Neminem captivabimus nisi iure victum

Neminem captivabimus nisi iure victum (с лат. — «Никого не подвергнем заключению без решения суда», польск. Nikogo nie uwięzimy bez wyroku sądowego), в некоторых случаях сокращался просто до Neminem captivabimus[1] — принцип права Первой Речи Посполитой, который гарантировал личную неприкосновенность представителям шляхты и позволял отправить шляхтича в тюрьму только по приговору суда[2].

Этот принцип был одним из шляхетских привилегий и изначально был издан 25 апреля 1425 года Великим князем литовским и королём польским Владиславом II Ягайло в Бжесце-Куявском. Однако этот принцип удалось утвердить только 4 марта 1430 года благодаря Едлинскому привелею и 9 января 1433 года благодаря Краковскому привелею[3].

В 1434 году этот принцип был внедрён и в литовское законодательство Великим князем литовским Сигизмундом Кейстутовичем[4]. В 1447 году личная неприкосновенность стала распространяться и на литовских бояр, а в 1791 году Закон о вольных королевских городах (польск.) распространил неприкосновенность и на жителей королевских городов, обладавших недвижимым имуществом (в том числе и на евреев)[5]. В 1815 году этот пункт был включён в Конституцию Царства Польского в следующем контексте:

Титул II.

Общие гарантии.

[...]

18. Древний основной закон neminem captivari permittemus nisi jure victum будет применяться к жителям всех сословий на нижеследующих основаниях.

19. Никто не может быть взят под стражу иначе, как с соблюдением форм и в случаях, предусмотренных законом.

20. Причины задержания должны быть объявлены взятому под стражу немедленно письменно.

21. Всякое взятое под стражу лицо должно быть доставлено не позднее трех суток в надлежащее судебное место для допроса или разбора дела в установленном порядке. Лицо, признанное невиновным после первого дознания, немедленно отпускается на свободу.

22. В случаях, предусмотренных законом, лицо, представившее поручительство, временно отпускается на свободу.

23. Никто не может подлежат наказанию иначе, как на основании действующих законов и решения соответствующего установления.

24. Каждый поляк имеет свободу передвижения и перемещения своего имущества, с соблюдением порядка, определенного законом.

25. Каждый осужденный отбывает свое наказание в пределах Царства; никто не может быть выслан из края за исключением случаев изгнания, предусмотренных законом.

Тем не менее, некоторые расценивали сохранение этого принципа как нарушение гарантий свободы и неприкосновенности личности, которое позволяло проводить самовольные аресты якобы от имени правившего императора Александра I[6]. В частности, С.И.Тургенев отмечал, что эта попытка Александра I создать конституционную монархию в Польше предоставляла «мало гарантий... свободе отдельных лиц, этой главной цели всякой конституции»[7].

См. такжеПравить

ПримечанияПравить

ЛитератураПравить

  • Аскенази Ш. Царство Польское. 1815—1830.. — М., 1915.
  • Ян Кеневич, Ежи Хольцер. История Польши / Перевод: В. Н. Ковалев, М. А. Корзо, М. В. Лескинен.. — М: Весь мир, 2004..
  • Tanel Kerikmäe, Kristi Joamets, Jānis Pleps, Anita Rodiņa, Tomas Berkmanas, Edita Gruodytė. The Law of the Baltic States. — Springer, 2017.
  • Mark F. Brzezinski. Constitutional Heritage and Renewal: The Case of Poland // Virginia Law Review. — 1991. — Vol. 77. — DOI:10.2307/1073115.