Открыть главное меню

Телесюжет о распятом мальчике

Телесюжет о «распятом мальчике» — новостной телесюжет «Беженка из Славянска вспоминает, как при ней казнили маленького сына и жену ополченца», показанный 12 и 13 июля 2014 года[1] на российском «Первом канале»[2]. В репортаже содержались не подтвердившиеся впоследствии «свидетельства»[3] о якобы имевших место издевательствах украинских силовиков над поддерживавшими ДНР жителями города Славянска, в том числе о распятии трёхлетнего мальчика на глазах у его матери[4].

Скандальный[5] сюжет получил значительный общественный резонанс. Одни увидели в нём свидетельство крайнего непрофессионализма и использования российских государственных СМИ в информационной войне с целью разжигания ненависти и вражды, другие — доказательство того, что «дезинформация» и «ложь» «стали нормой» для российских государственных СМИ, третьи[6] упоминают этот телесюжет в ряду наиболее ярких проявлений так называемой «политики постправды», которая в последнее время становится преобладающей в самых различных общественных системах, где Россия не является исключением.

СюжетПравить

 
Площадь Октябрьской Революции перед Славянским горсоветом

Вечером 12 июля 2014 года на «Первом канале» был продемонстрирован сюжет «Беженка из Славянска вспоминает, как при ней казнили маленького сына и жену ополченца». В нём женщина, представившаяся уроженкой Закарпатья Галиной Пышняк, рассказала о событиях, якобы произошедших сразу после того, как украинские военные восстановили контроль над Славянском, вытеснив сторонников ДНР[7][8]:

Центр города. Площадь Ленина. Наш Горисполком — это единственная площадь, куда можно согнать всех людей. На площади собрали женщин, потому что мужиков больше нет. Женщины, девочки, старики. И это называется показательная казнь. Взяли ребёнка трёх лет, мальчика маленького, в трусиках, в футболке, как Иисуса, на доску объявлений прибили. Один прибивал, двое держали. И это всё на маминых глазах. Маму держали. И мама смотрела, как ребёнок истекает кровью. Крики. Визги. И ещё взяли надрезы сделали, чтоб ребёнок мучился. Там невозможно было. Люди сознание теряли. А потом, после того как полтора часа ребёнок мучился и умер, взяли маму, привязали до танка без сознания и по площади три круга провели. А круг площади — километр[9][10].

Повторно этот же сюжет показали на «Первом канале» на следующий день, 13 июля 2014 года, в еженедельной информационной программе Ирады Зейналовой[1].

Как выяснили журналисты «Новой газеты» и интернет-ресурса Slon.ru, незадолго до этого аналогичные сообщения уже появлялись в социальных сетях:

РасследованиеПравить

Личность женщины, давшей интервью, была выявлена почти сразу — ею действительно оказалась жительница Славянска Галина Пышняк, приехавшая в город из Закарпатья за несколько лет до описываемых событий. Её муж, как утверждается, был сотрудником местной милиции, который присоединился к отряду Стрелкова[4][13].

Посетивший прифронтовой Славянск корреспондент «Новой газеты» Евгений Фельдман опросил несколько десятков местных жителей, и ни один из них не подтвердил информацию из нашумевшего сюжета. Аналогичный результат имело расследование, проведённое журналистами «Дождя»[14][15][13].

Никаких результатов не дали поиски документальных материалов, которые могли бы подтвердить эту историю, в Интернете (хотя фото- и видеоматериалы о действиях украинских военных в Славянске доступны в больших количествах)[9].

Также журналисты Би-би-си и «Новой газеты» обнаружили, что некоторые утверждения сюжета заведомо не соответствуют действительности. Например, в Славянске отсутствует площадь Ленина, на которую якобы согнали местных жителей[4][10].

Руководитель южно-российского бюро «Первого канала» Юлия Чумакова, записавшая скандальное видео, в категорической форме отказалась общаться с журналистами «Новой газеты», которые попытались выяснить подробности создания сюжета, и перенаправила их в дирекцию общественных связей телекомпании[16].

Вновь вопрос об этом сюжете всплыл 18 декабря 2014 года, во время очередного общения Владимира Путина с прессой. Ксения Собчак привела его в качестве примера к вопросу о разжигании ненависти на российском телевидении. Однако вопрос остался без ответа. Через три дня, 21 декабря, Ирада Зейналова в эфире передачи «Время» заявила, что «у журналистов не было и нет доказательств этой трагедии, но это реальный рассказ реально существующей женщины, бежавшей из ада в Славянске»[16][17][18].

ОценкиПравить

Показ по центральному российскому государственному каналу сюжета о «распятом мальчике» использовался западными исследователями как свидетельство того, что дезинформация и ложь[19] стали нормой для современных российских СМИ[20][21][22][23][24]. Журналист Аркадий Островский усматривает аналогию между этим приёмом и теми, что использовались для разжигания ненависти во время еврейских погромов в Российской империи[25][26].

Журналист Дэвид Сэттер в своей книге «Чем меньше вы знаете, тем лучше вы спите: путь России к террору и диктатуре при Ельцине и Путине» высказал мнение, что телесюжет имел целью разжигание националистической истерии[27]. C этим мнением согласна и публицист Линда Кинстлер, отмечавшая в журнале «The Atlantic», что телесюжет успел распространиться по российскому интернету, усилив антиукраинские настроения и настроив население на поддержку боевых действий[28].

Филолог Оксана Иссерс отмечает, что в социальных сетях этот телесюжет считают образцом журналистского «фейка» — заведомо недостоверной, абсурдной информации[3][29]. Редактор журнала «Fortune» Энн ВандерМей в своей статье для «The Wilson Quarterly[en]» рассматривала «распятого мальчика» как часть более широкой информационно-пропагандистской кампании российского руководства, основные направления которой иногда называют «4 D» — англ. dismiss, distract, distort, dismay (отрицание, отвлечение внимания, искажение фактов, запугивание)[30][31]. В развёрнутой статье в журнале «The Economist» «фейковые зверства» из сюжета «Первого канала» приводились в качестве одного из свидетельств того, что в России, как и во многих других странах, политика постправды становится преобладающим направлением политической культуры[6].

См. такжеПравить

ПримечанияПравить

  1. 1 2 Ирина Петровская. ТВ, леденящее душу. Всё показанное по телевизору — правда, а правда — всё показанное по телевизору. Новая газета (17 июля 2014).
  2. «Спасибо, мой Первый. Я стараюсь успеть за тобой!». Простую историю Юлии Чумаковой, автора сюжета о распятом мальчике, исследовала Александра Соколова. Colta.ru (6 августа 2015).
  3. 1 2 Иссерс, 2015, с. 29.
  4. 1 2 3 Ольга Мусафирова Мальчика не было, но он живёт. // Новая газета, № 74 от 15 июля 2015
  5. Khaldarova, Pantti, 2016, с. 894.
  6. 1 2 The Economist, 2016.
  7. Ostrovsky, Arkady. Putin's Ukraine Unreality Show, Wall Street Journal (28 июля 2014). Дата обращения 22 марта 2017.
  8. State-Run News Station Accused of Making Up Child Crucifixion (англ.), The Moscow Times (14 July 2014). Дата обращения 26 марта 2017.
  9. 1 2 3 4 Алексей Пономарев. Журналисты не нашли подтверждение сюжету «Первого канала» о распятом в Славянске ребёнке. Slon (14 июля 2014). Дата обращения 26 марта 2017.
  10. 1 2 3 Блогеры не верят в историю о казни ребенка в Славянске. Русская служба Би-би-си (14 июля 2014). Дата обращения 26 марта 2017.
  11. Raabe, Sapper, 2015, с. [119].
  12. Mind Games: Alexander Dugin and Russia’s War of Ideas, World Affairs Journal (март 2015). Дата обращения 26 марта 2017.
  13. 1 2 Историю о «распятом мальчике» для Первого канала придумала жена боевика ДНР. Факти. ICTV (14 июля 2014). Дата обращения 26 марта 2017.
  14. Откуда взялся рассказ о распятии 3-летнего мальчика в эфире Первого канала
  15. А был ли распятый мальчик? Как спекулируют на детях войны
  16. 1 2 Виктория Макаренко. Ржавые гвозди // Новая газета. — 2015. — № 74 (15 июля). (Проверено 26 марта 2017)
  17. Ирада Зейналова переходит с Первого канала на НТВ. Русская служба Би-би-си (2 ноября 2016). Дата обращения 26 марта 2017.
  18. Журналисты Первого отвечают на обвинения во лжи в связи с сюжетом про убийство ребёнка в Славянске Первый канал, 21.12.2014
  19. Geert Groot Koerkamp. De schadelijke informatiemachine van Poetin (неопр.). Trouw[en] (28 января 2015). Дата обращения 23 марта 2017.
  20. Skillen, 2016, с. [124].
  21. Van Herpen, 2015, с. 4,14.
  22. Snyder, 2017, с. 96.
  23. Nalbandov, 2016, с. 94.
  24. Monshipouri, 2016, с. 143.
  25. Ostrovsky, 2015, с. [381]—[382].
  26. Danilova, 2014.
  27. Satter, 2016, с. [190].
  28. Kinstler, 2017.
  29. Holm, Kerstin. Russische Berichterstattung: Europa, hungere! (нем.), Frankfurter Allgemeine Zeitung (13. Februar 2017). Дата обращения 23 марта 2017.
  30. VanderMey, 2016.
  31. Frye, 2015, с. 1—3.

ЛитератураПравить

Книги
Статьи

СсылкиПравить