Открыть главное меню

Изменения

Нет описания правки
Ощущение жителями [[Русь|Руси]] своего единства сохранялось долгое время в наступивших условиях политической раздробленности, в том числе после [[Монгольское нашествие на Русь|монгольского нашествия]]. Об этом свидетельствует духовная и книжная культура как восточных, так и западных её частей. Русские летописные своды и хронографы начиная уже с [[XIII век]]а последовательно отстаивали идею церковного, исторического, династического единства Руси, в том числе необходимость её [[объединение Руси|политического объединения]], и не признавали исторических и моральных прав иноземных держав на русские земли. О сохранении представления об общности Руси красноречиво свидетельствует присущий православным летописям «[[Список русских городов дальних и ближних]]», датируемый концом [[XIV]]—началом [[XV век]]а.
 
Тем не менее, вхождение частей восточного славянства в состав [[Великое княжество Литовское|Великого княжества Литовского]] и [[Королевство Польское|Польского королевства]], с одной стороны, и формирующегося [[Русское государство|РусскогоМосковского государства]], с другой стороны, привело к нарастающим различиям в социально-политическом строе и создало предпосылки для формирования нескольких восточнославянских народностей. Данный процесс, начавшийся во второй половине XIV века, не был одномоментным, а растянулся на несколько веков. Вплоть до позднего [[XVI век]]а многочисленные источники, в том числе западные, признавали русских под властью польско-литовских и московских монархов единым народом<ref name="Флоря"/>, однако подчёркивали их различные политические установки. Признание жителей Западной и Московской Руси единым народом делалось польской элитой зачастую даже вопреки собственным политическим интересам, которые заключались в отрицании притязаний московских правителей на все земли Древней Руси. Те, в свою очередь, именуясь [[государь всея Руси|государями всея Руси]], не переставали требовать возврата земель вплоть до [[Пшемысль|Перемышля]]<ref name="Филюшкин">''[[Филюшкин, Александр Ильич|Филюшкин А .И.]]'' [http://www.reenactor.ru/ARH/PDF/Filychkin_03.pdf Русско-литовская война 1561—1570 и датско-шведская война 1563—1570 гг.] // История военного дела: исследования и источники. — 2015. — Специальный выпуск II. Лекции по военной истории XVI—XIX вв. — Ч. II. — C. 256</ref>, называя их насильно отторгнутой [[Вотчина|вотчиной]] [[Рюриковичи|Рюриковичей]] со времён [[Владимир Святославич|Владимира Крестителя]] и его сына [[Ярослав Мудрый|Ярослава]]. С московской стороны, объединение всех восточнославянских земель вокруг Москвы и восстановление Древнерусского государства было неизменным лейтмотивом в ходе многовековых [[русско-литовские войны|русско-литовских]] и [[русско-польские войны|русско-польских войн]]<ref>Флоря Б. Н. Русское государство и его западные соседи (1655−1661 гг.). — М.: Индрик, 2010. — С. 10. — ISBN 978-5-91674-082-0</ref><ref>{{книга | автор = John P. LeDonne | заглавие = The Grand Strategy of the Russian Empire, 1650–1831 | издательство = Oxford University Press | год = 2004 | pages = 3 | allpages = 288 | isbn = -19-516100-9}} — «The Thirteen Years’ War (1654-67) marked the beginning of an offensive strategy directed against the Polish Empire, Moscow’s main rival and enemy. Its ultimate goal was to gain hegemony in the eastern marches of that empire—between the Niemen and the Dvina, between the Bug and the Dniepr—the old lands of Kievan Rus’»</ref>, появившимся как минимум со времени правления [[Иван III|Ивана III]] и возникновения централизованного Русского государства.
 
В [[Речь Посполитая|Речи Посполитой]] представления о «русских» и «[[Московия|московитах]]» как о двух разных народах впервые начинают прослеживаться в памятниках [[Полемическая литература Речи Посполитой|полемической литературы]], возникших после заключения [[Брестская уния|Брестской унии]] 1596 года. По словам историка [[Флоря, Борис Николаевич|Бориса Флори]], поскольку это явление прослеживается в том числе и у православных авторов Речи Посполитой, это свидетельствует не только о политических мотивах дифференциации со стороны желающих расколоть православное сообщество, но и о действительном накоплении некой критической массы ощущаемых различий между восточнославянскими жителями обоих государств<ref name="Флоря"/>. О важных изменениях этнического самосознания восточных славян, идущих в этом направлении, говорит и появление в текстах конца XVI — первой половины XVII века таких словосочетаний, как «[[Малая Россия]]» и «[[Великая Россия]]». При укоренившемся осознании собственной особости, тем не менее сохраняется представление о принадлежности к единому целому и тесной связи, встречающееся даже у видных униатских деятелей, таких как [[Иосиф Рутский]]<ref name="Флоря"/>.
Анонимный участник