Пропаганда действием

Пропаганда действием или пропаганда делом (фр. propagande par le fait[1]) — прямое политическое действие, призванное служить примером для других и быть катализатором революции.

Символ анархизма

В первую очередь, понятие соотносится с актами насилия, совершенными сторонниками повстанческого анархизма в конце XIX и начале XX века, включая взрывы и убийства, направленные против правящего класса, но также имело ненасильственное применение[2]. Пропаганда действием была направлена на то, чтобы разжечь в людях «дух восстания», продемонстрировав, что государство не всемогуще, и дав надежду угнетённым, а также расширить поддержку анархистских движений, поскольку государство становилось все более репрессивным в своей реакции[3]. В 1881 году Международный конгресс анархистов в Лондоне[en] одобрил эту тактику[4].

Анархическое происхождениеПравить

Различные определенияПравить

Одним из первых, кто ввёл понятие пропаганды делом, был итальянский революционер Карло Пизакане (1818—1857), написавший в своём «Политическом завещании» (1857 год), что «идеи возникают из дел, а не наоборот»[5]. Михаил Бакунин (1814—1876) в своих «Письмах к французу о современном кризисе» (1870) заявил, что «мы должны распространять наши принципы не словами, а делами, ибо это самая популярная, самая сильная и самая непреодолимая форма пропаганды»[6]. Понятие, в более широком смысле, встречалось и в прошлом, о чём свидетельствуют слова Франциска Ассизского: «Любовь свою да проявляют делами друг для друга, как говорит Апостол: „не будем любить на словах или на языке, но делом и правдой“».

Некоторые анархисты, такие как Иоганн Мост, выступали за обнародование насильственных актов возмездия против контрреволюционеров, потому что «мы проповедуем не только действие само по себе, но и действие как пропаганду»[7]. Это была не пропаганда массовых убийств, а призыв к целенаправленным убийствам представителей капитализма и власти в то время, когда такие действия могли вызвать сочувствие населения, например, в периоды правительственных репрессий или трудовых конфликтов[8]. Мост утверждал, что «существующая система будет скорейшим и самым радикальным образом ниспровергнута путём уничтожения её представителей. Поэтому надо приступить к расправам над врагами народа»[9]. В 1885 году он опубликовал брошюру «Революционная война» (Revolutionäre Kriegswissenschaft)[10] — техническое руководство по изготовлению взрывчатых веществ, основанное на знаниях, которые он приобрёл, работая на заводе взрывчатых веществ в Нью-Джерси[11]. Эти идеи повлияли на американских анархистов Эмму Голдман и Александра Беркмана. Беркман пытался пропагандировать делом, когда в 1892 году пытался убить промышленника Генри Клея Фрика после того, как были застрелены несколько бастующих рабочих[12].

К 1880-м годам лозунг «пропаганда действием» начал использоваться как внутри, так и за пределами анархистского движения для обозначения отдельных взрывов, цареубийств и тираноубийств. В 1881 году «пропаганда действием» была официально принята в качестве стратегии анархистским Лондонским конгрессом[3]. В 1886 году французский анархист Клеман Дюваль достиг известности, украв 15 000 франков из особняка парижской светской львицы, прежде чем случайно поджечь дом. Суд приговорил Дюваля к каторжным работам на острове Дьявола во Французской Гвиане. В анархистской газете Révolte Дюваль заявил, что «Воровство существует только благодаря эксплуатации человека человеком… когда общество отказывает вам в праве на существование, вы должны сами взять его… полицейский арестовал меня от имени Закона, я ударил его во имя Свободы».

Уже в 1887 году несколько видных деятелей анархистского движения начали дистанцироваться от отдельных актов насилия. Так, Пётр Кропоткин написал в том же году в Le Révolté, что «сооружение, основанное на многовековой истории, не может быть разрушено несколькими килограммами динамита»[13]. Разные анархисты выступали за отказ от такой тактики в пользу коллективных революционных действий, например, через профсоюзное движение. Анархо-синдикалист Фернан Пеллутье в 1895 г. выступал за возобновление участия анархистов в рабочем движении на том основании, что анархизм вполне может обойтись без «индивидуального динамита»[14].

Государственные репрессии (в том числе печально известные французские «Злодейские законы» 1893—1894 годов) против анархистского и рабочего движений после нескольких успешных взрывов и убийств, возможно, способствовали отказу от такого рода тактики, хотя с другой стороны, государственные репрессии могли лишь провоцировать эксцессы анархистов. Раскол французского социалистического движения на множество групп и после подавления Парижской коммуны 1871 года, казнь и ссылка многих коммунаров в исправительные колонии также способствовали распространению индивидуальных актов насилия[15].

Среди более поздних авторов-анархистов, выступавших за «пропаганду действием», были немецкий анархист Густав Ландауэр и итальянцы Эррико Малатеста и Луиджи Галлеани[en]. Для Густава Ландауэра пропаганда действием означала создание либертарианских социальных форм и сообществ, которые вдохновляли бы других на преобразование общества[16]. Эррико Малатеста описал «пропаганду действием» как насильственные общественные восстания, которые должны были разжечь неминуемую революцию.

С другой стороны, анархист Луиджи Галлеани, возможно, самый ярый сторонник «пропаганды действием» с начала века до конца Первой мировой войны, с нескрываемой гордостью называл себя подрывником, революционным пропагандистом и сторонником насильственного свержения правительства и его институтов с помощью «прямого действия», то есть взрывов и убийств[17][18]. Галлеани искренне приветствовал физическое насилие и терроризм не только против символов правительства и капиталистической системы, таких как здания суда и фабрики, но и путём прямого убийства «врагов народа»: капиталистов, промышленников, политиков, судей и полицейских[18][19]. Он проявлял особый интерес к использованию бомб, дошёл до того, что включил формулу взрывчатого нитроглицерина в одну из своих брошюр, рекламируемых через его ежемесячный журнал Cronaca Sovversiva[en][19]. По общему мнению, Галлеани был чрезвычайно эффективным оратором и сторонником своей политики насильственных действий, привлекая ряд преданных итало-американских последователей-анархистов, называвших себя галлеанистами . Карло Буда, брат галлеанского производителя бомб Марио Буда, сказал о нём: «Если вы слышали, как говорит Галлеани, то вы были готовы застрелить первого же встречного полицейского»[20].

ИллегализмПравить

Пропаганда действия также связана с анархистской философией иллегализма, которая развивалась в основном во Франции, Италии, Бельгии и Швейцарии в начале 20-го века как продукт анархо-индивидуализма. Иллегалисты открыто приняли преступность как образ жизни. Под влиянием концепции «эгоизма» теоретика Макса Штирнера иллегалисты порвали с анархистами, такими как Клеман Дюваль и Мариус Джейкоб, которые оправдывали воровство теорией индивидуальной мелиорации (компенсации). Вместо этого иллегалисты утверждали, что их действия не требуют морального обоснования, поскольку противоправные действия совершались не во имя высшего идеала, а в погоне за собственными желаниями. Французская банда Бонно была самой известной группой, принявшей философию иллегализма.

Юрская федерацияПравить

 
П. А. Кропоткин в 1880-х годах

9 июня 1877 года с докладом о «пропаганде действием» выступил итальянский анархист Андреа Коста. 5 августа того же года в «Бюллетене Юрской федерации» появилась статья «Пропаганда действием», написанная при участии Поля Бруссе и призванная разъяснить смысл этого термина, о котором «в последнее время часто говорят в Юрской федерации»[21]. По мнению авторов статьи, привычные методы социалистической пропаганды — индивидуальные беседы, митинги и лекции, печатная агитация — носят теоретический характер и явно недостаточны. Пропаганда действием нацелена на то, чтобы пробудить более широкие слои трудового населения, включая тех, кто не ходит на митинги и не читает прессу и брошюры. При этом она не является способом совершения революции, путчизмом, когда небольшая группа заговорщиков действует вместо народа и для него[21].

К новой идее с энтузиазмом отнёсся известный русский анархист П. А. Кропоткин, принявший участие в ежегодном конгрессе Юрской федерации в Сент-Имье (4-6 августа 1877 года)[21].

Отношение к революцииПравить

Таким образом, пропаганда действием включала воровство (в частности, ограбления банков, названные «экспроприациями» или «революционными экспроприациями» для финансирования организации), беспорядки и всеобщие забастовки, направленные на создание условий для восстания или даже революции. Эти действия были оправданы как необходимый ответ на государственные репрессии. Ещё в 1911 году Лев Троцкий осудил отдельные акты насилия со стороны анархистов, назвав их не более чем оправданием для государственных репрессий. «Анархистские пророки „пропаганды делом“ могут сколько угодно рассуждать о возвышающем и возбуждающем влиянии террористических актов на массы, — писал он в 1911 г. — теоретические соображения и политический опыт доказывают обратное». Владимир Ленин в основном соглашался, рассматривая отдельные анархистские террористические акты как неэффективную замену скоординированных действий дисциплинированных масс. И Ленин, и Троцкий признавали необходимость насильственного восстания и убийств, чтобы послужить катализатором революции, но они проводили различие между «специальными» взрывами и убийствами, осуществляемыми сторонниками пропаганды дела, и организованным насилием, координируемым профессиональным революционным авангардом[22].

Социолог Макс Вебер писал, что государство обладает «монополией на законное применение физической силы»; по словам Карла Маркса, государство есть лишь репрессивный аппарат класса буржуазии. Пропаганда действием, включая убийства (иногда с применением бомб, называемых по-французски «адскими машинами», machines infernales) были, таким образом, узаконены частью анархистского движения и Первого Интернационала как действительное средство для использования в классовой борьбе . Предсказуемая реакция государства на эти действия должна была продемонстрировать народу репрессивный характер буржуазного государства. Это, в свою очередь, укрепило бы революционный дух народа, что привело бы к свержению государства. Это основная формула цикла протесты-репрессии-протесты, который в определённых условиях может привести к началу восстания.

Этот цикл наблюдался во время русской революции 1905 года или в Париже в мае 1968 года. Однако в подавляющем большинстве случаев революционерам не удавалось достичь своих целей, что привело к отказу подавляющего большинства анархистских группировок от террористической тактики. С другой стороны, власти всегда добивались своего, применяя различные lois scélérates («чрезвычайные законы»), которые обычно включали жёсткие ограничения всего рабочего движения. Эти суровые законы, иногда сопровождавшиеся объявлением чрезвычайного положения, постепенно привели к отказу от терроризма со стороны анархистов. Использование властями агентов-провокаторов[en], политики нагнетания напряжённости[en] и террористических акций, совершаемых подставными организациями, такими как испанская La Mano Negra[en], способствовали дискредитации тактики активной пропаганды в глазах большинства социалистов демократического толка. Наиболее известные современные сторонники «активной пропаганды» Джон Филисс и Джим Белл, причём последний разработал концепцию рынка убийств — рыночной системы для анонимного найма и выплаты вознаграждения за политические убийства.

Известные действияПравить

ОбоснованияПравить

Совет Безопасности ООН, действуя в соответствии с главой VII Устава ООН[23], определил термин терроризм как «преступные действия, в том числе против гражданских лиц, совершённые с намерением причинить смерть или тяжкие телесные повреждения, либо захват заложников, с целью вызвать состояние страха в обществе или в отдельной группе лиц или заставить правительство или международную организацию совершить какое-либо действие или воздержаться от его совершения»[24].

Применение политического насилия понимается его сторонниками в рамках общей концепции государства как аппарата контроля буржуазии и классовой борьбы как формы действенной гражданской войны. Таким образом, как часто говорят анархисты, «мир без справедливости — это не мир», а война между эксплуатируемыми и эксплуататорами. В их глазах эта «социальная война» морально узаконивает применение насилия против более широкого «социального насилия». Эту точку зрения не разделяют либертарианцы-пацифисты. Таким образом, бунт оправдывается как средство повышения классового самосознания и подготавливает объективные условия для народного восстания (Жорж Сорель, 1906).

Вооружённая пропагандаПравить

Вооружённая пропаганда — это тактика, используемая революционными организациями, включающая разрушительное, но в идеале не смертоносное насилие, с целью пропаганды своей политической позиции и, в конечном итоге, приобретения сторонников. Термин использовался в США такими организациями как Weather Underground и Black Panther Party. Хотя вооружённая пропаганда может использовать оружие или бомбы, её сторонники утверждают, что цель таких действий отличается от целей чистого терроризма.

ГалереяПравить

ПримечанияПравить

  1. Houen, Alex (1998). “The Secret Agent: Anarchism and the Thermodynamics of Law”. ELH. 65 (4): 995—1016. DOI:10.1353/elh.1998.0031. Дата обращения 28 May 2021.
  2. Anarchist historian George Woodcock, when dealing with the evolution of anarcho-pacifism in the early 20th century, reports that «the modern pacifist anarchists, …have tended to concentrate their attention largely on the creation of libertarian communities — particularly farming communities — within present society, as a kind of peaceful version of the propaganda by deed.» George Woodcock. Anarchism: A History of Libertarian Ideas and Movements (1962), page 20.
  3. 1 2 Merriman, John M. The Dynamite Club: How a Bombing in Fin-de-Siècle Paris Ignited the Age of Modern Terror. — Yale University Press, 2016. — P. 63. — ISBN 978-0300217926. Архивная копия от 13 августа 2021 на Wayback Machine
  4. 1 2 Abidor, Mitchell. Death to Bourgeois Society: The Propagandists of the Deed. — PM Press, 2016. — ISBN 978-1629631127.
  5. Smith, Paul J. The Terrorism Ahead: Confronting Transnational Violence in the Twenty-First Century. — Routledge, 2010. — P. 22. — ISBN 978-0765619884. Архивная копия от 24 мая 2022 на Wayback Machine
  6. "Letter to a Frenchman on the Present Crisis" (1870) by Mikhail Bakunin. Дата обращения: 24 мая 2022. Архивировано 25 апреля 2022 года.
  7. "Action as Propaganda" by Johann Most, July 25, 1885. Дата обращения: 24 мая 2022. Архивировано 21 мая 2011 года.
  8. Gage, Beverly. The Day Wall Street Exploded: A Story of America in its First Age of Terror. — New York : Oxford University Press, 2009. — P. 48. — ISBN 978-0199759286. Архивная копия от 24 мая 2022 на Wayback Machine
  9. Ketcham. When Revolution Came to America. Vice (December 16, 2014). Дата обращения: 8 апреля 2017. Архивировано 22 мая 2017 года.
  10. Revolutionäre Kriegswissenschaft: Eine Handbüchlein zur Anleitung Betreffend Gebrauches und Herstellung von Nitro-Glycerin, Dynamit, Schiessbaumwolle, Knallquecksilber, Bomben, Brandsätzen, Giften usw., usw. (The Science of Revolutionary Warfare: A Little Handbook of Instruction in the Use and Preparation of Nitroglycerine, Dynamite, Gun-Cotton, Fulminating Mercury, Bombs, Fuses, Poisons, Etc., Etc.). New York: Internationaler Zeitung-Verein, 1885; Desert Publications, 1978 (reprint). ISBN 0879472111
  11. Gage, Beverly. The Day Wall Street Exploded: A Story of America in its First Age of Terror. — New York : Oxford University Press, 2009. — P. 49. — ISBN 978-0199759286. Архивная копия от 24 мая 2022 на Wayback Machine
  12. Prison Memoirs of an Anarchist (1912) by Alexander Berkman. Дата обращения: 24 мая 2022. Архивировано 18 мая 2021 года.
  13. quoted in Billington, James H. 1998. Fire in the minds of men: origins of the revolutionary faith New Jersey: Transaction Books, p. 417.
  14. Anarchism: A Documentary History of Libertarian Ideas, Volume One | Robert Graham. Black Rose Books. Дата обращения: 26 октября 2010. Архивировано 29 сентября 2008 года.
  15. Historian Benedict Anderson thus writes:
  16. Gustav Landauer, "Anarchism in Germany, " 1895
  17. Galleani, Luigi, La Fine Dell’Anarchismo?, ed. Curata da Vecchi Lettori di Cronaca Sovversiva, University of Michigan (1925), pp. 61-62: Galleani’s writings are clear on this point: he had undisguised contempt for those who refused to both advocate and directly participate in the violent overthrow of capitalism.
  18. 1 2 Galleani, Luigi, Faccia a Faccia col Nemico, Boston, MA: Gruppo Autonomo, (1914)
  19. 1 2 Avrich, Paul, Sacco and Vanzetti: The Anarchist Background, Princeton University Press (1991), pp. 51, 98-99
  20. Avrich, Paul, Anarchist Voices: An Oral History of Anarchism in America, Princeton: Princeton University Press (1996), p. 132 (Interview of Charles Poggi)
  21. 1 2 3 Дамье, Рублёв, 2022, с. 253—255.
  22. Gage, Beverly. The Day Wall Street Exploded: A Story of America in its First Age of Terror. — New York : Oxford University Press, 2009. — P. 263. — ISBN 978-0199759286. Архивная копия от 24 мая 2022 на Wayback Machine
  23. Acting under Chapter VII means the Council is speaking with its mandatory authority in matters of world security to set the world’s policy around this issue. (Comparable to the Pope speaking ex cathedra.)
  24. Resolution 1566 (англ.). UNdemocracy 2 (October 2004). Дата обращения: 11 мая 2009. Архивировано 25 июня 2012 года.

ЛитератураПравить

  • Вадим Дамье, Дмитрий Рублёв. Пётр Кропоткин: Жизнь анархиста. — М.: Альпина нон-фикшн, 2022. — ISBN 978-5-00139-566-9.