Гомес Давила, Николас: различия между версиями

м
→‎3.       Что значит «реакционер»?: орфография, пунктуация, исправление
м (→‎2.       Почему он писал афоризмы?: орфография, пунктуация, исправление)
м (→‎3.       Что значит «реакционер»?: орфография, пунктуация, исправление)
В Европе же, для сравнения, в особенности во Франции, даже и во время пребывания там Н.Г. Давилы, конфликт между идейными наследниками французской революции и их оппонентами продолжался. Идеи реакции возымели влияние на различные слои французского общества во время второй мировой войны. Одной из причин неистребимости идеалов реакции во Франции была сопротивление католической церкви либеральным новшествам секулярного правительства (особенно Третьей Республики), исповедавшего идеи революции и, к тому же, часто притеснявшим церковь. Таким образом, во Франции действия и мнения реакционеров и католиков во многом совпадали.  Напряжение между либералами и реакционерами не проходило вплоть до второго ватиканского собора. После которого реакция, как сплоченное движение, почти полностью исчезло, исключая лишь узкие круги католиков, приверженных этим идеалам и по сей день.
 
Николас Гомес Давила, однако, понимал реакцию иначе''.'' Он не причислял себя к одной исключительной политической ориентации. В нескольких афоризмах он признает, что возможности повернуть ход истории вспять нет. В традиционализме, на его взгляд, нет достаточных оснований для каких-либо действий. Задача же реакционера состоит в том, чтобы быть стражем наследия (характерных культурных и политических черт прошлых эпох), наследия революций в том числе. Но это, конечно, не значит, что Николас Гомес Давила готов был примириться с демократией; это означает лишь, что он не хотел обманывать сам себя пустыми обещаниями о реставрации старого режима. Более того, в отношении религии, не принимая во внимание его призрениепрезрение ко второму ватиканскому собору и упорную приверженность традиционной римско-католической мессе, которую он разделял с большинством католиков-реакционеров, он понимал, что большинство реакционеров (так называемых «интегралистов») -  это посредственности неспособные обновить церковь. Для примера, во одном из афоризмов он утверждал, что церковь должна лучше использовать историко-критический метод изучения Библии – предложение, которое бы привело в бешенство большинство реакционеров. Наконец, то , что он высоко оценивал многих, не связанных с католицескимкатолическим консерватизмом, авторов ( например, Ницше и Хайдеггера) должно было привести в бешенство многих традиционалистов.
 
Исходя из уже сказано возникает вопрос, если Николас Гомес Давила не был типичным реакционером, то каких именно взглядов он придерживался? Согласно Николасу Гомесу Давиле, основная задача реакционера в наше время –сопротивляться– сопротивляться демократии. Под демократией он понимает «не столько политические взглядавзгляды, сколько метафизическое извращение», он определяет ее как «антропоцентрическую религию», бешенноебешеное посягательство на соперничество с Богом, даже желание превзойти Его. Тайна современности в том, что человек начал покланятьсяпоклоняться человеку, этот мотив скрывается за каждой доктриной прогресса. Таким образом, сопротивление реакционера по природе своей религиозно. «В наше время, сопротивление реакционно, все остальное ничто иное, как лицемерный и бессмысленный фарс». При этом наиболее существенное сопротивление не обязательно состоит в какой-либо активной деятельности. «Думать иначе сложнее, чем действовать по против».  Но все остатки реакции сегодня всего лишь немощная поверхностность. Более того, Николас Гомес Давила никогда не жаждал создания какой-либо утопии; он только пытался сохранять существующие ценности. Для этих целей не сила, а искусство было наиболее эффективным оружием.
 
==== 4.       Сенсуалист. Скептичный. Религиозный. ====
Третье необычное качество афоризмов Николаса Гомеса Давилы было индивидуальность, которую ни с чем не спутать.  Большую часть удовольствия, читая эти афоризмы, читатель получает от постепенного знакомства с этой самой индивидуальностью. Хоть Николас Гомес Давила не доставил читателям удовольствия, написанием своей афтобиографииавтобиографии, но все-таки в публично опубликованных NOTAS он был немного менее сдержан говоря о самом себе. В одном месте он говорит: «Чувственный, скептичный, религиозный, пожалуй, неплохое определение для менменя». Это и есть три столпа его личности и его творчества. Они взаимообусловлены и не содержат противоречия, которое мог бы попытаться найти между ними читатель.
 
===== Сенсуалист (Sensual). =====
Гомес Давила знал, что на «сенсуализм» и религию по большей части смотрят как на противоположности, но ему приходилось удерживать в единстве эти две основные черты своей личности. При этом он не отрицал, что взяты    взятый сам по себе сенсуализм может быть пороком; однако вместо того, чтобы отбрасывать, его надо соединить с любовью – принципом не абстрактным, а индивидуальным.
 
Но что именно означает сенсуалист? Если чувственное попросту противоположность абстрактного, то важным его элементом становиться лишенность. Лишенность ценности – важное и часто повторяющееся понятие в схолиях. «Сенсуализм –это присутствие ценности в ощущении». Главный способ воспринимать наличие непреходящих ценностей – искусство. Хорошая живопись, например, предоставляет чувственное обогащение. Настоящий сенсуализм стремиться к наслаждению бесконечностью. Упоминание бесконечности в совокупности с бессмертностью ценностей указывает на важнейшее достижение чувственности. Если чувственное, как воплощение ценностей, устремляется к бесконечности, оно должно домогаться единственной бесконечной сущности –Бога– Бога. Это объясняет, почему для Николаса Гомеса Давилы не чувственное, а абстракция и отвлеченность ведут прочь от Бога. Подобная похвала чувственному чужда большинству современных христиан, но нельзя не вспомнить высказывание Фомы Аквинского: «Бог есть во всех вещах» (Сумма теологии, I, вопр. 8, разд.1).
 
===== Скептичный. =====
Как уже было указано, Гомес Давила разделяет с романтика и  такими отцами консерватизма, как Джозеф Местр и Эдмунд Берк, недоверие к просвещенческому пониманию интеллекта (intellect) и причины. Редко его отсылки к ним одобрительные. На самом деле он избегает путаницы с терминами просвещения, и вместо них использует понятия рассудок (intelligence) и понимание для описания способности воспринимать правду. Однако правда часто воспринимается не по средствам отвлеченных понятий, а через религиозные практики. Более того, скептицизм отвечает его несистематическому способу создания композиции и расположенности к афоризмам. Никакая система не способна объять целую вселенную понятиями. Николас Гомес Давила сильно сомневался не только в способности человека понимать мир, он так же очень осторожно высказывался касательно человеческой способности поступать правильно. «Божья воля» и «искренность» не извиняют наших ошибок, а наоборот делают их еще более серьезными. Не удивительно, что он страстно верил в существование греха.
 
Однако Николас Гомес не просто повторяет старую критику просвещенческого поклонения абстрактной причине; он превращает скептицизм в силу. Это можно видеть из того, что он говорит о «проблемах» и «решениях» (два слова, которые появляются во всех его работах). Николас Гомес переворачивает их обыкновенное употребление с ног на голову. Для него проблемы – хороши, решения – плохи. Его главный и наиболее очевидный довод: все современные решения попросту не сработали. В действительности современные мир «утопает в решениях». Наше рассмотрение, правдивое настолько насколько оно может быть, все еще не достигает сути взглядов Николоса Гомеса. Не только современные люди не могут разрешить мировые проблемы; человек вообще не может придумать решение для своих проблем; проблемы есть то, что надо ''прожить,'' то, через что надо прожить. Для него человек – это животное, которое имеет только божественное объяснение. Скептицизм, следовательно, не есть путь безверия, а есть способ сокращения пути веры.
 
===== Религиозный =====
Некоторые читатели, возможно, наклоннысклонны отрицать или, по крайней мере, умолять роль религии в мировоззрении Николоса Гомеса Давилы. Однако это было бы – в буквальном значении слова – фундаментальной ошибкой. Основой его идей, его натуры был Бог. Как видно из вышесказанного, его критика современного мира была в сущности религиозной. Реакционное повстанчество, в котором Николас ГомезГомес Давила призывает нас к нему присоединиться, состоит в признание Бога как Он есть, и признания крайне зависимости человека от Бога.
 
«Между рождением Бога и смертью Его разворачивается история человечества». Это не странное повторение ницшеанского сценария смерти Бога, ни перепев тезиса Фейрбаха, что человек создает богов по своему образу и подобию. Напротив, Николас Гомес Давила говорит, что вера наша и знание Бога есть то, что отличает нас от животных. Способность чувствовать таинственность и красоту этого мира исключительно человеческая; обезьяны не ощущают «священный страх», который ощущают люди. В чем же суть этого «священного страха»? «Бог рождается в таинственности». Чувство «священного страха» должен испытывать каждый человек в отдельности. По этой причине религия Николоса Гомеса Давилы была сугубо личной: «Завесить от Бога есть бытие бытия». «Бог для меня существует в том же акте, что и я». Тон его сочинений – это созерцание всеобъемлющей тишины, которая нарушается только неотчетливым звуком движения карандаша по поверхности бумаги записной книжки Николоса Гомеса Давилы.
В то же время, представление Николоса Гомеса Давила о личной религиозности не было нападком на религиозные институты, он всегда оставался сыном католической церкви. Тем не менее, он не боялся и критиковать церковь. На самом деле он написал значительное количество афоризмов, в которых сожалел об изменениях в церкви, особенно по поводу Второго Ватиканского собора. Взять, например, хотя бы это: «Сегодня Месса – это пытка литургии» (???). Но Николас Гомес Давила всегда пытался убедиться, что его критические мысли всегда, тем не менее, остаются в лоне церкви. Проницательность жалоб Николоса Гомеса Давилы имеет свои корни, вне всяких сомнений, именно в великой любви его к церкви. Несмотря на его разочарование в современном положении дел, он знал, что возврата к первоначальной церкви деяный Святых Апостолов нет, тем более не может быть уединению, подобному уединению Христа.
 
               Католицизм Николоса Гомеса Давилы, таким образом, – это комбинация метафизики, антропологии, эстетики и истории. В действительности разнообразие направлений мысли Николоса Гомеса Давилы, все множество афоризмов, сходятся в одной точке – в вере его.
 
==== 5.       Заключение ====
Наконец, два совета для читателей, в которых возбудило интерес это короткое эссе. Во-первых, Николоас Гомес Давила не беспричинно цитировал Ницше в эпиграфах. Он бы не проявил ничего кроме презрения к тем читателям, которые ссылаются на него, не имея при этом точного представления о его «тонком философском чутье». Читатель должен тщательно обдумать афоризм перед тем, как его цитировать – да и после обдумывания делать это исключительно на свой страх и риск. Во-вторых, афоризмы Гомеса Давилы по-настоящему экзистенциальные. Для него философия не только академическая дисциплина, но также и образ жизни.  Каждый афоризм должен быть зовом не только к изучению и пониманию правдаправды, но и к приятию ее и сообразованию с этой правдой жизни своей.<ref>{{Книга|автор=Nicolás Gómez Dávila(An English Translation of Selected Aphorisms)|заглавие=Don Colacho’s Aphorisms|ответственный=|издание=|место=Bogota|издательство=Villegas Editores|год=2001|страницы=2-9|страниц=387|isbn=|isbn2=}}</ref>
 
== Творчество ==