Таштыкская культура

Ташты́кская культу́ра — археологическая культура Южной Сибири железного века (II век до н. э. — V век н. э.). Будучи во многом преемницей тагарской культуры, принципиально отличается от неё широким распространением железа. Хозяйство по-прежнему оставалось земледельческо-скотоводческим. Новшеством было появление примитивной сохи, которая, впрочем, не вытеснила мотыгу.

Таштыкская культура
Эпоха бронзы и железа
Таштыкская погребальная маска в Государственном историческом музее.
Географический регион Хакасия
Локализация Минусинская котловина
Датировка II век до н. э.V век н. э.
Носители европеоиды, генетически наиболее близкие к популяциям «скифского мира»[1], а также монголоиды; гипотетическая связь с этнокультурогенезом енисейских кыргызов[2]
Тип хозяйства скотоводство, земледелие
Исследователи А. В. Адрианов, С. А. Теплоухов, С. В. Киселёв, М. П. Грязнов
Преемственность
Тагарская Культура чаатас
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе

О социальном развитии таштыкцев свидетельствуют погребения. Они разделяются на скромные грунтовые могилы и огромные склепы, похожие на поздние захоронения тагарской знати. Енисейская аристократия сохраняет прежние, «скифские» обычаи бальзамирования, боевой татуировки. Появляется и новое: в склепы кладут куриные яйца, с покойников снимают гипсовые маски, встречаются захоронения кукол. В склепах найдены деревянные части китайских церемониальных зонтиков, которые у хуннов служили знаками власти.

История исследованияПравить

Первые письменные сведения о памятниках таштыкской эпохи оставлены руководителем академической экспедиции в Сибирь П. С. Палласом (1768—1774). Он сообщает со слов кладоискателей о погребальных масках: «…случалось находить сделанные на фарфор похожей материи тощие человеческие головы обыкновенной величины, раскрашенные зелёными и красными красками»[3].

Регулярные археологические исследования таштыкских памятников начинаются с 1883 года раскопками ревизора губернского акцизного управления А. В. Адрианова на острове Тагарском близ Минусинска. В 1903 году Адрианов раскопал крупнейший памятник таштыкской культуры — Оглахтинский могильник. Там были обнаружены погребальные маски, а также разнообразное оружие, включая большие прямоугольные щиты из натянутой на деревянный каркас кожи[4].

В отдельную историческую культуру памятники были выделены в 1920-е годы С. А. Теплоуховым после комплексных исследований в районе села Знаменка, в частности, на реке Таштып.

Наиболее крупные исследования таштыкских памятников в 1930—1940-е годы провёл С. В. Кисёлев. Большим достижением явились раскопки Ташебинского дворца. В 1960—1970-е годы были проведены охранные раскопки в зоне затопления Красноярского водохранилища. Впервые исследовались целые кладбища, а не отдельные могилы. Около склепов, среди грунтовых могил, были вскрыты ямки с остатками тризн и целые поминальные комплексы. Работа проводилась под руководством М. П. Грязнова.

Погребальные маскиПравить

 
Таштыкские маски из белой глины с выцветшим двухцветным орнаментом

После сожжения на ритуальном костре кальцинированные кости покойных зашивались в меховые мешочки, которые помещались в набитые травой куклы из шкур домашнего скота. В степных районах Хакасии сохранились могильники с подобными куклами[5]. На место лица куклы укладывалась портретная погребальная маска, слепленная по снятому с лица покойного слепку из глины с добавлением гипса и известняка. Иногда маски имеют форму бюста. Перед захоронением маски расписывали, как правило, красной краской: на лбу обычно изображалась спираль, на подбородок и щёки наносились имитирующие румянец пятна[5].

Причёска и головные уборыПравить

Таштыкские головные уборы имеют аналоги среди других южносибирских культур, в частности, пазырыкской. По материалам Оглахтинского могильника известны головные уборы конического типа, прикрывающие затылок и уши, и головные уборы «в виде чепца или шапки-ушанки»[6]. Широко распространена среди таштыкцев была причёска в виде длинной косы из собственных или накладных волос, которая укладывалась на темени. Остальные волосы при этом сбривались. В качестве накосников использовались туески из бересты, которые обтягивали пёстрым китайским шёлком[6] Аналогичную функцию, видимо, выполняли и обнаруженные археологами кожаные мешочки, набитые волосами или травой.[6].

ЗахороненияПравить

Курганы-склепы имеют вид каменно-земляных насыпей диаметром 10—20 м, высотой 0,4—1,5 м, с западинами в центре. По периметру котлована сооружали ограду — крепиду, с запада устраивали наземные входы — дромосы. Стены либо облицовывались плитами, либо тыном и клетью, вдоль стенок — полати из плах в 1—2 яруса, перекрытие из брёвен, бересты и плиток.

Склепы после окончания в них захоронения поджигали. Хоронили преимущественно кремированные кости умерших, видимо, помещённые в куклы, а в ранних склепах встречаются скелеты и парциальные погребения. Вместилищами для пепла служили матерчатые мешочки, сумочки из травы, коробки из бересты, деревянные ящички и внутренняя полость масок-бюстов. Число погребённых в склепах в виде трупов, кукол и просто пепла в мешочках различается в зависимости от размеров конструкций. В простых малых склепах укладывались от 10 до 40 покойников. В большие склепы помещали до 100 и более остатков кремированных людей. Захоронения детей в возрасте до 7 лет совершались обособленно. На окраинах таштыкских грунтовых кладбищ, чаще всего рядом со склепами, устанавливали ряды каменных стел с поминальным ямками. Они служили местом отправления жертвенных тризн по умершим родственникам. Перед каменными столбами в ямку или прямо на поверхность земли клали напитки в горшках и куски мяса, преимущественно баранины или говядины.

Антропологический тип, этническая и генетическая принадлежностьПравить

Представители культуры имели смешанный антропологический тип, о чём свидетельствуют погребальные маски в Эрмитаже, Минусинском и Хакасском[7] музеях. «Среди них встречаются как европеоиды, далёкие потомки местного населения эпохи раннего железа, так и монголоиды, освоившие территорию Среднего Енисея в последние века»[5][8]. В склепах знати у погребённых в большей степени выражена монголоидность, нежели в рядовых захоронениях, где долго преобладали европеоидные черты покорённого тагарского населения.

В советской археологии после работ С. В. Киселёва и Л. Р. Кызласова возобладала теория динлино-гяньгуньского этногенеза, согласно которой таштыкская культура отразила формирование на Енисее единого этноса «древних хакасов» (енисейские кыргызы) путём ассимиляции тюркоязычных[9] динлинов пришлыми тюркоязычными гяньгунями. Однако китайские источники считают гяньгуней (енисейских кыргызов) прямыми потомками динлинов[9][10]. В более поздних работах Ю. С. Худякова эта концепция ставится под сомнение и делается вывод о том, что памятники таштыкской культуры в Минусинской котловине «не имеют отношения к этнокультурогенезу древних кыргызов»[11].

По мнению некоторых антропологов, антропологический тип таштыкцев соответствует современной уральской расе, и является исходным для ряда современных этнических групп Саяно-Алтая, в том числе и для части хакасов[12]. Завершение формирования современного антропологического состава хакасов падает на начало II тысячелетия нашей эры, то есть на период расцвета культуры Кыргызского каганата.

В извлечённых мтДНК пяти женщин из останков в погребении таштыкской эпохи выявлены линии C, HV, H, N9a, и T1[13]. Представитель таштыкской культуры TASTYK S34 относится к Y-хромосомной гаплогруппе R1a1a, отличаясь от представителя тагарской культуры TAGAR S24 лишь на одну мутацию и являясь прямым потомком тагарцев, которые, несмотря на смену культуры, продолжали существовать[14].

ПримечанияПравить

  1. Волков В. Г., Харьков В. Н., Степанов В. А. Андроновская и тагарская культуры в свете генетических данных.//Труды Томского областного краеведческого музея им. М. Б. Шатилова.- Томск, 2012.- Т.XVII.- C.147 — 166.
  2. Л.Р. Кызласов, 1960
  3. (Паллас «Путешествия по разным провинциям Российской империи», 788. С.540)
  4. David Nicolle, Angus McBride. Attila and the nomad hordes
  5. 1 2 3 Хакасский музей. Склепы и могилы с посмертными масками
  6. 1 2 3 Э. Б. Вадецкая. К выявлению этнических признаков населения таштыкской культуры // Проблемы происхождения и этнической истории тюркских народов Сибири. Томск, ТГУ, 1987. С. 40-52.
  7. Хакасский музей
  8. Новосибирский справочник. История Сибири. Таштыкская культура (II в. до н. э.—V в. н. э.)
  9. 1 2 Таскин В.С. Материалы по истории сюнну (по китайским источникам). / Предисловие, перевод и примечания В.С. Таскина М.. — С., 1968. — С. 136.
  10. Бичурин Н. Я. Повествования о Доме хойху // Собрание сведений о народах, обитавших в Средней Азии в древние времена. Восточная Литература. Институт этнографии им. Миклухо-Маклая (1950). Дата обращения 19 января 2020.
  11. Ю. С. Худяков. Проблемы истории древних кыргызов (первоначальное расселение) // Этнографическое обозрение. 2001. № 5.
  12. Алексеев В. П. Историческая антропология и этногенез. — М.: «Наука», 1989. — С. 417].
  13. C. Keyser et al. 2009. Ancient DNA provides new insights into the history of south Siberian Kurgan people. Human Genetics.
  14. Волков В. Г., Харьков В. Н., Степанов В. А. Андроновская и тагарская культуры в свете генетических данных.//Труды Томского областного краеведческого музея им. М. Б. Шатилова.- Томск, 2012.- Т.XVII.- C.147 — 166.

ЛитератураПравить