Три песни о Ленине

«Три песни о Ленине» — советский агитационный кинофильм 1934 года. Снят к 10-летию смерти Ленина.

Три песни о Ленине
Жанр документальный фильм
Режиссёр Дзига Вертов
Автор
сценария
Оператор Дмитрий Суренский, Марк Магидсон, Бенцион Монастырский
Композитор
Кинокомпания Межрабпомфильм
Длительность 59 мин
Страна  СССР
Язык Русский
Год 1934
IMDb ID 0025911

Краткое содержаниеПравить

Фильм о том, как советский народ любит Владимира Ильича Ленина.

Песня «В чёрной тюрьме было лицо моё» — о том, как Ленин преобразил Среднюю Азию. Феодальные и исламские пережитки были уничтожены, на их место пришли современное образование, новая техника и социалистические отношения.

Во второй песне — «Мы любили его…» — показана реакция всех народов Союза на смерть Ленина. Кинохроника похорон и картины жизни во всех уголках Родины перемешиваются, и создаётся впечатление, что смерть Ленина приостановила жизнь во всём Советском Союзе.

Третья песня — «В большом каменном городе» — о том, как народы Союза продолжают дело Ленина и какие громадные достижение произошли в стране после его смерти. Интервью с передовиками производства, кадры великих строек, радость народа — всё это доказывает, что Ленин жил и трудился не зря.

Фильм включает старинные песни Востока.

Съёмочная группаПравить

Фильм перевыпущен в 1970 году на Центральной студии документальных фильмов под руководством Е. Свиловой-Вертовой, И. Копалина и С. Пумпянской. В 1982 году студией Фильмэкспорт фильм переведён на английский язык (добавлены субтитры).

Режиссёрские приёмы в фильмеПравить

В фильме использован монтаж для того, чтобы показать достижения советской власти. В частности, в фильме воспевается как достижение советской власти снятие женщинами советского Востока паранджи уже в начале 1930-х годов (которое произошло гораздо позднее)[1]. При этом режиссер манипулирует документальным изображением для достижения идеологических целей[1]. Образ «освобожденной женщины Востока» был создан Вертовым путём монтажа разрозненных кадров[1]. В первых кадрах показана женщина из Хивы (судя по архитектуре) в узбекской парандже[1]. Далее показано строительство железной дороги и туркменская женщина — у неё закрыта по традиции только нижняя часть лица[1]. Последними в эпизоде появляются казахские женщины с открытыми лицами, которые никогда не носили паранджу[1]. Таким образом, путем изображения женщин из разных мест с разными традициями, режиссёр с помощью монтажа показал эффект снятия паранджи[1].

См. такжеПравить

ПримечанияПравить

  1. 1 2 3 4 5 6 7 Абикеева Г. История кино Казахской ССР, перестройки и первых лет независимости Казахстана // История национальных кинематографий: советский и постсоветский периоды. — М.: Академический проект; Фонд «Мир», 2020. — С. 118.

СсылкиПравить