Открыть главное меню

«Лука́ Муди́щев» — анонимная «срамная» поэма второй половины XIX века, отчасти стилизованная под непристойные стихи Ивана Баркова и потому зачастую ему приписываемая. Долгое время поэма передавалась рукописно. О её первой публикации точных сведений разыскать не удалось[1]. Текст поэмы долгое время бытовал в устной и рукописной традициях, вследствие чего ныне (в XXI веке) поэма существует во множестве разных вариантов.

Сюжет

В Москве, в собственном двухэтажном доме, живёт молодая и богатая купчиха, отличающаяся похотливостью и желанием совокупляться по десять и более раз в день. Её муж умирает через год после свадьбы, не выдержав постоянных неистовых плотских утех. В попытках утолить свой сексуальный голод купчиха начинает заниматься сексом со всеми подряд, но по прошествии трёх лет и это занятие перестаёт доставлять ей удовольствие, так как никто не может её удовлетворить. Вскоре у неё появляется навязчивая идея найти мужчину с огромным членом.

Для этого она обращается к свахе-мещанке Матрёне Марковне, которую «за сваху ловкую считали во всех купеческих домах». Не ограничиваясь ролью свахи, Матрёна также активно занималась сводничеством. Купчиха просит найти ей «крепкий хуй, здоровый, не меньше, чем восьмивершковый». Согласно действовавшим с 1835 года соотношениям, 8 вершков равнялись 35,6 см. Подумав, сваха вспоминает о дворянине Луке Мудищеве: «Ему не то что баб скоблить, а, будь то сказано не к ночи, такой елдой чертей глушить!». Описывая Луку как видного и дородного мужчину, сваха говорит о его полнейшей бедности: «Сидит без брюк и без сапог — всё пропил в кабаке». Купчиха, услышав это, требует одеть Луку поприличнее и привести его завтра вечером к ней в дом, обещая, что не пожалеет на это денег.

Далее повествуется о Луке Мудищеве и о древнем дворянском роде Мудищевых, представители которого «имели вотчины, деревни и пребольшие елдаки». Распутный дед Луки спустил все свои имения и капиталы, и Лука «был нищим с самых юных лет». Помимо бедности, «имел он на беду величины неимоверной восьмивершковую елду», из-за чего женщины, «узрев такую благодать, не соглашались ему дать». Кроме того, «про него носился слух, что он елдой своей до смерти заёб каких-то барынь двух». И вот сорокалетний Лука, не имея ни друзей, ни жены, ни любовницы, ни детей, ни денег, жил в коморке возле кабака, где «хуй свой длинный проклиная, тоску-печаль в вине топил».

В условленное время сваха приводит к купчихе похорошевшего Луку: «Причёсан, тщательно побрит, одет в сюртук щеголеватый, не пьян». После непродолжительного разговора купчиха предлагает Луке заняться плотскими утехами, однако едва только Лука начинает с ней совокупляться, купчиха горько пожалела об этом: «Как будто ей всадили дышло, купчиха начала кричать и всех святых на помощь звать». На крики купчихи прибегает сваха Матрёна, но Лука бьёт её фаллосом по голове, в результате чего она умирает от пролома черепа. Вскоре гибнет и сам Лука, так как купчиха (в других редакциях — сваха) откусывает ему мошонку. В конце концов, и сама купчиха умирает от тяжёлых травм.

Время написания и судьба произведения

«Лука Мудищев» долгое время бытовал в устной и рукописной традициях, поэтому достаточно сложно установить дефинитивный вариант текста «Луки». Ещё труднее без обращения к источникам установить авторство и время написания поэмы. Фактически, авторство «Луки» коллективное, и текст поэмы формировался и видоизменялся в течение нескольких десятилетий[1].

В 2014 году был найден анонимный рукописный текст, нанесённый крупным почерком орешковыми чернилами на тряпичной бумаге, и снабжённый иллюстрациями переписчика. Листы сшиты белыми нитками в тетрадку. Имеется указание места написания: «[Москва]». Текст не датирован и не имеет прологов, начинаясь со слов «Дом двухэтажный занимая // В родной Москве жила-была // Вдова — купчиха молодая, // Лицом румяна и бела…» По особенностям рисунков и почерка филолог Наталья Филатова предположила, что этот список был написан не ранее шестидесятых и не позднее восьмидесятых годов XIX века. Текст переписан довольно грамотно, ритмическая структура практически нигде не нарушена. Примечательно, что имя Баркова в тексте нигде не упоминается; по мнению Натальи Филатовой это означает, что произведение было переписано вскоре после его создания[2].

В современной культуре

Писатель Михаил Елизаров включил в свой роман «PASTERNAK» (2003) такие рассуждения одного из действующих лиц — отца Григория: «Художественные ландшафты разнятся только степенью демонического… Вред от грубого скоморошничания „Луки Мудищева“ невелик. Откуда там завестись дьяволу? Спрятаться негде. А заумный пафос какой-нибудь «Розы Мира» в сотни раз опаснее своей лживой спиритической мимикрией под духовность»[3].

Примечания

Литература

  • Зорин А. Л. Барков и барковиана. Предварительные замечания. // «Летите, грусти и печали…». Неподцензурная русская поэзия XVIII—XIX вв. М., Littera, 1992, стр. 38—49.
  • Илюшин А. А. О русской «фривольной» поэзии XVIII—XIX вв. // «Летите, грусти и печали…». Неподцензурная русская поэзия XVIII—XIX вв. М., Littera, 1992, стр. 9—37.
  • Богомолов Н. А. О поэме «Лука Мудищев» // Под именем Баркова: эротическая поэзия XVIII — начала XX вв. М., Ладомир, 1994, стр. 340—344.
  • Сапов Н. С. Посильные соображения. // Под именем Баркова: эротическая поэзия XVIII — начала XX вв. М., Ладомир, 1994, стр. 346—361.
  • Тарановский К. Ф. Ритмическая структура скандально известной поэмы «Лука» (пер. с англ. И. Д. Прохоровой). // Под именем Баркова: эротическая поэзия XVIII — начала XX вв. М., Ладомир, 1994, стр. 335—339.
  • Хопкинс У. Х. Анализ поэмы «Лука Мудищев». // Под именем Баркова: эротическая поэзия XVIII — начала XX вв. М., Ладомир, 1994, стр. 329—334.

Ссылки