Эвакуация немецкого населения Транснистрии

Эвакуа́ция неме́цкого населе́ния Трансни́стрии — массовое перемещение немецкого гражданского населения с территории между Днестром и Южным Бугом весной 1944 года. Всего немецкими властями было перемещено более 130 тысяч немцев-фольксдойчей (до Великой Отечественной войны являвшихся гражданами СССР). Их вывезли в Вартегау. Эвакуация была частью большой эвакуации немецкого населения Северного Причерноморья конца 1943 — начала 1944 годов, которая проводилась в связи с наступлением РККА. В Вартегау немцы Транснистрии разделили судьбу всех свезённых туда фольксдойче: осенью 1944 года большинство взрослых мужчин было мобилизовано в войска вермахта и СС, а оставшиеся несли трудовую повинность. Мобилизованные в СС и вермахт были отправлены на Западный фронт и на Восточный фронт, где они участвовали в боях и где многие погибли или попали в плен. Попавшие в советский плен в дальнейшем были осуждены за измену Родине, попавшие в англо-американский плен вскоре были освобождены и проживали в ФРГ.

Эвакуированные причерноморские немцы в Венгрии, июль 1944 года

ПредысторияПравить

 
Доля немцев по областям Украинской ССР (по переписи 1926 года). Видно, что в Одесской области доля немецкого населения была больше, чем в других областях Украины
 
Дома причерноморских немцев-колонистов, 1927 год

Территория между Днестром и Южным Бугом была присоединена к России в 1792 году по Ясскому миру. В конце XVIII—XIX веках власти России поощряли переселение жителей Германии для земледельческой колонизации этих новых земель. В результате в Северном Причерноморье (от устья Дуная до побережья Крыма) образовался ряд немецких земледельческих колоний. Переселялись туда немцы из Данцига, Вюртемберга, Бадена и Эльзаса[1].

В первые два года Первой мировой войны немецкие колонии в Северном Причерноморье располагались далеко от линии фронта — между ними и Австро-Венгрией была нейтральная Румыния. В августе 1916 года Румыния вступила в Первую мировую войну на стороне Антанты, но немецких земледельческих колоний Причерноморья война почти не касалась — боевые действия до декабря 1917 года шли на румынской земле. В январе 1918 года Румыния присоединила к себе Бессарабию. В марте 1918 года междуречье Днестра и Южного Буга было оккупировано австрийскими войсками. В период оккупации во многих немецких колониях Южной Украины действовали отряды местной милиции (самообороны)[2].

Победа большевиков в Гражданской войне привела к разделению причерноморских немецких колоний между СССР и Румынией. Немецкие колонии в Бессарабии оказались в составе Румынии, а немецкие колонии в междуречье Днестра и Южного Буга вошли в состав Украинской ССР (часть из них позднее оказалась в Молдавской АССР).

В довоенной Украине именно доля немцев в Одесской области была наибольшей среди областей Украинской ССР. Так, по переписи 1926 года в 8,3 % населения Одесской области были немцами. Одесская область была приграничной до июня 1940 года, когда к СССР была присоединена Бессарабия (с её немецкими земледельческими колониями).

По состоянию на 1939 год на территории Причерноморья (области Украинской ССР и Крымская АССР) проживали 378935 причерноморских немцев[1]. По переписи 1939 года на территориях, позднее вошедших в Транснистрию проживали 103409 немцев (в том числе 11083 в городах)[3]:

В 1940—1941 годах большинство немцев Бессарабии было репатриировано в Германию. Таким образом, к 22 июня 1941 года междуречье Днестра и Южного Буга от границы с Румынией отделяла широкая полоса, где немцев было относительно немного. Румынская перепись 1941 года[ro] выявила на территории Бессарабии 2058 немцев.

Фольксдойче Транснистрии в 1941—1944 годахПравить

22 июня 1941 года Румыния (одновременно с Германией) начала боевые действия против СССР. 26 июля 1941 года вся территория Молдавской ССР была полностью оккупирована немецко-румынскими войсками[4]. В первые три недели августа 1941 года была оккупирована значительная часть междуречья Днестра и Южного Буга (кроме окрестностей Одессы). В октябре 1941 года со взятием Одессы была оккупирована вся территория между Днестром и Южным Бугом.

 
Шифротелеграмма командования Южного фронта от 4 августа 1941 года о нападениях немецкого гражданского населения на Днестре на части Красной армии

Немецкое население будущей Транснистрии в ряде случаев поддерживало вступающие немецкие войска. В полученной Сталиным в августе 1941 года шифротелеграмме командования Южного фронта, подписанной Тюленевым, Запорожцем и Романовым, сообщалось о том, что немецкое население радостно встречало немецкие войска и стреляло по отступающим советским войскам[5]:

1. Военные действия на Днестре показали, что немецкое население стреляло из окон и огородов по отходящим нашим войскам. Установлено также, что вступающие немецко-фашистские войска в немецкой деревне 1.8.1941 встречались хлебом-солью. На территории фронта имеется масса населенных пунктов с немецким населением.

Оккупация привела к образованию новой административно-территориальной единицы — Транснистрии. В неё вошла территория между Днестром и Южным Бугом. Согласно советскому административно-территориальному делению в Транснистрию вошли Одесская область, часть Винницкой области и левобережье Молдавии. Де-юре над Транснистрией, согласно «Бендерскому договору», осуществлялась только временная румынская администрация[6]. Фактически же оккупационный режим в Транснистрии почти не отличался от оккупационного режима в Бессарабии[6].

Таким образом под оккупацией оказалась территория с компактным немецким населением. В результате регистрации 1943 года на территории Транснистрии было зафиксировано 130 866 этнических немцев[7]. В основном это было сельское население[7]. Всего же на всей оккупированной советской территории в 1943 году (как следует из записи разговора в июне 1943 года с советником министра Байлем и советником высшего командования Хемпелем в Восточном министерстве труда) проживали 200 тысяч фольксдойче (из них 90 % в сельской местности)[8].

128248 фольксдойче Транснистрии (по данным учёта 1942 года) делились по полу и возрасту на три группы[9]:

  • Мужчины и дети старше 14 лет — 34248 чел.;
  • Женщины и девушки старше 14 лет — 46076 чел.;
  • Дети до 14 лет — 48626 чел.

Фольксдойче Транснистрии находились в ведении не румынской администрации, а Особой команды «Р» (Sonderkommando R Russland), которая в свою очередь входила в специальную Службу по делам местных немцев (Volksdeutsche Mittelstelle, VoMi/ФоМи) в статусе Главного управления СС[10]. Возглавлял Особую команду «Р» оберфюрер (с 1943 года бригадефюрер) СС Х. Хоффмейер[7]. 12 декабря 1941 года между Х. Хоффмейером и губернатором Транснистрии Алексяну было заключено соглашение о положении фольксдойче Транснистрии, которое предусматривало следующее[11]:

  • «Фольксдойче Миттельштелле» обязалось выдать до 28 февраля 1942 года всем фольксдойче специальные пропуска;
  • «Фольксдойче Миттельштелле» получило право назначать для немецких общин бургомистра, сообщив об этом румынскому префекту.

В августе 1942 года между Хоффмейером и Алексяну было заключено новое соглашение о правах фольксдойче[12]:

  • В случае ареста фольксдойче румынские власти должны были уведомить о нём «Фольксдойче Миттельштеле»;
  • Немецкие общины получали дополнительно большие участки земли, изъятой у соседнего населения иных национальностей;
  • Фольксдойче могли занимать изъятые у них в Одессе в советское время (в соглашении уточнялось, что занятые евреями) квартиры. При этом мебель, оставшаяся в таких квартирах от прежних жильцов, могла приобретаться фольксдойче за умеренную плату, взимаемую румынскими властями;
  • Губернатор Транснистрии обязался поставлять (за натуральную оплату) руководству «Фольксдойче Миттельштелле» (в Ландау) сигареты, спиртные напитки, сахар, соль и дрова.

Фольксдойче в Одессе были переданы в пользование мельница по производству подсолнечного масла, школа и здание «Немецкого дома»[12].

«Фольскдойче Миттельштелле» контролировала школу, госпиталя, кино и книгоиздание[13]. При этом школы (как и церкви) должны были финансироваться румынской администрацией[13]. В Одессе работали немецкая школа (во главе с фрау Шютце) и «Немецкий дом», где показывали кинофильмы, театральные постановки (была труппа фольксдойче из Румынии), а также устраивали поэтические вечера (на них бывали высшие немецкие чины — например, Хоффмейер)[14]. В Зельце, Канделе, Страсбурге, Бадене и Адольфстали в 1942 году открылись детские сады: 900 детей в возрасте от 3-х до 6-ти лет и 17 воспитателей[15].

В ведении «Фольксдойче Миттельштелле» находилась социальная сфера: учёт многодетных фольксдойче и благотворителей, им помогавших[16]. Так, по 4-му району Одессы были учтены 63 многодетные женщины, имевшие от 4 до 14 детей[16]. Им помогли продуктами и одеждой[16]. В Гросс-Либентале действовал сиротский дом[16].

Указанием губернатора Транснистрии был введён запрет на переезд из сёл в города, чтобы «сохранить сельскохозяйственный характер провинции»[13]. Губернатор Транснистрии также регулировал цены на сельскохозяйственные продукты[13].

В Транснистрии действовали 18 комендатур Особой команды «Р» (в том числе в немецких колониях Раштадт, Вормс, Шпайер, Маннгейм, Хоффнунгсталь)[17]. Действовала также организация «Немецкая молодёжь Транснистрии», построенная по принципу Гитлерюгенда[18]. В Государственном архиве Одесской области сохранились написанные (как правило, на хорошем немецком языке) автобиографии фольксдойче, поданные при вступлении в «Немецкую молодёжь Транснистрии»[19].

Территориально фольксдойче Транснистрии проживали как на территории Одесской области Украинской ССР, так и в Молдавской ССР (на левобережье Днестра — в бывшей Молдавской АССР). К северу от Тирасполя располагались глюкстальские колонии; между Южным Бугом и Тилигулом — березанские колонии, а в районе Одессы — кучурганские и крослибентальские колонии[7].

Высшая ставка налога наличными деньгами для фольксдойче составляла 50 % годового дохода с владения[13]. Кроме того фольксдойче Транснистрии (как и рейхсдойче) сдавали пожертвования деньгами в пользу вермахта[20]. Так, в 1942 году 14 фольксдойче в Одессе собрали для раненых немецких солдат 455 рейхсмарок[20]. При этом составлялись списки лиц, которые внесли пожертвования[20].

«Фольксдойче Миттельштелле» установила нормы владения на 1 семью фольксдойче[13]:

  • 1 корова (на семью из 5-ти и более человек — 2 коровы);
  • 2 свиньи и 50 % приплода от них;
  • 5 овец;
  • Домашняя птица (без ограничений).

Немецким общинам разрешалось иметь «работоспособных лошадей»: 1 лошадь на 10 га земли[13]. Также были проведены прирезки земли. В частности, немецкая община в Розенфельде владела 1109 га земли, из которых 200 га были изъяты у соседей-украинцев[21]. Община в Розенфельде имела 75 лошадей и была разделена на 12 трудовых групп[16]. Урожай в общине собирали по 8,5 — 9 центнеров с гектара[16].

14 немецких фирм по согласованию с губернатором (и по предложению «Фольксдойче Миттельштелле») получили право торговать в Транснистрии и закупать продукты для поставки их в Третий рейх[13].

В Одессе также существовала община фольксдойче. Проректором Одесского университета был фольксдойче Шеттле, а среди преподавателей значились Теодор и Герта Педоновы[15]. Директором Украинского театра был Валентин Хаубрандт, который ранее был помощником капитана на судне[15].

В 4-м районе Одессы было 45 предпринимателей фольксдойче, которые в 1942 году владели магазинами, колбасной фабрикой, электромеханической мастерской, питейными заведениями, лимонадной фабрикой, буфетом и столовой[15].

Фольксдойче, которые работали в «Фольксдойче Миттельштелле» и в воинских частях, получали хорошие продуктовые пайки[16]. В частности, воинская часть № СС-10528 выдавала фольксдойче Герте Бек на протяжении 14 недель (с 20 сентября по 27 декабря 1943 года) следующий недельный паёк[16]:

  • 14 яиц;
  • 7 литров молока;
  • 1 кг масла.

Сохранилось много продуктовых карточек, выданных «Фольксдойче Миттельштелле» фольксдойче Одессы[16]. Очень часто среди выданных продуктов значится гусь или утка[16].

Из фольксдойче Транснистрии были образованы отряды самообороны (Volksdeutscher Selbstschutz), подчинявшиеся комендантам Особой команды «Р»[2]. Самооборона (Selbstschutz) была сформирована в начале 1942 года и в неё набирали мужчин в возрасте от 18 до 40 лет[22]. Служба в Самообороне была обязательной для фольксдойче мужского пола, достигших 18 лет[23].

Общая численность самообороны составляла[2]:

  • Середина марта 1942 года — около 7 тыс. чел.;
  • Конец 1942 года — 5 тыс. чел.;
  • Начало 1943 года — 8,5 тыс. — 9 тыс. чел.

Кроме того, около 3 тысяч немцев Транснистрии весной 1943 года были призваны в войска СС и в вермахт[2]. В апреле 1944 года на территории Транснистрии призвали на военную службу около 4 тысяч немцев[22].

Члены немецкой самообороны привлекались к уничтожению местных жителей — цыган, евреев и советских активистов. Самооборона получила лёгкое стрелковое оружие, но её члены не имели формы, а только нарукавные повязки со свастикой[22].

На территорию Транснистрии сгонялись для уничтожения также евреи из других территорий. В селе Богдановка в конце 1941 года был создан лагерь, в котором в постройках для скота содержалось более 50 тысяч человек (евреев из Одессы, с румынских, венгерских земель и из других местностей), которых либо пригнали пешком, либо привезли по железной дороге[24]. Во второй половине декабря 1941 — начале января 1942 года в Богдановке и в её окрестностях за три недели были перебиты почти все узники лагеря, а их тела были сожжены[24]. Эту операцию провели подразделения румынской жандармерии при поддержке местной вспомогательной полиции, служащие комендатур Особой команды «Р» при участии около 60 членов самообороны.

Кроме того, в приказе Дирекции администрации указывалось, что (по согласованию с «Фольксдойче Миттельштелле») немецкие села получали имущество лиц, не принадлежавших к немецкой нации, которые из этих немецких сёл выселялись[13].

В 1944 году статус Транснистрии и Бессарабии был фактически изменён. 26 января 1944 года в Транснистрии была ликвидирована румынская гражданская администрация[25]. 21 марта 1944 года Транснистрия перешла под временное управление вермахта[25].

Исследователь Мария Рутковская отмечает, что осенью 1943 года в связи с поражениями на Восточном фронте началась эвакуация немцев из Северного Причерноморья, в результате которой из СССР за период с осени 1943 года по конец 1944 года были вывезены около 350 тысяч немцев (из них 289,9 тысяч — в Вартегау)[26].

Аналогичная эвакуация проводилась и с иных советских территорий, оставляемых вермахтом. В частности, 12 июля 1944 года в округе «Белосток» было введено военное управление (полицию как из русских, так и из фольксдойче разоружили и дали её сотрудникам право на выезд) и в тот же день началась официальная эвакуация фольксдойче из Белостока[27].

Подготовка эвакуацииПравить

 
Немцы Зельца эвакуируются,
25 марта 1944 года

Командир зондеркоманды «Р» бригадефюрер СС Х. Хоффмейер курировал разработку плана эвакуации этнических немцев Транснистрии, который предусматривал следующее[7]:

  • Провести переселение немецких женщин и детей из 20-километровой полосы вдоль Южного Буга в западную часть Транснистрии. При этом трудоспособные мужчины должны были там остаться — для выполнения весенних сельскохозяйственных работ;
  • В случае продолжения советского наступления — эвакуировать все немецкое население в западную часть Транснистрии;
  • В случае приближения РККА к Днестру — начать организованный отход на территорию Бессарабии.

В рамках подготовки к эвакуации сотрудники зондеркоманды «Р» оповещали и инструктировали жителей колоний[28]. Представители немецкой интеллигенции (учителя и другие) были обязаны собрать статистику (по домовладениям, хозяйственному инвентарю, домашнему скоту и земельным наделам)[28]. Германские власти рекомендовали переселенцам брать на подводы не более 500 килограммов[28].

Жители немецких колоний занялись подготовкой гужевого транспорта — подковывали лошадей, сооружали на каждой повозке из брезента (фанерных листов) фургон[28]. Одновременно переселенцы заготовляли провизию: консервированное мясо и запасы муки[28]. 12 марта 1944 года Х. Хоффмейер отдал приказ о начале срочной эвакуации всего немецкого населения Транснистрии[28]. Этот приказ был согласован с командованием групп армий «Юг» и «А», а 13 марта 1944 года о приказе был извещён М. Антонеску[28].

В марте 1944 года шла эвакуация фольксдойче также из прилегающих к Транснистрии территорий Украины. В частности, в оккупационной прессе Николаева в марте 1944 года (перед освобождением Николаева Красной армией) сообщалось[29]:

Определенные круги города Николаева в связи с отъездом из города части граждан немецкого происхождения (фольксдойче) делают ошибочный вывод, будто бы немецкое командование предполагает оставить Николаев или город рискует попасть непосредственно в зону боевых действий. Эти вредные слухи не отвечают действительности. На самом деле эвакуация части немецких граждан (фольксдойче) проходит по заранее составленному плану, в соответствии с которым лица немецкого происхождения, проживающие в восточных областях, должны быть переселены в новые места поселения в непосредственной близости от границ Рейха

31 марта 1944 года Г. Гиммлер сообщил главе ФоМи В. Лоренцу о том, что все эвакуированные из Транснистрии немцы будут в итоге поселены в Вартегау[30]. О данном плане Гиммлер предварительно уведомил гауляйтера Вартегау А. Грейзера, который одобрил эту идею[30]. Гиммлер направил А. Грейзеру телеграмму, в которой поручил А. Грейзеру организовать расселение беженцев в Вартегау[30].

Вермахт выделил 6 транспортных судов[28]. 17 марта 1944 года на переговорах между руководством зондеркоманды «Р» и румынским Генеральным штабом были определены пункты переправы через Днестр: Дубоссары, Тирасполь, Бендеры и, в качестве дополнительного пункта, Овидиополь[28].

Согласно распоряжению штаба зондеркоманды «Р», жителям березанских и глюкстальских колоний следовало перейти на другой берег Днестра в Тирасполе и Дубоссарах[31]. Через Овидиополь должны были переправиться эвакуированные из кучурганских и грослибентальских колоний[31].

Впрочем, не всегда вермахт оказывал помощь эвакуированным. У жителей колонии Ландау за несколько дней до объявления об эвакуации представители вермахта реквизировали лошадей[31]. Поэтому их вывозили железнодорожными эшелонами, а также самолётами[31]. В 20-х числах марта 1944 года мост через Днестр в Тирасполе был заполнен отступавшими немецкими частями и поэтому беженцам приказали повернуть к Овидиополю, но через два дня беженцы вновь повернули к Тирасполю, а в конечном итоге переправились в Дубоссарах[32]. Однако затем немецкие военнослужащие построили понтонный мост и эвакуированные смогли перейти через Днестр в Тирасполе[31].

Медицинское обслуживание (в частности эвакуированным из колонии Хофнунгсталь) оказывал персонал Немецкого Красного Креста[31].

Добровольность эвакуацииПравить

Украинский историк Владимир Мартыненко в 2020 году пришёл к выводу (в том чисел на основе анализа послевоенных мемуаров эвакуированных), что «подавляющее большинство немцев решили оставить свои дома не под административным давлением со стороны оккупационных властей, а добровольно, руководствуясь исключительно инстинктом собственного выживания»[33].

Маршруты и этапы эвакуацииПравить

В ходе первого этапа эвакуации (до 9 апреля 1944 года) немцы Транснистрии были перемещены через Днестровский лиман в Южную Бессарабию[32].

В соответствии с распоряжением командования вермахта от 2 апреля 1944 года и циркуляром генерал-квартирмейстера генерального штаба ОКХ от 13 апреля 1944 года, было предписано следующее[34]:

  • Основное руководство операцией осуществлял штаб зондеркоманды «Р»;
  • Немецкий генерал при Главном командовании румынских королевских вооружённых сил Э. Ханзен был обязан в случае обострения ситуации на фронте ускорить эвакуацию большинства немцев из Северной Румынии на подводах. Другие группы немцев следовало вывозить железнодорожным и речным транспортом.
  • Э. Ханзен должен был помогать бригадефюреру СС Х. Хоффмейеру в снабжении переселенцев продовольствием. Разрешалось использовать для перевозки переселенцев дунайские пароходы, которые были переоборудованы в госпитали (в зависимости от боевой обстановки);
  • Разрешалось использовать армейский автотранспорт;
  • По разработанному плану колонны беженцев должны были двинуться на шоссейных дорогах вдоль берегов Дуная.

В ходе второго этапа эвакуации в первой половине апреля 1944 года около 22 тысяч человек (старики, больные и женщины с детьми) были поездами (в том числе в открытых вагонах) отправлены в Лицманштадт[32].

Остальные немцы должны были эвакуироваться двумя потоками (каждым руководил гауптштурмфюрер СС)[30]:

  • Северный поток беженцев (в основном жители березанских и глюкстальских колоний) должен был идти через Венгрию. Согласно предписанию ОКВ, по венгерской территории беженцы должны были идти до линии Клуж-Напока — Деж — Бетлен — Быстрица — Боргопрунд — Пояна-Стампей. Запрещалось останавливаться более, чем на 24 часа. В дальнейшем планировалось отправить (по согласованию с транспортными службами) северный поток эшелонами за пределы Венгрии;
  • Южный поток беженцев (уроженцы кучурганских и грослибентальских колоний и Одессы) должны были двинуться через Болгарию, Сербию, Венгрию, протекторат Богемии и Моравии и польское генерал-губернаторство.

Северный поток по распоряжению генерал-квартирмейстера ОКХ двинулся в путь 16 апреля 1944 года из Бессарабии через Бырлад и венгерскую Северную Трансильванию[30]. Северный поток включал[30]:

  • 70 125 человек;
  • 38 444 лошадей;
  • 12 729 повозок;
  • 6 458 голов крупного рогатого скота.

Северный поток переправился через Прут по мосту возле деревни Фэлчу[30]. По пути маршрут приходилось корректировать из-за постоянных налётов советской авиации и передвижения немецких частей[30]. В Северной Трансильвании обозы сопровождали венгерские солдаты, которые обеспечивали их защиту и занимались поставкой продовольствия[30]. К концу апреля 1944 года северный поток вышел на запланированную линию[30]. В Деже эвакуированные были погружены в эшелоны, получили продуктовый паёк на десять дней и сдали лошадей специальной комиссии, которая выдала о приёме квитанции[35]. Эшелоны с эвакуированными в Вартегау отправлялись с 4 по 29 мая 1944 года (причём многие шли через Будапешт)[35].

Южный поток двинулся 23 апреля 1944 года и включал[36]:

  • 40 000 человек;
  • 8 000 повозок;
  • 19 000 лошадей;
  • 5 000 голов крупного рогатого скота.

Южный поток переправился через Прут по понтонному мосту возле Рени, а дальше двинулся через Галац, Браилу, Исакчу, Тулчу и Чернаводэ[36]. Движение не всегда было мирным. В частности, начальник гангуринского жандармского поста И. Ракиеру 9 мая 1944 года доносил о том, что эвакуированные немцы и немецкие военнослужащие грабили местное население, отбирая у него скот, а также иные материалы[37]:

В зоне гангурского жандармского поста немецкая армия и эвакуированные немцы насильно, противозаконно и безо всякого ордера присвоили следующий скот, подводы и зерно: лошадей — 59, коров — 3, телят — 8, овец — 5, ягнят — 40, подвод — 34, упряжек — 23, колес для подвод — 27, пшеничной муки — 3189 кг, кукурузной муки — 1380 кг, пшеницы — 8728 кг, кукурузы — 40950 кг, ячменя — 6205 кг, овса — 3950 кг, сена — 24 200 кг, соломы — 40950 кг, птицы — 329 шт., картофеля — 12 500 кг, вина — 46 301 литр. Два дома было сожжено, и много домов было разобрано.

В начале мая 1944 года южный поток достиг достиг румынско-болгарской границы[36]. Первым транзитным пунктом в Болгарии стала Силистра[36]. Согласно поздним мемуарам эвакуированных, в Болгарии местное население приняло их хорошо[36].

27 апреля 1944 года командующий полицией безопасности и СД в Сербии штурмбанфюрер СС Э. Вейман обсудил с двумя представителями ФоМи ряд важных вопросов: предупредил, что после перехода через болгарско-сербскую границу придётся идти по территории, которую контролируют партизаны И. Тито[36]. Э. Вейман предложил изменить маршрут: эвакуированных переправить из района Видина на румынскую территорию и пропустить по левому берегу Дуная до румынско-сербской границы[36]. Это предложение было принято и маршрут изменён.

 
Железнодорожная станция Ясеново

В конце мая 1944 года обозы немцев из Транснистрии достигли Видина, а далее переправились на железнодорожном пароме через Дунай в Калафат[36]. 9 июня 1944 года эвакуированные вступили на территорию Баната, где были направлены к Ясеново (район Бела-Црква), в 11 км от сербско-румынской границы[36]. Там эвакуированные отдохнули, прошли медицинский осмотр[36].

Организацией размещения немцев Транснистрии занимались представитель ФоМи и главный фюрер немецкого населения Баната Й. Янко[36]. Медицинское обслуживание осуществлялось персоналом Немецкого Красного Креста и старшим санитарным офицером при главнокомандующем немецкими войсками Юго-Востока[38]. К этой работе, по распоряжению Й. Янко, привлекли «Женский союз» (Frauenschaft)[33]. Интендантская служба должна была обеспечить эвакуированных питанием на протяжении трёх дней[33].

В Банате все этнические немцы в обязательном порядке прошли санобработку: мытьё и дезинсекцию[33]. Большая часть лошадей и крупного рогатого скота были сданы в обмен на квитанции, по которым должны были выдать компенсацию в Вартегау[33]. Около 3 000 лошадей были переданы Сербскому и Черногорскому добровольческим корпусам[33]. Взрослых эвакуированных мужчин вербовали в вермахт[33].

Затем партиями примерно по 1400 человек в день беженцев стали отправлять по железной дороге в Германию[36]. Первый эшелон отбыл из Ясеново 10 июня 1944 года[36]. Отправка эшелонов из Ясеново проходила до 2 июля 1944 года[33]. В дальнейшем эвакуированные были доставлены в Лицманштадт по территории Венгрии, протектората Богемии и Моравии и генерал-губернаторства[33]. 27 июля 1944 года главный фюрер СС и полиции Вартегау Х. Райнефарт доложил Г. Гиммлеру об окончании последней акции по переселению этнических немцев из СССР в рейх[33].

Некоторые группы немцев Транснистрии в ходе эвакуации были остановлены партизанами и частями Красной Армии. В конце марта 1944 года советские партизаны внезапно появились возле села Маяки, где в тот момент жители колонии Зельц заканчивали свою переправу через Днестр[32]. Партизанский отряд обстрелял отплывающий паром и захватил большую группу эвакуированных из Зельца[32]. В итоге не успевшие эвакуироваться жители Зельца вернулись в Зельц[32]. Время от времени колонны эвакуированных подвергались налётам советской авиации[32]. На территории Румынии южный поток подвергся налёту англо-американской авиации[36].

Размещение эвакуированных и их участие в войне на стороне ГерманииПравить

 
Расселение фольксдойче в Варгегау по территориям прибытия (1939—1945)

В Вартегау все прибывшие прошли санитарную обработку: душ и дезинсекцию[39]. Для немцев Транснистрии в Вартегау были оборудованы три пересыльных лагеря: Пабьянице, в Лицманштадте и Гёрнау[39].

В дальнейшем судьба эвакуированных из Транснистрии не отличалась от участи фольксдойче, переселённых в Вартегау из иных мест.

Переселенцы из Транснистрии (как и из других местностей СССР) после прибытия в Вартегау должны были пройти натурализацию, после которой возник вопрос о призыве натурализованных советских немцев мужского пола и призывного возраста на военную службу. В начале 1944 года Г. Гиммлер отдал личное распоряжение: мужчин призывного возраста подвергнуть медицинскому осмотру и поставить на учёт как потенциальный резерв войск СС, чтобы их нельзя было мобилизовать в вермахт[40]. В апреле 1944 года между Главным управлением расы и поселений СС, Главным управлением СС и Управлением комплектования войск СС было заключено соглашение о службе в войсках СС немцев из Украины: на каждого переселенца следовало завести учётную карту с его расовыми характеристиками (Rassenkartei), копию которой отослать в филиал Главного управления расы и поселений СС в Лицманштадте, который должен был принять решение о пригодности переселенца к службе в СС[41]. Призыв натурализованных касался не только переселенцев из Транснистрии, но и всех советских натурализованных фольксдойче. Уже в апреле 1944 года некоторое количество натурализованных советских немцев было призвано в войска СС[40]. В апреле 1944 года указание шефа Главного управления СС Г. Бергера предписывало взять на воинский учёт мужчин из числа переселенцев из Южной Украины[40]. Предполагалось, что эти немцы должны быть призваны в 8-ю кавалерийскую дивизию СС «Флориан Гейер»[40]. Но в Вартегау по просьбе гауляйтера А. Грейзера призыв большинства переселенцев из СССР в войска СС был отсрочен до 30 июня 1944 года[40].

Тем временем в 1944 году к мобилизации немцев-переселенцев приступили структуры вермахта. В рамках мобилизации вермахт конкурировал с СС Представители управления призывного района (Wehrbezirkskommando) во время учёта мужчин в Вартегау не обращали особого внимания на то, что некоторые не натурализовавшиеся немцев имели статус добровольцев войск СС[42]. На возражения Главного управления СС (SS-Hauptamt) военные отвечали, что мобилизационное предписание вермахта обладает большей силой, чем какие-либо свидетельства СС[42]. Руководство СС начало борьбу за недопущение мобилизации переселенцев в вермахт. В частности, руководители лагерей Управления по делам этнических немцев получили указания изымать выданные военными документы у переселенцев, которые ранее подавали заявления в войска СС[42]. В мае 1944 года Управление комплектования войск СС обратилось в Центральное бюро по иммиграции (подчинялось непосредственно СД) с просьбой об отсрочке в выдаче до конца июня 1944 года выдачи удостоверений о получении германского гражданства натурализовавшимся в первой половине 1944 года этническим немцам[42]. Центральное бюро по иммиграции эту просьбу удовлетворило — она позволяла рекрутам успеть пройти медицинские комиссии[42]. Тем не менее летом 1944 года была проведена в Вартегау мобилизация немцев-переселенцев из СССР[42].

Часть переселенцев попыталась уклониться от призыва на военную службу путём непрохождения натурализации и неполучения гражданства Третьего рейха. Однако 26 июня 1944 года командование вермахта выпустило указ о привлечении на службу этнических немцев, получивших удостоверение переселенца[43]. Мобилизации подлежали также лица, которые отказались по необоснованным причинам от прохождения фильтрации в лагере[43]. 19 августа 1944 года указ Верховного командования вермахта чётко определил правила призыва советских немцев в вермахт[43]:

  • Командование войск СС могло проводить учёт и призыв переселенцев до их натурализации;
  • Лица, получившие гражданство Германии, призывались в вермахт на общих основаниях;
  • После получения гражданства Германии, призывник мог поступить в СС только на добровольных началах.

В июне 1944 года прошла первая массовая отправка советских немцев в войска СС[43]. При этом многие рекруты ещё не прошли натурализацию и должны были её завершить в местах дислокации учебно-запасных частей войск СС[43]. К началу июля 1944 года в войска СС мобилизовали около 5,8 тысяч советских немцев[43].

С 8 по 18 июля 1944 года в Варшаве провели фильтрацию около 700 переселенцев — преимущественно уроженцев Одесской, Запорожской, Николаевской и Черниговской областей[44]. В большинстве это были мужчины, которые родились между 1923 и 1927 годами[44]. Согласно наблюдениям сотрудников Центрального бюро по иммиграции, практически все мужчины добровольно записались в войска СС, руководствуясь желанием бороться против большевизма[44]. Однако большинство проверенных в первой половине июля 1944 года в Варшаве новобранцев не получило свидетельствующие о натурализации документы, поскольку члены их семей на тот момент не прошли фильтрацию в Вартегау[44].

Вскоре в Германии началась тотальная мобилизация. Й. Геббельс потребовал от администрации всех округов задействовать дополнительные человеческие ресурсы на военные цели[45]. После этого, гауляйтер А. Грейзер (он был одновременно имперским комиссаром обороны своего округа) издал постановление о временной трудовой повинности всего мужского и женского населения Вартегау в возрасте от 15 до 65 лет[45]. Летом 1944 года А. Грейзер дал согласие на формирование из годных к службе советских немцев (включая тех, кто ещё не получил гражданство Третьего рейха) особых рот для выполнения вспомогательных функций[45]. Эти особые роты были размещены в Позене и Лицманштадте и участвовали в мероприятиях полиции противовоздушной обороны (Luftschutzpolizei)[45]. Вскоре особые роты стали использоваться за пределами Вартергау — например, на подавлении Варшавского восстания в августе — октябре 1944 года[45]. Многие советские мужчины-переселенцы были отправлены по просьбе главного фюрера СС и полиции генерал-губернаторства В. Коппе на возведение оборонительного рубежа по линии Сан — Висла[45].

С сентября 1944 года начался массовый набор советских немцев в войска СС[46]. 25 сентября 1944 года А. Гитлер подписал приказ о призыве всех мужчин в возрасте от 16 до 60 лет, которые не могли служить в армии, в ряды фольксштурма[46]. Под действие данного приказа попадали и этнические немцы-переселенцы[46]. Женщины, получившие официальное подтверждение своего немецкого происхождения, могли быть задействованы в качестве сестёр или помощниц Немецкого Красного Креста[46]. Срок обучения рекрутов мог состоять всего семь недель[46].

Осенью 1944 года подавляющее большинство годных к военной службе советских немцев было призвано в вермахт[46].

Оставалось небольшое число мужчин, которые не прошли фильтрацию и определялись немецкими властями в качестве «лиц с неопределённым гражданством»[46]. В ноябре 1944 года РСХА разрешило набирать в вооружённые силы Германии и военизированные организации эту категорию мужчин[46].

Много немцев пополнили ряды 9-й танковой дивизии СС «Гогенштауфен» и участвовали в Арденнской операции[46]. Многие фольксдойче воевали на Восточном фронте. Часть погибла, часть попала в плен (как к Красной армии, так и к её союзникам). Те пленные, которые попали к западным союзникам, вскоре были освобождены и потом проживали в ФРГ[47]. Однако те, кто попал в советский плен, были осуждены как изменники Родины[47].

Не мобилизованные на военную службу немцы Вартегау были вскоре вновь эвакуированы перед наступающей Красной армией. В результате повторной эвакуации фольксдойче из Вартегау оказались в разных регионах Германии: в Саксонии, Баварии, Шлезвиг-Гольштейне и других[29].

Оставшиеся в Транснистрии немцыПравить

В результате в Транснистрии почти полностью исчезло немецкое население, осталась лишь незначительная часть. Так, на территории Молдавской ССР советские власти после освобождения обнаружили 170 советских немцев[48]. При этом на территории только Молдавской АССР по довоенной переписи 1939 года проживали 11947 немцев[49].

Послевоенная судьба немцев ТранснистрииПравить

В 1948—1950 годах в СССР были осуждены 37 бывших участников немецкой самообороны (35 из них получили 25 лет лагерей, а ещё 2 человека — по 10 лет лагерей)[50]. Затем в СССР была восстановлена смертная казнь, которую стали назначать вновь осуждённым участникам немецкой самообороны. Так, в 1951—1952 годах были осуждены 38 участников самообороны: 16 человек были приговорены к расстрелу, а 22 человека — к 25 годам)[50]. В 1953—1954 годах были осуждены три участника немецкой самообороны: двое приговорены к расстрелу и один — к 25 годам[50]. После смерти Сталина началась волна пересмотров приговоров.

Так бывший заместитель командира отряда самообороны в Раштадте Иван (Иоганн) Леопольдович Гертнер (осуждён в мае 1949 года военным трибуналом войск МВД Средне-Азиатского округа к 25 годам) летом 1956 года добился освобождения и снятия судимости[51]. Гертнер сослался на нарушения в ходе следствия и отказался от своих признательных показаний (то же сделал и главный свидетель Рейхерт)[51]. Впрочем, добиться пересмотра удалось не всем. Например, старший полицейский села Мюнхен Я. Л. Томме (осуждён закрытым заседанием военного трибунала Западно- Сибирского военного округа 30 июля 1947 года к 25 годам за измену Родине — принятие германского гражданства, служба в СС в 1944—1945 годах, участие в расстрелах евреев и цыган в 1942—1943 годах у хутора Новая Америка) не смог в 1956 году добиться досрочного освобождения[52].

С 1956 года в разных городах СССР прошла серия процессов в отношении участников немецкой самообороны. Причём перед судом представили (уже как каратели) ранее осуждённые за пособничество и позднее амнистированные фольксдойче[51]. Летом 1956 года в Костроме осудили трёх бывших участников отряда самообороны села Вормс, замешанных в расстрелах мирных жителей на Березовском поле[51]. На следующий год в Одессе осудили ещё трёх членов Вормского отряда[51]. В ноябре — декабре 1957 года в Одессе прошёл открытый судебный процесс над подозреваемыми Ф. А. Швенком, Р. Г. Миндтом, Г. П. Редманом, Р. Ф. Брауном, Э. Э. Редингером, Р. Г. Траутманом, Э. Я. Франком и Я. И. Кноделем[53]. Впрочем, никто из них к смертной казни осуждён не был[54]. В 1960—1967 годах прошли судебные процессы в отношении членов немецкой самообороны в Первомайске, в Одессе (3 процесса, из них 2 закрытых), Доманевке (открытый процесс), Николаеве (2 процесса)[55]. Многие осуждённые были приговорены к расстрелу. Так, 11-27 марта 1966 года выездная сессия Верховного суда Украинской ССР в Николаеве по части 1 статьи 56 Уголовного кодекса Украинской ССР приговорила 11 участников самообороны хутора Новая Америка: 8 подсудимых к расстрелу, 3 подсудимых к 15 годам исправительно-трудовой колонии каждого[56]. 22 — 23 марта 1966 года в Одессе судили в открытом процессе и приговорили к расстрелу участников самообороны А. П. Энце и Бенца[55]. Из 11 подсудимых процесса в Николаеве (сентябрь 1967 года) все 11 человек были осуждены к смертной казни за участие в массовых расстрелах[55]. Среди осуждённых к смертной казни (1964 год) был И. Л. Гертнер[55].

В конце 1950-х — 1960-е годы не только допрашивали свидетелей, но и вновь проводили осмотры мест преступления и экспертизы останков жертв[56]. Специальная следственная группа к 1965 году на предмет расследования дел о самообороне изучила материалы более чем 100 уголовных дел на немцев, осуждённых за измену Родине, а также более 10 тысяч дел немцев-спецпоселенцев[56].

С конца 1950-х годов расследование преступлений на территории Транснистрии шло также в ФРГ. В 1959 году Центральное бюро управлений юстиции федеральных земель для расследования преступлений национал-социализма возбудило по заявлению проживающего в Канаде бывшего учителя из колонии Зельц, в котором он обвинял коменданта Норберта Пашвëля (Paschwöll) в расстреле смешанных немецко-еврейских семей[57]. В ходе следствия главным подозреваемым в совершении убийств стал начальник штаба ОК «Р» в Транснистрии Клаус Зиберт и его подчинённые[57]. Затем дело было передано в прокуратуру Дортмунда, которая вела его с большими перерывали до 1990-х годов[58]. Однако перед судом престал только один Клаус Зиберт — его дело передали в земельный суд города Хагена[59]. Остальные обвиняемые — коменданты Б. Штрайт и Ф. Либль, а также их подчинённые Ф. Клейлинг и В. Петерсен — из-за преклонного возраста и по состоянию здоровья были освобождены от участия в судебных заседаниях[59]. Следствие по делу К. Зиберта было приостановлено, но в 1994 году возобновлено на основании обращения властей Канады[60]. В итоге за все годы в ФРГ был осуждён за военные преступления на территории Транснистрии только один участник немецкой самообороны — Иоганн Хернер (Гернер)[61].

В розыск в ФРГ были объявлены более 450 участников отрядов самообороны, но из них в отношении примерно 400 человек розыск прекратили по причине смерти или из-за невозможности установить место жительства[59]. При этом, власти ФРГ рассматривали проживавших после войны в СССР членов немецкой самообороны (принявших в годы войны гражданство Третьего рейха) как советских граждан, поэтому на обращение родственников арестованных в посольство ФРГ в Москве — помощи оказано не было.[62] В отношении членов немецкой самообороны проживавших после войны в ФРГ, подход был иным — власти ФРГ не считали сам факт службы в самообороне преступлением[59]. В 1970-е — 1980-е годы власти СССР передавали в ФРГ информацию о членах самообороны, подозреваемых в военных преступлениях[62].

После распада СССР некоторые из фигурантов дел коллаборационистов из немецкой самообороны жаловались на фальсификации со стороны следствия. Так в 1996 году были допрошены немецкой прокуратурой трое человек: двое заявили, что по крайней мере половина протоколов была сфальсифицирована следователями, а один человек (осуждённый в конце 1950-х годов по Вормскому делу) утверждал, что протоколы допросов вообще не составлялись. Сотрудник немецкой прокуратуры выехал на Украину и в 1996 году изучил материалы дел: никаких манипуляций или составления протоколов (в том числе составления их задним числом) обнаружено не было.[63]

ПримечанияПравить

  1. 1 2 Брандес Д. Немцы Северного Причерноморья // Энциклопедия изгнаний: Депортация, принудительное выселение и этническая чистка в Европе в XX веке. — М.: РОССПЭН, 2013. — С. 362.
  2. 1 2 3 4 Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 63.
  3. Всесоюзная перепись населения 1939 г.. Дата обращения: 23 августа 2021. Архивировано 23 августа 2021 года.
  4. Асташкин Д. Ю. Процессы над нацистскими преступниками на территории СССР в 1943—1949 гг. Каталог выставки. — М.:Б.и., 2015. — С. 86.
  5. Полян П. Не по своей воле… История и география принудительных миграций в СССР. — М., 2001. — С. 105.
  6. 1 2 Чернявский В. В. Депортация гражданского населения юга УССР на принудительные работы в Третий рейх и Румынию в 1941—1944 гг.// Военно-исторический журнал. — 2013. — № 12. — С. 21.
  7. 1 2 3 4 5 Мартыненко В. Л. Эвакуация немецкого населения из Транснистрии в марте — июле 1944 года // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. — 2020. — Т. 25. — № 1. — С. 72.
  8. Кривошей Д. А. Судьбы народов Беларуси под оккупацией (июнь 1941 — июль 1944 г.). — М.: Фонд «Историческая память», 2017. — С. 56 — 58.
  9. Шевчук Н. А. Фольксдойче в Транснистрии // Немцы СССР в годы Великой Отечественной войны и в первое послевоенное десятилетие 1941—1955 гг. — М.: ГОТИКА, 2001. — С. 224.
  10. Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 61 — 62.
  11. Шевчук Н. А. Фольксдойче в Транснистрии // Немцы СССР в годы Великой Отечественной войны и в первое послевоенное десятилетие 1941—1955 гг. — М.: ГОТИКА, 2001. — С. 224—225.
  12. 1 2 Шевчук Н. А. Фольксдойче в Транснистрии // Немцы СССР в годы Великой Отечественной войны и в первое послевоенное десятилетие 1941—1955 гг. — М.: ГОТИКА, 2001. — С. 226.
  13. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Шевчук Н. А. Фольксдойче в Транснистрии // Немцы СССР в годы Великой Отечественной войны и в первое послевоенное десятилетие 1941—1955 гг. — М.: ГОТИКА, 2001. — С. 225.
  14. Шевчук Н. А. Фольксдойче в Транснистрии // Немцы СССР в годы Великой Отечественной войны и в первое послевоенное десятилетие 1941—1955 гг. — М.: ГОТИКА, 2001. — С. 229.
  15. 1 2 3 4 Шевчук Н. А. Фольксдойче в Транснистрии // Немцы СССР в годы Великой Отечественной войны и в первое послевоенное десятилетие 1941—1955 гг. — М.: ГОТИКА, 2001. — С. 230.
  16. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Шевчук Н. А. Фольксдойче в Транснистрии // Немцы СССР в годы Великой Отечественной войны и в первое послевоенное десятилетие 1941—1955 гг. — М.: ГОТИКА, 2001. — С. 231.
  17. Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 62.
  18. Шевчук Н. А. Фольксдойче в Транснистрии // Немцы СССР в годы Великой Отечественной войны и в первое послевоенное десятилетие 1941—1955 гг. — М.: ГОТИКА, 2001. — С. 227.
  19. Шевчук Н. А. Фольксдойче в Транснистрии // Немцы СССР в годы Великой Отечественной войны и в первое послевоенное десятилетие 1941—1955 гг. — М.: ГОТИКА, 2001. — С. 228—229.
  20. 1 2 3 Шевчук Н. А. Фольксдойче в Транснистрии // Немцы СССР в годы Великой Отечественной войны и в первое послевоенное десятилетие 1941—1955 гг. — М.: ГОТИКА, 2001. — С. 232.
  21. Шевчук Н. А. Фольксдойче в Транснистрии // Немцы СССР в годы Великой Отечественной войны и в первое послевоенное десятилетие 1941—1955 гг. — М.: ГОТИКА, 2001. — С. 230—231.
  22. 1 2 3 Мартыненко В. Л., Оганян М. В., Николаенко-Ломакина А. Н., Багалюк А. Г. Немецкое население Украины в условиях оккупации (1941—1944 гг.): эпизоды повседневности // ScienceRise. — 2017. — Т. 5. — № 1 (34). — С. 29.
  23. Шевчук Н. А. Фольксдойче в Транснистрии // Немцы СССР в годы Великой Отечественной войны и в первое послевоенное десятилетие 1941—1955 гг. — М.: ГОТИКА, 2001. — С. 228.
  24. 1 2 Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 64.
  25. 1 2 Чернявский В. В. Депортация гражданского населения юга УССР на принудительные работы в Третий рейх и Румынию в 1941—1944 гг.// Военно-исторический журнал. — 2013. — № 12. — С. 22.
  26. Рутовская М. Вартегау // Энциклопедия изгнаний: Депортация, принудительное выселение и этническая чистка в Европе в XX веке. — М.: РОССПЭН, 2013. — С. 81.
  27. Кривошей Д. А. Судьбы народов Беларуси под оккупацией (июнь 1941 — июль 1944 г.). — М.: Фонд «Историческая память», 2017. — С. 74.
  28. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Мартыненко В. Л. Эвакуация немецкого населения из Транснистрии в марте — июле 1944 года // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. — 2020. — Т. 25. — № 1. — С. 73.
  29. 1 2 Клец В. К. Немецкое население Украины в советский период: динамика численности и факторы влияния на неё // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2015. — № 1. — С. 205.
  30. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Мартыненко В. Л. Эвакуация немецкого населения из Транснистрии в марте — июле 1944 года // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. — 2020. — Т. 25. — № 1. — С. 76.
  31. 1 2 3 4 5 6 Мартыненко В. Л. Эвакуация немецкого населения из Транснистрии в марте — июле 1944 года // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. — 2020. — Т. 25. — № 1. — С. 74.
  32. 1 2 3 4 5 6 7 Мартыненко В. Л. Эвакуация немецкого населения из Транснистрии в марте — июле 1944 года // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. — 2020. — Т. 25. — № 1. — С. 75.
  33. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Мартыненко В. Л. Эвакуация немецкого населения из Транснистрии в марте — июле 1944 года // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. — 2020. — Т. 25. — № 1. — С. 80.
  34. Мартыненко В. Л. Эвакуация немецкого населения из Транснистрии в марте — июле 1944 года // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. — 2020. — Т. 25. — № 1. — С. 75 — 76.
  35. 1 2 Мартыненко В. Л. Эвакуация немецкого населения из Транснистрии в марте — июле 1944 года // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. — 2020. — Т. 25. — № 1. — С. 78.
  36. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 Мартыненко В. Л. Эвакуация немецкого населения из Транснистрии в марте — июле 1944 года // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. — 2020. — Т. 25. — № 1. — С. 79.
  37. Молдавская ССР в Великой Отечественной войне Советского Союза 1941—1945. Сборник документов и материалов. В 2-х т.: Т. 2. — Кишинёв: Штиинца, 1976. — С. 186—187.
  38. Мартыненко В. Л. Эвакуация немецкого населения из Транснистрии в марте — июле 1944 года // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. — 2020. — Т. 25. — № 1. — С. 79 — 80.
  39. 1 2 Мартыненко В. Л. Эвакуация немецкого населения из Транснистрии в марте — июле 1944 года // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. — 2020. — Т. 25. — № 1. — С. 77.
  40. 1 2 3 4 5 Мартыненко В. Л. Привлечение немецких переселенцев из СССР в вооруженные силы Германии на заключительном этапе Второй мировой войны // Вестник Пермского университета. Серия «История». — 2020. — № 3 (50). — С. 91.
  41. Мартыненко В. Л. Привлечение немецких переселенцев из СССР в вооруженные силы Германии на заключительном этапе Второй мировой войны // Вестник Пермского университета. Серия «История». — 2020. — № 3 (50). — С. 90 — 91.
  42. 1 2 3 4 5 6 Мартыненко В. Л. Привлечение немецких переселенцев из СССР в вооруженные силы Германии на заключительном этапе Второй мировой войны // Вестник Пермского университета. Серия «История». — 2020. — № 3 (50). — С. 92.
  43. 1 2 3 4 5 6 Мартыненко В. Л. Привлечение немецких переселенцев из СССР в вооруженные силы Германии на заключительном этапе Второй мировой войны // Вестник Пермского университета. Серия «История». — 2020. — № 3 (50). — С. 93.
  44. 1 2 3 4 Мартыненко В. Л. Привлечение немецких переселенцев из СССР в вооруженные силы Германии на заключительном этапе Второй мировой войны // Вестник Пермского университета. Серия «История». — 2020. — № 3 (50). — С. 94.
  45. 1 2 3 4 5 6 Мартыненко В. Л. Привлечение немецких переселенцев из СССР в вооруженные силы Германии на заключительном этапе Второй мировой войны // Вестник Пермского университета. Серия «История». — 2020. — № 3 (50). — С. 95.
  46. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Мартыненко В. Л. Привлечение немецких переселенцев из СССР в вооруженные силы Германии на заключительном этапе Второй мировой войны // Вестник Пермского университета. Серия «История». — 2020. — № 3 (50). — С. 96.
  47. 1 2 Мартыненко В. Л. Привлечение немецких переселенцев из СССР в вооруженные силы Германии на заключительном этапе Второй мировой войны // Вестник Пермского университета. Серия «История». — 2020. — № 3 (50). — С. 97.
  48. Герман А. Репатриация советских граждан немецкой национальности: характер проведения и результаты // Немцы СССР в годы Великой Отечественной войны и в первое послевоенное десятилетие 1941—1955 гг. — М.: ГОТИКА, 2001. — С. 259.
  49. Всесоюзная перепись населения 1939 года. Национальный состав населения районов, городов и крупных сел союзных республик СССР. Дата обращения: 23 августа 2021. Архивировано 29 мая 2020 года.
  50. 1 2 3 Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 67.
  51. 1 2 3 4 5 Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 68.
  52. Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 67 — 68.
  53. Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 68 — 69.
  54. Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 69.
  55. 1 2 3 4 Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 70.
  56. 1 2 3 Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 71.
  57. 1 2 Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 73.
  58. Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 73 −74.
  59. 1 2 3 4 Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 74.
  60. Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 75.
  61. Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 76 — 77.
  62. 1 2 Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 76.
  63. Мешков Д. Ю. Cамооборона местных немцев в Транснистрии в 1941—1944 гг. и послевоенные расследования в СССР и ФРГ преступлений, совершенных её участниками // Ежегодник Международной ассоциации исследователей истории и культуры российских немцев. — 2020. — № 2 (8). — С. 80.