Открыть главное меню

Тарантул (балет)

«Тара́нтул» (фр. La Tarentule) — двухактный комедийный балет-пантомима Жана Коралли на музыку Казимира Жида[fr] по либретто Эжена Скриба. «Тарантул» стал последним из балетов композитора, написанных специально для Фанни Эльслер. Остальные партии исполнили Жозеф Мазилье[fr], Ипполит Барре[fr] и мадам Ролан. Декорации — Леона Фошера[fr], Шарля Сешана, Жюля Дитерля[fr] и Эдуара Деплешена, костюмы по эскизам Поля Лормье[fr].

Тарантул
La Tarentule
Ellsler-Lauretta.png
костюм Лауретты для Фанни Эльслер
Композитор Казимир Жид[fr]
Автор либретто Эжен Скриб
Хореограф Жан Коралли
Сценография Леон Фошер[fr], Шарль Сешан, Жюль Дитерль[fr], Эдуар Деплешен (декорации),
Поль Лормье[fr] (костюмы)
Количество действий 2
Первая постановка 24 июня 1839
Место первой постановки Опера Ле Пелетье[fr], Королевская академия музыки, Париж
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе

Премьера состоялась 24 июня 1839 года в Париже, в Королевской академии музыки на сцене Театра Ле Пелетье[fr]. Спектакль имел успех: по свидетельству критика Леона Эскюдье «Театр аплодировал, весьма горячо аплодировал»[1].

Из всех номеров особо выделялась тарантелла с кастаньетами, исполняемая героиней. Эта тарантелла Фанни Эльслер завоевала публику и соперничала в популярности с её же качучей из «Хромого беса» и мазуркой из «Цыганки». «После качучи и краковянки м-ль Эльслер поняла, что преуспевает только в характерных танцах, где страсть возносит её над грацией и лёгкостью. Новое создание танцовщицы дополняет эту хореографическую трилогию, составляющую её нераздельную собственность… Обольстительная танцовщица поняла, что ей не следует сражаться с воспоминаниями о Тальони; она создала жанр, отвечавший её собственной природе» — писал Леон Эскюдье. «Отныне тарантелла встанет рядом с качучей и краковянкой» — вторил ему Теофиль Готье[1].

Весь балет был задуман ради этой тарантеллы Эльслер, которая стала кульминацией балета. Согласно остроумной рецензии Леона Эскюдье, появление спектакля началось с того, что директор Оперы Дюпоншель[fr] потребовал от Скриба перечислить ему «все виды пауков, известные со времён Ноева ковчега»; когда же тот дошёл до тарантула, от укуса которого излечивает пляска, он воскликнул: «Довольно! Немедленно найдите в окрестностях Неаполя сварливую маменьку, старого шарлатана, ревнивого влюблённого, юную девицу. Замесите туда тарантула, и мой балет готов», вслед за чем «Господин Скриб, чья сговорчивая фантазия не отступает даже от невозможного, принялся ткать либретто, предназначенное для мадемуазель Эльслер»[2][1].

Критик делал вид, что ему никак не выбраться из паутины сценария — «даже при посредстве entrechats, ronds de jambe и pirouettes». Как утверждала историк балета В. М. Красовская, Скриб в этом балете перещеголял сам себя по части бессмыслиц; мало того, с его лёгкой руки сценаристы получили право снабжать балетный театр каким угодно вздором[1].

Героиня балета Лауретта (Фанни Эльслер) соглашалась стать женой доктора Омеопатико чтобы спасти своего возлюбленного Луиджи (Жозеф Мазилье[fr]), ужаленного тарантулом, Оставшись наедине со стариком, она делала вид, будто её также ужалил тарантул, и плясала, не подпуская его к себе.

Краткое описание этого танца оставил корреспондент «Северной пчелы»:

В начале этой сцены подруги невесты снимают с неё подвенечный головной убор, бархатный корсетик, белую шёлковую юбочку… Оставшись в газовом платьице, общем балетном костюме, она не превращается в лицо баснословное, эфирное, но остаётся хитрою итальянкою… Постепенность её тарантеллы восхитительна. Сначала она лишь бьёт ножкою об ножку, как бы от невольной судороги, потом начинает кружиться, наконец прыгает в неистовстве.

Восторженное и менее конкретное описание сделал пылкий поклонник Эльслер Теофиль Готье:

Зелёный, украшенный серебром корсаж сжимает её гибкую талию; белая, очень короткая газовая юбка позволяет видеть восхитительные ноги, достойные резца греческого скульптора; на каштановые волосы надет венок; в кончиках пальцев лепечут кастаньеты… Сколько невообразимой грации, лёгкости, отточенности в её тарантелле: это нечто воздушное и одновременно пылкое, целомудренное и неописуемо возбуждающее, счастливо сочетающее шалость и страсть; девическая скромность всегда кстати умеряет южную пламенность этого танца.

В свою очередь, Леон Эскюдье отмечал, что

…Надо отдать справедливость мадемуазель Эльслер — ни одна танцовщица лучше неё не выражала и не воплощала страсть. Она должна обладать пламенной душою, если и впрямь всё это чувствует. То вдохновенно отдаваясь порыву, то словно бы забавляясь, она с какой-то ошеломляющей правдой воссоздаёт этот сладострастный танец… позволяющий представить себе пылкие характеры, возможные только под жгучим небом Испании и Италии.

Кроме Жозефа Мазилье[fr], исполнившего роль Луиджи, возлюбленного Лауретты, в спектакле были также заняты м-м Ролан (Матеа) и Ипполит Барре[fr]. Партнёром Эльслер в тарантелле выступил Люсьен Петипа — молодой красавец, дебютировавший в Опере всего две недели назад. Готье, недолюбливавший мужской танец, сдержанно отметил, что он был «не слишком отталкивающим для мужчины» и «хорошо справился со своей задачей»[1].

Фанни Эльслер неоднократно исполняла танцы из «Тарантула» во время своих американских гастролей 18401842 годов. В постановке балета ей пришлось полагаться лишь на собственные силы и на помощь её английского партнёра Джеймса Сильвейна, который «был отлично подготовлен для двойной роли танцовщика и балетмейстера». Выступлением в «Тарантуле» 11 марта 1843 года начались лондонские гастроли балерины; в мае того же года она танцевала этот балет в Брюсселе, а в 1849 году — в Санкт-Петербурге, где особый успех имела новая вариация Лауретты[1].

ПримечанияПравить

  1. 1 2 3 4 5 6 В. М. Красовская. Западноевропейский балетный театр. Очерки истории: Романтизм. — М.: АРТ СТД РФ, 1996. — 432 с.
  2. Léon Escudier // Journal de Paris, 25 июня 1839.

СсылкиПравить