Открыть главное меню

Традиционные воинские игры и забавы русских

Традиционные воинские игры и забавы русского народа — совокупность исторически сложившихся форм традиционных игр и видов физической активности, с выраженным явно или в редуцированном виде военно-прикладным сюжетом. Традиционные воинские игры и забавы существуют в культуре коренных народов и возрождаются сегодня в рамках этноспорта в качестве традиционных игр и спортизированных форм исконных забав[1]

Становление и развитиеПравить

Испокон веков у русских существовало большое разнообразие видов рукопашных состязаний, развивающих различные специальные физические качества, а также навыки прикладного боя. Обучение единоборствам проходило в состязательно-игровой форме, которой Б. В. Горбунов дал обобщенное определение «воинская состязательно-игровая традиция»[2].

Термин воинская состязательно-игровая традиция характеризует явление в историко-этнографическом смысле и в контексте теории этноспорта он становится частью понятия «традиционные воинские игры и забавы».

Особенного расцвета, как в сельской местности, так и в крупных городских центрах традиционные воинские игры и забавы русских достигают в конце XVIII в. Затем на протяжении XIX—XX вв. явление плавно угасает.

В прошлом это социально-историческое явление охватывало все мужское население патриархального общества. По данным исторических исследований на территории Российской Империи ещё в XIX — начале XX в. обычай таких состязаний бытовал, по крайней мере, в 324 уездах (отделах, округах) 62 губерний (областей). В том числе он отмечен в 39 губернских городах, включая обе столицы, в 60 уездных и 16 заштатных городах[3]. То есть данная традиция охватывала всю территории России, заселённую русскими, украинцами и белорусами.

При Екатерине II кулачные бои носили столь открытый характер, что известные Екатерининские фавориты — братья Орловы и граф Растопчин пытаются возглавить эту народную забаву, как бы сделать её государственным установлением. По их указаниям изготавливаются возами и затем раздаются бесплатно боевые рукавицы. Кулачные бойцы поощряются ценными подарками, для крепостных крестьян, в одном из имений Орловых (Ропше, под Петербургом), организуется специальный манеж, где производится тренировка бойцов. Орловы не только присутствуют на боях, но и лично принимают участие в состязаниях.

Насколько серьёзной была попытка Орловых унифицировать русские кулачные бои с целью придать им некий государственный смысл, может служить тот факт, что придворному оружейнику Лебедеву было приказано сделать звезду, которая бы могла служить наградой лучшим кулачным бойцам[4].

В придворной среде и господствующих кругах тогдашнего общества не наблюдалось тяготения к этим видам народной физической культуры. Наоборот, на страсть Орловых к кулачным боям смотрели как на чудачество или, по выражению Дашковой, как на «неистовую вакханалию».

Начав в 1749 г. Службу солдатом в Семёновском полку и получив чин капитана пехоты, Григорий Орлов особенно ценил коллективный кулачный бой — стена-на-стену, как военную игру. По сообщению Дмитрия Ровинского и других авторов Григорий Орлов, часто присутствуя на кулачных боях, живо интересовался ходом сражения, применяемой при этом народной смекалкой и военной хитростью. Фактически братья Орловы попытались сделать из русского кулачного боя некое подобие спорта. Эта идея намного опередила своё время и впоследствии, как это всегда бывает в России, вернулась к нам виде английского бокса.

В 40-60-х г. XX века оживился интерес к традиционным видам физической активности русских. В этот период широкое распространение получают спортизированные русских народных забав: городки, лапта, гиревой спорт. Меньше повезло таким элементам системы военно-физического воспитания как традиционным воинским играм и забавам: кулачному бою стенка-на-стенку и различным вариантам борьбы, рукопашного и палочного боя.

Перед Великой отечественной войны, известный боксёр К. В. Градополов опубликовал правила группового бокса. Он писал: «Прообразом группового бокса (организованного и ограниченного определёнными правилами) является русский самобытный народный спорт — „стенка на стенку“ (кулачный бой)»[5]. С 1941 по 1944 год по групповому боксу проходило первенство тихоокеанского флота, но после войны соревнования прекратились. Градополов ещё не раз касался темы кулачного боя в своих работах, отмечая преемственность советской школы бокса с самобытными формами русского кулачного боя. Причем эти утверждения делались в 1950 г. с международной трибуны на конгрессе АИБА в Копенгагене, где К. В. Градополов выступает с лекцией «Бокс в СССР»[6].

В это же время значительное развитие получила борьба самбо, которая во многом обобщила опыт традиционных видов борьбы народов СССР. Практически все учебные пособия по самбо начинались с исторического описания русской борьбы. Это позиционировало самбо, как, частично, русскую борьбу, делая практически невозможным параллельное развитие самобытных форм. Процесс эмансипации и разрушение традиционного образа жизни в Центральных регионах шёл значительно быстрее, чем в национальных окраинах, что послужило скорейшему исчезновению исконных забав из празднично-досуговой жизни общества.

В 1950-х годах о необходимости возрождения и спортивного развития самобытных форм русской борьбы неоднократно говорил известный спортивный журналист Б. М. Чесноков[7]. Но, к сожалению, дальше декларирования и попытки разработки правил в тот момент дело не пошло.

СостязанияПравить

У каждого коренного народа складывается свой комплекс традиционных видов физической активности, причём их набор может иметь различный качественный состав у локальных групп или субэтносов одного народа, проживающих в различных географических и климатических условиях. Даже беглый анализ показывает, что на их состав наиболее значительное влияние оказывает ландшафт и способы ведения хозяйственной деятельности. У каждого народа складываются особые знаковые формы традиционных игр и исконных забав, которые в границах проживания этноса имеют практически повсеместное (или почти повсеместное) распространение, и служат маркером «свой-чужой», выполняя функцию этнического знака. Они позволяют носителям культурной традиции безошибочно выделять себя из окружающего мира, в том числе культурно противопоставить себя другим народам. Благодаря этому осуществляется процесс культурной идентификации. Как правило, эти традиционные игры имеют характерное отличие от аналогов у других народов.

Прежде всего, такими знаковыми формами являются традиционные воинские игры и забавы. Воинское дело во все время отражало наиболее передовые достижения народа, было остриём, как в области науки и ремесла, так и в области педагогической мысли и техники (способов ведения рукопашного боя). Воинское умение являлось предметом особой гордости народа. Эпос и народная молва, восхваляли героев, проявивших силу и ловкость в реальных и игровых поединках.[8]

С древности традиционные воинские игры и забав существовали, как формы подготовки и выработки устойчивого навыка, контроля уровня подготовки, служили средством воспитания и социализации. Приёмы рукопашного боя накапливались, совершенствовались и вместе с трудовыми навыками передавались из поколения в поколение. До распада традиционного образа жизни народов и появления спорта, как социального явления, воинские игры и забавы были основным средством физического воспитания всех членов общества.

Состязательный раздел традиционного единоборства рукопашка включает в себя спортизированные воинские забавы: борьбу за-вороток, поединок один-на-один и палочный бой. Соревнования по этим видам проводятся в рамках традиционных игр, фестивалей и отдельных соревнований. Также в состязательный раздел входят не спортизированные воинские забавы: кулачный бой стенка-на-стенку и один-на-один. Состязания по этим видам проводятся только в рамках традиционных игр. Кроме этого в тренировочном процессе активно применяются различные традиционные состязания, игры и упражнения, обеспечивающие разностороннюю подготовку рукопашников.

Борьба за-воротокПравить

 
Турнир по русской борьбе за-вороток. Красная площадь, 27 мая 2012 года

Традиционная русская борьба за-вороток — визитная карточка традиционного единоборства рукопашка в полной мере, отражающая самобытность русской борьбы.

Достоверные сведения о традиционных состязаниях борцов у русских относятся к эпохе Древней Руси и датируются X—XI веками. Одним из популярных видов борьбы была борьба «за вороток» или «об одной ручке». Упоминание об этой борьбе дошли до нас в былинах киевского цикла:

«Ай же славныя, богатыри святорусьския! Кто из вас есте горазд бороться об одной ручке?»[9].

Другие названия этого вида борьбы: «в одноручку», «наперекосок»[10], «на одну руку»[11]., «на носок»[12], «с носка»[13].

В том или ином варианте борьба с захватом одной рукой за ворот одежды соперника на территории России встречается практически повсеместно. Известно несколько разновидностей этой воинской забавы.

В первой из них правила обязывали борцов сделать обоюдный захват одной рукой за ворот одежды противника и сохранять его до окончания поединка. Какие-либо захваты другой рукой не разрешались. Владимир Даль в своём Толковом словаре живого великорусского языка так описывает этот вариант борьбы: «Русские борются… с носка — одной рукой друг друга за ворот, а другою не хватать»[14]. Основным здесь был приём под названием «с носка», отчего и происходит одно из названий этого вида борьбы. Суть приёма в XIX веке описал Д. А. Ровинский в книге «Русские народные картинки». Она заключалась в том, что «борец, покосив соперника на правую сторону, вместе с тем подбивал ему носком правой ноги его левую ногу и этим способом мгновенно сшибал его с ног на землю»[15].

Описание такого приёма встречается в исторической песне XVI века о Кострюке:

«Тот его берёт за левый вороток Поднимает на правый носок Он приподнимал повыше себя Ударил о сыру землю»[16].

В XIX — начале XX века эта разновидность борьбы имела широкое распространение и особую популярность в Москве и Центральной России, отсюда и ещё одно название этой борьбы «московская борьба»[17] или «московский способ»[18]. От этого же пошли и известные поговорки: «Москва бьёт с носка, а Питер бока повытер»[19], «Матушка Москва бьёт, родимая с носка»[20].

В другой разновидности этой борьбы разрешалось второй рукой захватывать любую часть тела, одежды противника, но только в момент проведения приёма. Описание её имеется в частности у Д. Н. Мамина-Сибиряка: «Боролись не в охапку по мужицки, а за вороток… Борцы ходили по кругу, взявши друг друга за ворот чекменей правою рукой, — левая шла в дело только в момент схватки. Вся суть заключалась в том, чтобы сбить противника на землю»[21].

Третьей разновидностью была борьба с захватом одной рукой за ворот, а второй за пояс. При этом захват за ворот нельзя было распускать, а захват за пояс мог, как удерживаться только в начале схватки и в её процессе распускаться, так и фиксироваться постоянно. Бытование этой борьбы в середине XX века в Тамбовской области зафиксировано историко-социологическим исследованием. Явление встречается в 28,5 % населённых пунктов области, где отмечена традиция проведения состязаний в борьбе с формированием предварительного захвата[22].

Нередко в этой разновидности борьбы состязания проходили с использованием специальной опояски, которая перекидывалась через плечо, скручивалась на боку и повязывалась вокруг талии. Борьба захватом за ворот и пояс с использованием опояски зафиксирована исследователями на Урале, в Западной Сибири и Северном Казахстане[23].

На Украине известен близкий к этому виду вариант борьбы под названием «навгрудки», где оба борца руками «візьмутся навгрудки» и сохраняя этот захват до конца поединка, «водяться, аж поки попадають, котрий которого повалить»[24].

Замечательное описание борьбы за вороток дал один из последних свидетелей её традиционного бытования в Рязанской области, ведущий российский специалист истории отечественного рукопашного боя, почётный член исполкома Всероссийской федерации самбо, мастер спорта СССР М. Н. Лукашев: «Это был технически наиболее сложный вид единоборства, доступный не каждому…, а лишь умельцам-любителям, охотникам до неё. Отсюда ещё одно её название „охотницкая“. По характеру захвата называлась она также „за вороток“ или „об одной ручке“. Когда в предвоенные годы в Рязанской области я встретил эту борьбу, вероятно, в самый последний перед её исчезновением период существования, то увлеченные подростки именовали её „на ручках“. …борьба… выгодно отличалась своим большим динамизмом, разнообразием и остротой»[25].

Научное изучение русской борьбы было начато в XIX веке И. В. Беляевым[26], продолжено в 1950-х годах известным спортивным журналистом Б. М. Чесноковым[7].

Палочный бойПравить

В числе народных воинских забав в классических работах по этнографии восточных славян повсеместно упоминаются палочные бои. Первые из известных свидетельств об обычае состязаний палочных бойцов относятся к XII—XIII векам[27]. В одном из фрагментов «Книги Степенной Царского родословия» сообщается, что в «некия праздники сходящиеся… деревянным ослопием бьяхуся и убивахуся»[28]. Летописные предания связывают возникновение этого обычая в Новгороде со свержением идола Перуна. Так, Софийская первая летопись повествует: «И вринуша» его в Вохов. Он же, пловя сквозь великы мост, верже палицу свою и рече: «На сем мя поминают новгородскыя дети». По Густынской летописи, поверженный идол Перуна, плывя по Волхову, «верже… палицею… на мост и уби тамо мужей килка… новгородцев, яко оттоле в сие время… коеждо лето на том мосту люди собираются и разделишася надвое играющее убиваются»[29]. О широком бытовании палочных боёв в средневековом Новгороде свидетельствует то, что этот обычай упомянут в проекте договора новгородцев с немецкими городами 1270 года. В нём отмечается, что «между дворами немецкими не должна быть терпима неистовая забава, в коей люди бьются дрекольем»[30]. Не случайно, по-видимому, сцены палочных боев неизменно присутствуют в былинах о новгородском герое Василии Буслаеве.

О палочных боях упоминает австрийский дипломат С. Герберштейн, посетивший Московию в 1517 и 1526 годах[31], а через сто лет другой иностранец А. Олеарий сообщал о палочных боях следующие: «Новгородцы с криком бегали по городу и били друг друга палками с таким увлечением и силою, что воевода с трудом разгонял их»[32]. В 1612 году поляки запретили завозить в Москву колья, так как Москвичи искусно владели палочным боем и представляли серьёзную угрозу захватчикам. О хорошем владении приёмами боя на палках населением Троице-Сергиева Посада свидетельствует адресованное им историческое присловье: «Троичане. Поляки с пушками, а мы с клюшками»[33].

Имеется целый ряд известий о широком, повсеместном бытовании этого обычая в последующее время.

В средневековой Руси палочное противоборство представляло собой не обиходную драку, а «примерный бой», состязание, хотя и весьма жестокое, чреватое травмами и увечьями для бойцов[27].

О состязательно-игровом характере палочных боёв свидетельствует и сообщение побывавшего в Московии в 1663 году английского дипломата графа Карлейля, отметившего, что здесь «в праздничные дни молодые люди имеют обыкновение собираться и развлекаться ударами кулаков и палок», обижаться за это считается между ними неприличным". В начале XX веке автор известного исследования об истории кулачных боёв на Руси А. А. Лебедев писал о найденной в 1908 году приписке в Никоновском списке «Степенной книги»[34], сообщающей о сожжении в 1652 году патриархом Никоном дубинок, которыми бились палочные бойцы в Новгороде, что «это совсем не была драка, ссора, вражда или что-либо подобное, а нечто вроде игрища»[35].

Описание или упоминания обычая состязаний палочных бойцов встречаются в различных источниках на протяжении почти тысячелетия, вплоть до начала 1930-х годов. Большая их часть из великорусских районов, Урала и Сибири[36].

По данным исследований на Тамбовщине состязания в палочном бое «на палках», «на колах», «дубинник» было широко распространено ещё в середине XX века. Рудименты этих состязаний сохранились до 80-х годов в ряде сёл, например, в селе Глазок Мичуринского района и в селе Ивенье Моршанского района. Палочный бой бытовал как в варианте коллективных, так и в варианте индивидуальных состязаний. Локальные варианты связаны с типом применяемых палок (более похожие на дубины, более похожие на жерди, вариации по длине, использование двух палок, в правой руке длинная, а в левой руке короткая).

Поединок один-на-одинПравить

Особой формой поединка на Руси являлся обычай так называемого «поля», когда в споре обидчик традиционно вызывался на поединок, который решал кто прав, а кто виноват. Подобные поединки относились исторически к принятому в обычном праве способу определения победителя в тяжбе, который именовался «божий суд», или ордалии. Ордалии, наряду с поединком включали так же такие испытания как испытания огнём и водой.

В. И. Даль в своём Толковом словаре так определяет это явление: «Поединок — бой, по вызову, один-на-один, единоборство; дуэль; драка в одиночку, голова-на-голову, старинное поле и Божий суд»[37].

По видимому, само слово поединок происходит от слова поединиться, то есть примириться. Так в 1503 г. в Привилегиях боярам и мещанам Витебским указано: «Которые Витибляне меж собой побьются, а за тем поеднаются, ино нам куница»[38]. Основная функция этого вида состязаний в народной культуре — регулятивная, призванная исчерпать конфликт, примирить враждующие стороны.

В обычном праве существовало понимание преступления как личной обиды, как нанесенного бесчестья, откуда вытекало убеждение, что судить за проступки против личности и имущества следует самому потерпевшему, и только за преступления, направленные против общественного порядка, судить и наказывать должен суд[39].

Отсюда и понятие судного поединка как «божьего суда». Потерпевший должен оправдаться от позора и сам наказать виновного[40].

Впоследствии, с возникновением письменного права обычай поля закрепился как судный поединок. Правила такого поединка хорошо известны из Судебников 1497 и 1550 годов, а также из Псковской судной грамоты 1407—1467 годов[41]. Наиболее древние упоминания обычая поля встречаются в свидетельствах арабских писателей и договоре смоленского князя Мстислава с Ригою и Готским берегом (1229 год)[42].

К XVI веку сформировался институт профессиональных наёмных бойцов — «наймитов», которые зарабатывали на жизнь тем, что нанимались для участия в судном поединке. В судном поединке можно было доказать свою правоту силой своего тела, при этом специальные правила исключали ситуацию неравенства поединщиков, так нельзя было биться профессиональному наёмному бойцу с «не бойцом»[43].

«Поле» проводилось в двух вариантах: с оружием и без оружия. Иностранец Р. Ченслер, посетивший Россию в XVI веке приводит слова одного истца: «Я могу доказать свою правоту своим телом и руками или телом моего бойца»[44]. А. Олеарий говорит, что поединок мог вестись «врукопашную», «руками и мышцами»[45]. О существовании судных поединков без оружия указывают исследователи рукопашных состязаний XIX века: А. А. Лебедев, Н. Я. Никифоровский, Б. В. Горбунов[46]. Вооружённый поединок мог проводиться по свидетельству С. Гереберштейна, посетившего Россию во времена Ивана III, в латах, со щитом, при вооружении особым копьём с разветвлённым заострённым концом, топором, и особым оружием вроде кинжала, заострённым с обеих концов и отверстие посередине в которое вставлялась рука[47], последнее было, видимо, аналогом известного в Индии «маду». Другим вариантом вооружённого поединка был поединок на дубинах или ослопах. По сведениям Н. М. Карамзина, бойцы — «полевщики» «сражались у нас ослопами или дубинами»[48].

Победителем в «поле» признавался тот, кто повергнет противника на землю. На это указывает выражение Судебников о побежденных: «А на убитом истцово доправить». Слово «убитый» здесь не имеет собственного значения, означает поверженного на землю, потому что далее закон говорит о взысканиях с него пошлин и платежей. За реальное убийство на «поле» грозили серьёзные санкции, привлечение к уголовной ответственности, проклятие и отлучение от церкви, а умерших на поле запрещалось отпевать. Победитель зачастую имел право снять с побеждённого одежду, которая в прошлом была достаточно ценной сама по себе, при этом до сих пор в традиции осуждается и не допускается снятие одежды с мёртвого.

В народной среде обычай решать спорные вопросы в поединке просуществовал в России вплоть до середины XX века, а в детской среде до конца прошлого века. Это говорит об устойчивости данной традиции[49].

Поединки могли проходить, как в виде состязаний в кулачном, палочном бое или борьбе[50], так и в виде свободного боя с применением приёмов кулачного боя и борьбы. Использование того, или иного технического арсенала могло определяться предварительным уговором, либо зависело от принципиальности самого конфликта, серьёзности спора, а также от региональных особенностей, традиционных укладов отдельных населённых пунктов и групп населения. Как правило, жители одного населённого пункта выясняли отношения в поединках в виде кулачного боя и борьбы, а с жителями других населённых пунктов в свободном поединке.

Б. В. Горбунов считает, что поединок, включающий в себя кулачный бой и борьбу, является архаичной формой рукопашных состязаний, где противоборство выступает в нерасчлененном виде[51]. В ряде локальных вариантов ему удалось зафиксировать состязания, включающие в себя элементы борцовского и кулачного противоборства. Так в центральной России, в частности в Рыбинске[52], и в Витебске[53], бытовала особая разновидность боя один-на- один, где наряду с ударами разрешалось использование захватов и приёмов борьбы. Единоборство, где использовалось в соединении борьба и кулачный бой, описано в известии о поединке Кожемяки с печенегом под 992 г. в Большой Львовской летописи[54]. Такого рода поединки нередко изображены в русских былинах. Так, в былине «Илья Муромец и дочь его» в сцене состязания Ильи и «Поляницы»:

«Й он смахнул своёй да правой ручушкой, Да он сшиб-то ведь богатыря… Он хватил как поляницу на косу бодру, Да спустил он ю на матушку сыру землю…»[55]

Вероятней всего в прошлом состязания с элементами борьбы и кулачного боя имели повсеместное распространение. Однако до нас они дошли в особой форме состязательного боя — традиции поединка один-на-один. Эта традиция фиксируется на всей территории проживания русских, в том числе и на Тамбовщине.

В свободном поединке проигрывал тот, на ком кровь, кто признавал себя побежденным, кто не мог сопротивляться подавлению забиванием, или кто удерживался на земле достаточное длительное время и не мог сопротивляться.

Традиция проведения особого вида состязаний «поля», в виде поединка один-на-один без применения оружия, была спортизированна и вошла составной частью в этноспорт русская рукопашка. Первые правила по этому виду состязаний были разработаны А. С. Тедорадзе и В. А. Климушкиным в 1999 году, в этом же году состоялись и первые соревнования.

Сегодня по этому виду состязаний проводятся соревнования на выбывание и по-вызову. Схватка проходит в стойке и на земле. Согласно народной традиции удары ногами выше пояса запрещены. В спортизированном варианте поединка один-на-один основное время схватки ограничено тремя минутами и одной минутой дополнительного времени. Схватку выигрывает рукопашник, выполнивший удушение, болевой приём, или, поразивший соперника ударом, после которого последний не может продолжать бой. Так же бой выигрывает боец, выполнивший забивание соперника стоя — по правилу «до одного раза», или забивание сидя — по правилу «до трёх раз». Если основное время закончилось в ничью, то в дополнительное время побеждает рукопашник, первым выполнивший результативные действия или удержавши соперника на земле больше 10 секунд. Боец на лице которого появилась кровь проигрывает схватку.

Кулачный бой стенка-на-стенку и один-на-одинПравить

Стеношный бой — самая популярная коллективная воинская забава в кулачном бое, где участвовали две противоборствующие партии, бытовал в России с древнейших времён. Существовали различные названия этого вида состязаний: «кулачки»[56], «стенка на стенку»[57], «стена на стену»[58], «стенки»[59], «бой стенками»[60], «стенной бой»[61], «стеношный бой»[62]. В целом для русских характерны единые правила проведения состязаний на всей территории расселения.

Упоминания о традиционных состязаниях в кулачном бое русских появляются сравнительно рано. Так, С. М. Соловьев не без основания полагал, что один из фрагментов «Повести временных лет», — «видим бо игрища утолчена и людей множество на них, яко упихати начнут друг друга…» (1068 г.), сообщает о состязаниях в борьбе или кулачном бою[63]. Наиболее древнее изображение кулачных бойцов находится на фреске Киевского Софийского собора XI в. Первое упоминание, которое описывает кулачный бой, мы обнаруживаем под 1274 г. в Лаврентьевской летописи. Так, на духовном сборе во Владимире митрополит Кирилл говорил: «Узнал я…, в божественные праздники со свистом, кличем и воплем бьются…»[64].

Характерная черта стеношного боя — линейные построения, необходимость которых диктуется задачей состязания: вытеснить противоположную партию с боевой площадки. В момент схватки линия нередко разрушалась, однако участники стремились сохранить взаимодействие. Отступивший противник перегруппировывался, собирал новые силы, и после передышки, снова вступал в бой. Таким образом, бой состоял из отдельных схваток и длился обычно несколько часов до тех пор, пока одна из сторон окончательно не одолевала другую.

Масштабы массовых кулачных боев были самыми различными. Бились улица на улицу, район на район, село на село, группа сел на группу сел и т. п. Нередко кулачные бои собирали несколько тысяч участников.

Как отмечают современники «кулачные бои имели твердые правила». Их можно свести к следующим основным положениям:

  • бой должен вестись голыми кулаками или в рукавицах;
  • никаких твердых предметов, называемых закладками, или пятаков, зажимаемых в ладони, чтобы крепче сжать кулак и усилить этим действие ударов, иметь под рукавицами не полагалось;
  • запрещалось нападать на упавшего противника или противника, который присел («лежачего не бьют» — русская пословица, навеянная кулачным боем, стала синонимом русского благородства, аналогична ей и другая пословица: «лежачий в драку не ходит»);
  • запрещалось бить с подножкой, наносить удары ногами[65];
  • «мазку не бьют» (под «мазкой» понималась кровь на лице)[66];
  • запрещалось «бить с крыла», то есть со стороны, с боку, если противник тебя не видит[67].

Нарушителя ждало не только суровое физическое наказание, но и общественное осуждение. За соблюдением правил строго следили старики и зрители. Знатоки говорили так: «Игра — драка честна»[68].

Накануне боя руководитель каждой стороны вместе с группой своих бойцов разрабатывал план предстоящего боя, например, выделялись сильнейшие бойцы и распределялись по местам вдоль всей «стены» для руководства отдельными группами бойцов, составлявших боевую линию «стены». Намечались резервы для решительного удара и маскировка в построении главной группы бойцов, выделялась особая группа бойцов для того, чтобы выбить из боя какого-нибудь определенного бойца со стороны противника и т. п. Во время боя руководители сторон, непосредственно участвуя в нем, подбадривали своих бойцов, определяли момент и направление решительного удара.

Сценарий проведения состязаний по стеношному бою в целом по России был одинаковым. Бой начинали дети, затем бились подростки и лишь затем взрослые мужчины.

Стеношному бою, как правило, предшествовали одиночные кулачные бои один-на-один. В них участвовали «лучшие бойцы». Такие бои проходили по уговору до одного или трёх сбиваний противника на землю.

Традиция проведения кулачек долгое время была способом всеобщей воинской подготовки.

Последнее достоверное известие о проведении кулачного боя «стенка на стенку» в его исконной, архаичной форме в России зафиксировано на территории Тамбовской области и относится к 90-м годам XX в. (Тамбовская область, Сосновский район, с. Атманов Угол). В этом селе до сих пор живут носители традиции.

Сегодня кулачки восстанавливаются в рамках традиционных игр, нового формата мероприятий этноспорта.

Традиционные игры русскихПравить

Традиционные игры — публичные состязания в виде исконных забав, являющиеся составной частью этнокультурных обрядов и традиционных праздников. В настоящее время традиционные игры проводятся как этнокультурные фестивали и провозглашены ЮНЕСКО неотъемлемой составной частью культурного наследия человечества. Из проводящихся в России традиционных игр можно выделить Игры Тыгына на празднике Ысыах в Якутии; состязания батыров на празднике Сабантуй в Татарстане; состязания бааторов Срединного мира на Ёрдынских играх в Иркутской области; состязания на празднике Джангариада в Калмыкии; казацкие шермиции в Ростовской области; состязания шудонъёс на празднике Гербер в Удмуртии[69].

Понятие «традиционные игры» предложено российским культурологом, членом Научного совета РАН по изучению и охране природного и культурного наследия А. В. Кыласовым в теории этноспорта, изложенной в виде обширной статьи в Энциклопедии систем жизнеобеспечения (EOLSS) ЮНЕСКО[70].

ПримечанияПравить

  1. Тедорадзе А. С. К вопросу о возможности восстановления традиционных игр русского народа // Традиционные игры и национальные виды спорта: опыт межрегионального взаимодействия: материалы межрег. науч.-прак. конф. Якутск, 2012. с.43-49.
  2. Горбунов Б. В. Воинская состязательно-игровая традиция в народной культуре русских. Историко-этнографическое исследование. М., 1999.
  3. Горбунов Б. В. Традиционные рукопашные состязания в народной культуре восточных славян XIX — начала XX вв. М., 1997. С.10, 18.
  4. Новоселов Н. П. Военные игры русского народа и их отношение к эпохе военной демократии. Диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. М., 1948.С.38-40.
  5. Градополов К. В. Бокс. Пособие по обучению и тренировке/Групповой бокс. М., 1941 г., С.176-180. Федерация традиционного рукопашного боя
  6. Государственный архив Российской Федерации Ф.7576. Оп.14. Д.135.
  7. 1 2 Чесноков Б. М. Русская народная борьба // Теория и практика физической культуры. М., 1955. № 11. С.842-847.
  8. Тедорадзе А. С. К вопросу о возможности восстановления традиционных игр русского народа // Традиционные игры и национальные виды спорта: опыт межрегионального взаимодействия: материалы межрег. науч.-прак. конф. Якутск, 2012. С.43-49.
  9. Онежские былины, записанные А. Ф. Гильфердингом летом 1871 года. М.-Л., 1950, Т.2., С.83.
  10. Толубеев Н. И. Записки Н. И. Толубеева (1780—1809 г.). СПб., 1889. С.11.
  11. П.М Материалы для истории и этнографии. Вытегорские Кондужи // Олонецкие губ. вед, — 1874. № 26. С.329.; Северные предания. Беломорско-Обонежский регион / Изд. подг. Криничная Н. А. Л., 1978. С.76
  12. Миллер О. Ф. Хрестоматия к опыту исторического обозрения русской словесности. СПб., 1863. Ч.1. С.9.; О. П. Кулачные бои в Томске // Томские губ. вед. 1858. № 27. С.219.
  13. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. М., 1981. Т.1. С.117.; Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. М., 1981. Т.2. С.556.; Максимов С. В. Крылатые слова // Собр.соч. СПб., 1909. Т.15. С.298.; Щукин Н. С. Народные увеселения в Иркутской губернии // Записки ИРГО по отделению этнографии. СПб., 1869. Т.2. С.396.
  14. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. М., 1981. Т.1. С.117.
  15. Ровинский Д. А. Русские народные картинки. Кн. V / Сборник ОРЯС. T.XXVII. СПб., 1881. С.220.
  16. Собрание народных песен П. В. Киреевского. Записи Языковых в Симбирской и Оренбургской губерниях. Л., 1977. Т. 1. С.67.
  17. Белоусов И. А. Ушедшая Москва // Ушедшая Москва. Воспоминания современников о Москве второй половины XIX в. М., 1964. С.347.
  18. Ровинский Д. А. Русские народные картинки. Кн. V / Сборник ОРЯС. T.XXVII. СПб., 1881. C.220.
  19. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. М., 1995. Т.2. С.556.
  20. Ровинский Д. А. Русские народные картинки. СПб., 1881. C.219-222.
  21. Мамин-Сибиряк Д. Н. Три конца. Уральская летопись // Собр.соч. в 10 т. Т.7. М., 1958. С.98-100.
  22. Тедорадзе А. С. Русские рукопашные состязания как явление социальной истории аграрного общества. Тамбовская губерния, вторая половина XIX — первая половина XX в. Диссертация на соискание учёной степени кандидата исторических наук. Тамбов, 2002. С.73-74,138. Федерация традиционного рукопашного боя
  23. Зобнин Ф. Игры в слободе Усть-Ницьшской Тюменского округа // ЖС. — Вып.1. СПб., 1896. С.37-64.; Горбунов Б. В. Воинская состязательно-игровая традиция в народной культуре русских. М., 1998. С.228.
  24. Заглада Н. Побут селянськоi дитини. Т.1. К., 1929. С.163.
  25. Лукашев М. Н. И были схватки боевые. М., 1990. С.67.
  26. Беляев И. В. Борцы в Древней Руси // Русская беседа. М., 1856. Т.2. С.57-71.
  27. 1 2 Горбунов Б. В. Воинская состязательно-игровая традиция в народной культуре русских. Историко-этнографическое исследование. М., 1999. С. 26.
  28. Книга Степенная Царского родословия. Ч.1-2 / ПСРЛ. T. XXI. Первая половина. СПб., 1908. С.110.
  29. Густынская летопись // ПСРЛ. Т.2. СПб., 1843. С.258-259.
  30. Андреевский И. О договоре Новгорода с немецкими городами и Готландом, заключенном в 1270 году. СПб., 1855. С.28.
  31. Герберштейн С. Записки о московитских делах. СПб., 1908. XII. С.119.
  32. Олеарий А. Подробное описание путешествия голштинского посольства в Московию и Персию в 1633,1636, 1639 годах / Пер. Барсова П. М., 1870. XIV. С.81.
  33. Сахаров И. П. Сказания русского народа, собранные И. П. Сахаровым. М., 1990. С.222.
  34. Лебедев А. А. К истории кулачных боев на Руси // PC. Т.155. СПб., 1913. № 7. С.103.
  35. Протокол общего собрания Общества любителей древней письменности 13 мая 1909 г. //Отчеты о заседаниях Общества любителей древности и искусства. М., 1911. № 176.
  36. Горбунов Б. В. Воинская состязательно-игровая традиция в народной культуре русских. Историко-этнографическое исследование. М., 1999. С.26-33.
  37. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. М., 1995. Т.3. С.220.
  38. Срезневский И. И. Словарь древнерусского языка. М., 1989. Т.2. Ч.2. С.1077.
  39. Миронов Б. Н. Социальная история России периода империи (XVIII — начала XX в.). Т.2. СПб., 2000 г. С.68.
  40. Тедорадзе А. С. Русские рукопашные состязания как явление социальной истории аграрного общества. Тамбовская губерния, вторая половина XIX — первая половина XX в. Диссертация на соискание учёной степени кандидата исторических наук. Тамбов, 2002. С.174-180.
  41. Мартысевич И. Д. Псковская судная грамота. М., 1951.С.128-129.; Политическая история России: Хрестоматия / Сост. В. И. Коваленко, А. Н. Медушевский, Е. Н. Мощелков. М., 1996. С.54-69.
  42. Смоленские грамоты XIII—XIV веков. Подготовили к печати Т. А. Сумникова и В. В. Лопатин. Под ред. чл.-корр. АН СССР Р. И. Аванесова, М., 1963.
  43. Политическая история России: Хрестоматия / Сост. В. И. Коваленко, А. Н. Медушевский, Е. Н. Мощелков. М., 1996. С.71.
  44. Английские путешественники в Московском государстве в XVII веке. Л.,1937. С.63.
  45. Олеарий А. Подробное описание путешествия голштинского посольства в Московию и Персию в 1633, 1636, 1639 гг.. М., 1870. С.83-84.
  46. Лебедев А. А. К истории кулачных боев на Руси // РС. Т.155. СПб., 1913. № 8. С.328-329; Никифоровский Н. Я. Странички из недавней старины города Витебска. Витебск, 1899.; Горбунов Б. В. Традиционные рукопашные состязания в народной культуре восточных славян XIX — начала XX в. М., 1997. С.103, 128.
  47. Герберштейн С. Записки о московитских делах. СПб., 1908. XII, С.120.
  48. Карамзин Н. М. История государства Российского. Т.6. Примеч.609.
  49. Горбунов Б. В. Воинская состязательно-игровая традиция в народной культуре русских. Историко-этнографическое исследование. М., 1999. С.208.; Тедорадзе А. С. Русские рукопашные состязания как явление социальной истории аграрного общества. Тамбовская губерния, вторая половина XIX — первая половина XX в. Диссертация на соискание учёной степени кандидата исторических наук. Тамбов, 2002. С.179-180.
  50. Горбунов Б. В. Воинская состязательно-игровая традиция в народной культуре русских. Историко-этнографическое исследование. М., 1999. С.208.
  51. Горбунов Б. В. Воинская состязательно-игровая традиция в народной культуре русских. Историко-этнографическое исследование. М., 1999. С.37.
  52. Полилов-Северцев Г. Т. Наши деды — купцы. Бытовые картины начала XIX столетия. СПб., 1907. С.213.; Холщевников С. А. Первая смена. Очерк // Вестник Европы. Т.4. М., 1909. С.202.
  53. А. П. Ледовое побоище // Витебские губернские ведомости. 1901 г. № 34. С.2-3.
  54. Большая Львовская летопись / ПСРЛ. СПб., 1910. Т.XX. Ч.1. С.83.
  55. Онежские былины, записанные А. Ф. Гильфердингом летом 1871 года. М.-Л.., 1949. Т.2. С.45.
  56. Горбунов Б. В. Воинская состязательно-игровая традиция в народной культуре русских. Историко-этнографическое исследование. М., 1999. С.267.
  57. Горбунов Б. В. Воинская состязательно-игровая традиция в народной культуре русских. Историко-этнографическое исследование. М., 1999. С.43.
  58. Полилов-Северцев Г. Т. Наши деды — купцы. Бытовые картины начала XIX столетия. СПб., 1907. С.211
  59. Немчинов Е. И. Воспоминания старого рабочего // Ушедшая Москва. Воспоминания современников о Москве второй половины XIX в. — М., 1964. С.43.
  60. Коломенский Ф. Кулачные бои «в одиночку» в середине XIX столетия // Геркулес. Пг., 1916. № 1. С.10.
  61. Снегирев И. М. Русские простонародные праздники и суеверные обряды. М., 1837. Вып.2. С.126.
  62. Тедорадзе А. С. Русские рукопашные состязания как явление социальной истории аграрного общества. Тамбовская губерния, вторая половина XIX — первая половина XX в. Диссертация на соискание учёной степени кандидата исторических наук. Тамбов, 2002. С.60.
  63. Соловьев С. М. История России с древнейших времен. Кн.2. М.,1960. С.70.
  64. Лаврентьевская летопись. М., 1872. Вып.1. С.165-166.
  65. Градополов К. В. Бокс. М., 1951. С.11.
  66. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. М., 1995. Т.2. С.215.
  67. Пирожков Г. Кулачки // Новая тамбовская газета. 1996. № 5.
  68. Раевский А. И. Наблюдения в селах Пеньки, Серповое, Мутасьево, Борки, Алкужи Моршанского района. Запись 1995 г.
  69. Кыласов А. В. Методология и терминология этноспорта // Вестник спортивной науки, 2011, № 5. — С. 41-43.
  70. Kylasov, A., Gavrov, S. Ethnocultural diversity of sport // Encyclopedia of Life Support Systems (EOLSS). Sport Science. — UNESCO/EOLSS, Magister-press, 2011. — P. 462—491

ЛитератураПравить