Открыть главное меню

Ощепков, Василий Сергеевич

Васи́лий Серге́евич Още́пков (25 декабря 1892 [6 января 1893], Александровский пост, Сахалин[1] — 10 октября 1937[2], Москва) — родоначальник советского дзюдо и один из основателей самбо.

Василий Сергеевич Ощепков
Портрет
Дата рождения 25 декабря 1892 (6 января 1893)(1893-01-06)
Место рождения
Дата смерти 10 октября 1937(1937-10-10) (44 года)
Место смерти
Страна
Род деятельности разведчик, тренер по дзюдо и самбо

Содержание

БиографияПравить

Мать — Мария Семёновна Ощепкова (1851—1904), приговорённая в 1890 году[3] к 60 плетям и 18 годам сахалинской каторги за побег с исправительно-трудовых работ в Пермской губернии и переведенная в ссыльнопоселенки только тогда, когда Василию было 8 лет. Отец — заключивший «тюремный брак» с каторжанкой, вероятно ссыльнопоселенец Сергей Захарович Плисак, крестьянского сословия, столяр, умер в 1902. Вскоре умерла и мать Василия, и он остался сиротой[4].

Обучение в духовной семинарии и КодоканеПравить

После передачи в 1905 году Южного Сахалина японцам по Портсмутскому миру оставшийся в 1904 году полным сиротой в русской части Сахалина, Василий, наиболее вероятно, благодаря старому знакомству с учеником духовной семинарии в Токио Трофимом Юркевичем, вернувшимся на каникулы в Александровский пост, тоже попал в поле зрения Русской духовной миссии в Японии. Он был отправлен опекунами на учёбу на остров Хонсю в Японии с оплатой за счёт сдачи в наём принадлежавшей ему унаследованной от отца недвижимости. Сергий (патриарх Московский) преподавал в женском духовном училище Киото (в православной миссии в Японии было 6 духовных училищ) и в духовной семинарии. Поэтому в РПЦ сложилось ошибочное мнение, что в Киото и во время учёбы Ощепкова в Японии была семинария, где вначале учился Ощепков, перекочевавшее в ряд книг и большинство сайтов об Ощепкове. Но, как и Трофим Юркевич, Ощепков с самого начала обучения в Японии был в семинарии в Токио при православной миссии, организованной будущим святым Николаем Японским.[4] [5] По окончании семинарии в Токио он мог стать священнослужителем[Прим 1]. В семинарии преподавалось дзюдо, и по рекомендации тренера как лучший дзюдоист семинарии 29 октября 1911 года Василий был допущен к вступительным испытаниям и принят в институт дзюдо Кодокан в Токио, основанный Дзигоро Кано[Прим 2]. В отличие от принятого в Кодокан одновременно с ним его друга Трофима Попилева и других, не выдержавших тягот обучения, он прошёл полный курс обучения собственно борьбе и в год окончания семинарии 15 июня 1913 года Ощепков за шесть месяцев получил также первую степень инструктора по обучению дзю-до — сёдан (первый дан). В октябре 1917 года, во время командировки в Японию, сдал экзамены на второй дан, став первым русским и третьим европейцем, получившим второй дан по дзюдо[Прим 3]. Следует отметить, что в то время в дзюдо было не 10 данов, как сейчас, а только 5.

Работа в разведкеПравить

Закончив семинарию и не приняв духовный сан, свободно знавший японский и английский языки Ощепков в 1913 году вернулся в Россию. Возможно, потому, что в последние годы перед окончанием семинарии за его учёбу из-за отбытия его опекунов на материк платило военное ведомство, работал переводчиком в контрразведке сначала Заамурского округа пограничной Стражи в городе Харбине, затем — в отделе контрразведки штаба Владивостокской крепости Приамурского военного округа во Владивостоке. В 1914 году основал там просуществовавшую до 1920 года первую в России секцию дзюдо и впервые в России провёл соревнования по дзюдо в 1917 году. Неоднократно выезжал в командировки в союзную России в первую мировую войну Японию, чтобы добиться направления японских солдат на русско-германский фронт. В 1918 году обучал дзюдо милиционеров Владивостока.

В 1919 году работал у колчаковцев, откуда был направлен в японское Управление военно-полевых сообщений переводчиком[8]; в этот период он через сослуживца, земляка и сокурсника по Токийской семинарии Трофима Юркевича[9] установил связь с Осведомительным отделом подполья РКП(б). Одновременно предприимчивый Ощепков пытается зарабатывать: открывает школу обучения японскому языку, платное обучение в своей школе дзю-до, участвует в торговых операциях с Японией и даже покупает кинопроектор[8].

В 1921 году[8] Ощепков занимался продажей кинофильмов в Харбине и в Манчжурии, а затем вернулся на Северный Сахалин как собственник унаследованных от отца домов в Александровске под видом кинопрокатчика. С 1920 года весь Сахалин был оккупирован японскими войсками, и это открывало перспективы для разведывательной деятельности, так как по японским законам кинопрокатчик был обязан устраивать льготные сеансы для военнослужащих. Его донесения в СССР имели важный практический смысл, отличаясь полнотой и обстоятельностью[10].

В 1924 году начальство предлагает ему перебраться на Южный Сахалин, однако Ощепков выдвигает встречное предложение о продолжении разведывательной деятельности в Токио, на что получает согласие и в октябре отбывает в Харбин, а оттуда через Шанхай и Кобэ — в Токио. В Харбине он знакомится и быстро женится на своей землячке из Александровска Марии. В Шанхае, среди многого прочего, он узнал исчерпывающие сведения о реальных сроках, в пределах которых японцы были способны эвакуировать свои войска с Северного Сахалина. Именно эти сведения позволили полномочному представителю СССР в Китае успешно провести переговоры с Японией и освободить от оккупантов островную российскую территорию - если бы сроки были нереальными, этого не произошло бы ни тогда, ни , тем более, после отставки демократического правительства Японии Като Такааки в 1927 году.[10]. В Токио Ощепков организовал работающую разведывательную сеть, однако из-за разногласий с некомпетентным начальством, требовавшим брать с японцев расписки о получении денег за сведения и шантажировать их - в условиях Японии многие японские агенты Ощепкова обратились бы в полицию - и использовать бесплатных агентов из числа коммунистов и других крайне левых, находившихся под надзором полиции, что приводило к провалу, ему в 1926 году пришлось вернуться в СССР, где он был обвинён в растрате казённых средств. Чтобы компенсировать 3140 иен, израсходованных на агентов, но не подкреплённых расписками, ему пришлось распродать практически всё личное имущество, включая кинопроектор.

Работа в Сибирском военном округеПравить

В штабе СибВО не собирались терять высококвалифицированного япониста, и В. С. Ощепков был оставлен во Владивостоке в качестве переводчика. 27 января 1927 года приказом № 26 Реввовенсовета СССР «Ощепков Василий Сергеевич определён на службу в РККА». Потом на этом основании «приказом войскам сибирского военного округа за № 19» В. С. Ощепков «назначается на должность переводчика 7-го отделения Штаба округа» в Новосибирске, причём назначение было оформлено задним числом — с 15 апреля 1926 года, с выплатой всего положенного за этот период денежного довольствия.

Хотя Ощепков очень много зарабатывал, посещал дорогие рестораны Новосибирска, где его среди одетых в форму РККА его учеников опознал японский дипломат, которого он как японского приказчика магазина учил дзю-до во Владивостоке, почему Ощепков считал, что он раскрыт, подставил под удар многих своих агентов, и ему, по крайней мере, под его настоящим именем уже не удастся проводить успешную нелегальную разведку в Японии, основные средства В. С. Ощепкова уходили на лечение больной туберкулёзом жены. Он стал пытаться добиться перевода в Москву или Ленинград, где, главное, можно было бы обеспечить более действенную лечебную помощь, да и иметь ещё более высокий оклад, для чего пытался убедить военное начальство в перспективности использования дзюдо в военном обучении (см. ниже). В итоге в сентябре 1929 года его усилия увенчались успехом, и он был вызван в Москву, оставив в Новосибирске, помимо обычных спортсменов, почти две сотни подготовленных им за полтора года инструкторов дзюу-до, куда включил приёмы защиты от вооружённых противников, из милиционеров, сотрудников ОГПУ, РККА, других. Но его жена к этому моменту уже скончалась.[4].

Популяризация дзюдо в СССР и создание самбоПравить

В 1914 году, сразу после приезда в Россию, В. С. Ощепков организовал во Владивостоке кружок дзюдо, функционировавший по адресу ул. Корабельная набережная, д. 21 (ныне — спортивный клуб Тихоокеанского флота), о чём в июне 1915 года появилась статья в столичном журнале «Геркулес». В 1917 году во Владивостоке состоялся первый в истории широко разрекламированный международный матч по дзюдо: ученики В. С. Ощепкова состязались с воспитанниками японского высшего коммерческого училища города Отару, приехавшими во Владивосток, подобный международный матч был и в 1915 году[4].

В 1927 году в Новосибирске на собрании ячейки Осоавиахима при штабе Сибирского военного округа В. С. Ощепков выступил с рассказом о дзюдо, после чего немедленно было решено организовать для сотрудников штаба кружок по изучению приёмов самозащиты[11]. Услугами редкого специалиста поспешило воспользоваться и местное общество «Динамо».

Сразу после перевода в Москву В. С. Ощепков открыл при Центральном доме Красной Армии (ЦДКА) двухмесячные курсы «дзюу-до» (написание того времени). После первых показательных выступлений в ЦДКА немедленно были созданы две группы из военнослужащих и работников Дома Армии, а также первая в стране женская группа[12].

В 1929 Ощепков стал преподавателем Государственного центрального института физической культуры (ГЦОЛИФК, Инфизкульта). Работа в Институте физкультуры дала Ощепкову уникальную возможность познакомиться с системами борьбы народов СССР, представители которых обучались у него на кафедре и которых он направлял в командировки в места распространения национальных единоборств. Он проанализировал штыковой бой, международные спортивные единоборства, включая сават, вольную борьбу, китайское ушу и целый ряд национальных видов борьбы СССР с точки зрения их применимости в боевой схватке. На основе дзюдо благодаря этому анализу Ощепков и создал более совершенную прикладную борьбу, которая впоследствии, уже после смерти Ощепкова, получила предложенное В. А. Спиридоновым название самбо.

В 1930 году на базе ЦДКА, но по линии спорткомитета СССР, В. С. Ощепков провёл специальные курсы инструкторов, на которых получили подготовку преподаватели физвоспитания из самых различных регионов страны. Среди них был будущий председатель всесоюзного совета самбо Александр Рубанчик из Ростова-на-Дону, который служил в милиции, и по инициативе которого Ощепков провёл показательные выступления в Центральной высшей школе милиции, в которых, кроме него самого, приняли участие выпускники курсов в полном составе. Демонстрация имела потрясающий успех, после чего В. С. Ощепков немедленно был приглашён для преподавания в этом головном учебном заведении милиции. Помимо обязательного курса рукопашного боя, В. С. Ощепков стал вести в ЦВШМ и клубную работу, которая продолжалась и на военном факультете Инфизкульта. Программа обучения Ощепкова и клубные занятия в ЦВШМ были ликвидированы в 1934 году по требованию В. А. Спиридонова, заявившего, что это противоречит его собственной и официально утверждённой программе.

В 1930 году при непосредственном участии В. С. Ощепкова было подготовлено и опубликовано «Руководство по физической подготовке РККА», а в 1931 году — методическое пособие «Физические упражнения РККА», где впервые в нашей стране была изложена комплексная программа обучения рукопашному бою. Параллельно с публикацией методических материалов В. С. Ощепков провёл специальные курсы для начальствующего состава Московского гарнизона, а затем развернул работу в инструкторско-методическом бюро при Московском гарнизонном комитете, непосредственно сам осуществлял преподавание рукопашного боя в нескольких воинских частях, а также принял участие в состязаниях комсостава Московского гарнизона по штыковому бою, заняв там первое место. В 1931 году в СССР был разработан физкультурный комплекс «Готов к труду и обороне СССР» (ГТО СССР). В 1932 году был учреждён комплекс ГТО второй ступени, в котором, в качестве одной из норм, появились приёмы самозащиты. Разработкой комплекса из 39 приёмов для ГТО-II по поручению спецкомиссии под председательством С. С. Каменева занимался именно В. С. Ощепков[13]. Согласно подготовленному им стандарту ГТО владеющие национальными единоборствами, греко-римской борьбой, фехтованием на шпагах или эспадронах или рубкой шашками могли демонстрировать вместо его борьбы эти навыки, хотя нет документов, киноматериалов и фотографий о применении этого правила, которое облегчило бы фиксацию и усвоение принимающими нормы ГТО самбистами приёмов национальной борьбы народов СССР. Но законодательно было закреплено, что теперь каждый выпускник любого из четырех физкультурных институтов или двадцати четырех физкультурных техникумов СССР обязан был, во-первых, сдать нормативы именно по дзюудо, а во-вторых, быть готовым к его дальнейшему преподаванию. Сама по себе эта идея, видимо, была Ощепковым заимствована из Японии. В 1932 году при Инфизкульте был учреждён военный факультет. Преподавание рукопашного боя и борьбы в одежде и мужчинам, и женщинам как на факультете, так и на организованных при нём курсах осуществлялось тоже Ощепковым. В 1933 году были опубликованы утвержденные Всесоюзным Советом физической культуры правила соревнований «Бокс. Поднимание штанги. Борьба. Дзюу=до» (ОГИЗ-«Физкультура и туризм», М.-Л., 1933). Правила были разработаны «бригадой в составе: Ощепков, Рубанчик, Денисов, Пустовалов, Непомнящий» и утверждены научно-методическим комитетом ВСФК. За исключением названия «дзюу-до» и термина «гяку», который даже не поясняется, что это болевой прием, в «Правилах» нет более никаких упоминаний о японском национальном единоборстве. Не только японцы во главе с Дзигоро Кано, но и Ощепков выражали явную озабоченность тем, что для дзюу-до в Европе и Америке растут серьезные конкуренты в виде любительской и профессиональной американской борьбы вольного стиля, причем последняя включает в себя «все приемы дзюу-до, начиная с бросков и кончая всеми болевыми захватами». Правилами соревнований по дзюу-до разрешалось применять любые броски и «приемы финско-французской, вольно-американской, швейцарской и кавказской борьбы», но, несмотря на это, за борьбой было закреплено название «дзюу-до». Эти первые официальные правила по борьбе вольного стиля в одежде без какой-либо натяжки можно назвать «экспериментальными», так как не существовало не только методических пособий по какому-либо стилю вольной борьбы, но и должным образом подготовленного тренерско-преподавательского состава. [14] В 1933—1934 годах Ощепков также обучает учащихся двухгодичной школы профсоюзов имени Н. М. Шверника. В 1934 году Василий Сергеевич создаёт свою секцию в только что построенном Дворце спорта Авиахима ("Крылья Советов"), которую в 1935 году передаёт своему ученику, практиканту из Инфизкульта А. А. Харлампиеву. Летом 1937 года В. С. Ощепкову удалось добиться открытия специализации по дзюдо в организованной при Инфизкульте Высшей школе тренеров. Ввёл Ощепков и занятия в куртках. В 1932 году в журнале "Физкультура и спорт" была опубликована статья Петрова, объясняющая, что система дзюу-до Ощепкова включает в себя джиу-джитсу (так называли и собственно дзю-до), французский бокс, американскую вольную борьбу, сумо и элементы фехтования. Спиридонов и Ощепков использовали руководство по рукопашному бою Ивана Васильевича Лебедева, вышедшее в царской России, где были описаны приёмы, обычно созданные под влиянием савата и греко-римской борьбы, в чём-то подобной вольной борьбе и сумо. У Харлампиева остался весь архив Ощепкова. Большое влияние на создание самбо оказал труд Нила Ознобишина. Самбо очень существенно отличается от дзю-до бросками с захватом ног руками, которые были запрещены в Японии позднее, уже после обучения Ощепкова в Кодокане, но считались особо важными Ощепковым. Харлампиев отрицал, что в основе самбо и боевого самбо лежали приёмы дзю-до, савата и английского бокса, хотя сават и английский бокс он изучал под руководством своего отца - друга Ощепкова, ещё до учёбы у Ощепкова. Хотя Ощепков изучал единоборства России и Востока, направлял в командировки своих учеников для изучения национальных единоборств и включил их приёмы в самбо, но только Харлампиев утверждал, что единоборства народов СССР являются основой самбо. О своём учителе Ощепкове Харлампиев не упоминал даже после его реабилитации не из-за желания прославиться как единоличный создатель самбо, а потому, что в этом случае были бы понятны решающее значение японского дзю-до и способность самбистов быстро подготовиться к соревнованиям по дзю-до, приёмов которого в национальных единоборствах СССР, на самом деле, практически не было. После реабилитации Ощепкова Харлампиев никогда не претендовал на роль единоличного создателя самбо, взятую им на себя после репрессий против дзю-до и самбо, он только публично не опровергал тех, кто приписывал ему эту роль. Непублично он тоже разъяснял истинную картину, в том числе, если была возможность, и тем, кто неправильно приписывал ему роль единоличного создателя самбо, даже на основании его старых собственных работ.

Ещё в июле 1938 года А.А.Харлампиев представил предложенную им классификацию (сам использовал термин «морфологическая систематика»)как совершенно новую и оригинальную и рассказал о том, что единолично её создавал. Почти одновременно другой ученик Ощепкова Н. М. Галковский также предложил свою классификацию так называемой "вольной борьбы" (тогда - одно из названий самбо) и тоже утверждал, что создал её единолично, и она отличалась от классификации Харлампиева. При этом, делая заявление о единоличном создании, А.А.Харлампиев не мог не знать о существовании классификации реальной техники Кодокан дзюдо, значительно отличавшейся от использовавшейся В. А. Спиридоновым, из архива Ощепкова, – в том числе, в переводах на русский язык. Знал Харлампиев и о работе «дзюудо по схеме ГЦОЛИФК», опубликованной В. С. Ощепковым в 1934 г.в «Сборнике материалов по учебным дисциплинам 1932/33 уч.г.» Анатолий Аркадьевич не только знал о существовании этих классификаций, но и широко использовал их в своей работе, что становится очевидным при проведении сравнительного анализа. Но дзю-до и система В. С. Ощепкова были исключены из программ вузов и техникумов физкультуры в 1937 году. Упоминать о них Харлампиев и Галковский просто не могли, так как в этом случае предложенные ими классификации не могли быть внедрены в 1938 году, нарушение ими авторских прав Ощепкова и Кано было вызвано форс-мажорными обстоятельствами политических репрессий конца 30х годов. Еще в 1980 г. А. П. Купцов сделал вывод: «Основой для построения классификации самбо 1949г. послужила японская классификация техники борьбы дзюдо». При этом Харлампиев воспроизвёл ошибки японской классификации 1880 года, исправленные Ощепковым, в том числе, благодаря практическим занятиям через почти 30 лет в Кодокан. Сами японцы книги не исправляли, чтобы не подрывать авторитет своих учителей, почему, например, изучавший дзюдо по книгам В. А. Спиридонов реальное дзю-до не знал. В 1964 году Харлампиев возвращает названия большинства приёмов самбо, введённые Ощепковым. Ранее в 1936 году Анатолий Аркадьевич в своём выступлении на общемосковском собрании дзюудистов 5 сентября 1936 г. говорил: «Была проведена большая методическая работа,заключавшаяся в том,что коллектив ДФК(Дворца физической культуры 1-го завода Авиахим, позднее – «Крылья Советов» – разработал большую полную систему дзюудо,что преподавал В.С.Ощепков; таким образом,у нас в настоящее время имеется до 1000 спортивных приемов.» Классификация техники борьбы самбо А. А. Харлампиева имела в значительной степени регрессивный характер, была шагом назад в развитии теории и практики классифицирования техники борьбы, свидетельством чего является возврат во второй половине 1960-х – первой половине 1970-х гг. в вопросе деления класса бросков на подклассы ряда ведущих специалистов по борьбе самбо, включая самого Харлампиева, на позиции В. С. Ощепкова. Любая распространённая система борьбы создаётся и развивается большими коллективами, и помимо опыта обучавшихся в Кодокане Ощепкову помогал опыт многих людей, в том числе, и его ученика А. А. Харлампиева.[15]

Арест и гибельПравить

После начала 7 июля 1937 года японо-китайской войны, которое правильно было понято в Кремле как начало второй мировой войны, но исход которой стратегами Кремля предсказывался как быстрое присоединение Китая к Японии с нападением их объединённых сил с помощью изменников родины, правотроцкистских элементов и членов их семей старше 15 лет на СССР, последовала истерия НКВД в отношении членов семей изменников родины и правотроцкистских элементов и особенно всех, имеющих отношение к Китаю и Японии. В частности, 20 сентября 1937 года Наркомом внутренних дел Н. Ежовым подписан приказ о харбинцах, объявивший всех бывших харбинцев (25 тысяч человек) достаточно изобличёнными для предъявления им всем обвинения в шпионаже агентами японской разведки, так как утверждалось, что подавляющее большинство их действительно является японскими шпионами, а в первую очередь подлежали аресту работавшие когда-либо в японских фирмах. http://ru.wikisource.org/wiki/%D0%9F%D1%80%D0%B8%D0%BA%D0%B0%D0%B7_%D0%9D%D0%9A%D0%92%D0%94_%D0%BE%D1%82_20.09.1937_%E2%84%96_00593. Хотя сами аресты должны были производиться после 1 октября 1937 года, уже 29 сентября 1937 вышло постановление ОГПУ на Лубянке: «Ощепков Василий Сергеевич достаточно изобличается в том, что, проживая в СССР, занимается шпионажем в пользу Японии... Гражданина Ощепкова привлечь в качестве обвиняемого по ст. 58 п. 6.[16] Мерой пресечения способов уклонения от следствия и суда избрать содержание под стражей». Но вину его не считали ещё доказанной, так как в противном случае аресту подлежали бы также жена и дочь. В ночь с 1 на 2 октября 1937 года как бывший харбинец, работавший в японских фирмах в области кинопроизводства и кинопроката, и в соответствии с этим решением Ощепков был арестован. Ощепков формально был реэмигрант, так как в 1926 году впервые получал советский паспорт, числясь с 1923 года подданным Японской империи (это понадобилось для прикрытия при выезде в разведку, но в 1937 для следствия это никакого значения не имело). Более того, в следственных делах друзей Ощепкова Юркевича и Плешакова отсутствуют упоминания о том, что они были разведчиками. Такова была узаконенная практика: в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом тех лет, упоминание подследственным своей секретной работы приравнивалось к разглашению государственной тайны и автоматически добавляло еще одно обвинение, увеличивало тяжесть вины, удлиняло срок или вело к расстрелу. Ощепкова не успели допросить, но и он бы только ухудшил свои шансы выжить признанием работы на советскую разведку. Работал Ощепков и в принадлежащей ему японской фирме, а до революции и вовсе был сотрудником царской контрразведки — до создания в 1911 году отдельных органов контрразведки - жандармом в категориях, которыми мыслили в НКВД 1937 года. Кроме того, Ощепков был бывшим белым офицером, которые находились на особом негласном учете. Сменовеховец, «харбинец», реэмигрант, японский шпион, бывший жандарм Василий Ощепков был обречен в любом случае, по любому из пяти возможных пунктов обвинения. Ощепков умер в камере Бутырской тюрьмы 10 октября — по официальной версии, от сердечного приступа, без использования пыток. Заключённые стояли в камерах, где не хватало не просто свежего, а никакого воздуха, куда ещё пускали горячий пар, и от удушья умирали и совершенно здоровые люди, а не то что больной стенокардией стокилограммовый великан. Он обратился к врачу, стенокардию признали, но в нормальную, не переполненную камеру его не перевели. Его смерть избавила его дочь Дину и супругу Анну Ивановну Казем-Бек («харбинки»!) от необходимости отправиться в лагерь в соответствии с пунктом 12 приказа «о харбинцах». Но всё-таки В. С. Ощепкова до не состоявшегося допроса не считали ещё полностью изобличённым шпионом, так как иначе бы его жену и дочь арестовали в соответствии с п. 12 приказа о харбинцах одновременно с ним, а жилую площадь Ощепкова и семьи конфисковали бы. На первом же допросе всем обещали сохранить жизнь, которой угрожала нехватка воздуха в камерах, при признании вины, но большинство было расстреляно. Трофим Степанович Юркевич был арестован по приказу «о харбинцах» в конце марта 1938 года. 25 марта он «сознался» на допросе, что в 1929 году был завербован «агентом японской разведки» Василием Ощепковым. Через два дня изменил показания, спас этим жену и дочь Ощепкова, но расстрелян на Бутовском полигоне 10 июля 1938 года. В ГЦОЛИФКе, где внедрялись восточные единоборства, были расстреляны почти все руководители, включая ректора. Еще 8 октября, за два дня до смерти Ощепкова, дзюудо было исключено из учебных планов института, а все преподаватели во главе с Ощепковым отправлены в отпуск с последующим увольнением с 1 ноября 1937 года. Правда, Николай Галковский вскоре вернулся и продолжил подготовку бойцов-рукопашников. Но в 1937 году дзюу-до и дзюу-до вольного стиля как система, вышедшая из капиталистической Японии, были исключены из учебных планов институтов и техникумов физкультуры, почему ученики Ощепкова внедрили её новые названия - вместо "дзюудо вольного стиля" В. С. Ощепкова - просто "борьба вольного стиля" и предложенное В. А. Спиридоновым название "самбо", включили в систему самбо некоторые приёмы из книг В. А. Спиридонова, а о японской дзю-до и дзюу-до вольного стиля Ощепкова в своих работах даже не упоминали.[17]

В 1957 году, благодаря стараниям вдовы Ощепкова, Анны Ивановны, он был реабилитирован.[18][19].

Личная жизньПравить

Ощепков был трижды женат. С первой женой, белоэмигранткой из Японии или Северного Сахалина Екатериной Журавлёвой, он дистанционно развёлся в Харбине в 1924 году, после того как, будучи в командировке, влюбился в 17-летнюю землячку из Александровска Марию Григорьевну, жившую к тому времени в Харбине. В 22 года в Новосибирске вторая жена умерла от туберкулёза. В Москве вдовец Ощепков женился на вдове Анне Ивановне Казем-бек (урождённой Ожешко), воспитывал её дочь Дину Николаевну от первого брака. Очень любил соревнования по английскому боксу, в Москве выходные проводил с семьёй на матчах боксёров.[8][4].

В последние годы у Ощепкова стали появляться проблемы со здоровьем. Отдыхая в Крыму, он никогда не ходил на пляжи, не купался и не загорал. Ученики Ощепкова отмечали, что он никогда не показывался перед ними обнажённым хотя бы по пояс. Некоторые делали вывод, что он скрывал какое-то кожное заболевание - профессиональные заболевания борцов из-за их кожного контакта друг с другом, часто осложнением этих заболеваний являются поражения сердца. Ощепков ввёл форму борцов в одежде, включающую краги для минимизации контакта обучающихся с инструктором и друг с другом, не только для защиты от переломов пальцев. Ученик Харлампиева и Ощепкова А. А. Будзинский рассказывал, что был на квартире у учителя в начале 1937 года в переулке Медведева. По его словам, «Василий Сергеевич лежал на постели и был болен, его уже мучила болезнь сердца, и он не расставался с нитроглицерином»[20].

ПамятьПравить

В 2000-е годы в различных регионах России были организованы клубы и турниры по самбо памяти В. С. Ощепкова[21][22][23], в том числе Всероссийский юношеский турнир по боевому самбо памяти В. С. Ощепкова[24]. Во время встречи совета Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества АТЭС во Владивостоке в сентябре 2012 года там был открыт памятник мастеру[25].

В 2013 году открыта памятная доска на родине мастера - в Александровске.[26]

В честь главного основоположника самбо Василия Ощепкова в 2017 году названа улица в Москве на территории жилого комплекса «Москвичка» в поселении Сосенском Новомосковского административного округа. На новой улице построят спортивный центр «Самбо-70».[27]

ПримечанияПравить

  1. Православие отличается отсутствием дискриминации незаконнорождённых, каким был сын каторжанки Василий, при поступлении в духовные учебные заведения и посвящении в сан[6].
  2. При этом он постепенно попал в среду официально отправленных через год после его поступления российскими военными учиться в семинарию в Токио русских подданных — обычно детей казаков[источник не указан 1392 дня].
  3. Первым в истории европейцем, получившим чёрный пояс, был Д. Т. Уид (отец — американец, мать — японка), вторым — англичанин Джон Харрисон, Ощепков был третьим, а четвёртым был шотландец Алан Смит[7]
Источники
  1. Куланов, 2011, с. 85.
  2. Куланов, 2011, с. 99.
  3. РГИА ДВ. ф. 1133. оп. 2, д. 1376. л.2-4 об.
  4. 1 2 3 4 5 Биография Ощепкова. Дата обращения 1 января 2013. Архивировано 5 января 2013 года.
  5. В. Авченко. Жизнь и борьба Василия Ощепкова. //Новая газета. 1917]
  6. Церковное право, Раздел 18 - протоиерей Владислав Цыпин
  7. «Сенсационная находка в Кодокане» (фотографии страниц реестров регистрации в Кодокане иностранцев).
  8. 1 2 3 4 Куланов, 2011, с. 89.
  9. Александр Куланов. Агент «Р». Родина, № 8, 2012
  10. 1 2 Куланов, 2011, с. 90.
  11. Куланов, 2011, с. 93—94.
  12. Куланов, 2011, с. 94—95.
  13. Куланов, 2011, с. 95.
  14. Харлампиев А. А. Защита и нападение в России в первой трети ХХ века. Российский национальный вид спорта - борьба самбо.//Боевое самбо.
  15. http://www.bushido.ru/files/books/method/borba/gorb_smb_17.pdf А. М. Горбылёв. Роль В. С. Ощепкова в создании классификации и терминологии борьбы самбо. 2015
  16. Шпионаж.
  17. А. Е. Куланов. Ощепков. стр. 70-73
  18. Выдержки из решения Басманного районного суда г. Москвы по иску Харлампиева Александра Анатольевича по отношению к Лукашеву Михаилу Николаевичу и ООО «Будо-спорт» о защите чести и достоинства в сфере компенсации морального вреда
  19. Борис, Храмов Контрразведчик, придумавший самбо (недоступная ссылка). Дата обращения 12 декабря 2007. Архивировано 25 февраля 2012 года.
  20. Александр, Куланов Ощепкова сгубила смена вех (недоступная ссылка — история ). Japon.ru — Интересный журнал о Японии (11.12.2006). Дата обращения 12 декабря 2007.
  21. Чемпионат Московской области по борьбе самбо памяти В. С. Ощепкова
  22. Во Владивостоке почтили память основоположника дзюдо в России
  23. Командный чемпионат Любительской лиги дзюдо «Кубок В. С. Ощепкова»
  24. Положение о проведении II-го Всероссийского юношеского турнира по боевому самбо памяти В. С. Ощепкова
  25. Бюст Василия Ощепкова появится во Владивостоке — Новости Владивостока на VL.ru. Дата обращения 13 января 2013. Архивировано 20 января 2013 года.
  26. В. С. Ощепков. Сахаров-центр.
  27. Именами скульптора С.Эрьзи и основателя самбо В.Ощепкова назовут улицы в ТиНАО. moscowbig.ru. Дата обращения 20 сентября 2017.

ЛитератураПравить

СсылкиПравить