Ради семейного очага

«Ради семейного очага» — повесть/роман Ивана Франко, написанная в 1892 году. Произведение дважды экранизировано — в 1970 и 1992 годах.

Ради семейного очага
польск. Dla ogniska domowego
укр. Для домашнього огнища
Жанр повесть
Автор Иван Франко
Язык оригинала польский, украинский
Дата написания 1892
Дата первой публикации 1897

Поводом для сюжета стал реальный судебный процесс 1883 года над организаторами публичного дома во Львове на ул. Скарбковской.

Первая публикация вышла с посвящением Панасу Мирному, тем самым Франко связывал свою повесть с его романом «Гулящая».

СюжетПравить

Львов. 1880-е годы. Капитан австрийской армии Антось Ангарович, который пять лет служил в Сербии, возвращается домой к любимой жене Анеле и детям. Неожиданно он застаёт возросшее благосостояние семьи — обстановка в доме стала гораздо богаче, чем была, хотя как он помнил, при его отъезде жена жаловалась на недостаток денег. Но Анеля — внучка богатого краковского фабриканта Гуртера, которая выйдя замуж против его воли, не получала от него ничего, и жила на офицерское жалование мужа, и Антось думает, что это Гуртер на старости помог внучке.

Придя в офицерское казино, Антось почувствовал какое-то странное, двусмысленное обращение с собой офицеров, а его приятель Редлих посоветовал ему вообще не посещать казино.

Антось вспоминает, как ещё до отъезда слышал из уст какого-то пьяницы намёки на связь его жены с бароном фон Рейхлингеном, и как тогда жена на вопрос о том, что за отношения у неё с бароном, устроила истерику, и упрашивала мужа бросить службу, и купив поместье, уехать из города.

Несмотря на предупреждение, Антось снова приходит в офицерское казино, и теперь уже видит к себе прямое пренебрежение со стороны офицеров, а Редлих по их поручению вызывается поговорить с Антосем, и сообщает ему, что его жена имеет дела с некой госпожой Шаблинской, промышляющей презренным ремеслом. За такие слова Ангарович вызывает Редлиха на дуэль и убивает его.

Однако, слова Редлиха посеяли сомнение в душе Ангаровича, а вскоре он узнаёт, что дед жены Гуртер четыре года назад стал банкротом и нищим и просто не мог бы помогать деньгами Анеле.

Как-то он знакомится в ресторане с полицейским агентом, который рассказывает ему о том, что арестована госпожа Шаблинская, содержащая тайный публичный дом и через некоего Штернберга поставлявшая девушек в заграничные бордели, и что в этом деле вербовщицей девушек выступала некая «капитанша», которую вот-вот арестуют.

Антось выясняет у Анели каковы её отношения с Шаблинской, и какова её роль в этом грязном деле…

Жена офицера, «благопристойная» дама общества, Анеля Ангарович ради наживы вербует крестьянских девушек и продает их в публичные дома. Перед тем как покончить самоубийством, она сама клеймит то общество, к которому принадлежит:

— О, как я презираю вас! Как ненавижу вас, вы, фарисеи, вы, лжецы и лицемеры! Самый презренный поступок, величайшая подлость — для вас ничто. Вас страшит только суд толпы, призрак ответственности. Хорошо скрытая подлость перестает быть подлостью, тайное преступление служит только доказательством отваги и ловкости!

Л. Ф. Хинкулов - Франко. (серия «ЖЗЛ»)[1]

Она рассказывает, что желая освободить себя от преследований барона Рейхлингена, подставила ему вместо себя барышень из пансионата своей приятельницы Шаблинской, следствием чего этот пансионат стал походить на невесть что, а затем Анеля участвовала в организованной торговле человеческим товаром. И всё это не под каким-либо роковым прессом обстоятельств, без следа какого-либо несчастья, каких-то душевных мук. Всё просто, элементарно-просто, грубо-просто.

Михаил Грушевский, из рецензии на повесть, 1898 год

После разговора с мужем, не дожидаясь когда её придут арестовывать, Анеля совершает самоубийство, боясь позора, который падет не столько на ее голову, сколько на голову её детей.

Вскоре состоялся процесс над организаторами публичного дома и вербовщиками проституток для заграничных борделей, но на суде имя Анели не фигурировало — её самоубийство вызывало в её жертвах и свидетелях по делу чувство прощения.

На Анелиной могиле нет ни креста, ни плиты с надписью, только высокий кипарис, ограждённый железными решетками, вздымается вверх ровно как свеча, в своей густой, вечной зелени — верный образ замкнутой в себе энергии и несломленной решимости.

финал повести

Реальная основа и прототипыПравить

Роман написан на основе реальных событий — двух громких судебных процессов по делам о проституции и торговле людьми, которые состоялись в 1883—1892 годах во Львове.

Писатель, работая репортёром в газете «Kurjer Lwowski», освещал эти события, и, как отмечается литературоведами, соотношение между сюжетом романа и реальными газетными хрониками судебных процессов поражает своей достоверностью.

Первый процесс, 1883 года, состоялся над Антониной Вайс, которая вовлекала молодых девушек в принадлежащий Марии Грембович бордель на ул. Скарбковской, который работал в течение двенадцати лет при содействии местных богатых панычей. 12 сентября 1883 года суд приговорил Вайс к одному году заключения, а хозяйку борделя Марию Грембович к трём неделям ареста.

Газета «Sztandart Polski» сообщала, что госпожа Вайс была женой австрийского офицера, отчего получила прозвище «капитанша». На суде она оправдывалась тяжелым материальным положением, отсутствием мужа, служившего в Сербии, и тем, что делала это «dla ogniska domovego» («ради семейного очага») — эти слова и послужили названием для произведения Франка.

Второй процесс, 1892 года, по делу группы Исаака Шефферштейна, которая в 1887—1892 годах занималась вербовкой девушек в заграничные публичные дома. Этот процесс также широко освещался газетой «Kurjer Lwowski», в номерах 290—301 за 20-28 октября 1892 года.

История созданияПравить

Франко рассказывал мне, что только повесть «Для домашнего очага» он создавал по плану, имея много свободного времени, все другие свои повести он писал отрывками — от одной книги журнала к другой. Сначала заложил краеугольный камень повести, то есть центральное событие, а потом подбирал к этому событию эпизоды и эпизодические фигуры и пристраивал эпилог.

Произведение написано в декабре 1892 года под названием «Dla ogniska domowego» — роман был написан на польском языке, с надеждой на большее внимание со стороны польской читательской аудитории. В польской терминологии жанр был определён автором как повесть.

Рассуждая, что повесть может быть для поляков интереснее, чем для украинцев, написал её сразу по-польски.

автор повести Иван Франко[2]

Однако, варшавский издатель Теодор Папроцкий 1 мая 1893 года сообщил Франко, что цензура запретила публикацию в Варшаве из-за окончания повести, из которого следовало, что причину преступления следует искать не в психологии отдельной испорченной личности, а в самом социальном строе с его отвратительной лицемерной моралью.

Франко отказался изменять произведение по требованию цензуры, и в 1892—1897 годах осуществил десять безуспешных попыток публикации на польском языке в издательствах «Głosu», «Wisły», «Prawdy», «Przeglądu tygodniowego», «Ateneumu», на украинском в изданиях «Зарю», «Kurjer Lwowski», «Жите і слово», «Народ», и в российских журналах «Вестник Европы» и «Русское богатство».

В 1893 году повесть начал было печатать коломыйский журнал «Народ» М. И. Павлика, вышел один номер с восемью страницами повести, но дальнейшая публикация была остановлена.

Только в 1897 году произведение было издано в авторском переводе на украинский язык отдельной книгой тиражом журнала «Жизнь и слово» в серии «Литературно-научная библиотека».

КритикаПравить

Произведение относят к жанру социально-психологического романа с элементами приближающими его к жанру детектива.

Современники, отмечая несомненные достоинства повести, называли и его недостатки, так Василий Щурат назвал роман слабым в техническом отношении и психологических моментах.[2]

Михаил Грушевский, отмечая, что произведение написано интересно, с выдающимся талантом, но бессодержательная из-за неясности характера героини:

Характер Анели становится спорным, загадочным. Или он ошибочен у автора, или автор не сумел его показать, мотивировать поступки, перевести психологию. Характеристика, данная в конце — «замкнутая в себе энергия и неизменная решимость», — механически привязана, не соответствует фабуле, а впечатление, которое дают события, не соответствует тому впечатлению, которое хотел ими сделать автор. Мы даже не можем наверняка сказать, какая идея в окончательной результате должна возникать по плану автора из описанных им событий. … Повесть написана хорошим языком, есть кое-где барбаризмы, но их очень немного. Украинско-русская литература в ней приобретает новый хороший вклад от автора.

М. Ф. Рыльский отмечал композиционную стройность произведения — постепенное раскрытие тайны пани Анели.[3] Литературовед А. И. Белецкий заметил, что роман продолжает произведения Ивана Франко, срывающих маски с высшего общества аристократии, таких как роман «Столпы общества», неоконченный роман «Не узнав броду», повесть «На вершине»:

К ним примыкает повесть «Ради домашнего очага» — эпизод из жизни не высшего, а среднего слоя польского общества и ряд других, слагающихся в целом в картину, уже не смешную, а отвратительную, картину глубокого морального разложения и вырождения польской крупной шляхты и буржуазии.

литературовед А. И. Белецкий[4]

Cюжет занимателен, характеры ярки и сильны, образы глубоко психологизированы. В этом произведении легко можно проследить, как мастерски просто, на локальном материале писатель решает большую социально-психологическую проблему своего времени — моральное разложение буржуазной семьи.

Семья капитана Ангаровича, буржуазная мораль Анели, как в капле воды, отражает весь буржуазный мир: его мораль, эгоизм, преступные по отношению к народу поступки, жажду обогащения и личного благополучия. Писатель тонко раскрывает переживания Анели, которая решительно не понимает, почему муж, вернувшись домой и узнав о ее коммерции, так возмутился, в чем ее вина перед мужем. Ведь она осталась верной ему, все делала «для домашнего очага», ради детей и благополучия всей семьи.

Мещанина и буржуа не интересует судьба других людей, счастье народа, ему нужен чистоган, доход, личная выгода, личное счастьe.

Художественная проза Ивана Франко. — М.: Советский писатель, 1967[5]

ЭкранизацииПравить

ПримечанияПравить

  1. Леонід Федорович Хінкулов - Франко. - М.: Молодая гвардия, 1961 - 190 с. - стр. 145
  2. 1 2 3 Иван Франко в воспоминаниях современников. М.: Худ. литература, 1966. C. 167.
  3. Максым Рыльськый — Литературно-критические статьи (1939—1963). — М.: Художественная литература, 1963
  4. Александр Иванович Белецкий — Украинские повести и рассказы: Избранные произведения украинских писателей XIX-начала XX века, Том 1. — Гос. изд-во худож. лит-ры, 1954 — стр. 55
  5. И. И Басс — Художественная проза Ивана Франко. — М.: Советский писатель, 1967. — 333 с. — стр. 108

ИсточникиПравить