Эфрон, Сергей Яковлевич: различия между версиями

В 1923 году начинается роман Цветаевой с товарищем Эфрона, белоэмигрантом [[Родзевич, Константин Болеславович|Константином Родзевичем]]. В 1925 году у Цветаевой родился сын Георгий («Мур») и многие считали, что отцом ребёнка является Родзевич, а не Эфрон<ref name="aif"/>. Эфрон вновь чувствует себя лишним и ищет возможности развестись с Цветаевой. В одном из писем Максимилиану Волошину он заявлял:
{{начало цитаты}}М<арина> — человек страстей. Гораздо в большей мере чем раньше — до моего отъезда. Отдаваться с головой своему урагану для неё стало необходимостью, воздухом её жизни. Кто является возбудителем этого урагана сейчас — неважно. Почти всегда (теперь так же как и раньше), вернее всегда все строится на самообмане. Человек выдумывается и ураган начался … Громадная печь, для разогревания которой необходимы дрова, дрова и дрова. Ненужная зола выбрасывается, а качество дров не столь важно. Тяга пока хорошая — все обращается в пламя. Дрова похуже — скорее сгорают, получше дольше. Нечего и говорить, что я на растопку не гожусь уже давно. Когда я приехал встретить М<арину> в Берлин, уже тогда почувствовал сразу, что М<арине> я дать ничего не могу.{{конец цитаты|источник=[http://brb.silverage.ru/zhslovo/sv/tsv/?r=let&l=mr&id=2 Письмо С.Я. Эфрона — М.А. Волошину, 22 января 1924г.]}}
После того как Эфрон сообщил Цветаевой о желании развестись она, по его словам, «''две недели была в безумии''», не спала ночами и похудела. В конце концов, Цветаева заявила, что не находит в себе сил развестись в Эфроном<ref name="kudr">{{книга
| автор = [[Кудрова, Ирма Викторовна|Кудрова И. В.]]
| заглавие = Марина Цветаева. Беззаконная комета
Анонимный участник