Смерть поэта: различия между версиями

[отпатрулированная версия][отпатрулированная версия]
Содержимое удалено Содержимое добавлено
оформление
Строка 36:
Стихи дошли до Пушкинского круга: [[Жуковский, Василий Андреевич|В. А. Жуковского]], [[Вяземский, Пётр Андреевич|П. А. Вяземского]], [[Одоевский, Владимир Фёдорович|В. Ф. Одоевского]], [[Плетнёв, Пётр Александрович|П. А. Плетнева]], [[Тургенев, Александр Иванович|А. И. Тургенева]], до семейства покойного историографа [[Карамзин, Николай Михайлович|Н. М. Карамзина]]. 2 февраля А. И. Тургенев записал в дневнике: «К Жуковскому… Стихи Лермонтова прекрасные». Тургенев через несколько дней оказался в Тригорском и, проводив гроб поэта в [[Святогорский монастырь (Россия)|Святогорский монастырь]], прощаясь с [[Осипова, Прасковья Александровна|П. А. Осиповой]] 6 февраля, обещал ей прислать стихи Лермонтова<ref name=autogenerated2>ФЭБ: Мануйлов. [http://feb-web.ru/feb/lermont/critics/iss/iss-3232.htm Лермонтов и Карамзины]. — 1979.</ref>. Известно, что [[Тургенев, Александр Иванович|А. И. Тургенев]] 10 февраля в Петербурге переписал стихотворение в письме к П. А. Осиповой. Оба корреспондента дружили с Александром Сергеевичем, а А. И. Тургенев в 1837 году чуть ли ежедневно навещал его по утрам в его [[Музей-квартира А. С. Пушкина (Санкт-Петербург)|квартире на Мойке]], встречал по вечерам в дружественных кружках. Ответ из [[Тригорское|Тригорского]] П. А. Осиповой датирован 16 февраля: «Вы угадали, что мне понравятся стихи… и только такой человек, который хорошо знал поэта, мог их написать».
 
«Вот стихи какого-то Лермонтова, гусарского офицера», из письма от 9 февраля князя [[Вяземский, Пётр Андреевич|П. А. Вяземского]] [[Давыдов, Денис Васильевич|прославленному Пииту Денису Давыдову]]<ref>ФЭБ: [http://feb-web.ru/feb/litnas/texts/l45/l452026-.htm Лермонтов — Тургеневу А. И., 18 ноября 1839]{{dead link}}. — 1948 (текст).</ref>
 
[[Мещерская, Екатерина Николаевна|Софья Николаевна Карамзина]], {{СС|22|февраля||10}} посылая брату Андрею за границу стихотворение «Смерть поэта» (без последних шестнадцати стихов) и восхищаясь им, смогла сообщить только, что автор этих «прекрасных стихов», в которых «так много правды и чувства», «некий господин Лермантов, гусарский офицер»<ref name=autogenerated2 />.
Строка 42:
В дневнике [[Козлов, Иван Иванович|И. И. Козлова]] от {{сс3|11.2.1837}} года читаем: «Нельзя быть добрее и участливее Александра Тургенева: он мне сделал так много одолжений, потом читал мне чудесные стихи Лермонтова на смерть Пушкина»<ref>''П. Щеголев'', Дуэль и смерть Пушкина, Л., 1928, 293; ''К. Грот'', Дневник И. И. Козлова, Спб., 1906, 23. http://feb-web.ru/feb/litnas/texts/l45/l452026-.htm{{dead link}}.</ref>.
 
Знакомство Пушкина и Лермонтова документально не подтверждено, есть только свидетельство встречи — в «Записках [[Смирнова, Александра Осиповна|А. О. Смирновой]]», сочиненных [[Смирнова, Ольга Николаевна|её дочерью]] (1897 год), но этот мемуар не пользуется славой достоверного источника. Не будучи лично знаком с Пушкиным, Лермонтов не раз видел его в Москве и Петербурге на улице, в театрах, в книжных магазинах, в общественных местах. Но с кругом близких друзей Пушкина до отъезда 19 марта из Петербурга в первую кавказскую ссылку Лермонтов не успел познакомиться<ref name=autogenerated2 />. Тем не менее, это не исключено. [[Бородино (стихотворение)|Стихотворение «Бородино»]] 21-летнего выпускника юнкерской школы напечатано в пушкинском [[Современник (журнал)|журнале «Современник»]] за 1837 год (т.  6, с.  207—211, цензурное разрешение {{сс3|2.5.1837}} года) и написано, скорее всего, в конце 1836 года или в январе 1837 года, чем в феврале ([[Раевский, Святослав Афанасьевич|С. А. Раевский]] в своём показании от {{сс3|21.2.1837}} года по поводу стихотворения «Смерть поэта» утверждал, что одновременно со стихами на смерть Пушкина было написано и «Бородино»)<ref name=autogenerated1>ФЭБ: Лермонтов. [http://feb-web.ru/feb/lermont/texts/lerm06/vol02/le2-084-.htm Смерть Поэта]. — 1954 (текст).</ref>.
 
=== Строки 57—72 ===
В конце января врач [[Арендт, Николай Фёдорович|Н. Ф. Арендт]], побывав у заболевшего [[Лермонтов, Михаил Юрьевич|Лермонтова]], который в то время жил в квартире Е.  А.  Арсеньевой на Садовой улице в Санкт-Петербурге, рассказал ему подробности дуэли и смерти Пушкина, которого пытался спасти.
Возможно, этот рассказ повлиял на продолжение работы над стихотворением.<ref>{{cite web
|author = Е.&nbsp;М.&nbsp;Хмелевская.
Строка 92:
Важнейшее документальное свидетельство обстоятельств написания стихотворения содержатся в следственных бумагах «Дела о непозволительных стихах, написанных корнетом лейб-гвардии гусарского полка Лермонтовым, и о распространении оных губернским секретарем Раевским». Оно начато 23 февраля, ему предшествовали много событий. Дело хранится в [[Пушкинский Дом|ИРЛИ]], оп. 3, № 9, лл. 17—18<ref name=autogenerated1 />. Впервые бумаги опубликованы в «Вестнике Европы» 1887 г., № 1., П. Е. Щеголев, «Книга о Лермонтове», Л., 1929., вып. I, с. 262—267.
 
Началом следствия послужила записка от 19 или 20 февраля шефа жандармов [[Бенкендорф, Александр Христофорович|А. Х. Бенкендорфа]] [[Николай I|Николаю I]] о стихотворении «Смерть поэта» и о том, что генералу [[Веймарн, Иван Фёдорович|Веймарну]] поручено допросить поэта и обыскать его квартиры в Петербурге и в [[Пушкин (город)|Царском Селе]]<ref name=autogenerated3>ФЭБ: Бенкендорф. [http://feb-web.ru/feb/lermont/critics/vos/vos-486-.htm Докладная записка о стихотворении Лермонтова «Смерть поэта» …]  — 1989 (текст).</ref>:
<blockquote>
Я уже имел честь сообщить вашему императорскому величеству, что я послал стихотворение гусарского офицера Лермонтова генералу Веймарну, дабы он допросил этого молодого человека и содержал его при Главном штабе без права сноситься с кем-либо извне, покуда власти не решат вопрос о его дальнейшей участи, и о взятии его бумаг как здесь, так и на квартире его в Царском Селе. Вступление к этому сочинению дерзко, а конец — бесстыдное вольнодумство, более чем преступное. По словам Лермонтова, эти стихи распространяются в городе одним из его товарищей, которого он не захотел назвать.
Строка 99:
Резолюция Николая I: «Приятные стихи, нечего сказать; я послал Веймарна в Царское Село осмотреть бумаги Лермонтова и, буде обнаружатся ещё другие подозрительные, наложить на них арест. Пока что я велел старшему медику гвардейского корпуса посетить этого господина и удостовериться, не помешан ли он; а затем мы поступим с ним согласно закону».<ref name=autogenerated3 />
 
Бурнашев (В. П. Бурнашев, «М. Ю. Лермонтов в рассказах его гвардейских однокашников», «Русский архив», 1872, № 9, с.  1770—1781), затем Висковатов (П. А. Висковатов — «Вестник Европы», 1887, № 1, с.  329—347) рассказывает, что о дополнительных стихах Бенкендорф узнал на одном рауте (вероятно, у [[Фикельмон, Дарья Фёдоровна|графини Фикельмон]]) от графини А. М. Хитрово, аттестовавшей их как стихи, оскорбительные для всей аристократии. На следующий же день Бенкендорф сообщил об этих стихах Николаю  I, который до того уже успел получить их анонимную копию с надписью «Воззвание к революции».
 
Реакцию властей вызывала вторая редакция, дополненная 16 строками. Первая же редакция стихотворения не вызывала, как показывают свидетельства, недовольства царя.
[[Раевский, Святослав Афанасьевич|С. А. Раевский]] говорит в своём показании: «Пронеслась даже молва, что В. А. Жуковский читал их его императорскому высочеству государю-наследнику и что он изъявил высокое своё одобрение». Сохранилось свидетельство, будто Николай I, прочитав стихотворение Лермонтова, сказал: «Этот, чего доброго, заменит России Пушкина», а великий князь Михаил Павлович заявил: {{lang-fr2|«Ce poète en herbe va donner de beaux fruits»}} («От этого зреющего поэта надо ждать хороших плодов») (В. П. Бурнашев, «М. Ю. Лермонтов в рассказах его гвардейских однокашников», «Русский архив», 1872, № 9, с.  1770—1781).
 
Управляющий III отделением [[Мордвинов, Александр Николаевич (1792)|А. Н. Мордвинов]], по словам А. Н. Муравьёва, сказал ему: «Я давно читал эти стихи графу Бенкендорфу, и мы не нашли в них ничего предосудительного» (А. Н. Муравьев, «Знакомство с русскими поэтами», Киев, 1871, с.  23).
 
Шли слухи, что дополнение написано не Лермонтовым. А. И. Тургенев писал 13 февраля 1837  года [[Пещуров, Алексей Никити|А. Н. Пещурову]]: «Посылаю стихи, кои достойны своего предмета. Ходят по рукам и другие строфы, но они не этого автора и уже навлекли, сказывают, неприятности истинному автору» («Пушкин и его современники», вып. II, с.  113).
Лермонтов был арестован предположительно 18 февраля (мнения исследователей о точной дате расходятся) и содержался в одной из комнат верхнего этажа [[Главный штаб (Санкт-Петербург)|Главного штаба]], а затем с 27 февраля находился под домашним арестом в квартире Е. А. Арсеньевой до отъезда 19 марта на Кавказ через Москву. А. Н. Муравьев пишет: «Ссылка его на Кавказ наделала много шуму; на него смотрели как на жертву, и это быстро возвысило его поэтическую славу. С жадностью читали его стихи с Кавказа, который послужил для него источником вдохновения» (А. Н. Муравьев, «Знакомство с русскими поэтами», Киев, 1871, с.  23 и след.).
 
20 февраля у М. Ю. Лермонтова и С. А. Раевского сделан обыск.
 
21 февраля 1837  года арестован С. А. Раевский<ref>ФЭБ: [http://feb-web.ru/feb/lermont/texts/lerm04/vol04/l44-535-.htm Хронологическая канва жизни и творчества М. Ю. Лермонтова]. — 1981 (текст).</ref>.
 
Объяснение корнета лейб-гвардии Гусарского полка Лермонтова:{{нет АИ|13|11|2018}}
{{начало цитаты}}
Я был ещё болен, когда разнеслась по городу весть о несчастном поединке Пушкина. Некоторые из моих знакомых привезли её и ко мне, обезображенную разными прибавлениями. Одни — приверженцы нашего лучшего поэта — рассказывали с живейшей печалью, какими мелкими мучениями, насмешками он долго был преследуем и, наконец, принужден сделать шаг, противный законам земным и небесным, защищая честь своей жены в глазах строгого света. Другие, особенно дамы, оправдывали противника Пушкина, называли его благороднейшим человеком, говорили, что Пушкин не имел права требовать любви от жены своей, потому что был ревнив, дурен собою, — они говорили также, что Пушкин негодный человек, и прочее. Не имея, может быть, возможности защищать нравственную сторону его характера, никто не отвечал на эти последние обвинения. Невольное, но сильное негодование вспыхнуло во мне против этих людей, которые нападали на человека, уже сраженного рукою божией, не сделавшего им никакого зла и некогда ими восхваляемого; и врожденное чувство в душе неопытной — защищать всякого невинно осуждаемого — зашевелилось во мне ещё сильнее по причине болезнью раздраженных нервов. Когда я стал спрашивать: на каких основаниях так громко они восстают против убитого? — мне отвечали, вероятно, чтобы придать себе более весу, что весь высший круг общества такого же мнения. — Я удивился; надо мною смеялись. Наконец, после двух дней беспокойного ожидания пришло печальное известие, что Пушкин умер, и вместе с этим известием пришло другое — утешительное для сердца русского: государь император, несмотря на его прежние заблуждения, подал великодушно руку помощи несчастной жене и малым сиротам его. Чудная противоположность его поступка с мнением (как меня уверяли) высшего круга общества увеличила первого в моем воображении и очернила ещё более несправедливость последнего. Я был твердо уверен, что сановники государственные разделяли благородные и милостивые чувства императора, богом данного защитника всем угнетенным; но тем не менее, я слышал, что некоторые люди, единственно по родственным связям или вследствие искательства, принадлежащие к высшему кругу и пользующиеся заслугами своих достойных родственников, — некоторые не переставали омрачать память убитого и рассеивать разные, невыгодные для него, слухи. Тогда, вследствие необдуманного порыва, я излил горечь сердечную на бумагу, преувеличенными, неправильными словами выразил нестройное столкновение мыслей, не полагая, что написал нечто предосудительное, что многие ошибочно могут принять на свой счет выражения, вовсе не для них назначенные. Этот опыт был первый и последний в этом роде, вредном (как я прежде мыслил и ныне мыслю) для других ещё более, чем для себя. Но если мне нет оправдания, то молодость и пылкость послужат хотя объяснением, — ибо в эту минуту страсть была сильнее холодного рассудка. Прежде я писал разные мелочи, быть может, ещё хранящиеся у некоторых моих знакомых. Одна восточная повесть, под названием «Хаджи-Абрек», была мною помещена в «Библиотеке для чтения»; а драма «Маскарад», в стихах, отданная мною на театр, не могла быть представлена по причине (как мне сказали) слишком резких страстей и характеров и также потому, что в ней добродетель недостаточно награждена. Когда я написал стихи мои на смерть Пушкина (что, к несчастию, я сделал слишком скоро), то один мой хороший приятель, Раевский, слышавший, как и я, многие неправильные обвинения и, по необдуманности, не видя в стихах моих противного законам, просил у меня их списать; вероятно, он показал их, как новость, другому, — и таким образом они разошлись. Я ещё не выезжал, и потому не мог вскоре узнать впечатления, произведенного ими, не мог во-время их возвратить назад и сжечь. Сам я их никому больше не давал, но отрекаться от них, хотя постиг свою необдуманность, я не мог: правда всегда была моей святыней и теперь, принося на суд свою повинную голову, я с твердостью прибегаю к ней, как единственной защитнице благородного человека перед лицом царя и лицом божим.
{{конец цитаты|Корнет лейб-гвардии<br />Гусарского полка<br />Михаил Лермонтов
}}
 
25 февраля 1837  года последовало высочайшее повеление:{{нет АИ|13|11|2018}}
{{начало цитаты}}
Л-гв. гусарского полка корнета Лермонтова, за сочинение известных вашему сиятельству [Бенкендорфу] стихов, перевесть тем же чином в Нижегородский драгунский полк; а губернского секретаря Раевского, за распространение сих стихов и в особенности за намерение тайно доставить сведения корнету Лермонтову о сделанном им показании, выдержать под арестом в течение одного месяца, а потом отправить в Олонецкую губернию для употребления на службу, по усмотрению тамошнего гражданского губернатора.
Строка 132:
[[Файл:Лермонтов - Смерть поэта - беловой автограф1.jpg|280px]][[Файл:Лермонтов - Смерть поэта - беловой автограф2.jpg|322px]]
 
<Small>'''Смерть поэта («Погиб поэт! — невольник чести…»)'''<br /> Стихотворение. 1837. Беловой автограф с небольшими поправками. 1 л. Ф. 429 (Лермонтов). № 8.</Small>
</center>
 
Беловой автограф первых 56 стихов — [[Российская национальная библиотека|ГПБ]], Собрание рукописей, № 8 (из архива [[Одоевский, Владимир Фёдорович|В. Ф. Одоевского]], с его пометой: «Стихотворение Лермонтова, которое не могло быть напечатано»), черновой автограф — [[Российский государственный архив литературы и искусства|ЦГАЛИ]], ф. 427, оп. I, № 986 (тетрадь [[Рачинский, Сергей Александрович|С. А. Рачинского]]), л.  67—68 (факсимиле — «Пушкин и его современники», 1908, вып. VIII, с комментарием Ю.  Верховского). Автограф стихов 57—72 неизв., печатаются по копии, приложенной к «Делу о непозволительных стихах, написанных корнетом лейб-гвардии гусарского полка Лермонтовым, и о распространении оных губернским секретарем Раевским» — ИРЛИ, оп. 3, № 9, л. 17—18. Автограф ст. 21—33 в письме М. Ю. Лермонтова [[Тургенев, Александр Иванович|А. И. Тургеневу]] ([[Российский государственный архив литературы и искусства|ЦГЛА]]) от 18 ноября 1839:
 
<blockquote>
Строка 171:
</ref>.
 
Впервые стихотворение «Смерть Поэта» (под заголовком «На смерть Пушкина») опубликовано (на русском языке) в [[Лондон]]е в издаваемом [[Герцен, Александр Иванович|Александром Герценом]] в альманахе «[[Полярная звезда (альманах Герцена)|Полярная звезда на 1856 год]]», кн. 2, с.  31—32 (под заглавием «На смерть Пушкина») ([[s:Смерть поэта (Лермонтов)/Собр. Лейпциг 1858 (ДО)|другая версия — в Лейпциге в 1858 году]]<ref name=autogenerated2 />.
 
В России без последних 16 стихов было помещено в «Библиографических записках» (1858, т. 1, № 20, стб.  635—636), полностью — в Сочинениях под редакцией Дудышкина (т. 1, 1860, с.  61—63).
 
== Культурное влияние ==
Строка 250:
=== Музыкальное переложение ===
На музыку стихи положили Ю. Я. Владимиров, Е. К. Голубев, А. С. Жак, Ю. Ф. Львова, С. В. Протопопов и др.
 
== Примечания ==
{{Примечания|2}}
 
== Литература ==
Строка 257 ⟶ 260 :
* ''Девицкий И. И.,'' В. А. Жуковский и стихотворение М. Ю. Лермонтова «Смерть поэта» // Тезисы докладов и сообщений 1-й научно-методич. конференции Кокчетав. пед. ин-та, Кокчетав, 1967, с. 45—47
* ''Шанский Н. М.'' Художественный текст под лингвистическим микроскопом // «Рус. язык в школе», 1971, № 3, с. 97—99; Воспоминания (см. по указателю); Недзвецкий, с. 239—47; Андреев-Кривич (5), с. 156—58
 
== Примечания ==
{{Примечания|2}}
 
{{Лермонтов}}