Шугнанский язык

Шугна́нский язы́к (шугн. хуг̌ну̊н зив, хуг̌ну̊нӣ; xuγ̌nůn ziv, xuγ̌nůnī[1] или xuγnöne zev[2], тадж. шуғнонӣ[3]) — язык шугнанцев. Относится к памирским языкам, подгруппе иранских языков. Распространён в исторической области Шугнан: в Горно-Бадахшанской АО Таджикистана и в провинции Бадахшан Афганистана. Есть несколько диалектов, в том числе баджувский и шахдаринский. Ближайшими родственниками шугнанского являются рушанский, хуфский, бартангский, рошорвский и сарыкольский языки. Англоязычная академическая традиция считает эти языки диалектами шугнанского[⇨]. Вследствие географического соседства и относительного родства, шугнанский испытал значительное влияние таджикского языка, заметное в фонетике, грамматике и лексике[⇨].

Шугнанский язык
Самоназвание xuγ̌nůn ziv (хуг̌ну̊н зив)
Страны  Таджикистан,  Афганистан
Регионы Горно-Бадахшанская автономная область, провинция Бадахшан
Общее число говорящих 75 000 — 130 000 чел.
Статус уязвимый
Классификация
Категория Языки Евразии

Индоевропейская семья

Индоиранская ветвь
Иранская группа
Восточноиранская группа
Памирские языки
Шугнано-рушанские языки
Письменность кириллица, арабский алфавит (см. шугнанская письменность)
Языковые коды
ГОСТ 7.75–97 шуг 815
ISO 639-1
ISO 639-2 ira
ISO 639-3 sgh
WALS rsh
Atlas of the World’s Languages in Danger 760
Ethnologue sgh
ELCat 5867
IETF sgh
Glottolog shug1248

По разным оценкам, число говорящих составляет от 75 000 до 130 000 человек. На данный момент шугнанский язык имеет статус уязвимого и занесён в Атлас языков мира, находящихся под угрозой исчезновения[4]. Несмотря на это, в Горно-Бадахшанской АО шугнанский имеет статус местного лингва франка, на нём говорит молодое поколение и его преподают в школах[⇨].

В течение долгого времени шугнанский язык был бесписьменным языком с богатой устной культурой. В 1930-е годы предпринимались попытки распространения алфавита на основе латиницы, которые вскоре были заморожены. В настоящее время распространены два варианта шугнанской письменности. В Таджикистане используется алфавит на основе таджикской кириллицы, разработанный в 1990-е годы; на нём издаются газеты и литература. В Афганистане используется алфавит на основе арабского письма[⇨].

Шугнанский является языком со смешанной типологией: грамматические значения могут выражаться с помощью агглютинации или отдельных слов. Распространена внутренняя флексия в виде умлаутных перегласовок, которая часто выражает значения рода[⇨].

ЛингвогеографияПравить

На шугнанском языке говорят в исторической области Шугнан в западном Памире, которая разделена между Горно-Бадахшанской автономной областью Таджикистана и провинцией Бадахшан Афганистана рекой Пяндж. В Таджикистане область распространения шугнанского покрывает восточный берег Пянджа от села Сохчарв на севере до села Дарморахт на юге, а также поселения в примыкающих долинах его притоков Гунт, Шива, Шахдара и Баджув[3][5][6]. Центром распространения языка является город Хорог, в границах которого находится устье Гунта и Шахдары. Также небольшие группы шугнаноязычного населения расселены в других регионах Таджикистана[1]. В Афганистане шугнанский язык распространён в поселениях на западном берегу Пянджа, а также в небольших сообществах шугнанцев в Кабуле и Фаизабаде[1].

Диалекты и родственные языкиПравить

Шугнанский, рушанский, хуфский, сарыкольский, бартангский и рошорвский языки близкородственны, они образуют отдельную подгруппу внутри общности памирских языков и взаимопонятны между собой[7][8]. Шугнанский язык имеет три больших варианта, которые могут рассматриваться как диалекты или, реже, отдельные языки: собственно шугнанский, шахдаринский и баджувский[9]. Диалекты имеют незначительные различия в фонетике, грамматике и лексике. Баджувский диалект больше отличается от собственно шугнанского, чем шахдаринский, и в некоторых свойствах сближается с рушанским[10][11]. Шахдаринский диалект распространён в селениях у реки Шахдара, притока реки Гунт; баджувский диалект — в селениях около ущелья Баджув[5][8]. Внутри шахдаринского диалекта иногда выделяют барвазский говор, бывший в распространении в селении Барваз, а в наши дни практически вымерший[3]. Собственно шугнанский диалект имеет наибольшее число носителей и воспринимается носителями как нормативный[1][12].

В англоязычной академической традиции под шугнанским языком (англ. Shughni language) обычно понимается более крупный идиом, в который включаются и собственно шугнанский, и рушанский, бартангский, хуфский и рошорвский языки, иногда в него включают и сарыкольский. Такое же представление характерно для самих носителей шугнанского в Таджикистане, которые часто называют свой язык «памирским». Русскоязычная традиция обычно рассматривает эти идиомы как отдельные языки[13].

РаспространениеПравить

Шугнанцы в Таджикистане осознают себя как этническое меньшинство; официальным языком, обязательным для СМИ и образования, является таджикский. Им в той или иной степени владеют многие носители шугнанского, живущие в Таджикистане, а шугнанский используется преимущественно в разговорной речи[5]. В то же время шугнанский играет роль второстепенного, более локального лингва франка, на котором общаются люди в областном центре Горно-Бадахшанской области — городе Хорог, а также во всём регионе и даже за его пределами[5][14].

 
Карта распространения памирских языков. Шугнанский и баджувский отмечены как разные языки под номерами 7 и 8, их ареалы выделены светло-серым цветом.

Шугнанский язык преподаётся в начальных классах в нескольких школах в Шугнанском и Рошткалинском районах ГБАО Таджикистана и в Хорогском университете. Носители шугнанского в Афганистане — преимущественно монолингвы. В Афганистане шугнанский преподавали в школах неофициально[15], в 2010-х была создана программа шугнанского для учеников младших классов[2].

По данным Всесоюзной переписи населения СССР в 1920-х годах, только 6 человек указали шугнанский язык в качестве родного — по неизвестным причинам некоторые народы, включая шугнанцев, не стали указывать свой язык[16]. По данным 1980-х годов, в ГБАО проживало около 50 тысяч шугнанцев, а в афганском Шугнане, по расчётам исследователя Д. Карамшоева, не менее 25 тысяч[17]. По данным 1997 года, на шугнанском языке на тот момент говорили около 100 тысяч человек[3]. По данным переписи 2008 года, число говорящих достигает 95 тысяч человек[4]. Портал Ethnologue оценивает число носителей всех шугнано-рушанских языков в 80 000 человек, из которых 40 000 проживают в Таджикистане и 40 000 — в Афганистане[15]. По оценке Джой Эдельман, число носителей шугнанского составляет от 80 000 до 100 000 человек[5], по оценке Кати Муэллер — около 130 000 человек[18].

Шугнанский язык занесён в Атлас языков мира, находящихся под угрозой исчезновения ЮНЕСКО как «уязвимый» (англ. vulnerable)[4]. По шкале EGIDS[en] он имеет статус 6a, или «активно используемый» (англ. vigorous)[15]. Это означает, что он используется в устном общении в неформальной обстановке и изучается детьми в качестве родного языка, несмотря на небольшое число носителей, но при этом во многих коммуникативных ситуациях (в образовании, культуре и науке) его часто вытесняют другие языки[19][20]. Таким образом, шугнанский в настоящий момент не является вымирающим, но в будущем потенциально может оказаться под угрозой исчезновения[20].

  Внешние видеофайлы
  Видеозапись Endangered Language Alliance с шугнанской речью

Шугнанский и другие памирские языки хорошо сохранились в том числе благодаря сравнительной изолированности региона[21]. На данный момент шугнанский является одним из наиболее полно описанных и задокументированных памирских языков[18].

ИсторияПравить

К шугнанско-рушанской группе генетически близки язгулямский и ванджский языки: вместе они образуют генетическую подгруппу, условно называемую «севернопамирской» или «шугнано-язгулямской», которая, в свою очередь, является одной из подгрупп внутри общности памирских языков[1][14]. По мнению исследователя Д. Карамшоева, из-за изолированности шугнанского языка в нём сохранилось множество архаичных черт[22].

Первое сохранившееся упоминание шугнанского народа и языка обнаруживается в путевых записках китайского путешественника Сюань-цзана, написанных в середине VII века. По его словам, у шугнанцев «письменность такая же, как в стране Духоло, а язык имеет отличия»[прим. 1]. В начале VIII века другой китайский путешественник Хой Чао описал язык шугнанцев как «особый, отличный от языков жителей других владений». Лингвистических описаний шугнанского языка в древности и средневековье не сохранилось[22].

С XI по XIX века шугнанский и рушанский языки испытывали заметное влияние арабского языка, вызванное исламизацией шугнанцев. В XIII—XIX веках в язык приходили заимствования из тюркских языков. Начиная с 1880-х годов, когда территория современного Таджикистана была завоёвана Российской империей, появились активные заимствования из русского языка[21][⇨].

На протяжении всей истории шугнанский и рушанский испытали заметное влияние таджикского языка. Под воздействием таджикского в шугнанском языке появились изафетные конструкции, а также фонологизовался звук [h], который до этого не имел смыслоразличительной функции[23]. Значительно влияние таджикского языка и на лексику[⇨]. Также заметны влияния доиндоевропейского субстрата, который был распространён на территории Шугнана до появления индоевропейцев; этим можно объяснить некоторые явления фонетики, морфологии и синтаксиса, нехарактерные для иранских языков. Выдвигались предположения, что доиндоевропейским субстратом, вступавшим в контакт с шугнанским языком, мог быть язык бурушаски, либо родственный ему или типологически схожий с ним язык[23].

Во времена СССР основным языком образования, культуры и законодательства в ГБАО Таджикистана был таджикский[21]. С 1921 года детей обучали шугнанскому в некоторых школах ГБАО. В 1930-х был создан шугнанский алфавит[24][⇨]. В 1931 году был выпущен первый учебник шугнанского языка, предназначенный для взрослых (в рамках кампании ликвидации безграмотности); одним из авторов выступил шугнанский поэт Нодир Шамбезода[25]. В 1933 году был выпущен первый учебник для детей, в 1937 году был выпущен учебник для первого года обучения. Однако к середине 1930-х выпуск букварей и учебников застопорился из-за разногласий среди шугнанских активистов и препятствий со стороны партийного руководства, обвинявшего создателей алфавита в национализме. В 1935 на должность первого секретаря ЦК КП(б) Таджикской ССР был назначен Сурен Шадунц; при нём возобновились планы ввести массовое преподавание на шугнанском языке в школах, но он был вскоре арестован и расстрелян. В 1937 году началась сталинская кампания борьбы с национализмом, в рамках которой в СССР вводились ограничения на использование местных языков, и шугнанская письменность была окончательно убрана из образования и печати[26]. В1939 году VI Пленум Горно-Бадахшанского обкома КП(б) Таджикистана постановил, что «тенденция к изданию учебников и преподаванию на шугнанском языке является вредной и становится тормозом для развития и процветания культуры таджиков Горного Бадахшана»[22].

К 1940 году шугнанский был полностью вытеснен из общественного пользования. По мнению филолога Хусрава Шамбезоды[tg], «выведение шугнанского языка из значимых сфер общения привело его в „ненормальную ситуацию", когда носители стали ставить под сомнение саму целесообразность существования своего этнического языка»[24]. Политика руководства Таджикской ССР по ограничениям шугнаноязычной культуры привела к тому, что на протяжении многих лет факт существования памирских языков как отдельных языков, а не диалектов таджикского, ставился под сомнение как чиновниками, так и представителями таджикистанской интеллигенции[27]. В 1972 году прошла кампания по уничтожению книг на памирских языках в Государственной публичной библиотеке им. Фирдоуси в Душанбе[28].

Попытки возвращения шугнанского языка в сферы литературы и административной деятельности началось в 1980-е годы. Студенческие кружки шугнанцев, обучающихся в Душанбе, пропагандировали использование шугнанского языка. В 1989 году в Таджикистане был принят «Закон о Государственном языке», легитимизировавший поддержку памирских языков. В ГБАО с 1990-х и по настоящее время выходило несколько печатных изданий на шугнанском, в их числе «Фарханги Бадахшон» («Культура Бадахшана»), «Маърифати Шугнон» («Просвещение Шугнана») и «Шохдара» («Шахдара»). Издания «Лозар» («Родник») и «Хирцирах» («Заря»), издававшиеся в 2009 году, стали первыми полностью шугнаноязычными газетами. В 2013 году была предпринята попытка установления радиовещания на шугнанском языке, но радиостанция вскоре закрылась. На телевидении шугнанский не используется[24].

ПисьменностьПравить

Основная статья: Шугнанская письменность

ТаджикистанПравить

 
Первый вариант шугнанского алфавита (1931)

Первая попытка создания шугнанского алфавита на основе латиницы была предпринята в 1920-е годы в СССР шведским лингвистом Х. Шельдом, но его проект не был принят[26]. В августе 1930 года в Сталинабаде прошёл первый научный съезд таджикистанских лингвистов, который сыграл большую роль в создании алфавитов для языков Таджикистана; на съезде был поднят в том числе и вопрос об алфавите для шугнанского языка[25]. Разработкой занялся историк А. Дьяков, его алфавит был также основан на таджикской латинице тех лет с дополнительными символами и диакритикой[25][29]. Он использовался для первых учебников шугнанского. Однако вскоре политика поддержки малых языков была свёрнута, и в 1937 году письменность Дьякова была убрана из образования и печати[25].

В 1992 году комиссия по составлению алфавитов для памирских языков приняла новый алфавит на базе латиницы с добавлением диакритических знаков и греческих букв, но он не получил распространения[29].

С 1990-х годов по настоящее время основной письменностью, используемой в ГБАО, является алфавит на основе таджикской кириллицы, приспособленный под фонетику шугнанского. Для передачи на письме специфических звуков шугнанского языка часто используются диграфы с буквой ь: так, диграф дь передаёт звук /ð/ (например, дьар «далеко»)[29]. С 1990 года в ГБАО начало выходить шугнаноязычное издание «Фарҳанги Бадахшон» («Культура Бадахшана»), приложение к газете «Бадахшони Советӣ» («Советский Бадахшан»), которое печаталось на таджикском кириллическом алфавите. Через год приложение стало самостоятельной газетой. С началом Гражданской войны в Таджикистане после распада СССР издание прекратилось[30]. С конца 1990-х годов вышло несколько букварей и учебных пособий под авторством учёного Додхудо Карамшоева. Эти пособия закрепили кириллическую письменность на базе таджикского алфавита в качестве основной для образования и книгопечатания на шугнанском в таджикистанском Бадахшане. С начала 2000-х с использованием этой письменности выпускаются книги на шугнанском для детей[31].

В лингвистических исследованиях Хорогского университета используется транскрипция на основе латиницы с добавлением знаков МФА и греческих букв. При общении в интернете и через SMS шугнанцы пользуются упрощённой латинской графикой[2].

Алфавит из учебника шугнанского языка 2000 года[32]:

А а А̄ а̄ Б б В в В̌ в̌ Г г Ғ ғ Г̌ г̌ Ғ̌ ғ̌ Д д Д̌ д̌
Е е Ё ё Ж ж З з З̌ з̌ И и Ӣ ӣ Й й К к Қ қ Л л
М м Н н О о П п Р р С с Т т Т̌ т̌ У у Ӯ ӯ У̊ у̊
Ф ф Х х Ҳ ҳ Х̌ х̌ Ц ц Ч ч Ҷ ҷ Ш ш ъ Э э

В практическом применении существуют и другие варианты шугнанского кириллического алфавита.

АфганистанПравить

В 2000-х годах шугнанская письменность начала развиваться и в Афганистане. Здесь её графической основой был избран арабский алфавит. На нём началось издание учебной и детской литературы. Алфавит имел следующий вид[33]:

ا آ ب پ ت ث ج چ ح خ ځ څ
د ذ ر ز ژ ږ س ش ښ ص ض ط
ظ ع غ ف ڤ ق ک گ ل م ن و
و̃ وو و̊ ھ ی ي ې

В 2010-х годах в Афганистане появилась новая программа обучения шугнанскому языку в школах. Предложенная в ней письменность на основе латиницы подверглась критике со стороны некоторых носителей, посчитавших, что она плохо отражает языковую реальность. С 2012 года международная организация SIL International сотрудничает с Академией наук Афганистана в вопросах улучшения системы орфографии[2].

ФонетикаПравить

ГласныеПравить

Фонологическая система гласных шугнанского языка имеет 10 гласных фонем, которые образуют три оппозиции по долготе: /i:/, /e:/, /ɛ:/ — /i/; /o:/, /ʊ:/, /u:/ — /u/; /a:/ — /a/. В отличие от более устойчивых долгих, краткие гласные фонемы могут иметь несколько вариантов произношения[5][34]. В шугнанском есть дифтонги, но заметна тенденция к их упрощению в монофтонги[35].

Фонема /ʊ:/ чаще всего является результатом диахронического изменения других гласных в определённых условиях: из /o:/ перед носовыми (pʊ:nd «дорога» ← po:nd), из /u/ перед /h/ (mʊ:lat «период» ← muhlat) и из дифтонга /aw/ перед согласными (sʊ:d «идёт» ← sawd)[прим. 2]. Фонема /e:/ может являться результатом изменения дифтонга /aj/, а /ɛ:/ — дифтонга /ej/ (xɛ:r «ох!» ← xejr). Между тем для всех этих гласных есть и примеры, в которых их происхождение не обусловлено такими изменениями, что не позволяет считать их аллофонами[35].

Гласные фонемы[23]
передние средне-задние задние
долгие краткие долгие долгие краткие
верхние i: i ʊ: u: u
средне-верхние e: o:
средне-нижние ɛ:
нижние a: a

СогласныеПравить

Согласные фонемы[23]
губные зубные альвеолярные среднеязычные заднеязычные увулярные глоттальные
взрывные p t k q
b d g
щелевые f θ ʃ x χ
v ð ʒ ɣ ʁ (h)
аффрикаты t͡s t͡ʃ
d͡z d͡ʒ
носовые m n
дрожащие r
боковые l
аппроксиманты w j

Согласные фонемы могут ассимилироваться по глухости-звонкости, причём как регрессивно (bat-qa:r «злой» ← bad-qa:r), так и прогрессивно (tu:ð-biχt «мука тутовника» ← tu:ð-piχt). Фонема /n/ может ассимилироваться в [ŋ] под влиянием последующих велярных согласных /k/ или /g/[36]. В баджувском диалекте артикуляция /k/ и /g/ может быть как заднеязычной, так и среднеязычной[37].

СлогПравить

Характерны следующие структуры слога: CV, CVC, CVCC[38]. Часто встречаются двухфонемные слоги (например, wi, xu, di). Максимальная длина слога — пять фонем, такие слоги очень редки (например, vru:χt͡ʃ)[39]. Обычно слово начинается с согласного и заканчивается на согласный. Большинство аффиксов односложны. Особенности построения слога в шугнанском языке выражаются в изменениях фонемного состава слов при адаптации заимствований или при изменениях самого языка. Так, в корнях, начинающихся на гласный, перед гласным могут добавляться протетические согласные /h/, /j/ или /w/ (шугн. yast «имеется» ← *asti); в кластерах согласных может наблюдаться метатеза (шугн. tilf «дитя» ← ар. tifl) или изменение способа образования согласного (шугн. waxt «время» ← ар. waqt); также в кластерах или на конце слова после кластеров может вставляться гласный /i/ (шугн. fikri «мысль» ← ар. fikr, шугн. viro:d «брат» ← *bra:tar)[38].

Развиты умлаутные чередования гласных в основах. Они могут различать род и число у имени (ʒurn «круглый» — ʒarn «круглая», t͡ʃi:d «дом» — t͡ʃade:n «дома») и время, наклонение, род, число и другие категории у глагола (sut «ушёл» — sat «ушла, ушли»). Эти чередования отражают рефлексы не сохранившихся древнеиранских корневых гласных, либо не сохранившиеся в современном языке суффиксы[40].

Ударение в шугнанском языке обычно падает на последний слог основы. Постфиксы и энклитики, изафетные показатели и односложные послелоги не принимают ударение. Отрицательная частица na- и запретительная частица ma:- перетягивают ударения на себя. Некоторые слова имеют лексически закреплённое ударение не на конечном слоге (например, xúbaθ «сам»). Тонов в шугнанском языке нет[41][42].

ГрамматикаПравить

У шугнанского языка смешанная морфологическая типология. Для имён характерна агглютинация, для местоимений — супплетивизм и флексия. Глаголы используют флексию для форм настояще-будущего времени и аналитизм с элементами внутренней флексии для других форм. Обычная структура слова — основа с постфиксами и энклитиками. Приставки встречаются редко, в основном в таджикских заимствованиях[43][44][45].

Двумя наиболее значимыми части речи являются глаголы и имена. Существуют также отглагольные имена, объединяющие свойства имён и глаголов, местоимения, числительные, служебные слова (предлоги, послелоги, союзы и частицы) и междометия. Деление имён на категории существительных, прилагательных и наречий зачастую возможно только в конкретном синтаксическом и семантическом контексте[46].

Личные местоимения есть только у 1-го и 2-го лица («я», «мы», «ты», «вы»), 3-е лицо («она/он/оно», «они») выражается указательными местоимениями. Такие местоимения различают род, число и падеж. У них сохранилась праиндоевропейская дейктическая система, основанная на различении близости указываемого объекта к говорящему (jam «этот [близко]», jid «этот [недалеко]» — ju «тот [далеко]»)[47].

Есть предлоги и послелоги[43][48]. Некоторые послелоги функционируют в качестве дополнительных падежей: -ard как дательный падеж, экспериенцер или бенефактив (ma:ʃ-ard lʊv «скажи нам»), -(a)nd(i) как аблатив (we:v-andi «от них») и -(a)nd как притяжательный падеж (ju mu-nd «это моё»)[48].

ЧислительноеПравить

Система счисления в шугнанском языке десятичная. Числительные от 11 до 19 образуются присоединением цифры к числу 10 (ði:s-at yi:w «одиннадцать» ← ði:s «десять» + yi:w «одиннадцать»). Числительные до 20 — собственно шугнанского происхождения, а числа больше 20 заимствованы из таджикского. Между тем параллельно существует и исконная система для чисел больше 20, используемая в основном старшим поколением. В этой системе числа 17, 18 и 19 образуются вычитанием из 20 (yi:w kam ðu ði:s «девятнадцать», букв. «на один меньше двух десятков»), а десятки и новые разряды образуются умножением на 10 (cavo:r ði:s «сорок», букв. «четыре десятка»; ði:s-ði:s «сто», букв. «десять десятков»), в то время как таджикские десятки, сотни и старшие разряды образуются супплетивно (ср. заимствованные из тадж. t͡ʃi:l «сорок», sad «сто»)[49].

ИмяПравить

Имена классифицируются по роду, конкретности-неконкретности, отчуждаемости-неотчуждаемости, личности-неличности и единичности-общности, и могут изменяться по числу, падежу, степени сравнения и определённости-неопределённости. Падежи (прямой и косвенный) у имён утрачены и различаются только у местоимений[46]. При этом падеж имени может быть ясен из артикля или согласующегося указательного местоимения. Прямой падеж оформляет подлежащее и предикатив, косвенный — почти все виды второстепенных членов предложения[50].

Множественное число у имён выражается с помощью суффиксов, единственное число не маркируется. При выражении количества с помощью числительного соответствующее имя обычно употребляется в единственном числе[51][52].

У существительных различается мужской и женский род[44]. Род может выражаться суффиксами (wa:rg-buc «ягнёнок-самец» — wa:rg-bic «ягнёнок-самка») или отдельными лексическими детерминативами, а также внутренней флексией: умлаутными чередованиями в корне слова (nibo:s «внук» — nibɛs «внучка»). Умлаутные перегласовки маркируют женский род и являются результатом влияния утерянного гласного /i/ или /a/ в конце основы слова. Имена с умлаутом могли поменять род на женский по аналогии с другими, даже если исторически основа имела мужской род (шугн. ʒi:r «камень», ж. р. ← др.-иран. *gari «гора», м. р.)[53]. При этом бо́льшая часть существительных не имеет формально выраженных родовых признаков, их родовая принадлежность выражается только синтаксически: например, при согласовании с глаголами и прилагательными или при употреблении в отношении существительного указательного местоимения, которое выражает род[51][53].

В определении рода имени могут играть роль семантические свойства: абстрактные имена, названия веществ и понятий относятся преимущественно к мужскому роду, названия животных и птиц — преимущественно к женскому. Из-за этого некоторые слова могут иметь разный род в зависимости от смысла[51][53]. Названия неодушевлённых предметов и животных в значении общности обычно относятся к мужскому роду вне зависимости от их рода в употреблениях в значении единичности[53]. Различение рода имён нехарактерно для других иранских языков, а выражение рода имён с помощью чередований в корне является экзотическим явлением для индоевропейской семьи в целом[43].

У прилагательных есть степени сравнения (d͡ʒa:ld «быстро» — d͡ʒa:ld-di «быстрее» — d͡ʒa:ld-dar-di «ещё быстрее»)[54]. Кроме того, эта категория может выражаться у некоторых существительных, обозначающих качество, время или место (sa:raki «утро» — sa:raki-di «пораньше утром», kampi:r «старуха» — kampi:r-di «женщина старше»)[46].

ГлаголПравить

Глаголы классифицируются по переходности-непереходности, а также изменяются по времени, наклонению, лицу, числу и, в некоторых формах, роду[46]. Различаются изъявительное и повелительное наклонения. В изъявительном наклонении есть четыре времени: настояще-будущее, прошедшее и перфектное, характеризующиеся разными глагольными основами, а также плюсквамперфектное, образующееся от перфекта. В настояще-будущем времени личные формы образуются флективно (с помощью окончаний), а в других временах — аналитически (с помощью энклитик ваккернагелевского типа, обычно примыкающих к первому ударному слову предложения[43][55][56]. Форма 3-го лица единственного числа настоящего времени может образовываться нерегулярно[56]. Перфект, как и в других иранских языках, выражает результативное действие. Форма перфекта, помимо видо-временного значения, может выражать оттенок неочевидности, заглазности действия, а также пожелания, сожаления или опасения; плюсквамперфект — оттенок нереальности, несбыточности или желания. Пассивные формы выражаются аналитически, с помощью особого суффикса и личной формы глагола «быть»[55].

В непереходных глаголах род и число могут выражаться умлаутом в основах прошедшего времени и перфекта. В прошедшем времени основа мужского рода противопоставляется основе женского и множественного числа (tu:jd «ушёл» — to:jd «ушла, ушли»), в перфекте мужской род, женский род и множественное число противопоставляются друг другу (tu:jd͡ʒ «ушёл» — ti:t͡s «ушла» — to:jd͡ʒ «ушли»)[57]. Такие чередования нерегулярны, у многих глаголов фактически свои собственные парадигмы изменения. У некоторых глаголов таким образом в парадигме оказывается до девяти различных корней, у других же чередования не происходят вообще и они спрягаются по регулярной схеме[43][56].

Древние каузативные глаголы могут образовываться от непереходных по древнеиранскому образцу Ce:C / CɛCCaC[прим. 3], часто с дополнительными изменениями корня (sitɛb- «жарить» ← sitafs- «быть жареным»), новые образуются суффиксально (raze:n- «крошить» ← raz- «крошиться»). Суффикс каузатива также может использоваться для субстантивации[56].

Модальные значения передаются частицами-клитиками, среди которых отрицательная, запретительная, вопросительная, категоричная и другие эмфатические частицы[58]. Часто употребляются сложные глагольные конструкции с именами, в разной степени идиоматичные (например, ziv ðɛdo:w «уговаривать»)[59].

СинтаксисПравить

Шугнанский является языком номинативного строя с отдельными эргативными конструкциями. Характерен порядок слов SOV: финитная форма глагола стремится к концу предложения. Исключением является связка, выраженная личными энклитиками: она стремится к началу предложения. Определяемое обычно следует за определением; в заимствованной из таджикского языка изафетной конструкции это правило нарушается. Сказуемое согласуется с главным членом определительного словосочетания (например, в предложении yi qa:p ʒindam tis sut «мешок [ж. р.] пшеницы [м. р.] рассыпался [м. р.]» глагол согласуется с названием вещества, а не меры)[45]. Немаркированные члены именной группы располагаются в следующем порядке: детерминатив, посессивное местоимение, числительное, прилагательное, существительное[60].

ЛексикаПравить

В шугнанском языке много заимствований из таджикского, а также из арабского, особенно в культурной и религиозной сферах, и тюркских языков посредством таджикского. Имеется большой пласт заимствований из русского, как посредством таджикского, так и непосредственно. В меньшей степени заметны заимствования из индоарийских языков. Кроме того, существует ареальная лексика, характерная для языков Памира, происхождение которой неясно[61]. Есть небольшое число современных заимствований из английского. Шугнанский язык богат фразеологизмами, многие из которых обнаруживаются в других иранских языках[21].

Сравнительная таблица лексики семи иранских языков[62]
Русский Фарси Таджикский Шугнанский Рушанский Сарыкольский Ваханский Пушту Авестийский
сын pesær (پسر) pisar (писар) puts puc pɯts putr zoj (زوي) putra
огонь ɒtiʃ (اتش) otaʃ (оташ) joːts yuc juts rɯχniɡ wor, or (اور) âtar
вода ɒb (اب) ob (об) xats xats xats jupk obə (ابہ) aiwyô, ap
кисть руки dæst (دست) dast (даѕт) ðust ðost ðɯst ðast lɑs (لس) zasta
ступня pɒ (پا) po (по) poːð pu:ð peð puð pxa, pʂa (پښہ) ?
зуб dændɒn (دندان) dandon (дандон) ðinðʉn ðinðon ðanðun ðɯnðɯk ɣɑx, ɣɑʂ (غاښ) ?
глаз tʃæʃm (چشم) tʃaʃm (чашм) tsem cam tsem tʂəʐm stərɡa (سترګه) chashman
лошадь æsb (اسب) asp (асп) voːrdʒ vurdʒ vurdʒ jaʃ âs (آس) aspa
облако æbr (ابر) abr (абр) abri abr varm mur uriədz (اوريځ) ?
пшеница gændom (گندم) gandum (гандум) ʒindam ʒindam ʒandam ɣɯdim ɣanəm (غانم) ?
мясо ɡuʃt (گوشت) ɡuʃt (гушт) ɡuːxt ɡuːxt ɡɯxt ɡuʂt ɣwəxa, ɣwəʂa (غوښہ) ?
много besjɒr (بسيار) bisjor (бисёр) fana,lap ghak,fana pɯr təqi ɖer, ziyât (ډېر، زيات) paoiri, paoirîsh, pouru
высокий bolænd (بلند) baland (баланд) biland biland bɯland bɯland lwəɻ (لوښ) berezô, berezañt
далеко dur (دور) dur (дур) ðar ðar ðar ðir ləre (لره، لرې) dûra, dûrât
хороший χub (خوب) χub (хуб) bashand bashand tʃardʒ baf xə, ʂə (ښہ) vohu
маленький kutʃik (كوچك)) χurd (хурд) dzul bucik dzɯl dzəqlai ləɡ, ləʐ (لېږ) ?
говорить goft (گفت) guft (гуфт) lʉvd luvd levd xənak wajəl (ويل) aoj-, mrû-, sangh-
делать kærd (كرد) kard (кард) tʃiːd tʃigo tʃeiɡ tsərak kawəl (کول) kar-
видеть did (ديد) did (дид) wiːnt wuːnt wand winɡ lidəl (ليدل) dî-

ПримечанияПравить

  1. 1 2 3 4 5 Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 787.
  2. 1 2 3 4 Mueller, 2015, pp. 5—6.
  3. 1 2 3 4 Эдельман, 1999, с. 225.
  4. 1 2 3 Atlas of the World's Languages in danger. UNESCO. Дата обращения 16 июля 2020.
  5. 1 2 3 4 5 6 Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 788.
  6. Карамшоев, 1988, с. 5—6.
  7. Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 787—788.
  8. 1 2 Карамшоев, 1988, с. 6.
  9. Карамшоев, 1988, с. 5.
  10. Эдельман, 1999, с. 225, 241—242.
  11. Карамшоев, 1988, с. 8—9.
  12. Карамшоев, 1988, с. 7—8.
  13. Mueller, 2015, pp. 2—4.
  14. 1 2 Эдельман, 1999, с. 225—226.
  15. 1 2 3 Shughni (англ.). Ethnologue. Дата обращения 20 июля 2020. Архивировано 20 июля 2020 года.
  16. Каландаров, 2020, с. 9—10.
  17. Карамшоев, 1988, с. 9—10.
  18. 1 2 Mueller, 2015, pp. 1.
  19. Lewis, M. Paul; Simons, Gary F. Assessing endangerment: Expanding Fishman's GIDS (англ.) // Revue roumaine de linguistique. — 2010. — Iss. 2. — P. 103—120.
  20. 1 2 Christopher Moseley. The UNESCO Atlas of the World's Languages in Danger: Context and Process (англ.) // World Oral Literature Project. — University of Cambridge, 2012. — ISBN 978-0-9566052-4-5.
  21. 1 2 3 4 Аламшоев Шервоншо Мукбилшоевич. Иноязычная фразеология в шугнанском языке // Acta Linguistica Petropolitana. Труды института лингвистических исследований. — 2018. — Т. XIV, вып. 1. — ISSN 2306-5737.
  22. 1 2 3 Каландаров, 2020, с. 5.
  23. 1 2 3 4 Эдельман, 1999, с. 227.
  24. 1 2 3 Абдулхамидова П., Юсуфбеков Ш. Создание дискурса публичной сферы шугнанского языка в СМИ и социальных сетях // Russian Journal of Linguistics. — 2017. — Т. 21, вып. 4. — ISSN 2312-9182.
  25. 1 2 3 4 Каландаров, 2020, с. 7—8.
  26. 1 2 Каландаров, 2020, с. 12—14.
  27. Каландаров, 2020, с. 16.
  28. Каландаров, 2020, с. 24.
  29. 1 2 3 Эдельман, 1999, с. 226.
  30. Каландаров, 2020, с. 17.
  31. Каландаров, 2020, с. 18—19.
  32. М. Аламшо, Д. Карамшо. Хуг̌ну̊ни зив̌. — Хоруғ: «Помир», 2000. — С. 134.
  33. Khair Mohammad "Haidari" = خیر محمد حیدری. Alphabet of Shughni Language = الفبای زبان شغنی. — Kabul: Academy of scinces of Afghanistan, 2005.
  34. Эдельман, 1999, с. 228—229.
  35. 1 2 Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 789.
  36. Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 790—791.
  37. Додхудо Карамшоев. Баджувский диалект шугнанского языка. — Душанбе: Академия наук Таджикской ССР, 1963.
  38. 1 2 Эдельман, 1999, с. 229—230.
  39. Усманов З.д, Гуломсафдаров А.г. О слоговой структуре слов шугнанского языка // Доклады Академии наук Республики Таджикистан. — 2009. — Т. 52, вып. 9. — ISSN 0002-3469.
  40. Эдельман, 1999, с. 230.
  41. Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 791—792.
  42. Эдельман, 1999, с. 228.
  43. 1 2 3 4 5 Владимир Плунгян. В. А. Плунгян: «Шугнанский язык — мечта морфонолога и формального морфолога, но на этом его экзотические особенности не заканчиваются». Институт языкознания РАН (25 июля 2019). Дата обращения 9 сентября 2020.
  44. 1 2 Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 792.
  45. 1 2 Эдельман, 1999, с. 240—241.
  46. 1 2 3 4 Эдельман, 1999, с. 231.
  47. Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 794—795.
  48. 1 2 Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 796.
  49. Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 797.
  50. Эдельман, 1999, с. 235.
  51. 1 2 3 Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 793.
  52. Эдельман, 1999, с. 234.
  53. 1 2 3 4 Эдельман, 1999, с. 231—233.
  54. Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 794.
  55. 1 2 Эдельман, 1999, с. 236.
  56. 1 2 3 4 Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 797—798.
  57. Эдельман, 1999, с. 233—234.
  58. Эдельман, 1999, с. 237—238.
  59. Эдельман, 1999, с. 240.
  60. Edelman, Dodykhudoeva, 2009, pp. 801.
  61. Эдельман, 1999, с. 241.
  62. Gawarjon (高尔锵/Gāo Ěrqiāng). Outline of the Tajik language (塔吉克语简志/Tǎjíkèyǔ Jiǎnzhì). — Beijing: Nationalities Publishing House, 1985.

КомментарииПравить

  1. Под «страной Духоло» у Сюань-цзана понимается Тохаристан.
  2. Здесь и далее в статье шугнанские слова записываются не в орфографии, а с помощью Международного фонетического алфавита.
  3. Под C обозначается любая согласная фонема.

ЛитератураПравить

СтатьиПравить

СсылкиПравить