Каченовский, Михаил Трофимович: различия между версиями

м
(дополнение)
терпеть не мог никаких мифов в истории и начинал лекции русской истории с Владимира, предупредив нас, что он не станет повторять басен, которые мы слышали в школе, например, об оригинальном мщении Ольги за смерть Игоря, змее, ужалившей Олега, о кожаных деньгах… Он отвергал также подлинность „[[Слово о полку Игореве|Слова о полку Игоревом]]“, считая его позднейшей подделкой, кажется XIV века, о чем однажды вошел в горячий спор с [[Пушкин, Александр Сергеевич|Пушкиным]], которого привез на лекцию [[Уваров, Сергей Семёнович|Уваров]].
{{конец цитаты|источник=Московский университет в воспоминаниях современников. — М., 1956. — С. 80.}}
Вслед за [[Шлёцер, Август Людвиг|Шлёцером]] Каченовский считал, что древнейшая Русь не знала ни письмен, ни торговли и денежных знаков; но он пошёл гораздо дальше Шлёцера. Свои оригинальные рассуждения он основывал на предположении, что денежные знаки, упоминаемые в наших древних юридических и исторических памятниках («[[Русская Правда]]» и «Летопись»), перешли на Русь только в XIII веке, от более цивилизованной Ганзы («О кожаных деньгах») и исходя из этой посылки, Каченовский считал, что и сами источники, употребляющие эту денежную систему, были составлены не ранее XIII века. Научную ошибочность этих выводов опровергли [[Погодин, Михаил Петрович|М. П. Погодин]] и [[Бутков, Пётр Григорьевич|П. Г. Бутков]]<ref>Скептическая позиция Каченовского отразилась на его положении в университете: при введении нового устава в 1835 году Каченовский был переведён на кафедру славянских наречий, а кафедру русской истории получил Погодин.</ref>.
 
Среди работ М. Т. Каченовского: «''Параллельные места в русской летописи''», «''Об источниках по русской истории''», «''Нестор. Летописец на древнеславянском языке''», а также «Учебная книжка древнего греческого языка» (1807, 1809, 1816 и 1822).