Открыть главное меню

Что делать? (роман)

«Что де́лать?» (Из рассказов о новых людях) — роман русского философа, журналиста и литературного критика Николая Чернышевского, написанный в декабре 1862 — апреле 1863 гг., во время заключения в Петропавловской крепости Санкт-Петербурга. Был написан отчасти в ответ на произведение Ивана Тургенева «Отцы и дети». М. Н. Катков упоминает роман как «Коран нигилизма»[1].

Что делать?
Что дѣлать?
Chto delat-1867.jpg
Обложка первого издания романа в виде отдельной книги (1867)
Жанр роман
Автор Николай Чернышевский
Язык оригинала русский
Дата написания декабрь 1862 — апрель 1863
Дата первой публикации 1863, «Современник»
Логотип Викитеки Текст произведения в Викитеке
Логотип Викицитатника Цитаты в Викицитатнике

История создания и публикацииПравить

Чернышевский писал роман, находясь в одиночной камере Алексеевского равелина Петропавловской крепости, с 14 декабря 1862 года по 4 апреля 1863 г.

С января 1863 года рукопись частями передаётся в следственную комиссию по делу Чернышевского (последняя часть была передана 6 апреля).

Роман прошёл двойную цензуру. Сначала он читался членами следственной комиссии по делу Чернышевского, затем поступил к цензору «Современника». Следственная комиссия, а вслед за ней и цензоры увидели в романе лишь любовную линию и дали разрешение к печати.

Перед публикацией Некрасов, везя рукопись в типографию Вульфа, потерял её. Это был единственный экземпляр. Вероятно, роман погиб бы, но, благодаря своевременно данному газетному объявлению[2], рукопись была найдена и возвращена Некрасову.

Пересылая из Петропавловской крепости для редакции "Современника" отдельные части романа, Чернышевский несколько раз присоединял к ним пояснительные записки. Сколько было таких записок, неизвестно, но, очевидно, Следственная комиссия к ним привыкла. Последняя записка, датированная 4 апреля 1863 г. содержала такой текст.

 Заметка для А. Н. Пыпина и Н. А. Некрасова.

Если бы у меня был талант, мне не было бы надобности прибегать к таким эффектцам в стиле Александра Дюма-отца, автора Монте-Кристо, как пришивка начала второй части романа к хвосту первой. Но при бесталанности это дозволительно и позволительно. - Вторую часть я начну писать не скоро, - в ней новые лица, на градус или на два повыше, чем в первой; потому надобно дать пройти несколько времени, чтобы Вера Павловна с компаниею несколько сгладились в памяти, чтобы новые лица не сбивались на старые, - например, дама в трауре на Веру Павловну. - Итак, вторая часть будет готова к печати осенью или зимою, следовательно пройдет правдоподобный срок со времени пикника, с которого начинается действие второй части; оно идет очень быстро, всего с месяц. Общий план второй части таков: дама в трауре - та самая вдова, которая была спасена Рахметовым в третьей главе. Она, видите ли, убивается из-за любви к нему. И сей герой взаимно. Кирсановы и Бьюмонты, открыв таковую нежную страсть, лезут из кожи вон помочь делу. И отыскивают оного Рахметова, уже прозябающего в Северной Пальмире. С разными взаимными объяснениями обоих сих любящихся свадьба устроивается. - Из этого видно, что действие второй части совершенно отдельно от первой и что первой части только искусственно придан вид недоконченности прибавкою пикника

Но я очень дорожу этою прибавкою и шестою главою как беллетристическою хитростью. Общая идея второй части: показать связь обыкновенной жизни с чертами, которые ослепляют эффектом неопытный взгляд, - изложить истину, что у Наполеона или Лейбница тоже, как и у всех людей, были две руки, две ноги, нос, два уха, а не то что уж пять голов, как у Брахмы, или сто рук, как у Шивы. - У меня так и подделано: и Рахметов, и дама в трауре на первый раз являются очень титаническими существами; а потом будут выступать и брать верх простые человеческие черты, и в результате они оба окажутся даже людьми мирного свойства и будут откровенно улыбаться над своими экзальтациями.
 

Сейчас эта записка считается попыткой ввести в заблуждение Следственную комиссию, поскольку там утверждалось, что роман будет иметь продолжение (этого не планировалось).

Роман был опубликован в журнале «Современник» (1863, № 3—5).

После публикацииПравить

Публикация вызвала раздражение. Ответственного цензора Бекетова отстранили от должности. Номера «Современника», в которых печатался роман «Что делать?», оказались под запретом. Однако текст романа в рукописных копиях разошёлся по стране и вызвал массу подражаний.

Н. С. Лесков:

О романе Чернышевского толковали не шёпотом, не тишком, — но во всю глотку в залах, на подъездах, за столом г-жи Мильбрет и в подвальной пивнице Штенбокова пассажа. Кричали: «гадость», «прелесть», «мерзость» и т. п. — все на разные тоны[3].

П. А. Кропоткин:

Для русской молодёжи того времени она [книга «Что делать?»] была своего рода откровением и превратилась в программу, сделалась своего рода знаменем[4].

Выдвигалось предположение, что роман был пропущен цензурой по указанию «сверху»[5].

В 1867 году роман был опубликован отдельной книгой в Женеве (на русском языке) русскими эмигрантами, затем был переведён на польский, сербский, венгерский, французский, английский, немецкий, итальянский, шведский и голландский языки. Всего имело место пять заграничных русских переизданий (последнее - 1898).


В советское время также на финский и таджикский (фарси). Влияние романа Чернышевского ощущается у Эмиля ЗоляДамское счастье»), Стриндберга («Утопии в действительности»), деятеля Болгарского национального возрождения Любена Карвелова («Виновата ли судьба», написано по-сербски).

«Что делать», как и «Отцы и дети», породило так называемый антинигилистический роман. В частности, «На ножах» Лескова, где пародийно используются мотивы произведения Чернышевского.

Запрет на публикацию романа «Что делать?» был снят только в 1905 году. В 1906 году роман был впервые напечатан в России отдельным изданием.

СюжетПравить

Роман начинается с информации о неком самоубийце, который застрелился на Литейном мосту 11 июля 1856 года. Затем повествование переходит к Вере Павловне, которая на даче на Каменном острове узнает о трагической гибели своего мужа.

Чернышевский описывает взросление главной героини в доме на Гороховой улице и первое сватовство пошлого офицера Сторешникова, которому она, не считаясь с мнением родителей, предпочитает «медицинского студента Лопухова». Брак позволяет ей покинуть родительский дом и переехать в съёмную квартиру в «одноэтажном деревянном домике» на 5 линии Васильевского острова (между Средним и Малым проспектами). В семье учредили новые порядки: рук не целовать и спать в разных комнатах.

Через пять месяцев после свадьбы Вера решает организовать «швейную мастерскую» по шитью «дамских платьев» и принимает заказы «на дому». Для расширения клиентской базы Вера обращается к своей знакомой француженке Жюли Ле-Теллье (из круга Сторешникова). Вера достигает успеха, справедливо распределяя прибыль между мастерицами. Численность персонала за 5 лет возрастает с 3 до 20. Со временем мастерицы стали жить вместе в одной квартире, имея «общий стол» и уйдя из своих семей. Появился строгий распорядок труда и отдыха. Впрочем, община Веры Павловны была лишена аскетизма. Мастерицы могли выходить замуж, отправляться в театры или загородные прогулки.

Тем временем в Веру Павловну влюбляется друг её мужа Кирсанов, который охладел к своей бывшей любовнице Крюковой. Болезнь Лопухова заставляет его друга медика чаще бывать в его доме. Через три года супружества Вера Павловна охладевает к своему мужу и влюбляется в Кирсанова. Будучи честной и презирая ложь, она рассказывает свой сон, в котором его разлюбила. Вместе с тем Вера Павловна понимает, что она обязана своему мужу. Чтобы дать измучившейся жене свободу, Лопухов желает «сойти со сцены» и, после поездки в Рязань, совершает самоубийство (эпизодом самоубийства начинается роман). Вера Павловна спустя месяц выходит замуж за Кирсанова и поселяется на Сергиевской улице, «ближе к Выборгской стороне», где работает её новый муж. Охладев к швейному делу, Вера Павловна увлекается медициной.

Тем временем Вера Павловна открывает на Невском магазин под вывеской Au bon travail. Magasin des Nouveautes. Её муж Кирсанов становится известным профессором и помогает излечиться Екатерине Полозовой (её диагноз atrophia nervorum), отец которой знакомится с торговым агентом из США Чарльзом Бьюмонтом. Американец скупает акции Полозова и женится на его дочери Екатерине. А потом выясняется, что Бьюмонт это Лопухов, который не покончил с жизнью, а уехал в Америку и реализовался там. Семейство Бьюмонтов селится по соседству с Кирсановыми, и между ними завязывается тесная дружба: они устраивают совместные пикники и катание на санях.

Философские идеиПравить

Во 2 главе Чернышевский устами Лопухова («нового человека») излагает принципы разумного эгоизма, согласно которому основным мотивом человеческих поступков является «стремление к пользе». Лопухов выбирает карьеру медика, потому что врачи «живут гораздо лучше» канцелярских чиновников. Польза синонимична «выгоде» и «расчету». Она воплощается в «куске хлеба». Любовь выступает «украшением» дела. Когда Вера Павловна спрашивает, должна ли она выйти замуж за богатого, но неприятного жениха, Лопухов не пытается её отговорить. Аналогичной философии придерживается и друг Лопухова студент Кирсанов, который заявляет, что любит только самого себя. При этом зло переносится с личности на «обстановку». «Святым стариком» этих «новых людей» назван Овэн, чей портрет висит в домашнем кабинете Лопухова. С эгоизмом соединяются социалистические представления о будущем, когда «все потребности натуры каждого человека будут удовлетворяться вполне». Словами Рахметова Чернышевский решительно осуждает ревность как «следствие взгляда на человека как мою принадлежность, как на вещь». В 4 главе Чернышевский вкладывает в уста Веры Павловны феминистские идеи о превосходстве женской природы над мужской в плане ума и что лишь «господство насилия» не позволяло найти им должную реализацию. Кроме того, заявляется о большей крепости «женского организма» по сравнению с мужским. Представление о слабости женщин вызвано лишь «силой предубеждения, дурной привычкой, фальшивым ожиданием».

Сны Веры ПавловныПравить

  • Первый сон (Гл.2, XII). Верочка освобождается из подвала и исцеляется от паралича девушкой, имя которой «любовь к людям». Девушка при этом постоянно меняется в лице, в котором проявляются английские, немецкие, французские, польские и русские черты.
  • Второй сон (Гл.3, III). Муж Веры Лопухов и его приятель Алексей Петрович Мерцалов ведут философскую беседу о грязи, которая бывает чистой, реальной и здоровой, ибо из неё родится пшеница. Другой вид грязи («фантастическая грязь») — гнилой и затхлый. Отсюда они делают вывод, что «движение — это жизнь», жизнь есть реальность, а «верным признаком реальности» является «дельность». «В антропологическом анализе коренной формой движения» является труд, который дает содержание развлечению, отдыху, забаве и веселью. Затем разные собеседники (в том числе и компаньон Жюли Серж) начинают исповедоваться и выясняется, что сами они люди неплохие, но «почва» у них «нездоровая».
  • Третий сон (Гл.3, XIX). Вере Павловне снится, что она беседует с певицей Бозио, которая заставляет читать дневник. Героиня сомневается в своей любви к мужу и видит в нём лишь «избавителя», который освободил её от «отвратительной жизни» в родительском доме. В её дневнике написано, что она больше не любит своего мужа. Вера в ужасе просыпается.
  • Четвёртый сон (Гл.4, XVI). Во сне Вера Павловна слышит стихи Гёте «Wie herrlich leuchtet» и видит золотую «ниву». Затем она видит пирующих во дворце и «шатры номадов». Перед её взором предстает «роскошная женщина» Астарта с «тяжёлыми золотыми браслетами» на руках и ногах. Она раболепна и сладострастна. Затем Вера Павловна видит «дивный город» со множеством статуй, по улицам которого на колеснице едет «Пизистрат». Незримая собеседница говорит Вере Павловне, что люди этого города чтут женщину как «источник наслаждений» и поклоняются Афродите. Затем она видит арену с рыцарями, на которую взирает девушка из замка. Имя третьей женщины — «Непорочность». Три «царицы» символизируют три эпохи отношения к женщине, в которых ценится покорность, физическая красота, бесплотный образ, но не ценится сам человек. Таинственная собеседница называет себя четвёртой царицей, чьё царство было возвещено в романе Руссо «Юлия, или Новая Элоиза». Вера Павловна узнаёт, что четвёртой царицей является она сама. В будущем она видит аналог дворца, который «стоит на Сайденгамском холме». Это «громадный зимний сад» с алюминиевой мебелью. Во дворце живут люди, но «почти все делают за них машины». Собеседница Веры сообщает, что дворец находится рядом с Окой. Затем Вера видит «Новую Россию» на месте бывшей пустыни.

Главные героиПравить

  • Вера Павловна — дочь «помощника столоначальника в каком-то департаменте» Павла Константиныча Розальского и Марии Алексеевны. Её младшему брату Феде в 1852 году было 9 лет. Со своей семьей она проживала на Гороховой улице. С детства имела смуглый цвет лица, черные волосы и глаза («как будто из Малороссии»). Умела играть на фортепьяно. В 16 лет мать её начала «наряжать» и водить в оперу, чтобы та нашла себе кавалера и удачно вышла замуж. Из привычек — Вера Павловна «любит нежиться» в постели, «сливки — это тоже её страсть». Её первый муж — Лопухов, а второй — Кирсанов.
  • Сторешников Михаил Иваныч — сладострастный, самолюбивый и бесхарактерный жених Веры Павловны, офицер. Прежде знакомства с Верой Павловной имел любовницу Адель.
  • Жюли Ле-Теллье — француженка, петербургская светская дама, которая «была два года уличною женщиной в Париже». Она носит «накладной бюст» и отговаривает Веру Павловну от женитьбы на Сторешникове. Впоследствии она помогает Вере Павловне расширить круг клиентов для швейной мастерской. В обществе появляется в сопровождении Сержа, но отказывается выйти за него замуж, так как считает брак предрассудком.
  • Лопухов Дмитрий Сергеич — медицинский студент из «Академии на Выборгской стороне», учитель (репетитор) Феди, муж Веры Павловны. Сын рязанского мещанина. Серьёзный, основательный, солидный. Среднего роста, с темными каштановыми волосами, правильными чертами лица, карими глазами, толстыми губами и орлиным носом. Он особенно ценит фотографию Овэна на своей стене.
  • Кирсанов Александр Матвеич — друг Лопухова, студент-медик. «Сын писца уездного суда». В свободное время предпочитает сидеть в халате на диване и курить сигары. Кирсанов имел русые волосы, «темно-голубые глаза, прямой греческий нос, маленький рот, лицо продолговатое». Прежде встречи с Верой Павловной он сожительствовал с Настасьей Крюковой, которую он отучил от пьянства.
  • Крюкова Настасья Борисовна — чахоточная девушка, первоначально горничная, а затем работница швейной мастерской Веры Павловны, сожительница Кирсанова, который отучил её от пьянства.
  • Рахметов — 22-летний студент филологического факультета «из фамилии, известной с XIII века». Его предок Рахмет погиб как «татарский темник» в Твери, но сын татарина от русской женщины был пощажен и крещён в Михаила. Потомки этого Михаила Рахметова стали тверскими боярами, а затем московскими окольничьими. Прадед героя произведения Чернышевского погиб при Нови, а отец дослужился до генерал-лейтенанта и владел поместьями в верховьях Медведицы. Студент Рахметов был высок, занимался гимнастикой и «развитием физической силы», ради чего «принимал боксёрскую диэту» (ел сырые бифштексы). Он даже пытался спать на гвоздях. Ради уважения простых людей не гнушался простой работой и даже ходил бурлаком. Его другом был Кирсанов, который консультировал Рахметова в области полезных книг (Мальтус, Милль, Рикардо, Теккерей).
  • Чарльз Бьюмонт — добросовестный «агент лондонской фирмы Ходчсона, Лотера и К по закупке сала и стеарина», гражданин Массачусетса. Потомок французских колонистов Канады. Его дед переехал из Квебека в Нью-Йорк. Отец Бьюмонта приехал делать бизнес в Россию, где стал винокуром на заводе в Тамбовской губернии, где и родился Чарльз. По прошествии 20 лет Бьюмонты вернулись в Нью-Йорк и стал работать клерком. По своим убеждениям аболиционист. В Петербурге женится на Катерине Васильевне Полозовой.
  • Полозова Екатерина Васильевна — жена Бьюмонта, дочь некогда богатого, но разорившегося ротмистра Полозова, бывшая пациентка Кирсанова.

Художественное своеобразиеПравить

В. И. Ленин:

Роман «Что делать?» меня всего глубоко перепахал. Это вещь, которая даёт заряд на всю жизнь[6].

Подчёркнуто занимательное, авантюрное, мелодраматическое начало романа должно было не только сбить с толку цензуру, но и привлечь широкие массы читателей. Внешний сюжет романа — любовная история, однако в нём отражены новые экономические, философские и социальные идеи времени. Роман пронизан намёками на грядущую революцию.

Л. Ю. Брик вспоминала о Маяковском:

Одной из самых близких ему книг была «Что делать?» Чернышевского. Он постоянно возвращался к ней. Жизнь, описанная в ней, перекликалась с нашей. Маяковский как бы советовался с Чернышевским о своих личных делах, находил в нём поддержку. «Что делать?» была последняя книга, которую он читал перед смертью[7].

Интересные фактыПравить

  • В романе Н. Г. Чернышевского «Что делать?» упоминается алюминий. В «наивной утопии» четвёртого сна Веры Павловны он назван металлом будущего. «Большого будущего» алюминий достиг к середине XX века.
  • «Дама в трауре», появляющаяся в конце произведения, — это Ольга Сократовна Чернышевская, жена писателя. В конце романа речь идёт об освобождении Чернышевского из Петропавловской крепости, где он находился во время написания романа. Освобождения он так и не дождался: 7 февраля 1864 года был приговорён к 14 годам каторги с последующим поселением в Сибирь[8][9].
  • Главные герои с фамилией Кирсанов встречаются также в романе Ивана Тургенева «Отцы и дети», однако исследователи отказывают в связи героев романов Чернышевского и Тургенева между собой.
  • С идеями Чернышевского, в частности с его мыслями о будущем человечества спорит Ф. М. Достоевский в «Записках из подполья», благодаря которым образ «хрустального дворца» стал распространённым мотивом мировой литературы XX века.
  • История семейной драмы во многом перекликалась с сюжетом пьесы Л. Н. Толстого «Живой труп».

ЭкранизацииПравить

См. такжеПравить

ПримечанияПравить

  1. Идеология охранительства, С. 383.
  2. Некрасов дал следующее объявление в "Ведомостях С. -Петербургской городской полиции": "Потеря рукописи. 8 воскресенье, 3 февраля, во втором часу дня, проездом по Большой Конюшенной от гостиницы Демута до угольного дома Каера, а оттуда через Невский проспект, Караванную и Семеновский мост до дома Краевского, на углу Литейной и Бассейном обронен сверток, в котором находились две прошнурованные рукописи с заглавием: "ЧТО ДЕЛАТЬ?" Кто доставит этот сверток в означенный дом Краевского, к Некрасову, тот получит пятьдесят руб. сер." (1863, NoNo 29--31)
  3. «Северная пчела», 1863, № 142.
  4. Кропоткин П. А. Идеалы и действительность в русской литературе. — СПб., 1907. — С. 306—307.
  5. Демченко А. А. Н. Г. Чернышевский. Научная биография: в 4 ч. Ч. 3: 1859-1864. — Саратов, 1992. — С. 214.
  6. Валентинов Н. В. Встречи с Лениным. — Нью-Йорк: Изд-во им. Чехова, 1953.
  7. В. Маяковский в воспоминаниях современников / Под общ. ред. В. В. Григоренко, Н. К. Гудзия, С. А. Макашина, С. И. Машинского, Ю. Г. Оксмана, Б. С. Рюрикова. Вступ. ст. З. С. Паперного. Сост., подг. текстов и примеч. Н. В. Реформатской. — М.: ГИХЛ, 1963.
  8. Дмитрий Шерих. Город у эшафота: За что и как казнили в Петербурге. — М.-СПб.: Центрполиграф; Русская тройка-СПб., 2014. — Гл. 13 — ISBN 978-5-227-04799-1
  9. Короленко В. Г. Гражданская казнь Чернышевского (недоступная ссылка) (1904). Дата обращения 6 ноября 2011. Архивировано 6 ноября 2011 года.

ЛитератураПравить

СсылкиПравить