Открыть главное меню

Со́фья Алексе́евна (17 [27] сентября 1657 — 3 [14] июля 1704[3]) — царевна, дочь царя Алексея Михайловича, в 16821689 годах регент при младших братьях Петре и Иване.

Софья Алексеевна
Софія Алеѯiевна
Софья Алексеевна
Великая Государыня Царевна и Великая княжна[1]
Правительница-регентша Российского царства
29 мая (8 июня) 1682 — 7 сентября (17 сентября) 1689[2]
Предшественник Нарышкина, Наталья Кирилловна
Преемник Должность упразднена
Рождение 17 (27) сентября 1657(1657-09-27)
Москва
Смерть 3 (14) июля 1704(1704-07-14) (46 лет)
Москва
Место погребения Новодевичий монастырь
Род Романовы
Отец Алексей Михайлович
Мать Мария Ильинична Милославская
Супруг нет
Дети нет
Вероисповедание православная церковь
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе

Содержание

БиографияПравить

Ранние годыПравить

Царевна Софья Алексеевна родилась в семье Алексея Михайловича и его первой жены — Марии Ильиничны Милославской и была шестым ребёнком и четвёртой дочерью среди шестнадцати детей Алексея Михайловича. Получила традиционное княжеское имя «Софья», так же звалась её рано умершая тетка — царевна Софья Михайловна.

Стрелецкий бунт 1682 года и приход к властиПравить

27 апреля (7 мая) 1682 года после 6 лет правления скончался болезненный царь Фёдор III Алексеевич. Встал вопрос, кому наследовать престол: старшему болезненному Ивану согласно обычаю или малолетнему Петру. Заручившись поддержкой патриарха Иоакима, Нарышкины и их сторонники 27 апреля (7 мая) 1682 года возвели на престол Петра. Фактически к власти пришёл клан Нарышкиных и вызванный из ссылки Артамон Матвеев, объявленный «великим опекуном». Сторонникам Ивана Алексеевича было затруднительно поддерживать их претендента, который не мог царствовать из-за крайне слабого здоровья. Организаторы фактически дворцового переворота объявили версию о собственноручной передаче «скипетра» умирающим Фёдором Алексеевичем своему младшему брату Петру, но достоверных свидетельств тому предъявлено не было.

 
Мятеж стрельцов в 1682. Стрельцы выволакивают из дворца Ивана Нарышкина. Пока Пётр I утешает мать, царевна Софья наблюдает с удовлетворением. Картина А. И. Корзухина, 1882

Милославские, родственники царевича Ивана и царевны Софьи по их матери, усмотрели в провозглашении Петра царём ущемление своих интересов. Стрельцы, которых в Москве было более 20 тысяч, уже давно проявляли недовольство и своенравие; и, видимо, подстрекаемые Милославскими, 15 (25 мая) 1682 года выступили открыто: с криками, что Нарышкины задушили царевича Ивана, двинулись к Кремлю. Наталья Кирилловна, надеясь успокоить бунтовщиков, вместе с патриархом и боярами вывела Петра с братом на Красное крыльцо. Однако восстание не закончилось. В первые часы были убиты бояре Артамон Матвеев и Михаил Долгоруков, потом и другие сторонники царицы Натальи, в том числе два её брата Нарышкины.

26 мая выборные от стрелецких полков явились во дворец и потребовали, чтобы старший Иван признавался первым царём, а младший Пётр — вторым. Опасаясь повторения погрома, бояре согласились, и патриарх Иоаким тотчас же совершил в Успенском соборе торжественный молебен о здравии двух наречённых царей; а 25 июня венчал их на царство.

 
Копия наградного «угорского» золотого за Крымские походы с изображениями Петра I и Ивана V (орёл). Царевна Софья (аверс). 1689 год

29 мая стрельцы настояли, чтобы царевна Софья Алексеевна приняла на себя управление государством по причине малолетства её братьев. Царица Наталья Кирилловна должна была вместе с сыном Петром — вторым царём — удалиться от двора в подмосковный дворец в селе Преображенском.

РегентствоПравить

Софья правила, опираясь на своего фаворита Василия Голицына. У де ла Нёвилля и Куракина приведены позднейшие слухи о том, что между Софьей и Голицыным существовала плотская связь. Однако свидетельства времени её правления не подтверждают этого. «Дипломаты не видели в их отношениях ничего, кроме благоволения Софьи к князю, и не находили в них непременного эротического оттенка»[4].

Царевна продолжила борьбу с «расколом» уже на законодательном уровне, приняв в 1685 году «12 статей», на основании которых были казнены тысячи человек, обвинённых в «расколе».

Вольтер говорил о ней: «Она имела много ума, сочиняла стихи, писала и говорила хорошо, с приятной наружностью соединяла множество талантов; они были омрачены только её честолюбием».

При Софье был заключен выгодный для России «Вечный мир» с Польшей, невыгодный Нерчинский договор с Китаем (первый русско-китайский договор, действовал до 1858 года). В 1687 и 1689 под руководством Василия Голицына были предприняты походы против крымских татар, но они не принесли большой выгоды, хотя и укрепили авторитет России в глазах союзников по Священной лиге. 21 июля 1687 года в Париж прибыло русское посольство, посланное регентшей к Людовику XIV с предложением присоединиться к Священной лиге против турецкого султана, — на тот момент французского союзника[5].

НизложениеПравить

 
Заточение царевны Софьи в Новодевичий монастырь в 1689 году. Миниатюра из рукописи 1-й пол. 18 века «История Петра I», соч. П. Крекшина. Собрание А. Барятинского. ГИМ.

30 мая 1689 года Петру I исполнилось 17 лет. К этому времени он, по настоянию матери, царицы Натальи Кирилловны, женился на Евдокии Лопухиной, и, по обычаям того времени, вступил в пору совершеннолетия. Старший царь Иван тоже был женат. Таким образом, не оставалось формальных оснований для регентства Софьи Алексеевны (малолетство царей), но она продолжала удерживать в своих руках бразды правления. Пётр предпринимал попытки настоять на своих правах, но безрезультатно: стрелецкие начальники и приказные сановники, получившие свои должности из рук Софьи, по-прежнему выполняли только её распоряжения.

Между Кремлём (резиденцией Софьи) и двором Петра в Преображенском установилась атмосфера враждебности и недоверия. Каждая из сторон подозревала противную в намерении разрешить противостояние силовым, кровавым путём.

В ночь с 7-го на 8-е августа несколько стрельцов прибыли в Преображенское и донесли царю о готовящемся покушении на него. Пётр был очень напуган и верхом, в сопровождении нескольких телохранителей, тут же ускакал в Троице-Сергиев монастырь. Утром следующего дня туда же отправились царица Наталья и царица Евдокия в сопровождении всего потешного войска, которое к тому времени составляло внушительную военную силу, способную выдержать длительную осаду в троицких стенах.

В Москве известие о бегстве царя из Преображенского произвело потрясающее впечатление: все понимали, что начиналась междоусобица, грозившая большим кровопролитием. Софья упросила патриарха Иоакима поехать в Троицу, чтобы склонить Петра к переговорам, но в Москву патриарх не возвратился и объявил Петра полноправным самодержцем.

27 августа из Троицы пришёл царский указ, подписанный Петром, с требованием всем стрелецким полковникам явиться в распоряжение царя в сопровождении стрелецких выборных, по 10 человек от каждого полка, за неисполнение — смертная казнь. Софья, со своей стороны, запретила стрельцам покидать Москву, также под страхом смерти.

Некоторые стрелецкие начальники и рядовые стали уходить к Троице. Софья чувствовала, что время работает против неё, и решила лично договориться с младшим братом, для чего выехала в Троицу в сопровождении небольшой охраны, но в селе Воздвиженском была задержана стрелецким нарядом, а посланные ей навстречу стольник И. Бутурлин, а затем боярин, князь Троекуров объявили ей, что царь её не примет, а если она попытается продолжать свой путь в Троицу, к ней будет применена сила. Софья возвратилась в Москву ни с чем.

Об этой неудаче Софьи стало широко известно, и бегство бояр, приказных чиновников и стрельцов из Москвы увеличилось. В Троице их благожелательно встречал князь Борис Голицын — бывший дядька[6] царя, на это время ставший главным советником Петра, и распорядителем в его ставке. Вновь прибывшим высокопоставленным сановникам и стрелецким начальникам он самолично подносил чарку и от имени царя благодарил за верную службу. Рядовым стрельцам тоже раздавали водку и наградные.

Пётр в Троице вёл образцовую жизнь Московского царя: присутствовал на всех богослужениях, оставшееся время проводил в советах с членами боярской думы и в беседах с церковными иерархами, отдыхал только в кругу семьи, носил русское платье, немцев не принимал, что разительно отличалось от образа жизни, который он вёл в Преображенском и который неодобрительно воспринимался бо́льшей частью всех слоёв русского общества — шумные и скандальные застолья и забавы, занятия с потешными, в которых он нередко выступал в роли младшего офицера, а то и рядового, частые посещения Кукуя, а, в особенности, то, что царь с немцами держался, как с равными себе, в то время как даже самые знатные и сановные русские, обращаясь к нему, согласно этикету должны были называть себя его рабами и холопами.

Между тем, власть Софьи неуклонно сыпалась: в начале сентября в Троицу ушла во главе с генералом П. Гордоном наёмная иноземная пехота — наиболее боеспособная часть русского войска. Там она присягнула царю, лично вышедшему навстречу. Высший сановник правительства Софьи, «царственные большие печати и государственных великих посольских дел оберегатель», Василий Голицын уехал в своё подмосковное имение Медведково, и устранился от политической борьбы. Активно поддерживал правительницу только начальник стрелецкого приказа Фёдор Шакловитый, всеми средствами старавшийся удержать стрельцов в Москве.

От царя пришёл новый указ — схватить (арестовать) Шакловитого и доставить в Троицу в железах (в цепях) для сыска (следствия) по делу о покушении на царя, а все, кто поддержит Шакловитого, разделят его судьбу. Остававшиеся в Москве стрельцы потребовали от Софьи выдачи Шакловитого. Она сначала отказывалась, но была вынуждена уступить. Шакловитый был отвезён в Троицу, под пыткой дал признание и был обезглавлен. Одним из последних явился в Троицу князь Василий Голицын, где он не был допущен к царю, и сослан с семьёй в Пинегу, в Архангельский край.

У правительницы не осталось приверженцев, готовых рисковать головой ради её интересов, и когда Пётр потребовал, чтобы Софья удалилась в Святодуховский монастырь в Путивле, ей пришлось подчиниться. Вскоре Пётр решил, что держать её вдалеке небезопасно, и перевёл в Новодевичий монастырь. В монастыре к ней была приставлена стража.

Жизнь в монастыре, смертьПравить

Во время стрелецкого восстания 1698 года стрельцы, по данным следствия, намеревались позвать её на царство. После подавления бунта Софья пострижена в монахини под именем Сусанны.

Умерла 3 (14) июля 1704, перед смертью постриглась в великую схиму, взяв себе прежнее имя, София. Похоронена в Смоленском соборе Новодевичьего монастыря в Москве. В старообрядческом скиту Шарпан находится захоронение схимницы Прасковьи («царицына могила») в окружении 12-ти безымянных могил. Староверы считают эту Прасковью царевной Софьей, якобы бежавшей из Новодевичьего монастыря с 12-ю стрельцами[7].

Личная жизнь и характерПравить

В 10-летнем возрасте воспитанием царевны Софьи Алексеевны занялся знаменитый придворный поэт и богослов Симеон Полоцкий[8]. В результате уже в юном возрасте Софья отличалась умом и образованностью, что отмечали даже её враги[9]. Сильвестр (Медведев) приписывал ей семь даров духа, семь добродетелей: мудрость, целомудрие, правдолюбие, благочестие, щедрость, великодушие и чудный дар слова[10]. Софья была знакома с латынью, свободно владела польским[11]. Софья Алексеевна обладала обширной библиотекой, в которой в основном содержались произведения богословского и религиозного характера. Некоторые из её книг с собственноручными подписями царевны до сих пор хранятся в Новодевичьем монастыре[12]. Ещё будучи молодой девушкой 19 – 20 лет она читала в черновом варианте полемический религиозный трактат Симеона Полоцкого «Венец веры», которые настолько ей понравился, что она приказала изготовить себе специальный книжный вариант произведения [13][14], что показывает как глубоко она воспринимала богословские вопросы несмотря на свой юный возраст[15]. В Теремном дворце сохранился ковёр, вышитый Софьей, а также Евангелие, которое она переписала собственной рукой[11]. Впрочем не все историки признают её авторство. В XIX веке бытовало мнение, что Софья сама писала стихи и пьесы и была талантливым драматургом, однако современные исследования опровергают это, более того – они показывают что при Софье началось свёртывание театральной жизни, начавшей зарождаться при Алексее Михайловиче, как часть борьбы против “порчи нравов”[16].

Современники также отмечали её набожность и богобоязненность[17], передавшуюся ей от отца. И. Е. Забелин писал, что царевна Софья «по смыслу своего положения в обществе, была монастырка, постница, пустынница» [18]. По словам британской исследовательницы Линдси Хьюз жизнь Софьи “скорее всего, протекала перед церковным алтарем и иконами, а не на театральных подмостках, а круг ее чтения состоял из Псалтири, Евангелия и житийной литературы … Стены ее комнат украшали иконы и картины, написанные на библейские сюжеты”[19]. При Софье резко усиливаются гонения на старообрядцев. В Великом посту 1685 г. были приняты знаменитые 12 статей против старообрядцев, в результате чего тысячи человек подверглись смерти, изгнанию и пыткам[20].

Спорным остаётся вопрос о личной жизни царевны Софьи, в частности наличие любовной связи с князем Василием Голицыным. Некоторые авторы отрицают наличие между ними подобных отношений, указывая на то, что князь Голицын был женат и имел детей, таким образом, с точки зрения нравов допетровской Руси, подобные отношения были категорически невозможны[21].Однако, по словам других историков, несколько сохранившихся писем царевны Софьи показывают её глубокое чувство к Голицыну[22]. Письма были написаны во время второго Крымского похода, весной 1689 года. В них Софья писала Голицыну о своей благодарности Богу за его избавление от опасностей и уверяла в своей неизменной симпатии. Так, в одном из писем она пишет:

«Свет мой, братец Васенька, здравствуй батюшка мой на многие лета… А мне, свет мой, веры не имеетца, што ты к нам возвратитца, тогда веры поиму, как увижю во обьятиях своих тебя, света моего…»

Единственное описание внешности Софьи оставил её современник, французский дипломат Фуа Де ла Нёвилль. По его словам “она ужасно толстая, у нее голова размером с горшок, волосы на лице, волчанка на ногах, и ей по меньшей мере 40 лет”. Согласно его же свидетельствам: “Ее ум и достоинства вовсе не несут на себе отпечатка безобразия ее тела, ибо насколько ее талия коротка, широка и груба, настолько же ум ее тонок, проницателен и искусен[23].

Образ Софьи Алексеевны в глазах современников и потомковПравить

Поздравление царевне Софье
по случаю Пасхи[24]

Но ты, велия и славна царевна,
   премудра София Алексѣевна
Его, воскресша, зѣло слушавши
  и волю его усердно твориши.
И путь течеши им заповѣданный,
  убо внидеши во свѣт всежеланный.
Иже во вѣки не имать мерцати,
  тамо будеши солнечно сияти.
Того усердно аз желаю тебѣ,
  государынѣ нашей, здѣ и в небѣ.
Мене же изволь в милости щадити,
  хотяща рабом твоим вѣрным быти.
Нынѣ же поклон ниский содѣваю,
  под стопу главу мою повергаю.

7 апреля 1685 г.

В первые годы соправительства Ивана и Петра имя Софьи Алексеевны практически не упоминается в официальных документах[25]. Почти полное отсутствие имени Софьи в официальном делопроизводстве в первые годы соцарствия даже позволило некоторым исследователям утверждать, что Софья формально не получала регенства в 1682 году, но правила неформально, постепенно концентрируя власть в своих руках[26][27]. Только к 1686 году имя Софьи стало добавляться к именам братьев в царских указах[25]. Скорее всего это было связано с тем, что по этическим нормам того времени Софья не могла действовать публично, но, несмотря на это, по словам исследователей, уже с первых дней соцарствия "её политическое влияние ощущалось повсюду"[28].

Однако постепенно власть Софьи укреплялась, её начинали прославлять придворные панегиристы. Письменные и устные похвалы ее мудрости и добродетели постепенно нарастали и достигли пика к 1686 г., когда был заключен Вечный мир с Польшей[29]. Поэты и литераторы часто отождествляли Софью с Божьей премудростью. Симеон Полоцкий посвятил Софье несколько своих стихотворений, сохранившихся в посвящениях к книгам, подаренным им Софье. В одном из них он пишет[14]:

 О благороднейшая царевна София,
Ищеши премудрости выну небесные.
По имени твоему жизнь твою ведеши:
Мудрая глаголеши, мудрая дееши...
Ты церковные книги обыкла читати
И в отеческих свитцех мудрости искати...
 

В 1686 году братьями Лихудами от имени Славяно-греко-латинской академии была зачитана похвальная речь Софье, начинавшаяся со слов: “Вем же вем Блаженная Государыня, богоизбранная пречестная София Алексиевна…. Ты же, о премудрейшая София, добльственнейшая Иудиф, святейшая Сусанна, целомудреннейшая Девора, — радуйся и веселися, яко венец тебе на небеси уготовася не от камений, многоценных тленных, и привременных, но от божия бла­годати, и дуси сущия окрест божественнаго престола. Устроен венец тебе и скипетр бысть, зане скиптры отеческая ты София в премудро­сти и мужестве утвердила еси[30]. Карион (Истомин) в своих стихотворных панегириках прославлял Софию-Мудрость как строящую, созидающую силу, благоразумную правительницу[31]. Сильвестр (Медведев) в своей речи, обращенной к царевне говорит, что Софья “есть дом солнечный, жилище солнца истинного Христа Господа”, сравнивает её с Александром Великим, заявляя при этом, что она превосходит Александра в своём поиске совершенства, которое “богом истинным” воплощено в царевне[32]. Её профили печатали на монетах, её называли благочастивой, милосердной, премудрой и христолюбивой царевной, сравнивали с Пульхерией, Семирамидой, княгиней Ольгой и с «Елисавеф Британской»[33][34].

 
Портрет Софьи в царском облачениии, со скипетром и державой в руках, на фоне двуглавого орла. Вокруг портрета выписан царский титул

В последние годы правления Софьи проявляется явное желание её окружения устроить царевне “помазанье на царство” с тем чтобы сделать её самодержавной правительницей, равной по статусу её братьям. С этой целью рассылались послы в стрелецкие полки, иностранные дворы и к Вселенским патриархам[34][35][36][37]. С 8 января 1686 года имя Софьи Алексеевны стало включаться в царский титул, её официально начали именовать самодержицей[38][39]. Стали появляться золотые монеты с изображением Софьи, были созданы портреты царевны в полном царском облачении со скипетром и державой в руках на фоне двуглавого орла[40]. Под портретом печатался полный царский титул и стихи о её добродетелях, которыми царевна „царство аки седми столпы укрепила[41]. Портреты правительницы стали распространяться при помощи специальных политических плакатов. К лету 1689 г. несколько сот плакатов с портретом Софьи были распространены по Москве и посланы за рубеж[36]. Сочинялись поддельные акты о «всенародном и единогласном» избрании Софьи правительницей России в мае 1682 г.[36].

Однако, общество всё же было не готово принять самодержавную женщину-правительницу. По словам И. Е. Забелина, чтобы осуществить задуманное, Софье была необходима «прямая, открытая и притом богатырская, т. е. петровская борьба с тем же обществом; борьба, не допускавшая никаких сделок, никаких колебаний, уступок, никаких мирных переговоров». Он считает, что Софье хватило бы сил выдержать подобную борьбу, однако у неё не хватало веры в необходимость такой борьбы, она была не способна «отступить от заветного постнического идеала» и стремилась отстоять «лишь свою личную свободу», действуя при этом «по византийским образцам»[18].

После воцарения Петра I образ Софьи подвергся резкой негативизации и оставался таковым на протяжении большей части XVIII века. Все последующие русские авторы описывали правление Софьи Алексеевны исключительно в отрицательных тонах. Их мнение разделяли иностранцы. В своих произведениях они описывали Софью как коварную интриганку, ослеплённую честолюбием и жаждой власти, повергшую государство в хаос и смуту[42]. Однако к концу XVIII века негативный образ Софьи Алексеевны начал постепенно пересматриваться. Так, Екатерина II в одном из своих сочинений писала, что Софье ”не была отдана должная справедливость”. По её словам “она [Софья] в течение нескольких лет руководила делами государства со всей проницательностью, какой только возможно желать. Глядя на дела, прошедшие через её руки, нельзя не признать, что она была весьма способна царствовать[43] . В свою очередь Карамзин считал, что Софья “есть одна из великих женщин, произведенных Россиею” и замечал что “по уму и свойствам души своей [она]достойна была называться сестрою Петра Великого[44]. Н. Г. Устрялов называл Софью “русской Пульхерией”, отмечая при этом такие черты её характера как властолюбие и жестокость[45]. С. М. Соловьев называл Софью “примером исторической женщины, освободившейся из терема, но не вынесшей из него нравственных сдержек и не нашедшей их в обществе[46]. По словам Е. Ф. ШмурлоСофья первая пробила брешь в той стене, за которой, замурованные, сидели наши прабабушки; она первая вывела их из терема, указав путь, идя по которому русская женщина стала теперь, по широте и глубине своего образования, по интенсивности своих духовных стремлений, одной из первых женщин мира[13].

В искусствеПравить

КинематографПравить

ПримечанияПравить

  1. Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией (1676—1700). — СПб., 1842. Т. V. — С. 163. № 102.
  2. Русский биографический словарь А. А. Половцова София Алексеевна
  3. Родословная книга Всероссійскаго дворянства. // Составилъ В. Дурасов. — Ч. I. — Градъ Св. Петра, 1906.
  4. Paul Bushkovitch. Peter the Great: The Struggle for Power, 1671—1725. Cambridge University Press, 2001. ISBN 9780521805858. Page 138.
  5. См. Хронология русско-французских отношений
  6. Дядька — официальная должность наставника, воспитателя при малолетнем царе или царевиче.
  7. Старый (Пустой) Шарпан Архивировано 30 мая 2008 года.
  8. Симеон Полоцкий и его книгоиздательская деятельность / Робинсон А.Н.. — М.: Наука, 1982. — С. 93. — 352 с.
  9. София Алексеевна // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  10. Фортунатов В. В. 3.7.5. Как царевна Софья Алексеевна стала «зазорным лицом» // Российская история в лицах. — Питер, 2009. — ISBN 978-5-388-00305-8.
  11. 1 2 Молева Н. М. Московские загадки : литературные ростки : Пушкин, Грибоедов, Гоголь, Тургенев, царевна Софья и другие. — М. : АСТ : Олимп, 2008. — 379 с. : ил., портр. — ISBN 978-5-17-046352-7 (АСТ). — ISBN 978-5-7390-2101-4 (Олимп).
  12. Хьюз, 2001, с. 218-221
  13. 1 2 Е. Ф. Шмурло «Курс русской истории» в 3 тт. — Прага, 1931—1935.
  14. 1 2 И. Е. Забелин. Домашний быт русских цариц в XVI—XVII веках / О. А. Платонов. — М.: Институт русской цивилизации, 2014. — С. 206. — 704 с. — ISBN 978-5-4261-0057-2.
  15. Хьюз, 2001, с. 57
  16. Хьюз, 2001, с. 223-224
  17. Дневник зверского избиения бояр в столице в 1682 году и избрания двух царей Петра и Иоанна [Пер. А. Василенка // Рождение империи. – М.: Фонд Сергея Дубова, 1997. – С. 9-20..
  18. 1 2 И. Е. Забелин. Домашний быт русских цариц в XVI—XVII веках / О. А. Платонов. — М.: Институт русской цивилизации, 2014. — С. 225. — 704 с. — ISBN 978-5-4261-0057-2.
  19. Хьюз, 2001, с. 225
  20. Панченко А. М. Начало петровской реформы: идейная подоплёка © ИРЛИ РАН 2006-2007
  21. Хьюз, 2001, с. 76, 133
  22. Балязин В. Н. Самодержцы: любовные истории царского дома. — Олма-Пресс, 1999. — Т. 1. — С. 102. — 606 с. — ISBN 9785224001736.
  23. ДЕ ЛА НЕВИЛЛЬ ЗАПИСКИ О МОСКОВИИ
  24. Панченко А. М. Придворные вирши 80-х годов XVII столетия // ТОДРЛ : книга. — М., Л., 1965. — Т. 21. — С. 65-73. — ISSN 0130-464X.
  25. 1 2 Lindsey Hughes[en]. Sophia, «Autocrat of All the Russia» (англ.) // Canadian Slavonic Papers[en] : журнал. — 1986. — No. 28. — P. 267, 281. — ISSN 0008-5006.
  26. Богданов А.П. К вопросу об авторстве «Созерцания краткого лет 7190, 91 и 92, в них же что содеяся во гражданстве» // Исследования по источниковедению истории СССР дооктябрьского периода: сборник статей / Академия наук СССР, Институт истории СССР; отв. ред. Б.Г.Литвак. М., 1987. С. 129
  27. Богданов А.П. Нарративные источники о Московском восстании 1682 года // Исследования по источниковедению истории России (до 1917 г.): сборник статей / Российская академия наук, Институт российской истории; отв. ред. Н.А.Соболева. М., 1993. С. 78-79
  28. Хьюз, 2001, с. 107
  29. Богданов А. П. Царевна Софья и Петр: драма Софии. — ВЕЧЕ, 2008. — С. 44. — 380 с. — ISBN 978-5-9533-2310-9.
  30. Сменцовский М.Н. Братья Лихуды. СПб., 1899. Приложение. " Лермонтова Е. Похвальное слова Лихудов царевне Софье Алексеевне 17 сентября (ок. 1686 г.) // ЧОИДР. 1910
  31. Замалеев А.Ф. Лекция 6. Русское просветительство на рубеже нового времени // Курс истории русской философии. Учебник для гуманитарных вузов. Изд. 2-е, дополненное и переработанное. — М.: Магистр, 1996. — ISBN 5-89317-002-4.
  32. Сильвестра Медведева панегирик царевне Софье 1682 г. // Памятники культуры: новые открытия. Письменность, искусство, археология. Ежегодник, 1982. Л. Наука. 1984
  33. Пушкарёв Л. Н. Общественно-политическая мысль России. Вторая половина XVII века: Очерки истории / Отв. ред. А. И. Клибанов. — М.: Наука, 1982. — С. 194-195. — 288 с. — 6900 экз.
  34. 1 2 Хьюз, 2001, с. 281
  35. Лавров А. С. Регентство царевны Софьи Алексеевны: служилое общество и борьба за власть в верхах русского государства в 1682-1689. — Археографический центр, 1999. — С. 148-149. — 298 с. — ISBN 9785882530357.
  36. 1 2 3 Богданов А. П. Премудрая Царевна Софья. Власть и политика // В тени Великого Петра. — Армада, 1998. — 336 с. — ISBN 5-7632-0685-1.
  37. Алексеев В. П. Брянский фаворит царевны Софьи. — Дебрянск, 1992. — С. 42. — 95 с. — ISBN 9785727801000.
  38. Соколова Е.С. Самодержавный идеал в надсословных стратегиях Милославских и Нарышкиных: к вопросу о репрезентативной сущности некоторых нормотворческих инициатив конца XVII в. // Genesis: исторические исследования. — 2017. - № 2. - С.55-84. DOI: 10.7256/2409-868X.2017.2.17810.
  39. Прот. Петр Мангилёв «Снова о «Статире»: по поводу рецензии Н. А. Мудровой» ВЕСТНИК Екатеринбургской духовной семинарии. Вып. 2(10). 2015, 165-169
  40. Ровинский Д. А. Словарь русских гравированных портретов. — Типография императорской академии наукъ, 1872. — С. 10. — 236 с.
  41. Богданов А. П. Перо и крест: Рус. писатели под церковным судом. — М.: Политиздат, 1990. — С. 270. — 480 с. — ISBN 5-250-00765-1.
  42. Хьюз, 2001, с. 327-328
  43. Каррер Д' Анкосс Элен. Антидот императрицы Екатерины Второй // Императрица и аббат. Неизданная переписка. — ОЛМА Медиа Групп, 2005. — С. 283. — 463 с. — ISBN 9785224046225.
  44. Карамзин Н. М. Критика. Пантеон российских авторов // Избранные сочиненияв двух томах. — Москва-Ленинград: Художественная литература, 1964. — Т. 2.
  45. Устрялов Н. Г. История царствования Петра Великого. — СПб.: Тип. II-го Отделения Собств. Его Имп. Вел. Канцелярии, 1858. — Т. 1.
  46. Соловьёв С. М. Глава II. Падение Софии; деятельность царя Петра до первого Азовского похода // История России с древнейших времён (ссылка) : в 29 т.. — СПб. : Изд. Товарищество «Общественная польза», 1851—1879. — Т. 14.

ЛитератураПравить

На русском языке
На иностранных языках
  • Hughes, L. Sophia, Regent of Russia 1657—1704. New Haven and London, 1990.
  • Boskovska, N. Die russische Frau im 17. Jahrhundert. Köln, 1998.