Гомес Давила, Николас: различия между версиями

31 217 байт добавлено ,  2 года назад
Добавлена информация. Источник : https://ru.scribd.com/document/63645747/Don-Colacho-s-Aphorisms-English. Перевод с английского
м (орфография)
(Добавлена информация. Источник : https://ru.scribd.com/document/63645747/Don-Colacho-s-Aphorisms-English. Перевод с английского)
 
Умер Н.Г. Давила накануне восемьдесят первого дня рождения в своей библиотеке, 17 мая 1994 года.<ref>{{Cite web|url=https://ru.scribd.com/document/63645747/Don-Colacho-s-Aphorisms-English|title=Don Colacho's Aphorisms English) {{!}} Catholic Church {{!}} Religion And Belief|publisher=Scribd|lang=en|accessdate=2018-10-31}}</ref>
 
== Обзор взглядов ==
 
==== 1.       Введение ====
«Собрание старых поговорок стало бы самой крамольной книгой нашего времени»
 
Николас Гомес Давила, как можно понять из его работ, имел широкий круг интересов. Тем не менее, в определенной степени он был самоучкой, - получив блестящее среднее образование, он полагался на свою многотомную библиотеку, предпочитая ее занятиям в университете. Так или иначе, его можно по праву назвать крупным мыслителем XX века. Кроме академических тем, Николоса Гомеса Давилу так же занимали вопросы религии, философии, истории, литературы, эстетики и т.д. К тому же многие его афоризмы отражают личностное восприятие явлений, наподобие старения и любви.
 
Николас Гомес Давила во всех отношениях ценил свое уединение; главную заботу всей его жизни составлял поиск своей собственной истины. Но из такого утверждения закономерно возникает вопрос: для чего же он тогда записывал и даже иногда, хоть и неохотно, но все же публиковал свои афоризмы и эссе? Вполне возможно, что сам Николас Гомес Давила и писал то самое «собрание старых поговорок». Он отрекался он уникальности, ища мудрость исключительно для самого себя, и несмотря на его непримиримый протест, он никогда не пытался навязать кому-то свои идеи, наоборот он надеялся отвратить хотя бы несколько заблудших душ от догматизма. При этом, он никогда не обращался с открытыми и вульгарными призывами к современникам. Он писал единственно для того, чтобы показать читателю, что мудрость древних все еще молода.
 
К сожалению, сегодня его мудрость во многом для нас неизвестна и непонятна, по причине чего она и является такой «опасной». Таким образом, наше пристального внимания заслуживают многие аспекты его творчества, некоторые из которых будут рассмотрены ниже.
 
==== 2.       Почему он писал афоризмы? ====
Начать представляется наиболее подходящим обсуждения формы сочинений Николоса Гомеса Давилы: афоризмов. На счет причин, по которым он выбрал именно этот стиль было сделано уже много предположений, самую важную подсказку, по-моему, дал нам сам Н.Г Давила в своих «Notas». В ранних работах он упоминал, что для него приемлемы только два вида изложения: писать длинно, в тянущейся манере, или писать коротко и сжато. Писать растянуто способным он себя не считал, поэтому выбрал афоризмы. Афоризм, согласно Николасу Гомесу Давиле, представляет собой семя «безграничных последствий». Афоризм – это верхушка, под которой, читатель должен представить целую гору. Каждый афоризм помогает подставить другой в нужный контекст, афоризмы Н.Г. нельзя воспринять во всей полноте отдельно друг от друга, только совместно они могут образовать то, что Н.Г. Давила называл ''подразумевающимся текстом'' (Implicit text), заметив который читатель сможет представить себе цельный образ взглядов автора. Но при этом надо понимать, что его афоризмы нельзя втиснуть в неподвижную систему, заслоняющую живую мысль. Главная заслуга этих афоризмов в том, что благодаря своему разнообразию, они заставляют читателя заняться именно тем, чего хотел Н. Г. Давила – самостоятельным размышлением.
 
В добавок, афоризмы Н.Г. Давилы, как следует из названия книги («''Escolios a un Texto Implicito»''), были заметками о прочитанных им книгах. Испанское слово «''escolio»'' происходит от греческого «σχόλιον»(scholion), которое использовалось для обозначения заметок на полях античных и средневековых текстов. Многие афоризмы – это аллюзии к другим работам. Это его мысли, суждения и выводы о них, запечатленные в одной фразе.
 
Наконец, стиль Николаса Гомеса Давила отчасти был обусловлен желанием избежать споров и полемики. В современном мире реакционер не может переспорить своего противника потому, что он исходит из совершенно отличных предпосылок. Более того, даже если реакционер позволит себе сделать некоторые оговорки, способные сблизить его с современником, догматизм современного человека так или иначе не позволит ему принять позицию оппонента. Из этого следует, что реакционеру скорее подобает писать афоризмы. Н. Г. Давила сравнивает афоризмы с выстрелами, которые делает повстанец из своего укрытия, по каждой современной идее, дерзнувшей зайти на его путь. Реакционер не может убедить противника, он может ''обратить его в сою веру''(convert him).
 
==== 3.       Что значит «реакционер»? ====
Вторая отличительная черта творчества Николаса Гомеса Давилы – «реакционность» (отличается от обыкновенной консервативности). Слово «реакционер» сегодня используется преимущественно как оскорбление, а также как синоним нетерпимого человека, или даже «фашиста». Однако Николос Гомес Давила с гордостью носил это имя и никогда не сожалел о своей репутации «подлинного реакционера», как раз-таки потому, что это слово имело на себе клеймо предубеждения. Всю свою жизнь Н. Г. Давила посвятил тому, чтобы быть «подлинным реакционером».
 
Очевидно термин «реакционер» требует разъяснения. В Европе этим словом обычно называли того, кто борется против идеалов французской революции и просвещения. В Америке почти нельзя встретить человека с такими политическими взглядами из-за того, что Америка изначально была основана на идеях просвещения. Конфликт между представителями просвещения и силами старых режимов был куда более напряженным в Европе, чем в Америке. После своей собственной революции Америка наблюдала борьбу между традиционными, аристократическими политическими течениями (федералисты) и радикальными демократическими течениями (республиканцы), но при этом обе стороны находились в лоне идеалов просвещения и выступали за демократию, права личности и прочее. По всей видимости, исход, при котором бы группа непримиримых американских тори смогла устроить успешный заговор, с целью вернуть британской короне контроль над новообразованными соединёнными штатами, был маловероятен.
 
В Европе же, для сравнения, в особенности во Франции, даже и во время пребывания там Н.Г. Давилы, конфликт между идейными наследниками французской революции и их оппонентами продолжался. Идеи реакции возымели влияние на различные слои французского общества во время второй мировой войны. Одной из причин неистребимости идеалов реакции во Франции была сопротивление католической церкви либеральным новшествам секулярного правительства (особенно Третьей Республики), исповедавшего идеи революции и, к тому же, часто притеснявшим церковь. Таким образом, во Франции действия и мнения реакционеров и католиков во многом совпадали.  Напряжение между либералами и реакционерами не проходило вплоть до второго ватиканского собора. После которого реакция, как сплоченное движение, почти полностью исчезло, исключая лишь узкие круги католиков, приверженных этим идеалам и по сей день.
 
Николас Гомес Давила, однако, понимал реакцию иначе''.'' Он не причислял себя к одной исключительной политической ориентации. В нескольких афоризмах он признает, что возможности повернуть ход истории вспять нет. В традиционализме, на его взгляд, нет достаточных оснований для каких-либо действий. Задача же реакционера состоит в том, чтобы быть стражем наследия (характерных культурных и политических черт прошлых эпох), наследия революций в том числе. Но это, конечно, не значит, что Николас Гомес Давила готов был примириться с демократией; это означает лишь, что он не хотел обманывать сам себя пустыми обещаниями о реставрации старого режима. Более того, в отношении религии, не принимая во внимание его призрение ко второму ватиканскому собору и упорную приверженность традиционной римско-католической мессе, которую он разделял с большинством католиков-реакционеров, он понимал, что большинство реакционеров (так называемых «интегралистов») -  это посредственности неспособные обновить церковь. Для примера, во одном из афоризмов он утверждал, что церковь должна лучше использовать историко-критический метод изучения Библии – предложение, которое бы привело в бешенство большинство реакционеров. Наконец, то , что он высоко оценивал многих, не связанных с католицеским консерватизмом, авторов ( например, Ницше и Хайдеггера) должно было привести в бешенство многих традиционалистов.
 
Исходя из уже сказано возникает вопрос, если Николас Гомес Давила не был типичным реакционером, то каких именно взглядов он придерживался? Согласно Николасу Гомесу Давиле, основная задача реакционера в наше время –сопротивляться демократии. Под демократией он понимает «не столько политические взгляда, сколько метафизическое извращение», он определяет ее как «антропоцентрическую религию», бешенное посягательство на соперничество с Богом, даже желание превзойти Его. Тайна современности в том, что человек начал покланяться человеку, этот мотив скрывается за каждой доктриной прогресса. Таким образом, сопротивление реакционера по природе своей религиозно. «В наше время, сопротивление реакционно, все остальное ничто иное, как лицемерный и бессмысленный фарс». При этом наиболее существенное сопротивление не обязательно состоит в какой-либо активной деятельности. «Думать иначе сложнее, чем действовать по против».  Но все остатки реакции сегодня всего лишь немощная поверхностность. Более того, Николас Гомес Давила никогда не жаждал создания какой-либо утопии; он только пытался сохранять существующие ценности. Для этих целей не сила, а искусство было наиболее эффективным оружием.
 
==== 4.       Сенсуалист. Скептичный. Религиозный. ====
Третье необычное качество афоризмов Николаса Гомеса Давилы было индивидуальность, которую ни с чем не спутать.  Большую часть удовольствия, читая эти афоризмы, читатель получает от постепенного знакомства с этой самой индивидуальностью. Хоть Николас Гомес Давила не доставил читателям удовольствия, написанием своей афтобиографии, но все-таки в публично опубликованных NOTAS он был немного менее сдержан говоря о самом себе. В одном месте он говорит: «Чувственный, скептичный, религиозный, пожалуй, неплохое определение для мен». Это и есть три столпа его личности и его творчества. Они взаимообусловлены и не содержат противоречия, которое мог бы попытаться найти между ними читатель.
 
===== Сенсуалист(Sensual). =====
Гомес Давила знал, что на «сенсуализм» и религию по большей части смотрят как на противоположности, но ему приходилось удерживать в единстве эти две основные черты своей личности. При этом он не отрицал, что взяты    сам по себе сенсуализм может быть пороком; однако вместо того, чтобы отбрасывать, его надо соединить с любовью – принципом не абстрактным, а индивидуальным.
 
Но что именно означает сенсуалист? Если чувственное попросту противоположность абстрактного, то важным его элементом становиться лишенность. Лишенность ценности – важное и часто повторяющееся понятие в схолиях. «Сенсуализм –это присутствие ценности в ощущении». Главный способ воспринимать наличие непреходящих ценностей – искусство. Хорошая живопись, например, предоставляет чувственное обогащение. Настоящий сенсуализм стремиться к наслаждению бесконечностью. Упоминание бесконечности в совокупности с бессмертностью ценностей указывает на важнейшее достижение чувственности. Если чувственное, как воплощение ценностей, устремляется к бесконечности, оно должно домогаться единственной бесконечной сущности –Бога. Это объясняет, почему для Николаса Гомеса Давилы не чувственное, а абстракция и отвлеченность ведут прочь от Бога. Подобная похвала чувственному чужда большинству современных христиан, но нельзя не вспомнить высказывание Фомы Аквинского: «Бог есть во всех вещах» (Сумма теологии, I, вопр. 8, разд.1).
 
===== Скептичный. =====
Как уже было указано, Гомес Давила разделяет с романтика и  такими отцами консерватизма, как Джозеф Местр и Эдмунд Берк, недоверие к просвещенческому пониманию интеллекта(intellect) и причины. Редко его отсылки к ним одобрительные. На самом деле он избегает путаницы с терминами просвещения, и вместо них использует понятия рассудок(intelligence) и понимание для описания способности воспринимать правду. Однако правда часто воспринимается не по средствам отвлеченных понятий, а через религиозные практики. Более того скептицизм отвечает его несистематическому способу создания композиции и расположенности к афоризмам. Никакая система не способна объять целую вселенную понятиями. Николас Гомес Давила сильно сомневался не только в способности человека понимать мир, он так же очень осторожно высказывался касательно человеческой способности поступать правильно. «Божья воля» и «искренность» не извиняют наших ошибок, а наоборот делают их еще более серьезными. Не удивительно, что он страстно верил в существование греха.
 
Однако Николас Гомес не просто повторяет старую критику просвещенческого поклонения абстрактной причине; он превращает скептицизм в силу. Это можно видеть из того, что он говорит о «проблемах» и «решениях» (два слова, которые появляются во всех его работах). Николас Гомес переворачивает их обыкновенное употребление с ног на голову. Для него проблемы – хороши, решения – плохи. Его главный и наиболее очевидный довод: все современные решения попросту не сработали. В действительности современные мир «утопает в решениях». Наше рассмотрение, правдивое настолько насколько оно может быть, все еще не достигает сути взглядов Николоса Гомеса. Не только современные люди не могут разрешить мировые проблемы; человек вообще не может придумать решение для своих проблем; проблемы есть то, что надо ''прожить,'' то, через что надо прожить. Для него человек – это животное, которое имеет только божественное объяснение. Скептицизм, следовательно, не есть путь безверия, а есть способ сокращения пути веры.
 
Другое слово, которое повторяется во всех его сочинениях, зачастую в связи со скептицизмом – это «улыбка». У меня не было времени полностью изучить связь между улыбкой и скептицизмом, но я подозреваю, что Николас Гомес Давила был первым философом, открывшим метафизику улыбки.
 
===== Религиозный =====
Некоторые читатели, возможно, наклонны отрицать или, по крайней мере, умолять роль религии в мировоззрении Николоса Гомеса Давилы. Однако это было бы – в буквальном значении слова – фундаментальной ошибкой. Основой его идей, его натуры был Бог. Как видно из вышесказанного, его критика современного мира была в сущности религиозной. Реакционное повстанчество, в котором Николас Гомез Давила призывает нас к нему присоединиться, состоит в признание Бога как Он есть, и признания крайне зависимости человека от Бога.
 
«Между рождением Бога и смертью Его разворачивается история человечества». Это не странное повторение ницшеанского сценария смерти Бога, ни перепев тезиса Фейрбаха, что человек создает богов по своему образу и подобию. Напротив, Николас Гомес Давила говорит, что вера наша и знание Бога есть то, что отличает нас от животных. Способность чувствовать таинственность и красоту этого мира исключительно человеческая; обезьяны не ощущают «священный страх», который ощущают люди. В чем же суть этого «священного страха»? «Бог рождается в таинственности». Чувство «священного страха» должен испытывать каждый человек в отдельности. По этой причине религия Николоса Гомеса Давилы была сугубо личной: «Завесить от Бога есть бытие бытия». «Бог для меня существует в том же акте, что и я». Тон его сочинений – это созерцание всеобъемлющей тишины, которая нарушается только неотчетливым звуком движения карандаша по поверхности бумаги записной книжки Николоса Гомеса Давилы.
 
В то же время, представление Николоса Гомеса Давила о личной религиозности не было нападком на религиозные институты, он всегда оставался сыном католической церкви. Тем не менее, он не боялся и критиковать церковь. На самом деле он написал значительное количество афоризмов, в которых сожалел об изменениях в церкви, особенно по поводу Второго Ватиканского собора. Взять, например, хотя бы это: «Сегодня Месса – это пытка литургии» (???). Но Николас Гомес Давила всегда пытался убедиться, что его критические мысли всегда, тем не менее, остаются в лоне церкви. Проницательность жалоб Николоса Гомеса Давилы имеет свои корни, вне всяких сомнений, именно в великой любви его к церкви. Несмотря на его разочарование в современном положении дел, он знал, что возврата к первоначальной церкви деяный Святых Апостолов нет, тем более не может быть уединению, подобному уединению Христа.
 
               Католицизм Николоса Гомеса Давилы, таким образом, – это комбинация метафизики, антропологии, эстетики и истории. В действительности разнообразие направлений мысли Николоса Гомеса Давилы, все множество афоризмов, сходятся в одной точке – в вере его.
 
==== 5.Заключение ====
Наконец, два совета для читателей, в которых возбудило интерес это короткое эссе. Во-первых, Николоас Гомес Давила не беспричинно цитировал Ницше в эпиграфах. Он бы не проявил ничего кроме презрения к тем читателям, которые ссылаются на него, не имея при этом точного представления о его «тонком философском чутье». Читатель должен тщательно обдумать афоризм перед тем, как его цитировать – да и после обдумывания делать это исключительно на свой страх и риск. Во-вторых, афоризмы Гомеса Давилы по-настоящему экзистенциальные. Для него философия не только академическая дисциплина, но также и образ жизни.  Каждый афоризм должен быть зовом не только к изучению и пониманию правда, но и к приятию ее и сообразованию с этой правдой жизни своей.
 
== Творчество ==
2

правки