Открыть главное меню

Дядя Ваня (спектакль МДТ)

О спектаклеПравить

«Дядя Ваня» — четвертый чеховский спектакль Льва Додина. Репетиции начались в ноябре 2002 года, а уже 29 апреля 2003 года состоялась премьера. Как пишет известный театральный критик и историк Ольга Егошина «Участники „Дяди Вани“ единодушно уверяют, что впервые репетиционный процесс был таким быстрым и легким. Кажется, что работа над „Дядей Ваней“ шла именно в том состоянии, когда все угадано и все удается.» (Ольга Егошина. «Крупный план.» Экран и сцена, № 13-14, май 2003)

Спектакль открывает новые возможности сценического воплощения классики в современном театре, редкий образец подлинного русского психологического театра с великолепными актерскими работами и замечательным, тонким и классически аскетичным оформлением гениального театрального художника Давида Боровского, пастельными штрихами оживившего атмосферу чеховской пьесы.

Обработанные аудиозаписи всех репетиций «Дяди Вани» до выхода на сцену опубликованы в книге «Лев Додин. Путешествие без конца» (СПб, Балтийские сезоны, 2010).

Подробнее про создание спектакля можно почитать в книге Ольги Егошиной «Театральная утопия Льва Додина» (М:Новое литературное обозрение, 2014)- с.168-171

«Течет жизнь, и рано или поздно — иногда раньше, иногда позже — человек начинает ощущать прошедшую жизнь как некую ценность, которую он не сумел использовать. Начинают мерещиться призраки другой, непрожитой жизни. В этой другой жизни сбываются все самые потаенные желания, осуществляются все надежды, превращаются в реальность самые сладостные фантазии. Человек с яростью сжигает прошедшее, отвергает настоящее и весь отдается этому другому, несбывшемуся, не прожитому. Чем полноценнее человек ощущает жизнь, тем острее он ощущает этот разрыв, это противоречие, которое постепенно становится трагедией. Время идет, и постепенно назревает один выбор — или отказаться от жизни вообще, или найти в себе мужество проживать ту жизнь, которая дарована тебе Богом, судьбой и которую ты в какой-то мере осуществлял и осуществляешь сам, силой своей личности. Смертельно больной доктор Чехов очень хорошо знал эту коллизию и с удивительной нежностью и отчаянной беспощадностью анализировал ее. Все это, как, впрочем, и многое другое, делает пьесы Чехова и красивейшую из них — „Дядя Ваня“ — простой, но вечной мелодией на простые, но вечные темы». (Лев Додин о спектакле)

Создатели спектакляПравить

Постановка Льва Додина

Художник Давид Боровский

Награды спектакляПравить

ГастролиПравить

  • 2003 — Милан (Италия)
  • 2004 — Москва, Рим (Италия, Палермо (Италия)
  • 2005 — Варшава (Польша), Краков (Польша), Брайтон (Англия), Лондон (Англия), Варвик (Англия), Манчестер (Англия), Оксфорд (Англия), Хельсинки (Финляндия), Будапешт (Венгрия), Намюр (Бельгия)
  • 2006 — Иерусалим (Израиль)
  • 2007 — Ханты-Мансийск, Сургут, Казань, Сидней (Австралия), Сибиу (Румыния)
  • 2008 — Москва
  • 2009 — Омск, Железногорск, Старый Оскол, Киев (Украина), Гаага (Нидерланды), Париж (Франция)
  • 2010 — Шампейн-Урбана (США), Энн-Арбор (США), Чейпел Хилл (США), Нью-Йорк (США), Сеул (Южная Корея), Ялта (Украина)
  • 2011 — Екатеринбург, Череповец, Гуанохуато (Мексика), Париж (Франция), Милан (Италия), Жирона (Испания)
  • 2013 — Сочи, Гонконг (Китая)
  • 2014 — Псков, Архангельск
  • 2015 — Губкин, Орск, Новотроицк, Кириши, Катовица (Польша)
  • 2017 — Светлогорск

Действующие лица и исполнителиПравить

Серебряков Александр Владимирович, отставной профессор — Игорь Иванов, Сергей Козырев

Елена Андреевна, его жена, 27 лет — Ксения Раппопорт, Ирина Тычинина

Софья Александровна (Соня) , его дочь от первого брака — Елена Калинина, Дарья Румянцева, Екатерина Тарасова

Войницкая Мария Васильевна, вдова тайного советника, мать первой жены профессора — Наталья Акимова, Татьяна Щуко

Войницкий Иван Петрович, ее сын — Сергей Курышев

Астров Михаил Львович, врач — Пётр Семак, Игорь Черневич

Телегин Илья Ильич, обедневший помещик — Александр Завьялов, Олег Рязанцев

Марина, старая няня — Вера Быкова, Ирина Демич, Татьяна Рассказова

Работник — Александр Кошкарев, Алексей Морозов, Иван Чепура

Отзывы о спектаклеПравить

  • «Лёгкость — способ дыхания артистов в этом спектакле. Будто и нет игры, но в каждой сцене — напряжённая жизнь отношений, возникающих и меняющихся на глазах; незримо натянутые между персонажами тугие нити.» (Марина Токарева)
  • «Начав с комедии обыденных ссор, Додин в конце приводит чеховский сюжет к мрачной точке остановившегося времени. В большей же части действия режиссер проявляет тот самый феномен чеховской „комедии в драме“, над поиском которого сто лет бьется режиссура.» (Николай Песочинский)
  • «Чехов у Додина — гол как сокол. Без натурализма, экспрессионизма и навязчивого символизма (одна метафора и та — подарок). В отдалении — темные стены, над сценой — сено. И ничто в опустошенном пространстве не должно помешать нам вслушаться в музыку скуки… В эту симфонию Чехова, Додина, Боровского.» (Олег Вергелис)
  • «Актеры МДТ играют с той прозрачностью, когда тебе кажется, ты слышишь ток крови, смены настроений, кружение сердца, сплетение мотивов и подтекстов каждой фразы.» (Ольга Егошина)
  • «Давно не приходилось испытывать столь абсолютного театрального удовольствия от того, как через разнообразие вроде бы обыденных человеческих индивидуальностей, собранных в одно время и в одном месте, и через многообразие деталей их повседневного поведения вдруг проявляются симпатические чернила чеховской тайнописи.» (Роман Должанский)
  • «Додин оставляет себя один на один с текстом, артиста один на один со зрителем, зрителя один на один с жизнью человеческого духа. Главная мизансцена — фронтальная. Главный сценический прием — исповедь. Тут едва ли не каждая фраза обрастает новыми обертонами. Все характеры — новыми чертами. Все отношения — новыми подробностями.» (Марина Давыдова)
  • «Режиссер Лев Додин искусно поставил мизансцены, напоминающий классический танец (особенно хочется поаплодировать бесшовным переходам между актами, сначала я думал, что это продолжение сцен.) Действие развивается медленно, но каждый момент и каждая пауза рассчитаны так, что сцены не кажутся затянутыми. Актеры и режиссер не боятся пауз. Некоторые замечательные моменты спектакля происходят в зонах молчания, которые, казалось бы, длятся вечно, но пронизаны подводным течением напряжения.» (Джейк Линдквист. chicagocritic.com)
  • «Благодаря режиссуре Додина и мастерству артистов спектакль превращается в трепещущую метафору, с обезоруживающей простотой повествуя о человеческих жизнях, сотканных из снов и иллюзий, безответной любви и тайных страстей. Обязательно посмотрите.» (Эл Каре Иль Джорно)

Пресса о спектаклеПравить

  • Марина МЕЛЬНИЧЕНКО. «СЕНО В АЛМАЗАХ» Сургутские ведомости , 16.04.2007
  • Лоуренс Джонсо. «Полный жизни и смысла „Дядя Ваня“ от русской труппы» The Detroit News, 26.03.2010
  • Хайди Вайс . «Паря над миром Чехова» CHICAGO SUN-TIMES, 22 .03.2010
  • Дэн Зефф. «„Дядя Ваня“ в Чикагском Шекспировском Театре» Copley News Service 18.03.2010
  • Джейк Линдквист. «Дядя Ваня» — сцены из деревенской жизни" chicagocritic.com 18.03.2010

СсылкиПравить