / Социологический факультет МГУ им. Ломоносова (16 октября 2011). Дата обращения 5 февраля 2019.
  45. Шнирельман, 2001a, с. 130—143.
  46. Indigenous religions. «Русь Языческая», 2010.
  47. Ivakhiv, 2005, pp. 7–38.
  48. Эстония официально признала Русское Язычество. Портал русской общины Эстонии (22 июля 2010). Дата обращения 6 февраля 2019.
  49. Szczepański, 2009.
  50. Мачуда, 2014, с. 101—109.
  51. Dostálová, 2013, pp. 164–181.
  52. Radulovic, 2017, pp. 47–76.
  53. Southern Cross Rodnovery (англ.). Australian Charities and Not-for-profit Commission's Charity Register. Government of Australia. Дата обращения 26 октября 2018.
  54. 1 2 3 Яшин В. Б. «Церковь православных староверов-инглингов» как пример неоязыческого культа // В. А. Шнирельман (ред.). Неоязычество на просторах Евразии. М. : Библейско-богословский институт, 2001. С. 56—67.
  55. Верховский, Прибыловский, Михайловская, 1998, с. 39–41.
  56. Мороз, 2005, с. 196–225.
  57. Яшин, 2014, с. 37–40.
  58. Шнирельман, 2001a, с. 168.
  59. Мачуда, 2014, с. 101–109.
  60. Петербургское язычество, 1999, с. 22–23.

ЛитератураПравить

на русском языке
на английском языке
  • Aitamurto K. (2007): Neoyazychestvo or rodnoverie?: reflection, ethics and the ideal of religious tolerance in the study of religion // Общество как со-бытие: «система» и «жизненный мир». — Омск, 2007. — С. 55—70. — ISBN 978-5-98867-009-4
  • Aitamurto K. (2011): Paganism, traditionalism, nationalism: Narratives of Russian Rodnoverie. Diss. University of Helsinki. — ISBN 978-952-92-9022-2 978-952-92-9022-2 Abstract.
  • Aitamurto K. Paganism, Traditionalism, Nationalism: Narratives of Russian Rodnoverie. — L.; NY: Routledge, 2016. — 232 p. — (Studies in Contemporary Russia). — ISBN 978-1472460271.
  • Dostálová A.-M. Czech Neopagan Movements and Leaders // Modern Pagan and Native Faith Movements in Central and Eastern Europe / K. Aitamurto & S. Simpson (eds.). — Durham: Acumen, 2013. — P. 164–181. — x+358 p. — (Studies in Contemporary and Historical Paganism). — ISBN 978-1-84465-662-2.
  • Gajda A. Romanticism and the Rise of Neopaganism in Nineteenth-Century Central and Eastern Europe: The Polish Case // Modern Pagan and Native Faith Movements in Central and Eastern Europe / K. Aitamurto & S. Simpson (eds.). — Durham: Acumen, 2013. — P. 44–61. — x+358 p. — (Studies in Contemporary and Historical Paganism). — ISBN 978-1-84465-662-2.
  • Ivakhiv A. In Search of Deeper Identities: Neopaganism and "Native Faith" in Contemporary Ukraine // Nova Religio: The Journal of Alternative and Emergent Religions. — 2005. — Vol. 8, № 3. — P. 7–38. — Bibcode10.1525/nr.2005.8.3.7.
  • Laruelle M.. The Rodnoverie Movement: The Seach For Pre-Christian Ancestry And The Occult// The New Age of Russia. Occult and Esoteric Dimensions / Ed. Menzel B., Hagemeister M., Glatzer Rosenthal B. Munich, 2012. – P. 293-310.
  • Lesiv M. Ukrainian Paganism and Syncretism: "This Is Indeed Ours!" // Modern Pagan and Native Faith Movements in Central and Eastern Europe / K. Aitamurto & S. Simpson (eds.). — Durham: Acumen, 2013. — P. 128–145. — x+358 p. — (Studies in Contemporary and Historical Paganism). — ISBN 978-1-84465-662-2.
  • Radulovic N. From Folklore to Esotericism and Back: Neo-Paganism in Serbia // The Pomegranate: The International Journal of Pagan Studies. — 2017. — Vol. 19. — P. 47–76. — doi:10.1558/pome.30374.
  • Shnirelman V. (2002): Christians, Go Home!": A Revival of Neo-Paganism Between the Baltic Sea and Transcaucasia (An Overview). in Journal of Contemporary Religion (англ.), Bd. 17, Nr. 2.
  • Shnirelman V. (1998): Russian Neo-pagan Myths and Antisemitism. in Acta Nr. 13, Analysis of Current Trends in Antisemitism, The Vidal Sassoon International Center for the Study of Antisemitism, Hebrew University of Jerusalem.
  • Simpson S. (2000): Native Faith: Polish Neo-Paganism At the Brink of the 21st Century. ISBN 83-88508-07-5
  • Simpson S. Polish Rodzimowierstwo: Strategies for (Re)constructing a Movement // Modern Pagan and Native Faith Movements in Central and Eastern Europe / K. Aitamurto & S. Simpson (eds.). — Durham: Acumen, 2013. — P. 112–127. — x+358 p. — (Studies in Contemporary and Historical Paganism). — ISBN 978-1-84465-662-2.
  • Wiench P. (1997): Neo-Paganism in Central Eastern European Countries. in New Religious Phenomena in Central and Eastern Europe. ISBN 83-85527-56-7
на других языках
  • Potrzebowski S. «Zadruga» — Eine völkische Bewegung in Polen. — Bonn: Institut für Angewandte Sozialgeschichte, 1982. (нем.)
  • Potrzebowski S. Słowiański ruch Zadruga. — Wrocław: Wydawnictwo Triglav, 2016. — ISBN 978-8362586967. (польск.)
  • Szczepański T. Ruch zadrużny i rodzimowierczy w PRL w latach 1956-1989 (польск.) // Państwo i Społeczeństwo. — 2009. — T. IX, nr 4.

СсылкиПравить