Конфликт низкой интенсивности

Конфликт низкой интенсивности (англ. Low Intensity Conflict или LIC) — понятие, изначально введённое в оборот американским оборонным ведомством для обозначения тех видов военно-политического противостояния, напряжённость которых явно превышает обыденную конкуренцию мирными средствами, но не дотягивает до классического понимания традиционных военных действий[1][2]. Как правило, рамки таких конфликтов накладывают существенные ограничения на допустимый уровень военного насилия, использование многих видов оружия, военных средств и тактических приёмов[3]. В силу своего специфического характера такие конфликты могут сильно растягиваться во времени не переходя неких пространственно-географических пределов[3].

В 1993 году понятие «конфликта низкой интенсивности» в американских уставах было заменено термином «военные операции, отличные от войны»[4].

Семантическое определениеПравить

В настоящее время термин конфликт низкой интенсивности имеет весьма размытую смысловую наполненность и широко используется для обозначения вооружённых конфликтов самой различной природы за исключением, пожалуй, только обычных и ядерных войн между крупными государствами[1][2][5]. Как правило, он употребляется в связи с теми видами противоборства, которые локализованы, задействуют политические, экономические, информационные средства, включают в себя террористическую деятельность, партизанские войны, этническо-конфессиональные конфликты и т. п.[1][2]

Отечественные военные теоретики указывают, что появление термина конфликт низкой интенсивности связано с попыткой американских специалистов ввести классификацию войн и военных конфликтов на основе военно-стратегических и военно-технических признаков, одним из которых является интенсивность противостояния[6]. Данная методология оформилась в 80-е годы XX века в США и затем была позаимствована специалистами многих других стран[7]. В пределах её постулатов конфликты низкой интенсивности объединяют все виды противостояния, начиная с психологического, заканчивая военным[6], причём их выделение в отдельный вид военно-политической конкуренции было признано значимым шагом в развитии американской военной науки, существенно повлиявшим на всю последующую эволюцию американских вооружённых сил[7].

В попытках дать формализованное определение этому понятию было испробовано как минимум два подхода[1]. В рамках первого, исходя из непосредственного боевого опыта были выделены шесть шаблонных моделей, которые попадают под определение конфликта низкой интенсивности[1]:

  • поддержка внутренней безопасности стран-союзников,
  • поддержка дружественных инсургентов на территории противника,
  • оперативная деятельность мирного времени,
  • противодействие терроризму,
  • противодействие распространению наркотиков,
  • миротворческие операции.

В рамках второго подхода была сделана попытка дать определение этому термину методом исключения указав в явной форме на те способы ведения войны, которые не являются конфликтами низкой интенсивности: среди них были перечислены все виды традиционных войн, все виды ограниченных конфликтов уровня войны в Корее или войны во Вьетнаме, все виды масштабных войн вовлекающих силы крупных государств или их родную территорию и т. п. При этом, было отмечено, что конфликты низкой интенсивности должны сохранять ряд общих признаков[1]:

  • они имеют более высокую вероятность зарождения в развивающихся странах,
  • внешние участники имеют в таких конфликтах очень ограниченные цели, не смотря на то, что спектр целей внутренних сил может быть неограничен,
  • поверхностные военные факторы искажают восприятие более глубоких социальных, экономических и политических проблем.

Иногда, при обсуждении термина конфликт низкой интенсивности делается попытка дать определение интенсивности войны, дабы использовать её как критерий классификации войн по их видам: низкой, средней и высокой интенсивности[3]. Однако, ряд исследований, критикуя данный подход, указывают, что понятие «интенсивности» конфликта редко отражается его интенсивностью в физическом плане, а скорее — степенью вовлечённости в противостояние политических и социальных факторов[1]. Тем не менее, не смотря на трудности с формулировкой чёткого понимания термина конфликт низкой интенсивности, его определение присутствовало в некоторых основополагающих служебных документах, например, в полевом уставе ВС США FM 100-20[5][8].

Общие положенияПравить

Характер каждого конфликта низкой интенсивности сильно варьируется в зависимости от его длительности, природы вовлечённых сторон, культурного и политического фона, оперативного окружения и т. д.[1] Однако все они обладают некими общими характеристиками, которые их отличают от традиционных боевых действий[1]:

  • Во-первых, политическому руководству приходиться держать под контролем характер действий своих военнослужащих вплоть до самого низового звена ввиду того, что в условиях конфликтов низкой интенсивности вся их деятельность несёт на себе не только военный, но и политический контекст.
  • Во-вторых, ограниченность конфликтов низкой интенсивности подразумевает небольшое количество сил и средств, задействованных каждый раз на конкретном участке, что заставляет войска выполнять несвойственные им полицейские функции. Как правило, относительное количество жертв тоже не велико, однако с разворачиванием конфликта во времени их общее число может достигать значительных величин.
  • В-третьих, приоритетность установления дружественных отношений с местным гражданским населением и организация эффективной разведывательной работы, которые в сумме позволяют выявить скрытых сторонников инсургентов (террористов, повстанцев, партизан и т. п.).
  • В-четвёртых, исключительную важность приобретают психологические факторы, ибо едва организованные группировки инсургентов только тогда становятся грозной силой, когда им удаётся создать образ своей правоты, силы и непобедимости. Аналогичным образом, имидж жестокой и отчуждённой от людей оккупационной администрации может привести её к катастрофическим последствиям.
  • В-пятых, преображается тактическая составляющая поля боя, так как повстанцы редко позволяют себе прямые столкновения с регулярными войсками предпочитая стратегию внезапных вылазок, подрывной деятельности, засад, убийств и похищений важных персон, взятия заложников и т. п. Подобная деятельность, как правило, опасна самим фактом своего существования заставляя власти расходовать на её пресечение значительные ресурсы и рано или поздно принуждая ко вступлению в переговоры.

ПримечанияПравить

  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Katayama Y. Redefinition of the Concept of Low-Intensity Conflict (англ.) // NIDS Security Reports : журнал. — 2002. — Март (№ 3). — С. 56-72.
  2. 1 2 3 Sarkesian S. Low Intensity Conflict: Concepts, Principles, and Policy Guidelines (англ.) // Air University Review : журнал. — 1985. — Январь-февраль. Архивировано 1 мая 2017 года.
  3. 1 2 3 Kanwal G. Sub-Conventional or Low Intensity Conflict? Phraseology and Key Characteristics (англ.) // CLAWS Journal : журнал. — 2008. — Лето. — С. 31-44.
  4. Benson B. The Evolution of the Army Doctrine for Success in the 21st century (англ.) // Military Review : журнал. — 2012. — March-April. — С. 2-12.
  5. 1 2 Fitzgerald D. Defining Low-Intensity Conflict // Learning to Forget. US Army Counterinsurgency Doctrine and Practice from Vietnam and Iraq. — Stanford, California: Stanford Security Studies, 2013. — С. 68. — 304 с. — ISBN 978-0-8047-8581-5.
  6. 1 2 Богданов С. А. О современных подходах к теории военных конфликтов и их предотвращению (рус.) // Военная мысль : журнал. — 1993. — № 7. — С. 36-44.
  7. 1 2 Суворов В. Н. Военная конфликтология: основные подходы к изучению вооружённых конфликтов (рус.) // Современная конфликтология в контексте культуры мира. — 2001. — С. 553-566.
  8. Fundamentals of Low Intensity Conflict (англ.). library.enlistment.us. Полевой устав ВС США FM 100-20. Дата обращения 6 апреля 2017.

Дополнительная литератураПравить

СсылкиПравить