Открыть главное меню
В Википедии есть статьи о других людях с фамилиями Потоцкая и Нарышкина.

О́льга Станисла́вовна Пото́цкая, по мужу Нарышкина (1802, Тульчин — 7 октября 1861, Париж, Франция) — дочь польского магната Станислава Щенсного Потоцкого и знаменитой авантюристки Софии Глявоне, сестра графа Ивана Витта, жена Л. А. Нарышкина.

Ольга Станиславовна Нарышкина
польск. Olga Potocka
Anonymous Olga Naryshkina.jpg
Имя при рождении Olga Potocka
Дата рождения 1802(1802)
Место рождения Тульчин, Подольская губерния, Российская империя
Дата смерти 7 октября 1861(1861-10-07)
Место смерти Париж, Франция
Подданство  Российская империя
Отец Потоцкий, Станислав Щенсный
Мать София Глявоне
Супруг Нарышкин, Лев Александрович
Дети Ольга (София) (1829—1894)
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе

БиографияПравить

Ольга родилась в 1802 году в Тульчине, год спустя после своей сестры Софии. Девочки росли в юго-западных владениях Потоцких — в Тульчине, где находились два дворца их владетельного рода, и в Умани, где в честь их матери был разбит в 1793—1796 годах знаменитый сад Софиевка. Часть года семья проводила в Крыму, где ещё Потёмкин подарил своей прекрасной гречанке большое греческое селение Массандру.

Имение тянулось от хребта Яйлы до моря, охватывая площадь свыше 800 десятин. В горной части это огромное имение заключало строевые леса, в долинной были вскоре разведены виноградники тончайших французских лоз, а на обрыве над морем разбит роскошный парк с редкими тропическими растениями[1].

Молодые годыПравить

 
Ольга Потоцкая (1814/1816)

После смерти мужа в 1805 году графиня Софья Константиновна Потоцкая на протяжении многих лет вела тяжёлый процесс за наследство с пасынками. Одним из главных адвокатов в деле Софьи Потоцкой был граф Милорадович, который влюбился в молоденькую Ольгу.

Потоцкая, зная, что тяжело больна, была озабочена устройством судьбы незамужней Ольги. Брак старшей дочери Софии с генералом Киселёвым был делом решенным, и в 1821 году состоялась их свадьба.

Ольга с позволения матери нередко посещала Милорадовича, просиживала с ним наедине по часу в его кабинете и принимала от него великолепные подарки. Граф Олизар вспоминал, что приёмный кабинет Милорадовича был украшен картинками, гравюрами и статуэтками, изображавшими Ольгу, она же втихомолку потешалась над страстью 50-летнего генерала и заставляла делать много смешного для его лет[2].

Затем появился новый кандидат на её руку — 33-летний красавец князь Павел Лопухин, мать и сестра склоняли Ольгу на этот брак. Графиня Потоцкая писала дочери Софии[3]:

 Что касается Ольги, то она следует твоим советам, лучше ведёт себя с Лопухиным, который навещал бы нас чаще, если бы не Милорадович. Надеюсь, что как-то все уладиться. Он чересчур робок, почти так же, как она...Он выглядит влюбленным, она тоже неравнодушна. Верю, что она будет с ним счастлива. Признаюсь тебе, что очень хочу этого брака; со здоровьем моим дела обстоят неважно, приходится рано ложиться спать; хотелось бы быть спокойной за дочку, а это пока трудно. 
 
Дворец Ольги Потоцкой в Одессе (1823-26, арх. Ф. Боффо).

По настоянию врачей графиня Потоцкая вместе с Ольгой в 1821 году выехала из Петербурга за границу на воды, где 12 ноября 1822 года в Берлине она скончалась. После смерти матери Ольга получила в наследство Мисхор, а её сестре Софье досталась Массандра. Ольга осталась на попечении старшей сестры и её мужа Киселёва.

Ольга, по словам мемуариста Басаргина, отличалась более положительным характером, чем её старшая сестра, и, как и та, «славилась своею красотою», которая в сочетании с её практицизмом сыграла печальную роль в жизни её старшей сестры Софии. В глазах генерала Киселёва, Ольга вскоре затмила очарование его молодой жены, и возникший роман зятя со свояченицей превратился в прочную пожизненную связь, разбившую счастье Софьи Станиславовны. К 1829 году брак Киселёвых фактически распался.

ЗамужествоПравить

 
Лев Александрович Нарышкин

Кроме сестры Ольгу взялась опекать Елизавета Ксаверьевна Воронцова, супруга графа М. С. Воронцова. Она приняла живейшее участие в её судьбе.

Ольге срочно стали подыскивать жениха — им стал двоюродный брат Воронцова генерал Лев Нарышкин. Венчание 22-летней Ольги с 38-летним Нарышкиным состоялось в марте 1824 года в Одессе, где молодые и поселились после свадьбы.

Брак Ольги был не из счастливых, красивая и кокетливая она мало подходила ленивому и сонливому, хотя и доброму Нарышкину. Граф Киселёв и князь Воронцов, винили кругом мужа и его тетку, знаменитую Марию Антоновну, которую, не стесняясь, называли «злой, старой колдуньей», выставляя Ольгу Станиславовну только жертвой «рокового влияния тетки». В 1835 году Мария Антоновна поселилась с мужем в Одессе, и Лев Нарышкин проводил у неё дни и ночи.

В своем изящном доме Нарышкин, известный своим гостеприимством, устраивал блестящие приёмы. На них царила его красавица жена. Ольга очень любила наряды, постоянно меняла богатые костюмы и с большим воодушевлением поддерживала разговоры о цвете, рисунке материи, длине и покрое платья.

 
Павел Дмитриевич Киселёв

Участником великосветских обедов и балов в доме графини Воронцовой или её подруги Ольги Нарышкиной был Ф. Ф. Вигель, приехавший в Одессу по делам службы. О супругах Нарышкиных он писал так[4]:

 Еще летом в Одессе я увидел столь известную Ольгу Потоцкую. Красота её была во всем блеске, но в ней не было ничего девственного, трогательного; я подивился, но не восхитился ею. Она была довольно молчалива, не горда, но и невнимательна с теми, к кому не имела нужды, не столько задумчива, как рассеянна, и в самой первой молодости казалась уже вооружённою большою опытностью. Все было разочтено, и стрелы кокетства берегла она для поражения сильных... Что касается до мужа Ольги, Льва Нарышкина, то он вел самую странную жизнь, то есть скучал ею, никуда не ездил, и две трети дня проводил во сне. Она также мало показывалась, но, дабы не отстать от привычки властвовать над властями, в ожидании Воронцова, задумала пленить Палена[5], и к несчастью, в том успела. Пален пал к ногам Ольги Нарышкиной, умоляя её развестись с мужем и выйти за него, она расхохоталась и указала ему на дверь. 

Близкие отношения связывали Ольгу Нарышкину и с М. С. Воронцовым. О их отношениях писал Пушкин в своем «Дневнике» от 8 апреля 1834 года[6]:

 Болховской сказывал мне, что Воронцову вымыли голову по письму Котляревского (героя). Он очень зло отзывается об одесской жизни, о графе Воронцове, о его соблазнительной связи с О. Нарышкиной etc. etc. — Хвалит очень графиню Воронцову. 

В свете говорили, что Воронцов, устроил брак Ольги Потоцкой со своим кузеном для прикрытия собственного романа с ней. Воронцов брал на себя многие расходы по содержанию Мисхора, где жили Нарышкины летом, оплачивал карточные долги мужа Ольги.

В 1829 году у Нарышкиных родился долгожданный ребёнок, девочка, которую назвали Софьей. Злые языки утверждали, что она дочь Михаила Воронцова.

Жизнь в ОдессеПравить

 
Ольга с дочерью, 1830-е

Значение Нарышкиных в Одессе было велико, но объяснялось ли оно могуществом Марии Антоновны или связью самой Ольги с Воронцовым — сказать трудно. А. И. Левшин в 1837 году писал из Одессы графу М. С. Воронцову[7]:

  Влияние Л. А. Нарышкина наводит здесь панический страх на всех... весьма мало людей, убеждённых вместе с ним в том, что влияние его на вас ничтожно; всякий боится клеветы. 

Поэт В. И. Туманский писал своей кузине[8]:

  Ах, милый друг, если бы ты знала, как мила, как пленительна Ольга! Сколько удовольствий, ею изобретённых и ею украшенных; сколько милой приветливости, притом же сколько ума и сколько скромности. Я ничего не видел очаровательнее её лица в турецкой чалме. В голубом, как туман, прозрачном платье, когда она танцует вальс, без стыда можно встать перед нею на колени. Прибавь к этому необыкновенную живость в речах, взглядах, улыбок... 

А. О. Смирнова, близкий друг брата Киселёва Николая, вспоминала[9]:

  Мы приятно проводили лето 1838 года... Графиня Киселёва и её сестра Нарышкина, Рибопьеры всегда обедали в кургаузе. Я разговарилась об этих сестрах. Софья сказала мне, что они все начистоту, а Ольга поднесет вам яду и сама же будет бегать за противоядием. Софья Станиславовна меня страшно полюбила; после вод я приходила к ней пить кофе. 

Последние годыПравить

 
Ольга Нарышкина (1860)

В 1838 году Ольга с дочерью сопровождала мужа для его лечения за границу, где они провели несколько лет. Они подолгу жили в Вене, Берлине, Мюнхене, Риме. В феврале 1846 года её единственная дочь Софка, безумно ею любимая, стала женой графа Петра Павловича Шувалова (1819—1900).

Расставшись с дочерью, Ольга Станиславовна взяла на себя все заботы о больном муже. Здоровье Льва Нарышкина ухудшалось день ото дня, он передвигался на костылях и надежды на выздоровление не было. В ноябре 1846 года он умер в Неаполе. Превезя тело мужа в Петербург и похоронив его в Благовещенской усыпальнице Александро-Невской лавры, Ольга Станиславовна поселилась в семье дочери в Крыму.

В конце 1850-х годов Ольга Станиславовна уехала в Париж. Здесь происходили её последние встречи с П. Д. Киселевым, здесь она и скончалась 7 октября 1861 года и была похоронена на кладбище Пер-Лашез. По словам Заблоцкого-Десятовского[10]:

 Граф Киселев был очень опечален кончиной Ольги Станиславовны Нарышкиной, с которой он был в самых дружеских отношениях около 40 лет. Когда она приехала из Гейдельберга в Париж, Павел Дмитриевич посещал её каждый день. Он был у неё за час до её кончины, и последние обращенные к нему слова её "Прощай, всё кончено" — долго не могли изгладиться из его памяти. Кончина эта очень расстроила графа. 

ПримечанияПравить

  1. Киевская старина. — 1887. — № 1. — С. 126.
  2. Спутницы Пушкина.-М.: Профиздат,1996.-240с.
  3. Фадеева Т. М. Две Софии и Пушкин. Истоки вдохновения Бахчисарайского фонтана.-Симферополь,2008.-216 с.
  4. Вигель Ф. Ф. Записки: В 2 кн. — М.: Захаров, 2003. — ISBN 5-8159-0092-3
  5. Граф Фёдор Петрович Пален (1780—1863), действительный тайный советник, известный дипломат, Новороссийский генерал-губернатор. С 1830 года был женат на графине Вере Григорьевне Чернышёвой (1808—1883), родной сестре А. Г. Муравьёвой.
  6. Пушкин А. С. Дневник 1833—1835 гг.
  7. Русские портреты 18-19 столетий. Т.1, Вып 4, № 188.
  8. Вересаев В. В. Спутники Пушкина. Т.1.-М., 1937. С.317.
  9. А. О. Смирнова-Россет Воспоминания. Письма.— М.: Правда, 1990. — 544 с.
  10. А. П. Заблоцкий-Десятовский. Граф Киселёв и его время.-Т.4.-СПб.,1882.

ЛитератураПравить